Mine üle audioraamatule
Подойдя к дверям отсека, он кое-что вспомнил, и бросив сумку у дверей побежал в сторону мостика. В этот момент магнитное поле корабля снова отключилось и Виктора по инерции подкинуло вверх до самого потолка. Чуть не сломав себе шею он перевернулся в воздухе пару раз, рухнул на пол, отбив локти и колени, так как поле снова резко включилось. Выругавшись самыми бранными словами, пришедшими Виктору на ум, он встал символически отряхнувшись, и уже с опаской и аккуратностью, медленно побрел до мостика. Там он открыл шкаф-сейф капитана, используя защитный код, который знали только капитан и он. Достал оттуда плазменный пистолет, посмотрел на него задумчивым взглядом и сунул за ремень.
Оглянувшись вокруг, вспоминая, что может ещё пригодиться там внизу на планете, он подумал о том, что есть два варианта развития событий.
Первый – капсула прилетит прямиком в расположение колонии, и его там сразу встретят колонисты, так как получат сигнал бедствия от спасательной капсулы ещё за долго до ее приземления, и все что он взял ему совершенно не пригодится.
Второй – планета окажется не обитаема, и то, что он берет с собой, малая доля того, что понадобится ему, чтобы выжить в этом чужом мире. И ему словно Робинзону Крузо, придётся строить остаток своей жизни в полном одиночестве. Но тянуть смысла не было, потому что даже во втором случае шансов выжить больше, чем на этом умирающем корабле.
Подняв с пола сумку, Виктор открыл двери шлюза и вошёл в эвакуационный отсек. Последняя оставшаяся спасательная капсула ожидала своего спуска. Запретив себе снова попасть в ловушку страха, Виктор начал приготовление к отлету с корабля. Погрузил в последнюю оставшуюся на корабле спасательную капсулу, собранную сумку, полностью уверенный, что она ему не пригодится, и сам вошёл в неё, расположившись поудобнее на мягком матрасе из искусственной кожи белого цвета.
Спасательная капсула, представляет собой короб чуть выше человеческого роста, обшитый прочным пластиком, и прозрачной передней панелью-дверью. По краям с обратной стороны установлены небольшие реактивные двигатели, способные в автономном режиме, на небольшом количестве топлива и энергии звёзд, получаемой специальными солнечными батареями, раскрывающимися компьютером, при необходимости, десятки лет бороздить просторы глубокого космоса, пока не приведут своего подопечного до места назначения, а именно до ближайшей колонии поселенцев либо центра управления. Также в капсулу встроена система анабиоза, способная продержать человека внутри себя, все это время, в глубоком сне.
В анабиоз Виктор входить, конечно, же не планировал, так как путь будет не очень долгим, всего около трёх часов. Но мысль о том, что после приземления и обнаружения отсутствия колонистов на планете, ему, все-таки захочется на какое-то время погрузиться в сон, не давала покоя.
Ну что же, все приготовления завершены, осталось только включить процедуру запуска эвакуации. Дверца капсулы закрылась, и начался обратный отчёт.
10 – 9 – 8
Сердце застучало сильнее от волнения.
7 – 6 – 5
Дыхание перехватило в предвкушении.
4 – 3 – 2
Виктор закрыл глаза и сделав глубокий вдох, замер в ожидании.
1 – 0 – пуск!
Резкий толчок отбросил капсулу от корабля, и двигатели, подхватив движение, начали манёвр к атмосфере планеты.
Сердцебиение пришло в норму через несколько минут, как и сбившееся дыхание. Даже будучи замурованным в пластиковом ящике, Виктор почувствовал себя в большей безопасности, чем в открытом космосе в скафандре, и даже на борту неисправного корабля, с которого он сбегает в неизвестность. Местная звезда, синеватым светом озарила переднюю панель и ослепила с непривычки глаза консула Малышева. Пробежав яркими бликами по стеклу, скрылась из виду, уступив место красивым космическим пейзажам с орбиты планеты, и дала надежду на дальнейшее выживание в неизвестном ему месте. Странно, ведь теперь для Виктора любое место, и люди стали неизвестными и возможно чужими. И строить свою жизнь и свой дом в любом случае нужно будет заново. Произойдет это там от куда он прилетел, или здесь на новой загадочной розовой красавице планете, уже значение не имеет.
