Он стоял напротив меня и не отводил от лица холодного и надменного взгляда. Вокруг нас бушевала снежная буря, за пределами которой ликовали люди.
Зима пришел! Зима забрал подарок!
Голос жреца культа Времен Года почти ввинчивался мне в уши.
– Властитель снегов и синего пламени, господин морозов и покровитель ледяных драконов! Согласен ли ты принять достойнейшую из дев?
– Согласен.
В голосе мужчины словно выли ледяные ветра холодных пустынь.
А в интонациях жреца слышались ликование и облегчение.
– Да будет так! Скрепим же союз!
Зима сделал шаг вперед. Я малодушно зажмурилась и прикусила губу. Во рту поселился металлический привкус крови.
Его это не остановило. На шею легла большая ладонь и сжала ее. Я от испуга распахнула глаза и сразу утонула в сером взгляде зимнего лорда.
Он криво усмехнулся и поцеловал. Жестко, требовательно, скользнув языком по губам и вынуждая их раскрыться.
Я неосознанно уперлась ладонями в грудь Зимы, протестуя против такого обращения, но хватка на горле только усилилась.
Меня мучили долго. Непозволительно долго для такого ритуала.
Крики радости затихли, поглощенные недоумением.
Когда он наконец оставил меня в покое, на мои плечи легла тяжелая рука, заставляя прижаться ближе и спрятать лицо в серебре камзола на его груди.
Взметнулось синее пламя, и я навсегда покинула родную страну.
Огонь улегся так же быстро, как и вспыхнул, а снег медленно опал на землю крупными хлопьями. Впереди высился темно-синий замок.
– Твой новый дом, – в уже нормальном, почти человеческом голосе над головой слышалась ирония.
– Благодарю за доброту, великий.
А я молодец. Голос ровный, глаза сухие, в интонациях безукоризненная вежливость и почтение. Папа мог бы мной гордиться. Дочь идет на заклание строго по этикету!
– Ниц можно не падать, – совсем по-человечески фыркнул в ответ зимний и неторопливо пошел вперед.
Я несколько секунд стояла, глядя ему вслед, и нервно сжимала в ладонях тонкую ткань подола, а после побежала догонять. Остаться одной в ледяной пустыне не хотелось еще больше, чем оказаться в замке наедине с этим мужчиной.
Интересно, можно ли считать воплощение стихии мужчиной в полном смысле слова? Что же, скоро мне предстоит это узнать.
Времена Года, как же не хочется умирать так рано!
Я грустно улыбнулась, поймав себя на привычной мольбе. Странно просить об удаче Времена Года, когда мое тело, моя жизнь и мой разум принадлежат теперь одному из них.
Подняла взгляд на идущего чуть впереди Зимнего Лорда.
Высокий, статный, красивый до невозможности. Раньше я таких совершенных мужчин видела только на картинках и в виде статуй в храмах. Всегда думала, что Временам Года льстили, но вот оно – живое подтверждение.
Он встряхнул головой, и белые волосы, убранные в сложное плетение кос и прядей, скользнули по широким плечам. Его плащ подметал черную дорожную пыль, смешанную со снегом. Отметив дорогую меховую окантовку, я только сейчас поняла, как мне холодно. Мигом застучали зубы, и начала бить крупная дрожь. Лорд резко остановился и развернулся, вперив в меня пронзительный, пробирающий до глубины души взгляд.
– Холодно, – спустя несколько секунд и моего краткого осмотра, резюмировал он.
– Да, милорд, – бодро отстучала зубами в ответ.
– Тогда стоит поторопиться.
Он расстегнул фибулу-застежку плаща у подбородка и накинул мне на плечи тяжелую ткань. Не успела я поблагодарить, как лорд подхватил меня на руки и быстро зашагал к замку. Я изумленно пискнула и вцепилась заледеневшими пальцами в оторочку его камзола. На меня даже не посмотрели, но я заметила, как по чувственным губам зимнего скользнула улыбка.
Вот так.
Первый день моего жертвенного заточения в замке Времен Года начался в высшей степени нетривиально.
