– Я не могу поверить! – Бесновал Шанрал, разнося всё в комнате на постоялом дворе, где ему с напарником пришлось остановиться по совершенно глупой причине. Покинув Магистра, они оказались в степи. И едва устроились на ночлег, как к их спонтанному лагерю прибилась какая-то тварь. Тупым блеяньем и невероятной неуловимостью она умудрилась вывести из себя кронарха, и он помчался за ней. Решив ему помочь – Шанрал тоже. И в темноте они проскочили Врата, оказавшись в мире с одним выходом, который открывался лишь раз в неделю, и закрылся буквально за их спинами.
– Я не могу поверить!
– Не можешь поверить во что? – Поинтересовался кронарх, заглядывая в комнату, где в припадке ярости Шанрал швырял дверь, всё, что попадалось ему под руку. – Если ты не можешь поверить в то, что мы застряли здесь… – Поймав летевший ему в голову кувшин, Тезув встряхнул его и, убедившись, что там осталось ещё немного вина, допил. – То можешь в это поверить, я ещё раз спросил у трактирщика. Он подтвердил, что Врата откроются через неделю.
В присутствии напарника буйство воина приутихло и больше не выплёскивалось наружу, хотя по-прежнему кипело внутри. Он сел за чудом уцелевший стол, и, откинувшись на стену, едва слышно прошептал:
– Я не могу в это поверить.
И кронарх не выдержал:
– Великий Страж! Из-за чего ты так переживаешь?! Ну, поживём здесь ещё недельку…
– Заткнись!
Сморщившись от чужого крика, всё-таки барабанные перепонки кронархов значительно нежнее, чем у других, он едва сумел увернуться от объёмной чаши полетевшей ему в голову. Но она срикошетила от стены и врезалась в плечо.
– Не заткнусь, пока ты не объяснишь, почему мы сорвались с места и несёмся во весь опор неизвестно куда!
– О! Только это?! Помнишь девчонку, за которой нас с тобой послали?
– Ну?
– Ну и вот, нас так послали, что до сих пор идём! Уловил?!
– м-м-м… В целом. Хочешь сказать, что Магистр неудовлетворён простым возвращением девчонки в наше Владение?
– О, нет! Этого ему явно недостаточно. Он приказал мне стать её нянькой. Нет, не так! Он отдал меня в её подчинение, меня – сатжита!
Тезув подошёл ближе и шумно принюхался.
– Ты пьян?
– Хотел бы, но нет, – Шанрал утомлённо покачал головой.– Как бы то ни былоо, но теперь и ты пытаешься поверить в то, что я тебе сказал.
– Ты прав. Мне легче поверить в то, что ты рехнулся. Только вот на какой почве?
– Придётся поверить. В данный момент мы с ней движемся с разных сторон к одному и тому же месту. И если Магистр прав, то там мы с ней встретимся. И да поможет нам Великий Страж!
– Но, зато встретившись с ней, мы, возможно, сможем понять, что собственно происходит.– Глубокомысленно изрёк кронарх, сев напротив Шанрала.– На выпей, может всё-таки полегчает.
– Ну, как настроенице? – Весело спросила Мальда, но Элион хватило лишь кисло улыбнуться в ответ.
Откуда у равнинницы живущей на деревьях обнаружились две лошади, она не спрашивала. И без этого хватало того, чему стоило удивляться. Например, дороге, больше похожей на торговый тракт, проложенный прямо по огромным, не меньше самих стволов, ветвям огромных деревьев. Кто и зачем это сделал, ёвота не знала, да по её собственному признанию и не интересовалась. Как не знала и не интересовалась, насколько высоко от поверхности земли, пролегает эта дорога, и вообще есть ли она там внизу, эта земля.
А у Элион с непривычки езды в седле болел зад, а ещё она никак не могла привыкнуть к ощущению тяжести за спиной. Ей всё-таки слишком уж мешались крылья. И пусть тело легко смирилось с новшеством, мозг землянки отказывался принять их существование.
– Я всё думаю, долго ещё ехать? – Спросила она и вздрогнула, когда ёвота рассмеялась, лишь тогда сообразив, что задала этот вопрос уже возможно в сотый раз.
– В который раз тебе повторяю, что, в сущности, нам нужно лишь выйти из леса…
– Да, да, я помню, но что потом? Что будет дальше?
– Потом нам нужно будет добраться до Врат и прыгнуть на Чарсару.
– Сколько на это уйдёт времени?
– Считай в пределах двух дней.
– Чёрт! – Выдохнула землянка и в раздражении почесала плечо. Но появившийся невесть откуда зуд, не исчез.
– Не чеши! – Остановила её Мальда. – Это – не плечо, а твои заживающие крылья! Кстати, расскажешь, кто тебе их так порвал?
– Я рассказывала, ты не обратила внимания, – отозвалась Элион, но повторила описание боя с пурпурной хищницей. И в этот раз её услышали.