Вход в атмосферу в спасательной капсуле оказался не таким уж и спокойным, как рассчитывал Малышев. Скорость вхождения в атмосферу была слишком быстрой, а при падении она увеличилась ещё в несколько раз, и трясти стало так, будто кто-то решил окончательно выбить из консула все его былые долги. Обшивка загорелась, запах гари пробирался сквозь защитную оболочку спасательной капсулы и, усиливаясь, ударял в нос Виктору. Его это не испугало, скорее успокоило, ведь это означало наличие плотной атмосферы на планете, и давало надежду на наличие кислорода.
Тормозные двигатели не сработали, наверняка оказались неисправными. Раскрывшийся парашют резким толчком дернул капсулу назад, и консул, сильно ударившись о крышку капсулы, вырубился до самого приземления. Придя в сознание уже на земле, он не мог понять, сколько времени пролежал в отключке.
Открыв глаза, первое, что он увидел – это красивое вечернее небо, напомнившее ему Землю. Его необычный фиолетовый цвет успокаивал. А осознание того, что план побега с корабля сработал, вызвало у него нервный смех. Он потянулся потрогать лоб, которым сильно ударился о крышку капсулы, крови не было, значит не разбил, но шишка вылезла знатная.
Через пару мгновений Виктор понял, что лежит на земле, а не в закрытой капсуле. Он аккуратно приподнял голову и увидел перед собой замершую в неестественной позе фигуру человека. Волна облегчения обдала его от куда-то из груди, растекаясь мурашками по всему телу. Виктору показалось, что незнакомец, простоял так, согнувшись перед ним, все это время пока тот лежал на земле, словно фильм, поставленный на паузу. Но спустя мгновенье человек отмер и даже заговорил.
– Ваше имя пожалуйста? – Почти полицейским тоном спросил незнакомец, в легкой болоньевой куртке красного цвета, застегнутой под горло, и в темно зеленых, мятых форменных брюках.
– Виктор Малышев, консул РККП, – он встал и слегка покачнувшись, автоматически потянулся в карман чтобы достать электронное удостоверение, но потом вспомнил, что положил его в сумку, вместе с остальными вещами.
Неестественный человек, резко дернулся и потянул руку за пазуху, явно за лежащим там оружием. Консул поднял обе руки над головой и замер.
– Стой, стой. Я только хотел достать удостоверение, но оно, кажется, в сумке, – быстро пояснил он.
– Извините, консул. У нас тут немного сложная ситуация, и мне пришлось быть на чеку, – не особо меняя интонацию ответил тот. – Я Тед, Тед Андерсон. Я инженер электрик. – теперь интонация изменилась, как по щелчку тумблера. – Купол зафиксировал падение очередного неопознанного объекта, отсоединившегося от того корабля, который многие годы курсирует по орбите планеты, и меня послали проверить. Если честно мы уже не ожидали обнаружить в капсуле живого человека. Предыдущие, те, которые упали прошлой ночью, оказались пусты. А в тех, что приземлились утром, были мертвые тела. Вы что-нибудь знаете об этом?
– Да знаю, это долгая история, и я очень рад, что остался жив… Тед, ты сказал много лет… Назови звездную дату!
– Две тысячи пятьсот пятьдесят семь, – коротко сказал Тед.
У Виктора потемнело в глазах, голова закружилась, его самое большое опасение подтвердилось. Согнувшись, чтобы не упасть, он уткнулся руками в колени, сделав пару глубоких вдохов сказал:
– Мне срочно нужно встретиться с вашим руководством. У вас же есть руководство? Есть кто-то старший? Администрация? – Виктор не был уверен, что за столько лет сохранились традиции колониальных поселений. И что все также придерживаются прежних протоколов и инструкций.
