Mine üle audioraamatule
Несмотря на свою молодость, они прекрасно понимали, что мир разнороден, но они если не умели, то учились радоваться ему. Ведь стоит жить, не о чём не задумываясь. Если в станционном посёлке, в основном, простор для ветхих двухэтажных каменных домов и покосившихся деревянных лачуг, а далее – шикарные дворцы и терема, значит, так и должно быть. При этом совсем не важно, кто это затеял и зачем. В любом случае жизнь продолжается, и каждый её фрагмент по-своему неповторим и прекрасен.
В сосновом бору, куда с нагруженными рюкзаками направлялись Крагины, с холмов вниз, в долину, с одной из гор бежала не очень широкая, но быстрая речка с холодной прозрачной водой… Здесь водилась особенная рыба: хариусы, ленки, сиги и, говорят, что редко но попадалась на спиннинг форель и таймени. Прекрасный таёжный уголок.
Но их ждало разочарование. Огромный участок тайги был огорожен двухметровым забором, да не простым, а тщательно и надёжно опутанным крепкими «нитями» колючей проволоки. Кроме того, имелись металлические сторожевые вышки с прожекторами. Даже издали нетрудно было заметить, что на них стоят на своих постах с закреплёнными на специальных опорах пулемётами воины в чёрной форме, наверняка, какого-то особенного подразделения, типа «Вымпел». Ясно, что эти крутые парни всё видят и слышат.
На своеобразном надёжном заборе кое-где прикреплены таблички с крупными надписями на металлических пластинах: «Внимание! Запретная зона!», «Самовольное проникновение на объёкт категорически запрещено!», «Стреляем без предупреждения!», «Ограждение под электрическим током!» и т. д. Короче говоря, уже в самом начале пути пробный пеший поход Иннокентия и Марины был испорчен. Наверняка, эта жуткая преграда тянется по периметру на десятки километров, но, возможно, и на сотни.
На свой страх и риск Крагины попытались подойти к ограждению чуть ближе, но тут же раздалась дробный и частый звук пулемётной очереди и пули, одна за другой, легли у ног Иннокентия и Марины. Они, от страха и неожиданности, упали на земли и начали осторожно отползать в сторону.
Ясно, что надежные охранники не шутили и, скорей всего, оберегали от посторонних глаз и человеческого присутствия что-то очень важное и тайное. Военный объект? Секретный космодром? Залежи драгоценных металлов? Но, может быть, изощряется какой-нибудь олигарх или чиновник и таким наглым образом защищал свою частную собственность. К таким переменам не просто трудно, но невозможно привыкнуть.
Но такого рода фантазии в голову Иннокентия пришли в голову только от отчаяния и досады. Разумеется, так охраняться не может ни один дворец, замок или терем никакого магната, да и земли, по какой-то странной причине, принадлежащие ему. Впрочем, кто его знает. Времена стремительно меняются и далеко не в лучшую сторону.
– Не обижайся, но, по-моему, ерунду ты говоришь, Кеша, – оборвала такие рассуждения мужа Марина. – Здесь просто расположен военный полигон с новой и секретной техникой. Допускаю только это. Причём здесь какие-то олигархи?
– Скорей всего, ты права, Маришка, – согласился он с женой. – Но мне очень жаль, что наше место занято. Но есть и другое… почти такое же. Оно в двух остановках отсюда… на электричке. Я думаю, что там никаких запретных зон не существует. Поедем?
– Мне всё равно. Сейчас настроение у меня не очень. Я вернулась бы и домой, пробродила бы, как говорят, по просторам интернета. Но возвращаться из первого нашего пешего похода ни с чем не хотелось бы. Мы же настроились на достижение успеха.
– Согласен. Будем пытаться сочетать приятное с полезным. Пойдём на станцию! Сейчас утро. Электричек в любую сторону проходит много.
Конечно, сидеть на небольшом бугре, обросшем густой толокнянкой, им было комфортно и приятно. Но иди надо. Они встали на ноги, надели на спины рюкзаки и отправились в сторону железнодорожной станции.
