Mine üle audioraamatule
– Лаконично, – холодно произнес король.
Жрец лишь пожал плечами.
– На этом разговор окончен?
– Да.
– Пошли, мокрица.
Вставая с дивана, я поклонилась королю и пошла за Джейкобом.
– Что это за чушь? Тейлор не может быть влюблен в меня. У него возможно чувство собственичества, или спортивный интерес, но никак не любовь, – сказала, уже когда мы вышли в коридор.
– Вообще-то он реально сохнет по тебе. Я бы даже сказал, что Тейлор на тебе двинулся, – Жрец сонно потер лицо ладонью.
– Невозможно, – ответила твердо. Я никогда не сомневалась в словах Жреца, а сейчас именно это и делала.
– Король не тот человек, у которого вообще может возникнуть желание разговаривать с девушкой о чувствах, которые к ней испытывает его сын. Возникла крайняя необходимость.
– Вы прочитали Тейлора и увидели в нем нечто такое? Когда? – у меня губы дрогнули. Я все еще считала, что меня не за что любить. Кривая. Косая. Никчемная. Даже взаимоотношения с Джереоном были построены в основном на том, что у него не было выбора. Но все равно я для него хотела быть идеальной женой и надеялась, что он отплатит мне теплотой в наших отношениях. Мы можем быть счастливы. Я в этом уверена.
– Прошлой ночью, но я его паршиво читаю. Кровь все еще мешает.
– Я не верю, в то, что он может меня любить.
– Твое право.
На следующий день, в университете, я вновь видела Тейлора. На каждой перемене. Однажды, даже в безлюдном коридоре. Он перехватил меня. Вернее, опершись рукой о стену, преградил путь и, наклонившись подобно хищному чудовищу, сказал:
– Преклонитесь, Верховная Светлость.
Я поклонилась. Опуская голову, не понимала, о какой любви могла быть речь, если рядом с Тейлором я ощущала себя так, словно он меня вот-вот уничтожит.
Но не успела я поднять голову, как Тейлор наклонился и, положив что-то в мою ладонь, пошел прочь. Оказалось, что это была шоколадка. Черная. Горькая.
Я такой шоколад не любила, но нечто внутри меня твердило о том, что это не шоколад, а некий посыл. Намек. Непроизнесенные слова, от которых у меня по коже побежали мурашки.
– Рут, – после последней лекции, ко мне подошла та рыжеволосая девушка. Она единственная из группы, кто меня не сторонился. – Милинг задумала что-то серьезное по отношению к тебе. Будь осторожна.
– Спасибо, – я ее поблагодарила, но меня эти слова не особо зацепили. Пусть только Милинг что-то попробует сделать по отношению ко мне.
Уже выйдя из университета, я прошла несколько кварталов к месту, где меня ждала машина, но внезапно на светофоре увидела джип Тейлора. Прежде чем поняла, что делаю, подбежала к его автомобилю. Открыла дверцу и нагло взобралась на заднее пассажирское сиденье. Судя по взгляду Дагласа, он этого не ожидал и не думал меня тут увидеть. Тем более, в его машине.
– Нужно поговорить, господин Тейлор, – сказала ему.
– О чем же?
– Вы меня любите?
Я внимательно смотрела на лицо Тейлора, но так и не смогла понять его эмоций. Даглас отвернулся. К этому моменту загорелся зеленый цвет и джип мягко двинулся дальше.
– Я это спрашиваю по той причине, что клятву все труднее и труднее снять, а нам это нужно сделать. Чем быстрее, тем лучше.
Даглас и на эти мои слова ничего не ответил.
– Мы можем поехать во дворец? – спросила. – Там будет лучше всего поговорить.
– Нет, мы это сделаем в другом месте.
Машина свернула к восточной части города и я внутренне напряглась. Я хотела спросить в каком именно месте Тейлор предпочитал поговорить, но и так все поняла. Хоть и решила озвучить свое предположение:
– Мы едем в коттедж?
– Да.
– Я не хочу, – сказала, качнув головой. – Для нас это неприемлемо.
– Для нас с вами вообще многое неприемлемо. Но мне плевать.
