Tsitaadid raamatust «Лунное молоко»

здравом уме никто не сунется в

тусклым огнём, но его оказалось достаточно, чтобы рассмотреть ступени и старую рассохшуюся дверь. – А ну, открывайтя! Свои-и-и!! – бабка загрохотала

немногими синяками. – Здеся оставим, – Незабудка кивнула на груду тряпья. – Присл о ним к ним и пусть ожидаеть

выбралась на поляну и тяжело перелетела на пень. Взгромоздившись сверху, присела курицей, забила крыльями по шершавой коре. – Открывай давай! Не то так и стану сидеть, не выпущу из дома! – пригрозила она невидимой Яге