Mine üle audioraamatule
…А как хорошо спалось! Он искренне жалел о теплой постели в комнате общаги. Но вместо уютного одеяла теперь сырой предрассветный туман окутывал усталого не выспавшегося человека, одиноко петлявшего между лужами.
Вторую неделю над Владикавказом стелются тяжелые свинцовые тучи. Где-то в горах не прекращаются ливни. Небо точно сошло с ума. И, если верить синоптикам, конца всему этому не видно. Поэтому уже десять дней все подразделения МЧС республики дежурят в состоянии повышенной готовности. Вот и сегодня вместо заслуженного выходного Алексея ни свет ни заря вызвали на службу.
«Твою мать, когда же все это кончится, – ворчал про себя он, шагая по улицам предрассветного города и ежась от холода, – Пора брать отпуск. Покупать билеты – и хоть в Новосибирск, лишь бы с работы не достали. Хотя и там достанут». На душе было такое же мрачное осеннее небо. Голова раскалывалась от недосыпа.
По ступеням к крыльцу Управления поднимался медленно и тяжело, как на эшафот. Тупо смотря под ноги, проковылял мимо окошечка дежурного.
– Леха! – из окошка высунулась голова.
Алексей остановился и так же медленно вернулся к окошку.
– Доброе утро! – поприветствовал его дежурный.
– Да какое оно, на хрен, доброе… – тяжело вздохнул Алексей, – Чего такое, Сергеич?
– Ты, Леха, дуй сразу к Самому в кабинет.
– И он уже здесь, – равнодушно заметил Алексей.
– Да, велел, как ты придешь, чтоб сразу к нему шел.
– Случилось что?
– Да все, в общем-то, то же, – пожал плечами Сергеич, – На горной дороге обвал, там уже два дня наши работают, оползни, река вышла из берегов. Так что ничего из ряда вон выходящего. Я фиг знает, зачем он тебя вызвал.
– Ясно, – ответил Алексей и побрел дальше по коридору.
***
– Проходи, садись, – пробасил начальник. Алексей подумал, что Александра Николаевича сорвали на службу еще раньше – взъерошенные волосы, мешки под глазами, жесткая щетина на подбородке. Впрочем, наверное, Алексей и сам сейчас выглядел не лучше. Под настольной лампой дымились две огромных чашки с кофе.
– Извини, что сорвал с отдыха, – начал Александр Николаевич.
– Что-то случилось, товарищ майор? – перебил его Алексей.
– В общем, ничего особенного. Но тебе предстоит очень важное дело, – начальник подошел к висящей на стене карте района, – Ты ведь ходил по этому маршруту? – он провел карандашом по карте кривую вдоль Косого хребта.
Алексей заметно помрачнел.
– Да. Однажды.
– Маршрут помнишь?
– Захочешь – не забудешь, – тяжело выдохнул молодой спасатель.
– Короче, дело такое, – перешел к сути вопроса начальник, – Тебе предстоит провести по этому маршруту группу врачей до села Кужамак. Ты пробудешь там с ними столько, сколько потребуется, и проведешь их обратно. По возможности обеспечишь этим же маршрутом эвакуацию пострадавших. Имей в виду, обычные гражданские врачи специфики горно-спасательных работ не знают, поэтому на тебя ложится двойная ответственность.
– А где же наша доблестная медицина катастроф? – удивился Алексей.
– Наши врачи заняты на обвале на горной дороге, – ответил Александр Николаевич, – А между тем, Кужамак отрезан от Большой земли разливами рек и этим самым обвалом. Положение там уже критическое. Есть сведения о пострадавших. Ждать, пока во Владикавказ прибудут дополнительные отряды наших коллег из округа, невозможно. Единственный маршрут, по которому можно добраться до села – по Косому хребту. Его знаешь только ты и Шамиль.
– Вот пускай Шамиль и идет, – буркнул Алексей.
– Шамиль работает на подрывах на Малой. Отозвать его нельзя. Кто знает подрывные работы лучше бывшего боевика?
– А «вертушкой» нельзя их доставить? – задал глупый вопрос Алексей. Ему совершенно не хотелось вновь идти по этому маршруту, да еще отвечать за целую ватагу гражданских, поэтому он всеми правдами и неправдами старался отказаться от такой задачи.
