Mine üle audioraamatule
– Очень. Этот с седьмого этажа – ты знаешь о ком я?!
– Да.
– Он изготовил эти клетки и ставит опыты на живых людях, скольких он уже заразил, знает один чёрт, … прости Господи, не в храме такое говорить! – Ленка стукнула себя по губам. – Хафшин всё припишет нам, скоро на нас устроят облаву! Лучше бы ты сидела в офисе… только не реви, прошу,– увидев, что у Кати по щекам уже текут слёзы, попросила Ленка. – Сейчас все будут смотреть на нас! Катюша, умоляю тебя прислушайся ко мне: мы все в Девяностые тяжело заболели на голову. Нам уже не достаточно просто жить: работать, детей рожать, мужу борщ готовить… Каждому хочется чего-то особенного! Тебе снится восьмистенный зал и летающая метла. Четырнадцатая…
– Рыженькая?!
– И она туда же: «Я буду с вами!» Да нам самим уже тошно от своих проделок и от дурной славы. Нам пора снова стать частью мифологии.
– Что же теперь делать?!
– Ничего не сделаешь – пришло и нам время платить! Мы хорошо погуляли, покуролесили … пора! Россия быстро приходит в себя после Девяностых, здесь нам уже нет места…
– Нет! Только ни это! Пусть мы останемся без денег, но мы должны найти способ откупиться… Я так скучала по всем вам – вы такие разные, но я поняла, что мне без вас плохо!
– Тогда держись – теперь вся надежда на тебя – ты просто должна победить, чтобы спасти нас всех.
– Однако вместо меня вы решили использовать наивную Анну! Это нечестно!
– Мы совсем не решали её как-либо использовать! У нас бы просто не хватило фантазии так всё разыграть. Так должно было случиться, и даже Лидочкины предсказания ничем нам не помогли! Ведь даже ты не соизволила выполнять всё так, как мы тогда обговорили в главной спальне гарема! Не так ли – девочка ты наша гуттаперчевая?!
– Лена – я бросилась на защиту своей семьи! Вы все странные, включая и нашего Стервогривого Льва, но вы не подлые, и я не имею права на ненависть, поскольку сама добивалась места возле него. И я чувствую, что у меня есть шанс вас спасти!
– Да, да… родненькая,– Ленка с особой нежностью прижалась к девушке, так что та услышала, как бьётся сердце Чёрненькой,– ты жила среди самой развратной части общества, может даже во всей нашей измученной нашими истериками России, – но ты сумела не развратиться! Видимо, Артуровна так усердно молилась накануне, что Всевышний решил разобраться сразу со всеми нами в тот же вечер! Катюшенька, милая, не ужели ты всерьёз веришь, что я могла одна всё это подстроить, и послала туда несчастную Анну! Всё получилось нелепо и как-то само собой: Бог дал нам понять, что мы допрыгались! А ты пытаешься вытащить нас из Ада, который мы заслужили.
– Не говори так, пожалуйста! Ради Бога! У нас ещё есть шанс покаяться!
– Бог послал к нам эту девочку с туманом в голове – Анечку,– продолжила Шестая Звёздочка,– не уверенный в себе ребёнок, очень часто пытается в поиграться в смертоносные игрушки! Сергей ей уже успел изменить – проблемы извечного треугольника! Это неприятно: сейчас у неё нету ни любимого, ни друзей, которые приходили бы по первому зову, а не за тем, чтобы показать новую шмотку… родители в разводе. Она пыталась убедить себя, что она не суеверная… конечно я дрянь: взяла, посмеялась над ней, и задела её за живое… я проклинаю себя за свой характер! А ты решила, что мы её взяли вместо тебя?! Прости – мы – обречённые на страшный Суд эгоистки! Уходи, Катюша, уходи! У тебя ведь совсем другая Аура: ты – вольная чайка! Сама выбираешь куда лететь – а мы – сбились в стаю ворон… Но в неё как магнитом тянет всё новых!!
– Леночка – перестань меня уговаривать! Я для себя уже всё решила: Богу было угодно, чтобы я дошла до восьмистенной комнаты и я уцелела после двух кубков чёртиков. Теперь – я тринадцатая Стервочка, и это уже не поправимо. Как бы кто к этому не относился. В принципе, я могла бы и не жить в гареме… но, похоже, это особая необходимая плата за то, что мы пускаем в себя чёртиков. У себя в Комсомольске я вытворяла всякие глупости, полагая, что самая безбашенная, лишь здесь – на юге – нашла достойных подруг! Пока все остальные сёстры не разрешат заводить себе индивидуальные семьи, я буду жить как все. Я больше года назад говорила тебе, обо всём! Ты помнишь наше рандеву возле памятника Горькому?!