– Конечно, консул Малышев, вас уже ждёт наш комендант. – Виктора обрадовало, что по крайней мере названия должностей, судя по всему, остались прежними. – Пройдемте в машину, консул, – снова полицейский тон в голосе, вот-вот начнёт зачитывать его права, и на запястье защелкнутся наручники.
Что-то ещё, помимо странного поведения Теда, смущало Малышева, но он старался не придавать пока этому значения. Он впервые так волновался, по прибытии в республиканскую колонию, одновременно скрыто радуясь, что не придется доживать свой век в одиночестве на пустынной планете. Значит, его домыслы оказались верны, и поврежденный корабль все-таки добрался до места назначения.
Машиной оказался старый пикап на воздушной подушке, входящий в стандартную комплектацию технического оснащения колоний, вот уже пятнадцать лет. Точнее стандартной эта комплектация была за пятнадцать лет, до старта его экспедиции. Краска на кузове местами давно облупилась, а кое-где и сам кусов был изъеден ржавчиной. Хозяйственные дела, судя по всему, не в самых лучших руках в колонии. Хотя за двести с лишним лет можно было бы и подшаманить.
Они подошли к машине, сумка Малышева уже лежала в кузове. Неестественный Тед, открыв консулу дверь на пассажирском сиденье, сам обошёл машину и сел за руль.
Виктор тоже сел и захлопнул за собой дверь. Встречающий, повернув только голову смотрел прямо на соседа, не говоря ни слова, словно сканируя своими глазами и изучая его. Неловкий момент затянулся, и Виктор решил начать первым.
– Ну что же…
Малышев собирался спросить, как давно они наблюдают за дрейфующим в около космическом пространстве консульском кораблём, но Тед перебил его, сказав:
– Простите консул Малышев, мы здесь давно не видели чужаков… То есть кого-то, кто здесь бы не родился…, – голос оставался тот же, но интонация снова кардинально поменялась. Мысль о психическом расстройстве собеседника, все больше вкрадывалась в голову консула. Поскорее бы добраться до поселения, и поговорить с более вменяемым человеком.
– Ничего, я понимаю, – улыбнувшись в ответ, Виктор, пересилил себя и повернул голову вперёд, говоря всем телом, что уже готов к поездке. – Подождите, то есть за более чем двести лет к вам не прилетала инспекция? – Удивился Виктор, ведь это противоречило всем правилам Республиканского Консульства Колониальных Поселений.
Собеседник многозначительно пожал плечами, и ничего не ответил. Да и что может ответить рядовой сотрудник, консулу, подумал Виктор. И не стал больше ничего спрашивать, оставляя все вопросы для встречи с комендантом и возможно советом старейшин, в который, по традиции, должны входить все руководители местных отраслевых производств. Опять же, если здесь все-таки есть этот совет, или хотя бы какое-нибудь производство.
Кнопкой зажигания встречающий завёл мотор автомобиля, и не торопясь двинулся в путь. Виктор огляделся вокруг. Капсула приземлилась в открытом, местами перекопанном поле, а местами, покрытом низкорослой темно-зелёной травой, как пушистым ковром. Пикап разогнался где-то до сорока километров в час, медленно объезжая глубокие ямы, направился в сторону леса. Тёплый ветер, проникая через открытые окна, легко трепал волосы Виктора, а тот не мог оторвать взгляда от багрового заката огромной звезды, местного источника тепла и света.
Солнце почти зашло за деревья, вокруг стало быстро темнеть и холодать. Тед включил фары, но так и не произнёс ни слова. Более того, он даже ни разу и не посмотрел на своего спутника, словно это обычное дело, и каждый день, к ним на голову сваливаются люди.
– Далеко от сюда поселение? – Все-таки решил разбавить тишину, успевшую уже надоесть за время поездки.
– Не очень далеко, – сухо ответил Тед, так и не взглянув в сторону попутчика.
