Mine üle audioraamatule
– Знаете… – Драконт кашлянул, действительно, этого вопроса он не ожидал. – Обладатели естественного бессмертия такого сделать точно не могут, а вот абсолютный бессмертный… – детектив замолчал.
– Продолжайте, – вежливо попросила дамочка.
– Такое мне не известно. Мы проработаем этот вариант.
– Ну вот, это уже больше похоже на правду! Как видите, мистики тут никакой нет, есть реальные возможности, что эти чары сотворили вполне реальные существа, а не какие-то мистические дакны. – Президент-стратег огляделся по сторонам, окинув взглядом своих коллег и давая тем самым понять всем, что вопрос закрыт. – Драконт, вы хорошо потрудились. Мы будем ждать от вас новых сведений о ходе расследования.
– Так точно, господин президент! Будет исполнено! – отчеканил Драконт. – В ближайшее время мы раскроем это преступление, и виновные будут наказаны.
– Вы свободны.
– Да, господин президент.
* * *
– Привет! Как отчитался? – оживился Аарон, как только Драконт вошел в кабинет.
Раньше в этом кабинете в самом сердце центральной республиканской палестры сидел Аарон, но теперь, когда начальником войск расследований назначили Драконта, они решили на время расследования делить кабинет пополам.
– В целом все нормально, – пожал плечами Драконт.
– Но что? Кстати, кофе будешь?
– С удовольствием, я полночи не спал. Сейчас засну на ходу, – радостно согласился Драконт.
– Ну так что там на ковре высокого начальства было? Рассказывай. – Аарон позвонил в колокольчик.
– Товарищи реформисты абсолютно уверены, что убийство организовали эльфы, – махнул рукой главный следователь.
– Ну, в этом что-то есть. Кому еще на руку это убийство? В общем-то, сегодня только об этом на улицах города и говорят.
– Звали, господа? – В кабинет заглянул секретарь.
– Да, сделай нам два кофе, – ответил Аарон.
– Ну, да, это вполне вероятно, но, если это так, то войны не избежать. С другой стороны, реформисты только этого и хотят, – рассуждал Драконт. – Эльфы могут оказаться и ни при чем, но не факт, что это остановит руководство полиса.
– Думаешь, президент-стратег хочет использовать это убийство как повод для объявления войны независимо от того, кто на самом деле организовал его?
– Я этого не исключаю, – детектив замолчал. – Ты уже беседовал с Ренером или Сциллой?
– Нет, я только из дома пришел.
– Везет тебе! А я всю ночь тут проторчал с этой экспертизой. Ну ладно, сейчас дернем кофейку и допросим их. – Драконт сел за свое кресло и задумчиво постучал пальцами по столу. – А дай-ка мне протоколы задержания наших друзей.
Следователям принесли кофе. Аарон беззаботно пялился в потолок, пока пил его. Драконт же читал протоколы. В общем и целом, ничего особенного в них не было. Сопротивления никто не оказал. Только Ренер, как записано в документах, орал, что воины регулярных войск нарушают его права, что реформисты порабощают граждан и похищают неугодных. Детектив бы посмеялся, если бы не хотел так сильно спать. Все-таки возраст у него уже не тот, чтобы легко переносить бессонные ночи.
Как только с кофе было покончено, товарищи направились допрашивать подозреваемых. Арестанты содержались в темницах палестры. Все камеры были заперты металлическими дверями, открывающимися только снаружи, и охранялись големами.
– Ну что, я Сциллу допрошу, а ты Ренера? – предложил Драконт.
– Давай наоборот?
– Ну, давай. – Драконту было, откровенно говоря, все равно.
Камеры Ренера и Сциллы располагались по соседству. Подле их дверей стояло по двое големов.
– Открывайте, – приказал Драконт, но, к его удивлению, стальные гиганты не отреагировали на его приказ. – Открыть дверь! – повторил команду детектив, но реакции вновь не последовало.
– Что за хрень? – удивился Аарон, так как не отвечали на команды все четыре голема, сторожащие обе камеры.
Поскольку големы оживали благодря магии, их глазницы горели голубыми колдовскими огнями. У этих экземпляров глаза потухли.