Нет, меня и раньше носили на руках, братья например, но никогда настолько… легко и непринужденно. Казалось, он вообще не чувствовал моего веса.
Дорога, по которой мы шли, чудилась узким серпантином, вьющимся вокруг крутой скалы. На вершине возвышался замок. Его острые башни и шпили пронзали небо, уходя в бесконечную синь.
Зима шел быстро, преодолевая каждым шагом расстояние, которое я не пробежала бы и за три. С каждой минутой величественное строение приближалось, и вот, не успела я опомниться, как лорд опустил меня на ноги перед дубовыми воротами в четыре человеческих роста. Ума не приложу зачем такие огромные и крепкие двери в замке, на который ни один человек в здравом уме не решится напасть. А меж тем вся эта каменная «черепаха» с мощной вековой кладкой из огромных валунов, башнями с узкими бойницами и неприступными стенами выглядела крайне воинственно и недружелюбно. Для полноты картины не хватало только огромного рва, заполненного кипящим маслом. Хотя, о чем это я? Ни о каком кипящем масле в этом царстве холода и ветров даже помыслить было нельзя. Лишь завывания бури и звон метровых сосулек, вместе с наледью свисавших со стен и грозивших вот-вот упасть и разбиться о мерзлую землю.
Стоило об этом подумать, как несколько особенно огромных ледышек, что висели прямо над воротами, хрустнули и сорвались вниз. Их недолгий полет был впечатляющ, и если бы не мои предыдущие опасения, ни за что бы не сумела вовремя отскочить от многочисленных острых осколков.
Мой испуганный писк эхом отразился в горных просторах, отчего вниз сорвалось еще несколько десятков ледышек вдоль стен.
И только зимний лорд не шелохнулся.
Как стоял, хмуро взирая на свои владения, так и стоял. Ему осколки, которые прошили бы меня насквозь, не причинили ни малейшего вреда. Отскочили, отразившись, словно солнечный луч от зеркала.
– Хм, – недовольно издал мужчина, едва заметно нахмурив брови.
– Если вы хотели меня убить, – пробормотала я, все еще прячась за его спину, – то могли бы просто заморозить, а не пытаться прошить насквозь сосулькой!
На меня обернулись. Взгляд стал еще более недовольным, чем был.
– Если бы я хотел тебя убить, не стал бы кутать в плащ и носить на руках. Ты здесь для другого!
Я гулко сглотнула и опустила глаза. Мне не следовало предъявлять лорду претензии, пусть даже такие. Теперь он мой хозяин, и только от меня зависит, насколько он будет благосклонен ко мне и моему народу.
Княжна дома Крионов, которую всю жизнь баловали, потакали малейшей прихоти и даже замуж планировали отдать по любви, теперь бесправная рабыня. Какая ирония судьбы.
В груди сжалось сердце, напомнив мне, почему я здесь и платой за что стала.
Тысячу лет Зима не появлялся в наших землях и не требовал платы за свой уход, о нем даже начали забывать. Пока в этом году не ударили особенно суровые морозы, и снега не сходили с полей месяцами. Запасы еды стали истощаться, ведь по всем приметам уже давно пришло время Весны и даже Лета. Мой народ должен был сеять хлеб, заготавливать сено, готовиться к новой Зиме. Но что делать, если предыдущая не хотела уходить?
Жрецы проводили ритуалы, принося в жертву отощавших от голода куриц, овец и коров, но Зимний лорд был безжалостен к мольбам, пока в один ужасный для меня день не явился в святилище, окруженный палантином, сотканным из бури и вьюги. Лорд потребовал особую жертву. Невинную деву.
Спорить с ним не решились. Лед в его глазах ломал любое желание возражать.
Всех молодых девушек из ближайших селений собрали в одном месте для жребия, и хотя выбор пал на другую, Зима захотел забрать меня.
Он отмахнулся от той, что ему предложили и, ткнув пальцем в толпу, прямиком указал на ничего не подозревающую меня.
– Она. Я заберу ее.
