Mine üle audioraamatule
Ксения, разговаривала с Седым мужчиной, но вот она отделилась от толпы и, прихватив с собой что-то очень похожее на палатку и спальник, пошла ниже по склону, и чуть в сторону, где, как я помнил, была укромная полянка на краю обрыва. Вид оттуда на озеро открывался замечательный. Единственный минус – из-за нагромождения валунов там наблюдался дефицит ровного места. Одна палатка средних размеров встанет идеально, а близкого соседства с другими рельеф не предусматривает. В то лето, когда мы с Тарасом здесь отдыхали, именно там стояла палатка Митрохи и Инны, местечко идеально подходило для сладкой парочки. Пока вплотную не подойдешь, в голову не придет, что там что-то есть, кроме камней и высоких кустов. Понятно было, что девушка знает куда идет. Это еще больше подогрело мой интерес. Решив не упускать случай, я запер машину, кивнул парню, снова забравшемуся на водительское сиденье и, всем видом изображая невинную прогулку, направился вслед за Ксюшей.
Когда я выбрался на полянку, она уже вытряхнула из чехла на землю сверток палатки и, стоя на коленях, внимательно изучала инструкцию по установке.
– Привет, – как можно дружелюбней окликнул ее я. – Помочь? Уверен, лишняя пара рук вам не помешает.
Девушка подняла на меня глаза, словно ничуть не удивилась.
– Ну, раз вы сами предлагаете… Прошу.
И поднявшись с земли одним гибким движением, она смахнула с коленок невидимую пыль.
Пока я устанавливал палатку, Ксения сидела на краю обрыва и болтала ножками, как маленький ребенок.
– А вы не боитесь спать здесь, в стороне от всех? – Спросил я, справившись с задачей очень быстро и любуясь делом своих рук. Сложного ничего не было, так как ее зеленая палатка, была точной копией моей трехместки. Только цветом и отличалась.
– Пока не знаю, – откликнулась она, стрельнув глазками в мою сторону, – Но если будет страшно, вы первый об этом узнаете.
«Та-ак, похоже, не то ляпнул».
– Всегда рад помочь, – поспешил я исправить положение.
– Буду иметь в виду, – кивнула она и, поднявшись, подхватила с земли спальник и рюкзак, остановилась у гостеприимно распахнутого входа в палатку. – Вы хотите что-то спросить?
Серьезный взгляд зеленых глаз недвусмысленно показывал, что мне пора убираться.
– Может на «ты» перейдем? – Все-таки предложил я.
– Ага. Давай. – Легко согласилась Ксюша и, закинув в палатку спальник, удивленно приподняла тонкую бровь – типа «Ты еще здесь?»
Понимая, что сейчас не самое подходящее время для расспросов об озере, я решил пока довольствоваться малым. Хоть что-то.
– Пока, Ксюша, увидимся.
Она кивнула все с тем же выжидательным видом, и я, улыбнувшись напоследок, выбрался с поляны, что из-за множества валунов и камней сделать оказалось не так просто. Хотел было оглянуться, но не стал, вдруг и правда вслед смотрит. Контакт наладил и ладно, для первого раза вполне достаточно. Девчонка оказалась с характером, но меня это не пугало. Даже наоборот…
***
Тарас и Федор уже сидели за столом и ели лапшу с мясными консервами. Выглядело очень аппетитно.
– Явился, – проворчал Тихомиров, – давай поешь, а то пора уже за работу.
Я не заставил себя просить дважды. Навалив полную тарелку лапши, обильно полил ее стоявшим тут же кетчупом под неодобрительным взглядом Тараса. Он считал, что это только портит пищу, но я не собирался ради него отказываться от своих привычек. Тем более, что кетчуп и майонез он привез явно не для красоты.
Я еще допивал свой чай, когда Тарас с Федором отправились выбирать место для постройки. Мытье посуды и приборку стола они как-то молчаливо предоставили мне.
Посуду я перемыл, и, убрав сумку-холодильник обратно в палатку Тихомирова, нашел ребят недалеко от машин, ближе к лагерю ученых.
Они уже выбрали ровную площадку и засыпали ее песком и гравием. Федор старательно утрамбовывал все это пеньком, держа его за рукоятку в виде набитой сверху палки.