– Если вы действительно так считаете, значит, вы ненормальный, – я кинула на Тейлора долгий, испытывающий взгляд. – Но вы ведь не такой. Вы разумный человек и вы прекрасно осведомлены о своем положении. Как и я о своем. Поэтому, давайте не будем совершать глупостей. Даже мелких.
Я очень мягко и осторожно пыталась дозваться до здравого разума Тейлора, но почему-то чувствовала себя так, словно разговаривала со зверем, который «дрессировке» не поддавался. Это было крайне странное ощущение, которое я тут же отодвинула в сторону, ведь если я продолжу так считать, никакого разговора не получится.
– Давайте, поедем во дворец, – вновь сказала. – Мы вдвоем понимаем, что про коттедж нам вовсе следует забыть.
– Вы давно не готовили мне, Верховная Светлость, – от того, как Тейлор это произнес, у меня по коже побежали мурашки. При этом, он даже не смотрел на меня. Мрачный взгляд Дагласа был направлен на дорогу.
– Я больше не буду этого делать. У вас множество поваров. Во дворце их еще больше. Они вам приготовят все, что вы пожелаете. Кстати, мы можем вместе поужинать во дворце. Даже это для нас недопустимо, но, если рассматривать это как деловой ужин, тогда, ничего плохого не будет.
Я терпеть не могла то, что Тейлор временами игнорировал мои слова, словно прекращая разговор. Оставлял их без ответов, из-за чего тишина затягивалась. Точно так же, как он сделал это сейчас, из-за чего я испытала внутреннее недовольство, которое твердило о том, что мне срочно нужно успокоиться. Перевести дыхание.
Странное желание. Особенно, если учесть то, что наш разговор еще даже толком не начался и рядом с Дагласом я находилась меньше пяти минут. Вот только, когда дело касалось его, мне даже этого было слишком много – запах Тейлора уже начал давить на меня. Делал это не постепенно, а набрасывался огромными, сокрушающими волнами. Путал мысли и забирал их остроту. Да и мне уже сейчас было слишком жарко, из-за чего я, не выдержав, расстегнула куртку, хотя интуитивно предпочла бы еще сильнее укутаться в ней. Спрятаться. Или, возможно, защититься. Правда, я пока что толком не понимала от чего именно.
– Кто я для вас, господин Тейлор? – спросила, снимая шапку. За считанные мгновения мне стало еще более жарко. Или это просто последствие той неловкости, которую я испытала, произнося этот вопрос? Но, тем не менее, мне следовало его задать.
– Огромная проблема, которую уже никак не решить, – он все так же не смотрел на меня.
– Это вы о том, что вас ко мне привязало клятвой? Я уверена в том, что ее можно снять. Просто мы с вами в последнее время ничего не делаем для того, чтобы это произошло.
Мы заехали на Сакронский мост и я тут же, рукой опираясь о спинку заднего пассажирского сиденья, на котором сидела, привстала, посмотрев в боковое окно.
– То есть, во дворец мы не едем? – спросила, понимая, что, если мы переедем этот мост, очень сильно отдалимся от дворца, так как вернуться к нему сможем, только, если по окраине объедим половину столицы. Зато, таким образом, мы приближались к коттеджу. – Остановите машину. Я выйду.
– Нет, вы поедете со мной, – на въезде на мост была небольшая пробка и машина Тейлора замедлилась. В этот момент он обернулся и посмотрел на меня. Сделал это так, что я невольно сильнее вжалась в спинку сиденья. – Мне нужно исповедаться Жрецу.
Подобно Джейкобу, мне хотелось сказать, что грехи я не отпускаю, но так и замерла с разомкнутыми губами и сильно сведенными на переносице бровями. Вообще-то Жрец обязан это делать. Просто Джейкоб подобным не занимался, а вот я в силу своих обязанностей и священных правил отказать не могла. Никому. Особенно, кронпринцу.
И уже это вызывало нервозность и волнение, ведь я никогда раньше не отпускала грехи. Лишь в общих чертах знала правила, так как мы с Розеном ранее исключительно вскользь затронули эту тему.
