Mine üle audioraamatule
Ну, кто бы сомневался. Генка вообще быстро отходит.
«Да норм все, не парься)))»
«Лады. Серый, мне хреново ща ваще, на работе грузят, да теперь еще с Ленкой – короче полный атас… И ты совсем запропал… нее, надо было твоему боссу зубы пересчитать – говорил же, что козлина»
О-па! Я растерялся. Креол на жизнь не часто жаловался. Точнее на трезвую голову – никогда. А что он сейчас трезв – я не сомневался. Генка вообще-то мой лучший друг после Тараса. Здорово мне помог в прошлом, и не раз. А что последний месяц виделись редко – моя вина. С увольнением этим, был в таком раздрае, что никого видеть не хотелось.
«Нее, Ген – ему после такой встречи только в морг"
«Туда и дорога…»
«Да ладно, брось, выберусь… Ты это, на природу хочешь?»
«Хм… Это куда еще?»
«Да ко мне, тут места красивые»
«Ээээ… Где «тут»-то. Ты не в Москве?»
«Нее, но не так уж и далеко, на твоем монстре – часов за двадцать доедешь»
После пары минут молчания, Креол отписал:
«Ок, дела разгребу и сваливаю к блину из этого гребанного города».
«Когда ждать?»
Блин, Тарас меня прикончит.
«Дня через два, думаю. Я позвоню перед выездом»
Я коротко объяснил Креолу – где находится озеро, а так как Ленке нужна была та же инфа, то просто скопировал – и сбросил ей в личку. Интересно все же, что ей нарыть удалось. Учитывая ее родственные связи, могла узнать что-то очень интересное.
Я даже не стал читать форум. Отключился и пошел на стройку.
Парни уже закончили дверь и окно и занимались обрешеткой – набивали на каркас доски под плиты OSB. Тарас при виде меня хмыкнул, но говорить, что я долго, не стал. Молча вручил молоток и велел помогать Федору. Сам же занялся плитами, которые мне напоминали обычные ДСП. Сегодня работалось легко, то ли уже навострился, то ли близкий конец строительства придавал сил. Мы уже начали обшивать домик оэсби, с помощью шрапнели – так Тарас называл шурупы, и двух шуруповертов, когда от обедающей стайки ученых отделились две девушки и подошли к нам. Мне досталась честь помогать, держать, подносить, подавать и все в таком роде, чему я был только рад. Именно поэтому, как наименее занятой, я обернулся к девушкам и поинтересовался, что им нужно.
Девчонки – ну не больше двадцати, двадцати трех – каждой, переглянулись и та, что выглядела более симпатичной, спросила:
– Ребята, не поможет ли кто-нибудь из вас с палатками? Что-то не то с ними.
Я ухмыльнулся, и хотел было сказать, что чуть позже – обязательно, но не успел. За меня ответил Тарас:
– Конечно. Вон Сергей не слишком занят – берите его.
Одарив друга ледяным взглядом, который Тарас просто проигнорировал, я снова повернулся к девушкам:
– Ну, давайте посмотрим, что с ними.
Они заулыбались и пошли по обе стороны от меня, заставляя чувствовать непонятно кем – то ли героем, в окружении поклонниц, то ли конвоируемым пленником.
Вид Ксении за общим столом почти примирил с необходимостью помогать ученым, однако насмешливо поднятая бровь вызвала досаду. Я принялся поправлять палатку девушек, стараясь не обращать внимания на разбросанную внутри одежку. Даже моя мелкая сестра, которую я считал не слишком аккуратной девчонкой – такого бы себе не позволила. Однако мне было все равно, хотелось быстрее закончить и уйти. Переходя от одной исправленной палатки к другой, я все натыкался на насмешливый взгляд зеленых глаз Ксении. Старался не обращать внимания и не мог. В какой-то момент спохватился, что с ней даже не поздоровался, и на душе поселились кошки с острыми беспокойными коготками. Сейчас-то поздняк метаться. Как я поправил последнюю палатку уже и не помнил. Ситуация требовала немедленного вмешательства, и я подошел к Ксюше, наплевав, что девицы по-прежнему следуют по пятам, всячески причитая, какой я молодец и громко спросил:
– Может вашу палатку тоже надо поправить?