– Твою мать! – выругался Драконт. Его сегодня все бесило и раздражало, и сейчас маг понимал, что кофе, в общем-то, ничем ему не помогло. Его раздражение нарастало с каждой секундой.
– Тварь, дверь открой! – рявкнул главный следователь, как следует пнув одного голема. – Черт! – это было опрометчивое решение, стальной воин никак не отреагировал, а вот ногу себе Драконт отбил.
– Драконт, успокойся. Я схожу за часовыми.
Аарон уже развернулся и зашагал к выходу из тюремной секции палестр, как глазницы големов вновь загорелись, и они открыли наконец камеры. Помощник следователя пожал плечами и хотел было зайти к Сцилле.
– Подожди! – окликнул его Драконт. – Сходи за часовыми, а то эти товарищи опять отрубятся, и мы проторчим бог знает сколько в камерах. И вообще, пусть обратятся на завод-изготовитель, видимо, эти четверо неисправны.
Его опасения были весьма обоснованными, так как двери в камеры невозможно открыть изнутри. Так что, если опять произойдет сбой у големов, следователям придется сидеть внутри, пока кто-нибудь не решит наведаться к арестантам. А по регламенту двери в камеры всегда закрывают, даже после того, как внутрь заходят следователи. Поэтому взять и приказать големам не закрывать двери нельзя, они просто проигнорируют этот приказ.
После того, как пришли трое часовых, чтобы подежурить у дверей, следователи вошли в камеры. Тюремная камера в палестре представляла собой малюсенький каменный короб, на стенах и потолке которого начертаны символы, блокирующие всякую магию, чтобы колдуны-преступники не могли при помощи чар попытаться выбраться наружу.
Ренер сидел на металлическом стуле, прибитом к полу. Сам же пленник был прикован к своему трону по рукам и ногам.
– С добрым утром, господин Ренер. – Драконт похлопал по щеке арестанта, который дремал, его голова безвольно склонилась на бок. Хозяин «Золотой нивы» проснулся, промычал что-то невнятное и продрал глаза.
– Лорд Драконт… – протянул Ренер.
– Он самый, – детектив выдержал паузу, чтобы собеседник пришел в себя.
– Как вы мне все это объясните? По какому праву вы меня здесь держите? Вы должны соблюдать права граждан, а не нарушать их!
– А вы должны говорить следствию правду, не так ли? – спокойно ответил Драконт.
– Я не понимаю, о чем вы. Я вам все рассказал.
– Еще как понимаете. Вчера вы сказали, что кубки вез в Университет Ират. Но вот незадача, парень умер четыре дня назад и был вчера похоронен в родном Фаунарти. Как вы это прокомментируете?
– Это какая-то ошибка, я лично с ним разговаривал перед отправкой груза. Он был жив, болен, но жив, – промямлил Ренер.
– Нет, гаденыш, нет здесь никакой ошибки, парень склеил ласты, а ты, мразь, наврал следствию. Причем наврал умышленно. А вот зачем и почему, ты мне сейчас расскажешь.
– Я еще раз повторяю, это был Ират!
– Хватит врать, тварь! – рявкнул Драконт и хорошенько врезал Ренеру по лицу. Старик закряхтел и выплюнул зуб с кровью.
– А-а-а! Убивают! – закричал арестант.
– Заткнись! Никто тебе не поможет! Тебя спасет только одно – ты должен рассказать, кто вез кубки и как, мразь, вы их зачаровали! Зачем и для кого вы это сделали? – Драконт наклонился прямо к лицу хозяину мастерской.
– Я не причастен. – Ренер упорно продолжал отбрехиваться.
– Да неужели?! Знаешь, раз ты не хочешь сотрудничать со следствием, думаю, стоит вознаградить твое упорство. Я закрою на хрен твою чертову мастерскую, засажу в тюрягу всю твою семью, а тебя вздерну на площади, как обычного воришку!
– Вы не посмеете… – Голос арестанта дрогнул, похоже, после удара он уже не мог быть в этом так уверен.
– Да неужели? Ты понимаешь, чьи дети погибли? Да мы можем вешать каждого, на кого падает подозрение, и никто и слова не скажет!
