– Так, а это что такое? – спросила мама, смотря в свой телефон. – Почему мне учитель говорит, что ты физику прогуливаешь? Это что такое вообще? Ты работу так же прогуливать будешь?
– А учитель не написал, насколько хорошо у меня по литературе, по русскому?
– Мне по физике интересует. По русскому у тебя понятное дело все хорошо. Так, что по физике задавали?
– Ничего.
– Не верю. Ну-ка покажи дневник.
Леша был уже сильно раздражен, он с силой тыкал по клавишам компьютера, набирая в поиске: «электронный журнал».
– Ну вот, читать параграф 23-24. Давай, учи. Потом мне сдавать будешь.
– Да ты сама в физике ничего не понимаешь, как я тебе сдавать то буду?
– Ничего, объяснишь. Вот и посмотрим, как ты материал понял.
Мама вышла из комнаты, но Леша не собирался открывать учебник. Во-первых, в физике он никогда ничего не поймет, а во-вторых, точно не сможет объяснить маме, что значит тот или иной закон. Вместо учебы Леша включил компьютер и начал искать новый фильм для просмотра. Много, что Леше не нравилось в подборках. Тогда он забил в поиске: «лучшие вузы для режиссера и как туда поступить?». Браузер выдал ссылку на сайт одного вуза, где подробно расписывалось, что нужно, чтобы пройти все вступительные экзамены и оказаться на факультете режиссуры. Какие-то справки, грамоты и сценарий. Последнее озадачило Лешу. Как писать сценарий? Вроде бы столько фильмов пересмотрел, а как пишут историю к нему непонятно. Может быть, Ева подскажет? Она все-таки на актерский факультет поступала…
Леша уже жалел, что вернулся домой. Надо было еще задержаться в кофейне, куда спешить? Там ведь так хорошо было, никто не гнал, с Евой бы посидел, поговорил. А теперь…
Но Леша полез снова в поиск, искать, как писать сценарий. Но тут в комнату вошла мама.
– Это ты так физику решаешь? – гневно спросила мама и подошла к компьютеру, нажала на кнопку и выключила его.
– Ты что делаешь?
– Физику решай! Потом будешь фигней страдать!
– Его осторожно надо выключать.
Мама вышла из комнаты, хлопнув дверью.
Леша уже окончательно потерял желание хоть что-то делать по учебе. А зачем? Кому это надо? Главное, экзамены хорошо сдать, чтобы поступить. А физику Леша все-равно сдавать не будет. Труды и хорошие отметки не поощряются, а если и поощряются, то не так яро, как наказывают за неуспеваемость. Сидеть на каждом уроке изо дня в день, записывать всю ерунду, которую сонно диктует учитель. Все равно ты забудешь все, что записал сразу после звонка, а на контрольных все равно все списывают. Кроме Димы. Но он живет слишком ужасной жизнью, чтобы брать с него пример. Ни друзей, ни в врагов, все стороной обходят, только списать просят и все, а он слишком стеснительный, чтобы попросить помощи в ответ. Хотя чем наши одноклассники могут ему помочь?
Да и как маме объяснить, кем Леша видит себя в будущем и чем, конкретно сейчас, он хочет заниматься? Не поймет. Может быть, одобрит, но скажет: «Это, конечно, хорошо, но про учебу тоже нельзя забывать, как ты на режиссера поступишь?». Вот только получиться, что оценки, может и подтяну, но хорошего режиссера не выйдет. Возьму, так сказать, от всего по не многу.
Леше ничего не оставалось делать, кроме как взять учебник и учить. Учить пока не уснет прямо на столе или не выучит вопреки всему.
Спустя полчаса формулы в голову кое-как залезли, но понимания не прибавилось.
– «Пойду сдавать», – решил Леша. – «Делать все равно нечего».
– Я выучил. – сказал Леша маме, придя на кухню.
– Подожди, Леш, не до тебя, – сказала мама, кормя младшую сестру Леши. – Все сделал?
– Да.
– А по остальным предметам?
– Тоже все.
– Ну иди погуляй пока.
От таких слов Леша даже немного проснулся, оделся и убежал на улицу. Леша сразу побежал в кофейню. У него был неотложный разговор к Еве. Тем более, может, они сегодня даже в кино сходят.