– Такое разве можно забыть!
– Тогда всё можно было поправить без крови. А теперь ты с гибельным наслаждением перечислила, что будут делать с вами палачи!
Ленка только покачала головой.
– Я должна знать, что произошло в моей квартире?!
– Ты о многом уже и сама правильно догадалась: этот козёл хотел заставить Лидию помогать ему – у него не получаются такие живучие чёртики, как у неё. Она, конечно, не соглашалась, а эта бабка – фанатичка религиозная, стукнула её по голове пестиком от старинной ступы, где Лидия толчёт всякие травы…
– Так Первую ударила она?!
– В том-то и дело! Этому гаду и предъявить нечего, на плёнках видеонаблюдения брата Султана всё это видно! Нам пришлось украсть эту домработницу, она догадывалась о занятиях Лидии и считала их промыслом Дьявола.
– Но ведь Лидия не погибла не сразу! От одного удара.
– Нет. Кирилл успел забрать архив и помочь Лидии усыпить чёртиков, чтобы их не обнаружили патологоанатомы. Потом нам удалось вывезти её тело к своему врачу. Остальное ты знаешь.
– Но зачем убили двух пацанов?
– Мы с Кириллом этого не делали! Мы даже не подозревали об их существовании, пока не прочли в газетах. Дикость какая-то – закопать живых людей под экскаватором … я даже не представляю себе до конца, что это такое! Если даже ты о нас такое подумала, что воображают все остальные! Боже мой!!
– Я о вас и не подумала. Понятно! И не начинай меня снова уговаривать! Ты чувствуешь: я нащупаю способ вытащить вас – нас, из ада, но ты этого не хочешь!
– Ты уже встретила Беленькую Вику?!
Катя кивнула:
– Она мне помогает.
– Ещё одно испытание для нашего несчастного гарема! Да – подарочек!
– Она что, уже была?!
– Тише! Катя! Она не была, а есть Стервочка! Нет, в восьмистенной комнате она не сидела никогда. И её никто не хотел принимать, но Лидия настояла… Бог ей судья! Тогда в моём кафе, если она тебе рассказывала, я по просьбе Лидии напоила её чёртиками и заставила пацанов заняться с ней сексом, чтобы её не съели. Но они в ней немного ослабленные, – Вика этого ещё не поняла?!
– Может и поняла? Её тянет заняться со мной любовью…
– Если этого будет мало – то, что ты ищешь в твоём бельчонке! Лидия знала, что ты не уйдёшь… спасибо тебе!
– И вам спасибо, что вы есть! Но Беленькая не простила тебе!
– Я знаю, но что я могу… Буду думать чем её умилостивить, пока есть время, если мы обречены жить с ней в одном гареме. Придётся как-то находить общий язык с этой бестией! Она уже первый раз меня пытала – пока только глазами. Двое её еле удерживали! Я думала: не удержат!! Может лучше б не…
– Нет! Я вынудила её дать слово, что ты будешь цела!
– Она крикнула мне об этом.
– У неё твой талисман.
– Из «Хаммера»?!
– Да!
– А деньги?!
– Она отдала их мне.
– Там документы на кафе. Скажи Вике: я отдаю ей его!
– Она не такая плохая! У неё очень непростая судьба и очень живая и ёмкая натура. При первой же встрече Вика приставила мне финку к горлу, думая, что я приехала убить Анну. Но она неплохой человечек! Сообразительная и, будто отчаянная пиратша, везучливая…
– Тебе виднее: ты же у нас Церберша!
– Теперь уже не только я! С ней Лизонька…
– Танцовщица – она талантлива! Вот пусть вдвоём и восстанавливают кафе.
– Ты хотела, чтобы её приняли.
– Почему бы и нет! Она очень славненькая, и так ничего… я – я куда хуже! – призналась Ленка.
– Характеры у нас у всех навороченные до предела! – вздохнула тринадцатая. – Она была у Игоря любовницей…
– И что?! Для гарема это небольшой изъян!
