Дом, в котором жил Женька, располагался напротив здания местной администрации. Глеб перешел на противоположную сторону и вошел во двор. Несколько серых кирпичных пятиэтажек окружили с разных сторон участок земли, образовав уютный и тихий дворик. На детской площадке в песочнице в тени деревьев играл мальчик лет пяти. Пожилая женщина в большой светлой шляпе и белом сарафане с большими красными розами сидела рядом на скамейке и увлеченно читала книгу. У дальнего подъезда на скамейке сидели две старушки и что-то бурно обсуждали. Глеб направился к знакомому подъезду. Ему оставалось до него дойти метров десять, когда дверь подъезда резко открылась, и из него выбежал мужчина. Синие джинсы, черная футболка с какой-то надписью в области груди на арабском языке, как показалось Глебу. На его голове был шлем черного цвета с опущенным темным стеклом. На спине висел небольшой черный кожаный рюкзак. Сев на мотоцикл, стоявший рядом с подъездом, мужчина за несколько секунд скрылся со двора, оставив после себя только немного шума и недовольство пожилых дам.
Глеб вошел в подъезд и поднялся на второй этаж. Остановившись перед металлической дверью коричневого цвета, он нажал на кнопку звонка.
Женька работал дома. В конце восьмидесятых он окончил художественную школу, какое-то время поработал реставратором. Но век технологий сделал свое дело. В двухтысячных он познакомился с компьютерной программой по 3D-моделированию, и это его увлекло. С тех пор занимался дизайном интерьеров на заказ, ну а для души ваял различные художественные модели.
Глеб подождал несколько секунд. Никто не открывал. Он еще раз нажал на кнопку. За дверью вновь раздался звонок, а спустя пару секунд послышались щелчки замка. Дверь распахнулась.
– Привет! – произнес появившийся в дверном проеме в шортах и с голым торсом Женька. Он пытался улыбаться, но у него не очень-то получалось. Волнение и удивление ясно читались на его лице. Однако Глеб этого не заметил. Он до сих пор находился под впечатлением того, что с ним произошло за последнее время.
– Как добрался? – как-то неуклюже спросил друг.
– Можно пройти?
– Да, конечно, заходи. У тебя что-то случилось? Вид какой-то ненормальный. Все плеер в наушниках слушают, а ты вон целый ноутбук под мышкой таскаешь! – по-прежнему пытаясь улыбаться, произнес Женька.
И действительно, Глеб выглядел странно, держа в левой руке сумку, а под правой подмышкой – ноутбук, от которого тянулся белый провод прямо к ушам. Он переступил порог квартиры, и хозяин закрыл за ним входную дверь.
– Давай подержу плеер-то, – предложил Женька. – А ты пока разувайся. Вон тапочки. – Глеб послушно вынул наушники и отдал их вместе с ноутбуком и сумкой приятелю.
– Давай-давай, влезай в тапочки, – поторапливал хозяин квартиры, – и на кухню, чай будем пить. – И с этими словами он направился в комнату.
Квартира была трехкомнатная, и Женька жил в ней один. Жениться не торопился. Он очень любил спокойствие и гармонию и боялся это потерять. Нет, жениться он, конечно же, планировал. И часто говорил после литра хорошего чешского пива: «Когда-то придется, конечно, обзаводиться семьей! Но… Чем позже, тем лучше. Не представляю я пока себя женатым! Дети! Бессонные ночи! Ну и все такое! Не вижу я себя во всем этом. Поэтому пока так». Да и Глеб сам не был женат. Он, может, был бы и не против, но как-то все не складывалось. Семья – это на всю жизнь, считал он. А прожить жизнь с человеком, которого не любишь, – это, по меньшей мере, грустно. А вот с любовью-то у него как раз ничего и не получалось.
Мужчина разулся и пошел прямиком в кухню. Следом спустя несколько секунд зашел и Женька. В его руке был какой-то продолговатый черный предмет, напоминающий мобильный телефон. Хозяин квартиры прислонил указательный палец к своим губам, показывая, чтобы Глеб молчал, и провел вдоль его тела от головы до ног этим прибором, наблюдая за экраном. Затем уселся напротив своего друга и с нескрываемым любопытством стал его разглядывать.
