Эстер
– Пап… – мы шли через магический лес с отцом плечом к плечу. Папа не открывал Теневую тропу, что почти мгновенно могла перемесить нас от порога дома Гидеона к Главным Вратам белоснежного замкового комплекса Магической Академии.
Отец периодически бросал на меня короткие взгляды.
Осуждает? Вроде бы нет.
Он останавливается. Я тоже вкапываюсь на месте. Мы смотрим друг другу в глаза неотрывно. С папой я всегда была чуть ближе, чем с мамой.
– Всё в порядке, Эстер. Ты ничего плохого не сделала.
Я улыбаюсь. Облегчение накрывает меня мощной волной.
– А как… ты в целом себя чувствуешь, Эстер?
– Хорошо… то есть…
– Ты почти всё время грустила. Как будто лежишь с бетонной плитой на груди. Творила всякие детские шалости и при этом смотрела как мученик. А теперь я этого в тебе не вижу. И меня это устраивает. Если так на тебя влияет Гидеон, я только “за”. Но…
У папы всегда есть “но”. Причём обычно их несколько.
– Ну, говори уж, пап…
Мы медленно побрели к замку. За редеющими деревьями уже были различимы белые каменные стены.
– Во-первых, Гидеона надо взять под контроль. Его сверхцель – извести под корень наш вид. Всегда держи это в уме. Тебе попался сложный экземпляр. Однако Драконы вспыльчивые, но отходчивые… попробуй с этим как-то поработать. А то кончится плохо. Или ты лишишься своей пары и зачахнешь от горя. Или Гидеон всех убьёт. И ты зачахнешь от горя.
– Ясно… – сейчас у нас с отцом даже синхронизировался шаг. Если нас кто-то видел бы со стороны, отметил бы как мы похожи, не то чтобы внешне, а… по общему впечатлению, – дальше, пап.
– Во-вторых, постарайся узнать своего будущего мужа и пусть он узнает тебя. Привяжи его к своей личности. Без учёта истинной связи. Пусть влюбится. Тогда у тебя будет шанс… скорректировать его позицию. Плохо, что вы сразу прыгнули в постель, но… поправимо.
– Пап… – щёки опаляет жаром, я наверняка краснею.
– Он, случайно, тебя не принудил к этому, Эстер?
– Нет, пап… я была не против… И не будем об этом, я тебя прошу, – это уж совсем неудобный разговор с отцом! – давай, излагай дальше…
Снова беглый внимательный взгляд. Отец словно просвечивает мою душу насквозь. Что-то с чем-то молча сверяет в своих мыслях. Затем шумно выдыхает.
– И пока последнее, Эстер, – папа протягивает мне браслет, точную копию того, что был на мне вчера, но то ли расплавился, то ли испарился, – надень.
– Пап!!! Я обещала Гидеону, что…
– Это просто браслет, Эстер. Ты знаешь, что дитя, которое сейчас носит под сердцем твоя мать, тянет из неё слишком много сил. Магический фон Элины низок как никогда. Если примешь ванну, переоденешься и наденешь браслет – твоя мама не поймёт, что ты… поторопилась с брачной ночью. Она расстроится, понимаешь? А сейчас крайне важно, чтобы она сохранила душевное равновесие. Хотя бы до родов. Проведём закрытую церемонию бракосочетания…и потом…можешь рассказать. Но лучше не надо.
– Пап, ты сейчас прям как… Дракон, – усмехаюсь, принимая браслет и надевая его на левое запястье поверх метки.
Мимоходом возникает ощущение какого-то подвоха, но тут же исчезает.
Папа же не мог меня обмануть?
***
Я сделала всё, как сказал отец.
Приняла ванну, сменила всю одежду на чистую. Ту, в которой пришла, на всякий случай – спалила в магическом очаге. Я практически уверена, что на мне не осталось запаха Гидеона.
То есть… сильные маги-перевёртыши, конечно, ощутили бы. Но мама сейчас и впрямь не в лучшей форме и вряд ли его распознала бы.
Проходя мимо распахнутого настежь окна своей комнаты – с нежностью взглянула на вечно хмурое место. Там, над магическим лесом нависали тяжёлые тучи даже в ясный день.
Теперь всё стало ясно – именно там жил Гидеон все эти годы. Дракон, сошедший с небес. Порождающий бурю.
