В кой веки века
Скрип саней по заволжской округе,
А по коже гусиная дрожь,
Я сегодня в бедовом разгуле,
Мила дева, меня ты не трожь.
Понесёт меня тройка лихая,
По пороше под свист ямщика,
Устремлюсь я в раздольные степи,
Да уж ладно, в кой веки века.
Прокачусь с ветерком к другу давнему,
Погощу в деревенской избе,
Оторвусь от насущного бремя,
Тишиной наслажусь я вполне.
Дай мне, друг, ещё время расслабиться,
И распросами ты не томи,
Я приехал к тебе не покаяться,
Лучше баньку пойди затопи.
Жаром выгоню чернь прилипалую,
Резани меня веником, друг,
Да поддай ка парку запоздалого,
Чтобы сердца зашкаливал стук.
А по у'тру квасок из погре'бицы,
Что елеем на душу прольёт,
Новорождена плоть ободряется,
И печаль мне силки не плетёт.
Вот спасибо тебе, друг сердешный,
За приём, за покой – благодать,
Коль не против к тебе я вернусь,
Чтоб долги тебе дружбой отдать.
Песня пастуха
Соловей затянул журчавно,
Свиристель запела плаксиво,
Ветерок промчал в дали дальние,
На душе что-то стало уныло.
Эй раздвинь гармонист двухрядочку,
Разведи меха окаянные,
Разгони тоску прилипалую,
И заполни мне душу радостью.
Что мне песня твоя, соловушка?
Что мне трели твои переливные?
Если нету берёзки-красавицы,
Чтоб раскинула кудри дивные.
Если нет той опушки солнечной,
Где припал бы на траву головушкой,
Утонув в облаках паравозиках,
Растворившись в их бархатной пышности.
Эх, Россия моя, эх страдалица,
Хватит скукою тебе маяться,
Разгони народ ту тоску-печаль,
Чтоб воспряла страна православная.
Россия – ты моя отрада,
Россия – ты моя любовь,
Тебе пою я серенады
и чествую тебя я вновь.
Куда б не кинула судьбина,
В какие б дальние края,
Нет мне дороже и любимей,
Тебя Россия – мать моя.
Твоих просторов и косогоров,
И свежей пашни пар земли,
И зорьки в тонкой сизой дымке,
Во влаге утренней росы.
В лесах брусника, ежевика,
Опята, грузди, боровик.
И трели соловьиной песни,
И дуб, видавший век, старик.
Там за кордоном есть немало,
Страдальцев по родной земле,
Но это было ихне право,
Предать себя иной мечте.
Предать истерзанную землю,
Покинуть милые места,
А слёзы – просто ностальгия,
Дай Бог жирком не обросла.
Мы понимаем, мир прекрасен,
Многообразен и велик,
Венецианские каналы,
Парижских башен, улиц – шик.
Но я люблю свою Отчизну,
Дорог разбитость, пыль и даль.
Шум тополей, стогов примятость,
Степной ковыли стельку-шаль.
Земля моя, степь моя статная,
Заволжские нивы в соку,
Иргиз змеевидною лентою,
Мечтаю на левом боку.
Вчера шёл по улице детства,
Эх сколько уже за спиной!
Вот там мы гонялись до одури,
Теперь я с седой головой.
Уже мне не стукнуть в окошко,
Родимой бабуле моей,
Не скрипнет под ней половица,
Не спросит: "Кто там?" из сеней.
И нам детворе уже бывшей,
Собраться во круг не резон,
Коль скоро воспитывать внуков,
Вся жизнь, как затейливый сон.
Сегодня покину сторонушку,
Где корни, истоки мои,
И горькую выпью до донышка,
До встречи, мои земляки!
Здорово, брат
Здорово, брат! Серёга, здравствуй!
С Днём появления тебя,
На Божий свет в заволжских далях,
Почти в средине ноября.
Ты был грозою "лягушатки",
На многих ужас наводил.
Малаи уносили пятки,
Когда за правду их лупил.
Был ратным воином в Привольске,
Достойно "срочку" отслужил.
Затем погоны лейтенанта,
На свой мундир ты водрузил.
В лихие годы видел много,
И много брат ты пережил.
Тобой горжусь, тебе я верю,
Хочу, чтоб в счастии ты жил.
Да у тебя и так в поряде,
Красива и умна жена,
Два сына – это состоянье,
Я за тебя налью вина.