Выйдя из двора, Леша увидел подъезжающий к остановке автобус, который его отвезет прямо на Дубровскую. Он побежал со всех ног. Зайдя в автобус, Леша увидел толпу гопников, один из которых занял место кондуктора.
– Мужчины, я говорю, расплачиваемся за билет! – нервно говорила женщина-кондуктор. Она явно себя сдерживала, видимо, их боялась. Но факт в том, что она не говорила с ними на равных.
– Чем? У меня только сиги, – сказал один из них, остальные засмеялись конским смехом.
– Вот молодежь пошла! – воскликнула одна пожилая женщина, вставшая на защиту кондуктора.
– Да не говорите! Ужасное поведение! – сказал гопник саркастичным голосом. Его дружки тоже посмеялись.
– Да я сейчас милицию вызову! – сказал кондуктор.
Никто, кроме кондуктора и пожилой женщины, не обращали внимание на дебоширов, пытаясь абстрагироваться. Леша, может быть, и хотел помочь, но, увы, ни сил, ни связей, ни авторитета у него не было. Пришлось ехать и смотреть в окно, где на билборде была фотография одного кандидата с надписью: «Верим в молодежь!». Да, верим, только нашей веры она не заслуживает.
Приехав на Дубровскую, Леша вышел из автобуса с непривычно грустным лицом. Обычно, он был полон положительных эмоций, приезжая сюда. А сейчас – наоборот. Только зайдя в кофейню и увидев Еву, Леша слегка улыбнулся и расслабился. Он в кофейне, с Евой, это его зона комфорта, где он может чувствовать себя в безопасности и расслабиться.
– Привет! – встретила Лешу Ева с привычной для себя широкой и искренней улыбкой. – Что такой грустный? Несчастная любовь?
– Да не, просто дома проблемы не большие, – вяло ответил Леша. – Ничего особенного.
– Ладно, садись за столик, сейчас приду, поговорим.
Леша пошел и сел за свой любимый столик в углу зала, где Леша мог видеть всех посетителей кофейни. При этом, она сам находился в некой «изоляции».
– А вот и я! – сказала Ева, неся с собой две большие чашки кофе.
– Я не заказывал. У меня денег нет, – сказал Леша.
– Да не волнуйся ты! Мне кофе можно наливать сколько угодно. Мне и моим друзьям. Меня все равно не штрафуют.
Было очень приятно услышать, что Леша стал для Евы другом. До этого Леша таковым себя не считал.
– Ну что, Алексей, – сказала Ева с некой долей артистизма и сарказма. – Мы идем сегодня на картину «Ла Ла Ленд»?
– Давай завтра? – сказав Леша, понимая, что ему нечем платить за билет.
– Я заплачу. Ты же уже его видел, а позвала тебя я, значит я и плачу, – сказала Ева и несколько успокоила Лешу. – У меня сегодня зарплата.
– Да не, – начал отговаривать Еву Леша. Он, конечно, хотел пойти второй раз на «Ла Ла Ленд». Тем более бесплатно.
– Ой, какие мы скромные, – снова саркастически пошутила Ева. Она начала уже смущать Лешу. – Может тебе десерт какой-нибудь принести?
– А можно?
– Ну конечно! Слушай, если что-то хочешь – говори, спрашивай. Не стесняйся!
Ева встала из-за стола, пошла к прилавку и принесла два больших куска чизкейка.
– Кушай! Приятного аппетита.
Леша начал за обе щеки есть десерт, забыв про Еву.
– Вкусно? – спросила Ева, слегка хихикая над Лешей.
– Угу, – с полным ртом ответил Леша.
– А волшебное слово?
– Пожалуйста! Ой, спасибо.
Ева снова посмеялась. Кажется, она все-таки смеялась не потому, что Леша был смешон, а потому, что смех был неким располагающим к себе жестом. Смеясь, она не вкладывала в это какой-то элемент издевки, смеялась она, скорее, от некого нелепого очарования Леши.
– Ну что, будущий режиссер, фильмы смотришь?
– Ага, только их и смотрю, больше нечего делать.
– А на счет своих фильмов не думал?
– В смысле? – от такого вопроса Леша резко перестал жевать и посмотрел на Еву, как будто бы он ее сильно подвел.
– Ну, ты бы не хотел снять свой фильм?
– Как?
