Mine üle audioraamatule
Я молчала, запоминая: это был человек, который был очень опасен для тех, кто не встал на его сторону. Но если я выберу его сторону, он станет бесценным покровителем при дворе. Судя по всему, я здесь застряла надолго, так что мне все равно кто-то нужен, а с ним мне не придется барахтаться в этом водовороте.
– Давайте обговорим, – он говорил медленно, со злобой подчеркивая каждое слово, что исключало еще невысказанные возражения. – Я заплачу вам много денег.
Из внутреннего кармана он вытащил листок бумаги и протянул его мне.
£1,000.
Я заморгала, пытаясь что-то сказать, но тщетно. Столько поместье в жалком состоянии обычно приносило за целый год. В прошлом году было еще меньше.
Мне пришлось прочистить горло, прежде чем дать логичный ответ.
– Вы заплатите мне тысячу фунтов за шпионаж за ним?
– В месяц.
Мир пошатнулся. Почему-то я не упала.
Всего пять месяцев и смогу полностью расплатиться с приставом. Пять месяцев. Это ничто по сравнению со всеми прошлыми годами.
Черт, да с Кавендишем я, быть может, смогу убедить королеву дать мне развод. Ее мать отказала мне, но она мертва, а новая королева, возможно, проявит больше сочувствия, особенно после пары перешептываний с своим главой шпионов.
– Плюс к этому, – Кавендиш сложил записку и бросил в огонь, – еще более неприличное вознаграждение, если вы узнаете то, что мне нужно.
Бумага сморщилась и свернулась, затем опалилась по краям и сдалась в объятия оранжевого пламени. Деньги, чтобы сохранить поместье. Союз, который может избавить меня от придурка-мужа. Выбора не было. Если говорить о цене… Что ж, я уже спала со своими мужем. Я могла делать то же самое и с другим мужчиной, с которым меня ничего не связывало.
Если это сохранит поместье, то я готова на все.
Расправив плечи, я посмотрела на главу шпионов:
– Что мне нужно делать?
Эта улыбка расползлась на его лице еще медленнее, чем предыдущие, словно показывая, что он победил.
Но с такой суммой денег – даже больше, чем я когда-либо мечтала подержать в руках, – определенно победила здесь я.
Я должна была встретиться с Тенью Королевы Ночи на балу через два дня. Тем временем Кавендиш дал мне ожерелье, которое защитит меня от воздействия опьяняющего очарования эльфов, а также сообщил, что человек из его «системы» скоро зайдет, чтобы подготовить меня.
Нашу встречу он закончил строжайшим предупреждением ни при каких обстоятельствах не подходить к нему при всех.
– Никто не должен догадаться, что вы работаете на меня. Тем более ваша цель. Ваш образ отшельницы – ваше прикрытие. Если будете появляться со мной, то все разрушится.
Единственный способ связаться с Кавендишем – оставить записку за незакрепленной плиткой с изображением дракона в западном коридоре. Чтобы он знал, что для него есть сообщение, мне нужно поставить плитку с драконом другой стороной. В иных случаях он сам скажет мне, когда и где с ним можно встретиться.
Изящное серебряное ожерелье заняло свое место. Кавендиш сказал, чтобы я прижала ожерелье к своей коже, пока он закрепляет его на затылке. От такой близости мое сердце вновь забилось сильнее. Этот мужчина не знал границ. И эта жалкая, глубинная часть меня жаждала прикосновений, поэтому границы я также не устанавливала. Хотя я и не смогла бы их установить с человеком его статуса.
Я прикоснулась к ожерелью, пробежав ногтями по крошечным жемчужинам. По народным приданиям, цветы жемчужницы защищают от эльфийских чар. Кто бы это ни сделал, но он воспринял это буквально, создав из настоящих жемчужин цветы с пятью лепестками, соцветия из которых теперь украшали мои ключицы.
Что касается визита человека для подготовки к балу, то Кавендиш ничуть не преувеличивал, говоря «скоро». Вернувшись в свои комнаты, я обнаружила, что она уже сидит на кушетке и ждет меня. Видимо, люди из шпионской сети не знают о таких вещах, как ключи и личное пространство.
