– Я знаю точно, что падальщики периодически утаскивают заключенных под землю, и всем об этом известно.
– Может, это всех устраивает?.. Учитывая, что здесь содержат преступников, существование диплоков, возможно, помогает контролировать численность заключенных. О тех диплоках, что имеют более высокий уровень развития, думаю, они и не догадываются, – предположила девушка.
– Почему сотрудники колонии не заразились, если вирус настолько смертоносный? – вопрос не давал мне покоя.
– Заражение возможно до сих пор, но вирус мутировал. Теперь, чтобы заразиться, он должен попасть сразу в кровь. Однажды я отбила у диплоков одного беглого. Не знаю, жалко ли мне его стало или просто захотелось с кем-то поговорить. В общем, его укусили, причем повредили артерию, а через сутки он пытался сожрать меня. Пришлось прикончить парня. А он был очень симпатичный, – с искренней досадой закончила она.
– Поэтому ты так тщательно меня обследовала?
– Мне пришлось долго убираться дома после того парня. Не хочу повторения.
Я поежилась.
– Когда началось строительство, почему ты не связалась с рабочими, чтобы выбраться отсюда?
– Это уже давно не является моей целью, – твердо сказала Эм.
Я с удивлением покосилась на нее.
– О чем ты?
– Я никуда не уйду, пока не достану Кая, – и столько ненависти прозвучало в ее словах.
Глава 21
– Черт возьми! – внезапно вскричала Эм, вскакивая.
Я среагировала мгновенно, оказавшись рядом с ней. Она уставилась на часы.
– Что?
– Пошли! Быстро! Надо попасть в бункер до прилива!
– Хорошо!
– Прилив уже начался! – на бегу крикнула девушка.
Мы вывалились в дверь, но она тут же схватила меня за куртку.
– След-в-след за мной! – коротко бросила Эм и рванула в сторону, откуда мы пришли ранее.
Я последовала ее примеру, стараясь подражать всем движениям. Силы вернулись ко мне, и я, подгоняемая страхом, бежала, практически наступая ей на пятки. Сумерки застилали небо, Эм чертыхалась, но, как бы мы ни старались, вода опередила нас, заполнив пещеру и преградив путь к надежному убежищу. Девушка тяжело опустилась на камень, еще раз выругавшись, оперлась локтями о колени и уставилась в землю недовольным взглядом.
– Столько лет осторожности!… – злобно выдавила она. – А теперь из-за болтовни мы в опасности!
– Может, нам вернуться и укрыться в доме, – неуверенно предложила я.
– Мы не можем вернуться туда ночью.
– Почему? – удивилась я.
– Если я ошибусь, в лучшем случае, нас обнаружат колонисты, в худшем, мы подорвемся на мине.
– Хочешь сказать, что только-что водила меня по заминированному полю? – ужаснулась я.
– Как думаешь, для кого оставили такой привлекательный кусочек сладкого оазиса на острове смерти? – ехидно бросила Эм.
– Люди из колонии? Но зачем?… Чтобы убить диплоков? – предположила я.
– Скорее, чтобы избавиться от возможных непрошенных гостей или поймать сбежавшего заключенного. Разве сможет кто-нибудь пройти мимо такого места.
– Но ведь ты так спокойно передвигалась там!
– Не забывай, я здесь четырнадцать лет и хорошо изучила остров. Когда они обустраивались, никто даже не заметил, что я наблюдала за всеми их действиями, начиная со службы зачистки. Эти люди точно знали, что есть опасность бактериологического заражения, поэтому работали в костюмах и опрыскивали здесь все каким-то веществом. Думаю, оно стерилизует или, может, нейтрализует действие вируса. Я чуть не сдохла от этого дерьма, которым тогда пропиталось все вокруг. Ведь мне-то никто не подумал захватить костюмчик. Почему, как ты думаешь, они сравняли с землей все строения, кроме этого уголка острова? Затем установили камеры, датчики и растяжки на пути к домам. Здесь я и выловила своего предыдущего приятеля. А теперь хватит разговоров. В последнее время диплоки активировались, поэтому мы должны пробраться в бункер до наступления ночи.