– Как? Ну, для начала понять свои силы. На что ты способен, что у тебя есть, какие ресурсы для твоего фильма…
– То есть ты хочешь сказать, что я должен свой фильм снять? – перебил Еву Леша.
– Я не говорю, что ты должен, я спрашиваю о желании что-нибудь снять. Есть желание?
– Да я как-то об этом и не задумывался.
– А, ну, значит режиссер пока что не родился. Пока что еще формируется.
– Подожди, а как ты это представляешь?
– Съемку фильма?
– Да.
Ева непонимающе посмотрела на Лешу. Они как будто говорили о разных вещах.
– Ну, допустим, у тебя появилась какая-то идея. Ты хочешь ее реализовать. Пишешь сценарий, находишь актеров, камеру, планируешь локации и время съемок и все! Идешь снимать свой шедевр. Конечно, ты не можешь сразу снимать блокбастеры, но вот какой-нибудь маленький фильм про маленьких людей сможешь забабахать.
– А у меня получится?
– Если захочешь – получится.
– А ты не хотела бы сняться в моем фильме, если у меня все будет готово?
– Господи, да я с радостью! Ты только сценарий напиши и камеру найди, я все сделаю. Если нужна будет квартира – будем у меня снимать.
– У тебя своя квартира?
– Я с подругой снимаю.
– Я думал, ты с родителями живешь.
– Я в детдоме выросла, – непривычно холодно сказала Ева. Явно не в своей манере.
Лешу ответ Евы как будто полоснул лезвием.
– Ой, извини… – робко сказал Леша и опустил голову.
– Ничего страшного, ты же не знал, – сказала Ева и слегка дотронулась до Леши.
Ева и Леша все больше и больше узнавали друг друга. Темы для разговора становились все разнообразней. Ева спрашивала Лешу обо всем. Что он любит делать в школе? С кем он дружит? Какой у него самый любимый актер и тд.
– Слушай, а какие девушки тебе нравятся? – неожиданно спросила Ева. Леша был не готов к такому вопросу и попытался как-то съехать.
– Ну, не знаю. А тебе зачем?
– Ну, мы же вроде как друзья, а я о тебе ничего не знаю, все я рассказываю о себе, из тебя ничего не вытянешь. Ну так что, какие? Пухленькие, да? – пошутила Ева. – Или постарше?
– Не, да я и не знаю сам. Но точно не нравятся те, что учатся со мной в классе, они какие-то тупые.
– Что, задачу по математике решить не могут? – пошутила Ева.
– Да они какие-то странные, постоянно молчат, музыку дебильную слушают, с быдлом каким-то общаются.
– Постоянно молчат? А ты сам с ними пробовал заговорить, чтобы они хоть что-то сказали?
– Да я даже не знаю, что у них спросить. Им ничего не интересно! Они тупые! Они никакие, понимаешь?
– У… Знаешь сколько я таких людей встречала? Они никогда не поменяются. Если только в худшую сторону. Человек должен мыслить, о чем-то думать. Постоянно. Я так считаю.
– Да, согласен.
– А что за музыку слушают?
– Я даже исполнителей таких не знаю.
– А ты сам, какую музыку слушаешь? Какого автора?
– Никакого. Бывает, у одного автора одна песня хорошая, а вторая – говно. Слушаю только те, что понравятся.
Разговоры с Евой были для Леши неким спасением. Пришел на час в кофейню, поговорил и уже чувствуешь себя по-другому. Как будто с каким-то родственником поговорил. Конечно, с дедом тоже было интересно поговорить. Но с Евой совсем другое. Она ведь почти ровесник Леши, по крайней мере, во взглядах.
Леша просидел в кофейни до самого вечера, пока Ева не закончила работать. Но это время пролетело для него незаметно. Он сидел в углу, наблюдал за посетителями. Все по-разному выглядели, по-разному одевались, но одевались все хорошо, по-разному себя вели и говорили. Где-то сидели друзья, где-то парень и девушка, где-то деловые коллеги. Но все эти люди производили максимально приятное впечатление. Леша даже не подозревал, что в Апановке есть так много интеллигентных и приятных людей. Конечно, он не знал их всех лично, но они создавали приятное впечатление.
Уже светало, Ева заканчивала свою работу, однако, клиенты в кофейне еще были. Ева вытирала кофейный аппарат, пустые столики и прилавок. Глядя на нее, Леша думал: «Сколько в мире еще таких людей как Ева? Которые не реализовались и теперь работают, чтобы выжить, чтобы существовать?». Но больше этого Лешу волновал только один вопрос: «Как ему самому избежать такой жизни и работы ради зарплаты?».