– Ты тоже наша девочка! Только немного расслабилась: стала болтать лишнее на вечеринках! Теперь вот тебе приятно думать, что наступил конец! Это ты – дорогая – не желаешь просто жить, ради нашего спокойствия не выделываться перед юными Аннушками! А я никак не могу прийти в себя после увиденного утром!
– Мы знали, что готовится покушение, поменяли маршрут и время, но у них везде были осведомители… Пойми: нас не разорвали ещё только потому, что боятся: мы можем что-нибудь устроить напоследок. Но, что мы можем: если сейчас Лидочкины вирусы вырвутся, России конец. Ей уже не позволят снова подняться!
– Но ведь Лидочкины чёртики не так опасны, другие – чужие вирусы опасны. А остановить их мы сумеем, только если победим и останемся вместе!! Противоядие на сегодня есть лишь у нас! Ты помнишь: когда я в слезах лежала в спальне, ты сказала: «Мы тебе умереть не позволим! Ты нам нужна живая!» Убедили меня остаться: теперь уже я буду решать: нужны вы мне?! И я уже решила! За мной ещё три девочки, поверили в нашу воьсмглавую сказку, что я им должна сказать?! Мы ещё наведём порядок в нашем гареме!
– Ты или Беленькая Вика?
– А ты отказываешься нам помочь? Для тебя отношения с…
– Пожалуйста! Не трогай мои отношения! Ты мне тогда пообещала: не вмешиваться! Я вас не предала никого! Даже Стервозавр знает: только он соскучается за моими ласками – я его вся! Оставьте мне хоть щелочку для шалостей!! Я ни от кого из вас не пряталась: стоило тебе самой разобраться в своих чувствах к нам, и ты нашла меня в тот же день! Да – вы с Беленькой неглупые, настырные: сумете построить всех нас! Но что же это будет?! Вы пытаетесь спасти то, что должно было умереть, едва кончился беспредел Девяностых!
– Но ведь нам неплохо вместе! Подружилась бы я с кем-нибудь из вас, если бы не это сообщество Стервочек?! А теперь вы все мне дороже личной свободы. А Беленькой – куда ей? Обратно к хулиганкам прикажешь?!
– Она пойдёт до конца … в этом Лидия права!
– Вот – перестань паниковать! Мы что-нибудь придумаем.
– А ты главное не забудь: у тебя наш кошелёк! Если он опустеет, нас не спасут никакие адвокаты!
– Я Священный Грааль – ты резвее не представляешь его ценности?! Но он будет действовать, лишь пока мы сами не разругаемся!
– Это точно… Больше не разыскивай нас, мы сами тебя найдём… но если совсем туго будет – зелёные ворота запомнила?!
– Да.
– За тобой уже следят! Ты видела, что у тебя под дворником на лобовом стекле закреплено?
– Что?! – Катя всплеснула руками. – Я даже не… какой ужас, какая дура!
– Ладно, не кричи в храме, что уже… Будь внимательнее, пожалуйста, на тебе теперь всё наше спасение! Принимай в Стервочки кого хочешь, Стервозавра потом, как-нибудь порадуем, … если уцелеем. Я выйду первой, ты посиди пока! Не прощаемся.
Ленка чмокнула Катюшу в щёчку и растворилась в толпе прихожан, но служба заканчивалась, народу стало меньше.
Катя сидела не в силах пошевелиться: всё услышанное потрясло её и требовало осмысления. Тем не менее, в душе у неё, вопреки всему, зарождалось радостное чувство: её сказка не оказалась чистым вымыслом, она снова в центре её событий, она снова её главный герой! Но пора взрослеть: столько непростительных глупостей! Такова жизнь русских миллиардеров – постоянное лавирование в вулканическом пекле.
Наконец Катя подошла к своей машине, уже смеркалось, надо возвращаться в Ростов. То, что она увидела на своём лобовом, чёрненькой проволочкой примотанном под дворником, поразило её. Это была флэшка! Флэш-диск для компьютера на целых шестнадцать гигабайт! «Я целый день гонялась неизвестно за чем, когда всё, что мне надо узнать, скорее всего, лежит у меня под носом. Кто же её мог мне оставить и когда? Ясно одно, за мной уже давно следят, может в моей машине уже полно радиомаяков?!» – задумалась Катюша. – «Надо бы просмотреть флэшку, но не здесь, хотя у меня в машине есть компьютер, сейчас не время. Плохо то, что я не научилась быть осмотрительной: из-за моей глупости теперь может пострадать такая необычная, но всё же неплохая семья. Катя – ты больше не имеешь права на ошибку!» – сказала она самой себе.