Когда я зашла, женщина очаровательно улыбнулась, обнажив белоснежные зубы. От головы с опрятными кудрями и до изящных маленьких ножек в туфлях с драгоценными камнями она была прекрасна. Пленительно, трогательно и недостижимо прекрасна.
– А это, должно быть, леди собственной персоной. – Она взглянула на меня, и впервые, как я оказалась во дворце, я почувствовала одобрение. – О да, я понимаю, почему он выбрал тебя. Большой потенциал.
Она обошла вокруг меня и кивнула, тряхнув кудрями карамельного цвета.
– А вы…?
– О боги, – женщина коснулась своей груди и захихикала, элегантно вскинув голову. – Прошу прощения, дорогая, я и забыла. Леди Элоиза-Элизабетта-Белладонна Фортнум-Найтли-Чейз, – и она развела руки, словно представлялась целому залу. – Просто мои родители не смогли определиться с именем, а когда я вышла замуж, то взяла еще одно.
На ее лице появилась и тут же исчезла мимолетная тень. Женщина продолжила:
– Но ты можешь звать меня Элла, ведь жизнь слишком коротка для всего этого, а? – подмигнув, она игриво толкнула меня плечом и положила руку на мою поясницу. Элла направила меня к зеркалу в полный рост, которое принесли сюда, пока я встречалась с главой шпионов.
Было сложно не улыбнуться. В ее манере было что-то заразительное. Должно быть, Кавендиш ее поэтому и нанял.
Я почувствовала себя еще более неуместно.
В отражении я видела, как она, задрав на меня голову, сказала:
– В этот момент ты должна мне сказать, что я могу называть тебя Кэти, Китти, Кейт или что-то в этом роде.
– Кэт.
– О, отлично, – ее глаза и улыбка стали шире. – Им это понравится. Напоминание о маленькой киске никого не оставляет равнодушным.
Мое лицо в отражении перекосилось в замешательстве.
Снова заразительный смех, и Элла прижала к себе, придерживая меня за талию.
– Моя дорогая, ты невинна? О боже! Такого поворота я не ожидала! Мне казалось, ты была замужем?
Женщина говорила загадками, будто половина разговора происходила у нее в голове, и было неважно, что я в этом диалоге не участвовала. Тем не менее я посмеялась вместе с ней и, подняв руку, объяснила:
– Я замужем. И не невинна, – в гораздо больших смыслах, чем она могла себе представить.
– Тогда тебе известно, что мужчины предпочитают определенную породу кошек, – и Элла многозначительно подняла брови.
– Пожалуйста, – наконец простонала я, схватившись за голову, – хватит придворных недомолвок. Просто скажи, как есть.
– Ну, так ведь неинтересно, – она притворно вздохнула. – Что ж, я имею в виду, что твое имя, Кэт, сразу напомнит мужчине, которому ты интересна, о твоей киске.
Хорошо, что я не пила в этот момент. Я бы поперхнулась.
– Я… о моей… – Я удивленно смотрела на нее, пытаясь закрыть безвольно отвисшую челюсть. – Так вот о чем думают мужчины, когда слышат мое имя?
– Ну, – она пожала плечом, – думаю, что некоторые да. – Она улыбнулась мне в зеркале. Вдруг раздался стук в дверь.
– О, прекрасно! Войдите! – она позвала. – Я надеюсь, ты ничего не имеешь против того, что я взяла на себя смелость пригласить к нам на помощь дизайнера.
Элла отпихнула меня с пути, когда в комнату зашла высокая женщина с короткой рваной стрижкой до подбородка. За ней последовала целая свита с различными коробками, альбомами и рулонами ткани.
Мне оставалось только стоять, разинув рот, и смотреть, как комната набивается людьми и вещами.
Элла сжала мое плечо, когда дизайнер распорядилась поставить перед ней табуретку, чтобы я встала на нее.
– Надеюсь, ты не сочтешь это за грубость с моей стороны, – пробормотала Элла, – но после твоей аудиенции я решила, что тебе могла бы пригодиться помощь. – Она извинительно улыбнулась.