– Маш, я пошла! – крикнула Ева своей напарнице.
– Ну ты как всегда, блин, – сказала Маша.
Ева и Леша вышли на улицу. Ева достала из сумки сигареты, зажигалку и закурила.
– Ты не говорила, что куришь, – заметил Леша.
– Ты не спрашивал, а я это не афиширую.
– А почему начала?
– А ты сам, не куришь?
Ева каким-то образом могла, практически, «читать» Лешу насквозь.
– Сначала интересно попробовать. Потом эффект опьяняет, хочется еще и еще. И в итоге, ты подсаживаешься.
– Странно, но от тебя даже не пахнет.
– Спасибо за такой необычный комплимент, – сказала Ева и улыбнулась. – Духи использую.
Ева и Леша не спеша двинулись в сторону кинотеатра. Ева спрашивала у Леши особенности фильма, но просила не раскрывать сюжет. Это было очень сложно для Леши, он не мог рассказывать без спойлеров.
– Тебе надо учиться рассказывать о фильме, не раскрывая его сюжета. Это тебе очень понадобиться, когда ты будешь просить деньги на свой фильм у продюсеров. О чем вообще снимать будешь?
– Не знаю, у меня пока и идеи то нет…
– Ну ты начинай думать уже. Как ты будешь снимать со мной фильм без сценария?
– Я даже не знаю как сценарий пишется.
С каждой своей фразой Леша понимал, что снять фильм в ближайшее время он точно не сможет. Нет ни идеи, ни сценария, ни… КАМЕРЫ!
– Блин, а на что мы снимать будем? У меня и камеры нет. А у тебя?
– Нету.
– Блин, а на что снимать тогда? На телефон?
Всю дорогу Леша думал только об одном. И только придя в кинотеатр и купив билеты, Леша чуть-чуть расслабился. Ева купила один большой поп-корн на двоих, и вместе с Лешей она жевала его перед фильмом.
Леша смотрел по сторонам, вокруг были семьи или пары. Леша не понимал, как они с Евой смотрелись со стороны.
– Слушай, а фильм во сколько заканчивается? – спросил Леша.
– А что, тебе не терпится удрать от меня? – с ухмылкой спросила Ева.
– Да не, просто я думаю, во сколько я приеду домой.
– Ну, до десяти, я думаю, успеешь…
Леша все смотрел по сторонам, оглядывался, нервно смотрел на часы, заглядывал в телефон.
– Леша, – обратилась Ева и вернула Лешу «на Землю». – О чем ты сейчас думаешь?
– Какой-то странный вопрос.
– Ну, просто ты какой-то нервный, смотришь по сторонам, в телефон, меня не замечаешь.
– Прости, просто ты начала говорить про сценарий, я понял, что его у меня нет. Я даже не знаю, как его писать.
– Ну, я тогда расскажу тебе, как пишется сценарий к фильму, чтоб ты не волновался.
Ева отодвинула в сторону поп-корн, взяла пару буклетов и разложила на столе.
– Вообще, при построении сценария, нужно придерживаться определенной схемы, но это не для тебя, – Ева смахнула буклеты на землю. – Я поняла, что ты не можешь придерживаться каких-то рамок. Это просто тебе не даст думать. Поэтому, для тебя сейчас самое главное – это писать про то, что ты знаешь, что чувствуешь, с чем сталкиваешься. Понимаешь?
Леша кивнул.
– Создай главного героя, похожего на себя, чтобы ты понимал, как он будет поступать, что делать и тд.
Леша продолжал слушать Еву, поедая поп-корн. Ева была, наверное, единственным человеком из окружения Леши, которого он мог слушать весь день. Ева – это такой тип человека, который может говорить все, что он хочет и при этом держать на себе внимание аудитории.
– Сценарий будем писать с тобой вместе, а пока расслабься. После фильма можешь прийти домой и написать историю к сценарию. О чем он будет? Какие герои там будут? Сможешь?
– Думаю да.
– Блин, мне так не хочется говорить с тобой в такой манере. Я как будто училка какая-то.
– Ты что? Наоборот, никакую другую училку я бы не стал слушать так же, как и тебя.
