– Пап, что это?
– У нас мало времени. Если трещина образуется на месте озера, вся его целебная вода утечёт в бездонную пропасть навсегда.
– Значит, нужно идти дальше, – сказал Кевин, поднимаясь с земли.
Герои смогли поспать несколько часов, и это придало им достаточно бодрости для дальнейшей дороги. Осознание, необходимость, тревога смешивались в единый узел отваги, поэтому ночь и страх, витающий в воздухе, не способны добраться до уверенно бьющихся сердец. Герои направились в сторону озера, освещая путь волшебными факелами. Несколько светлячков упорно следовали за героями, стараясь как-то помочь и приободрить. Они летели рядом, иногда кружась в необычном ритме неизвестного танца насекомых. Джесс иногда поглядывала на них, улыбаясь и по-настоящему успокаиваясь.
Время текло быстро, и это ощущалось каждым. Солнце потихоньку выползало после небольшой спячки, частицы его света щедро пригревали каждого из героев даже утром. Шаги периодически ускорялись, дыхание тоже спешило. Время от времени герои чувствовали дрожание земли. В основном это были несильные толчки, но пару раз приходилось примкнуть к земле и переждать мощную тряску.
В течение долгого пути после того, как Гарри, Джесс и Кевин проснулись от земного дрожания, часто хотелось пить. Джесс несколько раз чувствовала, что силы уходят, ноги перестают слушаться, но девочка ясно понимала, что привал – это невиданный подарок в данный период времени, а такое она не может себе позволить. Осознание большого груза ответственности тянуло вперёд, поэтому усталость не была столь тягучей. Один раз герои остановились на пятиминутный отдых, когда шкала выносливости достигала нижней отметки, и в этот момент по-другому ощущалось всё вокруг. Насекомые Лоуранты выглядели красивее и изящнее, когда взгляды людей падали на их завораживающие крылья. В ответ насекомые ещё больше раскрывали свои яркие и завораживающие крылья и рисовали в воздухе знакомый символ – символ Лоуранты. Это внушало невероятной силы надежду.
Спустя долгие несколько часов пути, на исходе дня, герои добрались до второго ориентира, обозначенного на карте – каменная стена с именами всех лоурастов. Гарри, Кевин и Джесс потеряли все оставшиеся силы. С большим трудом, чем обычно, Гарри раздобыл хворост, Кевин зажёг костёр, и все устроились поудобнее где-то на краю стены. Джесс некоторое время рассматривала имена лоурастов, которые жили здесь много лет назад. У каждого было уникальное имя. Джессика вдруг вспомнила о Кидилио, о необычном красном пятне на его шее и обратилась к отцу:
– Пап?
– Что, Джесси?
– Я несколько раз видела у Кидилио красное пятно на шее. Что оно значит?
– Это волшебная печать Флигарó, она появляется у тех лоурастов, которые становятся отцом и матерью.
На лице девочки отразилось непонимание, и Гарри поспешил ответить на созревающий в её разуме вопрос:
– Здесь всё по-другому. Когда Кидилио покинет Лоуранту, отцом станет другой лоураст. Избранный. Это духовная связь, Джесси, и она существует десять тысяч лет.
– С того момента как…
– Погиб Флигарó, – прервал Джессику Гарри, знавший историю лоурастов.
Когда стемнело, Гарри лёг на землю и быстро погрузился в крепкий сон, а Джесс и Кевин сидели рядом у потухающего костра и смотрели на тлеющие ветки. Они тоже собирались спать после трудного дня, но решили несколько минут посидеть перед красиво переливающимися желтовато-оранжевыми волнами света. Он угасал медленно и аккуратно, и эта картина так же медленно усыпляла героев.
– Кевин, я так рада, что ты рядом с нами.
Кевин ласково посмотрел на Джессику и улыбнулся. В его глазах читалась искренняя радость и желание что-то сказать.
Джесс положила голову Кевину на плечо.
– Джессика Аллен, ты самый прекрасный человек из всех, кого я встречал. У меня не было матери, не было любящего отца. Меня создали заклинанием, и я не знал счастливого детства. У тебя замечательная семья. У тебя счастливая жизнь. И я благодарю судьбу за то, что встретил тебя.