– Ну, наконец-то, – Тарас сказал это с таким видом, словно ждал меня, по крайней мере, час. – Федь, достаточно. Так, Серег, сейчас самое сложное, выставляем блочки. Возьми пока этот уровень и наполни водой. Только смотри, чтобы ни одного пузырька. А нет, лучше пусть Федор. Сделаешь?
Мальчишка с готовностью кивнул, забрал у Тараса водяной уровень с длинной резиновой трубкой и отправился к нашим палаткам наполнять его водой. А мы начали выставлять эти самые блочки.
Запарились надо сказать основательно, то подкопать надо было, то подсыпать гравия, то один блок передвинуть то другой. Тарас по сто раз измерял все водяным уровнем и рулеткой, не доверяя даже Федору, задавшись целью добиться идеального результата. Накрыв каждый из блочков кусками рубероида, мы приступили к обвязке, когда на часах было уже пять вечера.
В лагере ученых все только-только приступили к еде. Три пластиковых стола были сдвинуты, а вокруг расставлены складные табуретки. Порадовался, что сибарит Тарас захватил для нас кресла, пусть пластиковые, но гораздо комфортнее, чем эти походные табуретки с брезентовым сиденьем. Ксюша отсутствовала. Так и не понял, она с ними в команде или сама по себе.
К тому времени, как мы закончили настилку пола, поставили стойки и набили стропила, я успел поставить несколько заноз, распороть плечо гвоздем и практически размозжить большой палец левой руки неудачным ударом молотка. Кроме того проникся сильным уважением к Федору, который работал чуть ли не лучше самого Тараса. Причем, в отличие от лучшего друга, мальчишка без всякого превосходства относился к моим ошибкам, четко и понятно объясняя, что и как делать.
Время от времени, кто-нибудь из ученых подходил, наблюдая за нашей работой. Тараса и меня это немало раздражало, лишь Федор не обращал на них никакого внимания.
В какой-то момент подошла и Ксюша, тогда-то я и ударил молотком по пальцу, едва сдержавшись, чтобы не выругаться вслух. Хорошо, она быстро ушла, а то, чувствуя на себе ее внимательный взгляд, я и так-то не блещущий строительными навыками, и вовсе перестал понимать, что делаю.
– Ну вот, – произнес Тарас, когда мы оглядывали получившийся каркас, – сегодня еще успеем положить рубик, а остальное завтра. Я чуть не застонал. После его «ну вот», ожидал, что он скажет – «на сегодня хватит».
Впрочем, оказалось все не так сложно. Единственно, что заканчивали мы почти в темноте.
Доски каркаса призрачно белели в сгущавшихся сумерках.
– Ну, все, – Тарас бережно укладывал свои инструменты в ящик, – осталось сущая ерунда. Завтра закончим даже раньше трех. Молодцы, парни! А теперь ужинать и спать.
Для ужина у Тараса была припасена еще одна бутылка хорошего вина. Мы ели жаренные на костре сосиски с порошковым пюре, но после активного труда, даже оно, сдобренное сливочным маслом, казалось вкусным. Быстрая еда нас избавила от мороки с готовкой, на которую лично у меня просто не осталось сил. Стол и все вокруг метра на полтора освещал мощный люминесцентный фонарь, который Федор назвал «Люмос». На мой вопрос – он пояснил, что только дочитал Гарри Поттера и научился включать свет с помощью заклинания.
– Это как? – Решил я его поддержать.
– Очень просто. Люмос максимум! – Воскликнул он и фонарь загорелся. В первый миг я даже слегка растерялся. А Федор еще несколько минут забавлялся над моим удивленным видом, балуясь с дистанционным управлением, пока Тарас не рявкнул на него, впрочем, весьма добродушно.
Со стороны ученых доносились звуки гитары и негромкое пение. Костер они разожгли знатный, нашелся же умелец. Я попытался разглядеть, есть ли среди них Ксюша, но с такого расстояния – это было сделать сложно, так и не понял.