В тот миг я отшатнулась назад в надежде, что мне показалось. Ведь на правах княжны из великого рода я не участвовала в отборе. Да и не место наследнице среди человеческих дев, меня просто пропустили в первые ряды, чтобы я могла получше разглядеть будущий обряд. Я не верила, что дочь князя Криона отдадут Зиме, но толпа за спиной сомкнулись плотной стеной, подталкивая к будущему хозяину.
Даже отец не вступился. В те несколько мгновений, что нам удалось перекинутся парой фраз, он лишь сурово наставлял меня думать о благе народа и во всем подчиняться зимнему лорду.
– Твой долг спасти людей, – произнес он. – Получив тебя, Зима обещал уйти, уступив место законной Весне.
Меня обрядили в дорогие одежды золотого цвета, вплели в волосы яркие ягоды красной рябины, для храбрости поднесли кубок вина, но я даже глотка не сумела сделать. Слишком испугана была в первые часы, когда осознала, кому именно меня пожертвовал собственный отец и народ. Лишь стоя у алтаря, в святилище, почувствовала, как самообладание вернулось ко мне. Пути назад не было, только долг перед людьми, который я обязана выполнить.
Из этих невеселых мыслей меня вырвал голос Зимы:
– Почему застыла? Ждешь еще сосулек? – он стоял у приоткрытых ворот и ждал, пока я сама дойду до него.
Бросив короткий взгляд наверх, поняла, что падать оттуда больше нечему, и торопливо зашагала к лорду. Как бы он меня не пугал, но кроме как к нему идти было некуда.
Не бежать же в ледяную пустыню? И себя не спасу, и народ обреку на гибель. В конце концов, что такое честь и гордость одной княжны, если на кону стоит столько жизней?
Путь до лорда показался до обидного коротким. Когда поравнялась с ним, он обнял меня рукой за плечи и повлек за собой к массивному крыльцу на том конце площадки.
– Это – зимняя сторона замка, – начал рассказывать лорд, неторопливо шагая по каменным плитам, и я почти бежала, чтобы успевать за ним. – Ты можешь гулять где угодно, кроме третьего этажа.
– А что на третьем этаже? – полюбопытствовала я только для того, чтобы поддержать беседу.
– Запрещено, – холодно ответил не собирающийся объясняться мужчина. – А остальные запрещенные места… Ты поймешь, что туда нельзя.
– На голову опять свалится сосулька, намекая на запрет? – хмыкнула я, не удержавшись от легкой иронии.
Он промолчал, но судя по косому взгляду – не исключено, что ледяная глыба на меня свалится прямо сейчас. За говорливость.
Когда мы подошли к крыльцу, в лорде проснулись рыцарские замашки, и он предложил мне руку, любезно помогая подняться по скользким ступеням.
Двери перед нами были словно выточены из цельного куска синего льда и медленно открылись. По граням и узорам их створок невесомым, живым покрывалом скользили маленькие вихри, временами распадаясь на потоки снежного ветра.
Неужели элементаль? Настоящий! Живой!
Я с любопытством разглядывала это чудо и мысленно била себя по рукам. К такому пальцы протянешь – без них останешься. Отморозит.
– Северный, какая комната приготовлена для нашей гостьи? – обращаясь к вихрям, спросил лорд.
Элементаль собрался в единое целое и принял форму волнистой стрелки указывающей направо, а после изобразил цифру два.
– Второй этаж, вторая спальня? – прекрасно понял его Зимний, и снежинки осыпались на пол. – Чудесно. Леди, вы слышали?
– Д-д-да…
Я постаралась успокоиться и перестать заикаться.
– Еще лучше. А сейчас позвольте проводить вас в мой кабинет. Пожалуй, нам стоит прояснить цель вашего пребывания здесь.
– Права и обязанности?
– Вам не чуждо логическое мышление, – одобрил меня ледяной мерзавец и, вновь подхватив на руки, понес куда-то вперед.
Я молчала бесконечно долгую для женского любопытства минуту, смиренно позволяя себя нести, но все же не удержалась.
– Зачем?
– Мне приятно, – спокойно ответил Зимний Лорд. – А вы тут как раз для того, чтобы делать мне приятно. Можете считать, что приступили к обязанностям, не сходя с места.