– Но как?
– Есть еще проход со стороны шахты. Тот самый, через который мы зашли, когда только встретились.
– Шахты? Где живут диплоки?
– Струсила? – хмыкнула девушка.
– Да я просто в ужасе, – подтвердила я.
– На самом деле, в ночное время я стараюсь не высовываться, потому что их активность, и, как следствие, численность в этот период суток возрастает.
Меня передернуло.
– Может, дождемся наступления утра где-нибудь в пещере? – меня перекосило от жалобных ноток в своем голосе.
– На улице опаснее. Помимо диплоков и колонистов, существуют еще и животные, обитающие на острове. Ты не заметила, что поселение было обнесено мощным забором? Поверь мне, тебе не захочется встретиться с обитателями местной фауны, – последние слова она договаривала уже удаляясь.
Я вскочила и кинулась за ней, непроизвольно исследуя взглядом окрестности на предмет заявленных опасностей.
– Что это за обитатели? – нервно спросила я и бессознательно повела плечами, почувствовав дрожь.
– Меньше знаешь, крепче спишь.
– Почему ты днем об этом не рассказывала?
– Как большинство всякой дряни, самая мерзкая выбирается из норы ночью. А теперь заткнись, если не хочешь, чтобы сюда сбежались толпы диплоков.
Некоторое время мы шли вдоль скалы. Затем свернули в углубление. Эм ловко подтянулась и пролезла в отверстие с виду природного происхождения. Я повторила ее действия, втискивая тело в дыру. Темнота сделала меня уязвимой, а шорох справа практически вверг в панику. В мои руки толкнулось что-то холодное и гладкое.
– Надевай, – шепнула Эм.
Я выполнила ее команду и почувствовала, как оцепенение спадает, оставляя только напряжение, натягивающее каждый мускул в теле для полной готовности отразить атаку.
– Эм, нет ли у тебя запасного оружия для меня? – с надеждой тихо спросила я.
– Ви, – она осуждающе цокнула, – понимаю, ты привыкла, что я спасаю тебя, но запомни, на этом острове срок жизни безоружного гораздо короче среднестатистического.
Послышался лязг металла о металл, и Эм осторожно вытянула из-за спины одну из катан. Она протянула ее мне:
– Примерно представляешь, как ей работать?
– Примерно, – я кивнула и взяла оружие.
Мне было стыдно спрашивать, куда я могу деть произведение боевого искусства, пока оно не понадобится, поэтому понесла его в руке. Благо, катана была закрыта насадкой и в случае падения не разделит мое тело на части.
– Осторожнее с ней. Работа восемнадцатого века, – буркнула она, удаляясь и разворачивая на ходу пергамент.
После очередного поворота на нашем пути Эм вновь остановилась, внимательно изучая карту. Я тоже пристроилась рядом, пытаясь вникнуть в маршрут.
– Мы здесь, – сжалилась она, ткнув пальцем в разлинованную чертежами бумагу. – Сюда мы должны прийти.
– Здесь же тупик, – не поняла я, стараясь отыскать вход в бункер.
– Конечно, тупик. Проход не указан на карте, потому что бункер секретный. Все документы, на которых он упоминался, я постаралась уничтожить. Почему, думаешь, я еще жива? Вот, запомни эти обозначения на случай, если потеряешься. Я дам тебе карту, когда мы вернемся.
– Спасибо, Эм. Без тебя я пропала бы, – сказала я искренне.
– Знаю, – самодовольно заявила она.
Я улыбнулась, теплая волна чувств к девушке захлестнула меня. Как давно не общалась с друзьями без того, чтобы примерять на себя роль другого человека. Да и друзей у меня в силу обстоятельств практически не имелось.
– Теперь мы точно должны заткнуться, если хотим добраться до дома, – строгим шепотом отрезала девушка.
