– Извините, Александр Петрович, но мы ничем не можем помочь. – лицо старшего менеджера было таким сочувствующим… Только это была лишь маска. Плевать ему и на меня, и на любого другого клиента, у которого нет семизначного счета в их банке. – Вас проводить?
– Спасибо, не надо. – глухо произнёс я. Опершись о дешёвую трость, купленную мной по объявлению у одного старика, с трудом поднялся, подхватил папку с документами, и шаркающей, старческой походкой двинулся к выходу. Напоследок все же бросил через плечо: – До свидания.
– Всего доброго. – ответил менеджер, и тут же переключился на нового клиента: – Здравствуйте! Чем могу помочь?
Очередной отказ. Пятый за эту неделю. Ну ничего, я упорный, что-нибудь придумаю.
Едва очутился на улице, покинув прохладу банковского офиса, на меня тут же навалилось адское пекло. В тени все сорок по Цельсию, не меньше. Вот черт, просидел в очереди два часа, а ведь когда пришёл в банк, было даже прохладно.
Морщась от боли в повреждённых суставах, я кое-как доковылял до лавочки, расположенной в тени, и с трудом опустился на неё. И что мне делать теперь? Просить кого-нибудь, чтобы довели до дома? Ну уж нет, до такого никогда не опущусь. В идеале надо бы вызвать такси, но денег катастрофически мало.
Взгляд упал на фантик от конфеты, втоптанный в асфальт. Совсем недавно он был новым, ярким, а сейчас извалялся в грязи, да и наступили на него не раз. Почти как я, никому не нужный, брошенный на обочине жизни.
Совсем недавно мое тело было здоровым и сильным, имелась хорошая работа, планы на будущее. А потом случилась эта авария. Да, государство не бросило меня, помогло, практически вернув с того света.
А дальше у меня начались осложнения, бороться с которыми оказалось слишком дорого. За каких-то полгода я лишился всего нажитого, затем продал всё, что можно, надеясь, что недуг отступит раньше… Увы, но лекарства были слишком дорогие, а курс лечения долгим. И вот я, безработный инвалид, живущий на съёмной квартире, уже вторую неделю хожу от одного банка к другому, в надежде, что они дадут мне шанс вернуть полноценную жизнь. Да, у меня тот случай, когда деньги равны здоровью.
– Здравствуйте, молодой человек. – прозвучал справа старческий, чуть дрожащий голос. Повернув голову, я встретился с выцветшими, когда-то серыми глазами дедушки – божьего одуванчика. Этакий старичок, вечно всем улыбающийся, и никогда не унывающий.
– Добрый день. – всё же заставил себя ответить. Хотя мне совсем не хотелось ни с кем разговаривать.
– Вижу, у вас беда, молодой человек. Болезнь?
– Она самая. – я коснулся своих опухших коленей, которые выделялись даже под широкими спортивными штанами.
– Ох, совсем молодой, и с такими болячками. Наверное, вы на всё готовы пойти, чтобы вернуть здоровье? – совершенно неожиданно задал старик вопрос. В этот момент меня почему-то обдало ледяным холодом. И это на сорокоградусной жаре! В дополнение пахнуло чем-то неприятным, даже зловонным…
– Да уж на многое пошел бы. – не знаю, зачем, но я всё же ответил. И добавил, тоже непонятно почему: – В аварию попал.
– Да уж, этих лихачей на дорогах с каждым годом всё больше. Совсем не берегут, ни себя, ни других. – задумчиво произнёс старик, а затем посмотрел на меня с легкой хитринкой во взгляде. – Вот бы вернуться в прошлое, когда еще ничего не случилось, правда?
Собеседник как-то странно сощурился, а меня вновь окатило холодом. Вот черт, неужели у меня приступ. Ведь утром выпил лекарство, оно до вечера точно будет действовать.
– А кто б не хотел вернуть здоровье. – все же произнёс я. – Только идиот.
– А что, если бы вам предоставили возможность вновь стать здоровым? Чисто гипотетически. – навязчивый собеседник, увидев, как сжались мои кулаки, поднял перед собой руки, ладонями вперёд, словно бы говоря – нет, я не лезу в ваши личные дела, просто поддерживаю разговор.