У нас тоже было весело. Попивая вино, и закусывая пирогами Светы, которые Федор все-таки захватил из машины, когда пришлось вернуться, Тарас разговорился, травил байки одна хлеще другой на разные темы, благо женских ушей рядом не было. Федор тоже разошелся. Рассказал пару историй из жизни в лагере на Волге, откуда, оказывается, вернулся всего пару недель назад. Оказался с юмором парень. Описывая, как они с другом воровали ночью печенье со склада, и как плачевно это закончилось, заставил нас с Тарасом смеяться до слез. Потом обсудили новый фильм, сошлись во мнении, что из последних российских «На игре» был самым приличным, что первый, что второй.
– Слушай, Тарас, а охранять-то будем ночью? – Спросил я, когда Федор начал убирать со стола.
– Еще чего. Пока эти охранники здесь, можешь забыть.
– Я думал там один.
– Нее, двое. Завтра, как запрут в нашем строении свое драгоценное оборудование, так свалят. Поражаюсь я иной раз на такую веру людей в замки. А сегодня и хорошо, что они здесь. Нам выспаться надо. – Дождавшись, когда Федор отойдет подальше, Тарас наклонился ко мне и тихо произнес: – Я тут Федьке сказал, что в озере вода отравлена, чем непонятно, а группа экологов приехала выяснить причины. Так что имей в виду.
– Ладно, – кивнул я, невольно подумав, а не соврал ли он и мне.
Посидеть слишком долго не удалось. Тарас велел нам ложиться спать, заявив, что разбудит всех в семь утра.
Я думал, что усну сразу по примеру Федора, который негромко захрапел, едва завернулся в тарасовское одеяло. Но мысли, которые во время стройки и ужина куда-то исчезли, сейчас, как назло вернулись, и сна не было ни в одном глазу.
Тихонько, чтобы не разбудить Федора, я выбрался наружу, чтобы немного прогуляться. Темно было так, что в двух метрах ничего не видно. Ни луны, ни звезд. Видно, все тучами затянуло. Очень не хотелось, чтобы завтра был дождь. Тарас говорил, что они в плохую погоду вообще не строят, а тут по любому придется.
В лагере ученых царила тишина. Угомонились, наконец. Костра не видно, затушили, молодцы. Сам не заметил, как почти дошел до укромной полянки, где поселилась Ксюша. Сначала решил повернуть обратно, но заметил на самом берегу неясный силуэт. Сердце невольно дернулось, не ожидал никого встретить. Вглядевшись внимательней, понял по очертаниям фигуры, что это и есть моя утренняя знакомая. Была – не была, решил подойти.
Старался ступать как можно громче, чтобы не испугать девушку.
– Доброй ночи, – произнес я, останавливаясь в двух шагах от нее.
– Доброй. Тоже не спится? – Ее негромкий голосок приятно ласкал слух. – Кстати, прошу прощения.
– За что? – Именно этот момент выбрала луна, чтобы появиться из-за туч и осветить ее лицо. Лунный свет сыграл со мной злую шутку. В этот момент мне показалось, что я в жизни не видел лица прекраснее. Ксюша поспешно сделала шаг в сторону и оказалась в моей тени. Наваждение пропало.
– Из-за меня вы повредили себе палец. Дайте мне – посмотрю.
– Только если перейдем снова на «ты».
– Хорошо, повернись к свету. Да, вот так.
Ее пальцы нежно касались моей руки. Понять, что она там видит, я не мог, но ощущения оказались слишком приятные, чтобы отказываться от помощи. Палец уже не болел, во всяком случае, если его не трогать.
– Нормально все, – хмыкнула Ксюша и, к сожалению, отпустила мою руку, – до свадьбы заживет.
– Угу, – согласился я, – до нашей?
– Смеешься? – Спросила и, недовольно поведя плечиком, отвернулась и вся сразу как-то отстранилась. Возникшая, было, душевность – бесследно испарилась.
– И в мыслях нет смеяться над тобой. Разве что самую малость. – Попытался я исправить положение.
– Ясно. – Холодно откликнулась она.
Блин, ну кто же знал, что она такая обидчивая.
То ли я дурак, то ли у нее совсем нет чувства юмора. Мне бы про легенду спросить, а не млеть тут, как идиоту.
– Ксюш, я хотел спросить…
– Давай завтра, – перебила она, – спать уже очень хочется. Извини.
– Но я…
– Пока, Сергей. – Оборвала разговор девушка.