Мы стали углубляться вниз. Потолок снижался, проход становился все уже. Несколько раз нам пришлось пролазить в щелевидные ходы. Я процарапала запястье и стукнулась затылком не менее пяти раз, причем последний был настолько ощутимый, что заболела голова. Становилось все холодней, кофты уже не хватало, чтобы сохранять нужный теплообмен в теле. Дрожь то и дело пробегала по нему, а зубы начали стучать, пытаясь согреть меня. Эм, казалось, чужды были любые проявления дискомфорта. Она шла вперед и монотонно преодолевала все препятствия, возникающие на пути. Перед тем, как исчезнуть в очередной дыре в полу, она прошептала:
– Соберись, Ви. Теперь будь осторожна.
Я кивнула и, вздохнув, нырнула за ней. Повиснув на вытянутых руках, я помотала ногами, осознавая, что до пола еще далеко. Эм дернула меня за штанину, призывая закончить пируэт. Я вытянула одну ногу дальше, крутанулась и спрыгнула вниз. Под ступней попался камень, который тут же провернулся под ней, имитируя ролик. Проехавшись на нем, я опрокинулась назад, успевая лишь подставить руки, но произведя при этом столь громкий шум, что эхо троекратно пронеслось под сводами пещер. Локти, впрочем, все же пострадали. Но это оказалось не главной моей проблемой.
– Ты в порядке? – Эм была уже рядом. – Скажи, что можешь идти. Иначе – нам конец. – Впервые я услышала в ее голосе искорки зарождающейся тревоги.
Я проворно вскочила, проверяя конечности. С абсолютно детской радостью осознала, что не повредила так необходимых сейчас ног и рук.
– Все хорошо, – с придыханием протараторила я. – Прости.
– Теперь надо бежать. Ты даже не представляешь, насколько хороший у них слух.
В доказательство ее слов в отдалении послышался звук рассыпавшихся камней. Мурашки побежали по телу уже не от холода, а от животного страха.
– Черт! Это оттуда! Придется пробираться в обход. Пошли, – и она стартовала, как лучший спринтер марафона.
А я не отставала, надеясь на фантастическую возможность, избежать сегодня встречи с падальщиками. Ужас мешал видеть ясно, и я практически сшибла с ног Эм, которая остановилась, как вкопанная, и в момент нашего столкновения доставала катану. Перед ней диплок – наконец дошла до меня причина ее заминки. От толчка оружие выпало из рук девушки и с праздничным звоном отлетело вперед на несколько метров. Пока мы поднимались, диплок сократил расстояние между нами до минимума. Оказавшись ближе к нему, в панике я выставила свою катану перед собой. Падальщик кинулся на меня, и за секунду до состыковки я поняла, что мое оружие все еще в чехле.
Он опрокинул меня на спину, навалившись сверху и брызгая отвратительной зловонной слюной. Его челюсти ходили около моего лица, отбивая чечетку зубами. Слюна текла мне на лицо и только благодаря очкам ночного видения я избежала попадания в глаза мерзкой жидкости. Катана оказалась зажата между нами, один ее конец я из последних сил держала руками, другой упирался в землю. Создавая между нами барьер, она преграждала путь падальщику и, удерживая его за шею, мешала клацающим зубам достать мое лицо. Похоже, он искренне не понимал, почему не может укусить меня. Самое время было мне что-либо предпринять, но ничего не лезло в голову. Ничего, кроме мерзкого каннибала.
Послышался тошнотворный звук. Диплок дернулся и обвис прямо на импровизированной штанге, уже не пытаясь одарить меня своим отвратительным поцелуем смерти. Остекленевшие глаза с укором смотрели на меня. Из-за плеча монстра появилась Эм:
– Развлекаешься? Не лучшее время, – она ногой сдвинула с меня противную тушу, облегчив мне дыхание.
Я быстро поняла поспешность своего заключения. Теперь, когда включились остальные органы чувств, я ощутила мерзкий запах в двойной мере, и меня стошнило.
– Не время, я сказала! Бежим! – крикнула Эм.
Она подала мне руку, подобрала карту, немного порванную в ходе мясорубки, и мы бросились дальше по катакомбам. Я едва поспевала за ней, на бегу поправляя съехавший с лица прибор. Пока мы бежали, я не могла понять, мы ли так громко топаем или звуки свидетельствуют о погоне. Только бы не погоня! Страх сковал душу, сердце так колотилось, что я начала переживать за апгрейдный орган, которому досталось немало нагрузки за сегодняшний день.