Метров и ста ни прошли, как увидели не очень и далеко от своего местонахождения, в стороне, самый настоящий разноцветный палаточный городок. Туристы остановились там, где нет ни озера, ни речки, ни рощи. Небольшое поле с чахлой растительностью у подножья гор. Что же там интересного? Почему эти люди решили провести свои выходные в таком, не очень-то привлекательном месте?
Конечно же, Крагиным надо было идти на станцию, но любопытство взяло вверх. Ничего страшного не произойдёт, если они сделают небольшой крюк в полтора-два километра. Можно немного пообщаться со странными туристами, а потом уже идти на станцию, на электричку. Времени у них воз и маленькая тележка.
Ведь ещё только утро. Да ведь, всё-таки, интересно Иннокентию и Марине было узнать, что здесь организовалась за странная запретная зона или, возможно, какой-то заповедник. Какие-то причины всему происходящему должны же существовать.
Надо сказать, что они не забывали снимать на видео- и фотокамеры всё, что могло бы потом показаться, прежде всего, им самим интересным и оригинальным. Свой репортаж или путевые заметки они начали с того, что им не удалось по странным, но, наверное, объективным причинам пройти на этот участок тайги, куда они держали путь. Потому, по всей вероятности, им предстоит изменить маршрут своего дальнейшего продвижения по тайге.
Снимали всё подряд, как говорят опытные, кинооператоры и фотохудожники, «от пуза». Ведь потом не так уж и сложно произвести монтажи выбросить всё ненужное или загрузить в общую папку с названием «Запас».
Они довольно быстро подошли к палаточному лагерю. Удивило Крагиных то, что в этом временном поселении не наблюдалось детей, только взрослые люди с озабоченным видом. Многие из них даже, можно сказать, были убиты горем. Это читалось на их лицах. Не видели Иннокентий и Марина и шумных застолий, ни один из странных туристов не держал в руках самую обычную гитару, никто не играл в волейбол… Ощущалось, что людей собрала здесь если не великая беда, то какая-то общая и трудноразрешимая проблема.
Молодожёнам необходимо было не только вести съёмки, но для начала и осмотреться, чтобы, если получится, узнать, что же здесь происходит. Они присели на самом краю, на широком плоском валуне. Любопытство, ясно, любопытством, но лучше уж не нарушать общего настроения странных отдыхающих. Решили немного отдохнуть и шагать в сторону станции.
Может быть, здесь собираются какие-нибудь, сектанты или наркоманы. Не дай бог попасть в неприятности. Такой контингент опасен во всех отношениях. Правда, если кто-нибудь к ним подойдёт и что-нибудь спросит, тогда и они смогут задать свой вопрос. Ведь, вполне, вероятно, что здесь собралась не такая уж и дурная компания. А странная озабоченность и некоторая угрюмость отдыхающих может объясняться, к примеру, постоянными солнечными бурями на солнце. Не на всех они отрицательно влияют, но на многих.
Ждать долго не пришлось. К ним подошёл физически крепкий и высокорослый парень, примерно, лет двадцати пяти-двадцати семи в спортивном трикотажном костюме. Без всяких предисловий и расспросов, он коротко сказал:
– Совсем не здорово, что вы здесь ведёте съёмки. Впрочем, как хотите. У нас давно уже ни от кого не имеется никаких тайн.
– Но нам необходим разного рода видеоматериал, – пояснил Иннокентий, – и короткие беседы с людьми. Всё это может показаться интересным не только для нас.
– Бесполезное занятие. Уже некоторые пытались рассказать в социальных сетях о том, что происходит здесь, – сообщил высокорослый парень. – Так им не только заблокировали акуанты, но и вели с ними долгие беседы в специальных заведениях.
– Тогда нам, вообще, ничего не понятно, – призналась Марина. – Абсолютно ничего!