И хотя она казалась искренней, я поморщилась. Мое платье, бывшее когда-то на пике моды, сейчас ощущалось как грязный мешок, который сразу выделял изгоя без гроша в кармане. Носить его во дворце означает стать живой мишенью. Смена наряда поможет мне не только шпионить для Кавендиша, но и слиться с толпой. А это значит безопасность.
– Ты права. Никаких обид.
Но когда дизайнер, известная как Блейз (одно имя, без фамилии, очевидно, выдуманное), приказала своим ассистентам развернуть полупрозрачные шелка и открыть альбомы с изображениями лифов с глубоким вырезом и платьев с открытой спиной, я запротестовала.
Я не была такой же маленькой и хрупкой, как Элла, и такой же высокой и стройной, как женщина, которая перешептывалась со своей подругой в тронном зале.
Низкого роста и округлая, с широкими ляжками, полной грудью и бедрами, созданными для верховой езды. Это была я.
Но на мои возражения Блейз лишь махнула рукой и заставила меня раздеться до сорочки, чтобы лучше разглядеть меня.
– Не сомневайся в моих творениях. Конечно, если ты наденешь наряд Эллы, то будешь выглядеть, как мешок с картошкой, просто потому, что он создан не для тебя.
Мне понравились мягкие нотки ее франкского говора, который напомнил мне о проведенном в тех местах лете.
Блейз вновь обвела меня пристальным взглядом.
– Так же, как и эти старомодные вещи не созданы для тебя – пышные, плотные юбки. – Она неодобрительно покачала головой. – Нет, для тебя нам нужны деликатные фасоны без излишнего объема. Пусть полупрозрачная ткань струится по тебе, намекая на то, что под ней скрыто.
Она щелкнула пальцами, и кто-то из ее свиты подбежал к ней с огромным альбомом; Блейз начала перелистывать страницы. Внутри было множество образцов различных тканей. Я не увидела, в какой она в итоге ткнула пальцем: ассистентка тут же поспешила к груде вещей.
Словно не было ни ассистентки, ни альбома, она продолжила как ни в чем не бывало:
– Вертикальные линии и… хм…
Прищурив глаза, она дернула в сторону вырез моей сорочки.
– О да. Как я и думала – смотрите! У нее красивые плечи! Да еще с таким декольте… – Блейз закивала и бросила взгляд на Эллу. – Как тебе?
– Довольно красиво, конечно, и… – Элла подошла к сундуку, на который я не обращала внимание прежде: на его крышке позолоченными буквами было выведено «Э. Э. Б. Ф. Н. Ч». – Хм, да. Думаю, у меня есть пара вещей, которые могут пригодиться. – Элла начал копаться в сундуке, но мне так и не удалось увидеть, что внутри, поскольку передо мной встала Блейз.
– Как твои бедра?
– Мои… – я посмотрела на нее, – с моими бедрами все в порядке, благодарю.
Помахав пальцами в воздухе, она с вызовом наклонила голову:
– Тогда покажи.
– Что ж такое! Меня даже врач так тщательно не осматривает.
Но по ее взгляду я поняла, что эта реплика не произвела никакого эффекта, поэтому задрала сорочку, позволив ей осмотреть меня.
Блейз закивала, качая прямыми черными прядями.
– Ты ездишь… и я бы сказала, ходишь?
– О боже, – обернувшись с полными руками баночек из дымчатого стекла, Элла удивленно смотрела на меня. – Кэт, ты такая… да-да, тебе непременно нужен взгляд Блейз. Они…
Элла закачала головой, глядя на мои бедра. Я уже собиралась отпустить подол, но Блейз опередила меня, схватив мою руку.
– Их нельзя скрывать, – закончила Элла.
Под пристальным взглядом кожа под лопатками покрылась мурашками. Быть под взглядами, быть замеченной… все это небезопасно. Я не хотела этого. Я прочистила горло, когда Блейз выдернула подол из моих рук и засуетилась с моей сорочкой, собирая ее на талии и оттягивая вниз.
– В тронном зале я заметила, что платья не те, что раньше. – Я покосилась на пудровое платье Эллы с глубоким вырезом спереди и сзади. За целые столетия мода не менялась настолько кардинально, судя по портретам предков, которые я видела в Маркайт-Келл и в поместье родителей. – Что случилось?