Обернувшись, я увидела, как минимум, несколько страшных истерзанных морд, преследующих нас. Я споткнулась, но удержалась на ногах благодаря Эм. Она, почувствовав неладное, дернула мою руку в нужный момент. Мы неслись, уже не разбирая дороги, не открывая карту. На это просто не было времени. Я надеялась, что Эм не потеряет ее в такой спешке, как я ранее, иначе нам сложно будет выбраться из места, куда нас сейчас заведет паника.
Повезло, что стены расступились в стороны, образуя более широкое пространство, и мы имели возможность бежать рядом, а не друг за другом. Словно пробки от шампанского, вывалившись через проход в следующую пещеру, мы добежали уже до ее середины, но внезапно остановились, как вкопанные.
Со всех сторон нас обступили падальщики. Их насчитывалось не меньше десяти. Кроме того, бежать дальше было некуда. Впереди явно просматривался тупик. Все кончено. Я упала коленями на землю, чтобы отдышаться, одновременно осторожно доставая оружие. Эм стояла рядом, замерев, и только круговыми движениями вращала катаной из стороны в сторону, как последний гипнотизер. Наши преследователи тоже прибыли, чтобы присоединиться к пирушке Одина.
Затем случилось странное.
Диплоки, находившиеся в зале, встали лицом к вновь прибывшим падальщикам, оставив нас с Эм, таким образом, у себя за спиной. Я не понимала, что происходит, и с удивлением увидела, что они вступили в бой с нашими обидчиками. Эм же не казалась такой потрясенной, как я, или быстро опомнилась. Подняв катану, она бросилась в драку с правого края, каким-то загадочным образом вычленяя себе жертвы из однородной массы. Через некоторое время я тоже начала различать падальщиков и поняла, что это две абсолютно разные группы диплоков. Те, которые нас преследовали, точно были каннибалами. Выглядели они не лучшим образом. Со следами старых боевых ран, истерзанные, с порванной одеждой. Другие же казались более опрятными и даже очень напоминали обычных людей. Подняв катану, я присоединилась к Эм, напав на одного из страшилищ, пытающихся дорваться до подруги. Мое первое вступление в бой нельзя назвать героическим по причине того, что я напала на врага сзади, но надо же было как-то начинать свою карьеру «Зены-королевы воинов». Сначала катана вела себя в моей руке как инородный предмет, чем в принципе и являлась, но позже, вспомнив уроки фехтования, я мысленно поблагодарила отца и замахала ей более активно. Через несколько минут все закончилось. Я лишь с ужасом наблюдала, как диплоки отделяли головы у трупов своих противников.
Затем они один за другим обернулись к нам и застыли в выжидательных позах. Я осторожно подошла ближе к Эм. Девушка твердо взяла меня за руку.
– Хм… ребят. Спасибо большое, но теперь мы уйдем, – она сделала шаг в сторону выхода, утягивая меня за собой.
Один из диплоков преградил нам дорогу и отрицательно махнул головой. Он подошел совсем близко, всматриваясь в наши лица.
– Почему он не дает нам пройти, Эм? Что он вообще делает?
– Я не знаю, черт возьми! – она сделала шаг в сторону, чтобы обойти его, но он шагнул параллельно нам.
– Что он хочет? У него же нет мозгов! Не должно быть! Эм, ведь он же диплок! – затараторила я.
Диплок подошел еще ближе. Его нос подергивался, заставляя меня нервничать, когда он водил им около моего лица. Не могла избавиться от мысли, что он может меня укусить, как падальщик.
– Он нас понимает? – в ужасе прошептала я, когда он опустил голову ниже, будто принюхиваясь к моей коже в районе ключицы. Или примериваясь к яремной вене. Затем диплок неожиданно опустился на одно колено и будто принюхался к моему животу. Я инстинктивно прикрыла его руками, опасаясь действий загадочного существа. Липкий страх пополз вдоль моего позвоночника. Я замерла, не двигаясь, но в то же время сжала сильнее катану, оказавшуюся единственным барьером между нами. Я приготовилась к атаке, в случае агрессивного поведения диплока. Наконец он встал и в упор посмотрел мне в глаза. Некоторое время мужчина молчал, затем повернулся и пошел к выходу. Там он остановился и протянул к нам руку.