Но я солгу, если скажу, что мне было неинтересно, о каких грехах хотел рассказать Даглас. Может, мы сможем нормально поговорить и я помогу ему прийти к душевному спокойствию.
Конечно, если он не убил человека или еще нечто подобное. Тут я не помогу.
К коттеджу мы приехали примерно через двадцать минут. Я вышла из машины и тут же поежилась. Толи от холода, толи, от тех мурашек, которые пробежали по коже при виде этого здания. Щек тут же коснулся румянец и я опустила голову попытавшись его скрыть.
– Может, мы поговорим на улице? – спросила, наблюдая за тем, как Тейлор поднялся по ступенькам и достал ключи из кармана пальто. Обычно они лежали под ящиком для цветов. Теперь Даглас носил ключи с собой.
Еще я отметила то, что в пепельнице, которая стояла на столике около ступенек, было прямо очень много окурков.
– На улице холодно, – Тейлор отошел в сторону, пропуская меня внутрь, но пока что я остановилась на пороге. Не решалась войти в дом.
– Помнится, вы в прошлый раз на ступеньках сидели в одной только рубашке. Тогда вам, судя по всему, холодно не было.
– Почему же? Было. Вы, Верховная Светлость, меня потом согревали.
Дыхание застряло в горле и щеки уже теперь запылали. Даже губы дрогнули.
Лучше бы Тейлор об этом не говорил. Не упоминал. И так тяжело пытаться мысленно хотя бы свыкнуться с той ночью, но так можно было создать лживую иллюзию того, что между нами ничего не происходило. Не забыть, ведь это невозможно. Хотя бы просто отгородиться. Исключительно в сознании переваривать все это.
Но стоило Дагласу упомянуть об этом вслух, как по мне будто бы что-то ударило, на несколько невыносимо долгих секунд лишая дара речи. Он сделал то, чего я избегала. Те мысли вырвал из моего сознания и перенес в реальность, напоминая о том, что все то действительно происходило.
– Наверное, мне все же стоит уехать, – наконец-то сказала. Ровно. Никаким образом не выдавая того, что происходило внутри.
– Я еще не исповедался. Неужели, слуга Высших Сил мне откажет?
Почему-то возникло ощущение того, что Даглас загонял меня в тупик. Это было действительно опасно, но, тем не менее, я сделала шаг вперед и вошла в дом. Мне стоило мыслить холодно, а не ставить на первое место внутренний сумбур. Иначе мы не сдвинемся с мертвой точки.
Тейлор желал поговорить. Исповедаться и это могло быть важно.
А если хоть каким-то образом наступит критичный момент, я всегда смогу уйти с помощью своих способностей так же, как сделала это в лифте. Насчет своей безопасности я не переживала.
– Если вы не против, я заварю кофе, – сказала, снимая куртку и шапку, которую на улице успела надеть. Сегодня там действительно было очень холодно.
Проходя на кухню, я в гостиной на столе увидела стопку из папок и еще гору бумаг. Уже будучи на кухне, около мусорного ведра отметила несколько пустых упаковок предназначенных для доставки еды.
Заварив кофе, я, предчувствуя тяжелый разговор, в свою чашку добавила одиннадцать ложек сахара. После этого вернулась в гостиную.
– Держите, – я пододвинула к Тейлору чашку. Он сделал глоток, стиснул зубы и на несколько секунд закрыл глаза, после чего пододвинул чашку ко мне.
– Я так понимаю, это ваш кофе.
– Да? – я отпила глоток и по количеству сахара поняла, что действительно ошиблась. Кофе Дагласа вообще был без него.
С запозданием я поняла, что мы с ним отпили из одной чашки. Обычно, я даже в таких мелочах была категорична, но уже теперь отказываться от своего кофе было бы глупо. Для этого слишком поздно. Поэтому я просто пододвинула к Тейлору его чашку, делая из своей еще глоток. Вкусно.
То, что мы отпили из одной чашки, было сущей мелочью, а меня даже это немного подкосило, будто намекая на то, что наш разговор уже начался неправильно.
– Мне кажется, или вы сюда еще приезжали? Просто я вижу вещи, которых раньше тут, кажется, не было, – я опять смерила взглядом стопки бумаг на столе.