– Я тоже пока и сам не во всём разобрался, – сказал парень. – Можете ставить свою палатку даже в самом центре лагеря. Места и там предостаточно. Если это необходимо, то я помогу вам обустроиться. Или сами справитесь?
– Если решим остановиться здесь, – заверил незнакомого парня Иннокентий, то сообщим. Но пока подумаем.
– Место мне не нравится. Оно совершенно не подходи для отдыха и съёмок, – возразила Марина. – Камни и чахлая трава. Какое-то предгорье, засыпанное мелкими камнями.
– Мы, в общем-то, проходили мимо,– пояснил Иннокентий. – Вот просто обратили внимание на скопление народа. Почему в таком неуютном месте столько людей?
– Я понял, наконец-то, что вы никого и ничего не ищете. Поэтому и продолжайте свой путь, – сказал парень в трикотажном костюме. – К счастью, вы не подходите нашей компании, и меня это очень радует.
С большим трудом, но Крагиным удалось кое-что узнать у этого не очень разговорчивого, да и необщительного человека. Но, всё же, он коротко объяснил, что происходит. Не постеснялся это сделать на видеокамеру.
Оказывается, в палаточном городке собрались родственники, друзья и знакомые тех людей, которые в разное время потерялись на территории, которая теперь стала запретной зоной или заповедником. Его посещать категорически запрещено даже под страхом смерти. Никто и никому не даёт разрешений даже по великому знакомству на то, чтобы попасть туда, где, возможно, кто-то из заблудившихся грибников, ягодников и отдыхающих ещё жив. Такое происходит уже больше года – и зимой, и летом.
Самые ответственные начальники на государственном уровне не только запрещают кому-либо пытаться проникнуть на территорию запретной зоны, но и не дают людям никаких объяснений. Но ходят упорные слухи, что быстро стихийно организованный заповедник – место опасное и во многом непредсказуемое.
Парень сдержанно пояснил, что здесь, да и в подобных лагерях, собрались не только родственники и друзья пострадавших, но и просто искатели приключении, любители острых ощущений и крутых экстремальных ситуаций.
– Лично я никого в тайге не потерял, – пояснил он. – Просто хочу помочь несчастным людям. Да и, честно сказать, хочется туда попасть. Мне нравится… рисковать.
– Нам тоже интересно, – Иннокентий посмотрел на жену. – Я ведь не ошибаюсь, Марина?
– Не ошибаешься, Кеша – кивнула она головой. – Немного страшно. Но так хочется посмотреть, что там, за колючей проволокой. Неплохо было всё это и запечатлеть.
– Люди говорят, что имеются на территорию этого заповедника потайные проходы, – заметил парень со стоянки. – Но вот где они? Мы ведь их искали и сейчас ищем…. Всё бесполезно.
Потом он сообщил, что его зовут Богдан. Точнее и правильней, Богдан Алексеевич Шуринов, учитель физкультуры в одной из средних школ города. Сейчас он почти свободен потому, что лето.
Его удивляло то, что не организовано со стороны властей никаких поисковых групп. Вроде, посылали исследовать с высоты странное место самолёт и два вертолёта. Но связь с экипажами этих… надёжных летательных аппаратов сразу же потерялась. Почти ясно, что при странных обстоятельствах эти отважные люди нашли в тайге свою смерть. Бесследно исчезли и самые разные дроны и квадрокоптеры.
На этом поиски многих сотен, заблудших в хвойные дебри, прекратились. Никто со стороны ответственных чиновников не желал возмущённому народу что-то объяснять. Скорей всего, им нечего было сказать.
Немного о себе рассказали и Крагины. Да, собственно, что рассказывать? Они отдыхают и одновременно работают. Юные муж и жена не сомневаются в том, что, пусть не сразу, но успех к ним придёт. А конкретно сейчас им очень хочется найти потайной ход на территорию охраняемого участка тайги. Они почти уверены, что там, где риск и опасность, можно заработать и кое-какие деньги. Кроме того, известность им тоже не помешает. Но самое главное, конечно же, помочь людям.