– Увы, но это если и возможно, то будет стоить огромные деньги. – покачал я головой, успокаиваясь. И правда, чего это у меня нервы расшалились.
– Значит, вы всё же хотели бы вернуть здоровье, несмотря на цену?
– Да, конечно, хочу. – мой ответ прозвучал спокойно, но голос был каким-то странным. Словно мы сидели не на улице, а в небольшой комнате, воздух в которой стал густым, словно кисель. Да и голова стала тяжёлой, будто я не спал больше суток. Ну точно приступ. Только какой-то необычный, с новыми ощущениями.
– Сделка? – все так же продолжая улыбаться, спросил старик.
– Сделка. – не знаю зачем, но ответил я. А в следующий миг начала твориться какая-то чертовщина. Во-первых, глаза старика из водянистых внезапно стали яркими, словно засветились изнутри. А во-вторых – моя попытка вскочить и отойти подальше от странного собеседника не увенчалась успехом – тело не слушалось. Его словно парализовало.
– Договор подтверждаю. – совсем иным голосом произнес старый хрен, окончательно переставший походить на божьего одуванчика. Скорее уж рядом со мной находился циничный, расчетливый убийца. Паук, только что парализовавший, и теперь собирающийся утащить свою жертву в логово.
Будто подтверждая мои мысли, старик вскочил, и одним шагом преодолел разделяющее нас расстояние. Его левая рука ухватила мой подбородок, а правая устремилась к шее. А в следующий миг я почувствовал, как за левым ухом меня что-то укололо. Тело тут же стало ватным, зрение начало размываться, пока всё не заполнила собой абсолютная тьма.
Что-то липкое быстро начало проникать в уши, ноздри, горло, и даже в глаза. При этом я ничего не мог сделать, даже моргнуть. Меня словно захватила неведомая субстанция, отсекающая от сознания органы чувств, один за другим. Сначала зрение, затем обоняние, и под конец слух.
Последней мыслью, прежде чем потерять сознание, было: меня что, решили похитить? Но кому нужен инвалид? Разве что на органы пустить?
А затем тьма поглотила мое сознание…
– Эй, минус, ты что, сдох что ли?
Голос доносился словно сквозь вату. А ещё сильно болела голова.
– Чёрт! Не хватало ещё, чтобы из-за этого урода мне порезали рейтинг. – продолжал говорить неизвестный. Вроде подросток, судя по тембру и интонациям. А еще язык какой-то странный – гортанный, грубый. Но я его откуда-то знаю. – Шмык, у тебя есть аптечка, вколи этому уроду дозу восстановителя.
– Десять кредитов гони, иначе даже не пошевелюсь. – прозвучал в ответ другой голос. Тоже подростковый, но уже ломающийся, с хрипотцой.
– Да ты охренел! Два, или ты мне не друг!
– Ну не знаю, Кикос. Это тебе светит просадка в рейтинге. – ответил Шмык. – Так что раскошеливайся. В следующий раз будешь внимательнее смотреть, куда едешь.
– Да подавись ты! – зло прозвучало в ответ. – Всё, скинул на твой счёт. Только быстрее лечи, пока этот урод не сдох.
Я лежал неподвижно, на спине, в крайне неудобной позе – в поясницу упиралось что-то острое. Но самое обидное, тело не слушалось меня. Даже веки не мог открыть.
Неожиданно моё левое предплечье что-то укололо. И тут же от места укола в разные стороны начало разливаться тепло.
– Всё, жить будет. Черт, ну и воняет от него. – голос Шмыка начал удаляться. – Минус, ты бы помылся, глядишь, и рейтинг повысится.
Ответить я не смог. Как и подняться. Хотя зрение постепенно возвращалось, да и руки вроде начали слушаться. Правда, увидеть подростков, разговаривающих на странном языке, мне не удалось – перед глазами висело какое-то полотно с размытыми закорючками, напрочь перекрывая обзор.
– Всё, валим отсюда, пока полицай не появился. – раздался голос Кикоса. Почти тут же раздалось жужжание электромотора, к нему присоединилось еще одно, и звуки начали удаляться.