Джесс подняла голову и заглянула в карие глаза друга. Она что-то чувствовала в области сердца, но объяснить, что это, не могла. Кевин слегка приподнял уголки губ и неспешно потянулся к Джесс. Прильнув к её губам, Кевин замер на мгновение, позволяя этим нескольким секундам нежности окунуть героев в новые волшебные ощущения. Флэйт аккуратно отдалился и сказал Джессике:
– Пора спать.
Герои проснулись от сильного толчка. Он был ещё сильнее, чем раньше, и это значило одно – времени остаётся всё меньше. Когда герои шли дальше, они наткнулись на трещину в земле. Бездонная пропасть пугала и торопила ещё сильнее. Кевин и семья Аллен не стала останавливаться и поспешила вперёд, тем более что до озера оставалось несколько часов пути. По дороге герои наткнулись на кусты флижеи. Путники съели по одной ягоде и ощутили бодрость, силу духа – то, чего им не хватало долгое время тяжёлого пути.
Солнце в этот день как будто не хотело мешать людям и чуть-чуть пригревало свысока. Насекомые тревожно посматривали за путниками и часто таились либо в чашечках цветов, либо в глубине деревьев. Их страх рассеивался по Лоуранте, и жители это ощущали на себе. Связь всех существ Лоуранты была плотной и тесной.
Спустя долгие несколько часов пути герои добрались до леса, пробравшись через который, они оказались перед высокими тёмно-зелёными зарослями, цвет которых не был похож на тот привычно зелёный, что они видели раньше. Глубина пугала и завораживала одновременно, а непредсказуемость останавливала. Было понимание, что пути назад нет, оставаться на месте нельзя. Все глядели на двухметровые заросли, возвышавшиеся недалеко от них.
– Джесси, Кевин, сейчас мы пойдём в самое сердце Лоуранты. Когда зайдём в эти заросли, никто не должен отпускать мою руку. Не слушайте их и ни в коем случае не отвечайте им.
Гарри говорил с полной серьёзностью, и Джессика не могла вспомнить случая, когда отец говорил с такой твёрдостью в голосе. Он был убедителен, никто не стал спорить с Алленом. Герои повернулись к зарослям, стоящим неподвижно. Только сейчас девочка прислушалась и уловила полную тишину. Из живых здесь были только они.
Гарри взял Джессику и Кевина за руки, и они сделали первый шаг. Следующие шаги стали чуть быстрее под громом земного дрожания. Оказавшись почти вплотную к пугающей своей неизведанностью чаще, Гарри ещё раз посмотрел на свою дочь и уверенно кивнул. Все медленно пошли вперёд. Джесс и Кевин одной рукой держались за Гарри, второй – расчищали путь. Большие листья неизвестного растения окружали героев и сначала показалось, что ничего страшного случиться не может, перед героями обычные кусты, но через секунды Кевин услышал знакомый голос.
– Кевин.
Он повернулся в ту сторону, откуда его кто-то звал. Ничего не было видно в тёмно-зелёных дебрях, но в ушах появился шорох, постепенно переросший в шёпот.
– Кевин, это я.
Кевин интуитивно продолжал идти, а в его голове возник вопрос, который он боялся озвучить.
– Да, это твой отец. Быстро же ты меня забыл. Что, новая семья оставила тебя в Лоуранте? Думаешь, ты им нужен? Кидилио одной ногой в могиле, Селивея думает только о своих детях, а что насчёт Джесс? – усмехнувшись, произнёс Том. Кевин сжал челюсти, сдерживая порыв эмоций.
Услышав некое шуршание, Гарри обратил взгляд чуть левее. Этот шум разрастался и в итоге превратился в глубокий мужской голос.
– Гарри. Как ты мог?
«Кто это?» – вертелось в голове, но Гарри не позволял вопросу вырваться на свободу.
– Ты меня никогда не видел, а если бы видел, тоже бы подвёл?
«Не может быть. Флигарó?»
– Из-за тебя погибло десять маленьких лоурастов, моих детей. И ты смеешь приближаться к священному озеру? Лоуранта погибает. Ты во всём виноват. Ты не заслуживаешь быть здесь.
Гарри напрягся, почувствовал, как копится в нём пучина злобы, но не перестал идти вперёд.