В общем, Крагины заверили Шуринова, что место для остановки, если потребуется, они найдут…. Поставят свою палатку подальше от лагеря хмурых людей. А сейчас, пока ещё почти целый день впереди, Крагины постараются обнаружить неохраняемый вход в зону. Он обязательно должен существовать. Наверное, таковой имеется чуть повыше, в горах, в какой-нибудь пещере.
– Сомневаюсь, что вам в этом плане повезёт, – выразил сомнение Богдан. – Но если что-то получится, то обязательно возвращайтесь сюда. Далеко не все, но человек тридцать с нами пойдут. Может быть, и больше. Кто знает. Остальные будут терпеливо ждать. Не все ведь способны куда-то идти.
– Попробуем обнаружить какой-нибудь потайной ход, – Иннокентий поправил на плечах ремни от рюкзака, в котором находилась палатка. – Может быть, повезёт.
– Ну-ну, – усмехнулся Шуринов, – желаю вам съесть большого телёнка и костями не подавиться.
Они направились в сторону небольшой лощины, то есть распадка между горами. Крагины загорелись великим желанием попасть на территорию запретной зоны. Если там находится что-то особенное, то такие классные фото и видео можно сделать, что закачаешься.
Внимательно рассматривая всё вокруг, в распадке, заросшим, в основном, густым ивняком и ольхой, Иннокентий и Марина старались визуально обнаружить хоть какое-нибудь углубление в видимой части скалистой горы, находящейся слева от них. Может быть, обнаружат тропинку, ведущую вверх. А там уж видно будет. Наверху немало пещер, которые могут быть путями в район запретной зоны.
Об этом они говорили и одновременно производили съёмки сразу двумя видеокамерами. В любом случае, как говориться, начало интригующему путешествию было положено. Даже если они сейчас не найдут потайного хода, то материал для интернетовской аудитории сложится, интрига завяжется сама по себе.
Вдруг они обратили внимание на мальчика лет девяти-десяти, который торопливо шёл вдоль распадка. Одет он был обычно: серый брезентовый костюм, короткие резиновые сапожки коричневого цвета, на голове – белая летняя кепка. Что же делает здесь, в нескольких километрах от железнодорожной станции и посёлка ребёнок? Дети без присмотра и надзора взрослых – не очень здорово.
Ускорив шаг, Крагины догнали его. Но тут же поняли, что ошиблись. Это был не мальчик, а мужчина небольшого роста, лет сорока или чуть меньше. Проще говоря, карлик. Он возмутился, когда узнал, что незнакомые молодые люди, можно сказать, бездельники, приняли его за ребёнка. Что за наглость?
– Вам, что, нечем заняться? – сурово и укоризненно сказал он. – Кого вы здесь выслеживаете?
– Извините, но мы отдыхаем, – ответила Марина, – и одновременно занимаемся делом. Ни в коем случае бездельниками себя не считаем. Так что, и вы, уважаемый, ошиблись.
– Давайте же все успокоимся! Не будем ссориться. А я здесь, можно сказать, по делам, – сообщил карлик. – Подыскиваю интересный материал. В свободное от работы время занимаюсь резьбой по дереву.
Низкорослый мужчина, который представился Трофимом Петровичем Лугашевичем, оказался чрезмерно общительным. Его Крагины совершенно не просили о том, чтобы он долго и нудно пересказывал свою биографию. Здесь Лугашевич подыскивал для своего творчества небольшие фрагменты корневищ деревьев, из которых можно было вырезать замысловатые фигурки людей или невиданных животных, потом покрыть их лаком.
Со слов Трофима Петровича, он являлся одним из представителей мелкого или даже среднего бизнеса, владельцем трёх магазинов в здешнем пристанционном посёлке. Право заниматься предпринимательством такого рода ему дало среднее специальное образование, полученноё довольно давно в торговом техникуме, и не такой уж и малый жизненный опыт.
Ещё Лугашевич сообщил, что абсолютно не знает, почему здесь появилась запретная зона, никого не терял и не ищет, и не является злым и жестоким сказочным карликом из недавно образовавшихся заповедных мест.