– Это что было? – поинтересовался Глеб.
– Что было? – Женька сделал вид, что не понимает, о чем спрашивает его друг.
– Ну вот это, – он указал на прибор.
– А! Это?! – как бы невзначай проговорил Женька. – Это, Глеб, прибор, который определяет, есть на тебе подслушивающие устройства или нет. Понимаешь, о чем я?
– Да, – кивнул Глеб. – И что? Есть?
– Нет. А что – должны быть?
– Возможно, – задумчиво произнес Глеб.
– Может, ты мне все расскажешь? – В голосе друга звучал нескрываемый интерес. – А я тебе расскажу, что мне довелось узнать.
Глеб внимательно посмотрел на Женьку. Повисла пауза. Но она не была неловкой. Напротив, была логичной. Выжидающей, что ли.
– Так что? – указывая взглядом на лежащий прибор, в очередной раз спросил Глеб. – Точно все нормально?
– Все нормально, – утвердительно произнес друг. – Можешь смело рассказывать, а я пока чай заварю. – Он встал и поставил на плиту чайник.
Женька знал толк в чае. Заказывал себе из Индии, Китая, Японии особые сорта. Знал, какой сорт, на каком острове и в какой провинции растет. Знал, как правильно заваривать и пить. И еще много чего знал. Рассказывать об этом мог часами.
Глеб окинул друга внимательным взглядом и тихо произнес:
– Кажется, мне угрожает опасность, старик. Я куда-то вляпался. Пока не могу понять куда, но такое впечатление, что кому-то насолил своими статьями.
– «Кажется» или «угрожает»? – уточнил Женька.
– Пока не пойму сам. Понимаешь, какая штука получается. Вчера в редакции ко мне подошел представительного вида мужчина. Представился Владимиром. Передал мне приглашение в устной форме от некоего Розина Афанасия Тимофеевича. Я принял и сегодня встретился с ним. Приятный старик. Живет на Старом Арбате. Он адвокат и выполняет поручение одного клиента, который живет за границей и сейчас активно ищет своих родственников. Так вот, Розин предложил мне подключиться к поиску этих людей. Посулил высокий гонорар. Договорились, что я беру пару дней на раздумье.
– А откуда он о тебе узнал? – поинтересовался Женька.
– Говорит, что меня рекомендовали ему. Но кто – не сказал.
– Ну и что дальше?
– А дальше начинается самое интересное! В метро парень, чье лицо я не смог разглядеть, сообщает в самое ухо, что мне угрожает опасность! Понимаешь! Ни с того ни с сего мне угрожает опасность! Да, еще сказал, что положил мне в карман флешку! Ты представляешь?! Положил так, что я и не почувствовал! Понимаешь, какой бред?! – Глеб прервал рассказ и посмотрел на Женьку. – Он мне сказал, что старик, у которого я был, опасен. Что за мной следят. И что, возможно, прослушивают мой телефон, но как выяснилось – нет. – Он посмотрел на прибор, лежащий на столе. – И что установлены жучки в квартире и на даче. Короче, как в хорошем детективе! Я как параноик, идя домой, всю дорогу думал, что за мной следят. В каждом подозревал посланца старика. Зашел домой, и как раз ты звонишь. Я забрал ноутбук и к тебе. По дороге, пока ехал в машине, посмотрел, что было на флешке. Где мой ноут? – неожиданно спросил он.
– В комнате, – ответил Женька.
Через несколько секунд Глеб вошел в кухню, держа в руках ноутбук.
– Смотри, что там было! – Он включил компьютер и вставил флешку. Они оба стали смотреть запись, на которой больной старик, с одной стороны, рассказывал, а с другой стороны, предупреждал об опасности. Когда запись закончилась, друзья несколько минут сидели молча и смотрели друг на друга. И неизвестно, сколько бы они так просидели, если бы не чайник, который в отчаянии пыхтел и выпускал плотную струю пара, пытаясь привлечь к себе внимание.
Женька первым пришел в себя. Он выключил плиту и взял с холодильника белый конверт.