Элла пожала плечами, зачерпнув крем из одной баночки.
– Эльфы случились, дорогая, – она взяла мою руку и стала втирать крем.
Ее действия были просты и естественны, но для меня это было так непривычно, что я затаила дыхание. Она уверенно массировала мои кисти и предплечья, и каждое прикосновение отдавалось во мне теплом.
Либо она не заметила моей реакции, либо решила не обращать внимания, потому что, еще раз пожав плечами, она продолжила:
– Они приезжают сюда в своих вызывающих нарядах, и все тут же начинают подражать им.
Шикнув, Блейз кинула на нее взгляд. Довольно красноречивый.
– Подражать! Да ладно! Это не подражание. Это то, что открыло глаза нашим правителям, и позволило нам творить. Больше никакой многослойности и закутанных тел! Теперь мы все свободны! – И словно в подтверждение своих слов, она стянула мою сорочку через плечи и бросила на пол. – Видишь? Так ведь лучше, разве нет?
Я вскрикнула и схватилась за грудь, пытаясь прикрыться, но… никто из ассистентов даже не взглянул. Мне показалось, что щеки и нос Эллы покраснели. Но она только смотрела мне в лицо, замерев с протянутой рукой и ожидая, когда можно будет дальше втирать крем в мою кожу.
– Знаешь, мой маленький неограненный алмаз… – Блейз прищурилась, глядя на меня. – С такими волосами мы сделаем из тебя рубин. – Она удовлетворенно улыбнулась, поморщив нос. – Тебя просто нужно слегка отполировать.
Ассистентка подошла к ней с рулоном шелка насыщенного сине-зеленого цвета. Не отрывая глаз, Блейз схватила край ткани.
– А затем…
Она накинула конец рулона мне на плечо и перебросила его на другое, образовав между моими грудями глубокий V-образный вырез. Свободной рукой она собрала ткань на талии и скомандовала:
– Закрепите здесь, здесь и здесь.
Еще раз рванув за конец рулона, она обернула его вокруг моей талии и сказала ассистентке, где нужно закрепить. Еще один перехват за спиной, еще больше булавок, и она отступила, закивав.
– Да. Да. Зеркало! – Она сделала жест рукой, и зеркало тут же возникло за ней. Лишь удирающая ассистентка говорила о том, что это была не магия.
Расправив плечи, она удовлетворенно вздохнула и отступила.
– Вуаля.
Я смотрела в зеркало, поворачиваясь то одним боком, то другим. Разрезы, спрятанные в складках еще-не-совсем-платья, раскрывались при движении. Без рукавов, с разрезами и с низким V-образным вырезом, заканчивающимся где-то между грудью и пупком… Я никогда не показывала столько плоти, но… фасон мне шел. Юбка обтекала бедра. Небольшие сборки подчеркивали талию, визуально делая ее уже даже без корсета. Цвет одновременно подчеркивал и рыжие волосы, и зеленые глаза.
– О да, – прошептала Элла, – это непременно привлечет его внимание.
– Конечно, мы сюда еще кое-что добавим, – Блейз пошевелила пальцами в воздухе и опустила их к откровенному вырезу. – И сюда, – она указала на юбку. – Отлично, – Блейз кивнула, и, возможно, это тоже был какой-то знак ее ассистентам, потому что они тут же стали собирать рулоны и коробки.
– А что для бала? – Элла подняла голову.
– Это не подходит, – Блейз нахмурила брови, поджав губы. – Мне нужно больше времени. Я сняла с нее мерку. Кое-что уже частично сделано – например, платье с открытыми плечами. – Она косилась в мою сторону, пока кто-то из ее ассистентов снимал с меня ткань, чудом не выронив из нее булавки. – Да, отлично, к балу будет готово. Ей ведь нужно белье под низ?
Вновь оказавшись без одежды, я усмехнулась и натянула сорочку обратно через голову.
– Белье? Разве еще что-то нужно надевать под такое платье?
Элла и Блейз расхохотались. Даже ассистентке, расправлявшей в воздухе бирюзовый шелк, пришлось закрыть рот рукой, чтобы не захихикать.