Двери открывались перед ним сами собой, благодаря услужливому Северному, который летел за нами невесомым потоком.
Я окончательно пригрелась в объятиях мужчины и начала с любопытством осматриваться.
Что же… ничего интересного. Мрачный дворец. Закрытые ставни, простор и минимализм, картины на стенах, но их не разглядеть из-за полумрака. Неуютно. Очень неуютно.
– Вы один тут живете?
– На зимней стороне – один. Не считая элементалей, конечно. А теперь и вас…
Я замолкла.
Совсем скоро мы достигли кабинета и меня аккуратно посадили в кресло. Он повелительно взмахнул рукой, и в камине тотчас занялось синее пламя, а бра на стенах вспыхнули, освещая комнату.
Тут меня тоже не ждало ничего интересного. Кабинет как кабинет. У отца намного роскошнее и больше. А тут… словно для дворянина средней руки.
Меня удивило разве только то, что в этом помещении не было белых и голубых тонов, официально признанных как цвета Зимы, наоборот, все непривычно теплого оттенка. Почему?
– Итак, – Зимний опустился в большое коричневое кожаное кресло. – Как вас зовут?
– В смысле? – нервно переспросила я, не в силах осознать, что этот… это… он даже не понимал, кого именно уволок для удовлетворения своих страстей.
– В прямом. Как тебя зовут?
Я гордо вскинула подбородок и поднялась, намеренно оставляя плащ в кресле. Расправила плечи, провела ладонью по золотому платью – цвету княжеской семьи – и представилась:
– Лионна, наследная княжна дома Криона!
Мужчину почему-то перекосило.
– Княжна?
Я без слов заправила прядку за ухо.
– М-да… Удружили мерзавцы!
– Вы имеете что-то против правящей династии? – надменно спросила я.
– Я имею много чего против воспитания фригидных девиц в княжеских домах.
– Вы сами меня выбрали, – холодно напомнила я, стараясь сдержать праведный гнев и не отчитать его за такие слова.
Пора бы запомнить: я тут никто.
– Потому что по жребию мне привели страшную, как моя жизнь, да еще и толстую женщину!
– Ее для вас выбрала богиня Судьба, – не удержалась от легкого злорадства. – А она, судя по слухам, очень не любит, когда кто-то идет наперекор ее воле.
– Мы в курсе, – непонятно ответил Лорд и закончил прерванную мною мысль: – На вас, дорогая княжна, был плотный платок – регалий не видно. И, разумеется, когда я увидел «жертву», то ткнул пальцем в первую попавшуюся симпатичную мордашку, которую хотелось бы уложить в постель.
– Тогда я безмерно вам сочувствую. И раз я не подхожу для ваших целей… быть может, вы вернете меня домой?
В груди помимо воли разгоралась надежда. Ну вдруг?! Вдруг! Может капризная богиня повернется ко мне лицом, и я вырвусь из этой переделки без потерь?
Пока я мечтала о несбыточном, Зима неторопливо поднялся, подошел ко мне и, взяв за подбородок, заставил запрокинуть голову и взглянуть на него.
– Кто сказал, что не подходишь? – хрипло спросил лорд, с нажимом проведя большим пальцем по моим губам.
– Но… вы же сами… – попыталась объяснить я, но не успела.
Большая ладонь скользнула мне на шею и зарылась в волосах на затылке, а вторая рука легла на талию. Он медленно скользнул ниже, гладя округлое бедро… и еще ниже, пока наконец не сжал пальцы на ягодице, прикрытой тонкой тканью.
Я стояла, не в силах шелохнуться, чувствуя, как щеки заливает краска стыда.
Вдох-выдох. Наше одинаково частое дыхание смешивалось. Мое испуганное – его вожделеющее. Он перестал трогать мою попку, но не успела я облегченно выдохнуть, как в шоке ощутила руку на груди. Он обхватил округлость, сжав вершинку через ткань лифа, и усмехнулся:
– Роскошно, – он обхватил груди уже двумя руками и сжал их вместе, а после наклонился и выдохнул на ухо. – Мне будет приятно… быть между ними. Скользить между ними.