Я почти сразу перестала улыбаться. Над домом Гидеона небеса были буквально чёрные. Исходили какой-то истерической грозой!
Что случилось? Я недоумённо посмотрела на себя в ростовое зеркало, затем на браслет. “Имитацию артефакта”. Точно имитацию?
Попыталась снять.
Никак.
Папа!!! Ну что за дела?! Зачем?!
Пока я двигала широкий браслет туда-сюда, поняла, что по коже плеча еле ощутимо дёргает – точно силовые разряды бьют. Закрыла рукой магическую печать в виде россыпи молний, оставленную Гидеоном на мне – "для профилактики побега". И попыталась отправить мысль: “всё нормально, я вернусь в срок!.. Прости за артефакт. Это случайность!.. Честно…Я… скучаю”
Последнее – сработало. Плечо перестало дёргать. Гроза над тем участком леса не успокоилась, но… стала менее истеричной.
Ну папа, мы с тобой ещё поговорим!
Я выбежала из комнаты.
Надо успеть заглянуть в личные покои родителей. Быстро обсудить всё и нестись на первую лекцию. Хотя уже понятно, что я порядочно опоздала.
“Но хоть попытаюсь провести этот день как обычная адептка! У меня получится”. – мысленно произнесла я.
Как же сильно я ошибалась!
Эстер
Ранним утром, когда мы с отцом вернулись в Академию, мама ещё спала. Так что я решила забежать к ней в обеденный перерыв.
На лекции сидела как на иголках. Не слушала. На практике – всё валилось из рук. Я совершенно измоталась.
Чопорный тощий маг – Магистр Файс, похожий скорее на пожилого жреца в храме, чем на могущественного чёрного колдуна вёл у нас Тёмные Искусства. Он был невнятный. Никакой.
“Папа скоро его уволит с должности декана”, – вдруг спонтанно или почти спонтанно подумалось мне. Я перехватила кусок пирога в столовой зале – ряды столов вдоль гигантского помещения были забиты адептами всех факультетов. Как и всегда в обеденном перерыве – стоял знатный галдёж. Парочка преподавателей поглядывала за юными адептами из-за своего стола, чтобы мы не нарушали дисциплину слишком уж рьяно. Не использовали магию, например, – это запрещалась в замкнутом помещении при таком скоплении одарённых. Последствия было бы трудно предсказать.
Нервно потоптавшись возле стола своего факультета, перекинулась парой фраз с тремя ближайшими друзьями. На прощанье обняла своих однокурсников (и подельников) в моих почти безобидных выходках. Поклялась объясниться в своих исчезновениях позднее и хотела уже унестись, но…
Повернувшись к выходу из столовой залы – почувствовала между лопаток особый взгляд. Я бы ни с кем его не перепутала. На меня смотрел прозрачно-голубыми глазами Виктор – наш маленький гений и один из моих самых близких друзей. Единственный четырнадцатилетний ребёнок, что учился с нами, на третьем курсе. Остальным адептам третьего года было не менее двадцати человеческих лет. Но Виктор – был очень одарён, ну и что уж там… блат сыграл роль. Виктор – черноволосый, миловидный… ещё почти мальчишка – наш маленький Огненный Дракон. И к тому же видящий маг – исключительно редкая способность видеть истинную суть вещей. И именно советы его матери мне ой как пригодятся для дальнейшего общения с Гидеоном. Да и с ним мне есть о чём побеседовать…
Я обернулась к другу и выкрикнула:
– Прости, Виктор! Я правда очень спешу!..
Какой же он ребёнок. Погрустнел, серьёзно кивнул. Но я не ушла из столовой, пока не удостоверилась, что ещё двое из нашей компании втащили нашего маленького Дракошу за обеденный стол и отвлекли. Сердце защемило. Рано… рано его сюда отдали. Но он так решил. Дракон же. Хоть и мелкий, а всё туда же. Легче согласиться, чем переубедить.
Я тяжело вздохнула: с Гидеоном – уже, мягко говоря, взрослым экземпляром – я знатно отхвачу.
Папа, конечно, хочет, чтобы я действовала классическими “хитростью и умом”, свойственным виду Змей-перевёртышей, но… Боюсь, я буду действовать… в своём стиле, а не в папином.