– О, моя дорогая, – Элла обняла меня рукой за плечи и сжала. – Ты просто прелесть. – Она кивнула Блейз. – Да, нужно. Думаю, что-нибудь темное и вызывающее.
– У меня кое-что есть, – Блейз подмигнула и кивнула нам перед тем, как вместе с оставшимися ассистентами выйти из комнаты, не говоря больше ни слова.
– Ах, Кэт, – Элла мягко усмехнулась, похлопав меня по плечу, – белье нужно, чтобы его носить не под одеждой, а вместо нее.
Я посмотрела на нее и, должно быть, выглядела очень растерянной, потому что она вновь засмеялась и зачерпнула из баночки еще горсть крема.
– Не на публике, – она втирала крем в мою руку, – а когда ты останешься наедине с лордом Марвудом. Если ты решила соблазнить его и выудить нужную информацию, тебе нужно использовать все средства, что есть в твоем распоряжении. Немного алкоголя, нижнее белье, от которого у него глаза на лоб полезут, и множество моих снадобий, – одна подмигнула, показав банку.
– Это ты делаешь? – На баночке было написано «Маска для волос».
– Не волнуйся. Среди моей коллекции ты можешь встретить баночку с названием «Белладонна», но в них не будет и капли яда. Обещаю.
От этой мысли я рассмеялась и попыталась запомнить, для чего нужна каждая баночка и как ее применять. Средство с таволгой и розой – то, что она втирала мне в руки, – по ее словам, моментально увлажняло сухую кожу. Бутылек легкого масла с ореховым ароматом, – возможно, это был миндаль, – был предназначен для ухода за лицом утром и вечером. А маску для волос нужно было нанести на ночь под полотенце, а утром смыть.
– И твои локоны вновь будут сиять, – глядя с теплотой, Элла улыбнулась мне и передала коллекцию баночек и бутыльков, среди которых были пена для ванны и шампунь. – Говорят, что женское оружие – это яд, но я думаю, что на самом деле все женское оружие в этих баночках. Убедись, что используешь их по максимуму.
Сказав это и пообещав помочь мне с подготовкой к балу, она поправила локон моих волос и ушла.
И внезапно комната опустела и затихла. Никто не оценивал меня и не трогал, никто не болтал, не улыбался и не смеялся. Я фыркнула и плюхнулась на кушетку, не до конца уверенная, что уже не скучаю по всему этому.
Как и обещал, Кавендиш послал мне служанку – к моей досаде ею оказалась белокурая посыльная Серен – и средства на все необходимое, чтобы выглядеть при дворе соответствующе. Элла сморщила нос, когда я решила купишь бижутерию, а не настоящие драгоценности, но ничего не сказала. Зато я могла отправить приличную сумму Мораг и Хорвичу, чтобы они продержались до моего жалованья за первый месяц. Этого было недостаточно, чтобы решить все наши проблемы, но писать им, что я буду регулярно отправлять деньги, было приятно. Впервые за десять лет я могла вздохнуть спокойно, когда речь заходила о деньгах.
В свою очередь, во вторую встречу с королевой я произвела гораздо более приятное впечатление. Когда я вошла, она сидела с другими придворными дамами в гостиной и пила чай с печеньем. Осмотрев мой наряд, она наконец склонила голову с едва уловимой улыбкой и посмотрела на пустой стул. Это был прогресс.
Когда я не развлекала королеву, Элла вводила меня в курс дела, рассказывая о ключевых фигурах во дворе и о претендентах на руку королевы. Она показала мне, как флиртовать, – я даже и не думала, что существует столько способов. Длительный зрительный контакт поверх края стакана. Якобы случайное прикосновение. Закусить губу, смотря на рот своей цели. Я все разложила по полочкам и практиковалась.
Кроме того, я следовала ее указаниям и увлажняла волосы дважды в день: перед балом я также нанесла на волосы маску. Когда она пришла помочь мне собраться, мои волосы еще не были такими же блестящими, как у нее, но их состояние определенно улучшилось. Элла подстригла секущиеся кончики, и я увидела…
Я смотрела на себя в зеркало: длинные пряди обрамляли мое лицо.