***
Сто лет назад.
– Потерпи, Садилио, осталось совсем немного, – дрожащим голосом промолвил Кидилио, еле удерживая на руках маленького лоураста. Они приближались к шепчущим зарослям, но у Кидилио силы быстро иссякали. Он бежал, иногда замедляясь, чтобы сделать несколько глубоких вдохов. Пробравшись к середине зарослей, Кидилио что-то услышал и остановился. Удивление смешивалось с испугом и прибивало к земле. Лоураст знал, что шепчущие заросли – опасное место, но почему? Нигде не писалось про это место.
Приподняв Садилио и плотнее прижав к телу, Кидилио шёл дальше. Шёпот, не смолкавший ни на секунду, укреплялся в разуме, разносился по чащобе и что-то пытался донести. Кидилио не отвечал. Он лишь чувствовал внутреннюю злость и непонимание, а бессилие уже не казалось тягостным. Пробираясь через большие листья, Кидилио увидел просвет. Он ускорился, стараясь разумом отогнать странный голос в голове. Неожиданно лоураста что-то остановило. Наступила мёртвая тишина. Только сейчас он посмотрел на Садилио и услышал его тихий и жалобный голосок:
– Мама, нет… – слёзы малыша одна за другой капали на землю.
Кидилио огляделся. Сердце стало биться с невероятной скоростью, лоураст ощущал: что-то грядёт. Он сжал хрупкое, истекающее кровью тело Садилио, и попытался сделать шаг. Он не смог. Из зарослей мгновенно вырвалось скопление стеблей, обвившее тело лоураста, и потянуло Садилио в глубь чащи. Кидилио ухватился за руку лоураста, но тяга растения была сильнее. Стебли резким движением вырвали Садилио из ослабевших рук Кидилио и утащили его в глубину…
***
Джессика проморгалась и сглотнула режущую горло горесть. Что это было? Видение? Девочка почувствовала неприятный скрежет на сердце, скорбь окутала её разум и напомнила о маленькой Фелинее. Слеза печали покатилась по щеке и упала на землю, разбиваясь на множество мелких капель. Наступила мрачная тишина. Джесс вновь проморгалась, на этот раз почувствовав что-то неладное. Она никого не увидела рядом, что напугало ещё сильнее. Спустя мгновение из чащобы выскочило множество стеблей, переплетённых друг с другом, и обхватило тело Джесс. Она не успела опомниться, как оказалась в железной хватке растения. Осознание напомнило, что произошло с маленьким лоурастом сто лет назад. Джесс почувствовала, как её тянет куда-то и закрыла глаза.
– Джесс! Джесс!
Девочка быстро открыла глаза, посмотрела, откуда доносится звук и испугалась. Испугалась не из-за того, что кто-то нарушил покой зарослей, а из-за того, что она слышит Монивио.
Стебли остановились и ослабили хватку. Когда лоураст показался в чаще, цепкие стебли отпустили Джесс, быстрым порывом обхватив Монивио. Он продолжал говорить, глядя на Джессику:
– Джесс! Не вздумай кричать, не говори ничего, не роняй слёзы на землю! Уходи, быстрее уходи отсюда! – Монивио взывал к ней, чувствуя, как его уносит в глубину зарослей.
Аллен остолбенела, не понимая, что делать. Ладонью вытерев слёзы, она нестерпимо хотела закричать, позвать на помощь, сказать Монивио хотя бы что-то, но не могла. Она боялась, а все возможные нити разума сплелись в один узел и не давали ни одного решения. Джессика заметалась, но стебли всё быстрее отдалялись. Монивио успел бросить к ногам девочки некий свиток и произнести последнее, что услышала Джесс:
– Уходи! Убегай отсюда! У вас мало времени…
Вновь наступила тишина. Она была мрачнее и горестнее предыдущих. Джессика схватила свиток и помчалась вперёд, прислонив другую руку ко рту, чтобы ослабить порыв бушующих эмоций.
Джесс бежала, как не бежала никогда. Увидев свет, она ускорилась, стремясь к солнечным лучам и свободе. Вырвавшись из чащи, девочка упала на землю.
– Боже мой, наконец-то! – произнёс Гарри, как только заметил дочь. Он быстрыми шагами приблизился к Джессике и положил руку ей на плечо. Гарри сразу понял, что что-то не так.