Она развернулась и, включив карманный фонарик, направилась к своей палатке. Луч света бежал впереди нее, выхватывая из темноты камни и кустарник.
– Пока, – пробормотал я. – Вот и поговорили.
Желание гулять в темноте резко пропало.
Внезапно навалилась усталость, и спать захотелось невыносимо.
Подумав, что утро вечера мудренее, заодно с досадой вспомнив об обещании Тараса разбудить в семь утра, да еще о своем опрометчивом обещании выйти на связь с Леной, я пошел было в сторону своей палатки, когда какие-то тихие голоса заставили меня замереть на месте и прислушаться. Видимо они не подозревали о моем присутствии, тем более, в своих кроссовках я ступал по песку почти бесшумно. Чтобы и дальше не быть обнаруженным, я даже постарался не дышать. Кто-бы не были эти двое, находились они очень близко, и теперь я ясно различал каждое слово, хоть и говорили они шепотом.
– Почему именно он?
– Ему ничего не рассказали, он молод, силен, не глуп, вроде – идеальный вариант.
– Гм… да, вы правы – то, что нужно. Кто этим займется?
– Я сам, завтра, как только уедет охрана.
– Превосходно! Спасибо.
– Не за что, мы ведь за этим и приехали… Ладно, профессор, с вашего разрешения, я – спать, чего и вам желаю. Не помешает хорошенько выспаться перед завтрашним днем.
– Конечно, друг мой. Идите.
– Спокойной ночи!
– Покойной!
"Профессор?". Послышались шаги. Они удалялись в сторону лагеря ученых. Интересно о чем это они говорили? Или вернее – о ком? Странно все это. И не очень мне нравились эти тайны.
Впрочем, сейчас гадать было бессмысленно. К тому же глаза слипались, а мысли путались. А завтра, после отъезда охранников, придется понаблюдать за профессором и его другом.
Когда я добрался до палатки, то немного взбодрился. Тихо пробравшись внутрь, стараясь не потревожить спокойный сон Федора, я достал ноут и включил его.
Блин, звук-то не выключил. Под мелодию загрузившейся винды, Федор проснулся и открыл глаза.
– Серег? – Сонно спросил он.
– Ага, спи давай.
– А ты чего?
– Обещал выйти в аську ненадолго.
– А-а-а. – Федор повернулся на другой бок и затих.
Ленки в сети не было, чему я даже был рад. От нее мигало оф-лайн сообщение. Всего несколько слов: «Скай, перерыла кучу инфы, но, боюсь, придется тебя огорчить – ничего особенного найти не удалось. Краткий отчет у тебя на мыле. ЗЫ. Корел – гад».
Ну, начинается. Генка-то чем не угодил?
Зайдя на почту, глянул ее отчет и понял, что ничего интересного и впрямь нет. Ну что ж, особо и не рассчитывал.
Так, сообщений офф-лайн в аське опять много.
Краб: «Скай, босс просил передать, что повысит тебе зарплату вдвое. Если ты не совсем придурок, засунешь свою гордость сам знаешь, куда и вернешься». С перерывом в пару часов от него было еще одно: «Скай, старина, я серьезно, возвращайся! У нас новый проект, очень интересный. Без тебя будет трудно».
Ого, это чтобы босс заговорил о повышении вдвое! Что там творится, интересно. Ладно, плевать, сейчас не до того, а завтра попробую поговорить с Крабом. Может и вернусь, что уж лукавить, работа мне нравилась. И команда подобралась удачная. Если не считать Фила, который меня на дух не выносит. К слову, не он ли причина моего увольнения? Что гаденыш метит на мое место, я понял давно, но всерьез не воспринимал – уровень не тот у парня. Так, про это тоже спрошу.
Креол: «Скай, мерзавец, ты чего Ленке про меня наплел? Встрэчу – зарэжу! Понял меня? Так шо лучче сиди там, где ты есть и не возвращайся. Твой очень хороший, но очень бывший друг».
О-па! Интересное «здрасти»! Это я наплел? Это что такое Ленка ему сказала? Решил, что надо с ней завтра пообщаться в аське. Ближе к вечеру, она должна появиться. А вот что сказать Креолу? Написал коротко: «Ген, иди ты.... Испугал.... бывший друг… С пивом завязывай и проспись, а потом, уж за клаву, ловелас хренов».