– Сейчас я тут живу.
– Зачем? – я подняла взгляд, в котором отображалось непонимание от испытуемой нелогичности. У Дагласа было как минимум, два особняка. Один основной и второй поменьше, находящийся на берегу моря. Этот коттедж хороший, но по сравнению с теми зданиями, он как крошечный домик. И тут совершенно не было никакой прислуги. Неподходящее место даже для наследника графского титула и, уж тем более, для кронпринца.
– Мне так хочется.
Больше я расспрашивать не стала. Все же Даглас для меня был сплошной черной дырой в логике этого мира. Разбираться в нем я не хотела.
Я села ровно и спокойно сказала:
– О чем вы хотели исповедаться, господин Тейлор? Я вас слушаю. Клянусь, что все сказанное останется между нами и будет услышано Высшими Силами, дабы дать вам прощение от них и от меня.
Не отрывая от меня взгляд, Тейлор откинулся на спинку кресла. Почему-то от его взгляда было жутко неуютно.
Его волосы были немного растрепаны. Две верхние пуговицы на рубашке расстегнуты и рукава подкатаны. Одна сплошная мощь и брутальность. Все же Тейлор был еще тем верзилой. Горой мышц. Безбожно красивым, но почему-то пугающим одним своим присутствием.
– Я пожелал женщину, которая уже принадлежит другому.
Нечто внутри меня неприятно кольнуло.
– Как зовут эту женщину?
– Это так важно?
– Просто… Речь обо мне? – этот вопрос дался мне с трудом. Даглас оказывал мне некие знаки внимания и я принадлежала Джереону, но я не исключала того, что Тейлор уже мог заинтересоваться другой женщиной. Это было бы даже более правдоподобно, но… как-то неприятно.
Очень странное ощущение. Даже дикое. Чрезмерно тяжелое. Настолько, что мне даже резко захотелось выйти из комнаты. А лучше – вовсе из дома. Подальше от Тейлора.
Трудно. Раньше я никогда не испытывала таких резких всплесков эмоций. Тем более, необоснованных.
– Нет, не о вас, – говоря это, Тейлор холодно смотрел мне в глаза.
Я с самого детства учила себя скрывать эмоции, ведь понимала, что без подобной способности меня в будущем просто сожрут, но в этот момент все равно не смогла сохранить тотальный самоконтроль. Ладонь, в которой я держала чашку, дрогнула, но это было ничем по сравнению с тем, что подобно яду расплылось внутри.
Подобной реакции я оправдания не искала. Я ее просто не понимала, но, тем не менее, мысленно отметила, что и Жрец и король ошиблись. У Тейлора по отношению ко мне чувств не было.
– Женщина, которая принадлежит другому, запретна. Это и правда грех, господин Тейлор, – сказала, пытаясь держать голос ровным. Но взгляд все же опустила. Посмотрела в свою чашку, сожалея, что не добавила еще больше сахара.
– То, что это грех, меня волнует меньше всего. Я чувствую, что она моя женщина, но по какой-то чертовой ошибке была отдана другому.
– Ваши чувства могут быть переменчивы, а долг кронпринца вечен. Вы должны понимать, что вам, как незаконнорожденному, будет в сто раз сложнее, чем можно вообще представить. Как только, вас официально представят, как наследника престола, к каждому вашему шагу будет приковано колоссальное внимание. Будут следить даже за тем, как вы ходите, как говорите, как выполняете какие-нибудь повседневные дела. Если вы оступитесь хоть в какой-нибудь мелочи, на вас тут же набросятся с желанием растерзать и смешать с грязью, ведь, как незаконнорожденный, вы изначально против правил. Поэтому вам нужна достойная жена. Безупречно чистая в плане репутации и жизни. Из крайне влиятельной семьи и без единой погрешности. А если женщина, которая вас на данный момент привлекает, принадлежит другому, тут даже развод не поможет. Она для вас уже недоступна и связью с ней вы себя уничтожите.
– Может, я готов отдать такую плату? Быть уничтоженным, лишь бы провести хотя бы одну ночь с ней?