– Что случилось?
Кевин подошёл к Джессике и присел рядом, касаясь её руки.
– Джесси, что произошло? Почему ты плачешь?
– Мо… Монивио, – тяжело промолвила девочка, больше не сдерживая сильный порыв горя.
Гарри и Кевин переглянулись, догадываясь, что случилось. Они не сказали ни слова, пока скорбь отзвуками разносилась по округе. Кевин держал Джесс за руку, а Гарри аккуратно поглаживал её по спине. Он знал, как Джессика и Монивио сблизились и как дорожили друг другом. Лоураст сначала не принимал Джесс и скептически относился к её действиям, но спустя время он поверил ей, проникся душой девочки и стал считать её своей сестрой. Гарри ощущал тяжесть потери, но не представлял, что испытывает Джессика в эту минуту.
Девочка плакала, но сквозь слёзы рассказывала, что произошло в тех злостных зарослях.
– И он бросил мне этот свиток.
Гарри развернул его, пробегая глазами по бумаге:
– Не может быть. Это заклинания лоузаров. Но я первый раз вижу их.
– Видимо, Монивио пробрался в их пещеру и нашёл свиток, – добавил Кевин.
Джесс слушала, перебирая в голове всё сказанное. Пытаясь выстроить план действий лоураста, девочка ещё больше осознавала, на что пошёл Монивио ради неё и Лоуранты.
– Он пожертвовал собой, чтобы спасти меня. Он отдал свою жизнь ради жизни Лоуранты, – Джесс трудно давалась эта мысль, а слова били как ножом по сердцу.
– Он всегда ставил Лоуранту выше. Его родной дом не имел цены, – сказал Кевин, делая небольшую паузу. – Монивио знал, что делает, – договорил Кевин, утешая Джесс.
Герои вновь почувствовали дрожание земли и поспешили к озеру.
– Его жертва не должна быть напрасной, – произнес Гарри, направляясь к священному озеру. Оно располагалось недалеко от шепчущих зарослей, которые возвышались вокруг него и образовывали круг. Озеро по форме напоминало символ Лоуранты. Когда оставалась пара шагов, сильная дрожь остановила героев. Еле удерживаясь на одном месте, они пригнулись к земле и в тот же момент услышали громкий треск совсем рядом. Звук исходил из недр земли, на поверхности которой стала на глазах появляться трещина. Твердь пульсировала, а трещина расходилась всё быстрее. Гарри с трудом поднялся на ноги, но тут же опустился к земле под напором сильной тряски. Разлом подобрался к озеру с правой стороны, и вода стала утекать в пропасть. Гарри не задумываясь прополз к воде чисто-белого цвета, молниеносно достал из сумки камень Флигарó и опустил его в воду. Джесс и Кевин следили за его движениями и при этом старались подметить важный момент их ключевой цели. Гарри несколько секунд держал камень в озере, пока вода убывала. Неожиданно для всех камень засветился нежно-бирюзовым цветом. Свечение постепенно заполнило пространство, отчего каждому пришлось зажмурить глаза. Яркость обволакивала всю Лоуранту, после чего так же плавно исчезла. Герои переглянулись. Внутри зажигался огонёк радости, но каждый боялся спугнуть её своей улыбкой.
В Лоуранте повисла тишина, и некий испуг вдруг закрался в сердце Джессики. «А что если мы не успели?» Но лишь миг был необходим, чтобы в Лоуранте вновь стали слышны самые разнообразные звуки. Послышались трели волшебных птиц, стрекотание лоуптеров, новое пение неизведанных птиц, слышимое издалека, бархатный шелест листьев от пролетающего рядом ветра – одним словом «жизнь». Трещина стала зарастать, а озеро вновь наполнилось водой. Земля успокоилась и будто бы глубоко вздохнула после всего, что произошло на её поверхности.
Гарри повернулся к Кевину и Джесс, доставая камень из белой воды.
– Получилось, – негромко сказал он, не сдерживая улыбку, но и опасаясь слишком бурных эмоций.
