...Помимо этого, он аристократ. В разгар депрессии Йозеф Шумпетер читал лекции по экономике в Гарвардском университете; войдя в аудиторию, он скинул свой плащ европейского покроя и с отчетливым венским акцентом объявил изумленной публике: "Чентльмены, ви беспокоитесь по поводу депрессии. Она не стоит того. Депрессия - это полезный холодный дюш для капитализма". Я был одним из изумленных слушателей и могу подтвердить: лишь не многие из нас догадались о значении слова "дюш", но почти все заметили, что утверждение было очень странным и отнюдь не кейнсианским по своему духу.
Когда бывший с ним на короткой ноге Элберн Гэри, более известный как судья Гэри, как-то раз в судебном порядке вынес Моргану предупреждение, тот взорвался: "Мне не нужен юрист, который рассказывает, чего я не могу делать. Я нанимаю его затем, чтобы он объяснял, как делать то, что я хочу".
Шумпетер - 'Верхние слои общества и правда напоминают отели: они всегда заполнены, но постояльцы то и дело меняются!'
Симон: 'Почти все получают те, кто ничего не делает'.
Бриллианты стоят так дорого, потому что их непросто добыть или потому что люди так любят их носить?
Как удается организму, чьи отдельные части заняты удовлетворением своих эгоистических требований, не разрываться на куски под действием центробежной силы? Каким образом частные интересы отдельных людей приходят в соответствие с нуждами всей группы? Как в отсутствие диктата плановика и влияния многовековых традиций общество умудряется гарантировать выполнение хотя бы жизненно важных для него заданий?
Именно Смит окрестил англичан "нацией лавочников".
Таким образом, их можно назвать философами от мира сего, ведь каждый стремился построить философскую систему, объясняющую наиболее приземленное из человеческих желаний - погоню за богатством. Наверное, это не самый элегантный род философии, но уж точно гораздо более интригующий и важный, чем все остальные.
Дело в том, что владеющий умами людей обладает властью большей, чем ее способен дать меч или скипетр: именно поэтому наши герои определяли очертания мира и управляли им.
Маркс изначально сомневался во вменяемости любого, кто не принимал его аргументов!