Tsitaadid raamatust «Повесть о настоящем человеке»

Я могу признать только, что мы поступили опрометчиво, потому что, как выяснилось в ходе войны, мы многого не знали, а о многом не могли и подозревать. Главное, мы не знали и не поняли советских русских. Они были и останутся загадкой. Никакая самая хорошая агентура не может раскрыть истинного военного потенциала Советов. Я говорю не о числе пушек, самолетов и танков. Это мы приблизительно знали. Я говорю не о мощи и мобильности промышленности. Я говорю о людях, а русский человек всегда был загадкой для иностранца. Наполеон тоже его не понял. Мы лишь повторили ошибку Наполеона.

наполовину в воронке, так же навзничь лежит на ее краю смуглый узбек с тонким

заполненных песком; как забытые ребенком на столе кубики, по углам моста возвышались квадраты четырехамбразурных бетонных дотов. На серой глади у Красной

Сколько раз во время войны, в дни затишья и после

цы, учительше было очень худо и что агроном с девочками не решились

как-то смягчить его горе. Потом, по мере того как их заочное знакомство крепло, фигура абстрактного героя Отечественной войны уступила место настоящему

Так сама жизнь продолжила эту написанную мной на чуж

тро-быстро перебирая крепкими загорелыми ногами, побежала через песчаную

вспоминал в трудные минуты жизни.

оттуда. Он стонет, переворачивается – и перед ним уже не лес