– Я… не понимаю, о чем вы.
Почему-то его слова звучали очень пошло. Я не знала, о чем он говорит, но чувствовала на интуитивном уровне: мне не понравится.
Дыхания не хватало. Паника накрывала с головой. Наглые лапы на теле, которого еще никто так не касался, вселяли ужас. Настоящий ужас перед тем, что произойдет совсем скоро. А может быть и прямо сейчас…
– Поймешь, – многообещающе ответил Зимний и легонько оттолкнул меня.
Я упала в кресло и быстро закуталась в плащ, настороженно глядя на мужчину.
Меня трясло. После столь недвусмысленных намеков было невероятно страшно от того, какую участь мне уготовил Лорд. Я уже не была маленькой девочкой, чтобы не понять, зачем мужчина может так лапать женское тело. Кто бы мог подумать, что я, княжна Лионна, стану постельной игрушкой у одного из Времен года.
Сжав поплотнее челюсти и зажмурившись, смогла только пообещать себе, что выдержу и вынесу любые пытки и унижения ради блага своего народа. Мое дело не хитрое: лечь, раздвинуть ноги и вытерпеть то, как лорд будет удовлетворять свою похоть. Нужно только прикрыть глаза…
Мои пальцы невольно сжались в кулаки, а ногти больно впились в нежную кожу ладоней.
– Сейчас мы поужинаем, а после ты поднимешься в спальню и переоденешься, – еще больше ввергая меня в пучину ужаса, произнес Зима. – Не хочу больше видеть на тебе эти золотые тряпки!
Гнев вспыхнул на щеках, но я сумела сдержать порыв и промолчать. Мне окочательно указали на место в новой жизни, а еще на то, что все самое жуткое свершится уже этой ночью.
Лорд окинул меня очередным неуютным взглядом и двинулся на выход из кабинета. Мне оставалось лишь встать и на негнущихся ногах поплестись за ним. Он шел по пустынным коридорам намного впереди меня, я же безнадежно отставала и силилась догнать. Сейчас Зиме даже в голову не пришло нести меня на руках, и куда только исчезли его рыцарские замашки? Сгинули в небытие, едва мужчина узнал о моем элитном происхождении.
В какой-то момент Зимний исчез за одним из расположенных впереди поворотов, и, если бы не вихрь снежного элементаля, указывающего направление, я бы в жизни не нашла трапезную.
Войдя в широкий, ярко освещенный многочисленными свечами зал, я замерла от неожиданности. Столовая резко контрастировала по интерьеру с остальными частями замка. Длинный дубовый стол, застеленный ярко-красной скатертью с серебряной окантовкой и пушистыми кистями бахромы. Десятки канделябров с зажженными свечами, и огонь отнюдь не снежно-синий, а самый что ни на есть настоящий: желтый с красными всполохами.
Но больше всего удивило другое: множество стульев у стола и сервировка на восемь персон. Словно Зима ждал гостей на празднество.
– Вы говорили, что живете один, – несколько обвинительно произнесла я. – Или я что-то не так поняла?
– Один, – отозвался лорд. Он стоял, отвернувшись, у камина и, казалось, грелся в лучах настоящего тепла.
– Тогда почему приборов восемь? – не унималась я.
– Не задавай вопросы, ответы на которые тебе не пригодятся, – поворачиваясь ко мне лицом, отчеканил он и жестом указал на место, которое надлежало занять.
Гордо выпрямив спину, я подошла к стулу. Тяжело вздохнув, зимний вновь вспомнил о правилах приличия и, отодвинув его, помог сесть. Сам лорд занял место рядом, во главе стола.
– Снежный, – приказал он элементалю. – Накрывай.
По залу пронесся искристый смерч, и в миг скатерть заполнилась многочисленными блюдами. Я замерла, глядя на все это великолепие, и внутри закипела обида.
Мой народ голодал, грызя последние крошки, а у Зимы все это время был бесконечный банкет с изысканными яствами и деликатесами. Я ненавидяще сверлила взглядом пышущего жаром молочного поросенка, источающего просто божественный аромат, и задыхалась от гнева, переполняющего меня.