А мне с каждой секундой становилось все лучше. Я наконец смог перевалиться на бок, и ощупать рукой спину. Вот чёрт, липкое, походе на кровь. Но рана небольшая, да и не болит вроде. И кровотечения уже нет.
Нащупав рядом стену, я всё еще на ощупь придвинулся к ней, и сел, облокотившись спиной. Уфф. Так вроде легче. Теперь ноги – как они там? По идее, я теперь хрен поднимусь на них.
И вот тут меня ждал первый сюрприз. Во-первых, колени были нормальными! Никакой одутловатости, и отсутствие боли при прикосновении. Я даже осмелился поджать колени к груди, и был крайне удивлён, когда у меня это получилось сделать, не потеряв сознание.
К этому моменту зрение окончательно восстановилось, и я наконец понял, что мне мешает нормально осмотреться. Перед глазами висел виртуальный экран с текстом и числами. Написано было точно не на русском, да и цифры не арабские, но я почему-то все понимал.
Что ж, почитаем. Может так я смогу получить хотя бы какие-то ответы, куда и как меня занесло.
«Гражданин Кирэл (Возраст: 16 лет. Социальный рейтинг: -5000. Кредиты: 0. Статус: в розыске), к вам применён восстановитель широкого спектра действия (одна доза). Запущен процесс восстановления (время действия: 10 минут)
Общее состояние организма: 85 % от нормы»
Что ещё за социальный рейтинг? И как понимать – восемьдесят пять процентов от нормы? Да и статус что-то мне не нравится. Как и возраст с именем.
Ладно, продолжим чтение дальше, к тому же нижняя часть текста отличается ярко красным цветом, обычно так выделяют что-то важное.
«Нейросеть взломана (нарушение закона, статья 3.25 уголовного кодекса Содружества). Уничтожен поисковой маяк (нарушение закона, статья 14.17 уголовного кодекса Содружества).
Гражданин Кирэл, немедленно пройдите до ближайшего пункта идентификации, в полицейский участок, или межгалактическую службу розыска. Ваш текущий социальный рейтинг предельно отрицательный»
И ниже еще строчка текста:
«Для более детальной диагностики необходимо дать нейросети соответствующие распоряжение»
– Вот чёрт! – выругался я, вспомнив всё, что предшествовало моему пробуждению. – Куда меня занесло?
Я еще раз решил пробежаться по тексту, и тут же зацепился за возраст. Шестнадцать? Но ведь мне под сорок! Что за чушь?
– Нейросеть, убери сообщение!
Вот, так гораздо лучше. Теперь я хотя бы вижу, где нахожусь. Хм, похоже на какой-то технический коридор. Бетонная стена напротив, в пяти метрах от меня, заляпана чем попало, начиная от краски и заканчивая потёками грязи. Серый потолок метрах в четырёх, на котором через равные расстояния расположены светящиеся линии – что-то вроде светодиодных лент, только тусклые. Пол тоже бетонный, с выбоинами и многочисленными царапинами. Похоже здесь частенько ездят на чем-то тяжелом, и возможно даже гусеничном.
С одной стороны коридор плавно заворачивал вправо и вверх. С другой так же изгибался, но вниз, и через полсотни метров был резкий поворот. Да уж, скудно, чтобы понять, где я. А еще сильно тянет сыростью.
Закончив осматриваться, я сосредоточил внимание на ногах, а потом внимательно оглядел и всего себя. Мда-а… Одет во что-то, очень похожее на старую робу, обут в убитые ботинки, волосы словно ножом подрезаны. А вот кстати и сам нож, в ножнах на ремне. Неплохой, кстати. Клинок толстый и широкий, лезвие остро заточено – таким легко можно перерубить толстую ветвь, а при случае и в качестве оружия использовать.
Наконец, вернув клинок в ножны, заставил себя подняться на ноги. И понял, что моё новое тело гораздо целее предыдущего. И это большой плюс. Осталось лишь понять, где я нахожусь. То, что это не земля, я понял, когда увидел перед глазами текстовое сообщение. Не было у нас таких нейросетей, да и язык с письменностью точно не земного происхождения.
И вот куда мне идти, что делать? Хотя…
– Нейросеть, можешь показать мне дорогу к месту, где я живу.