Я очень верила, что мне удастся убедить Гидеона забыть о своей мести. Просто поговорю, обниму, поцелую… кхм… и так далее.
И все окажутся в выигрыше.
В общем… в ближайшее время мне предстояло развеять целый ряд моих наивных заблуждений.
Но выбегая из столовой и перескакивая через несколько ступеней за раз, я неслась по широкой светлой лестнице к родительским покоям. И ничего об этом не знала.
У родительских апартаментов я привычно схватилась за серебряные массивные ручки с выгравированными барельефами змеев. Потянула на себя. И вкопалась на пороге.
Мама и папа сидели в глубоких креслах. На круглом столике дымился разлитый по чашкам ягодный взвар. Мама сидела, подобрав ноги, в свободном белом платье, её беременный животик едва заметно выделялся.
Мы очень похожи, только её глаза были насыщенно-зелёные, волосы – темнее моих. Скорее каштановые, чем рыжие.
А в остальном… меня ошарашила мысль, что я с беременным животом буду выглядеть почти также. И даже мои пальцы будут покоиться в руках мужчины, который сложен примерно так же, как отец… с волосами почти такого же цвета.
Призрак моего будущего.
А ведь… это может случиться раньше чем возможно представить.
У меня же уже всё с ним было…
– У тебя уже всё с ним было?! – округлила глаза мама.
Изначальная сила, вот как так-то? Да, изредка бывало – мама могла выхватить из моего ментального потока обрывок какой-нибудь фразы. Особенно “яркой” и “громкой”.
– Эстер… – чуть не застонал отец, встал со своего кресла, обошёл маму и успокаивающе положил руки ей на плечи.
– А ты ещё и знал всё… да, Алик? – мама, конечно, не шипела и ипостась менять не собиралось. Но было ощутимо, что намерение такое у неё есть.
– Элина, – твёрдо обратился отец к маме, – да. Знакомство Эстер с её… Истинным… состоялось. И со свадебным ритуалом тянуть нет смысла. Дальше мы только будем компрометировать дочь и всю семью. Мы принадлежим к правящей семье, а значит, этого позволить мы себе не можем.
Мама устало шумно выдохнула, прикрыла глаза, сложила руки замком на округлившемся животе.
– Ладно, – вяло согласилась мама и распахнула глаза, внимательно на меня посмотрела – Эстер… неужели он тебе понравился?
Мы встретились взглядами. Мама прищурилась. И её зрачки вытянулись в нить, красиво рассекая пополам травянисто-зелёную радужку. Но это длилось пару мгновений.
– Понравился, – эхом отозвалась я, идеально выверяя интонации.
– У них с будущим мужем явно… проскочила искра, а наш знакомый грозовой Дракон умеренно дружелюбен – вклинился в разговор отец, и мама вынужденно перестала сверлить меня взглядом, снова превращаясь из готовой к броску змеи в милую слегка рассеянную беременную женщину.
Кажется, она хотела возмутиться, но словно не имела для этого сил.
– Как скажешь, Алик, – мама говорила тихо и печально, – Готовьте церемонию. И проведём. Совсем без неё нельзя. Но и шумного праздника на полстраны тоже не будет. Если мы предадим огласке личность жениха – получим только панику.
***
Мы с отцом вышли из родительских апартаментов вдвоём.
Отошли на несколько десятков шагов по длинному пустому коридору. Здесь всё настаивало на умиротворение – светлые стены, высокие арочные потолки, мягкий свет бусин магических огней, парящих у нас над головами. Элегантные статуи в нишах – в основном Змеи из чёрного или белого камня. Островок покоя…Но его-то у меня как раз больше не было.
– Пап… – заговорила я, и гулкое эхо отразило мой голос от пропитанных тысячами охранных заклятий стен, – ты зачем обманул меня с браслетом…
– Ради твоего блага, Эстер, – хмыкнул отец.
– То есть?
Мы снова с отцом шли “в ногу”.
– Во-первых, Эстер, я даю Гидеону шанс начать проявлять адекватное поведение. Пусть отнесётся спокойно и не ломает артефакт. И ты заодно покажешь мне, что в состоянии справится с таким мужем. Хотя бы в мелочах. Во-вторых, если ты добьёшься от него согласия оставить на тебе этот артефакт, чтобы Гидеон не пытался с тобой ментально слиться и подмять твою свободу воли… Сейчас, если он чуть окрепнет и ворвётся в твой разум – он тебя раздавит. Гидеон живёт на свете очень давно. От твоего сознания после его грубого проникновения останется… всё равно что выжженное поле.