– Снежный, – продолжал раздавать приказы лорд, – поухаживай за леди, кажется она желает попробовать мясное блюдо.
Эти слова стали последней каплей.
– Вы… – задыхаясь от злости выдохнула я. – Вы…
Подходящие слова все никак не могли сорваться с моих уст. Я даже вскочила с места, с противным скрежетом отодвинув стул.
– Вы…
– Я, – подтвердил Зима.
В отличие от меня, лорд никаких моральных терзаний не испытывал и уже успел отрезать себе кусочек запеченной свинины, и подносил ко рту.
– Ты что-то хотела сказать, дорогая? – чересчур спокойно поинтересовался он, но в глазах уже плескался колючий лед. – Может сначала сядешь и поешь?
– Вы мне предлагаете есть, когда мои люди голодают?!
– А почему нет? Или ты скажешь, что не ела такого в княжеском замке? – он все так же монотонно поглощал пищу, словно мы не о судьбе тысяч людей говорили, а о сущих пустяках. – Не поверю, что княжеское семейство перебивалось с хлеба на воду.
– Да как вы смеете! – я аж руками всплеснула от возмущения, но тут же замолкла. Парировать-то было нечем.
Разумеется, молочных поросят в замке на ужин давно не было, но и до голода дело не доходило. Я вполне могла есть пустую кашу, приправленную только солью, и не чувствовала себя от этого униженной и оскорбленной. Тем не менее, у многих людей и на такие скромные обеды не хватало…
– Не моя вина, что Весна не смог прийти вовремя, – констатировал мужчина. – А теперь сядь и ешь.
– Не буду! – все еще на эмоциях продолжала буянить я, хоть умом и понимала, что поступаю глупо.
Правая бровь лорда поднялась в удивлении, а в зрачках зажглись огни любопытства и азарта.
– Вот как? – он отложил в сторону вилку и принялся медленно подниматься из-за стола. – Девочка решила показать зубки… – почти нежно проворковал он. – О-о-очень интересно.
Испуганно ойкнув, поняла, что нужно убираться из столовой подальше и не важно куда, иначе точно несдобровать. Сломя голову кинулась наутек, как последняя дурочка, забыв с какими скоростями может перемещаться Зима. Его руки сомкнулись на моей талии, молниеносно притягивая к себе и разворачивая лицом.
Я оказалась в плену его железной хватки, пыталась хоть немного отстраниться, утыкаясь ладонями в каменную грудь, но вместо этого еще больше утопала в чужих объятиях. Чувствовала обжигающее тепло мужского дыхания и от страха забывала дышать сама.
Я вздрогнула, когда его язык коснулся моего ушка, провел вниз от острого кончика к мочке, и жаркие губы сомкнулись на ней, втягивая в рот.
Это оказалось неожиданно… чувственно. Шок от ситуации, странные, непривычные ощущения от чужих губ на коже сплелись внутри меня в причудливый коктейль из страха, шока и возбуждения. Да, я знала как можно назвать эту неожиданную, но приятную тяжесть внизу живота.
Голова непроизвольно запрокинулась, и я прерывисто выдохнула.
Легкий укус отрезвил, и я вновь дернулась, пытаясь скинуть с себя эти непрошенные касания, но ответом был лишь тихий смех зимнего лорда.
Он отстранился. Зима скользил по моему лицу взглядом, изучая каждую черточку, и медленно склонялся, чтобы прошептать в самое ушко:
– Кажется, я ошибся насчет фригидности юных княгинь. Ты – очень горячая девочка. Мне повезло. И да, не хочешь есть – заставлять не буду. А сейчас иди в комнату и переоденься. Я скоро к тебе присоединюсь.
Его объятия разжались и тут же подхватили, ведь мои ноги меня не держали после случившегося.
– Ну же, Лионна, возьмите себя в руки. Где ваше хваленое крионское самообладание?
Действительно, где?
Мгновенно подобравшись, я выскользнула из его рук, поправила сбившееся платье и вернула подобающее наследнице правящего дома холодное выражение лица. И не важно, что внутри все пылало от близости мужчины, по спине все еще бежали мурашки, а уши пунцовели, помня касания его языка.