– Хочет, чтобы мы пошли с ним, – с сомнением предположила девушка.
Падальщик кивнул.
– Ты нас понимаешь? – медленно спросила у него Эм.
Он снова кивнул.
– О Боже! – вырвалось у меня. Я попыталась зажать себе рот, но в руке оказалась катана. Я вовремя прервала операцию по скальпированию. – Не хочу идти с ними.
– У нас нет выбора, но, думаю, ничего плохого они нам не сделают, – спокойно сказала подруга, не отрывая взгляда от мужчины.
Когда я увидела, как он снова кивнул, то подумала, что самое время потерять сознание.
И вот, мы снова блуждали по темным тоннелям. В этот раз нашими проводниками были падальщики. Что они хотели, не представлялось ясным. Оставалось надеяться, их интерес к пищевому плану не имел отношение. То, что оружия нас не лишили, казалось довольно оптимистичным обстоятельством.
Размеренными шагами мы продвигались вглубь шахт. Начали попадаться осветительные приборы, позволившие нам снять очки ночного видения. Они светили очень тускло, но хватало, чтобы ориентироваться в пространстве.
– Мы сможем вернуться обратно? – шепнула я девушке.
Она поджала губы и неуверенно двинула плечами.
– Куда они могут нас вести? – не унималась я.
– В гости на чай, – кинула Эм, оставив меня гадать, пошутила она или говорила серьезно.
По мере движения нам стали попадаться все новые диплоки, которые тут же останавливались, с интересом оглядывая нас. Они будто чуяли чужаков. Я рассматривала их обиталище, отмечая в пещерах блоки, напоминающие первобытное жилье.
– Это поразительно, – не сдержалась я.
Эм кивнула моим мыслям. Она также внимательно изучала окружающее пространство.
Внезапно перед нами выбежал ребенок. Настоящий ребенок… Я не верила своим глазам, взирая на худенькое тельце. Он вытянул руку в нашу сторону, но не добежав до нас метра, споткнулся и стал заваливаться в сторону. Эм рванулась к нему и поймала, не дав ему упасть. Малыш засмеялся. Одновременно раздался рык, от которого по телу побежали мурашки. К нам бросилась разъяренная фурия, угрожающе размахивая руками. Я полезла за катаной и краем глаза увидела, что Эм тоже потянулась свободной рукой характерным жестом за спину. Другой она все еще удерживала мальчика.
Наш проводник выступил вперед, закрыв нас собой от осатаневшего взлохмаченного существа. Ничего особенного он не предпринял, но нападение остановилось. Диплок повернулся к нам, забрал у Эм ребенка и передал разъяренной особи, которая моментально успокоилась, отвернулась и побрела прочь с ценным грузом.
– Невероятно, Эм! Ребенок! – я все еще не могла поверить своим глазам.
– Это тот самый малыш…
Нас завели в помещение, напоминающее жилье. На полу имелось два топчана, служивших, видимо, кроватями. Я перевела недоумевающий взгляд на нашего проводника. Он указал нам на лежанки и удалился.
– Кажется, хочет, чтобы мы поспали… – хмыкнула я. – А кроме этого не ясно, что происходит.
Эм попыталась выйти из помещения, но два довольно больших хмурых диплока преградили ей дорогу. Эм медленно достала катану и направила на них, но те не сдвинулись с места.
– Если достала оружие, будь готова его использовать, – раздался мужской голос.
Глава 22
Я потрясенно уставилась на молодого мужчину в потертых джинсах и черной толстовке. Хотя обстановка определенно была напряженная, я не могла не отметить, насколько он красив. Его густые темные волосы в беспорядке падали на лоб, прямой нос совершенной формы будто был вылеплен скульптором, а голубые глаза, соперничающие красотой с бескрайними водами океана в солнечный день, пристально и с хитринкой смотрели на Эм.
– Я готова, – четко отозвалась подруга.
– Наконец, Эм, я нашел тебя, – он подошел к ней ближе.