Не так-то легко было отделаться от разговорчивого предпринимателя, но они, всё же, умудрились с ним с четвёртой попытки проститься и продолжить свой путь по узкой тропе, вдоль скалистой горы. Иннокентий и Марина не теряли надежды подняться на эту возвышенность, тщательно обследовать её. Правда, в тайне они понимали, что такого прохода на территорию запретной зоны может и не быть. Ведь пещеры, как правило, своеобразные замкнутые углубления. Правда, немало имеется исключений из общепринятых правил и привычных явлений.
Смешно и дико спонтанно искать какие-то скрытые проходы в запретную зону. С каждым шагом Крагины приходили к выводу, что, скорей всего, их и на самом деле просто нет. Примерно так же ищут чёрную кошку в тёмной комнате, в которой она не присутствует, или иголку в стогу сена. Даже если таковая и спрятана в огромной копне, то найти её практически невозможно.
Но, тем не менее, они решили пройти столько километров, сколько необходимо, чтобы выйти на относительно удобную и не такую крутую горную тропу. Пусть несколько дней их первого пешего семейного похожа будут потрачены только на абсурдные и нелепые поиски, но шкурка стоит выделки. Если им повезёт, то они смогут при удачном стечении обстоятельств заработать нормальные деньги. А дальше всё пойдёт, как по маслу.
Пока Иннокентий и Марина не знали, как это произойдёт, но непременно должно случиться, если им повезёт. Но они помнили о самом главном: прежде всего, необходимо помочь людям, а там уже всё остальное.
После встречи с карликом и частным торговцем Лугашевичем, они прошли не так и много метров, но, почему-то, заметно устали. Решили немного передохнуть в берёзово-осиновой роще, в которой уже редко встречались невысокие ивы и ольха.
Но тут они увидели лежащего в зарослях кустов рябинника измождённого, заросшего бородой, в рваной одежде молодого мужчину, скорее, парня. При нём не имелось никакой поклажи и, явно, он умирал, то ли от голода, то ли страшной накопившейся усталости. Молодые муж и жена подошли к нему. Ведь они обязаны оказать человеку, попавшему в беду, посильную и, по-возможности, ощутимую помощь. Понятно, что Марина не забыла включить камеру.
Этот человек даже не мог сказать, кто он и откуда, но пытался что-то произнести. Его голоса Крагины почти не слышали. Невнятный шёпот, где звуки никак не складывались в слова. Но потом голос его стал значительно чётче и громче, и он сказал:
– Звонить никуда не стоит. Это бесполезно. Я не просто умираю, я ухожу, неизвестно куда. Этот прожорливый, голодный заповедник найдёт любого везде и всюду. Я знаю.
Иннокентий достал из рюкзака флягу с водой и, встав на колени, осторожно немного влаги влил в рот умирающего. Но Крагин, всё же, спросил, каким образом несчастный выбрался из запретной зоны. Им необходимо это знать.
– Рядом с вами и со мной глубокий овраг. В десяти метрах. Там потайной ход…. Но никому и никогда не следует отправляться в заповедник. Там каждого ждёт страшная и непонятная смерть.
– Что там? – тихо спросила у несчастного путника Марина. – Дикие звери?
– Я не знаю, кто они, – пробормотал бородатый парень. – Но мне понятно одно. Участок тайги, который здесь находился раньше, улетел в иное пространство. А на его месте появилась часть другого, совсем не земного, точнее, не нашего мира.
– Но скорую помощь мы, всё-таки, вызовем, – Иннокентий достал из нагрудного кармана джинсовой куртки сотовый телефон. – Ты будешь жить. Я в этом не сомневаюсь.
– Не требуется никуда звонить, – сказал парень, медленно поднимаясь на ноги. – Я начинаю вспоминать, кто и я и почему здесь. Спасибо вам. Теперь я доберусь до станции и посёлка. Я пришёл в эти места оттуда. Только не помню, когда это было.