В комнату меня отвел Северный. Надо же, я вроде как научилась различать элементалей. Северный похож на ветер, окрашенный белым цветом, словно иней сдуло с деревьев после нежданного мороза. В Снежном же красиво кружились крупные снежинки, настолько медленно, что, казалось, можно разглядеть уникальные узоры на каждой.
Моя спальня оказалась роскошной – такой, как и полагается выглядеть гостевой комнате в замке короля. Пол сверкал и переливался в свете хрустальной люстры, кровать под резным балдахином была произведением искусства. Основа – синий сверкающий лед, покрывало – пушистый снег, падающий только в середине зимы, узоры на хрустальных столбиках такие, как рисовал мороз на моих окнах в детстве, а покрывало, спускающееся с ложа, будто соткано из снежинок и изморози.
Все казалось таким радужным, красивым… нездешним. Не представляю, как можно жить в таких условиях. Или мне долго и не придется? Ведь как утверждали легенды, дошедшие до наших дней, еще ни одна рабыня Зимнего бога обратно не вернулась.
Я повернулась к Северному и спросила:
– Тут есть ванная комната?
Элементаль рассыпался на множество снежных лент, и, спустя несколько секунд, в воздухе повисла фраза.
«Да, дверь справа. Располагайтесь, госпожа. Вам потребуется помощь?»
– Нет, спасибо, – поспешно отказалась я и с некоторой запинкой добавила: – Вы можете идти.
Я не знала, имею ли я право приказывать элементалям в замке Зимы, но привычка взяла свое. И мне очень хотелось побыть в одиночестве и настроиться морально.
Северный молча собрался обратно в вихрь и, в прямом смысле слова, вымелся за дверь. Тяжелая створка из белого дерева глухо стукнула о косяк, отрезая меня от остального мира. Временно. Скоро сюда придет господин этого места, и у меня нет иного выбора, кроме как покориться его желаниям.
Как же это… унизительно.
Да, гордая дочь князя Криона? Не ты ли свысока смотрела на наложниц отца и братьев? Не ты ли даже мысли не предполагала о том, что они могут не желать этой участи, но королям и принцам крови отказывать не принято? Не ты ли сейчас во власти Зимнего Лорда, которому тоже нельзя отказать?
Я помотала головой, гоня мысли, и ущипнула себя за руку. Тебе дали время, Лио, неплохо бы потратить его на то, что должно. Эх, как жаль, что нельзя принять яд и скончаться прямо в объятиях сластолюбивого мерзавца!
Найдя взглядом дверь в ванную, я направилась к ней, на ходу расстегивая ворот платья. Хорошо хоть на мне церемониальное золотое одеяние. Корсета, пышных юбок и кринолина под ним нет, и я вполне в силах раздеться сама. А то пришлось бы Лорда звать, не иначе! Он бы с радостью помог, правда сомнительно, что я дошла бы до ванной. Скорее до постели.
За дверью обнаружилась просторная комната. В центре стояла большая деревянная лохань, над которой вился парок от горячей воды, а рядом находилась полка со всевозможными флакончиками и бутылочками милыми женскому сердцу любой благородной дамы. Хм-м-м… а вот надписи на них неизвестные, да и форма склянок странная, непривычная! Даже крышечки мудреные, вместо привычных пробковых крышечек – металлические закрутки. Зато запахи меня приятно обрадовали.
Интересно, Зима специально к моему приезду закупился или тут, так сказать, дежурный комплект для постельных игрушек имеется?
Следующие полчаса были посвящены купанию и попытке провести мысли в порядок.
Обойдя комнатку, я нашла где лежат полотенца, закуталась в одно из них и обнаружила большую коробку с одеянием на сегодняшнюю ночь. Очень странным одеянием. Недоуменно приподняв брови, я подцепила тонюсенькую кружевную тряпочку и покрутила ее со всех сторон. О-о-о, милостивая Судьба! И я ЭТО должна одеть?!
– Бесстыдник, развратник, мерзавец! Да как так можно?! – от эмоций вслух костерила я «гостеприимного» хозяина.