– Это незаконно, вы не имеете права!
– Нет у тебя здесь никаких прав! Здесь они есть только у меня! – вновь рявкнул Драконт. Упорство Ренера все больше и больше его раздражало. – В последний раз спрашиваю, как вы отравили кубки и для кого?
– Я ничего не знаю… я непричастен…
Драконт вмазал Ренеру еще один профилактический удар в челюсть, после чего постучался в дверь.
В этот раз дверь отворилась без промедлений, и главный следователь покинул камеру. Аарон уже ждал его снаружи.
– Что ты там с ним делал? Он так орал, – поинтересовался со слегка испуганным видом Аарон.
– Да так, чуть-чуть сорвался – отвратное начало дня, да еще и этот урод все заладил: «Я ни при чем, я ничего не знаю!» Пару раз я применил к нему средства «убеждения», – махнул рукой Драконт. Да, он действительно перегнул палку.
– Ну и? Он что-то сказал толковое?
– Нет, он упорно продолжает утверждать, что кубки вез Ират. – Драконт вздохнул и закурил. – У тебя что?
– Да тоже ничего. Я, конечно, к даме средства «убеждения» решил не применять, но устное давление результатов не принесло. Ладно, каковы наши дальнейшие действия?
– Пусть посидят, подумают, а вечером пусть наши ребята еще раз с ними побеседуют. А завтра утром еще раз. Рано или поздно они расколются. Нужно еще допросить всех извозчиков, работавших в «Золотой ниве» в ту ночь. Думаю, кто-то знает, кто на самом деле вез кубки.
В свете последних событий это было весьма актуально, так как извозчиков, которые работали только по ночам, следствие вчера не допрашивало, потому что их не было в мастерской. И кто-то из них точно видел, кто именно увез товар в Университет.
– Логично, едем?
– Нет, пусть этим займутся наши коллеги. Я хочу наведаться кое-куда, – не согласился Драконт.
– Это куда еще? – удивился Аарон.
– Сегодня во время моего отчета прозвучала такая мысль… – Драконт замолчал. Он не знал, как правильнее высказать свое предположение, и не знал, как к этому отнесется Аарон. Как-никак, мысль эта была достаточно фантастической.
– Драконт? – Аарон вырвал товарища из пучины тревожных мыслей.
– Ты же знаешь, что Баал и Анадон когда-нибудь вернутся в Гилион-Палантин?
– Драконт, это все сказки… – Аарон разочарованно отмахнулся, видимо, он думал, что главный следователь скажет что-нибудь более существенное.
– Да нет, дружище, это не сказки. Как ни крути, черная магия исходит от них, и мы с тобой знаем, что она реальна. Значит, реальны и эти пророчества. Дыма без огня, как говорится, не бывает. Каждый раз, когда я сталкиваюсь с новым, непонятным заклинанием магии тьмы, я задаюсь всего одним вопросом: «А не вернулись ли дакны в Гилион-Палантин?» Ведь откуда взяться новым чарам там, где ее истинных последователей никогда не было?
– Слушай, ты думаешь об этом, потому что знаешь, что такое черная магия и чем она опасна. Ты знаешь, от кого она исходит, вот ты и боишься. Ты боишься за своих детей, потому что на своей шкуре прочувствовал опасность темных чар, ничего больше.
– У магии смерти есть лимит доступности. Это максимальный класс заклинаний, выше которого живые не способны творить чары смерти. Проклятие, с помощью которого отравили ребят, девятого класса! Человек может сотворить заклинание четвертого уровня, максимум пятого или шестого, и то это только в исключительных случаях! А я, скажу тебе, выше пятого класса чар смерти не видел ни разу в жизни.
– Драконт, ты перегибаешь палку! Наверняка мы просто имеем дело с выдающимся чародеем в этой сфере магии, но уж точно не с потомками истинных баалистов. Вот ты тогда на Дьявольском холме какого уровня заклинание сотворил?
– Дьявол! Вы что, сговорились все? – Драконт развернулся и резко зашагал к выходу из тюремного блока палестры.