Она сняла с головы Ленкин платок, ласково погладила и осторожно свернула его в узкий карман юбки – теперь нельзя брезговать ничем! «В гареме всё надо постоянно перепрятывать, и есть со шкурками! – пошутила она себе. – Теперь надо поменять машину, хотя в её компьютере, столько всего ценного?! Сейчас… нет! Первое, что надо сделать… так, тогда я еду не в Ростов! Я знаю, куда я еду. Пусть следят: я им покажу кое-что интересное!»
Катя села в свой «Бумер» и вывернула с переулка в нужную сторону. Вскоре её машина снова появилась у КПП аэродрома, а она звонила кому-то со служебного телефона дежурного.
– Николай! Здравствуйте… это Катя, помните?! Я приехала извиниться. Я прошлый раз была с вами не слишком вежлива. Леночка – ну вы знаете о ком я, позвонила мне, сказала, что вы и ваши друзья на меня обиделись… нет – мне совсем не хочется ссориться с Воздушным флотом России…
Вскоре они уже сидели в уютной пристройке к ангару. На этот раз Катя не упиралась. «В конце концов, перед возвращением в гарем, я могу погулять!» – Оправдала себя Катя. – «Лидочкины чёртики во мне ещё не восстановились, так что я его не заражу».
– Колечка! – обратилась Катя к офицеру, когда наступила короткая передышка—маленькая отмель в океане страстей. – Я попала в неприятности. Мой бывший любовник, которого я бросила уже два месяца назад пытается меня преследовать. Он хочет отобрать у меня машину… Да мне её и не жалко, хотя я давно вернула ему её стоимость. Но в бортовом компьютере в ней хранятся разные интимные вещи: письма, фотки… – моё портфолио. Я тебе потом покажу – я там такая… посмотришь. Пусть моя машина постоит где-нибудь здесь: в уголочке ангара?! А когда мой юрист уладит дело, я её заберу, и мы поедем с тобой покатаемся…
Её тело ликовало и от нежных мужских ласк, по которым успела соскучиться, и от лёгких покалываний во всех органах – это было именно то, чего она больше всего хотела. Эти ощущения так живо напомнили ей события почти двухгодичной давности, что девушка явственно почувствовала запах благовоний, пылающих от обилия кислорода, и различила вокруг янтарные блики. Они с Николаем уже пошли на третий круг, когда запищал Катин мобильник. Это была особая – «секретная», трубка, на которую могли позвонить только самые близкие и важные люди. Пришла срочная эсэмэска от Игоря: «В 21.30 возле стадиона со стороны двора».
– Сколько время?! Колечка!
– 21.07,– по-военному: коротко и исчерпывающе, ответил офицер.
– Прости – мне надо срочно в Ростов! Отложим до следующей встречи – мне было здорово с тобой! Я скоро к тебе приеду! Меня ждёт нужный человек, он подготовил все документы для адвоката. Машину мне брать сейчас нельзя, а завтра с утра надо быть в суде…
Игорь уже собирался уезжать. Было уже почти десять вечера, когда над площадкой школьного стадиона раздался свист быстро вращающихся лопастей. Над стадионом завис и начал снижаться боевой вертолёт. Мощный прожектор осветил место предполагаемой посадки. Из вертолёта – пригибаясь под лопастями – выскочила Катя и бросилась к машине Игоря. Вертолёт снова легко взмыл в ночное небо, а Катюша села рядом и обняла Игоря.
– Игорь! Друг мой! Как я рада тебя видеть – не веришь?! Ты мне кажешься гостем из какой-то иной жизни, из совсем другого пространства, где я никогда не была: оно мне приснилось. Наверное, ты решил, что я сумасшедшая?! Это правда, Игорь! Я такая и есть! Долго притворялась нормальной… но теперь, это окончательный диагноз, с которым можно лишь смириться. Я уже не в силах что-то изменить ни в себе, ни вокруг! Меня затянуло в смерч вокруг сокровищ, намертво связало со всеми любовницами Султана, каких он успел насобирать по всей России, … я настолько увлеклась этой безумной игрой, что сама подыскиваю ему новеньких!! И вместе с ними несусь неизвестно куда: в какую-то жуткую пропасть, откуда не будет спасения!!
