Двадцать шестой

Книга про понастольгировать. Вряд ли зайдет тем, кого не коснулось время перестройки. 89-90 е года. Голодно , бедно, ничего не понятно. Я в это время была как раз в возрасте 1-2 класса и для меня эта книга про мое детство. Про пустые полки, списки очереди и лебединое озеро.

В книге нет кровищи, секса, чернухи. Доброе повествование о судьбах тех, кто жил в это непростое время. Простой и понятный слог. Однозначно рекомендую.

Очень теплая, уютная книга о нашем детстве. Узнаваемые живые персонажи, с которыми жаль расстваттся после прочтения. Советую ?

Прекрасная книга - набор историй про детство. Я немного знаю через онлайн автора — видела, как Мария собирала по крупицам подтверждения своим воспоминаниям, важные детали и всякие мелкие подробности. Было очень интересно смотреть как они находят свои месиа в книге. Временами очень трогательно и при этом сладко вспоминать такие особенные детские годы, как были у нас.

Шикарная книга и великолепная озвучка!

Книга словно про мое детство: меня тоже унижали «по пятому пункту», тоже пытались избавить от леворукости и я также ходил на митинги демократической оппозиции в 1989 году.

Огромное спасибо!!!

?? МАРИЯ ДАНИЛОВА «ДВАДЦАТЬ ШЕСТОЙ»

Вот знаете, проза про перестроечные годы – это почти всегда мрак, депрессия и неустроенность. Что, собственно говоря, неудивительно. Кто эти годы пережил, тому уже мало что страшно. И до сих пор кажется, что вроде недавно было. Но вообще-то давно. И эта давность приводит к тому, что постепенно воспоминания об этом времени все больше окрашиваются не ощущением потерянных лет, а некоторой ламповой ностальгией не столько по времени, сколько по себе в нем.

«Двадцать шестой» — неожиданно теплая и душевная книга. Время действия примерно конец 80-х -начало 90х. Главные герои – школьники лет 9-11, иногда и младше. Уже достаточно самостоятельные, но еще очень дети – светлые, наивные, честные. Нормальные дети, в общем. Без нынешних психологических травм и неизменного жаления себя и обвинения прочих. И на происходящее читатель смотрит с их ракурса. И как ни странно, этот вот ракурс создает какую-то удивительную сопричастность времени.

Возможно, потому что я из того поколения, которое застало 90-е, еще не успев повзрослеть, почти из того же района Москвы, из примерно того же социального круга (кстати, последнее приятный бонус книги – мало кто пишет про интеллигентов), но скорее это просто писательский талант, которому не нужны никакие скидки.

Вся книга – это несколько историй школьников, которые время от времени пересекаются между собой, но могли бы и нет. Это даже и не важно. Обычных, каждодневных бытовых историй. Про музыкальную школу, про вступление в пионеры (на излете самой организации, когда действо это из сакрального уже стало почти ненужным), про начавшийся отъезд евреев в Израиль, про палаточный отдых научных сотрудников (и это настоящий отпуск!), про отсутствие в магазинах вообще всего (но зато какой радостью был банан!), в общем – про обычную жизнь. Причем, это вот все упомянутое идет вроде как фоном, но в этой книге как раз фон, прописанный полутонами, чуть размыто, чуть небрежно – как раз и есть главное. Он тот самый холст, структура которого определяет сознание, эмоции, размышления и поступки персонажей.

И знаете… вдруг так щемяще ощущается то, что вот эти годы, сложные, непонятные, на самом краю начинающегося разрушения всего, что они уже больше никогда не вернутся. И не вернется вместе с ними та простая, нормальная человеческая жизнь. В которой доверие, дружба, доброта были не пустыми словами.

В общем, это хорошая книжка. Светлая грусть – это вот про нее. Рекомендую. Особенно, если вы были ребенком в описываемый период. Или в него же взрослым.

Пожалуй, за долгое время это редкая книга, которую мне хотелось растянуть на подольше.

Если любите аудио — озвучка у нее тоже прекрасная (Елена Шемет). И обложка исключительно правильная.