Я сглатываю.
– И ещё Эстер…
Мне уже жутко слушать, что отец скажет дальше.
– Тебе не кажется, что Магистр Файс… плохо справляется с должностью?
Эм… неожиданная смена темы.
– Конечно, пап. Старикан Файс не тянет возглавлять факультет Тьмы… он же…
И тут до меня доходит.
– Пап, ты же не собираешься…
– Когда-то на этом факультете уже был деканом Дракон. Они действительно хороши для этой должности… Это были золотые годы факультета Тьмы. Он был лучшим в Академии. А сейчас он худший.
Мне всё ещё кажется, что слух меня обманывает. Либо мой отец – мудрый Серебряный Змей – сошёл с ума…
– Пап, – я аж останавливаюсь. Отец замирает рядом. Мы смотрим друг другу в глаза, он улыбается, – пап, ты хочешь, чтобы Гидеон… эм… преподавал? Ты же сам говорил… он опасен и всё такое.
– А кто не опасен, Эстер? – усмехается отец, – даже я, помнится, как-то чуть не убил адепта, приревновав твою мать… дурачка-однокурсника Элины тогда спас счастливый случай. И Правитель.
– ЧТО?!
– Да неважно, Эстер. Важно то, что Гидеон всё равно вырастет в силе. Как бы мы ни старались противодействовать уловками и артефактами. Единственная возможность – если он прикипит к этому миру. Я уже проверил на многих безнадёжных душах – работа с детьми в этом очень помогает. Артефакты-ограничители не будут работать вечно. Гидеон их преодолеет. Это вопрос времени. И лучше, чтобы к этому моменту твой муж-Дракон был к нам лоялен. К тебе, к твоей семье, к нашему виду, ко всему населению Моравии… улавливаешь мою мысль?
– А если… он… не станет лоялен?
– Я другого выхода не вижу, Эстер. А ты?
Отрицательно качаю головой.
– Почему вы не пытались раньше? – тихо спрашиваю отца, – все эти годы взаперти его озлобили и…
– Я пытался. Гидеон был очень агрессивен. Но придя за тобой сегодня утром, я увидел… что он другой. И теперь я считаю, что шанс есть. Только я его не уговорю. Он тогда меня не слушал. Не послушает и сейчас.
– А как же…
– Он послушает тебя Эстер.
Во мне мечутся разнонаправленные чувства. Эйфория, ужас… и… надежда.
– Это очень опасный план, папа…
– Я знаю, Эстер. Я знаю. – ухмыляется уголком рта мой отец – Серебряный Змей.
Эстер
В особняк Гидеона захожу почти бесшумно. Лишь тихо шуршат длинные юбки изящного белого платья. Плечи, спина и шея у меня – голые. Зона декольте – целомудренно прикрыта. Рукава длинные – укрывают и метку Истинности и браслет-артефакт. Насколько я знаю, Драконам такой внешний вид должен нравиться.
Ткань платья – белая с нежным благородным серебристым отливом, очень гладкая на ощупь – почти текучая. У подола и края рукавов – мелкая алмазная россыпь. Если приглядываться – огранка драгоценного камня очень специфическая – прямая с одной стороны и полукруглая с другой – в форме драконьей чешуи.
Знаю, что Гидеону это понравится намного больше, чем форменный брючный костюм адептки Академии.
Сперва мне кажется, что в доме никого нет.
Но непроходящая гроза над особняком серого камня не позволяет сомневаться – Гидеон здесь. Но не является мне. Злится за то, что отец вновь надел на меня артефакт?..
Могу только гадать.
Я зашла в магический контур первой. Чтобы поговорить. Чтобы проверить, как Гидеон будет себя вести.
Если всё благополучно – я бы подала отцу знак, и была бы проложена тропа в Храм. Один из двух Храмов Драконьих Богов, что воздвигли за последние двадцать лет на территории нашей Змеиной страны – Моравии. В знак дружеского расположения и полного обоюдного принятия Змей-перевётышей и Драконов друг другом.