Сидевшие за столом ученые обернулись на мой голос, прервав какую-то увлекательную беседу. Их было трое: Седой, Рыжебородый профессор и бизнесмен, как я их мысленно называл. Как бы я хотел знать – чей разговор я вчера слышал и что он мог означать.
– Спасибо, было бы неплохо, – откликнулась Ксения каким-то очень ласковым тоном, от которого у меня мурашки по коже пробежали, – но мне не к спеху. Подожду, когда вы закончите со стройкой.
Я почувствовал, что краснею, поэтому пробормотав: «Договорились», – поспешил убраться.
Тарас с Федором как раз устроили перекур, отдыхали, устроившись на готовом крыльце в три ступени. И как только успели его сделать? При моем приближении весело переглянулись. Заметив в стороне несколько невостребованных досок, я решил, что стоит поубавить их веселье.
– Тарас, эти доски нужны еще?
– Нет, – он удивленно посмотрел на меня, – а что, им палатки подпереть нечем?
Федор хохотнул, но тут же себя оборвал.
– Очень смешно! Обхохочешься! Лежанку надо замутить … две. Не выдержу больше ночи на голой земле.
Тарас тут же стал серьезным. Вопросы удобства в походе для него стояли на первом месте.
– Неплохая идея, Серый, – одобрил он, поднимаясь и поправляя очки. – Сейчас уже закончим дом и займемся вашими нарами. А ты, Федь, как считаешь?
Федор тоже вскочил:
– Здорово! – Сказал он, глянув на меня с восхищением.
Их покладистость и одобрение умерили мой запал, и мы продолжили строительство вполне мирно. Уже к часу дня дом был полностью готов. Бизнесмен, словно почуяв, тут же появился рядом с нами, сияя довольной улыбкой, и, отозвав Тараса в сторону, стал отсчитывать ему бабки. Ну вот, подзаработали. Эта мысль доставила немалое удовольствие. Тут же подумал, что не мешает сгонять в ближайший населенный пункт и прикупить чего-то из одежды. Но это позже. Вот повидаюсь с Ксюшей…
Меня обдало горячей волной от предвкушения. Интересно, что она имела в виду?
Пойти к ней сразу не получилось. Тарас, отыгрывая амплуа жутко делового, решил сколотить нары, не откладывая. Утешаясь мыслью, что мой друг вообще-то прав, к тому же мне и Федору не придется больше спать на жесткой земле, я смирился с отсрочкой свидания. Тем более, что идея с нарами принадлежала мне, а инициатива у нас как известно наказуема. Возле полностью законченной бытовки уже суетился весь ученый народ, так что мы отнесли оставшийся строительный мусор поближе к лесу, где и занялись сколачиванием щитов для будущих кроватей.
Тарас освободил четыре пустых ящика, оставшихся среди прочего, не понадобившегося, материала и прямо на них мы уложили сколоченные щиты. Получились вполне приличные невысокие лежанки. Тарас тут же улегся на одну из них, проверить на прочность. Федор шустро занял вторую и сладко потянувшись, заявил довольным тоном:
– А что, классно, мне нравится.
Мы отнесли ящики и щиты в палатку. С лежанками внутри стало еще уютнее, когда я на голые доски накинул спальник, а Федор одеяло. Мы с ним немного полежали на своих обновленных кроватях, оценивая их удобство и валяя дурака, пока Тарас не позвал парня чистить картошку на обед. Я тут же вспомнил об обещании, данном Ксюше. Сказав ребятам, что скоро вернусь и, не услышав возражений, направился прямиком к палатке своей зеленоглазой знакомой.
Несмотря на то, что Ксения сама пригласила меня – практически у всех на глазах, я пошел вдоль озера, что было не только кратчайшим путем, но также избавляло от необходимости идти на виду ученой братии. Они, правда, все еще занимались обустройством бытовки. Ведь микроавтобус и черная машина охранников, притаившаяся у кромки леса, пока оставались на месте. Было сомнительно, что кому-то сейчас есть дело до меня.
Ловко прыгая с валуна на валун, я, наконец, добрался до полянки на возвышении, увидел, что хоть Ксении снаружи нет, но вход в палатку приглашающее расстегнут. Негромко кашлянул, внезапно поняв, что не знаю, как привлечь ее внимание, и немного волнуясь. Блин, что я вообще тут делаю? Палатку делать пришел? Ах да! Легенда. Разговорить ее надо. Так, спокойно.