– Я хорошая училка? – спросила Ева со смехом.
– Ну да.
– Ну спасибо. – засмеялась Ева.
– Просто ты так интересно рассказываешь.
Ева и Леша пошли на фильм. Уже в очереди перед залом Леша заметил, что на фильм идут одни парочки. Все держаться за руки и целуются. Леша тоже бы хотел оказаться здесь со своей девушкой, а еще лучше, если бы его девушкой была Ева. Но это нереально. Леша пытался выгнать эти мысли у себя из головы.
Весь фильм Леша не мог расслабиться и наслаждаться фильмом как произведением искусства. В этот раз он просматривал его чисто технически, часто поглядывая на Еву и отслеживая, что он делает, куда смотрит, может быть тоже на него?
Когда на экране начинались танцы или когда актер и актриса целовались, Леша смотрел на Еву, но очень аккуратно. На дай Бог, она отведет взгляд от экрана и посмотрит на Лешу. В зале все сидели в обнимку. Лешу это сильно раздражало. Раздражало, что Ева с ним смотрит фильм как друг.
– Блин! Такой классный фильм! – восхищалась Ева после выхода из зала. – Спасибо, что посоветовал, если бы не ты, я бы на этот фильм так и не пришла. Умеешь ты все-таки фильмы выбирать.
Леша шел, погруженный в свои мысли, он отвечал Еве на ее редкие вопросы очень сухо и бессвязно. Сам того не заметив, Леша подошел к своей остановке.
– Тебе на эту остановку? – спросила Ева.
– А? – очнулся от своих мыслей Леша. – Да, на эту.
– Ну ладно, тогда пока, мы не другую сторону.
Ева обняла Лешу и поцеловала в щеку.
– Давай, до встречи! – сказала Ева и начала переходить дорогу.
Леша смотрел ей вслед. Он хотел еще обнять ее, подержать подольше, но увы…
Леша думал о том, как мало он поговорил с Евой. Ему было мало целого дня, которого он с ней провел. Леше очень не хотелось возвращаться домой. Очень хотелось покататься на автобусе подольше, но приехав на свою остановку он снова вернулся в свою «реальность».
Леша шел с остановки до дома медленным мелким шагом, обходя дом длинным путем. Когда Леша зашел домой, он застал очередной скандал. На этот раз, дома была бабушка.
– Господи, ну как так можно то, а? – возмущалась бабушка на весь дом. – Только повысили и тут же оштрафовали. Охломон какой-то! Рога бы ему поодшибать!
– Да, давай, поодшибай, только толку никакого! – кричала мама.
Надо же, так громко, так долго и яростно кричать, при этом, не приводя свои разговоры ни к какому логическому завершению! Это надо уметь.
Леша зашел в комнату, где все равно были слышны голоса мамы и бабушки. Когда они кричали, то часто не замечали никого вокруг. Сейчас ругаются на счет Вадима, а через полчаса будут кричать друг на друга не понятно из-за чего. Кричат, кричат, но никак не могут решить проблемы, создавая при этом новые.
Леша попытался начать писать историю к своему сценарию, но никак. Порой казалось, что историю уже родилась, но потом она разбивается о реалии. Нету столько актеров, нету средств и тд.
– «Пиши про то, что знаешь!» – вдруг всплыли слова Евы у Леши в голове.
А про что писать? Про жизнь неудачного школьника в маленьком городе в бедной семье? Да кто будет такое смотреть? Где сюжет?
Написание сценария затруднялось тем, что Леша не мог отогнать от себя мысль, что ему нужна камера для съемок. На что снимать то? Сценарий то напишу, и что? На что снимать будем? Где камеру брать?
Леша отложил написание сценария на потом и лег спать. Больше ничего не оставалось делать.
Глава 11
На следующий день Леша сидел в кофейне и разговаривал с Евой по поводу идеи для сценария.
– Блин, у меня ничего в голову не лезет, – говорил Леша. – То идея слишком сложная для реализации, то слишком много актеров в фильме, то вообще какая-то фигня в голову лезет.
– Ну хорошо, попробуй написать историю к фильму по мотивам какого-то произведения, – предложила Ева.
– Может готовый лучше взять?
– Почему готовый?
– Да не хочу я ничего писать, это сложно, я снимать хочу, понимаешь?