Лицо Кевина озарилось давно забытым чувством счастья и душевного спокойствия, он обратил взгляд на Джесс, глаза которой до сих пор были пропитаны слезами, и нежно обнял. Гарри подошёл к ним и сделал то же самое. Так герои простояли чуть больше минуты и, когда они поняли, что теперь Лоуранте ничего не угрожает, трещина на камне Флигарó зажила благодаря лечебному свойству священного озера, стали собираться в обратную дорогу.
– Мы успели, – уверенно проговорил Кевин, возвращая запутавшиеся от переживаний мысли в привычное русло.
Солнце засветило по-особенному тепло и жизнерадостно, и Гарри в голову закралась мысль:
– Озеро спасло Лоуранту, исцелив камень Флигарó, оно могло и разрушить чары, – произнёс Гарри, указывая на шепчущие заросли. Тёмно-зелёная чаща, даже издали пугавшая мрачностью и таинственностью, казалось, теперь излучает частицы света. Этот свет не тот, что падает с небосвода, а тот, что живёт в глубине любого создания Лоуранты. Герои почувствовали, что перемены действительно произошли в волшебной стране. Если озеро исцелило камень, насыщающий жизнью Лоуранту, значит, оно могло и уничтожить всё зло, сохранявшееся здесь после исчезновения лоузаров. Эта мысль возносила сердце Гарри до небес, наполняя его осознанием самого главного и вместе с тем ещё недавно невозможного – всё закончилось. Страх, опасность, тьма, зло, несчастья. Всё то, чем жила Лоуранта десять тысяч лет, ушло навсегда. Эту мысль непросто было принять и оставить ей место в глубине сознания, но Гарри решительно поверил, что это возможно, что это правда. Все те годы, что он жил в Лоуранте, все те пугающие неизвестностью сны детства с попаданием в волшебную страну – всё сблизило его с Лоурантой настолько, что он считал себя таким же верным жителем страны, как и лоурасты.
Быстрыми движениями рук Гарри отыскал в сумке книгу заклинаний и с глупой, но по-настоящему счастливой улыбкой на лице прочёл:
«Фалидо палитеро ламиноре».
Он поднял голову вверх в сторону зарослей, рукой прикрывая глаза от солнца.
– Что ты сделал? – полный любопытства спросил Кевин.
– Сейчас, – тихо произнёс Гарри, как будто говоря это самому себе и уверяя в осуществимости задуманного.
Кевин и Джессика тоже посмотрели на небо, чего-то ожидая. Томительные несколько минут стоили того, и из-за чащобы неожиданно послышался знакомый икающий крик птицы. Флигалы. Величественные создания показались в вышине, широкими крыльями разрезая воздух. Они грациозно опустились на землю около героев, издав грозный крик, напоминающий рычание рыси.
– Не может быть! – воодушевлённо воскликнул Кевин, одаривая радостным взглядом Джесс. Краешки её губ осторожно потянулись вверх, но тут же опустились под напором ноющего от боли сердца.
Кевин подошёл к Джессике и прислонил ладонь к её влажной щеке. Душа Флэйта забирала частицу боли себе, но он не хотел торопить или тревожить Джесс. Девочка коснулась руки Кевина в ответ и на мгновение прикрыла глаза. Горечь бурлила внутри, но часть этого мучительного чувства вытеснялась чем-то тёплым. Лёгкие покалывания в области груди возвращали к жизни и твердили: «Ты справишься, ты сильная». Джесс не спеша открыла глаза и обняла Кевина.
– Влюблённые, пора возвращаться, – окликнул Кевина и Джессику Гарри, довольным взглядом приглашая их взобраться на спину флигала.
Кевин протянул руку Джесс и ласково сказал:
– Ты со мной?
– Всегда, – ответила девочка, ступая за Кевином.
Они приблизились к изящной фигуре флигала, наблюдавшего за играющими в воздухе лоунисами, и протянули руки к его мягкой шее. Сначала лёгким поглаживанием, а затем ощущая каждой клеточкой кожи бархатную шерсть существа, герои проводили рукой по его телу. Флигал прикрыл глаза от давно забытых ощущений уюта и ласки. Волшебное создание опустилось ниже, и Кевин залез на флигала. Следом Флэйт помог Джессике взобраться на мощную спину создания. Удобно расположившись, Джесс крепко обхватила Кевина руками и приготовилась к незабываемым ощущениям, захватывающим дух.
