Tsitaadid raamatust «Волки и медведи»
Это был писатель из тех, кто, если нужно описать траву, обязательно скажет: «зелёная», про тишину — «гробовая», про кожу девушки — «нежная, как шёлк», — и всё потому, что прочел слишком много книг, в которых траву склоняли на столько ладов и сравнивали со множеством таких вещей, что ничего травяного в ней не осталось, а прочтя, вернулся к исходной точке: трава, собственно говоря, зелена.
На улицах было мирно и буднично, как часто в часы катастрофы: кто-то идёт делать революцию, а кто-то — в булочную за пышками.
С излишним почтением относясь к своим убеждениям и с недостаточным – к истории, специалисты не умели заподозрить, какая роль отведена им историей в отместку: благонамеренные, но зловредные люди, которые несут прогресс и всюду приносят разруху.