– Ну хорошо, если ты так не хочешь, то заставлять не буду, ищи готовый сценарий, – с неким разочарованием сказала Ева.
– Я лучше пока что подумаю, где достать камеру, – сказал Леша, чтобы немного ее приободрить.
– Хорошо. Но, Леш, я тебе говорю, если ты хочешь стать режиссером, то тебе необходимо научиться писать сценарии. Этот фильм мы снимем по какому-нибудь готовому сценарию, но потом ты должен…
– Да, я понял. Ну я просто хочу уже побыстрее начать снимать, – сказал Леша.
– …должен научиться их писать.
– Зачем? Это же сценаристы делают, сценаристы пишут истории к фильмам.
– А вдруг тебе что-то где-то не понравится? Придется переписывать прямо на съемочной площадке.
– Мне? А почему не сценарист этим занимается?
– Блин, почему ты так любишь перекладывать ответственность на других?
– На мне и так слишком много ответственности, – сказал Леша. – Нужно облегчить себе жизнь. Ответственность за тебя, за твою карьеру актрисы.
– Что? За меня? – засмеялась Ева.
– Ну да, я же этот фильм снимаю для тебя, чтобы о тебе узнали, – ответил Леша с некой наигранностью.
– Ну да, потом когда будешь «Оскар» получать обо мне даже не вспомнишь.
– Почему это?
– Потому что ты безответственный, – сказала Ева с улыбкой и ушла.
У Леши в голове это фраза осталась надолго. А может действительно нужно написать сценарий самому? Почему он убегает от этого? Это же такая же работа режиссера, как и сами съемки.
Леша сильно не хотел расстраивать Еву своей безответственностью. Нужно написать сценарий специально для нее. Чтобы ей даже играть не пришлось. Снять фильм про Еву, только имя главной героине поменять и все.
– Ладно, Ева, я пошел! – крикнул Леша Еве и помахал рукой.
– Пока! – сказала Ева, широко улыбнувшись и послав воздушный поцелуй.
Придя в школу и поднявшись на второй этаж, Леша увидел класс, толпившийся вокруг кабинет, где проходил урок. Леша подошел поближе и увидел в центре Сизого, который чем-то красовался.
– Офигеть! – восклицали одноклассники. – Где взял?
– Оригинал? – все дружно спрашивали. Непонятно, для чего был этот дибильный вопрос. Его задавали, когда видели новую одежду, телефон, сумку и тд.
– Конечно! – говорил Сизый. Конечно это был не оригинал. В нашем городе никто не продавал ничего оригинального. Никем это не ценилось, никак не проверишь, да и денег ни у кого не было. А у кого были, те не стали бы тратить их на какой-то бренд.
Леша сделал вид, что ему наплевать на новую покупку Сизого и зашел в класс.
Прозвенел звонок, все начали рассаживаться. Сизый сел рядом с Лешей, хоть они уже давно не сидели вместе.
– Видал? – показал Сизый свои часы. – Сходил на дело, а на следующий день купил.
– Оригинал? – саркастично спросил Леша.
– Конечно!
– Оригинал за 10 тысяч рублей?
Сизый не ответил.
– Ты что, все 10 тысяч на часы потратил?
– Нет, я цветы еще подарил, – хвастливо заявил Сизый.
– Кому?
– Кристина, телка из техана, где Перец учиться.
Леша фыркнул.
– Что ты фыркаешь? Ты ее не видел просто. Кстати, я в киношку с ней иду на выходных.
– А что делали то вообще?
– Да ничего особо, просто перевезли что-то из города. Нам сразу же заплатили. Кайф!
Сизого теперь было не отличить от тех пацанов, что были на вечеринке. Понтуется дорогими покупками на последние и единственные деньги, понтуется женщинами, которые ничего из себя не представляют.
Леше было обидно. Обидно, что Сизый связался с такими людьми и посвящает им все свое время. А еще обидно было, что у Сизого деньги есть на какие-то побрикушки, а у Леши на камеру нет.
– Слушай, а Перец еще работы не подкидывал? – аккуратно спросил Леша. Но Сизый сразу все понял и заулыбался.
– Ну пока нет, а что, хочешь с нами?
– Да мне просто деньги нужны, – оправдывался Леша.
– Ладно, у каждого свои причины. Ну как Перец мне сообщит я скажу.