– Интересная история получается, старичок! – произнес он и положил конверт на стол перед Глебом.
– Что это?
– А ты посмотри! Мне тоже очень интересно! А я пока чай заварю.
Глеб взял конверт. Чистый прямоугольный конверт. Не запечатан. Без надписей. Он открыл его и вытащил фотографию. Фотография была старой, но на ней все же четко просматривались два стоявших молодых человека. Эта фотография была очень знакома Глебу. Она в данный момент должна была находиться в его семейном альбоме.
– Откуда у тебя это? – недоумевая, спросил он.
– Принесла очень симпатичная девушка, – ответил Женька, продолжая колдовать над чаем. – Пришла и сказала, что нужна моя помощь. Что ты можешь попасть в беду. Попросила позвонить тебе и сказать, чтобы ты срочно приехал. Я хотел ее послать подальше, но она меня убедила. Сказала, что если с тобой что-то случится, то ответственность частично будет и на моей совести. Все, что мне нужно сделать, – передать этот конверт, проверить, есть ли на тебе жучки, и даже если нет, сказать, чтобы ты на всякий случай переоделся в новую одежду, а твою мне нужно будет уничтожить, когда ты уйдешь. И телефон, кстати, тоже. Я согласился. Она поблагодарила меня и уехала. Классная девочка! Если ее увидишь, может, потом познакомишь? – Он улыбнулся.
– А если бы на мне был жучок? – спросил Глеб. – Что тогда тебе нужно было делать?
– Написать на листке бумаги, что на тебе «прослушка». Кстати, я уже подготовил такой лист. – Женька взял лежащий на противоположном конце стола листок и пододвинул его к Глебу. – Ты его должен был прочитать и узнать, что на тебе жучки. Далее мы разыгрываем сцену, что ты облился или испачкался, и под этот шумок переодеваешься, попросив у меня какую-нибудь одежду. Так, без особого подозрения, ты мог бы уйти от меня. Ну как-то так.
– Бред какой-то, – пробурчал под нос себе Глеб. – Откуда у какой-то девочки фотография из моего семейного альбома? Ни мои родители, ни я никогда никому не показывали его! Дед запрещал. Да и как они узнали про тебя? Белиберда какая-то!
– Ты внимательно изучил содержимое конверта? – спросил Женька.
– А что?
– Ничего, просто спрашиваю тебя. Там есть что-то еще?
Глеб положил фотографию на стол и посмотрел внутрь конверта. На дне, в углу, действительно что-то лежало. Он перевернул конверт и вытряхнул содержимое. Раздался слабый металлический звон и на стол упал небольшой предмет. Это была половинка зеленого яблока. Размером в половину пятирублевой монеты. Глеб взял ее и стал внимательно изучать. Обычное ювелирное изделие. По всей видимости, уже старое, но не дорогое. Ничего особенного, если не считать, что на обратной стороне краска стерлась и отчетливо выделялась нацарапанная буква «П». Глеб полез в карман и достал связку ключей от дома. Положил ее на стол, а рядом половинку яблока из конверта. Воцарилась тишина. На столе лежали две половинки одного яблока: одна из конверта, другая – в виде брелока – была прицеплена к связке ключей. Глеб взял их и приложил друг к другу. Место среза совпало идеально. На обороте второй половинки была нацарапана буква «Г».
– Не знаю, как реагировать на все это, – еле слышно прошептал Глеб.
К этому времени Женька уже перестал возиться с чаем. Они смотрели друг на друга и молчали, а на столе лежали две соединенные половинки яблока, фотография, конверт и связка ключей.
– Наливай свой чай, – произнес Глеб, отодвигая лежащие на столе предметы в сторону. – Нужно в конце концов понять, что к чему.
Женька поставил две чашки с налитым чаем на стол и сел напротив.
– Расскажи подробно, как все было. Ну, про приход этой девушки и… – попросил Глеб.