Постепенно запах Тейлора заполнил комнату. Он всегда казался мне настолько приятным, что я порой даже не замечала того, как начинала делать долее глубокие вдохи. Хоть и ненавидела себя за такую слабость и за то, как реагировала на этот запах. Который уже теперь напоминал мне помешательство.
Но после последних слов Тейлора, он отдался сильной горечью. Жжением. Тем, что начало душить и я ощутила острое желание хотя бы ненадолго уйти.
Но хуже всего было то, что внизу живота, несмотря ни на что уже давно начало покалывать. Реакция тела, за которую я сейчас себя была готова уничтожить. Более того, мне хотелось поступить крайне истерично и высказать Тейлору много всего очень грубого. Значит, любовь себе нашел? Уже занятую девушку? Тянет на замужних? Арахна, насколько же сильно я его ненавидела в этот момент. Если бы было возможно забрать все поцелуи и прикосновения, которые Тейлор у меня уже взял, я бы тут же потребовала их обратно.
И меня не волновало то, что мои мысли были ненормальными. Я злилась так, как никогда в жизни.
– Я считала вас разумным человеком, но, судя по всему, это не так, – мои слова были слишком резкими, но я не нашла в себе сил их сдержать. – Позаботьтесь о себе, ведь вы будущее королевства и отпустите даже мысли об этой женщине.
Даглас медленно поднес чашку к губам. Отпил глоток и поднял на меня взгляд.
– Не переживайте, Верховная Светлость. Я не собираюсь быть уничтоженным. Особенно, если она будет принадлежать мне.
– Вы не ищете легких путей?
– Вы отпустите мне этот грех?
– Только, если эта женщина разведется. До тех пор, пока она принадлежит другому, ваши чувства и желания к ней, грязная скверна.
Тейлор кивнул.
– Значит, приду к вам, после того, как она полностью станет моей.
– Прекратите, господин Тейлор, – в моем голосе скользнуло еще более явное раздражение. – Вы собираетесь осознанно пойти на все это. О каком прощении после такого может быть речь? Это все равно, что вы сказали бы, что хотите убить человека, а потом добавили бы, что придете просить отпустить этот грех, после того, как уже убьете.
– Ради нее я бы убил. В первую очередь, того, кому она принадлежит.
– Вы сумасшедший.
– Она великолепна. Меня в ней заводит абсолютно все. Особенно нравятся ноги и задница. Когда она надевает обтягивающую юбку, для меня это как гребанная красная тряпка. Сразу появляются очень плохие мысли. Они касаются и ее груди. Она не большая, но, черт раздери, идеальная.
– Прекратите.
– Мне хочется хотя бы на месяц закрыться с ней наедине. На все это время лишить ее одежды. Первые бы дни она постоянно стояла бы на коленях. Удобная поза, чтобы брать ее по всякому и заодно наказать за то, что она, блядь, так растрепала мне нервы.
Я резко поставила чашку на стол и встала с дивана.
– Я ненадолго отойду, – сказала, после чего сделала несколько шагов в сторону, но тут же вернулась, взяла свою чашку и уже с ней пошла на кухню. Будучи в нужной комнате, полезла опять доставать сахар. Набрав одну ложку, уже собиралась высыпать ее в чашку, но отправила в рот. Сладко. Обычно сахар успокаивал, но не сейчас. Меня трясло настолько сильно, что успокоиться было невозможно.
Внезапно огромная ладонь легла мне на талию и губы, оттягивая воротник кофты, коснулись шеи. Лишь один поцелуй, но по ощущениям он был, как раскаленный метал.
– Господин Тейлор, что вы?.. – я дернулась. Попыталась скользнуть в сторону. Желала вообще ударить Тейлора. Да как он смел опять прикасаться ко мне?
Вот только, Даглас своим громоздким телом прижал меня к столешнице, не давая сделать ни одного движения. Вновь поцеловал, но уже теперь шею. Жестко. Даже грубо. Проведя по ней языком и опять жестоко истязая ее губами. Словно вымещая что-то на мне и в своих руках сжимая так, что у меня с первых же мгновений все тело заныло, отдаваясь болью.