Перед глазами тут же вспыхнула яркая зеленая линия, ведущая в ту честь кон дора, что понижался. Что ж, пойдем посмотрим, где я обитаю. Возможно, там найдутся ответы, хотя бы на часть вопросов.
Думал, что линия доведет меня до убежища, где обитают такие же отщепенцы общества, как я, но ошибся. Добравшись до поворота, я прошёл еще сотню метров, так никого и не встретив по пути, и остановился возле квадратной решётки, расположенной на левой стене, на высоте моей груди. Зеленая мерцающая линия ныряла прямо в неё.
Лезть в вентиляцию как-то не хотелось. К тому же по дороге я успел разглядеть свои руки – они все были покрыты следами от многочисленных укусов. В мозгу тут же представилась сцена, как я сплю на полу, на каком-то грязном тряпье, и в этот момент на меня набрасываются крысы. Много крыс…
Однако нейросети было плевать на мои желания, и поэтому пришлось искать способ, как сдвинуть тяжелую решётку, постоянно ожидая, что кто-то пройдёт или проедет мимо. К счастью, открыть люк оказалось не сложно, всего-то и требовалось, что подцепить пальцами один из нижних болтов, оказавшийся без резьбы, и решётка сама скользнула вниз, повиснув на одном верхнем креплении. Ещё два болта оказались спилены чем-то, скорее всего ножовкой.
Попасть внутрь вентиляции не составило труда, а вот закрыть за собой довольно тяжелую решетку оказалось непросто. Всё же щели в ней были узкими, в них едва пролазила половина ладони.
Закончив возиться с решеткой, я откинулся на стенку вентиляционного короба, оказавшегося очень большим – примерно метр на метр. На ощупь и по звукам он был металлическим, а тусклый свет, проникающего внутрь, показал мне ржавые разводы на полу и стенах. Мда, тоже мне, убежище. Зато сыростью стало меньше пахнуть – по вентиляции тянуло тёплым воздухом.
Видимо до этого момента я думал лишь о том, чтобы спрятаться. Потому что только сейчас, очутившись в относительно укромном месте, понял, что хочу пить. Да и от еды не отказался бы.
– Соберись, Саня. – шёпотом приказал я себе, и перевернулся в вентиляционном коробе, на коленях двинувшись вперёд, вдоль зеленой мерцающей линии.
Ползти по прямой, вдоль коридора, пришлось долго, минут десять. Успел даже миновать ещё две решетки, прежде чем добрался до круглой шахты, уходящей вниз. Диаметром она была чуть больше, чем короб, и имела лестницу из железных скоб. Так же в ней по стене проходила та самая тускло светящаяся линия – интересно, зачем? А ещё снизу тянуло смутно знакомым запахом…
Вверх шахта тоже поднималась, но насколько, непонятно – на потолке короба располагался массивный вентилятор, сейчас медленно вращающийся. Через его лопасти ничего не просматривалось, да и зеленая линия ныряла вниз. И это меня начало напрягать. Судя по всему, здесь я не найду товарищей по бродяжничеству, путь ведёт в личное убежище Кирэла.
– Что же заставило тебя забраться в такую дыру. – пробормотал я, и начал спускаться вниз, про себя надеясь, что скобы крепкие.
Спуск был не долгим. Примерно через пятнадцать ступеней, расположенных друг от друга на расстоянии в сорок сантиметров, путеводная линия нырнула в сторону, в боковое ответвление, диаметром вдвое меньшее, чем шахта. И это мне не понравилось. Во-первых, путь вёл в темноту, а во-вторых – там будет тесно. В случае чего, не развернуться.
Спустившись ещё на одну ступень, я осторожно извлёк нож, и одним движением буквально занырнул в боковой лаз, следуя за зелёной линией. Подтянулся на руках, и вскоре мои ноги покинули шахту. Правда, проползти далеко не получилось – рука с ножом почти сразу упёрлась в преграду.
С трудом разобравшись с самодельной заслонкой, всё же открыл ее, чтобы мне в глаза тут же ударил свет. Несильно яркий, но это и к лучшему. Не медля, я тут же двинулся вперёд, правда через полтора метра остановился, замерев у края узкой трубы.