Всё-таки наши расы приходились друг другу дальней роднёй.
Однако я знала, что Гидеон пылает ненавистью ко всем Змеям. Кроме меня. И то – не окажись я его Истинной парой – наверняка размазал бы меня по стенке…
В размышлениях я уже пересекла пустующую богатую гостиную залу. В массивной мебели мне мерещились чёрные тени, по углам – шорохи.
Я не видела Гидеона.
Но ощущала его присутствие.
По запаху молодой грозы, от которой у меня буквально подгибались колени.
Да я просто знала в конце концов!
Я чувствовала его каждой клеточкой тела.
Наконец, замерла – я почти достигла эйфории – а значит, Гидеон совсем близко.
Он стоит за моей спиной!..
Не пойму, как он туда попал.
Мои чуткие рецепторы Змеи-перевёртыша не уловили движений. Я только сейчас начинаю понимать, что за существо оказалось назначено судьбой мне в духовные супруги.
Я дышу часто.
Его горячая сильная рука ложится на мою шею!..
И я блаженно прикрываю глаза. Чувствую, как наливается сладкой тяжестью низ живота…
– Здравствуй, Эстер… – хриплый шёпот мне на ухо. Тепло от тела Дракона, что замер за моей спиной, и лишь аккуратно придерживает ладонью моё горло. Поглаживает кожу шеи пальцами, заставляя сердце буквально выпрыгивать из груди. А тело покрываться мурашками.
– Тшшш, Эстер, ну что ты так волнуешься… Разве я могу тебя обидеть?..
О да. Ещё как можешь. Или нет? Я не знаю.
Стук сердца отдающий в висках. Мучительный мягкий спазм желания где-то за лоном…
– Как ты прекрасна, Эстер, – снова этот хриплый шёпот и горячее грозовое дыхание. Рука Гидеона соскальзывает с моей шеи, и из моей груди вырывается вздох разочарования.
Мягкий смешок Дракона.
И что-то узкое холодное обвивает мою шею…
"Удавка?!" – разрезает сознание паническая мысль. Я дёргаюсь, но Гидеон мягко удерживает меня на месте.
– Не зли меня, Эстер… – в хриплом шёпоте теперь чуть больше угрозы, – я всего лишь делаю подарок своей жене.
С запозданием до меня доходит: Гидеон только что надел мне на шею какое-то короткое колье. Хочу посмотреть, но стою обмерев. Мне кажется колье тоже … "грозовое"…сияющее как чешуя штормового небесного зверя…
А сердце колотится также быстро. Только теперь удары стали ещё и гулкими, тяжёлыми. И почему-то хочется заплакать. От стресса. От облегчения. Или от того, что рада получить от него подарок?..
Сама себя не понимаю.
По щеке медленно ползёт первая горячая слеза.
А Гидеон продолжает стоять позади меня.
Дракон мягко смахивает слезу с моей щеки. И аккуратно возвращает свою руку на моё горло.
– Ну-ну, Эстер… Не плачь. Красивое платье… вполне подойдёт для нашей брачной церемонии… будет жаль, если я сейчас разорву его… – вторая рука Гидона ныряет в вырез на спине. Медленно гладит мою талию, живот под платьем. Слегка натягивая ткань, перемещается выше. Когда Гидеон мягко сжимает мою грудь – невольно шумно выдыхаю.
Я выгибаюсь в пояснице. Вжимаюсь в тело Гидона. Чувствую через одежду, как в меня упирается его возбуждённый мужской о́рган.
А Дракон уже очень быстро и аккуратно освобождает меня от платья одной рукой, продолжая придерживать второй за шею.
– Эстер… моя… – теперь шёпот Гидеон больше напоминает низкое хрипловатое рычание.
А я прижимаюсь к возбуждённому телу Дракона сильнее, и он не выдерживает:
– На колени, Эстер… сейчас же.
Эстер
Интересно, а если я скажу “нет”, Гидеон взбесится?
Он приказал мне встать на колени… моё воображение уже достроило, как дальше он заставит меня завалиться вперёд и возьмёт сзади прямо на полу…
Меня тут же бросает в жар. Я закусываю нижнюю губу.
Пришла пора проверить, как он поступит с моей… для начала безобидной просьбой.