– Я сидел, работал, когда раздался звонок в дверь, – начал Женька. – Еще подумал: кого это принесла нелегкая. У меня работа в разгаре, а тут «незванчики»! Вроде ни с кем ни о чем не договаривался. В общем, открываю и вижу красивую девушку. Лет двадцать пять, не больше. В руках шлем. Она назвала мою фамилию, имя и сказала, что причина, по которой она здесь, – это то, что ты можешь попасть в беду, и тебе нужна помощь. Я пригласил ее в квартиру. От чая отказалась. Сказала все то, что я тебе уже говорил. Потом собралась и уехала. Вот вроде и все.
– А ты при ней мне набирал?
– Да.
– Понятно. Хотя чего понятно? Скорее, наоборот – ничего как раз таки и не понятно.
– Ах, да! – вдруг вспомнил Женька. – Она попросила тебе передать на словах, чтобы ты ехал в то место, где поймал большую щуку. Она сказала, что ты знаешь, о чем идет речь. Там будет тебя ждать человек, от которого ты узнаешь, что делать дальше. Ну и как я уже говорил: телефон, ноутбук, одежду, обувь. Вообще все ты должен оставить здесь. А меня попросила, чтобы я все это выкинул после твоего отъезда. – Он встал и вышел из кухни. Через несколько секунд вернулся, держа в руках большой целлофановый пакет. – Вот, – Женька положил его на пол перед Глебом. – Теперь вроде все. – Взял чашку с чаем и сел на стул.
– Что это? – недоуменно спросил Глеб.
– Я полагаю, что вещи, в которые тебе нужно будет переодеться. Она с собой принесла этот пакет.
Глеб раскрыл его и посмотрел внутрь. Действительно, в нем лежала одежда, а на самом дне – обувь. Он посмотрел содержимое и отодвинул пакет в сторону.
Все то время, пока Глеб слушал рассказ друга, он внимательно смотрел на лежавшую фотографию. Что-то в ней было не так. А вот что, он никак не мог понять. Глеб взял ее и стал внимательно рассматривать. Спустя минуту или чуть больше, он еле слышно произнес:
– Это не та фотография, что у меня дома. Очень похожая, но не та. Она сделана там же и, возможно, тогда же, но есть отличия. На той, что в альбоме, они тоже стоят с голым торсом на фоне реки, но на этой фотографии мой прадед обнял своего брата. И еще одна деталь: на шеях у них что-то висит. У тебя есть увеличительное стекло? – неожиданно спросил Глеб.
– Да, есть, – ответил Женька и быстро пошел в комнату. Через несколько секунд он вернулся, держа в руке лупу. Глеб взял и стал внимательно разглядывать фото. Спустя минуту он положил увеличительное стекло на стол и посмотрел на стоящего рядом Женьку.
– Это не крестик, как я думал.
– А что? – заинтересованно спросил приятель.
– Это вот эти половинки яблок, – Глеб указал на лежавшие, на столе объединенные две половинки. – Ну-ка, – он пододвинул ноутбук и включил запись. Несколько раз в течение минут пяти он то останавливал кадр, то перематывал.
– Вот, – утвердительно произнес он, указывая пальцем на изображение, где старик, после того как попил воды, немного отклоняется назад. И вот здесь, на шее у него, они увидели ту же самую половинку яблока.
– Значит, получается, что это ты доверенный человек, – с ненормальной улыбкой произнес Глеб. – Старик говорил и про фотографию, и про предмет, с помощью которого я могу убедиться, что это действительно мой прадед и что мне нужно слушать его людей, чтобы остаться в живых… Знаешь, Жека! Все, что сейчас происходит, – это нереально! Я, конечно, журналист! И у меня привычка воспринимать информацию целиком. Потом, конечно, я, все проверив, отбираю, во что верить, а во что нет. Но здесь прямо какая-то детективная история разворачивается! И все это происходит со мной! А может, кто-то просто разыгрывает меня или нас, коль уж и тебя в эту историю втянули? Кому-то захотелось поразвлечься! Наняли актеров, написали сценарий и давай прикалываться! У богатых большие возможности для реализации своих забав.
– И кто это может быть? – задумчиво спросил Женька. – У тебя на примете есть такие люди?