– Я солгал, – его рука скользнула по моему животу. Слишком ощутимо. Задирая ткань кофты. С силой сжимая ее. – Я говорил о вас. Женщина, которую я хочу, это вы и этот грех мне отпускать не нужно. Как-нибудь, проживу с ним.
Я оцепенела. Даже дышать перестала и лишь моргала. Быстро, но глаза все равно начало жечь. Не от выступающих слез, а от тех эмоций, которые всколыхнулись изнутри и начали жечь. Хоть и я все равно считала, что ослышалась.
– Может, вы и сейчас лжете, – я попыталась оттолкнуть его, но Тейлор перехватил мою руку и положил на столешницу. Сверху прижал своей огромной лапищей.
– У меня к тебе клятва. Я физически не могу желать другую, – он прикусил мочку моего уха, говоря то логичное, что я выпустила из внимания. Положив ладонь мне на попу и сжав ее так, что я даже вскрикнула.
– Прекратите. И, может, вы из-за клятвы…
– Хочу только тебя? – он перешел на «ты». Я только сейчас это поняла. – В своем отрицании того, что происходит между нами, ты уже становишься предсказуемой.
Даглас резко развернул меня к себе, после чего подхватил под бедра и усадил на столешницу. Поддев пальцами мои очки, снял их, после чего отбросил в сторону и своими губами набросился на мои. Уже это было подобно ожогу. Глубокой, жаркой ране, которая расплылась по всему телу. Даглас не просто целовал. Он завладевал моими губами. Не ждал согласия. Просто забирал себе и делал это настолько беспрекословно, что от его напора рушились не только мои мысли, но и весь внутренний мир, который я годами выстраивала по кирпичикам.
– Клятва так не работает, – сказал он мне в губы, при этом обе свои ладони положив на мои ноги чуть выше колен. Сжимая их. Давая ощутить практически дьявольское напряжение. – Ты же Жрец и должна понимать это лучше меня.
– Когда дело касается вас, я ничего не понимаю, – я ладонями сжала его рубашку и дернула ее. Так, словно пыталась встряхнуть Тейлора. Выместить на нем все то, что изнутри изувечивало. Благодаря нему взрывалось, душило, подносило ввысь, а потом било об землю, от чего удар был только больнее.
Его пальцы вплелись в мои волосы. Сжали до боли. В это мгновение не отрезвляющей, но заставляющей посмотреть в его почерневшие глаза.
– Я же касательно тебя уже давно все понял, – он медленно приблизился к моим губам, что настолько сильно контрастировало со всеми его предыдущими движениями. Уже теперь Тейлор казался хищным и так, словно уже через мгновение намеревался наброситься, чтобы растерзать, из-за чего это крошечное промедление казалось только более опасным. – Я уже все решил колючая, мозговыносящая Полторашка.
– Что?.. – я не договорила. Его губы вновь оказались на моих. Мучая их следующим поцелуем. Выводя это на уровень пытки.
Я не могла описать своего состояния. Оно было слишком противоречивым. Гневным, жарким и с удушающими отголосками того, что я ощутила во время разговора с Тейлором. Привкусом ненависти к нему и ядом от понимания того, что он мог желать другую. Возможно и желает. Я к нему в голову залезть не могла, но все еще сжимая ткань его рубашки, еще сильнее стиснула пальцы. Словно желала задержать. Не навсегда, ведь это невозможно, но точно в это мгновение. Возможно, что-то высказать или сделать. Как-нибудь поступить. Вот только, непонятно, как именно. Но от этого едкого, чрезмерно сильного желания меня разрывало на части и разбивало вдребезги. Из-за него я забыла про все, что существовало в этом мире. Продолжала сжимать рубашку Тейлора. Тянула ее, мяла, будто желая порвать и сжималась всем телом от каждого его поцелуя и прикосновения, которые уже теперь отдавались безумием. Только мгновение назад его рука была в моих волосах, но вот уже сейчас на ноге, а в следующий момент на талии, а затем под свитером. Прикасаясь к животу. Заставляя вздрогнуть от прохлады воздуха и первого запретного, но до невозможности горячего прикосновения, которое усугублялось. Тянулось. Ныло и вот ладонь Тейлора на моей груди, сжала, а потом дернула лифчик вниз. Заставила зашипеть от боли из-за того, что лямка врезалась в кожу и от того, как сосок царапнуло тканью одежды, которая сейчас показалась до невозможности раздражающей. Словно бы состоящей из колючек.