– Но ты можешь уйти!
Катюша покачала головой:
– Игорь, я обречена быть с ними до конца! Ни Золушка, ни Снежная Королева не могут жить за пределами своей сказки! Разве может актриса отказаться от своей звёздной роли, даже если прекрасно знает, что её ждёт в финале самая жуткая смерть?!
– Но есть ведь чудо?! – неожиданно спросил Игорь и обнял девушку за плечи.
– Не знаю?! – обречённо ответила она.
– Ты в него веришь?!
– Кажется, ещё верю!
– Значит, у тебя всё получится! Это всё, что я смог выяснить,– Игорь протянул Кате флэшку.
– Игорь! Какое ты золото! Хоть Ирке повезло с мужиком! Ты не представляешь, как я тебе благодарна! – Катин чувственный порыв разгорелся снова, она расцеловала Игоря.
– Точно сума сходишь, … когда ты вернёшься на работу?! – опешив от столь откровенной ласки, спросил Игорь и слегка отстранился.
Но это уже не могло его спасти от Катиного внутреннего взрыва! Она сама уже не могла себя удержать. Там – на аэродроме под Батайском, была лишь первая волна, которая посносила все плотины. Настоящее цунами эмоций неумолимо накрывало её только теперь! Надо было хотя бы успеть спасти Игоря от чёртиков: они уже жаждали свежей крови и гормонов.
– Скоро! Игорь, очень скоро! У тебя есть в машине одна нужная штучка?!
– Какая ещё штучка??
– Та самая – резиновая! – Катя уже порвала его рубашку. – Или я должна была на вертолёте сгонять в аптеку?! Прежде чем спрыгнуть к тебе?!
– Что с тобой происходит? Я тебя никогда такой не видел?
– Я и сама не догадывалась, что могу быть такой. Кавказ действует на девушек из Сибири, как гром на снежную лавину. Доставай быстрее! …
Катя доверчиво посапывала на плече Игоря, приближалась вторая половина ночи, он остановил свой «Лексус» возле её дачи, близ Ростовского моря.
– Вылезай… и больше не звони, я сделал, что мог. С Султаном и его любовницами разбирайся сама! А я чужих девок из гарема не ворую.
– Игорь никто не узнает об этом! Я язык себе вырву!
– Язык оставь! Он у тебя хорошо работает, в нужном месте и когда надо! Прощай, Катя! Я перееду в другой офис, в твой назначу временного управляющего – толкового парня, с международным дипломом, … потом сама с ним рассчитаешься. Только не пытайся и его втянуть в это дело или столкнуть с Султаном! У вас там вся семейка подобралась: один другого клоуннистей! Тогда не обижайтесь у меня! Я не враг Султану, но его замашки уже переходят допустимые границы!
– Этого не будет! Спасибо тебе! Прощай!
Катя с радостью бросилась к своим собакам, которые встречали её за воротами дачи. У неё был лабрадор Стервозавр и мопс Амур. Она гладила их, обнимала, опустившись на присядки. Вдруг Стервозавр недовольно зарычал. Катя поняла его недовольство:
– И ты не узнаёшь свою глупую хозяйку?! – вздохнула девушка. – Я пахну чужими «кобелями»?! Вот какая дрянь я – прости меня, пёсик мой. Тебе совсем не нравится, как я пахну вместе с чёртиками?! Да – милый, я уже протухла насквозь и проросла плесенью! Что ж делать: дорогой мой, попёрлась твоя хозяйка за богатым, думала ж нормальный мужик…. Да он-то нормальный: хорошеньких себе подобрал, губа не дура – это я, пёсик, влипла, вот и приходится глотать всякую… нечисть. А теперь сама уже с себя потухаю и от себя протухаю! В самом жирном болоте головастиков меньше, чем во мне сейчас! И они теперь такие же, как ты мои питомцы – я могу попасть во все книги рекордов: первая, кто догадался поместить аквариум внутри себя…
– Катюша, ты долго ещё будешь обнюхиваться с собаками?! – Беленькая Вика давно наблюдала за ней с веранды. – Я жду тебя уже три часа! Приготовила поесть!
– Ты что – ревнуешь?!