Виктор всмотрелся в быстро наступавшую темноту, автомобиль приближался к кромке бардового леса, состоявшего из замысловатой формы гигантских деревьев. Оглянулся назад, будто почувствовав чьё-то присутствие. Вдруг откуда-то из темноты, сзади, молнией сверкнула вспышка света, и направилась прямиком в их сторону.
– Что это за хрень? – Резко выругался консул, и локтем стукнул встречающего. – Тед, осторожно! – Успел крикнуть он, но тот будто и глазом не моргнув, резко сманеврировал в сторону.
Пучок света быстро пронёсся над ними, и с взрывным грохотом врезался в землю, точно в том месте, где должна была оказаться их машина пару мгновений спустя. Сердце Малышева забилось чаще. В ту же секунду он почувствовал жар от горячего воздуха, ворвавшегося через открытое окно. В нескольких метрах от них снова разорвался снаряд. Тед, не показывая тревогу явно насторожился, и вглядываясь в дорогу изо всех сил надавил на педаль газа. Маневрируя из стороны в сторону, словно пытаясь угадать, где рванет новый снаряд, резко выкручивал руль то в одну сторону, то в другую.
– Эй мужик, что здесь происходит? Кто-то явно не рад нас здесь видеть, – Виктор, конечно, не надеялся на подробный отчёт о происходящем в данный момент, но хоть что-то ободряющее все же услышать хотелось бы.
– Главное успеть добраться до леса, – все что ответил молодой человек.
Малышев, скривившись от злости обернулся назад, пытаясь разглядеть преследователей, но видно ничего не было. Вдруг из темноты ночи, в метрах трехстах сзади, выскочили два аэроскутера. Виктору даже показалось, что он слышит рёв их двигателей на воздушных подушках, раздирающих сухую землю под собой. Преследовали тоже явно понимали, что времени у них осталось немного, пока автомобиль не скроется в гуще леса, и явно неслись на максимальной скорости.
Один из скутеров отделился от погони направившись влево, судя по всему, рассчитывая на то, что сможет срезать и пойти на опережение, о чем консул тут же сообщил Теду. Тот, в свою очередь, резко дернул руль в противоположную сторону, направив автомобиль по другой траектории.
– Так будет дольше, но мы оторвёмся, – пояснил парень.
– Тебе виднее, – не понимая, что происходит кивнул Виктор.
План Теда сработал. Тот, что пытался пойти на обгон, совсем пропал из виду, а второй преследовавший их аэроскутер вдруг резко запыхтел, задымился и, через какое-то время, вовсе заглох и остановился. Это было везение, но уже через несколько секунд первый скутер, выскочил из-за холма, подлетев и сделав сальто в воздухе, снова повис на хвосте.
Автомобиль подскочил на кочке так, что Виктор чуть не вылетел в боковое окно. Ударившись плечом о защитную решетку окна, он схватился за ручку перед собой, и больше ее не отпускал.
Наконец-то они добрались до кромки леса, и поехали вдоль нее. В поиске удобного въезда, они мчались на огромной скорости. По левую сторону мелькали толстенные стволы местных деревьев. Виктор уже не смотрел на преследователей, пытаясь сосредоточится на поиске спасительной дороги. Но похоже, что Тед знал эти места достаточно хорошо, так как вскоре резко нажал на тормоза и, вывернув руль влево, снова надавил на газ. Плазменный луч со свистом пролетел прямо перед носом пикапа, и с треском врезался в дерево, осветив дорогу Теду, на лице которого не дернулся ни один мускул. Двигатели взревели, и со всей мощью они влетели в гущу леса, что по словам Теда означало их спасение.
И действительно, Виктор, оглянувшись, увидел, что аэроскутер даже не стал их преследовать. Все это показалось очень странным консулу Малышеву, но он не стал отвлекать водителя своими вопросами, оставив их более компетентному, и как надеялся, более разговорчивому человеку – коменданту Совета Колониального Поселения. Буквально через несколько минут, автомобиль выехал на дорогу, и их больше не трясло как в стиральной машинке.