– Эй, постой! Извини! Да, я знаю, ты не любишь об этом говорить. – Аарон догнал своего товарища. – Но мы как бы не интереса ради разговариваем, а стараемся убийство раскрыть, и ты не сказал, куда ты хочешь наведаться.
– Я хочу побеседовать с одним своим товарищем. – Драконт остановился и вновь повернулся к своему помощнику.
– Тоже эксперт по темной магии?
– Нет, перекупщик очень редких книг, в том числе запрещенных.
– И ты его не сдал? Республиканский следователь прикрывает торговца запрещенной литературы?! – Аарон просто опешил от услышанного. Сейчас, конечно, Драконт возглавляет войска расследований Республики, но до этого Аарон был его начальником, и снова им будет по окончанию расследования. И за такое Драконта можно было бы смело выгонять со службы.
– Слушай, в святой земле нет дакнов, черная магия и книги про нее запрещены. Так откуда мне брать сведения о темных искусствах? Если бы я не сотрудничал с этим перекупщиком, я бы не был лучшим следователем по делам чернокнижников.
– Ё-моё! Ты хочешь сказать, что для того, чтобы ловить одних преступников, ты крышуешь других?! – Аарон постепенно приходил в ярость.
– Слушай, чернокнижники убивают людей, а этот тип всего-навсего торгует книгами…
– Ну, обалдеть! А то, что чернокнижники убивают людей, начитавшись его книг, ничего не значит?! – бывший главный следователь пустился в разнос.
– Аарон, успокойся. Мой товарищ торгует не только запрещенной литературой, просто она иногда у него бывает. В своей основной части его коллекция весьма законна. Но в целом, да, я крышую одного преступника, не очень-то и опасного, чтобы ловить самых кровожадных убийц, которые только могут быть в этом городе.
Аарон не ответил. Он просто стоял и сверлил Драконта пристальным гневным взглядом. Огоньки его зеленых глаз угрожающе подрагивали.
– Слушай, если ты против, то я пойду к нему один. Можешь по окончании следствия меня уволить, но его я не подставлю, – первым разорвал пелену напряженного молчания Драконт.
– Черт, старый ты хрен, в могилу меня сведешь раньше времени! Пойдем, ничего я твоему товарищу не сделаю, – наконец согласился Аарон, вот только злость в его голосе никуда не пропала.
* * *
Осведомителя Драконта звали Деофен. Его лавка располагалась на рынке идей. Многие маги, вместо того чтобы заниматься земледелием или ремеслом, занимались производством новых идей и знаний. Колдуны изучали силы природы, изобретали новые заклинания, модифицировали волшебные товары и принадлежности. И на все эти новые знания и идеи признавалось право собственности, как на любую иную вещь. Чтобы идея охранялась законом Республики, личность автора и его первенство не должны вызывать сомнения у общественности. Поэтому в большинстве случаев волшебники, которые придумали что-то новое, старались внедрить свои идеи в производство, применить их, чтобы о них узнал наиболее широкий круг лиц.
Те, кто владел собственным предприятием, проблем с этим не испытывали. Но некоторые маги не имели возможности применить свои идеи на практике, они просто торговали ими. Для торговцев идеями существовал специальный торговый квартал – рынок идей. Там торговали книгами, свитками заклинаний, формулами новых чар, схемами и чертежами колдовских принадлежностей. На рынке идей работало отделение республиканского казначейства, которое облагало налогом продаваемые товары и выдавало свидетельства торговцам на принадлежащие им идеи. Благодаря таким свидетельствам торговцы идеями и знаниями могли обратиться в суд за защитой плодов своего творчества, даже если они были неизвестны широкой общественности.
Рынок идей считался элитным кварталом, он располагался недалеко от центра города. Город Вотар был огромен. Маги-республиканцы умели строить дома в десять, а то и пятнадцать этажей. Но это еще цветочки. В самом центре столицы стояла гигантская башня, взмывающая ввысь почти до облаков. В этой башне располагалась республиканская палестра, высокий суд, гелиэйя, Народное Собрание, Высокий Университет и дома самых именитых граждан Республики. В общем, эта башня была средоточием власти и власть имущих. Все остальные кварталы города, как лепестки ромашки, располагались вокруг этой башни. Привилегированными считались те, которые располагались вблизи башни.