– Я сейчас запущу в тебя чем-то тяжёлым! – предупредила Вика. – Ты обещала, во сколько явиться – Тринадцатая жена, из разбежавшегося гарема?!
– Иду, иду!
Катя подняла голову. Беленькую было просто не узнать! После самого лучшего в городе косметического салона, куда её направила Катя, она превратилась в настоящую королеву! У неё была великолепная стрижка, открывшая шею, волосы, испорченные дешёвыми осветлителями, больше не портили её. А после сауны и массажа всё её молодое чуть покрытое загаром тело дышало жизнью девятнадцати летней девушки. На даче они были одни – не считая Катиных весёлых собачек – Вика была в одних трусиках – ночь стояла тёплая, невзирая на середину сентября. И в белой рамке окна веранды Беленькая Вика смотрелась на все 220!
Почувствовав, что её разглядывают, Вика игриво попозировала:
– Ну как?!
– Великолепно! Просто супер!
Только шрамик – лёгкое искривление носа осталось.
– Что же ты свой носик не подправила?! После это уже нельзя будет сделать: Лидочкины чёртики не терпят скальпелей.
– Ничего я не буду делать: не было бы шрамов в душе, не было б их и на лице. Катюша! Чего уже на рожу пенять, если в душе всё куда страшней! В конце концов – мне теперь быть семнадцатой в вашем гареме – так что пусть Стервозавр не привередничает! Ты ведь в честь нашего мужика назвала своего пса этим именем, чтобы ему везло с сучками, как Султану.
– Почему семнадцатой, а не пятнадцатой или шестнадцатой?! Кому это ты собираешься уступить своё место? – удивилась Катя.
– Пятнадцатая – будет Анна. Её привела твоя Ленка: один плюс пять – шесть – Шестая Звезда. Шестнадцатая, ты уже знаешь: Лиза! Она сама по себе штучка, поэтому её сумма цифр будет семёрка! А я, моя сумма завершающая процесс формирования женского меню для Стервозавра – восьмёрочка! Я – последняя новенькая гражданская жена ростовского миллиардера.
– Хм! – Катя смогла только неопределённо хмыкнуть.
– Кто бы ещё хмыкал! Сама то где шаталась, и чем занималась? Прав был Ломоносов: чего где убудет – в другом месте тотчас того же ещё больше возникнет! Стоило одной Беленькой Вике из Ростова попробовать взяться за ум, как другая девушка из Комсомольска с него тут же спрыгнула!
– Я спрыгнула со своего ума, а не с твоего – завидуй теперь!
Беленькая запустила в Катю воланчик от бадминтона, который оказался у неё под рукой. Попала в живот. Катюша хотела запустить его в обратном направлении, но его уже поймал мопс Амур и приглашал хозяйку поиграть с ним.
– Амурчик, прости, я не могу с тобой веселиться: эта строгая тётка, захватила нашу дачу и может меня поколотить! Я должна ей подчиниться! Она теперь моя хозяйка!
Катя погладила пса по волнистым складкам, показала Вике язык и пошла к дому. Когда она входила в дом через гараж, то увидела там мощный мотоцикл: чёрный 1000 литровый «Судзуки» и ещё новенькую «112-ю Ладу». Ещё в гараже этой дачи стояла та самая золотистая «Волга», которая уже однажды спасла Кате жизнь, приняв страшный удар на свою броню. Катя привела её в порядок, после того случая, и поставила в своём запасном гараже, почти как реликвию.
– Может, объяснишь, почему ты такая растрёпанная?! Вот с чего начинаются стервочки?!
– К тебе торопилась! – бросила Катька, давая понять, что пока не хочет ничего объяснять.
– Так, что даже машину свою где-то бросила?! Я оказалась права: ты сорвалась с катушек. Опять все начнут болтать: Беленькая Вика дурно повлияла!
– Наоборот: хорошо повлияла!
– Хватит врать: не хочешь, не говори.
– А ты расплатилась за свои штрафы?!
– Представь себе! Тринадцатая прокурорша! У Дубрелова даже челюсть отвисла. Я ему напоследок посоветовала побольше читать стихов Нины Сидоровой, а то у него с речью проблемы – с порядочными девушками не умеет разговаривать.
Катюша только покачала головой – Беленькая Вика, осталась верна своему характеру.
– Иди ужинать,– позвала её Вика, – я сделала фаршированные синенькие и кабачки, позаботилась о тебе.