Флигалы издали громкий крик и сильными взмахами поднялись ввысь. Герои вспомнили прекрасные эмоции от их первого полёта и вновь наслаждались счастливыми минутами волшебства. Пролетая над просторами и горными вершинами Лоуранты, Джесс на время забыла о скорби. Зелёные луга, пестреющие цветами, завораживали и пленяли своей красотой. Возле флигалов пролетали необычные птицы, которых Джесс видела первый раз. Совсем немного ей удалось рассмотреть этих существ. Маленькие юркие птицы летели стаей из семи особей. Их крылья красного цвета блестели при каждом взмахе, а маленькие клювы были изогнуты и напоминали серп. Из необычного, что успела заметить Джессика – это глаза. Птицы имели четыре глаза, по два с каждой стороны. Глаз чуть больше смотрел вверх, другой – вниз.
Через несколько часов полёта герои приземлились около деревни. Крик флигалов привлёк лоурастов, и многие поспешили к спасителям.
Спустившись с флигалов, герои заметили жителей деревни, собирающихся рядом. Дети восхищённо смотрели на существ, которых не никогда не видели. Лишь рассказы о флигалах грели душу и очаровывали разум. Многие лоурасты подвели детей ближе и приподняли, чтобы те могли впервые прикоснуться к волшебным созданиям. Другие лоурасты встретили Гарри, Джесс и Кевина искренней улыбкой, за которой скрывалась неизмеримая ни в каких единицах благодарность за очередное спасение Лоуранты. Все жители давно считали героев своими братьями и сёстрами.
Джессика вдруг заметила выходящую из толпы Селивею.
– Джесс! Гарри! Кевин! – громко произнесла она, источая самые яркие и светлые эмоции.
Селивея приблизилась к героям и сначала оказалась в объятьях Джессики. Девочка крепко обхватила руками лоурастку и в этот момент ощутила, как сердце сковывали цепи боли, напоминая о недавно случившемся в шепчущих зарослях. Когда Селивея отдалилась, сразу увидела скатывающиеся по щеке Джесс капельки горя.
– Что случилось? – встревоженно промолвила Селивея, глядя то на Джессику, то на Гарри. Первые несколько секунд они молчали, не находя сил сказать о смерти Монивио. Джесс опустила голову, роняя слезу за слезой, а Гарри взглянул опустошённым взглядом прямо на Селивею и произнёс:
– Монивио больше нет с нами.
Селивея перевела взгляд на Кевина в надежде увидеть в очертаниях его лица хоть частицу света, но душа мальчика так же рвалась на части. Некоторые лоурасты, стоявшие поблизости, услышали из уст Гарри печальную новость и подошли ближе, кладя ладони на опустившиеся от скорби плечи Селивеи. Флигалы, прочувствовав ноты трагедии, парящие в воздухе и в сердцах всех, что-то прокричали и улетели.
– Как это произошло? – спросила Селивея.
– Мы расскажем вам, – проговорил Гарри, приобнимая Джесс и направляясь в деревню. Лоурасты последовали за ними.
Этот вечер был угнетающим. Солнце тосковало вместе с жителями деревни, разукрашивая небо в более тёмные оттенки оранжевого и фиолетового. Все лоурасты мысленно простились с Монивио, узнав о его подвиге ради спасения жизни не только Джесс, но и всей страны. Ближе к ночи у костра в центре деревни осталось лишь шестеро, остальные отправились спать.
Тихое жужжание светлячков убаюкивало, когда они подлетали ближе к героям, но сон ещё не спешил завладеть сознанием, пока не будет выяснено самое важное.
– И как он так быстро прибыл к шепчущим зарослям, мы не знаем, – договорил Гарри, посвящая Кидилио, Селивею и Равилио в свои рассуждения.
– Лишь заклинание способно на это, – послышался голос Кидилио, звучащий тише и болезненнее, чем обычно, – но в книге заклинаний нет такого, которое бы переместило лоураста.