Похоже я таки добрался до убежища Кирэла. Вот только лезть в него совсем не хотелось.
Передо мной было довольно большое помещение. Метров пятьдесят квадратных, не меньше. Правда треть потайной комнаты занимал какой-то агрегат, издающий мерный гул. Двигатель, или насос – промелькнула у меня мысль.
Еще здесь имелись: обшарпанный шкаф из серого пластика, узкая кровать, заваленная тряпьём, стол, прислонённый к стене, табурет, и желтая пластиковая бочка в углу. А ещё здесь имелась дверь, запертая изнутри на самодельный засов. Выглядело это так, словно кто-то приделал к дверному полотну две скобы-ступени, и на место запора пристроил кусок толстой профилированной трубы.
Но больше всего привлекали внимание три здоровенные крысы – каждая размером с кошку. Серые, мерзкие… Две из них прямо в этот момент устроили драку, почти бесшумно катаясь по полу, а третья, расположившись на столе, наблюдала за товарками, и одновременно что-то торопливо жрала.
– А ну пошли нахрен отсюда! – рявкнул я, надеясь, что твари свалят туда, откуда пришли. А через секунду понял, что совершил непростительную ошибку. Все три крысы мгновенно бросили свои занятия, и уставились на меня черными, немигающими глазами. На несколько секунд мы замерли в неподвижности, глядя друг на друга. А затем мерзкие создания ринулись ко мне, ловко перепрыгивая с одной скобы-ступеньки на другую.
Мне хватило мгновения, чтобы понять – убежать от этих тварей я не успею.
Нож – мое единственное оружие. А ещё заслонка, которую я открыл несколько секунд назад. Если успею отползти на несколько метров и закрыть её, считай избежал ранений. Но это вряд ли. Вон, уже первая морда сунулась в вентиляционную трубу и быстро рванула ко мне.
– Ш-шиц! – самопроизвольно вырвалось у меня. При этом я ткнул лезвием в набегающую тварь, и о чудо – попал острием прямо в крысиную пасть. Правда крыса слишком уж здоровенная, какой-то мутант, выросший на радиоактивных харчах…
Тварь забилась, как сумасшедшая, мне едва удалось удержать рукоять ножа. Затем крысе всё же удалось соскользнуть с лезвия, но повторно атаковать она уже не смогла. Похоже я нанес ей достаточно сильные повреждения, чтобы мутант потерял желание делать что-либо.
Мимо раненой собралась проскочить вторая зверюга, но именно в этот момент полуживая крыса завалилась на бок. Ее здоровенные когти в предсмертных судорогах сжались… И вцепились в шкуру товарки. Та пронзительно запищала от неожиданности, ну а я, освободившись от ступора, нанёс второй удар.
В этот раз нож едва смог вспороть толстую шкуру мутанта – слишком из неудобного положения приходилось мне бить. Поэтому перед третьим ударом я постарался сосредоточиться. Н-на!
Острые, как иглы, зубы сомкнулись на моем запястье – тварь перед своей смертью попыталась отомстить. Но острая сталь всё же пробила грудь крысы, с хрустом погрузившись в плоть на добрые десять сантиметров.
– А-ахр! – зарычал я от боли. – Сука!
Выпустив нож из раненой руки, ухватил тварь за челюсть, и попытался освободить запястье. Черт, больно то как!
Пришлось приложить усилие, чтобы освободиться от хватки уже мёртвой твари. При этом я в любой миг ожидал атаки третьей крысы, которая по непонятным причинам задерживалась.
Последний мутант появился, когда я наконец освободился, и взял нож в здоровую руку. Именно в этот момент по ушам ударил очередной писк, и проём, через который в вентиляцию поступал свет, перекрыла туша мутанта. Эта тварь оказалась в полтора раза крупнее своих товарок. Не крыса, а целый камышовый кот по размерам. И при этом глаза зверюги почему-то светились красным.
Да что за чертовщина здесь творится? Может это сон? Ага, а боль от прокушеного запястья – это меня в реальности кто-то цапнул. Например, я от жары вырубился на скамейке перед банком, а сейчас мою руку укусила бродячая собака. Только какого хрена я никак не могу прийти в себя? Почему продолжается этот дикий кошмар?