– Сейчас, родненькая, только в душ – ладно?!
– По-быстренькому, Катюша, пока они не остыли. И я тоже не ела – тебя ждала! Одной скучно…
Однако, когда они сели ужинать на веранде над гаражом, Вика, подозрительно прищурившись, спросила:
– А теперь, честно скажи: где ты была?!
– С Игорем, на…
– Это было видно и без вопроса. За эти восемь с лишним часов, что ты от меня уехала, у нашего Стервотавра рога выросли как минимуму вдвое! Судя по твоему виду! Хороши традиции в нашем гареме! Вместо амазонских поясов, Стервотавру надо было пояса верности прикупить, кое для кого. Только я не о том спросила – Катюша! Ты мне не доверяешь?! Сестра?!
– Вика, я тебе доверяю! Я отдала тебе все ключи!
– Ты хочешь, чтобы я их вернула?! Проверь: я ничего не спёрла?!
– Викочка, дорогая! Пожалуйста, не заводись! Я тебе доверяю! Сейчас я перед тобой во всём отчитаюсь – я просто хотела отложить этот разговор до утра… Да, я виделась с Чёрненькой Ленкой.
– Вот! Спасибо, что призналась… и вы, конечно же, говорили обо мне?
– Не только!
Вика молчала, но сидела, не притронувшись к еде. Потом вдруг пересела так, что быть рядом с Катей – до этого они сидели напротив друг друга.
– Катя, я знаю, что я ни для кого не подарок на этом Свете – но ведь я поклялась тебе. Я уже сделала над собой огромное усилие! Что ещё?!
– Викочка, прости! Я доверяю тебе. Я нисколько не подвела тебя и ни с кем не обсуждала. Я только решила сначала сама во всём разобраться.
Вика положила свою руку на плечи Кате, и сама лицом приникла к ней.
– Пожалуйста, не обижай меня, сестрёнка! Я всё смогу понять и простить, кроме удара в спину!
– Я не собиралась тебя ударить.
– Ленка не обманула тебя?!
– Она нас не обманула, но всё очень скверно и запутано…
– Скверно, только то, родненькая моя, что мы все боимся держать ответ за прошлое. Любое испытание даётся, чтобы проверить людей на вшивость.
– Я знаю, поэтому иди, ешь! Нам понадобятся силы.
Вика просто передвинула свою тарелку.
– Тебе понравилось? – через несколько минут спросила она.
– Да, спасибо! Ты на самом деле, очень хорошая, Вика!
– Я стараюсь! – Вика снова нежно обняла Катю. – Ты не представляешь, что значит, после стольких скитаний почувствовать себя дома. Не гони меня, ладно?!
– О чём ты?! Ты дома, хватит сомневаться.
– Прости – я стала недоверчивой…
– Так перестань ею быть, и всё.
– Ты помнишь, что ты мне обещала днём?!
– Безусловно! Поэтому съешь побольше – Стервочки не полнеют! Им сидеть и пухнуть некогда!
– Я дала Димкиной маме три тысячи – на прощание. Как ни как почти свекровь …
– Могла бы и больше!
– Немного, но ведь мы сами пока в беде. Зато забрала у неё, для надёжности, ключ от моего гаража. Там наша с Димкой «Восьмёрочка», – у меня на неё все документы в порядке. Забрала свой старенький компьютер, он работает. Поставила его у тебя в гараже, на столике.
– Я видела – располагайся: мы с тобою больше неразлучны…
Вика усмехнулась:
– Из обычной семьи уйти можно, а из нашего гарема – не получится! Такие мы!! Эти ваши шуточки с усыплянием в себе Лидочкиных чёртиков пора прекратить. Любое живое существо, каким бы маленьким оно ни было, должно жить в полную силу! Иначе оно ослабнет, заболеет. Катюша?! Тогда-то и произойдёт катастрофа, которой мы просто никак не можем допустить. Пока они в нас здоровые с ними нужно будет договориться!
– Ты просто умница! Я сразу почувствовала: ты не такая, как хочешь выглядеть!
– Уже перехвалила: не надо телячьих нежностей.
– Викочка, а в твоём гараже нет ничего такого?! – осторожно поинтересовалась Катя.
– Ты имеешь в виду, не хранил ли мой соловей разбойник свои трофеи в моём гараже?