Увы, несмотря на то, что для того, чтобы добраться до лавки Деофена, следователям необходимо было всего-навсего спуститься с башни и чуть-чуть потолкаться, дорога заняла около получаса. Конечно, так как Драконт и Аарон шли вдвоем, а не в составе эскорта республиканской армии, им никто уступать дорогу не был обязан. Собственно говоря, поэтому они и потратили так много времени.
Прямо перед носом следователей дверь лавки распахнулась, и из нее вылетел какой-то паренек. Вернее, не вылетел, а его оттуда выкинули. На пороге сразу возник худощавый дедок с жиденькой белой бородкой и, как у Драконта, черными глазами.
– Еще раз тебя увижу, тварь, задницу тебе надеру! – Судя по всему, несмотря на свой хилый вид, это именно этот дед выкинул взашей парня. – Эй! Воин, сюда, держите вора! – Деофен увидел Аарона, который шел чуть впереди Драконта.
– Это он? – с явным недоверием спросил Аарон. То, что у торговца были черные глаза, могло означать только одно – он еще смолоду пристрастился к черной магии. Этот факт лишь усилил недоверие Аарона. Драконт же в ответ на это лишь кивнул и направился к Деофену, приветственно разведя руки.
– Драконт? Лысый ты черт! Сколько лет, сколько зим! – два черноглазых мага обнялись. – Какими судьбами? Пришел что узнать или так, водочки попить?
Молодой воришка, недолго думая воспользовался моментом и смылся куда подальше, пока до него не было никому дела.
– Ну вообще, узнать кое-что, но, если ты нальешь, не откажусь, – усмехнулся Драконт.
– А этот с тобой? – недоверчиво кивнул на Аарона Деофен.
– Да, он со мной, – кивнул детектив.
– А, проходите, – торговец сразу же посуровел и скрылся в своей лавке.
Следователи зашли следом за ним.
– Перерыв! Все на выход! – рявкнул Деофен. Он всегда был таким раздражительным и крикливым.
Те единственные два покупателя, которые были в тот момент в магазине, неторопливо направились к выходу.
– Что сделал этот паренек? – поинтересовался Аарон.
– Сейчас в колледжах набор новых слушателей. Некоторые пацаны приходят и нахаляву списывают с моих книг, чтобы сдать вступительные экзамены. – Деофен, похоже, был сегодня не в самом лучшем расположении духа. – Задолбали уроды!
– Ясно, понятно.
Несмотря на то, что Аарон возглавлял войска расследований, которые в том числе ловили плагиаторов на рынке идей, он был из тех людей, которым были ближе более материальные сущности. Как правило, он просто абстрагировался от дел тех его подчиненных, которые специализировались на такого рода преступлениях, всецело доверяя их профессиональному мастерству. Поэтому не было ничего удивительного в том, что он не сразу понял, в чем же провинился нерадивый паренек.
– Драконт, мы же договорились, что ты приходишь ко мне один! – Деофен вдруг рявкнул громче прежнего, как только дверь за уходящими покупателями закрылась.
– Деофен, успокойся. Я бы не пришел не один, если бы на это не было веской причины. И вообще, я сейчас главный республиканский следователь, так что могу гарантировать тебе, что никто тебе ничего не сделает.
– О, тебя повысили?! – Похоже, гнев Деофена от такой неожиданной новости резко утих.
– Временно, правда, но все же, – улыбнулся Драконт. – Но я тебе все равно гарантирую, что все, что мы здесь увидим и услышим, останется между нами и никто тебе ничего не сделает.
– Я очень на это надеюсь, но недоверчивый взгляд твоего товарища как-то меня не особо радует.
– А с чего я должен доверять человеку с черными глазами? – спросил Аарон.
– Ну ежкин крот! – засмеялся Деофен. – Значит, Драконту ты тоже не доверяешь, ведь у него тоже черные глаза?
– Мы с ним лучшие друзья и давние коллеги, и в нем я уверен, в отличие от вас, – пояснил помощник следователя.