– Пока нет. Но среди тех, о ком я когда-либо писал, есть такие, которые при желании смогли бы провернуть такой спектакль. – Глеб на какое-то время замолчал, пытаясь в очередной раз проанализировать ситуацию. – Странно все это. Не хочется верить, что это серьезно. Лучше бы разыграли. Да вот еще эта фотография! А здесь люди обладают информацией! Да и Розин с Владимиром! Эта флешка с как бы прадедом. А самое интересное то, что и про рыбу знают, которую я поймал более десятка лет тому назад. Я же один ездил. – Он взял в руки две половинки и перевернул их на другую сторону. Еще раз посмотрел на нацарапанные там буквы «Г» и «П». – Смотри, – Глеб протянул другу половинки. – Видишь, на второй «Г». Эту половинку яблока мне отдал мой отец. Сказал, что это талисман и чтобы я его берег. От деда осталась. Эта буква «Г» здесь с тех самых пор. Что-то, наверное, это да и значит. Не просто так нацарапано. Вот еще одна загадка, которую надо разгадать и понять. А с другой стороны, нужно ли? И загадка ли это вообще? Может, это просто обозначения имен: Глеб и Платон. Как вариант. Почему бы и нет… Ладно. Надо собираться в путь и действовать по инструкции – это единственная возможность пролить свет на ситуацию. Я тебе все оставлю: ноутбук, часы, телефон. Уничтожь все, пожалуйста. Пока нет доказательств, что это чья-то игра, угроза остается реальной. Тем более что я многого на данный момент объяснить не могу. Практически ничего.
– Хорошо, оставляй, – согласился Женька. – Сейчас тебя провожу и займусь этим. И еще, Глеб, если за тобой следят, то они наверняка знают, что ты здесь. И если ты сейчас поедешь на то место, про которое упомянула блондинка, то вероятность того, что они будут следить за тобой, очень высока.
– Возможно, – согласился Глеб. – Об этом я как-то не подумал. – Он облокотился о стену и пристально посмотрел на Женьку. Повисла пауза.
– А эта девушка ничего не говорила больше?
– Нет.
– С одной стороны, если я себя буду продолжать вести естественно, то не вызову у них подозрения, а с другой стороны, я их приведу в то место, где что-то должно произойти. Не зря же она сказала ехать туда. – Глеб чувствовал беспомощность. Он не знал, как ему нужно сейчас поступить.
Глеб не стал переодеваться в оставленную для него одежду. Попрощавшись с Женькой, он остановил машину и доехал до железнодорожной станции Мытищи: там останавливались все электрички. Наступал вечер, и каждый час был на счету. Нужно было торопиться.
Он помнил то место, где поймал самую большую рыбу в своей жизни. Ему нужно было ехать до Солнечногорска. Там, рядом с городом, находилось озеро. Вот именно в этом озере, когда ему было лет двадцать пять, он и поймал большую озерную щуку. Это были незабываемые чувства!
До Солнечногорска он доехал без каких-либо приключений. Как ни странно, но волнение его покинуло еще у Женьки дома. Он успокоился и стал более трезво смотреть на эту ситуацию. Хотя до сих пор у него оставалось двойственное отношение ко всему происходящему: он перестал оборачиваться, но был внимателен, как никогда в своей жизни.
Выйдя на платформу, Глеб в общем потоке пассажиров пошел в город. На небольшой площади стояло несколько машин. Он подошел к «Хундаю» черного цвета и, объяснив водителю, куда ему нужно, сел на заднее сиденье. Машина тронулась, а он, достав из кармана флешку, стал в очередной раз ее рассматривать, прокручивая в голове все события, которые произошли с ним за этот день. Что его ждет впереди, было неясно. «И флешку не уничтожил, – вдруг промелькнула в голове мысль. – Надо обязательно уничтожить».
Машина выехала за город и свернула на проселочную дорогу. Последний раз он здесь был давно: лет пять назад приезжал с ночевкой. Но тогда практически ничего не поймал.
Водитель «Хундая» вез его знакомой дорогой, и Глеб для себя отметил, что ничего здесь особо и не поменялось за эти годы, если не считать нескольких построенных малоэтажных домов.