– Гидеон… – еле слышно выдыхаю, пока горячие руки Дракона неумолимо стягивают с меня нижнюю сорочку и небрежно откидывают её на спинку резного дивана. Туда же, где уже валяется моё платье.
– Что я сказал тебе, Эстер?.. – мягко рычит Дракон. Пока мягко…
Он всё ещё у меня за спиной. Когда он стоит там, властно прижимая за талию, вдавливая в своё возбуждённое тело… Мне так спокойно… и так страшно. Как это может быть?
Задерживаю дыхание, чтобы не ощущать сводящий меня с ума запах тела Гидеона. Запах грозы.
– Нет, – твёрдо отвечаю, с замиранием сердце чувствуя, что Дракон запустил руки в моё тончайшее нательное бельё. Его наглые уверенные пальцы скользнули мне между ног, моментально проваливаясь в меня.
Я только охнула.
– Только не лги мне, будто не хочешь этого, Эстер, – твоё тело буквально кричит и умоляет меня выполнить то, что так естественно… А твой запах… Ты знаешь, как он меняется, когда ты меня жаждешь?.. Знаешь, какой он сладкий?.. И как он на меня действует?.. Если я остановлюсь, Эстер, это будет просто преступление… Так что, на колени, дорогая жена.
Я ничего не отвечаю. Могу только рвано судорожно дышать, потому что… Потому что всё это время его рука ласково, но настойчиво изучает моё тело в самых сокровенных местах.
Горячие пальцы Гидеона всё не покидают меня – то проводят по складочкам то ныряют в глубину, то… Просто искры счастья от каждого его движения. Это… это… Гидеон сжимает в пальцах очень чувствительную часть моего тела. Одновременно обхватывает меня поперёк талии второй рукой. Я визжу и вырываюсь, дёргаясь в сладких спазмах. Между наслаждением и острой болью. Затем его руки покидают меня, оставляя следы чувственных воспоминаний. И мне сразу становится холодно… и слегка печально.
А потом – Гидеон и вовсе делает шаг назад. И я перестаю чувствовать спиной его жёсткое возбуждённое тело.
Я резко оборачиваюсь.
Мой будущий муж исчез.
Я медленно иду абсолютно голая по пустой гостиной. Мимо платья, брошенного на тусклую серебристую спинку дивана, мимо тёмной одежды Гидеона, просто лежащей на полу…
Меня трясёт.
– Гидеон… – зову в пустоту, по оконным стёклам особняка постукивает частый дождь. Я с ужасом осознаю, что мне физически плохо от того, что Гидеон перестал ко мне прикасаться. Я уже почти стучу зубами, словно замёрзла. Тело покрывается мурашками. Я слабею, мышцы мелко подрагивают… Вот это – действительно страшно.
– Эстер… – Хрипловатый шёпот идёт из ниоткуда. Это даже не голос Гидеона, мне словно поёт ветер.
Я прикрываю глаза и понимаю, куда он меня зовёт. Иду, не спеша. Боюсь оступиться и упасть. Словно я не сильный маг-перевёртыш. Словно я замёрзшая девочка…
Мне и впрямь надо добиться мира между моей семьёй и Гидеоном… Я и впрямь физически не выживу без него. Зависимость от его прикосновений развилась так быстро!.. Я пока не поняла как мне с этим жить…
Прохожу мимо зеркала – и невольно останавливаюсь. Не в силах отвести взгляд от подарка моего Истинного. Короткое изящное колье – бесподобно. Россыпь прозрачных драгоценных камней на мелких серебристо-перламутровых чешуйках… Похоже на капельки росы, замершие на белых цветочных лепестках. По украшению изредка пробегают сияющие переливы, заставляющие думать о вспышках грозовых молний.
Касаюсь украшения подушечками пальцев. Тёплое… как живое… Глажу драгоценные "лепестки", похожие формой на драконью чешую… Гладкие, уютные, хочется прикасаться к ним постоянно. И создаётся ощущение, что часть Гидеона со мной.
Вздрагиваю, когда мне на плечи ложатся горячие руки будущего мужа.
Он снова у меня за спиной.
Мы оба обнажены и отражаемся сейчас в ростовом зеркале, заключённом в кружево серебристой металлической рамы. Она – как клубящиеся грозовые тучи…
А то, что сейчас отражается в этом зеркале. Позади меня, немного напуганной и бледной, с огромными кобальтовыми глазами, затянутыми поволокой эйфории… Там сама гроза. Сами штормовые небеса.