На этом, аську я закрыл, не желая читать остальное. Настроение испортилось. Ну, нафига я поддался Ленкиным уговорам и дал ей аську Креола. И ведь Генку спросил, и наш «красавчик» был совсем не против. Сам про Ленку спрашивал как-то. Вот и помогай людям!
По привычке загрузил страничку сайта – проверить новости. «ВИФ Стрелец» высветилось золотистыми буквами на фоне звездного неба и человека с ружьем. Ничего композиция, но Коляныч менять хочет, может и прав. Вернусь, обязательно посидим в его берлоге и подумаем. Может, Креола еще прихватим, если, конечно, к тому времени не порубаем друг друга. Его трезво-ироничный взгляд на жизнь и отменный вкус будут как раз кстати. Генка давно предлагал встретиться, выпить пивка, вот и совместим приятное с полезным.
Вместо идиллии, представился здоровенный Генка с налитыми кровью глазами, который отшвыривает ничего не понимающего Коляныча и надвигается на меня, решив сделать из меня отбивную. Более ярко представить, на что способен бывший краповый берет, прошедший вторую Чеченскую, и только два года как переставший орать и начавший говорить нормально, я не мог, а точнее, даже не хотел. Что такого наговорила ему Ленка? Нее, я так не играю. Точно надо поговорить с ней. Заодно предостеречь. И чего она в Креоле нашла? Блин, ей же всего двадцать, а Генке, если не ошибаюсь, тридцать пять. Определенно, все беды из-за баб. Так, не о том думаю.
Новых сообщений на форуме море. Впрочем, не удивительно. Бывает. Ух, Креол в сети. Нервный я стал какой-то. И Коляныч с Зелотом на форуме. Чего не спится-то? Ага, бурное обсуждение в теме «Тактика уличных боев». Что на этот раз? Ничего себе, Креол сцепился с Зелотом не по-детски. Быстро просмотрев пару десятков постов, понял, Креол, конечно прав, но закусил удила, а Зелот, ну что с него взять, только рад с кем-нибудь сцепиться. Но не на того напал. Генка -то на своей шкуре это испытал. Все, Зелоту с его «гугль рулит» хана. Хорошо, что даже Креолу не сказал, что Зелоту всего семнадцать, отличник, на медаль идет…, но наглый не в меру. А то бы сразу по стенке размазал, боюсь, что и в реале даже, а мне потом за племянничка босс влепит «мама не горюй», если вернусь. Честно признаться, даже порадовался, что парня хоть кто-то на место поставит. Давно нарывается. А Генке, видать, не на шутку башню снесло. Даже Коляныч понял, не вмешивается.
Вникать подробнее сил не было, да и смысла тоже. Завтра гляну, чем кончилось. Усталость навалилась с новой силой. Захотелось чего-то легкого и простого, потому и заглянул в личную тему Леночки – удивился, сколько понаписала. Сначала шло пару клипов, похоже, интересных, жаль, наушников нет, а то бы послушал. Ну а потом шла целая серия картинок, пронизанных тоской и одиночеством. Вот блин. И на нее что-то нашло. А я вроде как крайний. Никогда не буду больше никого знакомить. Нет, честно, какого блина у них там случилось? Пролистал тему дальше. Ага – Кира интересуется, что случилось у Мелкой. Ленка отвечает, что жизнь дала трещину – но все поправимо, она в порядке. О-па, Креол отметился. Стихи.
Когда непонятый тобой, усну
В прохладе ночи темной,
Небесный конь, порвав узду
Примчит, со звёздочкой вплетенной
В лихую гриву. Снов туман
Перемешает разум юный.
Безбожник, ветреный шаман
Руками станет нежить струны
Гитары, пробуждая мир
Принять любовь, как жизни тайну.
Под отзвук с неба нежных лир
Ворвёшься в сон… и не случайно
Увижу, словно наяву
Твой образ светлый и далекий.
И преклонюсь, как божеству
Небес, приняв за то упреки
И дальше, радуя себя,
Тобой, неведомой надеждой
Слезой подушку серебря,
Просплю, непонятый, но нежный.