– Приехали, – остановив машину, произнес парень лет двадцати пяти восточной внешности. Машина стояла на обочине. Дальше спуск на грунтовую дорогу, которая вела к нужному месту.
Глеб расплатился, и машина, развернувшись, вскоре исчезла из виду. На озере было тихо. Рабочий день – рыбаков мало. Где-то метрах в трехстах по берегу шел дым от костра, но Глебу нужно было идти в другую сторону. Он пошел знакомым маршрутом. Если за ним и велась слежка, то уж очень аккуратно, потому что ни единого человека поблизости он не заметил.
С двенадцати дня до восьми вечера он испытал столько разных эмоций – за все прожитые годы ему не приходилось испытать и половины такого. Он много раз рисковал, собирая нужную информацию, но никогда у него не было такого чувства неопределенности, какое сейчас присутствовало в его жизни. Он не понимал, что происходит. Где правда? Кому верить? Это он раньше был охотником! Им все время правило чувство азарта! Желание сенсации! Ему было понятно, что он делает и куда движется. А сейчас он ощущал себя чьей-то добычей, на которую объявлена охота.
Идя в тишине вдоль берега, несмотря на все то, что пришлось ему испытать сегодня, он чувствовал спокойствие. Или после пережитого напряжения организм сам решил заблокировать эмоции, которые угрожали нормальному функционированию? Или произошла адаптация к новой реальности? Или еще по какой причине, но ясности в голове стало на порядок больше.
Спустя минут двадцать он подошел к своему месту. За высокой травой, между которой была вытоптана тропинка, находилась поляна. Небольшая уютная поляна до самого берега. Подходя, Глеб заметил, что там кто-то или что-то есть. Когда он вышел из зарослей, увидел палатку, рядом с ней – иностранного производства мотоцикл красного цвета и небольшая резиновая лодка, причаленная к берегу. Людей не было. Глеб прошел к воде и, сев на корточки, стал умываться. Вода была теплой и нежной. Так и хотелось раздеться и окунуться в нее с головой.
– Добрый вечер, – вдруг раздался за спиной хрипловатый мужской голос. Глеб от неожиданности даже вздрогнул. Обернувшись, он увидел мужчину лет пятидесяти, сидящего в палатке. Это был славянин, коротко стриженный, с глубоко посаженными глазами и трехдневной щетиной на лице. Из одежды на нем были камуфлированные штаны и белая майка. Он сидел разутый и пристально смотрел на Глеба.
– Добрый вечер и вам, – немного растерянно поприветствовал его Глеб. – Как клев?
– Да так себе клев, – спокойно ответил мужик.
– Хоть что-то поймали?
– С утра пару карасиков грамм по триста, и все. Пробовал еще днем, да так ничего и не зацепил. Лег вот… Да так хорошо лег, что проспал почти весь день. Сколько сейчас время-то?
– Девятый час, – ответил Глеб.
– Вы с фотографией? – вдруг спросил мужчина.
– Да, – неожиданно для себя ответил Глеб.
– Можно посмотрю?
– Да. – Глеб достал из заднего кармана брюк фотографию, протянул ее мужчине. Тот взял, внимательно посмотрел и вернул обратно.
– Может, чаю?
– Не, спасибо, – как-то само собой прозвучало из его уст.
– Тогда ладно, – пробормотал мужчина и, кряхтя, достал из палатки кожаный черный рюкзак, шлем и брелок с ключами и протянул все это Глебу. – Вот! Мотоцикл помыл. Вроде все со своей стороны выполнил.
Глеб взял вещи и подошел к мотоциклу. Это был ВМW. Когда-то в девяностых годах у него был мотоцикл «Ява» и тоже красный. Года два он на нем отъездил, пока не попал в аварию. Серьезная была авария. Он тогда сломал ногу и пару ребер. От более тяжких последствий спас шлем. После того случая Глеб никогда больше не садился за руль этой чудо-техники. Не то чтобы боялся! Просто культура вождения в нашей стране в девяностые была отвратительная. Да ее вообще не было. Очень много лихачей появилось на дорогах. Именно тогда в народе родилось выражение «права купил, а ездить не купил!» Из-за таких вот ездунов он чуть и не покинул этот мир молодым.