– Ксения! – Негромко позвал я. – Ты здесь?
Блин, получилось как-то не слишком уверенно.
– Заходи, Сереж, – послышался ее мягкий голос.
Я глубоко вздохнул и, встав на колени, заглянул внутрь. Хозяйка зеленой палатки сидела на широком надувном матрасе, похоже, не уступающем размерами тарасовскому. Поверх было наброшено лоскутное одеяло, из-под которого виднелся кончик белой простыни. В углу палатки, напротив входа, притулился ее рюкзачок. Скрестив ноги по-турецки, девушка, кусая губы, что-то набирала в маленьком ноутбуке. Брови ее хмурились, от чего лицо ее казалось совсем юным. Интересно, сколько ей лет?
– Ксения! С палаткой вроде все в порядке…
– Ты заходи, не стой на пороге, – сказала она, не отрывая взгляда от монитора. – Я сейчас закончу.
Я не заставил приглашать себя дважды.
И тут она добавила:
– И застегни вход – дует.
Вот блин. Я немного растерялся, но девушка так мало обращала на меня внимания, что невольно подумал, что трактую ее просьбу совершенно превратно. Кровь прилила к лицу. Ладно, раз леди хочет… Я застегнул вход и сразу ощутил, как же тут тесно. В палатке воцарился полумрак. Хм.. забавно, придает некую интимность происходящему. Господи! О чем я думаю!?
– Слушай, Сереж, ты мне не поможешь? Тут мне надо рисунок в фотошопе изменить, перекинула с фотика, а все темное получилось – помнила вроде бы как, но не получается ничего. Может, ты знаешь, как это делается?
– Знаю, – осторожно ответил я, не доверяя своему голосу.
Ксюша, по-прежнему устремив взгляд в ноут, чуть подвинулась в сторону, недвусмысленно давая понять, чтобы я сел рядом с ней.
Таак. Похоже, Ксюша задумала сцену соблазнения меня любимого. Это меня слегка отрезвило. Ну-ну! Посмотрим, что за игру она затеяла. В конце концов, я не какой-нибудь молокосос, чтобы так волноваться наедине с девушкой. Усмехнувшись своим мыслям, и почувствовав себя более уверенно, я пристроился рядом с ней, на краю матраса и заглянул в комп. Так-с, что у нас здесь? Ничего себе – да это же озеро, с темной, как чернила, водой.
– Вот смотри, видишь, надо осветлить фон, а само озеро оставить как есть…
Девушка стала доверительным голосом объяснять, что это ей надо для отчета – отослать вечером. Фон мне темным не показался. Вполне добротный снимок. Может, и было в нем что-то неправильное, но отнюдь не в фоне. Чушь все это, мягко говоря, помощь ей вообще не требуется. Но помочь ничего не стоило, потому быстренько осветлил.
– Э-э, еще что-то?
– Обводку надо, ну – рамку, тоненькую, черную, – то ли она хорошо играла роль, то ли и правда ей все это было нужно. У меня появились сомнения.
Я делал все медленно, как привык показывать Саше. Хотя, если не умеет в фотошопе работать, все равно забудет, без толку. Разве, что она умница, как моя сестренка.
– Видела как? Попробуешь сама?
– Ага, – ее пальцы коснулась моей кисти, кожу обожгло от прикосновения. Блин, интересно, она это нарочно?
От усердия или еще от чего, Ксюша склонилась ближе к монитору, пряди пушистых волос из рассыпавшейся прически заскользили по моей руке. По обнаженной коже пробежали мурашки, перехватило дыхание, сердце пропустило удар и сразу забилось, как бешеное. Ага, нам нравится играть с огнем? Ну что ж, играем!
Она отстранилась, я взглянул в монитор и не удержался от смешка.
– Я все испортила? – Жалобно поинтересовалась девушка. В полумраке глаза ее казались почти черными.
Покачал головой, неохотно вернул взгляд на рисунок:
– Да нет пока. Еще не поздно все отменить. – Даже мне самому эта фраза показалась двусмысленной. Я кашлянул: – Ну, смотри еще раз.