Катя кивнула.
– Не хранил в этом! Там лишь результаты моих ночных похождений! Не собираюсь разбрасываться тем, на что заработала своим телом! – с вызовом ответила Вика.– А кто считает меня грешнее себя, пусть запустит в меня, что захочет.
Катя тотчас взяла из серебряной вазочки маслину и легонько залепила ею в беленький лобик.
– Да ты заелась! Продуктами кидаешься!
Вика поймала падающую маслину, обгрызла, а косточку зажала между пальцами, и выстрелила ею Катюше в нос. Тринадцатая хотела было выстрелить обратно. Вдруг почувствовала непонятный горячий прилив нежности к этой…
«Я влюбилась в неё?!– неожиданно поняла Катя,– моё тело сейчас ждёт того, что должно произойти вечером…» Подчиняясь порыву, девушка отбросила косточку и обняла Беленькую.
– Мне хорошо с тобой… вот доберусь до компота: тогда обстреляю тебя…
– Мои компотиком?! Я пособирала у тебя в саду фрукточку, помыла, почистила, а ты…– наигранно обиделась Вика, тем не менее, сама прижалась…
– Я не благодарная: помчалась в Батайск!
– А теперь предлагаешь мне стать твоей любовницей?! Я может лучше останусь твоей соперницей по гарему, буду портить тебе жизнь какими-либо штучками!!
Впервые Катя испытала укольчик ревности из-за чувсв к другой женщине.
– Прости меня если я обидела…
– Если ты хотела меня обидеть, почему мне тебя прощать?! – сощурив глаза, спросила Вика.
Катя вздрогнула и отстранилась, она поняла, даже увидела повлажневшим взглядом: Беленькая – паучиха: ловко плетёт вокруг неё кокон: мягкий, но неразрывный… «если она не согласится быть моей любовницей…»
– Я не хотела…
– Тогда почему отодвинулась?
– Чтобы испить твоего компотика, моя Паучиха!
Вика снова обняла Тринадцатую и, взяв её чашку, поднесла к губам девушки: – Я поухаживаю за моей сестрёнкой!!
– Чудесно!
Вика высыпала себе в рот несколько вишенок и жердёлин, оставшихся на дне чашки.
– Подштавляй ладошку,– попросила Семнадцатая с набитым ртом.
На Катину ладонь высыпалось несколько косточек.
– Теперь из моей чашки?!– предложила Вика.
– Давай!
– Ой!– немного компота потекло на Катин подбородок, отставив чашку, Беленькая облизала почти всё лицо:
– Ты ж моя сладенькая девочка! Подставляй вторую жменечку…
Вика скинула халатик и подставила грудь.
– Стреляй!– с лёгкой усмешкой приказала Беленькая Жертвенница.
От прикосновения влажных косточек по коже разбегались еле заметные волнения. Они завораживали. Катя уловила, как её Лидочкины чёртики повеселели и запели нежные песенки, мечтая прижаться…
– Ты наелась?! – спросила Вика.
– Да…
– Доешь всё, я для тебя старалась.
«Она специально меня придерживает, дабы раззадорить сильней»,– догадалась Катя, однако послушно доела со своей тарелки:
– Хочешь, чтобы я ещё и вылезала тарелку?! – с наигранным вызовом спросила Тринадцатая.
– Потренируй свой язычок,– светло-карие глаза откровенно смеялись, тем не менее, в глубине их Катя безошибочно различила просто пылающий факел ответного желания. Вика макнула пальчик в горчицу, и на вершинах её грудей появились две пахучие и остренькие отметины.
– Не хочу горчицу!– Катюша капризно поморщила носик.
Вика добавила кетчупа, и немного паштета.
– Сметанки?! – спросила Беленькая-кулинарша, когда девушка управилась с красно-коричневым блюдом. Холмики грудей покрылись белоснежными шапочками. Когда Катя принялась их слизывать по Викиной коже понеслись настоящие мурашиные стада,– так рождаются Стервочки,– Семнадцатая чуть запрокинула голову, подчиняясь властному дыханию любви. Катя стала ощупывать пальцами плечи, спину. Не дожидаясь, когда Вика намажется чем-то, пустила свой язычок и губы дальше. Вика руками обняла голову девушки и принялась подталкивать к тем местам, какие нуждались то ли в срочном облизывании, то ли в жарком поцелуе.