– Знаешь, что я тебе скажу, как тебя там звать?..
– Аарон.
– …Аарон! Самая большая тайна заключается в том, что из тех чародеев, кто увлекся темной магией в раннем возрасте и обрел черный цвет глаз, чернокнижников почти нет. А знаешь почему?
– Нет, не знаю.
– Так вот, среди них нет чернокнижников потому, что их по глазам очень быстро раскрывают. Поэтому те, кого не вздернули сразу, очень быстро берутся за ум, потому что иначе головы долго не сносить, – пояснил Деофен. – Так что, как твой друг вовремя одумался и забросил черную магию, так и я поступил так же.
– Ну что, Аарон, теперь ты доволен? Можешь теперь закрыть глаза не небольшие проступки нашего друга? – спросил Драконт. Аарон просто кивнул и ничего говорить не стал. – Отлично, тогда к делу. Деофен, ты слышал, что позавчера случилось?
– Конечно, слышал, об этом весь город говорит! – хмыкнул книготорговец. – А! Так вы по этому поводу, отлично. Я уже думал, что день будет особенно скучным. А тут такое! Весь город теряется в догадках, что же произошло, а я смогу услышать сводки следствия из первых уст! Я все-таки схожу за водкой.
– Ты все еще ему не веришь? – спросил Драконт, пока Деофен ходил за «живой водой».
– Нет, но раз уж я тебе обещал, что закрою глаза на его бизнес, то так и быть, – тяжело вздохнул Аарон.
Через некоторое время Деофен принес подносик с графином холодной водки, тремя стопками и порцией огурчиков. Графин аж запотел от холода его содержимого. Красота! Мужчины пригубили, закусили.
– Ну так вот, выпускники убиты с помощью магии смерти, – перешел к делу Драконт. – Убийцы зачаровали именные кубки, которые специально по случаю выпускного заказали для ребят. Заклинание действует так: любая жидкость, которой они наполняются, превращается в яд, не меняя своего вкуса, цвета и запаха. Чаши просто причислили к миру мертвых, и получается, что живым из них пить нельзя…
– Я, кажется, понял, в чем твой вопрос, – Деофен внимательно слушал, но тут не выдержал и перебил Драконта. По этому поводу он решил, что стоит еще выпить.
– Да? Ну и в чем же? – с толикой азарта в голосе поинтересовался Драконт, взяв в руки свою стопку.
– Может ли живой человек причислить что-то к миру мертвых? Я угадал? Ваше здоровье, – и книготорговец осушил свой стакан.
– О, хороша! – причмокнул детектив. – Почти, дружище. Честно говоря, с этой стороны к этому вопросу я не подходил. Просто я исследовал заклинание и узнал, что оно девятого класса! Представь себе, девятого!
– Так-так! – Деофен искренне удивился, но, похоже, это его только обрадовало. – Драконт нашел настоящего некроманта!
– А? Что? – подал голос Аарон, который до этого предпочитал просто слушать.
– Некроманта Драконт нашел, – пояснил Деофен. – Нежить настоящую.
– Но это невозможно, Баал и его слуги были изгнаны из Гилион-Палантина, и вернуться они не могут, – не согласился Аарон.
– Могут, товарищ следователь, еще как могут. Видите ли, не просто так об этом говорят и не просто так боятся. А все потому, что темный дуэт действительно может вернуться в святую землю.
– И каким же образом? – все с тем же скептицизмом поинтересовался помощник следователя.
– Этого никто не знает, поэтому и боятся. Потому что, если бы знали, закрыли бы потенциальный проход! – пояснил Деофен. – И, похоже, вы наткнулись на первого из тех, кто прошел через барьер источника Живой Воды.
– Скажи, Деофен, а возможно ли, что эти чары наложил живой человек, обладающий абсолютным бессмертием? – спросил Драконт.
– Дай подумать… – Торговец сделал задумчивое лицо. – Нет! – заявил он и расхохотался. – Драконт, твою ж мать, не неси чушь! Ты прекрасно знаешь, что это сделал некромант. Дохлый, вонючий, гниющий, отвратный некромант.