Ну-ну, непонятый, но нежный, блин. Это Креол-то? И где нарыл? С какого перепугу вообще Генку на поэзию потянуло на старости лет?
На этом сообщения обрывались. Видно, Ленка ответить не пожелала.
Ну и что мне с вами делать? Правильно – не вмешиваться. Иначе, единственным кто получит по шее, буду я сам. Как говорят? Двое дерутся, третий не лезь? А в разборки между влюбленными так вдвойне… Блин, ведь смотрятся же вместе… Чего же стряслось? Генка – сволочь, хоть бы объяснил… нет – сразу "зарэжу"… Сначала поймай! Только и может, что кирпичи башкой бить. Заглушив слабые уколы совести, напомнившей, что познакомил-то их я, решил, что на сегодня хватит радостей виртуального общения, и закрыл ноут. Вспомнил тут же, что не прочел личку, вроде там что-то светилось, но стало уже не до этого. Еле заставил себя убрать ноут в сумку. Сон навалился мгновенно, едва я закрыл глаза, откинувшись на свой спальник.
***
Тарас не шутил, что разбудит рано.
– Подъем, мужики, – услышал я сквозь самый сладкий сон, какой только можно себе представить.
Я упорно цеплялся еще несколько секунд за прекрасный образ, когда грубая реальность, в виде большой лохматой головы Тараса, ворвалась внутрь моей палатки. Ошарашенный беспардонным вторжением, я чуть приоткрыл один глаз и увидел, как он поморщился, оглядывая наше жилище.
– Подъем, говорю. Времени у нас в обрез … валяться потом будете.
Рядом зашевелился Федор, сел на своем одеяле, протирая глаза кулаками.
– Сколько времени? – Пробормотал сиплым со сна голосом.
– Как раз самое оно. – Бодро ответил Тарас. – Вставай, лежебока.
– Убирайся. Тут и без тебя тесно.
– Ну-ну, Серый, разворчался. – Голова Тараса исчезла, и его голос донесся уже снаружи: – Завтрак на столе. Греть не буду.
Мое тело отказывалось подчиняться таким наглым приказам, попробовал перевернуться на бок и сразу ощутил последствия ночевки на голой земле. Казалось, что на всем теле не осталось живого места. Ругаясь вполголоса, я поднялся, посмотрел, как Федя поспешно натягивает свою тельняшку. Вот он вчера успел раздеться, а я, идиот, даже в спальник не залез и чувствовал себя очень неважно. Совсем не отдохнувший организм нуждался в большой кружке горячего кофе. Надеюсь, Тарас догадался его сварить.
А снаружи свежо, птички поют, кухонные ароматы влажный ветерок разгоняет и прочая утренняя лепота, которая должна радовать, но пока только раздражает. Когда я выбрался, Тарас и Федор уже сидели за столом, накладывая себе в тарелки какую-то кашу. Меня слегка замутило, завтракать, едва проснувшись, я не привык. На походной плитке весело закипал чайник. Молча протопал мимо них по своим утренним делам. Серое небо затянуто тучами, но вокруг уже было светло. Мокрые от росы ветки неприятно хлестали по одежде и лицу. Я выбрался на небольшую полянку ближе к берегу. Внизу чернело неспокойное озеро, волны с тихим шумом накатывали на песчаный пляж, а вот в зарослях осоки производили такой шум, словно там плещется огромная рыбина. Я вдыхал полной грудью чистый прохладный воздух, радуясь, что сезон комаров уже вроде закончился, во всяком случае, не заметил ни одного кровососа. Обнаружил, что отсюда хорошо просматривается палатка Ксении и невольно сделал пару шагов назад. Судя по тому, что вход плотно закрыт, девушка еще спит, но оконце выходило как раз в эту сторону – мало ли проснулась уже. Интересно, а ей что-нибудь снилось?
Когда вернулся к нашим палаткам, увидел на столе перед свободным стулом кружку с дымящимся кофе. Аромат уже успел разлиться вокруг и у меня даже в мозгах прояснилось.
Сделал пару глотков и зажмурился от удовольствия.
Федор наблюдал за мной с любопытством.
– Каша вкусная, – сказал он, тарелка у парня уже опустела, и он накладывал себе добавку.