Лес оказался неожиданно густым, настолько густым, что деревья вдоль дороги стояли практически стеной. Минут через десять лес закончился, и дорога снова вывела на огромное поле, но уже не такое пустое, как-то, на котором приземлилась спасательная капсула. Тед уже отпустил педаль газа, и Виктор мог внимательно рассмотреть окружающую обстановку, но так и не решился отпустить ручку, за которую держался. У кромки леса, перед въездом на поле, Виктор заметил пару вышек с вооруженной охраной. Посты.
Теперь ясно, почему бесстрашный Тед был уверен в том, что преследователи не поедут за ними в лес. Те знали о наличии постов. Возможно даже они были и в лесу, но консул не заметил их в суете. Все поле было засажено неизвестными растениями, похожими на огромную пекинскую капусту на длинных, не очень толстых ножках, не меньше двух метров в высоту. По аккуратным и плотным рядам растений, было ясно, что они не дикорастущее, а были высажены специально, значит скорее всего употреблялись в пищу. Сотни тысяч огромных кочанов устилали всё поле, а над каждым из них Виктор заметил странное свечение пыльцы, поднимающееся и уходящее в небо, где оно сливалось в одно сплошное светящееся облако. Из этого облака пыльцы, в разные стороны, выходили длинные ровные лучи, шевелящиеся, словно щупальца неизвестного инопланетного животного, сошедшего с картин Сальвадора Дали, на ощупь ищущего свою жертву. Виктору это показалось странным, и даже пугающим, но судя по тому, что Тед не обращал на это никакого внимания, опасаться было не чего.
Более того, проехав ещё немного, Тед остановился, и вышел из машины.
– Не могу больше терпеть, – сказал он, рванул прямиком в гущу посадки и скрылся за кустами.
– Ясно, что уж, – ухмыльнулся консул, и решив немного размяться тоже вышел на дорогу.
Тёмная ночь, оказалась не очень и темной. Тусклое мерцание пыльцы освещало практически все поле. Виктор, вглядываясь в этот свет, не понимал откуда он берётся. Солнце давно уже село за горизонт, и не могло давать отблеск этим частичкам. Не уж то они сами его излучают. Он с осторожностью подошёл к обочине, чтобы разглядеть эти частички поближе. Облако света сначала отдернулось, как пугливая кошка, но тут же одно из щупалец удлинилось и медленно направилось в сторону Виктора. Теперь отдернулся консул, то ли от страха, то ли от неожиданности, но поняв, что бояться пыльцы глупо, сделал шаг вперёд, и протянул руку в сторону этого светящегося щупальца, словно какому-то живому существу, позволяя обнюхать себя, давая понять, что не представляет угрозы. А это существо дотянулось странным хоботом из светящейся пыльцы до кончиков пальцев стоящего перед ним человека, и стало осматривать, и обнюхивать их, будто имеет тысячи глаз и носов.
Вся ситуация показалась консулу Малышеву очень странной, смешной и, даже, невозможной одновременно. Кисть руки уже полностью оказалась в пыльце. Он повернул руку ладонью вверх, и почувствовал какую-то вязкость. Она явно не была невесомой и имела какую-то массу. Рука как будто погрузилась в кисель. Этот кисель все больше обволакивал его руку, и уже почти добрался до локтя. Виктор, как заворожённый, смотрел на мерцание песчинок и не мог даже пошевелиться. Когда же он решился убрать руку, понял, что не может этого сделать без особого усилия. Он попытался ее отдернуть назад, но облако словно всеми силами пыталось его удержать, и даже затянуть к себе. Виктор резко дернул руку на себя, и она выскользнула из облака. Подумав, что не стоит рисковать, он решил вернуться в машину.
– Тед! – Крикнул он вглядываясь в сторону кустов. – Где тебя там носит? Тееед!
Виктор не успел закончить, как понял, что облако полностью окружило его, и щупальца со всех сторон потянулись к его ногам и рукам.
– Эй, мать вашу, что здесь происходит? Тед? – Виктор не хотел паниковать, но пыльца уже полностью обволокла ноги и руки, погружая консула все глубже и глубже в свои мерцающие объятья.