Надо ли говорить, что Крагины порадовались тому, что несчастный путник самостоятельно встал на ноги и начал что-то вспоминать. Конечно же, они сейчас отложат все свои дела, даже запланированную съёмку, и проводят измождённого бородача до самого дома. А потом, возможно, сразу же вернуться сюда. Ведь надо же проверить, существует ли на самом деле потайной ход в тайный заповедник, появившийся здесь из другого мира.
Иннокентий почти вплотную подошёл к путнику, чтобы помочь ему двигаться. Но тут же Крагин резко в страхе отпрянул от него. Марина громко закричала, едва не выронив видеокамеру из рук. Неописуемо страшно было наблюдать за тем, как кто-то невидимый и сильный оторвал у бородатого парня руки, орошая траву его густой кровью. Этот незримый злодей и людоед с невероятной скоростью обгладывал кости рук несчастного путника.
Буквально через несколько мгновений то же самое произошло с ногами, головой и всем телом бородатого парня. Не прошло и пяти минут, как вместо него перед Крагиными оказалась груда гостей, обглоданных дочиста.
– Надо срочно позвонить в полицию, Кеша! – сказала Марина. – Это остро необходимо.
– И что мы скажем блюстителям закона, Маришка? Что? – Иннокентий почти до крови закусил нижнюю губу, вспоминая подобный случай рядом с городской автобусной остановкой. – Всё, что мы им поведаем, даже в мельчайших деталях, они сочтут за бред. Первыми подозреваемыми в убийстве, неизвестно кого, станем, именно, мы.
– Мы ведь только свидетели…
– Да! Я пошутил. Нам придётся долго и упорно доказывать, что не могли мы мгновенно сожрать этого человека.
– Что же нам делать?
– Ничего. Я уверен даже в том, что этот человек пропал, как раз, год тому назад. Возможно, его уже давно никто и не ищет.
После того, чему они были свидетелями, трудно было окончательно прийти в себя. Просто невозможно. Особенно, Марине. Ведь он уже наблюдал нечто подобное и сумел сохранить это в тайне от других.
Но сейчас они только одно и поняли. Чужой мир внедрился в привычную, земную обитель и устанавливает здесь свои порядки. Нет сомнения в том, что только по этой причине жуткий заповедник так тщательно охраняется. Но разве можно оградить людей от тех существ, которые невидимы, сильны и жестоки?
Он взял свою юную жену за руку посмотрел в его глаза и тихо сказал:
– Я должен тебе кое-что рассказать, Маришка.
– Я понимаю, – прошептала она, – у тебя до меня была другая девушка. Но я, всё равно, тебя люблю. Просто безумно обожаю.
– Полная ерунда, Маришка! Какая ещё девушка! Да не об этом я тебе хочу сказать! Слушай!
Сделав глубокий вдох, Крагин рассказал о том, что произошло на его глазах с кандидатом технических наук Григорием Антоновичем Степняковым. Поведал он и о коротком разговоре с человеком в гражданской одежде, который пообещал передать останки несчастного человека его родственникам, которые их, конечно же, с почётом и уважением похоронят. Понятно, что Крагин сообщил своей жене о существовании Ненасытного заповедника. Как он понял, так его уже довольно давно называют многие.
Всё это Марина слушала с великим волнением. По-другому к происходящему относиться было нельзя. Да и то, что произошло сейчас прямо у неё на глазах, можно было назвать даже не фантастикой, а ужасной мистикой. Кроме того, всё, что она снимала на камеру, не запечатлелось, даже звук не записался. Тоже ведь не случайно, что так произошло.
– С этого момента всё будем снимать, по-возможности сразу на две камеры и, кроме того, использовать и фотоаппараты, – сказал он. – Но жаль… Я не сумела запечатлеть то, что мы с тобой только что видели. Вроде, всё делала правильно.
– Ничего. Я раньше слышал от опытных и очень взрослых людей, – он обнял жену, – что очень часто такие видео и так же аудио восстанавливаются… сами по себе.