– Интересно, а откуда вы это все знаете, если вы, как вы говорите, не чернокнижник? – на Аарона вновь накатила волна недоверия и подозрительности.
– Эй, дружище, я сижу здесь целый день, покупателей немного, так как мои книги стоят дорого. Что мне еще делать, как не читать их?
– Похоже, читать вы успеваете только запрещенные.
– Я успеваю читать все, и их в том числе.
Деофен вновь наполнил стаканы. Следователи от угощения отказываться не стали.
– Слушай, а ты случаем не читал про то, как распознать некроманта? – спросил Драконт.
– Не-е, товарищ, таких подробностей я не знаю. Я знаю только одно, если немертвые здесь, скоро все мы к ним присоединимся. И будет тут не Республика, а Некрархия.
– Не… что? – не понял Аарон.
– Некрар-хи-я! Царство мертвых, – пояснил книготорговец. – Ну так вот, расскажи поподробней, что вы уже узнали, может, я чего и посоветую. А если нет, то будет что соседу вечером рассказать. Ха-ха!
– Кубки для выпускников заказали в мастерской «Золотая нива», там следы заклинания обнаружены на повозке. Следовательно, заколдовали товар, пока его везли, грузили или разгружали…
– Логично, че? – Деофен вновь разлил водки.
– Ну, так вот, – Драконт икнул. – Груз вез парень по имени Ират, а принимала преподавательница Университета Сцилла. Сциллу арестовали, а Ират, как оказалось, умер за несколько дней до того, как были нанесены чары на кубки…
– Ну вот тебе и первый кандидат в некроманты, – махнул рукой Деофен, как будто тут и сомневаться не в чем было.
– Ты дослушай сначала. Так вот, умер не только Ират, но и его родители. Вот только к ним, как оказалось, перед тем, как вся семья отправилась к богам, приходила госпожа Сцилла. В то же время в комнату Ирата на постоялом дворе, после того, как он уехал домой в Фаунарти, где он и умер, кто-то тайно пролезал в окно.
– И что тут непонятного? – удивился книготорговец. – По-моему, все равно стоит проверить этого Ирата.
– Каким образом? – опешил Аарон.
– Да легко! Раскопайте его могилу. Если он лежит там, то сожгите его на хрен от греха подальше, коли тут такая канитель творится. Если его там нет, то тут все очевидно, – пояснил Деофен.
– Это мысль. – Драконт и Аарон переглянулись. – Ну что, в палестру, хватаем парней и мчим в Фаунарти?
– Да, именно так, – согласился Драконт.
– Э, мужики, может это, еще по одной, на прщание? – слегка заплетающимся языком спросил Деофен.
– Да можно. Аарон, ты не против?
– Да нет.
* * *
Водка была хороша, но на жаре Драконта и Аарона слегка подразвезло. К тому моменту, как они вместе с группой следователей телепортировались в Фаунарти, опьянение перешло в вялость и головную боль. Не стоило пить в разгар рабочего дня.
Ирата вместе с его семьей просто зарыли в стороне от города. Чуть меньше чем за сутки ветер разметал песок, и найти фамильную могилу оказалось не так просто. Но с горем пополам захоронение все-таки нашли. А пока младшие следователи его раскапывали, старшие следователи стреляли фляги с водой у своих товарищей.
– Командир! Мы раскопали могилы! – наконец сообщили воины.
– Ну, наконец-то! – облегченно вздохнул Аарон. Был уже закат, но все равно было неимоверно жарко. А торчать под палящим пустынным солнцем в легком похмелье сыщикам, откровенно говоря, надоело. – И что там?
Правда, до нелепости ошарашенный вид солдат говорил сам за себя.
– По ходу дела, там пусто, – с кислой миной на лице констатировал Драконт, в ответ на что бойцы регулярных войск лишь невпопад закивали.
– Боги, спасите нас… Значит, это некромант… – промямлил Аарон. Он был далеко не набожным, но от такого можно было не только в богов поверить.
– Да, будь оно все проклято, это некромант! – подтвердил Драконт. – Солдаты, кто-нибудь умеет рисовать портреты?! – рявкнул главный следователь, в ответ на что получил лишь молчаливые покачивания головами. Ребята слышали про такое только в рассказах и сказках, и теперь они явно были не в себе.