Кисель из света и пыльцы полностью обнял человека и, словно застывающий цемент, становился все плотнее и плотнее, пока полностью не застыл и не обездвижил свою жертву. Дышать стало невозможно ещё и потому, что кисельная масса своими вязкими щупальцами стала проникать в рот и нос Виктора. И вот он уже стал терять сознание, как вдруг свет рассеялся, так же быстро, как и напал на него. Консул рухнул на дорогу, как тряпичная кукла. Последнее, что он увидел это звёзды на чёрном ночном небе.
Голова гудела от боли, так сильно, что Виктору долго не хотелось открывать глаза. Все-таки решившись это сделать, он понял, что лежит на кушетке в палате.
– Где это я? – прохрипел неуверенно Виктор, голос не сразу послушался. – Где я? Вы кто? – Уже более уверенно и громче спросил он девушку в медицинском халате, стоявшую напротив кушетки, и изучающую какую-то информацию на мониторе портативного компьютера.
– О, мистер Малышев, вы пришли в себя. Я Элен, медсестра, – с нейтральной интонацией произнесла она в ответ, повернувшись и подойдя ближе. – Я сделала вам укол успокоительного, вас это должно расслабить. Вы отдыхайте, вам нужно поспать.
Виктор хотел быстро встать, но руки не слушались, и он снова рухнул головой на подушку.
– Мистер Малышев, вам нужно хорошенько отдохнуть. От стресса и перегрузок при приземлении, вы потеряли сознание прямо на дороге, да ещё и хорошенько ударились головой при падении. Возможно сотрясение. Поспите…
– А это…, – он потрогал лоб рукой, пытаясь нащупать ту самую шишку, но не смог этого сделать, она куда-то исчезла. – Мне нужно поговорить с комендантом, – перебил он девушку, снова пытаясь встать. Но теперь она уже надавила на плечо так, чтобы он снова вернулся в постель.
– Мистер Малышев, я уже сказала, что вам необходим покой. Поспите здесь, отдохните, а утром… утром встретитесь с комендантом.
– Что это вообще было? Как оно…, – изумленно произнёс он, так и не закончив фразу.
– О чем вы, консул? – соизволила изобразить удивленную интонацию медсестра.
– Ну этот свет, пыльца над растениями в поле. Где Тед?
– Оу. Мистер Андерсон, отлучился по естественной нужде, и вернувшись через минуту, обнаружил вас, лежащим возле машины. Вы потеряли сознание прямо посреди дороги. Хорошо, что он привёз вас сразу в медпункт, – протараторила девушка. – Я его отпустила домой, завтра утром он за вами заедет и отвезёт в офис коменданта. Если Вы будете игнорировать мои рекомендации, консул, не смотря на вашу высокую должность, мне придётся позвать медбрата и сделать вам укол снотворного.
– Ладно-ладно, я молчу. Мне действительно нужно отдохнуть и всё обдумать. Всё, что я здесь увидел.
– Это всего лишь бурная фантазия уставшего мозга, вот увидите завтра вы проснетесь, и поймёте, что все это вам привиделось.
Да откуда она может знать, что ему привиделось, а что было реально? Глупая девчонка. Ладно. Виктор не стал с ней спорить, и что-то доказывать. Возможно, она и не выходит никуда дальше своего медпункта. Но комендант должен знать, что происходит на этой чертовой планете. Неужели за столько лет колонизации новых планет, люди впервые столкнулись с внеземным разумом? Это существо или растение, или пыльца, чем бы оно ни было, явно пыталось его убить. И оно не могло быть не разумным. То, как оно потянулось к нему для изучения, не могло быть случайностью. Да, однозначно внеземной разум. Дальше он думать уже не мог. Мозг отключался под действием обезболивающего. А возможно, эта милашка всё-таки вколола ему снотворного втихаря. Ну ничего завтра он покажет кто здесь главный.