Уверена, что такого бесстыдства даже самые смелые фривольницы не носят.
И я не голословно утверждала – как-то нашла у братца книжку с самыми известными продажными девами и их портретами в белье. Даже там такого не было!
Интересно, где отвратительный блондин такое добыл? Слухи правдивы, и Времена Года могут путешествовать по мирам? От вещиц веяло чужеродностью, непривычностью.
А туфли?! Я со смесью восторга и ужаса осматривала выданную обувь. На высоченном тонком каблуке, а вместо кожи обнимающей стопу какие-то завязочки и ремешки.
– На таком реально ходить? – снова вслух изумилась я.
– Еще как, – насмешливо ответил мне знакомый голос из-за спины.
Я от неожиданности выронила туфлю и порывисто развернулась к лорду, судорожно сжимая на груди полотенце.
– Что вы тут делаете?!
– Стою, – спустя несколько секунд озвучил очевидное мужчина. – Но, если вас напрягает этот факт – могу подойти.
В доказательство он сделал несколько шагов вперед, и я вскрикнула:
– Нет, подождите!
Как-ни странно, он остановился и, скрестив руки на груди, насмешливо уставился на меня.
Зима уже успел переодеться, и сейчас стоящий напротив меня мужчина не был похож на самое величественное и холодное Время Года. Обычный, хотя и очень красивый. Все же простая рубашка и штаны творят чудеса в восприятии.
– Лионна, мне конечно лестно, что вы так пристально меня рассматриваете, но предлагаю продолжить это в спальне.
– Мне надо одеться, – холодно ответила я. – А потому не могли бы вы выйти?
– Могу. Вопрос, хочу ли?..
– Думаю, раз вы прислали мне это красное безобразие – точно хотите, чтобы я его одела. А стало быть…
Я многозначительно замолчала, позволяя мужчине побыть умным, осознать, что ему не рады вообще и тут в частности, и надо бы выйти, наконец! Он оказался тугодумом.
– Не вижу причин, по которым вы не можете переодеться в моем присутствии, – Зима оглянулся и в подтверждение своих слов вальяжно расселся на лавке у стены.
Я нервно переступила босыми ногами по полу, кидая на лорда косые взгляды. Но он и не подумал повести себя как положено рыцарю, лишь устроился поудобнее, демонстрируя, что готов к зрелищу.
– Я… я прошу вас выйти.
Да, крионская княжна опустилась до просьб.
– Скоро станете просить о другом, – самодовольно усмехнулась эта светловолосая сволочь. – И вообще, к чему эта скромность, Лионна? Совсем скоро вам будут не нужны все эти тряпки.
– Быть может скромность это все, что у меня осталось?..
На несколько бесконечно долгих мгновений воцарилась тишина. Ни звука, ни скрипа, ни шороха… лишь его тяжелое дыхание. Я подняла глаза, столкнулась с жаждущим, голодным взглядом Зимы и поняла – не отступится. Его тонкие ноздри чуть подрагивали от желания, а пальцы сжимались в кулаки, деланно спокойно лежали на бедрах, обтянутых брюками, под которыми явственно выделялся бугор в паху.
Меня продрало мурашками с ног до головы.
Он… он меня хочет? Прямо сейчас?..
– Ну же… быстрее, – хрипло, низко, пробирает до печенок.
– Пожалуйста, – из последних сил взмолилась я, в последнем усилии сжимая пальцы на полотенце и понимая, что придется его отпустить уже сейчас.
– Нет, – непреклонно ответил Зима и, бесстыдно усмехнувшись, добавил. – Я жду… Лио.
Раз.
Я заставила себя отпустить узел на груди и начала медленно опускать руку.
Два.
Ткань с шорохом разошлась и опала, открывая нежную кожу. Соски собрались в горошины от страха и холода, и чуть задержали полотенце. Ненадолго.
Три.
Оно сползло до талии, оставляя меня полуобнаженной. Я смотрела в пол и нервно скрестила руки на животе, слыша прерывистое дыхание мужчины и подавляя в себе желание по-детски зажмуриться.
Tasuta katkend on lõppenud.