Раз Ирату не лежится в могиле, его нужно найти и силой принудить к покою, вечному. Но для этого нужно знать, кого искать. Логично было бы опросить жителей Фаунарти, как выглядел парень, но из сыщиков никто не умеет рисовать. Обычно для такой цели использовались големы, вот только стальных слуг невозможно телепортировать, поэтому ни одного с отрядом сыщиков в тот момент не было.
– Взять себя в руки, черт побери! – еще громче закричал детектив. – Так, парни, запомните, мы с вами непременно поймаем этого некроманта! Вы поняли?! – Воины все так же безмолвно закивали. – Но для этого вы должны держать себя в руках, будь оно все проклято!
– Легко сказать, – растерянно развел руками Аарон. – Ты сам-то не в шоке от того, что мы сейчас нашли?
– В шоке? Не ты один, я тебе скажу! Но это не повод стоять столбом!
– И что ты предлагаешь делать?
– Ну, сейчас уже ничего. Едем обратно. В палестрах нужно проследить, чтобы големы составили портрет Ирата со слов Сциллы и Ренера… – Драконт замолчал. – А еще пусть отдельно нарисуют его со слов корчмаря в таверне, где он жил, а то я не доверяю нашим арестантам.
– Н-н-н… – начал было заикаться один из младших следователей.
– Что?! Я же сказал, всем взять себя в руки!
– Н-н-но там никого нет, – солдат, похоже, вообще разума лишился, несет какую-то чушь.
– Да мы поняли! Твою же мать, – выругался Аарон.
Никто миллионы лет в Гилион-Палантине не сталкивался с нежитью, все только по старым легендам знали, насколько она страшна и опасна, а потому сомнительное счастье быть первыми за много лет, кто сталкивается с немертвыми, радости не вызывало. Все, мягко говоря, нервничали.
– Нет! Вы посмотрите! Никого нет… – лицо у младшего следователя было, как у дебила, в тот момент.
Драконт без церемоний оттолкнул его в сторону, и солдат упал. Ну, ничего, быть может, так он быстрее в себя придет. Но, когда детектив сам заглянул в могилы, дар связной речь потерял уже он.
– Вот черт… – только лишь и вырвалось у чародея, когда он увидел, что из могилы ушел не только Ират, но и его родители. Похоже, по округе теперь бродят как минимум трое смертельно опасных и жестоких некромантов.
* * *
По такому случаю надо было выпить, чтоб слегка разрядить обстановку. У некоторых солдат не по уставу, но все же нашлись фляги не только с водой. Каждый принял по чуть-чуть. От треклятой могилы следователи отошли, чтобы она не давила своей близостью на мозги.
– Сейчас, как вернемся, прикажем снарядить отряд солдат с големами в Фаунарти. До утра они сюда доберутся, опросят жителей и составят портреты неспокойных трупов, – планировал дальнейшие шаги следствия Драконт.
Раз некромантов трое, то и портреты следствию нужны не только Ирата, но и его родителей, а последних могли описать только их соседи, жители Фаунарти. Но для того, чтобы сделать точные портреты, нужны големы, а они не умеют проходить сквозь порталы, поэтому отряд будет вынужден сюда добраться традиционным способом.
– А Ренера и Сциллу будем допрашивать? – спросил Аарон.
– Да, надо чтобы наши ребята и это сделали. Сразу как вернемся в палестру. А еще неплохо направить президент-стратегу запрос об установлении наблюдения за всеми бесхозными зданиями в городе.
– Зачем?
– Вот скажи, был бы ты некромантом, ты бы пошел в гостиницу? Я бы не пошел, – пояснил Драконт. – Трое немертвых скорее всего будут прятаться в каком-нибудь заброшенном доме, где никого, кроме бомжей, отродясь не было. Быть может, ими они и закусят.
– Не смешно.
– А я и не шучу. Нежить вроде как питается живыми. Поэтому для них выбор заброшенного дома вдвойне выгоден – искать их там никто не будет, да и на кормежку им не придется длительное время выходить.