– Умом тронулся? – выпучил глаза Александр Николаевич, – Посмотри, какой туман в горах! Авиацию использовать нельзя.
– Да по этой тропе даже ишака не протащишь, – проворчал Алексей, – Не то, что толпу врачей…
Александр Николаевич с шумом втянул в себя кубометр воздуха.
– Слышь, блядь, лейтенант!!! – взорвался он, – Хорош иметь мне мозгу! Встал и вышел! Сорок минут на сборы. Вопросы по экипировке есть? Нету! Красавец. Через час чтобы тобой и этими коновалами здесь и не пахло. Вперед!
Проверенный способ воздействия на подчиненных на этот раз не произвел на Алексея ровно никакого воздействия. Он остался так же сидеть на стуле, тупо глядя в одну точку воспаленными от бессонницы глазами. Потом тяжело встал.
– Знаю, Алексей, – положил ему руку на плечо Александр Николаевич, – Что нельзя идти по этой тропе. Знаю, что ты не хочешь по ней идти. Знаю, почему. Но надо.
– Есть, товарищ майор, – ответил лейтенант и, четко повернувшись, вышел из кабинета.
– Удачи тебе, парень, – тихо сказал ему вслед Александр Николаевич.
***
Медики и водитель сидели на рюкзаках возле «уазика-буханки» и ждали своего проводника. Алексей бросил окурок в лужу и подошел к ним.
– Приветствую, – поздоровался он, – Кто у вас старший?
– Я! – звонко отозвалась молоденькая коротко стриженая девушка.
Алексей устало посмотрел в сторону с таким видом, как будто ему демонстрировали бездарный фильм, который он уже тысячу раз видел.
– Я ваш проводник, – представился он, – Лейтенант Костров. Алексей.
– Лена, – протянула ему руку старшая.
– Антон.
– Максим.
– Раиса.
– Иван.
Алексей всем по очереди пожал руки.
– Значит, так. На все время перехода беспрекословно подчиняетесь мне и выполняете все мои инструкции. Понятно? Маршрут очень опасный, поэтому если хотите дойти до конца – никакой самодеятельности. А сейчас – рюкзаки к осмотру.
Медики принялись расстегивать сумки и выкладывать содержимое. Алексей бегло осмотрел инвентарь и медицинские приборы.
– А это что? – остановился он напротив Раисы.
– Это… Предметы личной гигиены, – чуть смутившись, ответила девушка.
– Ясно, – ответил лейтенант, – Складывайте все обратно.
Врачи быстро упаковали рюкзаки заново.
– Так, рюкзаки – на себя. Попрыгали, – скомандовал Алексей. Поправил на одном из парней пояс, другому указал перешнуровать ботинки, – Вы позволите? – подошел он к Лене.
– Пожалуйста, – улыбнулась она.
Спасатель расправил перекрутившуюся лямку, застегнул разгрузочный пояс рюкзака Лены. Затем коротко проинструктировал своих спутников.
– Скажите, лейтенант, – озорно прищурилась Лена, – Вы всегда такой строгий?
– Я отвечаю за успех операции и за ваши жизни, – сухо заметил Алексей, – Мне бы не хотелось, чтобы получилось… как в прошлый раз.
– А что было в прошлый раз? – спросил Иван.
– В машину, – буркнул лейтенант.
***
«Уазик» безжалостно трясло на ухабах, кренило на крутых поворотах. Алексей сидел, закрыв болевшие глаза.
– Я везу его, значит, на каталке из операционной в палату, – рассказывала Раиса, перекрикивая шум двигателя, – А он под наркозом на чистом английском поет «Битлз» и конферанс ведет. А между песнями матерится по-русски.
Взрыв хохота сотряс и без того разваливающийся «уазик».
«Все бы им ха-ха, – подумал Алексей, – Посмотрим, как они будут на маршруте смеяться. Лишь бы на первом километре подъема не сдохли».
«Буханка» надрывно заверещала тормозами.
– Все, извини, Лех, дальше не могу, – обернулся водитель.
– Спасибо, Митяй, – ответил Алексей.
– Ни пуха! – крикнул водитель на прощание.
– Пошел ты к черту! – пробурчал лейтенант.
– Салам, Алексей! – окликнул его голос с сильным кавказским акцентом.
– А, Шамиль! Здорово! Ну как успехи?