Повисла недолгая пауза. Никто не мог предположить, как Монивио, будучи в два раза меньше человека, очутился в тёмной чащобе в то время, когда туда зашли герои. Дорога до озера была долгой, и путники спешно перемещались по нужному пути, иногда ускоряясь, иногда останавливаясь на небольшой привал и засыпая ночью всего на несколько часов. Лоураст не в силах преодолеть за такое же время длительное расстояние. Флигалы не летают до шепчущих зарослей, они не могли ему помочь. Как же Монивио оказался там?
Рассматривая свиток, переданный Монивио, Равилио иногда покачивал головой, находя новые для себя заклинания лоузаров, не подвластные людям и лоурастам. Среди написанного было: заклинание призыва лоузаров, свирепости, стирания следов, боли, слежения. Внезапно озарение забушевало в Равилио буйным штормом, и он произнёс:
– Пещера лоузаров.
– Что? – удивлённо промолвила Селивея.
– Монивио нашёл это в пещере лоузаров.
– Я думал об этом, – прервал лоураста Гарри, – но мы были с Палидио в пещере лоузаров спустя несколько дней после случая в крепости Флигарó. Мы не нашли там ничего, кроме бесполезных клочков бумаги. На них были имена детей, обычные заклинания, известные всем нам, и карта Лоуранты.
– Должно быть, он смог найти что-то, – донёсся голос Кевина.
Все взглянули на него и задумались. Равилио сразу рассеял тишину заклинанием раскрытия: «Салинеро далинто вара лазиноре», после чего недоумевающими глазами изучил написанное в нижней части листа, где до этого была пустота. Джесс поспешила узнать, что же увидел лоураст.
– Вот как Монивио добрался до шепчущих зарослей. Заклинание перемещения.
– В книге заклинаний Флигарó никогда не было такого, заклинание обладает большой силой и требует жизненной энергии от существа, – сказал Кидилио.
– Монивио знал, на что идёт, и годы жизни отдал не просто так, – заключил Равилио, ощущая неимоверную тоску по брату.
Лоураст опустил голову и сразу же произнёс, от удивления громче обычного:
– Смотрите, внизу свитка появился какой-то символ.
Лоураст развернул свиток ко всем и указал на еле виднеющееся обозначение. Никто раньше не видел такого рисунка:
– Это звезда, а по сторонам символы из крепости Флигарó. Справа – лоураст, внизу – человек, слева – Флигарó, сверху – спаситель Лоуранты, – проговорил Гарри, которому были знакомы эти четыре символа.
– Интересно, что обозначает эта линия внизу? – с непониманием спросила Джесс.
– Похоже на временной интервал. Нужно выяснить. Джесси, Кевин и Равилио, завтра с рассветом отправимся в пещеру лоузаров. Кажется, я видел этот рисунок на одной из стен в той пещере.
Было решено единогласно. Загадка, требующая ответа, тянула куда-то. Глубина пугала и звала, поэтому Джесс этой ночью плохо спалось. Сотня мыслей не покидала сознание и погружала в пучину тайн. Девочка заснула лишь на пару часов.
Рассвет подарил Лоуранте яркие лучи и приятные звуки только что проснувшихся насекомых. Гарри ждал на краю деревни, и спустя небольшой промежуток времени к нему присоединились Джессика, Кевин и Равилио. Взяв всё необходимое, герои отправились к пещере. По пути каждый думал об одном и том же. У Гарри наибольшее беспокойство вызвала то ли собственная невнимательность при последних поисках в пещере, то ли злобная тайна, созданная лоузарами. Он настроился решительно и понимал, что не уйдёт без ответов.
Прибыв на место, Джесс первым делом почувствовала некие болезненные покалывания в области сердца. Она вспомнила Фелинею. Осознавая, что эмоции и слабость сейчас никак не помогут, девочка попыталась сконцентрироваться на задаче.
– Нужно найти этот символ на стене, – произнёс Гарри.
Все принялись тщательно рассматривать каменные стены, стараясь не пропустить ни одного миллиметра. Гарри был уверен, что видел символ в прошлый раз, но тогда не придал ему значения.
– Нашёл! – воскликнул Кевин, подзывая всех в глубь пещеры.