Это состояние было похоже на безумие. Полный срыв, который отрезвило то, что Тейлор потянул мою кофту вверх.
– Нет, – сказала почти твердо. Почти…
– Все еще сопротивляешься мне? – Тейлор оскалился, руками сжимая мои бедра. Дергая на себя и, вбивая в свое тело, низом живота заставляя ощутить его возбуждение. – Прекращай. Я чувствую, что ты тоже хочешь.
– Как я могу хотеть человека, который только что назвал меня Полторашкой? – спросила, сквозь плотно стиснутые зубы. А ведь перед глазами плыло и дыхание уже давно сбилось.
– Моя обожаемая Полторашка. Так сойдет? – он поцеловал мои губы. Зло, но жарко. – Я исправился? Теперь дашь мне?
– Кронпринц-подонок, – оторвав свою ладонь от его рубашки, я замахнулась и собиралась влепить Дагласу пощечину. Ею очень многое высказать, но он перехватил запястье и завел мою руку назад, прижимая ее к моей спине. Вновь набрасываясь поцелуями к шее и поднимаясь ими к скуле.
– Твой любимый кронпринц-подонок.
– Нет, – я попыталась толкнуть его ногой, но не получилось. Я лишь поерзала на столешнице. Скользнула на ней, невольно лишь сильнее прижимаясь к Дагласу. – Не мой и не любимый.
Я произносила это на надрыве и на внутреннем содрогание, будто доказать это не только Дагласу, но и себе. Вообще всему миру, который в это мгновение почему-то сужался до пределов этой кухни. Он точно «не любимый». В этом я не сомневалась. Скорее, конкретно ненавистный. Но вот насчет «мой»… В том состоянии, в котором я сейчас находилась, на здравые размышления не была способна, но почему-то свободной рукой опять сжимала рубашку Тейлора.
Только, я на это не имела никакого права. Подобные мысли были не просто отголоском моего сознания. Скорее, состоянии души, ведь я выстраивала свой характер из соблюдений правил, а Тейлор был не просто хаосом. Он состоял из неправильности.
– У меня… – я ахнула. Тейлор укусил мою губу. Больно. Опаляя их своим дыханием, после чего отстранился и, прежде чем я хоть что-то поняла, сорвал мою кофту. Я тут же прикрылась. Внутренне взвыла, но, тяжело дыша и сходя с ума, поняла, что даже это делала неправильно. Не в состоянии нормально контролировать свои движения. – У меня есть жених. Хочу быть только с ним.
– Я с тобой не согласен, – его губы вновь на моих. Уже теперь целуя не просто зло. Скорее агрессивно. Кровожадно. – Я твой. Не Леман. Смирись с этим.
– Вы мне не нужны, – я руками уперлась в его плечи, но ни на миллиметр не смогла сдвинуть эту скалу, в то время, как Тейлор поцелуями прошелся по моим ключицам, плечам и шее. Рукой надавливая мне на спину и заставляя прогнуться. Подставиться перед ним. Вновь сжимая мои ноги около коленок и еще сильнее их раздвигая. Даже странно насколько ловко Тейлор раскрывал меня перед собой, а я все пыталась справиться с самой собой. Взять верх над телом и заставить сопротивляться. Сделать то, что будет считаться правильным, а не грязным и скверным.
– Тебе хорошо. Я это чувствую, – его рука опять на моей спине. По сравнению со всеми остальными прикосновениями, это практически безобидное, но даже в этом я ошибалась, ведь уже в следующее мгновение его пальцы расстегнули мой лифчик и он скользнул вниз. Кое-как задержался, но лишь за счет лямок, которые Тейлор уже в следующее мгновение убрал. – Ты пахнешь возбуждением.