Ночью Виктора мучали кошмары. Если их можно назвать кошмарами. Ведь он ничего не видел, а только ощущал. Он снова был обездвижен светящейся пыльцой. Только теперь она проникла прямо в маленькое окошко в палате, будто специально открытое медсестрой перед уходом. Снова это уже знакомое удушье. Ощущение вязкости, сменяемое болью в горле, будто кто-то пытается засунуть свою огромную руку прямо в его глотку, достать там до внутренностей и выдрать их через рот. Но потом боль сменялась страхом. Он снова чувствовал себя в открытом космосе, окружённый бесконечностью и темнотой. Только на этот раз без скафандра. И без корабля. Только темнота, бесконечность и он, посреди всего этого кошмара.
Потом он проснулся. Проснулся весь в поту, в темной комнате, совершенно один. Маленькое окно напротив его кровати и вправду оказалось открытым, наверно он увидел это перед тем, как уснуть, и мозг воспроизвёл это в дурацком сне. Пить. Ужасно хотелось пить. Он до сих пор чувствовал привкус пыльцы у себя во рту. И хотелось смыть его многими литрами воды. Глаза привыкли к темноте, и он огляделся вокруг.
Ничего… Ничего напоминавшего графин или бутылку с водой. Подошёл к двери. Дернул ручку. Заперто. Ну конечно, зачем оставлять дверь пациента открытой? Он ведь не консул РККП, по уставу, между прочим, самый старший чин в колонии, а какой-то преступник, который может сбежать куда-нибудь на неизвестной ему планете. Что за бред.
– Эй! Есть тут кто? – не выдержал Виктор и стукнул ногой по двери. – Бред! Это какой-то бред! – Заключил он, но выбора нет, придётся снова залезть в постель, и попытаться уснуть.
Он подошёл к открытому маленькому прямоугольному окошку, которое находилось на уровне его макушки, так, что заглянуть в него без помощи стула было невозможно. Но и не особо сейчас хотелось. Он глубоко вдохнул свежего прохладного воздуха, и инстинктивно, закрыл его. Так будет спокойнее спать. Часов в комнате не было, поэтому сколько ещё осталось до утра он не знал, но надеялся, что не долго. Так как чувствовал, что уснуть больше не получится, и придётся всё оставшееся время пялится в потолок. Но он ошибся, только его голова коснулась подушки, как его снова вырубило. Но на этот раз, он оказался на земле, с друзьями праздновал окончание Академии, и поступление на службу республиканского флота. Были ещё какие-то сны, но ничего примечательного.
Когда Виктор снова открыл глаза, яркий солнечный свет уже освещал всю комнату. В комнате, не шевелясь, стояла женщина лет сорока, в белом халате и с планшетом в руках. Увидев, что он проснулся женщина, словно ожила, подошла ближе и наклонилась.
– Как Вы себя чувствуете, мистер Малышев? – спросила она, глядя на него и делая пометки в планшете. – Как спалось?
– Отлично, спасибо, – он и правда чувствовал себя очень хорошо. Отчего и настроение было позитивное.
– Ну вот консул, я же говорила, что вам необходимо отдохнуть, и все как рукой снимет, – она снова что-то пометила в планшете, и достала из кармана электронный градусник. – Пожалуйста откройте рот.
– Вы говорили? Кому говорили? Я Вас впервые вижу, мисс…?
Виктор насторожился и посмотрел на женщину. Она же удивленно подняла бровь, очень неестественно, словно хотела, чтобы Малышев заметил это, обернулась к столу у противоположной стены, над которым висело большое зеркало в обычной пластиковой оправе, взглянула в него, и поправив слегка длинные чёрные волосы, собранные, в аккуратный пучок сказала:
– Миссис Кордон, меня зовут Мария Кордон, я главный врач нашей больницы. Вчера, к сожалению, я не смогла приехать сама, поэтому консультировала по телефону мою помощницу Элен, но будьте уверены, если бы я знала, что вы такой интересный молодой человек… – Она снова повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза. Подошла поближе и подмигнула одним глазом.