Когда герои приблизились, Кевин указал на стену, посередине которой вырисовывался нужный символ. Неприметный, он не привлёк внимание сразу. Рисунок был выгравирован скорее всего много тысяч лет назад. Такое предположение сделал Гарри, проведя пальцами по высеченным линиям. Изучая много лет историю Лоуранты, он понимал, что не лоузары – создатели этого символа. Его суть кроется в многовековой эпохе, хранившей и до сих пор таящей в себе нечто важное и, возможно, опасное. Перед тем как быть изгнанным из Лоуранты, Том мог начертить символ, ведь он уже тогда планировал своё злодеяние. Понимая, что основная задумка может не удаться, Том Флэйт готовил запасной план. Всё дело в мудрости Флигарó и в силе пророчества. Как бы Том не завуалировал крупицу хитрости в своих намерениях, судьба каждого создания была предначертана с первой секунды жизни Лоуранты. Флэйт знал это, но боролся до конца. Его злобное сердце не знало слова «сдаться», поэтому Том всеми фибрами души стремился воплотить свой умысел в жизнь и обойти пророчество. Он считал, что, если наделён частью власти Флигарó, силой и бессмертием, это поможет ему победить.
Гарри ощупывал стену с рисунком, надавливал на его отдельные обозначения, прочёл заклинание движения, но ничто не помогало. Стена оставалась недвижимой.
– Ничего не понимаю, – недоумевающим тоном произнёс Гарри, отходя от стены, – не может быть, чтобы здесь ничего не было.
Равилио разглядывал стену, не зная, как быть. Джессика подошла к отцу и положила ладонь ему на плечо, мысленно поддерживая. Она тоже не знала, что делать. Кевин сделал шаг к стене, оказавшись перед ней почти вплотную. Его взгляд упал на левый символ с перечёркнутым овалом, и Флэйт вспомнил отца. Воспоминания не отзывались ничем хорошим, лишь злоба и ненависть, исходившие от Тома, создавали эти воспоминания. Желание отомстить, уничтожить всё, что было дорого Флигарó – вот что толкало Тома на осуществление задуманного. И ради чего? Ради ощущения превосходства? Том никогда не посвящал Кевина в свои коварные планы, скрывал самое главное, только изредка приоткрывая занавес, чтобы Кевин мог выполнить данное ему требование. Кевин прикрыл глаза, отгоняя нахлынувшие воспоминания. Сделав глубокий вздох, он вздрогнул от резкого щелчка. Быстро открыв глаза, Кевин повернулся к остальным и заметил на их лицах удивление. Откуда этот звук? В этот же момент стена с символом стала выдвигаться вперёд, а затем в сторону. Кевин успел отбежать, и перед героями открылся проход в темноту и неизвестность.
– Что ты сделал? – спросил Гарри, чувствующий замешательство, но вместе с тем и душевный подъём от осознания, что разгадка близка.
– Ничего, – ответил Кевин, недоумевая, – я ничего не делал. Я вспомнил отца, его приказания, его манипуляции.
– И всё? Ты на что-то нажимал?
– Да нет же. Я закрыл глаза, сделал глубокий вздох и постарался забыть.
Гарри не стал давить на Кевина. Проходя вперёд, он слегка хлопнул мальчика по плечу, улыбаясь его находке. Всему своё время, и почему открылся проход – обязательно выяснится.
Все не спеша продвигались за Гарри в скрытую часть пещеры. Проходя мимо Кевина, Джессика искренне улыбнулась ему, прошептав: «Молодец». Зайдя в темноту и ощутив прохладу на коже, Гарри произнёс заклинание света, и наверху загорелись жёлтые огоньки. Едва заметно шевелясь, словно живые звёзды, они дарили не только свет, но и немного тепла.
Перед героями оказалась часть пещеры, которая была вдвое меньше основной, но при этом хранящая в себе вдвое больше тайн и ответов. На одной из стен, ближе ко входу, висело множество записей, рисунков и фотографий. Джесс первая приблизилась к этой стене. Её глаза заметно расширились при виде фотографий, на которых была она, Гарри, Сара и лоурасты. На первом изображении – она и Сара, идущие по одной из улиц Атланты, на втором – она, стоящая у входа в портал, там, между Атлантой и Лоренсевиллом. Фотография была сделана сверху со спины Джесс. На третьем снимке – Гарри, держащий в руках карту возле своей пещеры. Четвёртое изображение с лоурастами в деревне, где видно несколько детей. Среди маленьких лоурастов – Фелинея.