– Что вы?.. – я хотела спросить, что он такое говорил, но, наверное, какие бы слова он не использовал, я бы все равно не смогла бы его понять, ведь стоило Тейлору губами прикоснуться к моей груди, как сознание тут же отключилось. Так, словно в голове была лампочка, которая перегорела от возникшего напряжения и слишком мощного накала. От электрических разрядов, которые пронзили тело, все как один исходя от груди, которую Тейлор целовал так, что у меня дыхание перехватывало и я не могла найти ни одного мгновения, чтобы его перевести.
– Тебе хорошо. Мне охренеть, как хорошо, зачем нам останавливаться Верховная Светлость? – голос Тейлора стал тяжелым и глубоким. Одним своим звучанием пробирающимся даже в дальние уголки сознания и разрушая последние стенки.
– Нельзя… Нам… – слова прервались стоном, с которым я запрокинула голову и сильно прогнулась в спине. Одной рукой сжимая воротник рубашки Тейлора, а пальцами второй вплетая в его волосы.
– Нам обоим нужна физическая разрядка, – он прикусил мой сосок, а я от этого зашипела, видя перед глазами лишь размытые очертания кухни и сплошные блики. – Давай ее получим. Иначе потом будет хуже. Ты же этого хочешь.
Поднимаясь губами к шее и опять возвращаясь к груди. Целуя ее и сжимая в ладони. Заполняя комнату жаром и лишая возможности двигаться.
– Одна физическая разрядка. После нее нормально поговорим, – сказал он, вновь набрасываясь на мою грудь. Вновь до легкой боли сжимая сосок, проводя по нему языком. Ладонью сжимая мою ногу ближе к попе, а пальцами второй руки расстегивая пуговицу на моих джинсах.
Если бы он сказал это на минуту ранее, я смогла бы твердо отказать. Если бы мое сознание хотя бы частично было бы в порядке, я бы не позволила подобному усугубиться и если бы я с самого начала сумела остановить все это, мы бы не дошли до такого момента.
Если бы… Если бы… Если бы…
Сплошные попытки оправдаться. Жалкие и никчемные. Совершенно не оправдывающие меня, но ведь это и не возможно. Когда ты поступаешь плохо, нет смысла пытаться отбелиться. Это уже ничего не изменит, а в том, что мы поступали плохо я не сомневалась.
Но насколько же логичными и манящими мне сейчас казались слова Тейлора. Даже правильными. Между нами действительно все слишком сильно накалилось и, если все так и продолжится, ничем хорошим подобное не закончится. А так мы получим физическую разрядку. Самую последнюю, а потом поговорим на трезвую голову и все это отпустим. Больше не будем совершать ошибок. Каждый пойдет своим правильным путем.
Но все же…
– Мы только что разговаривали с вами… – я сильно зажмурилась. Руками упираясь о столешницу желала так же прикрыть хотя бы грудь, но Тейлор убрал мою ладонь.
– Не прикрывайся. Хочу тебя голой.
– Я говорила вам о том, что связь с женщиной, которая принадлежит другому, это порочная, грязная связь, – слишком длинная фраза. Странно, как я вообще смогла ее произнести. – Я не меняю своего мнения. Вы поступаете плохо и утягиваете меня за собой.
– Я не считаю, что то, что происходит между нами, это плохо. А если это все же так… – он вплел пальцы мне в волосы и опять сжал их, заставляя запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза. – Значит, давай здесь и сейчас поступать плохо.
– Вы… – слова прервал судорожный вдох, когда Тейлор подхватил меня на руки и куда-то понес. Лишь несколько секунд и вот мы опять оказались в гостиной, где Даглас уложил меня на диван. Я попыталась приподняться на одном локте, в интуитивном и рефлекторном желании второй рукой прикрыть грудь, но пока я пыталась это сделать, Даглас просто сдернул с меня джинсы вместе с нижним бельем. Полностью оголяя. Еще сильнее взъерошивая мои мысли, которые и так расплывались из стороны в сторону, собой являя лишь жалкие обрывки фраз или вообще рвано соединенные мысли.
– Насколько же ты… – взгляд его почерневших глаз скользнул по мне. Медленно. Останавливаясь на особенно интимных участках тела, из-за чего желание прикрыться стало еще сильнее. Уже теперь невыносимее. Я даже свела ноги, но это проклятое чудовище опять их раздвинуло.