Леше абсолютно не хотелось идти на какие-то «дела» с Перцем, но камера ему нужна позарез. Он теперь снимает фильм не для себя, а для Евы. Для нее это очень важно. Пусть она этого не показывает, но Леша все понимает. Для него будет делом чести дать Еве возможность почувствовать себя актрисой.
– Кажется, я знаю, где я могу достать деньги на камеру, – сказал Леша, придя после школы в свое любимое место – в кофейню к Еве.
– Да? Откуда, если не секрет? – спросила Ева.
– Друг предложил работу. Он сам на часы себе заработал.
– Нифига себе! Да ты и не на одну камеру там можешь заработать!
– Ой, да у него часы за 10 тысяч.
– Ну, знаешь, часы это часы. Какие ни были бы. Тем более, что он школьник. А как история к фильму?
– Ну, истории пока нет. Но я понял, о чем будет фильм.
– О чем же?
– О тебе!
– Что? Обо мне? – удивилась Ева. – И что обо мне можно снимать? Как кофе готовить?
– Да в принципе, твою историю. Как ты работаешь, какая у тебя мечта, что ты ради этого делаешь и тд. Тебе даже играть не придется.
– Так парадокс в том, что актриса, как раз таки, должна играть. Зачем я тогда нужна?
– Ну, я для тебя специально драматическую сцену напишу, если хочешь.
– Давай! Чтобы со слезами?
– Как хочешь! Я у вас тут сяду, буду писать, хорошо?
– Ну давай, Тарантино, твори!
Леша сел на свое любимое место в углу, достал ручку и блокнот, Ева принесла кофе.
– Для вдохновения. – сказала Ева и улыбнулась. На пенке было нарисовано сердечко.
– «Даже пить жалко», – подумал Леша.
Леша долго записывал в блокнот любые мысли, идеи, которые приходили к нему в голову, но все казалось каким-то «не таким». Для Евы надо что-то особенное. Что-то что покажет ее как актрису полностью. Что-то что покажет ее душу, может будет в какой-то стипендии биографично. Ну конечно! Надо написать историю под нее. О ней, грубо говоря.
Леша сидел и писал до самого закрытия кофейни. Но потраченное время стоило того. Маленькая предыстория вмещалась на двух страницах блокнота, но она того стоила. Стоила и времени и затраченных сил и бумаги.
– Леша! Это про великолепно! – сказала Ева чуть ли не со слезами на глазах, от радости. Ева в принципе была очень эмоциональным человеком. – Я даже боюсь в таком играть, вдруг все испорчу.
– Ой, перестань. Я специально для тебя писал. Никто, кроме тебя, так же хорошо как ты не сыграет.
Еве это очень польстило, она вся покраснела.
– Ой, уже почти десять! Как ты домой то поедешь?
– Да поймаю какой-нибудь автобус, они еще ходят.
– Ага, сейчас же! Я тебе такси закажу. Непонятно кто в автобусах ездит в такое время.
Ева полезла в телефон искать номер такси.
– Ах, слушай, – как всегда эмоционально обратилась Ева. – Можно я с собой возьму, почитаю.
– Ну конечно! Стало быть, мне нужно искать деньги на камеру?
– Ой, ну ты уже весь в съемках. Ну ладно, можешь. Кстати, а это не опасно?
– Что?
– Ну твоя работа.
– Да нет, – сказал Леша, плохо скрывая ложь.
– Алло, такси? Можно машину на ближайшее время?
Ева вышла проводить Лешу до такси, перед этим дав ему свой номер.
– Звони, если что. Я тебе смс-ку скину, мнение выскажу по поводу твоей идеи.
– Так ты же уже сказала все.
– Ну мне хочется еще тебя похвалить.
Ева обняла Лешу, поцеловала в щеку и потрепала по голове.
Уезжая на такси, Леша махал рукой в след Еве, ему так не хотелось уезжать домой из этой кофейни. Казалось, что его дом теперь – это кофейня, где работает Ева.
Мама стояла у раковины и мыла посуду. Она была одета в старый халат. Волосы были растрепаны и завязаны в неопрятный пучок. Сестра сидела за кухонным столом и рисовала разноцветными карандашами большой рисунок.
– Мам, смотри, я нарисовала нашу семью, – сказала маленькая девочка и показала маме рисунок, где была изображена мама, Леша и сестра. – Нам в детском саду задали. Смотри, вот это ты.