– Ага, смотрю! – Она придвинулась ближе. Теперь мы касались не только руками. Мне стало жарко.
– Готово, – пробормотал я, уже не заботясь об обучении, – теперь всё?
– Ну, почти, – Ксюша решительно захлопнула ноутбук, – осталось отправить. Займусь-ка этим позже.
Даже не выключила и не сохранила! Ну и фиг с ним! Мне уже было глубоко плевать и на рисунок и на все ноутбуки в мире.
– Угу.
– Погоди, уберу его.
Девушка практически легла на мои колени, потянувшись за своим рюкзачком. Ну не фига себе! Кажется, на несколько мгновений я перестал дышать. Блин! Какое соблазнительное зрелище! Обтягивающие светлые бриджи выгодно подчеркивали все ее прелести, воображение рисовало весьма откровенные сцены. И наверняка она на это рассчитывала, иначе могла просто попросить подать ей этот чертов рюкзак.
Ё-моё, все интересней! Ощущая, что все же завелся не по-детски, а что хочет она, так и не понял до конца, уставился на низкий купол палатки, чтобы хоть немного отвлечься. Думай, Серый. Ты вообще здесь зачем?
Ах да, озеро, легенда. Я же хотел спросить ее, нутром чувствую, что она что-то знает. Пора задать вопросы, или… фиг с ними?
Нет смысла от самого себя скрывать, что девушка мне сильно нравится, но я по-прежнему не мог быть уверен в ее желаниях. Флирт с ее стороны уж слишком очевиден, и как-то наигран, что ли. Если я ей не нравлюсь, зачем она это делает? Когда я чего-то не понимаю, меня это бесит. Неприятное чувство, что меня используют и откровенно водят за нос, слегка протрезвило. Вот ведь влип!
Как бы я ни хотел отдаться своим инстинктам, разыгравшимся не на шутку, я был твердо уверен, что не стану этого делать. Точнее – приложу все усилия. Если что и случится – то не сейчас и не здесь. На моих условиях! Откуда пришли эти мысли, я бы не мог сказать, но в голове словно набат бил. Так будет правильнее. Может озеро меня как-то изменило все-таки? Я прекрасно понимал, что случись эта ситуевина неделю назад, я бы плевал, используют меня или нет. Переспал бы, а потом уже думал.
Но выяснить, как далеко она зайдет, хотелось невероятно. Она все еще возилась с рюкзачком, и я положил руку на ее талию. Ксюша замерла, произнесла четко:
– Эй, Сереж, ты что делать собрался? А?
Вздохнул, руку убрал. Блин. Я-то нафантазировал. Может она ничего и не хочет.
Закончив возню с кармашками, Ксюша повернула голову и попросила:
– Помоги подняться.
Она меня сума сведет! Я помог ей принять вертикальное положение, но в какой-то момент ее лицо оказалось совсем рядом, я затаил дыхание, понимая, что сейчас случиться. Ожидания были не напрасными. Еще несколько секунд и она коснулась моих губ легким поцелуем. Меня словно током ударило и в голове что-то взорвалось. Все мысли улетучились, сердце билось, как сумасшедшее.
Сам не понимаю, как оказался сверху. Дыхание у нее было частое, губы призывно приоткрыты. Но меня поразил ее взгляд. Было в нем что-то необъяснимое, одновременно сильное и беззащитное. Какая-то тоска и смятение, словно в них крылся целый мир, а вокруг больше ничего не существовало. Мне казалось, что я тону в этих глазах, горю, умираю… Что еще немного и что-то случится. Стало страшно, никогда я такого не испытывал. Ксюша вдруг всхлипнула и зажмурилась.
– Сереж, я не понимаю, – произнесла она чересчур громким и каким-то жалобным голосом.
Чего она не понимает, уточнять не стал, просто не мог. Да и сам едва ли понимал. Наваждение было настолько сильным, что я испытал потрясение от нежелания с ним расставаться. Каким-то чудом смог взять себя в руки. Не дав себе больше ни секунды времени, скатился с матраса.
Оказавшись на коленях у выхода из палатки, я успел заметить досаду и легкое разочарование у нее на лице. Но было что-то еще, что-то неуловимое, важное – в ее зеленых, как морская волна, глазах. Ксюша кусала губы, словно стараясь не заплакать, а меня похоже реально трясло.