Очередной писк ударил по ушам, приводя меня в чувство. Саня, в рот-компот, соберись!
Тварь в два прыжка преодолевала разделяющее нас расстояние, и замерла, сразу за трупами убитых крыс, изготовившись к последнему броску. Ну уж нет, хрен я тебе дамся, сволота вентиляционная!
Опершись на локоть раненой руки, я выставил перед лицом нож, лезвием к противнику. Ну, иди сюда, гадина! Прямо на острую сталь!
Вообще, по-хорошему, крыса должна была удрать. Даже с ее габаритами, она была явно не в моей весовой категории. И потому странное желание расправиться со мной настораживало. Выглядело это так, будто крысы защищают жилище от чужака. Но ведь я, если верить нейросети, живу здесь. Вернее, предыдущий хозяин тела жил.
Крыса прыгнула. Буквально ввинтилась в пространство между потолком вентиляционной трубы и телами убитых собратьев. Я тоже начал действовать – нанёс встречный удар, в этот раз целясь прямо в грудь мутанту, в котором было килограмм десять веса, а то и больше.
Уже в полете зверюга извернулась, и вцепилась в лезвие. Руку дёрнуло, и я, понимая, что сейчас лишусь единственного оружия, бросил свое тело вправо, сильно приложившись о стенку вентиляции.
Тело мутанта по инерции пролетело ещё с полметра вперёд, мою одежду рвануло острыми когтями, оставляя глубокие порезы на груди, но самое главное оружие крысы – зубы, не достали меня. А дальше началось противостояние силы и ловкости.
Я буквально вжал тушу зверюги в противоположную стену раненой рукой, упершись ей в шею, а другой пытаясь как можно глубже загнать клинок в череп. Тварь в свою очередь вовсю полосовала когтями задних ног мою многострадальную руку. Одежда немного защищала, но я чувствовал, что еще пять-шесть ударов, и ткань не выдержит…
Хруст проламываемого черепа, и лезвие ножа вошло в голову крысы, упёршись в кость с противоположной стороны. Я ещё пошевелил лезвием для верности, затем выждал, когда мутант перестанет биться в агонии, и только после позволил себе немного расслабиться. А если быть точным – извлечь клинок из убитой твари, и осмотреться. Неужели всё?
Стоило мне задаться этим вопросом, как краем зрения я заметил какое-то движение. Миг, и нечто, состоящее из серой дымки, стремительно метнулось к моей груди, мгновенно впитавшись в плоть. Мне даже удалось почувствовать, как нечто теплое проникает в тело. И, словно подтверждая, что дымчатое марево не почудилось, перед глазами появился текст от нейросети:
«Гражданин Кирэл (Возраст: 16 лет. Социальный рейтинг: -5000. Кредиты: 0. Статус: в розыске), вы впитали три сгустка энергии неопознанного свойства. Рекомендация: немедленно посетить лечебное заведение или капсулу диагноста. Влияние на организм энергии неизвестного вида может угрожать вашей жизни.
Общее состояние организма: 88 % от нормы»
– Убери сообщение. – приказал я и, не дожидаясь, когда восстановится зрение, извлёк нож из мутанта. Пришлось постараться, так как лезвие застряло в черепе. Вернув себе оружие, наконец осмотрел ранение. Чёрт, а всё не так плохо. Кость не повреждена, кровотечение почти остановилось. Видимо то лекарство, что мне вкололи неизвестные подростки, всё ещё находится в организме и продолжает лечение.
Такс, теперь можно немного расслабиться, и подумать. Во-первых, что еще за энергию я получил от убитых? Если честно, попахивает какой-то мистикой. А во-вторых – следует уже покинуть эту узкую трубу, пока у меня кукуха не отъехала. В-третьих – обработать и перевязать место укуса, не дай бог пойдет начнется заражение. А от крыс таких неприятностей стоит ожидать. И трупы мутантов – от них нужно как-то избавиться.
Через несколько минут я уже спустился в помещение, и приступил к поискам главного – воды. Безумно хотелось пить, да и рану промыть не помешает.