Гидеон – должно быть, какое-то божество.
Штормовые глаза смотрят на меня голодно. Руки гладят мои плечи с идеальным нажимом.
– Эстер… а ты непослушная девочка, да?.. – хрипло шепчет мне на ухо Гидеон, – ты собираешься противиться воле супруга?..
– Что?.. – я отвечаю, едва слышно, вообще не уверена, что говорю вслух. О чём он?.. Я не…
– Я приказал тебе встать на колени, Эстер, – теперь Гидеон чуть жёстче надавил на мои плечи, не опуская меня на пол силой, но чётко показывая, что мне следует сделать.
Я встречаюсь с Драконом взглядом – смотрю в его штормовые глаза. Точнее, в их отражение в зеркале в серебряной извитой раме.
– Нет, – повторяю я. И часть меня безмолвно разражается истерикой: “ как это “нет”?! это существо вообще не должно слышать от меня “нет” !!! Никогда! Ни при каких обстоятельствах”.
Брови Гидеона удивлённо ползут вверх, миг он сверлит меня тяжёлым взглядом. Затем начинает очень тихо мягко смеяться.
– Я тебя понял, Серебряная Змейка-Эстер. – давление на плечи ослабевает. И Гидеон медленно разворачивает меня к себе лицом, спиной к зеркалу, – супружество это очень серьёзно, Эстер. Надо друг друга слушать и договариваться, тебя так учили?
Медленно, осторожно киваю.
– Так чего ты хочешь, Эстер?..
– Видеть… твои глаза.
На миг его выражение лица делается нечитаемым. Лицо-маска. Неужели, он не планировал впускать меня в свою душу?.. Просто брать моё тело, раз уж судьба связала нас Истинной связью?
Может быть… Ведь мы друг друга не знаем.
– Тогда смотри мне в глаза, Змейка-Эстер… – мягко приказывает Гидеон, и я мигом забываю, о чём думала.
Я обнимаю это невероятное существо… своего будущего мужа, делаю шаг навстречу и плотно прижимаюсь грудью.
Сильные руки Гидеона мгновенно заключают меня в объятия. А дальше – он лишь поддерживает меня одной рукой, гладит меня между ног другой – лишь для того, чтобы убедиться в очевидном.
Затем Гидеон очень медленно насаживает меня на свой возбуждённый о́рган. Он мучает меня. Я хочу, чтобы он вошёл резче и до конца. И он прекрасно это знает.
Я начинаю дёргаться и задыхаться. От серии судорог, которые пронизывают моё лоно от этого его нарочито медленного движения.
Но шансов сдвинуться или хоть на что-то повлиять у меня нет.
– Гидеон… – умоляюще постанываю я.
– Смотри в глаза Эстер, – усмехается жестокий Дракон, и наконец резко насаживает меня до конца. Мой визг эхом разлетается по просторным комнатам особняка. Я зажмуриваюсь: серебристые молнии вспыхивают в черноте под сомкнутыми веками. А Гидеон делает ещё одно плавное движение во мне. А дальше – только мои крики. Его ритмичные вторжения в моё тело. Воздух, которого мне мало.
Он жесток.
А я – прижата между ним и стеной, он берёт меня глубоко. Берёт – не только тело. Вообще всё. Гидеон рычит и скалится. Надо бы умолять его пощадить меня. Пощадить моё непривычное к этому всему тело, но… Я не хочу его пощады. Я хочу, чтобы он брал меня в полную силу. Ведь он – мой муж. А потому вместо мольбы о пощаде выдыхаю в губы Дракона:
– Поцелуй меня…
И он не заставляет себя ждать.
Целует собственнически. Тоже владея. Берёт и поцелуем. А я только обвиваю сильное тело Дракона ногами и подаюсь навстречу.
Я – остаюсь голыми чувствами, превращаясь в продолжение мужа.
Я хочу его понять.
Я обязана его понять. И сейчас я вся – его желания. Его воля… и когда он достигает пика – и с рыком изливает в меня горячее пряно и терпко пахнущее семя – я резко проваливаюсь в ментальное поле Дракона.
Tasuta katkend on lõppenud.