– Неохота, – мотнул я головой. Глянул в сторону лагеря ученых и невольно хмыкнул. Даже отсюда было видно, как сложились неправильно собранные палатки. Две из пяти – точно. Остальные, хоть и не сложились, но выглядели жалко из-за сильных перекосов. Походники, ё-моё! Это ж умудриться надо – так поставить современные палатки.
– Я же говорил, – прогудел Тарас, – не будет он завтракать, так что смело доедай. Тебе, Федь, еще расти, а Серому утром кроме кофе ничего не надо.
– Посмотри на них, – произнес я.
– Вижу. – Безмятежно ответил Тарас – Ветер ночью поднялся, думал и мою снесет. Нее, выдержала, красавица.
– А-а. Ничего не слышал.
– И я, – произнес Федор, – видно на свежем воздухе сон очень крепкий.
– Значит так, ребята, – голос у Тараса тут же стал до ужаса деловым. – План работы такой. Серега, ты помоешь посуду и все тут приберешь, а мы с Федором начнем. Вначале ставим дверь и окно, потом обрешетку под оэсби.
Я хотел было возразить, но вовремя прикусил язык. Начинать стройку едва проснувшись, желанием точно не горел. Так какого блина лезть на рожон.
– И еще, Серый, воды принеси с речки, заканчивается.
– Я могу! – Тут же вызвался Федор.
– Не вопрос, принесу, – кивнул я, – Федь, ты в следующий раз пойдешь, хорошо?
Парень кивнул и, заглотив одним глотком почти остывший чай, решительно поднялся вслед за Тарасом.
– Блин, Славка, поганец, обещал оставить свой шрупик, да так и уехал, – с досадой вспомнил мой друг.
– Если скажешь, что это за хрень, – отозвался я, – может, чем помогу. Не зря же приволок сюда свои инструменты.
– Шуруповерт.
– А-а. Федь возьми ключи от машины. Кажется, они в палатке валяются. Там в багажнике, в ящике – шуруповерт точно есть, полностью заряженный. Да и вообще, если что еще пригодится – берите.
Мальчишка бросился в палатку, и уже степенным шагом, приноравливаясь к походке Тараса, отправился вслед за ним к нашей стройплощадке.
Я поставил греться воду в кастрюле, которая из двух мне показалась побольше, а пока ждал, не спеша допил кофе. Благодаря запасливости Тараса, не забывшего захватить «Фейри» и губку, справился с посудой быстро, но вот на полоскание воды еле хватило. Вытер все полотенцем, понадеявшись, что оно достаточно чистое и аккуратно разложил все по своим местам. Накрыл стол с остатками хлеба и всякой мелочевкой пленкой, придавив по краям камнями – от птиц, и краем глаза заметил шевеление в лагере ученых. Раненько они поднялись. А с другой стороны – ну какое же удовольствие спать в упавшей на тебя палатке. Две девчонки стали хлопотать у стола. Видно, готовят завтрак. Женщины-повара с повадками ведьмы видно не было. Она-то уж наверняка в удовольствии подольше поспать себе не откажет.
Я все поглядывал в сторону палатки Ксюши, но та не появлялась. Самой палатки из-за больших валунов и кустарника от нашей стоянки не было видно. Может и проснулась уже. А может, еще спит, свернувшись клубочком. Попытался представить ее спящую, но бросил это занятие, не те мысли сразу в голову полезли. Приятные, но совершенно неуместные, в свете предстоящей работы над постройкой времянки.
Можно конечно приказать себе не думать, но выполнить это не так просто. Я сосредоточенно огляделся, пытаясь сообразить, что еще делать-то. Так, думай, Серый. Ага, вспомнил – осталось принести воды. От места стройки стали доноситься звуки бензопилы и молотка. Ученые, потревоженные этим шумом, таким неуместным в утренней тишине и гармонии, стали активнее выползать из палаток. Ругаются, небось, так им и надо – сами хотели побыстрее. Ксюши по-прежнему видно не было. Захватив обе белые канистры – направился было к реке. Но представив, как буду тащить вверх эти сорокалитровые хреновины, решил позвать кого-нибудь за компанию. Сначала подумал привлечь кого-нибудь из ученой братии – в конце концов, вода им тоже нужна, все не одному возиться. Но потом передумал, кого там пригласить-то можно – девчонок этих? Седого? Или этого – ученого, перед которым остальные преклонялись? Нда. Смешно. Не охранников же звать, в самом деле. Вспомнил про водилу мерса. Парень как раз вылез из микроавтобуса, потягивался от души и зевал.