Мама, нервно теревшая стакан, обернулась и на ее лице сразу же появилась скромная улыбка. Раздражение и злость ушли на второй план. Сейчас была только маленькая дочка и ее рисунок.
– А где дядя Вадим? – спросила мама.
– Сказали нарисовать мою семью, а дядя Вадим не моя семья, – сказала сестра.
Мама никак не могла с этим поспорить. Возможно, мама и сама это понимала. Вадим никогда не принимал участие в воспитании маленькой дочки.
Тем временем, дверь в квартиру открылась и зашел Вадим. Пьяный, в грязной форме. Мама выбежала из кухни, чтобы встретить мужа. Увидев его, мама сразу остановилась и посмотрела презрительным взглядом.
– О! Любовь моя, а я отмечал день рождения товарища, – сказал Вадим.
– Иди быстрее в зал, чтобы дочь не увидела.
– А где она? Пусть встретит родственника, не чужие друг другу люди.
– Да ложись ты уже! Проспись, – сказала мама, закрыла дверь в зал. – Дал же Бог мужа такого. Что ни праздник – в щи.
Мама вернулась на кухню, где маленькая дочь старательно разукрашивала маме платье, рисовала ей густые вьющиеся волосы. В тот момент, мама как будто оказалась в другом месте. Все остальные вещи стали для нее абсолютно бессмысленными. Один вид дочки, которая тщательно рисует «свою семью» заставляет забыть обо всем и почувствовать себя счастливой.
– Ой, доченька, только ты маму радуешь, – сказала мама и поцеловала дочку в лоб.
– Когда ты будешь старенькой, ты не будешь работать. Я куплю тебе дом с собачками, а ты будешь с моими детьми и со мной там жить, – сказала дочь.
У мамы по лицу прокатилась небольшая слеза.
В двери снова послышался звук вставляющегося ключа. Это Леша пришел домой и пытается тихо пройти в свою комнату.
– Так, я не поняла, – сказала мама, выйдя из кухни и вытирая руки полотенцем. – Где мы шляемся в такое время, а? У тебя уроки сделаны?
– Да, – сухо ответил Леша, снимая куртку.
– Что ты врешь опять мне? Я видела, у тебя по физике сплошные двойки. Почему мне учитель звонит и говорит, что ты на уроки не ходишь?
– Не знаю, хожу я.
– И кому мне верить?
Леша снял куртку, ботинки и пошел в свою комнату, уходя от разговора. Ему хотелось поскорее закрыться от всех, но быстрого разговора с мамой не получится.
– Ты мне скажи, вот куда ты ходишь в такое время? – продолжала мама. – Мне тебя как малолетку что-ли контролировать? Уроки сделай и иди гуляй, нет, так ты и уроки не делаешь. Мало того, ты еще и в школу не ходишь.
– Да сделаю я сейчас все, что ты лезешь?! – не выдержал Леша и вскрикнул. – Прихожу, а ты орешь постоянно.
– Ты мне поори еще тут! Нашелся, самый умный. Шляешься непонятно где, даже про школу забываем. Так и прошляешься всю жизнь.
– Да сейчас я все сделаю, – сквозь зубы сказал Леша.
– Подумай лучше, куда поступать будешь? На слесаря или сварщика просто так не возьмут.
– А что, мне только на слесаря и сварщика можно?
– А куда еще с такими оценками возьмут? Я не потяну тебе платное образование.
Мама ушла, оставив Лешу наедине с его мыслями. Вбросив мысль о том, что «она не потянет платное образование». Леша забыл все свои мысли и переживания о том, как снять фильм? На что снимать? Какого персонажа для Евы сделать? Это было настолько вторично, что можно было навсегда забыть. Какая разница, что ты хочешь снимать, если ты без образования? Какая разница, какие у тебя мысли и идеи, если ты без диплома?
Либо забудь обо всем, чтобы все время посвятить учебе, как Дима. Либо плати. Все, других способов поступить – у Леши нет. И то, Леше повезет, если он хотя бы здесь на кого-нибудь поступит. А если в Москву?
Эти мысли загнали Лешу в тупик, на самое дно. Только сейчас он понял, насколько у него мало шансов. И история Евы уже не кажется такой далекой. Возможно, и Леша будет так же, стоять у кассы, и продавать кофе.