– Долго искал, – съязвила она, не опуская катану.
– Ты очень постаралась, чтобы я длительное время винил себя в твоей смерти.
– Тебе и без моей смерти есть, за что себя винить, – зло отчеканила девушка.
Он глубоко вздохнул и опустил взгляд в пол:
– Не проходит и дня, чтобы я об этом не вспоминал, – грустно констатировал мужчина.
Эм резко прыгнула к нему, выставив катану перед собой, и оказалась нос к носу со своим оппонентом. Молниеносным движением она приставила оружие к его шее. Со стороны входа дернулись диплоки, рванувшись к нам, но парень, остановив их взмахом руки, с абсолютным спокойствием взирал на Эм. Та, разве что не рычала. Таким злым было выражение ее лица. Он же будто полностью контролировал ситуацию. Я переводила взгляд с одной на другого, силясь осознать, что происходит. А происходило нечто интересное, так как эти двое явно встречались раньше. И до чего оба великолепны. Будто где-то недалеко проводят конкурс моделей.
– Ты должен был умереть, не Эр! – выплюнула она, прервав мои размышления, вернув меня на землю и разрешив для всех тайну их знакомства.
– Я знаю, – тихо сказал он. – Мне жаль.
Она продолжала сверлить его взглядом, а он отвечал ей кротким восхищенным взором, оглядывая все ее лицо, будто лаская. Между ними явно не все так просто.
– Ты очень красивая, – подтвердил он мою теорию. – Еще лучше, чем я помню…
Казалось, впервые за всю историю нашего короткого знакомства Эм нечего было сказать. Она просто смотрела на своего соперника в немом удивлении, а ее катана медленно опустилась вниз.
– Из-за тебя он умер, – наконец выдавила она, снова нахмурившись.
– Я знаю. Если бы мог, я бы все изменил.
– Ты предал нас!
– Это не так! – с печалью в глазах сказал парень.
– Я видела тебя той ночью. Ты ходил, чтобы устроить пожар! – настаивала Эм.
– Ты же знаешь, я уничтожил лодки, чтобы удержать вирус в карантинной зоне, – спокойно парировал он.
– Но зачем?! Мы же согласились повременить с отплытием, – из глаз девушки потекли слезы. Я замерла, опасаясь вмешиваться.
– Эр… он… – парень с жалостью посмотрел на Эм. – Ты видела, как вернулся я. А я тогда видел, что Эр приготовил лодку к отплытию. Он не собирался ждать.
– Я не верю тебе! Да как ты смеешь обвинять его! – она так взбесилась, что катана тут же взмыла вверх, останавливаясь у самой шеи мужчины. Руки ее тряслись, на лице застыл оскал, которому может позавидовать берсеркер перед нападением. Она была в ярости от его слов.
– Это правда. Мне жаль, – спокойно сказал он, будто его шеи не касалось сверхострое оружие.
– Нет! – Эм развернулась и со злостью бросила катану об стену. Она лязгнула о камни и упала на пол.
– Зачем ты врешь мне?! Зачем порочишь его память?! – теперь девушка рыдала.
Он внезапно шагнул к Эм и обнял ее, прижав голову девушки к своей груди. Ее приглушенный плачь разрывал мне сердце, я отвернулась, чтобы не мешать интимной сцене.
– Я виноват. Надо было остановить его другими способами. Поговорить с ним. И с тобой. Я повел себя неправильно и потерял вас обоих. Это только моя вина, любимая, – услышала я его тихий голос, раздававшийся между рыданиями Эм.
– Но ты с диплоками… Вы гнались за мной… – всхлипывала она.
– Я хотел остановить тебя. Объяснить, что не хотел, чтобы так случилось. И что не все диплоки враги нам. Все не так, как нам казалось. Они тоже люди. Уже не те личности, что были до метаморфозы, но все же люди… – он внезапно умолк. – Я должен идти.
Я повернулась к ним и наткнулась на его взгляд. Он хмурился и был будто отрешен от действительности.
– Что-то случилось. Я должен уйти. Когда вернусь, мы познакомимся, – кивнул он мне и повернулся снова к Эм. – И я все объясню.