– А ты уверена, что носить распущенные волосы больше не осуждается? Это… позволяется?
– Дорогая, это исключительно поощряется. – Откинув свою карамельно-каштановую шевелюру назад, она улыбнулась. – Все равно, когда ты наденешь творение Блейз, на твои волосы никто и не посмотрит.
Мое сердце начинало биться чаще от одной мысли о платье, которое ее ассистентка принесла мне ранее. Темно-синий бархат с фиолетовыми переливами на свету обтекал мою фигуру и сходил с плеч на грудь V-образным вырезом. Но не из-за этого мое сердце отбивало такой быстрый ритм. Даже не примеряя его, я видела сбоку разрез, который начинался очень-очень высоко.
– Полагаю, ты хочешь, чтобы мои бедра увидели все.
– Ну, – сказала она со вздохом, – одно из них точно. А, кстати говоря, я кое-что увидела и просто не могла не взять это для тебя, – Элла вынула небольшую шкатулку. – Думаю, ты должна надеть это сегодня вечером – всего лишь одно украшение, чтобы оно привлекало к себе все внимание.
– Подарок? Ты не должна была…
– Конечно, я не должна была – в этом-то и суть подарков, Кэтрин! Открывай же.
Внутри было несколько тонких золотых цепочек и кулон в виде извивающейся змеи. Казалось, что на свету выгравированные чешуйки шевелились, словно у настоящей змеи.
– Это… прекрасно. Тебе не стоило. – Но достав цепочки, я не могла разобраться, как это должно было выглядеть на моей шее: было непонятно, почему цепочки соединялись друг с другом таким причудливым образом.
– Это не ожерелье, – подмигнула мне Элла. – Давай, одевайся, и я покажу тебе.
Я зашла в бальный зал с одним бедром напоказ, вокруг которого, словно подвязка, обвивалась золотистая цепочка со змеей. Никогда не думала, что в жизни мне придется не то, что сказать, но даже подумать о таком.
Хотя опять же, я никогда не думала, что стану придворной дамой королевы, но я здесь.
Подхватив меня под руку, Элла повела меня через бальный зал: он был таким большим, что я едва могла видеть противоположную стену сквозь толпу людей. Были не только аристократы, но и слуги, которые выполняли любую их прихоть, подавая напитки и канапе, приготовленные так искусно, что они могли составить конкуренцию даже украшениям, которые у меня когда-то были.
Над головой, сверкая, тихо звенели люстры. Их создали эльфы, и Элизабет I получила их в качестве свадебного подарка от своего мужа-эльфа. Было очень символично, что они станут свидетелями сегодняшнего бала, на котором ее правнучка будет развлекать женихов, среди которых эльфы из Сумеречного и Рассветного Двора.
Элла объяснила мне политическую подоплеку всего этого. Слухи были правдой – наша новая королева Элизабет V, несмотря на свою кровь, не проявляла никаких признаков эльфийского дара. Магия и деньги означали все, по крайней мере для наших правителей, так что ей нужно было выйти замуж, чтобы укрепить свою власть. По призыву во двор приехали десятки женихов, каждый из которых стремился составить идеальную партию.
– Ты прибыла во дворец в интересное время, – Элла наклонилась ближе, но взглядом она скользила по толпе, кивком приветствуя то одного, то другого. – Столько всего происходит в честь приезда женихов. Баллы и пикники. Прогулки по реке. Ежегодный забег саблезубых кошек обещает быть самым масштабным и захватывающим событием, чем когда-либо. Не говоря уже о… – она понизила голос до еле слышного шепота, хотя вокруг было так шумно от разговора людей и оркестра, что я бы удивилась, если нас вообще кто-то слышал. – Я слышала, что вечеринки эльфов куда более… интереснее, чем просто чай с печеньем, – она многозначительно вскинула брови.
В этот раз я поняла, о чем она говорит – я была наслышана о разврате, царившим на их вечеринках, – но посмотрела на Эллу большими глазами:
– Они играют в карты? Я просто обожаю карты. Так захватывает.