– Сереж…, – начала она тихо, приподнявшись на локтях.
– Финита ля комедия! – Попытался я шутить, хотя видит Бог, мне было совсем не до шуток. С голосом еле справился, и все равно вышло хрипло. Мне казалось, что я задыхаюсь в этой тесной палатке. – Ксюш, давай выйдем на воздух.
Не дожидаясь ее согласия, выбрался наружу и, выпрямившись, замер, глядя на черноту неспокойного озера. Волны прямо под возвышенностью с шумом бились о камни. Лучи полуденного солнца пробивались сквозь ветви высокой березы, росшей на самом краю обрыва. Небо, после полумрака палатки, слепило яркой синевой. Я вдыхал полной грудью. Голова слегка кружилась, возбуждение еще не прошло, но потихоньку все мысли и чувства приходили в порядок. Что это было? Понятно, она хотела соблазнить меня, но потом все пошло не так, неправильно, как будто и она тоже потеряла голову.
Девушка выбралась следом за мной и встала рядом. Мы смотрели на озеро, словно боялись посмотреть друг на друга.
– Что случилось? Я тебе не нравлюсь? – Напряженно спросила она. И теперь фальшь в ее голосе я почувствовал сразу. Захотелось встряхнуть ее, сказать что-то резкое. Но не стал. Чувствовал, что не стоит спешить.
– Нравишься. Но… – какого черта я оправдываюсь. Не получалось у меня быть спокойным и разумным. – А я тебе?
– Дурак! – Зло произнесла Ксюша и даже сделала шаг в сторону.
Да, комедия и правда закончилась.
– Может и дурак, что пришел сюда… – Я продолжал злиться и на себя и на нее, и чтобы хоть как-то сменить тему и успокоиться, мне пришлось конкретно почистить кэш у себя в мозгу, – давай закончим с этим.
– Не думала, что ты такой, – с обидой сказала она.
Да я и сам не думал. Я бы рассмеялся, если б мог.
Стоп. Я могу не сдержаться, если мы продолжим обсуждать случившееся. Чтобы ни произошло после поцелуя, до него она определенно пыталась меня использовать. Пусть скажет спасибо, что я об этом молчу. И лучше пусть она тоже помалкивает, иначе – не знаю что, но что-нибудь совершу, а потом буду жалеть. С трудом преодолев очередной приступ злости и раздражения, я посмотрел на озеро и вспомнил, наконец, о чем надо поговорить с ней.
– Ксюша, – справившись с эмоциями, примирительным и почти спокойным тоном начал я. – Что ж это за озеро? Что вокруг него столько тихой возни?
– Какой еще возни? – Она снова стала колючей и далекой. – Ты у профессоров спроси. Я-то тут причем?
– Ксюш, ты приезжала сюда раньше… А делаешь вид, что тут впервые. Почему?
Мне показалось или она действительно немного смутилась.
– Ты мне расскажешь или как?
Она упрямо смотрела на озеро и молчала.
– А если нет? – Наконец спросила непонятным тоном. – Что ты сделаешь?
Очень захотелось объяснить, что.
– Ксюш. Не играй со мной. – Я попытался воззвать к ее здравому смыслу. Неизвестно, как дальше все сложится, но ссориться с ней не хотелось. – Ты же сама вчера хотела рассказать.
– Ладно, – вздохнула она, и я уже было обрадовался. – Но сейчас не могу. Мне надо все обдумать!
Обдумать? Что обдумать? Какого хрена?
– Ксюша. Что за тайны мадридского двора?
– Сереж, пожалуйста… – она прикоснулась к моему локтю и тут же отдернула руку, – просто уйди!
Шоб я сдох! Молча развернувшись, я пошел прочь с этой полянки, понимая, что ничего большего сейчас не добьюсь. А вот убить кого-то вполне способен.
Аппетит совсем пропал, и я неохотно жевал картошку, прислушиваясь вполуха к разговору Тараса и Федора. Обсуждался приезд Светки. Она звонила Тарасу в мое отсутствие и уже вскоре появится. Тарас надеялся, что охранники к тому времени успеют свалить и ему не придется с ними объясняться.