Он пошел к выходу, но перед уходом остановился и обернулся:
– Я оставлю с вами охрану для вашей же безопасности. Не все здесь вас еще знают, – с этими словами он вышел.
Я подошла к растерянной Эм, смущенно вытирающей слезы. Ее покрасневшие, но все такие же красивые глаза, избегали моего взгляда. Она явно чувствовала себя не в своей тарелке. Как, в прочем, и я. Единственное, чем я могла ей помочь, это предложить дружеский разговор.
– Ты в порядке? – спросила я, усаживаясь рядом с ней.
– Да, – кивнула мне в ответ девушка.
– Это Кай… – больше констатировала я, чем спрашивала.
Она снова утвердительно качнула головой.
– Значит, он не такое уж чудовище, как тебе казалось?
– Не знаю, Ви. Ничего не понимаю.
– Думаю, когда он вернется, мы узнаем много интересного. Ты заметила, что он называет диплоков людьми, и даже личностями? – решила я повернуть разговор на другую не менее животрепещущую тему.
– Я и сама об этом ранее подозревала, – заметила она, шмыгнув носом.
– А о том, что он тебя любит, ты подозревала? – подколола я ее, тихонько толкнув локтем в бок.
– Глупости, – выплюнула она, покраснев.
– Я точно слышала слово «любимая», – настаивала я. – По-моему, об этом аспекте ваших отношений ты забыла упомянуть.
– Какой аспект?! Я была еще ребенком, когда мы в последний раз виделись, – возмутилась Эм.
– Подростком, – многозначительно поправила я ее.
– Заткнись! Из-за тебя мы здесь, – парировала смущенная, разозленная, но уже не расстроенная Эм.
– Виновата, – я подняла руки, притворно каясь в своем грехе. – Но ты ведь достанешь индульгенцию для своего друга?
– У меня не хватит денег, чтобы выкупить ее, так как облажалась ты по полной, – усмехнулась она.
– Ну, как говорят, ситуация бывает либо приятной, либо полезной. Значит, надо извлечь урок. Хотя…хм… для тебя она была и полезной, и приятной, – хмыкнула я.
– Что?! – воскликнула возмущенная девушка. – О чем ты? Что ты имеешь в виду?!
– Ну не знаю… Если бы мне пришлось обниматься с таким образчиком красоты, я бы точно расценила эту ситуацию, как приятную, – продолжала я ее злить. – Ладно-ладно! – я вскинула руки в защитном жесте. – Я пошутила, клянусь. Для меня существуют только одни объятия, в которых я хочу оказаться. Не твоего парня! – Уже серьезно уточнила я.
– Он не мой парень…
До нас донесся грохот, а затем рык. Звуки хаоса нарастали, теперь рычания раздавались то и дело, перемежаясь с шумом возни и топота. В соседнем помещении, казалось, завязалась драка.
– Что происходит? – вырвалось у меня.
Диплоки у входа, конечно, мне не ответили. Мало того, они оставили свой пост и убежали в направлении раздающихся звуков, из чего я заключила, что ситуация явно нестандартная. Я бессознательно обнажила катану, предчувствуя неприятности.
– Что-то не так, – подтвердила мои догадки Эм, доставая оружие из-за спины.
Мы направились к выходу. После преодоления нескольких ответвлений окончательно стало ясно, что на лагерь напали падальщики. Те самые, которые в случае победы сожрут здесь всех. Диплоки защищались, стараясь отвратить атаку падальщиков. Некоторые люди пытались скрыться, а другие атаковали, давая более слабым собратьям время уйти.
– Боже мой, – услышала я потрясенный голос Эм.
Когда я проследила направление ее взгляда, сердце мое забилось быстрее. Ребенок. Он безмолвно забился в нишу за камень посреди места основного сражения. Плотность дерущихся падальщиков там была настолько велика, что путь через них получилось бы проложить только брандспойтом или топором.
– Мы должны достать его, – решительно заявила Эм.
– Говори, что делать! – охотно поддержала я, уже осматривая вокруг пространство на предмет топора или другого более мощного оружия, чем то, что я держала в руках. Но нет, придется работать катаной.