Подойдя к мотоциклу, Глеб понял, что не знает, как его завести. Это был современный, напичканный электроникой дорогой агрегат. Он бросил на землю рюкзак и шлем. Незнакомец продолжал сидеть в палатке и наблюдать за его действиями. «И что теперь делать? – размышлял Глеб. – Кроме того, что исследовать содержимое рюкзака и надеяться на то, что, может, там есть какая-то подсказка, ничего не остается. А ведь именно там и должна быть или подсказка, или инструкция, как действовать дальше. А этот мужик, по всей видимости, ничего не знает, иначе бы сказал. Скорее всего, его задача была дождаться меня и передать все это. Итак, рюкзак». Глеб сел на траву и раскрыл рюкзак.
– Может, все же кружечку чаю? – вдруг раздался уже знакомый голос. Глеб второй раз вздрогнул от неожиданности.
– Пожалуй, в этот раз не откажусь, – он попытался улыбнуться. Мужчина полез в палатку, а Глеб стал изучать содержимое рюкзака.
Внутри он обнаружил трубку телефона Аpple, паспорт на имя Иванова Игоря Васильевича с фотографией Глеба, водительское удостоверение на ту же фамилию, документы на мотоцикл. Две пачки денег: одна – пятитысячными рублевыми купюрами, а вторая – евро по пятьсот. Еще там лежали зарядное устройство, связка ключей и конверт. Конверт был такой же, как в квартире у Женьки. Глеб взял его и вынул из него листок. Печатными буквами было написано сообщение:
«Езжай в Санкт-Петербург. Ул. Чернышевского, дом 18, кв. 7. Ключи в рюкзаке. Телефоном можешь пользоваться – «чистый». Знакомым не звони. Завтра в три часа дня ты должен быть в квартире. С тобой свяжутся, получишь инструкцию, что делать дальше.
Избегай вокзалов, аэропортов, автостанций.
P.S.
На руле кнопка «старт» – это запуск и остановка двигателя. Черный брелок – это электронный ключ. Нажимаешь на кнопку, удерживаешь пару секунд и получаешь доступ к пользованию мотоциклом».
– Вот, выпейте, – раздался совсем рядом голос незнакомца. Глеб резко поднял голову и увидел, что мужчина стоит перед ним, держа в руке металлическую кружку.
– Спасибо!
– Может, конфетку? – не унимался в своей вежливости незнакомец.
– Нет. Спасибо! Все хорошо!
– Ну ладно. Главное, предложить, – уходя, пробурчал мужчина.
Глеб сделал глоток горячего чаю. «А чай-то в тему оказался», – промелькнула мысль. Он с удовольствием допил всю кружку и теперь был готов отправляться в путь. «Дорога до Питера не ближний свет. Так что чем раньше поеду, – решил мужчина, – тем больше проеду засветло».
Поблагодарив незнакомца за все, он подошел к мотоциклу и нажал на брелоке кнопку. Прозвучали два сигнала. Глеб накинул на плечи рюкзак и надел шлем. За долгие годы первый раз он сел за руль мотоцикла, да еще какого! Внимательно исследовал панель, и его взгляд остановился на кнопке с надписью «старт». Глеб нажал на нее, и двигатель зарычал. Его тембр был внушителен. «Сколько же в нем лошадей? – подумал Глеб. – На дороге нужно быть осторожней. Мало того что тысячу лет не ездил, так еще и мощь у него какая!» Он включил первую передачу и осторожно стал отпускать сцепление. Мотоцикл тронулся. Глеб медленно, пытаясь почувствовать машину, стал выруливать на тропинку, по которой пришел, и ему это удавалось без особого труда. BMW оказался очень легким в управлении. Он проехал по тропинке. Затем выехал на грунтовую дорогу, протоптанную за годы автомобилями, и спустя минуту (столько ему всего лишь понадобилось) его мотоцикл коснулся асфальта и остановился. Глеб испытывал чувства восторга! «Теперь на Питер!» – произнес он вслух и, надвинув защитное стекло на лицо, тронулся.