Когда дошли до чая, наше уединение, если можно так сказать об обеде троих мужиков, бесцеремонно прервали. К нам подошла одна из тех девушек, которым я помогал утром переставлять палатки, и вежливо поинтересовалась, нет ли у нас средства для розжига.
– Федь, принеси. Только аккуратно там. – Сказал Тарас, с удовольствием прихлебывая горячий чай.
От нечего делать я стал разглядывать девушку. Вполне симпатичная, но не в моем вкусе. Вот Ксюша… Хмм. Юбочка из плюша… Еще и дурацкая песня вспомнилась.
Девушка, заметив мой интерес, немножко смутилась и сделала шаг в сторону безопасного и респектабельного Тараса. Да уж, боюсь, мой взгляд не был добрым. Как бы банально это ни звучало, но в своем скверном настроении, я винил всех баб на свете.
Федор, наконец, вернулся и вручил девушке наполовину пустую бутыль с розжигом.
– Шашлыки? – Дружелюбно поинтересовался он.
– Да, – заулыбалась девица, – меня Люба зовут.
– Федор.
Заметив, как он покраснел, мы с Тарасом обменялись понимающими взглядами. Я представляться не имел никакого желания, а Тарасу, наверное, это и в голову не пришло.
– Как приятно, – уже щебетала Люба, – А ты бы не мог нам с Вероникой помочь? Мы хотим разжечь мангал, а все мужчины как назло заняты.
Парень растерянно оглянулся на нас, непонятно было, хочется ли ему идти.
– Федь, сходи, – прогудел Тарас, лишая родственника выбора, – помоги девушкам.
Сам он деловито намазывал хлеб толстым слоем какого-то варенья. Сейчас ведь еще солью посыплет, я отвернулся, не в силах смотреть на подобное извращение.
Федор неуверенно пожал плечом и отправился вслед за Любой.
Вот ведь безотказный парень. Был ли я таким в его возрасте? Не уверен. Федор вообще казался мне не похожим на современных подростков. Более целеустремленный, спокойный. И на ботаника непохож.
– Светка привезет тебе кое-что из одежды, – нарушил молчание Тарас, – я там ей перечислил.
– Чего это? – Что-то мне не улыбалось носить вещи друга. Размеры у нас явно были разными. – Слушай. Дай мне денег. Сгоняю в город.
– Серый, ты знаешь, сколько туда ехать?
– Ну и что? Стройку закончили. Охрана еще здесь. Да и нечего тут особо охранять, днем-то. Разве сами не справитесь?
Тарас повздыхал, но возражать не стал. Вытащил внушительную пачку тысячерублевок и протянул мне. Я офигел. Не хило.
– Твоя доля, – пояснил друг. – Имей в виду, больше не дам.
– Больше и не надо пока, – я широко улыбался, уже прикидывая, на что потрачу деньги.
Захватив ключи, я в приподнятом настроении пошел к своей потрепанной временем, но горячо любимой тачке.
– Только недолго, – крикнул Тарас мне вслед.
Я махнул рукой, типа понял. Собственно, в городе я и не собирался задерживаться.
Лететь по пустынной трассе было здорово. Открыл окно, слушал дорожное радио и, кажется, начал отходить уже от свидания с Ксюшей. В первом же населенном пункте, я затарился пивом, а на случай встречи с Креолом, взял пару бутылок местной водки. Да и мне – чёрт знает что предстоит после этого купания. Может вообще – жить осталось пару дней. Да и плевать. Лихое настроение не покидало, пока при подъезде к какому-то небольшому селу едва не сбил пьяного мужика, решившего перейти дорогу, в неположенном месте. Правда положенных мест как будто и не было. Столкновение казалось практически неизбежным при скорости, которую я развил. Но чудом пронесло. Успел оттормозиться и даже не слетел в кювет. Мужик, похоже, ничего не заметил, а у меня минут пять еще тряслись руки, по телу пробегала противная дрожь и даже слегка тошнило. Блин, полный капец, здорово испугался. Отчаянно захотелось курить, но безуспешно перерыв все карманы, и ничего не найдя, заглянул в бардачок. Блин, ну и свалка, чего тут только не было, даже пачка презервативов и старая пожелтелая газета. Все есть, кроме того что нужно. Тьфу ты, я же год, как бросил. Не дай Бог снова начать. Впрочем, и без всяких сигарет, меня вроде как начало отпускать. Перекрестившись на образок, решился ехать дальше, однако еще пару километров тащился за каким-то трактором, не решаясь обогнать, пока окончательно не пришел в себя. Вот тебе и загадочное озеро. Когда с жизнью и без него можно расстаться на каждом шагу.