– Нормально, Леша. Немного осталось, думаю, за сутки козырек обрушим на Малой и домой покатим.
– А чего спустился-то?
– Да к роднику, воды набрать. А ты… по Косому идешь? – вдруг тревожно спросил Шамиль.
– Да, – глухо ответил Алексей.
– Ну, ты… Проведай тогда Марину, ладно?
***
Алексей взвалил на себя рюкзак и достал карту.
– Подниматься будем здесь, – обернулся он к медикам, – Готовы?
– Да! Пойдем, Лех, – задорно ответил самый молодой из них, Максим.
Склон был достаточно крутой, подъем становился с каждым шагом все труднее. Но заставить Алексея сбавить темп было невозможно. Он уже автоматически выбрал оптимальную скорость движения и теперь упорно шел вверх.
Медики, как ни странно, сразу внушили доверие лейтенанту. Он с любопытством наблюдал за тем, как каждый из них преодолевает подъем. Вот шагает Раиса, поминутно сдувая падающую на лоб челку, тяжело дышит и утирает пот Антон, самый старший по возрасту из всех. Максим, как самый молодой, идет легко, кажется, что он сможет еще и бежать вверх. Иван топает методично, ровно, осматриваясь по сторонам, словно пытаясь запомнить каждую деталь на тропе. А Лена будто бы отключилась: ни на шаг не отклоняется от темпа, выбранного Алексеем, и неотрывно смотрит себе под ноги.
– Лейтенант, не пора ли привал сделать? – через полтора часа подал голос вконец запыхавшийся Антон.
– Минут сорок еще потерпи, – ответил Алексей, – К реке спустимся, там и привалимся.
***
У реки уставшие медики почти упали на прибрежную гальку.
– Час отдыха, – объявил Алексей, усевшись на рюкзак и прислонившись спиной к большому валуну. Снова потянуло закрыть глаза…
И он увидел Марину. Именно такой, какой он ее запомнил. В синей форме спасателя и с букетиком неизвестных ему горных цветов. Она любила именно эти цветы, но он не мог вспомнить их названия. Она улыбалась, что-то говорила ему. Алексей не слышал слов, но тон ее голоса был ласковый и добрый. Она ни в чем не винит его. Она куда-то зовет его. Да, он скоро придет к ней…
Кто-то тронул его за плечо. Алексей открыл глаза. Перед ним, нагнувшись, стояла Лена.
– Пора идти, лейтенант, – и внимательно вгляделась в его лицо, – Что-то случилось, Леш?
– Нет, – хрипло ответил Алексей, – Нет, – нащупав голос, уже уверенно произнес он, – Пойдемте.
Через полчаса Алексей вдруг остановился и скинул рюкзак.
– Передохните пока, – сказал он ребятам, – Я сейчас.
Алексей быстрым шагом пошел вверх по склону. Лена тревожно следила, как удаляется его фигура. Вот она скрылась в зарослях кустарника. Девушка встревоженно оглянулась и, секунду подумав, пошла за ним.
Продравшись сквозь плотные заросли кустарника, исколов ладони шипами, она вышла на небольшую поляну под крутым скалистым обрывом и увидела Алексея сидящим возле груды камней, поросших ковылем и зверобоем. Лейтенант сидел молча, и казалось, ничего вокруг не видел и не слышал.
Лена опустилась перед ним на корточки и взяла за руку.
– Леш, – тихо спросила она, – Что здесь?
– Здесь… Марина, – безучастно ответил он.
– Марина…?
– Марина… Мой напарник.
– Расскажи, – неуверенно попросила Лена.
– Много лет назад мы с ней снимали с плато двух туристов. И шли обратно по этой же тропе. Другого пути не было, – ровно, неспешно заговорил Алексей, – У меня был пропорот бок. На старой тропе я сорвался и, падая, напоролся на сук, – он часто замолкал, словно вспоминая, затем продолжал говорить отрывистыми короткими фразами, – Мы спускались к реке. Не здесь. Там, дальше. Она спускала на себе нас троих, – рассказывал он глухим, совершенно бесцветным голосом, – Упала и ушибла спину. У нее пошла горлом кровь. Мы прошли еще километра четыре. Потом она опустилась на землю и умерла. Здесь. Я довел тех двух, но вернуться за ней уже не смог. А потом нам запретили пользоваться этим маршрутом. У нее остался маленький сын…