Элла вытаращила глаза, но, взглянув на меня, прищурилась:
– Дорогая, это шутка? – она усмехнулась и прижалась ко мне. – Какой ты дремучий котенок. Но мы сделаем из тебя прекрасную придворную даму. Что касается эльфийских вечеринок… Скажем так, их платья не просто так такие… открытые, – она снова вскинула брови и подмигнула.
Я не сдержалась и захихикала, заразившись веселостью Эллы, хотя у меня голова шла кругом от шумной и пестрой толпы, окружавшей нас. Я не была среди такого количества людей уже много лет, и я была благодарна, что могла опереться на руку Эллы.
– По правде говоря, я рада, что эльфы послали женихов. С ними у нас определенно стало поживее.
Элла немного рассказала об их странной системе двух королевских дворов. От рассвета до заката правит Король Дня: когда солнце заходит, он засыпает зачарованным сном. Тогда наступает время Королевы Ночи, которая просыпается и правит от заката до рассвета. Два правителя, одна страна, но они никогда не говорят друг с другом, потому что никогда не бодрствуют одновременно.
Это было больше похоже на историю из сказок, но Элла уверила меня, что это правда.
Она сжала мою руку.
– А сейчас посмотри туда, – она наклонила голову в сторону, – джентльмен со светлыми волосами и длинным носом.
Мы изменили направление движения, и я увидела мужчину, на которого показывала Элла. На вид ему было около сорока лет, а на шее под ухом у него была отметина в форме полумесяца. Она была настолько четкой, какими могут быть только эльфийские отметины – один из самых странных и неестественных для человека признаков того, что он владеет эльфийской магией. Либо в его роду были эльфы и в его жилах течет эльфийская кровь, либо эльфы даровали ему магию.
Иногда так получают магию талантливые мастера – в знак одобрения эльфами. В других случаях никто в действительности не знал, сделали ли они что-то такое, чтобы заслужить такую милость, или это было просто результатом прихоти эльфов. Еще одна причина, почему эльфы считались непредсказуемыми.
Я посмотрела на Эллу:
– Дай-ка угадаю. Один из женихов.
Уголок ее рта приподнялся.
– Да, но это очевидно, учитывая, о чем мы говорим. – Она взяла с подноса по бокалу и протянула один мне. – Еще идеи?
– Его отметили эльфы, так что, должно быть, он с Альбиона. – Единственным местом на земле, где остались эльфы, была Альба, северная часть нашего острова. В других местах также возникали слухи, но это были или старинные предания, или суеверия. Так что почти все люди, одаренные магией, жили в Альбионе.
– Это понятно, – пропела мне на ухо Элла.
Я подняла бокал и, пользуясь случаем, еще раз взглянула на мужчину. Вокруг его рта образовались складки, а хмурый взгляд косился в дальнюю сторону зала, где я наконец увидела Ее Величество на троне, наблюдающую за танцующими парами.
– Он не пользуется успехом. И он не в восторге от этого. Думаю, он из женихов низшего сословия – возможно, граф.
Я мысленно прокрутила список женихов. Я была удивлена, сколько иностранных принцев и герцогов претендовали на руку королевы. Гости на нашем острове были редкостью, поскольку наши моря охраняли морские ведьмы. Однако я не учитывала их. Большинство местных женихов были герцогами, и я чувствовала, что он не один из них – в его манере держаться не было герцогского высокомерия. Оставался только…
Я победно улыбнулась Элле:
– Граф Лэнгдон.
Она вскинула брови и сжала мою руку:
– Ну наконец-то до нее дошло! – Элла засмеялась и торжественно подняла бокал, прежде чем сделать глоток. – Должна признаться, когда я узнала, что у меня будет коллега, которую нужно обучать, я боялась, что это будет ужасно скучно, но ты… ты необычная, Кэт… и забавная, – она приложила свой бокал к моему и вновь выпила.
Только я здесь не для того, чтобы быть забавной.
И не для того, чтобы забавляться самой.
Я опустила бокал и отвела взгляд. Я здесь, чтобы выполнять свою работу и зарабатывать деньги.
– Что это? – Элла слегка толкнула меня. – Чувство вины? – Мы столкнулись с ней взглядами, и она приподняла бровь. – Не только ты умеешь читать людей, дорогая. Позволь мне угадать. Тебя тревожит, что ты получаешь удовольствие, когда находишься на работе?