– Когда это произойдёт, Кеша?
– Как только мы выйдем из аномальной зоны. Но, может быть, и не произойдёт или она, вообще, не повлияет на результаты съёмок и качество звукозаписи. Но в любом случае, нам уже есть, что сказать людям. А теперь посмотрим, что там за потайной ход. Или не пойдём туда?
– А запреты мы в интернете мы всяческие обойдём. Не будем указывать место, где всё это происходит. Кроме того, предложим нашим зрителям и слушателям всё нами зафиксированное считать полной фантастикой. А люди не такие уж и дураки, всё поймут.
Марина ничего не ответила. Но всем своим видом дала понять, что возвращаться домой или отправляться в другое, безопасное место они просто не имеют морального права. Теперь они несут ответственность за тех людей, которые попали в беду и ожидают помощи со стороны родных, близких и спасателей-добровольцев.
Солнце находилось почти уже в зените. Но Крагины долго не думали. Они решили, что прямо сейчас должны спуститься в чёртов овраг, попытаться проникнуть на территорию запретной зоны. Страх – явление сильное, но не такое уж и устойчивое. Зачастую в подобных случаях, прежде всего, побеждает любопытство, вместе с извечным и устоявшимся в натуре русского человека, как бы, заклинанием – «авось, пронесёт».
– Мы будем осторожны и осмотрительны, – сказала Марина. – Давай, всё же, глянем, что там. Включи свою камеру, Кеша. Если обе будут работать, то это надёжней.
– Только с одним условием! – Иннокентий так и поступил, как посоветовала ему жена. -Ты не будешь отходить от меня ни на шаг. Дороже тебя в земном мире у меня никого и ничего нет.
– Я тоже безумно тебя люблю. Ты же знаешь. Я только что тебе об этом говорила.
– Да. Конечно. Я слышал.
Иннокентий поцеловал её и, они, взявшись за руки, отправились в сторону оврага.
Эта естественная впадина оказалась глубоким дном давно пересохшей речки. По её руслу Крагиным пришлось долгое время пробиваться сквозь густой кустарник, царапая о ветки руки и лица. Но они вели съёмку и давали комментарии происходящему. В данном случае здесь были уместны любые эмоции. Особое репортёрское мастерство не требовалось.
Когда же эти мучения закончились, они заметили, что находятся в низине, в тайге…. Впрочем, нет на хвойный или какой-нибудь другой лес всё это было не совсем похоже. Самые настоящие джунгли с пальмами, незнакомыми деревьями, с огромными цветами.
Одним словом, сразу же они увидели здесь немало необычного и даже невероятного: и разных цветов, размеров и форм птицы, змеи и дикие животные, которые не обращали особого внимания на появившихся неизвестно откуда людей. Существ, подобных этим, ни Иннокентий, ни Марина не встречали в зоопарках. Ведь, к примеру, не существует в природе трёхглавых фиолетовых лебедей. И всё это они снимали на видеокамеры, да и фотоаппаратом.
Ни с чем не сравнимые места, вполне, можно было бы запросто принять за райские кущи. Но супруги Крагины прекрасно понимали, что самое первое впечатление может быть обманчивым.
Пройдя метров двадцать-тридцать от того места, откуда они появились здесь, от выхода из старого устья давно пересохшей речки, они увидели небольшое озеро с чистой прозрачной водой. Неподалеку с отвесной горы вниз, в водоём, с шумом стекал и горный поток, сверкая на солнце оранжевыми бликами. Они были подобны ярким фонарикам и казались не совсем естественными в глуши самых натуральных джунглей.
На глади озера множество больших белых, оранжевых и синих цветов, похожих на лотосы. Кроме того, по воде плавало множество птиц. Они только чем-то и только отдалённо напоминали пеликанов, фламинго и других земных птиц. Но, всё же, это были совершенно другие существа, обитатели чужого, незнакомого мира. Возможно, он и не так страшен… Но кто же тогда сожрал бородатого парня? И почему он бежал прочь из этой удивительной обители в земной мир?