– Миссис Кордон, может быть, вы мне расскажете, что это за поля с любопытными растениями мы вчера проезжали с встречающим меня Тедом, и кстати, где он, мне сказали он встретит меня и отведёт к коменданту. Думаю, он должен меня ждать с нетерпением.
– Конечно, мистер Малышев. Тед приедет чуть позже, Вы как раз успеете отведать наш больничный завтрак, – женщина доктор нежно улыбалась и всем видом показывала своё расположение. – На счёт полей, это местная культура, которая можно сказать не дала нам умереть, – она запнулась, но поспешила добавить: – с голоду. Она очень питательная, и большинство наших блюд содержат ее в своём составе. На завтрак Вы сами в этом убедитесь.
– А что на счёт светящейся пыльцы? – Виктор не мог успокоиться. Он ясно понимал, что все произошедшее вчера вечером по пути сюда, ему не привиделось. Особенно это облако из светящейся пыльцы, которое его чуть не убило.
– Не понимаю о чём вы, мистер Малышев, – совершенно без эмоций произнесла дама в халате врача.
– Вчера вечером, проезжая это огромное поле, я заметил облако пыльцы, и оно светилось и переливалось как паетки на дешевом вечернем платье, – выложил все карты Виктор.
– И все же, мне нечего вам ответить на это, мистер Малышев. Возможно, закатный свет местного солнца, кстати мы по привычки зовём эту звезду Солнце, знаете так далеко от дома, брошенные на произвол судьбы… – она посмотрела в окно и замолчала, словно потеряла суть разговора.
Тишину нарушил стук в дверь. Она тут же отворилась, и в комнату вошёл молодой человек, с тележкой, на которой был сервирован завтрак. Большая тарелка с яичницей из четырёх яиц, с краю лежало что-то напоминающее котлету. На другой тарелки были нарезаны овощи, обычные земные помидоры и болгарский перец. На отдельной тарелке лежали тосты. И большой стакан, с жидкостью напоминающей морс.
Доктор Кордон, мило предложила отведать завтрак, сказала, что свяжется с Тедом, попросит его приехать, и откланялась.
Виктор сел поудобней на кровати, и придвинул столик на колесиках, на котором стоял его завтрак. Яйца оказались обычными, куриными. Вполне земная яичница. А вот котлета показалась вполне интересной. Скорее всего куриный фарш вперемешку с каким-то растением, немного напоминающим шпинат, только с более плотными волокнами и ярко выраженным, не похожим ни на что земное, вкусом. Наверное, это та самая капуста, которую они выращивают на полях. Все было достаточно съедобным и очень сытным. А вот та жидкость, по цвету напомнившая Виктору морс, оказалась самым противным, что он когда-либо пил. Нечто очень кислое, больше напоминающее уксус, разведённый с водой. Хватило одного глотка, больше не влезло.
Только консул покончил с завтраком, в дверь снова постучали. На этот раз гостем оказался Тед. Он зашел, и вежливо поздоровался. Спросил, как он себя чувствует. Даже показалось, что он всерьёз обеспокоен. Виктор очень хотел завалить Теда вопросами о вчерашней сумасшедшей поездке. Но был уверен, что тот ничего не расскажет.
– Вчера Вы знатно переволновались консул, – неожиданно начал Тед. – Я было подумал у вас эпилептический припадок, или что-то вроде того. Я не очень разбираюсь в земных болезнях, – пояснил парень.
– А что ты вчера видел? – Как можно аккуратнее спросил Виктор. – И где тебя так долго носило? Я думал ты вообще больше не вернёшься, – эмоции стало трудно скрывать.
– Но меня не было пару минут, я буквально туда и обратно. А когда вернулся, Вы уже лежали на земле…
– Ясно, значит ты ничего не видел.
– Не-а, не видел, а что должен был увидеть?
– Забей, Тед, – спорить, и что-то доказывать не было смысла. Пора собираться на встречу с комендантом. – Дай мне пару минут, я переоденусь, и поедем в офис к коменданту.
– Да, конечно. Я подожду снаружи, у машины.