Я стиснула челюсть и крепко сжала бокал с вином. Одно дело, читать других, и совсем другое, когда читают тебя.
– У меня есть обязанности.
Перед моим поместьем, перед моей семьей, перед Мораг и Хорвичем.
Элла насмешливо фыркнула, но она сделала это со всем изяществом леди, которое было присуще каждому ее движению; не то, что мой грубый хлюпающий смех, который раскатывался по поместью.
– Перед королевой и страной? Моя дорогая девочка, Ее Величеству наплевать на тебя, а страна – это просто кусок земли и камня. Она неспособна заботиться, как и большинство мужчин. – Она пожала одним плечом и подозвала лакея. – Пока ты не причиняешь никому вреда, почему бы не делать то, что тебе хочется? И… – она взяла золотистое лимонное пирожное с поднесенной тарелки, – что плохого в том, чтобы немного развлечься?
Склонив голову, она поднесла пирожное прямо к моему носу. Пряный и свежий аромат наполнил мой нос, а во рту потекли слюнки. Лимонные пироги Мораг самые лучшие, но мы уже давно не можем позволить себе цитрусовые фрукты. Я проглотила слюну, и Элла поднесла вкуснятину еще ближе.
Я все равно уже на работе и должна сегодня встретиться с целью, не все ли равно, если я получу свой кусочек удовольствия?
Я взяла пирожное.
Элла победно улыбнулась.
Я жалко улыбнулась в ответ.
– Я никогда не могла устоять перед сладостями, – по крайней мере, за эту мне не нужно платить.
Откусив пирожное, я долго смаковала его в то время, как Элла съела все за раз. Тесто таяло на языке, а лимон идеально сочетал в себе кислоту и сладость, заставляя слюнки выделяться еще сильнее. Боги милостивые, это было почти как у Мораг.
Пока мы ходили по залу (набрав еще парочку пирожных), Элла показала мне важных персон: женихов, а также объединения при дворе. Она также поделилась со мной пикантными подробностями о каждом из них. Эта герцогиня, по слухам, родила полгода назад, хотя ее муж был в разъездах весь прошлый год. А леди такая-то продала часть своего имения, чтобы расплатиться с долгами своего старшего сына, заядлого игрока.
Старшая мисс Уорд была поймана на интрижке и отослана со двора. Хотя, если верить некоторым слухам, ее подставила соперница. Ее сестра осталась при дворе, но сейчас она стояла в стороне одна, опозоренная таким родством и тем, что уже в третий раз надевала на бал одно и то же платье. Говорили, что ее семье приходиться собирать огромное приданное, чтобы выдать ее старшую сестру замуж, оставив ее собственное финансовое положение весьма шатким. Никто не подходил к ней ближе, чем на три шага, опасаясь заразиться ее невезением.
В этом и заключался риск. Отвергнутая всеми, она была одна при дворе, без покровителей. Если кто-то захочет избавиться от нее, она станет легкой добычей. Как раненная лань в проклятом богами лесу.
Если бы вскрылась вся правда о моих финансовых трудностях, то на ее месте могла бы стоять я. И если мне удастся уложить Марвуда в постель и об этом станет известно, то, возможно, меня не отошлют со двора, как сестру мисс Уорд, но каждая уважающая себя леди, которая дорожит своей репутацией, будет избегать меня, как прокаженную.
Вздрогнув, я забыла про несчастную мисс Уорд. Помимо комментариев Эллы, до меня донеслись обрывки фраз из толпы. Двое светловолосых эльфов из Рассветного Двора назвали Марвуда Бастардом из Тенебриса и что-то пробормотали про его жестокость.
Другие люди гадали, кто получит руку королевы. Один мужчина делал ставку на жениха из Рассветного Двора, другой – на жениха из Цестилла Карадока. Удивительно, что они прислали своего кандидата – королевство на западе было почти таким же закрытым, как и королевство эльфов. Но мужчина со светлыми волосами, считавший, что победит Цестилл Карадок, сказал, что дело в эльфийской крови жениха. К тому же, он был принцем, а не простым герцогом.