Жидкость я обнаружил не в жёлтой бочке, оказавшейся ёмкостью под мусор, а в двух больших канистрах, стоявших под столом. Вскрыл обе, понюхал содержимое. В одной было что-то, содержащее спирт – уж этот запах я ни с чем не перепутаю. Во второй – непонятно. Есть какой-то незнакомый аромат, а рисковать не хочется.
– Нейросеть, можешь показать мне, из какой емкости я брал воду для питья? – прибегнул я к электронной помощнице. Всё же она показала мне дорогу в это убежище.
И ничуть не удивился, когда перед глазами проявилась виртуальная зеленая стрелочка, указывающая на канистру с неизвестным ароматом. Ну что ж, попробуем, чем утолял жажду бывший хозяин тела.
Спустя два часа, сытый, с залитыми специальным обеззараживающими гелем ранами, я лежал на кровати и пытался осознать то, что мне удалось вытянуть из нейросети, которая находилась где-то в моей голове. Даже шрам нашёл на затылке.
Как выяснилось, нахожусь я в технических тоннелях под мегаполисом, накрывшим почти целый материк. И нахожусь здесь уже около года – поселился в этой вентиляции почти сразу, как нелегально прилетел на эту планету в грузовом отсеке космического корабля. Да, чтоб меня, здесь имелись межзвездные перелёты, и было это в порядке вещей.
До этого хозяин тела проживал на другой планете, пока что-то или кто-то не взломал нейросеть. Незримый помощник воспроизводил передо мной не только текст, но и видеофайлы – короткие эпизоды жизни предыдущего владельца тела. Этакий взгляд на чьё-то существование его же глазами.
Вначале жизнь бывшего хозяина тела была вполне обычной, хоть и интересной, для меня. Школа, дом, покатушки на легком летательном аппарате с друзьями и в одиночку. Так было до того момента, когда кто-то нарушил целостность нейросети. Вот с этого дня всё и изменилось. Словно в обычного подростка вселился сумасшедшая сущность, смысл существования которой был один – мучить и убивать.
Это был демон. Я не знал, как иначе назвать психопата, убивающего всё живое, до чего он мог дотянуться. Начиная от крыс, и заканчивая людьми. А ещё с каждым убийством социальный рейтинг хозяина тела понижался, пока не достиг значения в минус пять тысяч. И это накладывало огромное количество ограничений для проживающего в одном из миров содружества.
Во-первых – подросток лишился возможности появляться на поверхности. Во-вторых – он больше не мог пользоваться социальными наборами для нищих – самыми дешёвыми одеждой и едой. Отрицательный рейтинг буквально отдалил его от людей.
Только убийцу это устраивало. Еду и всё необходимое он попросту отнимал у таких же изгоев, разве что обладающих не столь отрицательным рейтингом. Видимо поэтому репутация у Кирэла даже среди отбросов общества была премерзкой.
А ещё предыдущий хозяин тела обладал сверхъестественными способностями. При каждом убийстве он вытягивал из жертвы некую субстанцию, которую впитывал в себя. А иногда, в самых безвыходных ситуациях, мог ударить противника незримой силой, или подчинить себе. Как он это проворачивал, я так и не смог понять.
В дополнение к прочим странностям, прежний Кирэл мог воздействовать на живых существ, изменяя их. Те самые крысы-мутанты, с которыми я справился лишь небывалым везением, раньше были питомцами убийцы, его личной охраной, без которой он и шагу не делал последние месяцы. Слишком уж плохая репутация была у Кирэла.
А еще я узнал, как очутился в коридоре – том, где пришёл в сознание. Предыдущий хозяин тела сам пришёл туда, и встал прямо посреди дороги. У меня сложилось ощущение, что он хотел покончить жизнь самоубийством. Или же убить того, кто должен был занять его тело…
Грохот за дверью заставил меня в один миг сорваться с кровати. Сам не понял, как в одной руке оказался нож, а в другой – небольшой топорик.
– Ну что там, Мих? – раздался из соседнего помещения чей-то грубый голос. – Давай по-быстрому открывай насосную, проверим визуально, и двинем дальше. Нам ещё надо обойти три таких узла.