Прикупил в городе все самое необходимое – нижнее белье, две пары хороших походных брюк, джинсы, несколько футболок, свитер на молнии и ветровку. Из обуви я взял легкие сандалии и кроссовки. На лотке возле книжного выбрал себе хорошие солнечные очки, взамен тех, что так некстати оставил дома. Не забыл и парфюм, бритву и большое полотенце. Долго не решался, но, все же, скрепя сердце, купил одеяло. Федору то Светка привезет, а мне на досках жестковато будет в одном спальнике. Потом ненадолго замер перед витриной с подарками. Подумал, может купить какую-нибудь безделушку на всякий случай. Девчонки любят такие мелочи. Только вряд ли такая девушка, как Ксюша растает от безделушки.
Плюнув на это дело, я потратил некоторое время на поиски приличной кафешки. Таковых оказалось немного, всего три. Две, где кормят только фастфудом, я проигнорировал. Зато в третьей оказалась домашняя кухня и очень привлекательные цены. Я не был голоден, потому позволил себе придирчиво изучить меню. Борщ со сметаной оправдал мои ожидания, да и жаркое оказалось выше всех похвал. Официантка оказалась настолько любезной, что сама заварила мне кофе, хотя в меню значился только растворимый. Может она просто скучала, других едоков не наблюдалось. Оставив ей на чай сотенную, отправился в обратный путь.
Желание напиться поутихло само собой, и я пожалел, что купил водку. Тарас, конечно, не одобрит. Оставлю в багажнике. Пока мне этого добра не нужно, а там посмотрим. Может и пригодится еще.
У поворота на озеро, пришлось притормозить, пропуская охрану и микроавтобус, которые, наконец, решили нас покинуть. Ну, вот и славно. Все же присутствие охранников с автоматами, меня немного нервировало. Что вообще тут происходит, я до сих пор не разобрался, а что каждому тут есть что скрывать, сомнений почти не осталось.
Пожалуй, лишь Федор мог претендовать на мое полное доверие. Да и оказался он здесь случайно. Тарас же, хоть и был моим другом, явно много чего не договаривал. Но тут уж придется подождать. Если сам не захочет сказать, пытать бесполезно. Проверено временем.
Я затормозил у самой кромки пологого спуска к озеру рядом с машиной друга. Всего пару часов не было меня здесь, а спокойная гладь озера, полоска пляжа у воды, леса по обеим сторонам от широкого склона, поросшего травой и редким кустарником, огромные, причудливой формы, валуны, живописно разбросанные по всему берегу, ярко-синее небо с перистыми облаками – все тут вызывало восторг и неподдельную радость. Что бы ни случилось со мной дальше, я был благодарен судьбе, позволившей вырваться из душного города. А самое главное – черная депрессия, терзавшая меня больше трех недель, с тех пор, как меня ушли с работы, испарилась бесследно. Сестренка бы порадовалась. Позвонить ей что ли? Как-никак, она-то больше остальных за меня переживала, несмотря на то, что вел я себя, как скотина. И Тарасу спасибо, вытащил сюда, на природу, заставил потрудиться, хоть и не так много, но вполне ощутимо.
Я выбрался из машины, прихватив спортивную сумку, набитую одеждой. В лагере ученых царила тишина. Один Седой что-то читал, пристроившись за обеденным столом. В бытовке тоже кто-то возился. Остальных не было видно – может, отдыхают. Взгляд невольно устремился к возвышенности у самого берега, где обитала Ксения, но увидеть полянку отсюда я не мог. Встречаться с ней, желания не было никакого. Пока, во всяком случае.
Ни Тараса, ни Федора около наших палаток не было, аккуратно накрытый пленкой стол, выглядел сиротливо. Я воспользовался их отсутствием, стащил со стола пару огурцов и, жуя на ходу, пошел в палатку. Пристроив свои покупки, я прихватил полотенце и прочее для мытья, пакет со сменой одежды, тщательно закрыл палатку снаружи и отправился на реку.