– Будем прорываться, – бросила она и рванулась в гущу падальщиков, размахивая катаной не хуже, чем казаки, я думаю, рубят своими шашками врагов.
Не имея ничего, кроме энтузиазма и примера перед глазами, я последовала за ней, старательно копируя катаной действия подруги. Благо, лезвие было настолько острым, что с легкостью входило в смердящую плоть. Когда оно задевало кости жертв, слышался ужасный тошнотворный звук и неприятная вибрация проходила через руку. Мозг продолжал оправдывать жестокие действия, напоминая мне, что это не люди, а агрессивные хищники-каннибалы, и если не они падут, то я. Когтистые лапы, тянущиеся ко мне отовсюду, пытались достать до меня, схватить, повалить, но я продолжала взмахивать и опускать на них окровавленное лезвие меча. Я вся была забрызгана темной алой жидкостью. Она стекала даже по лбу. Рукоятка начала скользить, и я пыталась в перерывах между ударами вытереть руки о штаны и кофту. Внезапно рыло огромного падальщика, возвышавшегося надо мной на две головы, клацнуло зубами у моего уха, заставив волосы на затылке зашевелиться. Как назло, катана застряла в кости одной из моих жертв, поэтому отбиваться от настойчивой челюсти пришлось локтями. Тщетно стараясь вырвать оружие одной рукой, другой я наносила удары по черепу противника, целясь то в нос, то в кадык, но попадала туда… черт знает, куда попадала. Надо сказать, локоть приходилось задирать высоко. Цепкие пальцы монстра уже сжали мои плечи, но бросить единственное средство выживания я не могла. Из последних сил я нанесла удар затылком ему в челюсть, метясь вслепую. Макушка взорвалась от боли. Оставалось только надеяться, что открытой раны там нет, и падальщик не забрызгает меня своими зараженными жидкостями. Сама вцепилась в рукоятку катаны двумя руками и, упираясь ногой в мертвого диплока, сильно усложнившего мне жизнь, я потянула оружие на себя. Оно поддалось, с противным звуком отпуская труп, но по инерции я завалилась на спину, уютно устроившись на барахтающемся подо мной чудовищном существе. В ужасе я старалась максимально сократить наши объятия, так как пополнить ряды зомбирариума мне совсем не улыбалось. Инородные зубы клацали у самого затылка, а конечности мерзавца оплели мое тело, как виноградная лоза, больно вцепившись в плоть. Выбраться не выходило, а время заканчивалось. В любой момент он мог вцепиться в меня зубами. Я закричала от бессилия и ужаса, накатившего на меня.
В этот момент наступающей истерии пришло решение. Я отвернула голову в сторону, на долю секунды рискуя, оставив шею беззащитно открытой, и вслепую ткнула катаной себе за плечо. Мне повезло с первого раза. Падальщик дернулся и затих, расслабляясь и отпуская меня на волю. Я перевернулась, краем глаза отмечая, что попала ему в раскрытую пасть, и огляделась, не вставая с колен. Вокруг шел самый настоящий бой. Мелькали руки, ноги, головы и тела, перемешиваясь друг с другом в трагическом миксе. Среди этого хаоса я пыталась взглядом отыскать Эм. Я с удовлетворением заметила, что она уже добралась до ребенка и, схватив его на руки, оглядывается в поисках выхода или отыскивая мое местоположение. Я тронулась к ней в обход, стараясь прокрасться ползком у всех за спинами. Когда она заметила меня, то махнула катаной в сторону противоположной стены. Там я увидела выход, кивнула ей и направилась к указанному месту.
В следующем зале тоже шла борьба. Среди диплоков мы заметили Кая. Вместе с ними он отбивался от нескольких падальщиков одновременно, поэтому даже не заметил, как мы прошли за его спиной.
– Выглядишь паршиво.
Я скривилась, почувствовав, как стянулись открытые участки кожи, орошенные липкой кровавой жидкостью. Этакий кровавый коммандос. Оставалось надеяться, что я не заражусь.
– Надо спрятать ребенка, – снова услышала я голос Эм, перекрывающийся рычанием дерущихся.