Улыбнулся мне, поздоровался за руку.
На предложение сходить вместе до реки, сперва отрицательно покачал головой.
Но тут же передумал:
– А какого блина. Пошли, Серег, пусть охранники поработают, они ж тут не для мебели. Мне все равно вода нужна, да и умыться хотелось бы.
Он нырнул в кабину, вытащил десятилитровую канистру и бодро зашагал со мной вниз по тропинке.
Увидев сорокалитровки, присвистнул. Из воды я их вытаскивал сам. Он быстро справился со своей малюткой и курил сигарету, наблюдая за моими усилиями. Болтал беззаботно о погоде. Видно было, что по части лени, он мне сто очков вперед даст. Обратно шли медленно – нести по узкой тропке, да еще в основном в гору двести метров сразу две – нечего было и думать. Потому я решил сделать две ходки, но и с одной – усилий приложить надо было много. Парень шел рядом, едва ли не размахивая своей ношей, продолжая болтать. Узнав, что я программист, завалил меня подробностями о своем старом компе, задавая столько вопросов, что я сразу пожалел о своем хвастовстве. Отвечал сквозь зубы – замаялся на первом же метре, хоть и приспособился волочить канистру по траве, только кое-где перетаскивая через корни деревьев и камни. То ли парень совестливым оказался, то ли не все вопросы задать успел, но бросив мне: «Погоди, сейчас вместе за второй сходим!», шустро направился к своему микроавтобусу. Оказалось, зря я про него плохо думал. Со второй он сразу же взялся помогать, ухватив ее снизу. Так что второе восхождение оказалось значительно легче. И не то чтобы я чувствовал себя вконец измотанным, но, распрощавшись с водилой, бежать сразу строить времянку, заставить себя точно не мог – хоть десять минут передышки были жизненно необходимы.
Захотелось искупаться – футболка намокла от пота, хотя до дневной жары было еще далеко, волосы липли ко лбу и шее. Глянул с вожделением на черное озеро и увидел Ксюшу. Сердце в груди сделало сальто, хотя могу и ошибаться, оно и до милого виденья стучало довольно громко после такого напряга. Девушка стояла на краю возвышенности, скрытой удачной маскировкой, и смотрела на озеро, скрестив руки на груди. Силуэт ее четко вырисовывался на фоне набегающих волн и бледно-голубого неба. Эх, хороша! Я постарался перевести мысли на деловой лад и очень кстати вспомнил про легенду озера. Девушка ведь наверняка что-то знает. Если не смогу и сегодня, хоть как-то ее разговорить, то грош мне цена. Это решение мигом повысило мне настроение, и я полез в палатку, чтобы переодеть футболку.
Не знаю, что там не нравилось Тарасу в нашей палатке, а мне-то как раз она показалась настолько уютной, что захотелось прилечь и подремать еще хотя бы пол часика. Нее, так, пожалуй, совесть замучает. А вот быстренько выйти в интернет и глянуть, что же там было в личке, много времени не займет. Даже в аську не буду выходить, как бы мне этого ни хотелось. Сайт загружался так долго, что в аську я таки зашел. Никого он-лайн не было, и я, было, порадовался этому, как тут же постучался Креол собственной персоной. Вот блин! Как будто ждал. Его мне только не хватало.
«Привет» – сразу же поступило сообщение от него.
«Здоровеньки булы» – написал я. – «Извини, некогда щас. На минуту вышел»
Сайт, наконец, загрузился, и я открыл личку.
Сообщение было от Ленки. Тема: Озеро. Она писала: «Скай, кажется, нарыла кое-какую инфу, сообщи только координаты подробно, насколько можешь, где это озеро находится».
Ага, все-таки что-то есть. Молодец Леночка! Пожалуй, координаты я мог ей назвать.
«Серый, ты ваще как счас?» – снова ожила аська.
«А как бы тебе хотелось?»
«Я это, не прав был вчера. Извини друг»