Какое удовольствие было умыться, побриться и одеть все свежее. Может, если бы я имел возможность осуществить это утром, и свидание прошло бы по-другому? А, что толку гадать, вспоминать не хотелось.
Тарас окликнул меня еще издали.
– Серый! Ну, ты где ходишь? Мы тебя уже потеряли.
Мы это был он, Федор и сияющая Светка. Видимо, только приехала. В который раз я подивился, что такая милая, умная и красивая женщина досталась такому борову, как Тарас. Впрочем, их любовь друг другу и сейчас, спустя три года со дня свадьбы, видна невооруженным взглядом. Тараса было не узнать – улыбался, оживленно разговаривал, постоянно находил повод, чтоб приобнять Свету и вообще вел себя довольно неадекватно. В хорошем смысле.
Светка при моем появлении широко улыбнулась, бросилась на шею и крепко поцеловала, вызвав возмущение Тараса, который погрозил мне кулаком из-за ее спины.
– Серега! – Радость Светланы казалось неподдельной, – Ты совсем не изменился! Как вкусно от тебя пахнет! И побрился!
– Привет, радость моя. Нравлюсь? Ну как, не надумала еще бросить этого придурка?
– Пока нет, – засмеялась она. – А ты как, не женился еще?
– Слава Богу, нет. Я счастливый холостяк.
– Болтун, я все жду, когда тебя поймает в сети какая-нибудь милая девушка. Тогда и поймешь, какое это счастье. – Она ласково улыбнулась стоящему рядом брату, – Федь, тащи из машины арбуз и сумки все, будем праздновать. Тарас, ну что ты встал? Помоги ему, там много.
Тарас проворчал что-то неодобрительное в мой адрес, но даже не попытался возразить своей дражайшей половине. Пока они с Федором, который в присутствии сестры весь сиял, ходили за Светкиными вещами, я одолел ее расспросами, как они живут, какие новости. Светка так оживила нашу компанию, что я не мог нарадоваться ее приезду. Иногда я, правда, жалел, что не повстречал ее первый.
– Серег, – сказала она вдруг, прервав болтовню и понизив голос, – а я беременна.
У меня даже челюсть отвалилась. Вот не знаю я, как реагировать на такие новости. Естественно обрадовался. У них, насколько я знал, с этим проблемы были.
– Вот блин! А Тарас мне ничего не сказал!
– А он еще не знает, – улыбнулась она такой счастливой и шаловливой улыбкой, что я не удержался, поцеловал ее в щеку.
– Поздравляю!
– Спасибо, Сереж. Только не говори ему. Я сама.
– Конечно, Свет.
Мы ели привезенный Светкой арбуз и болтали, вспоминая прошлые веселые деньки, когда Тарас со Светкой еще только познакомились и он каждые выходные мотался из Москвы в Питер, несмотря на усталость и загруженность, в любую погоду, иногда только на несколько часов. Раз пять я ездил с ним, и мы проводили чудесные выходные, в основном на природе. Светка тогда брала кого-нибудь из подружек, но ни с одной из них у меня так ничего и не сложилось.
Я все ждал, что Светка огорошит Тараса новостью, как она любила это делать еще до замужества, но она помалкивала. Точнее рассказывала она много и увлеченно, но все не о том. Вдоволь насытившись арбузом, я уже хотел всех покинуть, так как о намерении выйти в аську и пообщаться с Леночкой не забыл, как Светка вдруг попросила Тараса:
– Отведи меня в палатку, что-то я устала.
Тихомиров, дававший в этот момент наставления Федору, как тут должно все сверкать после уборки, прервался на полуслове, вскочил и отправился вместе с женой в свою огромную палатку.
Ну вот и славно, сейчас ТТ будет весь в счастье. Я поднялся и для успокоения совести_ спросил Федю, скидывающего в большой мешок арбузные корки и прочий мусор:
– Тебе помочь?
Федор широко улыбнулся и мотнул головой.
– Ну, смотри. Если что – зови.
– Ага.
Но уйти не успел, Тарас высунул голову из палатки и заявил:
– Эй, ребят, слушайте информацию – вечером приглашаем ученых к себе – шашлыки, выпивон, музыка и все такое, так что никаких планов не стройте, будем знакомиться.