– Что-то мне, Кеша, жутковато, – призналась мужу Марина. – Эти красота и спокойствие не радуют. Какое-то волнение в груди…
– Мне тоже не по себе, Маришка, – признался Иннокентий. – Нам одним нет здесь смысла оставаться. Вернёмся в палаточный лагерь и сообщим Богданов обо всём, что видели и знаем. Вернёмся сюда вместе со всеми. Наверняка, у кого-нибудь имеется оружие. Уже не так опасно.
На сей раз, всё, что они сняли и записали, сохранилось. Но надолго ли? Они понимали, что подобные миры и явления зачастую непредсказуемы.
Особо не раздумывая, они отправились в обратный путь.
Обо всём том, что они увидели, почти в мельчайших подробностях рассказали Шуринову, который заметил их издалека и поднялся на пригорок. Богдан особо ничему услышанному, как и отснятому молодой семейной парой материалу, не удивился и только на короткое мгновение задумался. Ему тоже было, над чем поразмышлять.
Кроме этого, Крагин решил рассказать Богдану о случае, который произошёл с бродягой и учёным Степняковым. Не забыл пересказать и то, о чём успел ему сказать Антон Григорьевич о Ненасытном заповеднике.
После того, что Шуринов услышал, и он решил поведать Крагиным то, что не сообщил им раньше. В эту тайну он не посвящал никого. Опасался даже не того, что его посчитают сумасшедшим. Просто информация, которой он обладал, никому не принесла бы практической пользы. Но, махнув рукой, он дал своё согласие на то, чтобы Крагины его снимали. Во всяком случае, всегда можно будет выложить этот материал не только на своём сайте, но и на Ютубе, если всё умело подать.
Оказывается, и Шуринов несколько месяцев тому назад, рядом с запретной зоной наткнулся в талом весеннем снегу на почти безжизненное тело совсем молодой, но очень измождённой девушки. Она, вполне, спокойно сообщила Богдану, что умирает, поэтому должна хоть что-то успеть сообщить любому встречному.
Но Шуринов был настроен решительно. Сразу же, как только находящаяся в критическом положении девушка выскажется в течение нескольких минут, он вызовет неотложную скорую помощь. Не мог же Богдан запретить ей говорить. Не имел морального права.
«Впрочем, нет, – тогда подумал он. – Нельзя терять ни минуты».
Правда, позвонить он не смог. Его крутой сотовый телефон, вообще, вышел из строя. Не подавал даже малейших признаков «жизни». Произошла не просто блокировка, а вывод из строя его, в общем-то, надёжного смартфона.
Ему ничего не оставалось делать, как пока выслушивать, возможно, последнюю исповедь человека. Но ведь он, Шуринов, сильный и крепкий. Возьмёт её на руки и понесёт на железнодорожную станцию. Там девушке быстро помогут, окажут необходимую медицинскую помощь. А пока две-три минуты Богдан решил с ней пообщаться.
Эта девушка категорически отказалась сообщать, каким образом ей удалось выйти из страшного заповедника. Она не желала, чтобы хоть кто-нибудь попал в эти страшные места. Там нечего делать нормальным людям.
Но несчастной девушке каким-то чудом удалось узнать, что же находится там, на территории запретной зоны. Звучало это дико, но она утверждала, что страшный заповедник, заброшенный на Землю из неведомого мира, своеобразный инкубатор пока ещё не рождённых существ, которые считают себя людьми.
– Всё произошло очень быстро. Даже намного стремительней процесса совокупления кроликов, – неловко пошутил Шуринов. – Я даже не успел оставить ей свой номер телефона. Такой вот… чёрный юмор с моей стороны.
Но его не совсем уместную шутку Крагины не среагировали. Они понимали, что Богдан за подобными шутками, наверное, постоянное пытается скрыть своё смятение и волнение.
Богдан ещё раз повторил то, что эти монстры считают себя будущими особенными и единственными людьми во всей Вселенной или даже в Мироздании.