Raamatust
Сборник состоит из двух дюжин «страшных» деревенских историй, объединяющих новые рассказы и ранее изданные Андреем Толкачевым, такие как: «Ведьма живет на краю деревни», «Поверья заброшенной деревни», «За хутором Марьин тупик».
Мы совершим путешествие в сердце тьмы, проклятые места, заброшенные деревни, избы и хаты ведьм, урочища язычников, темные кладбища, капища.
Žanrid ja sildid
Ülevaated, 2 ülevaadet2
мне не понравилось. конечно, самобытно. но честно говоря, когда у автора в каждом рассказе речь про секс, про соблазнение, и героини похожи - то я начинаю думать, что у автора сами понимаете с чем проблемы, и надо идти к психологу, а лучше к сексологу. хотя не спорю, завернуто все в красивую обложку типа русская хтонь. однако не знаю как другим, но мне эти рассказы больше говорят о комплексах автора, об его не реализованных желаниях, и об отношении к женщинам.
"забралась задним местом на лицо" - .... хоть я и не одобряю вмешательство церкви в светскую жизнь и попытки властвовать и все перекроить по своему - однако прочтя подобное, поневоле хочется, чтоб кто то вмешался и подобное уничтожил.
Это мерзко
нереализованные сексуальные фантазии автора, его нехватка секса, может девочки его не любили и не давали - вылилось вот в это.
Если пустить фантазию автора еще свободнее на потеху публике так сказать (черни, как говорил великий Пушкин или толпе или быдлу), то автор, гоняясь за деньгами, начнет наверно писать о совокуплении с собственной матерью или с собакой, или с ребенком или с трупом.
И все это ради того, чтоб читатели - офисный планктон - которым скучно и заел быт, ипотека, кредиты - читал и похрюкивал от удовольствия
Оглянулся на стон. Рядом, на тех же кровавых простынях, на которых находился я, среди длинных стеблей, на раздавленных шариках ягод лежало забрызганное кровью, избитое, истерзанное тело девушки.
Я поглядывал в окно, я знал, что такие ночи любит Луна, не только призраки этого дома.
Женщина стояла посреди избы, согнувшись над квашней, – едва она выпрямилась, как ее обнаженные груди, как два независимых от нее существа, потянулись в мою сторону или мне так показалось. Но соски ее набухли. До чего же она себя довела!