– Ты ушла живой с обеда хатцы? – Поразилась ёвота.
– Скорее улетела.
Оглушительный рёв, раздавшийся неподалёку, прервал их спокойный разговор. Элион вздрогнула и бросила испуганный взгляд в толщу ветвей над головой.
– Что это?
Мальда приподнялась в стременах и внимательно прислушалась. Но ответила лишь спустя не меньше пары минут.
– К твоему сведению, это бой хатцы с кем-то, судя по рёву, значительно крупнее её, – ответила ёвота на нетерпение землянки.
– Посмотрим? – загорелась последняя, и, не слушая возражений, спрыгнула с коня и, ведя его за собой, подошла к ближайшему стволу. А, зацепив поводья за деревянный выступ, с проворством ящерицы начала карабкаться наверх, к месту битвы, ориентируясь на звуки. Вздохнув, Мальда последовала за ней и удивилась, насколько легко землянке удавалось оставлять её далеко позади.
– Тсс, – зашипела на неё запыхавшуюся Элион. – Бой совсем рядом! – Впрочем, ей не требовалось этого говорить. Усилившийся рёв и вибрация не только ветвей, на которых стояли девушки, но и самих стволов деревьев, указывали местоположение схватки очевиднее любых табличек.– Если бы мы были на Земле, я сказала б, что дерутся два мамонта.
– А кто такие мамонты? – Не удержалась от вопроса Мальда. Но Элион снова не дослушав, скользнула вперёд, исчезая в преграждавшей им пути кулисе из мелких веток. Вздохнув, ёвота двинулась за ней, и оказалась на краю огромной, словно арена, площадке.
Пурпурная кошка, которую Мальда назвала хатцой, оборонялась от твари, возвышавшейся над хищницей раза в два. Твари походившей на дракона. Хотя, по мнению Элион, ни одна ископаемая рептилия не могла бы выглядеть настолько паршиво и неприятно для глаз. Мощное тело, широкая спина с неразвитыми крыльями, три пары лап. Задние мощные, наводившие на мысль о прямоходящих динозаврах, средние походили на голые медвежьи лапы, передняя пара – тонкие, почти человеческие руки, которое существо прижимало к телу оберегая. Два длинных сегментных хвоста, один из которых обвил хатцу за задние лапы, а второй наносил хлёсткие удары, целясь попасть кошке по хребту. Огромные лапы хищницы в ответ со свистом разрывали воздух пытаясь достать легко уклоняющуюся от неё голову твари напоминавшей стрекозиную, на гибкой шее, с пастью вдоль позвоночника, если тот вообще у этой образины наличествовал.
– Найяр! – Прошептала Мальда за спиной, и Элион оглянулась.
– Кто?
– Найяр, монстр, чудовище! – Последовал быстрый ответ, и девушки вновь подались вперёд, стараясь не пропустить ни мгновения из страшного боя.
Пока они разговаривали, пурпурная кошка успела освободиться от захвата чужим хвостом, перекусив его, и с силой оттолкнувшись от земли, впрыгнула на широкую спину противника. Последовавший за этим рёв оглушил, и следующее полетело перед глазами как кадры немого кино. Выпустив когти, хатца вонзила их в склизко-тухлую шкуру противника, начав рвать на части. В безмолвном рёве тварь разевала пасть, и, используя длинную шею, пыталась достать ускользающую хищницу. Но когда удалось вцепиться кошке в заднюю лапу, в воздух из-под лап той полетели ошмётки кожи и мяса. Несмотря на боль в вывернутой и почти перекушенной лапе, хатца отчаянно пыталась добрать до внутренностей найяра. Который хрипел неслышным для девушек и рёвом и пробовал сорвать врага раньше, чем ей удастся сделать задуманное.
«А ведь она словно знает, что нужно», – мелькнула мысль. И Элион ощутила возвращение ещё одного воспоминания. Раньше в этом владении найяров не было.
Одуревшему от боли монстру удалось отодрать от себя хищницу лишь когда она уже почти наполовину закопалась в него, выдрав из себя вслед за ней что-то напоминавшее мешок.
– Будь я проклята, если она не вырвала ему сердце! – от переизбытка чувств выкрикнула Элион, и именно в эту минуту слух к ней вернулся. Зря! От мощи рёва гибнущего найяра, чуть ли не сгибались деревья, и вопрос Мальды она едва расслышала. Но ответила, радуясь победе пурпурной хищнице, как своей:
– Сердце! Она вырвала ему сердце! Она победила!
Но снова повернувшись к битве, побледнела. Челюсти двухвостой твари в смертельной агонии рвали тело пушистой победительницы, и алая, как у людей кровь заливала всё вокруг, страшным дождём проливаясь на девушек. Со слезами обиды и злости, землянка ринулась на поляну. Битва гигантов закончилась. Кошка погибла, но вот найяр, даже без сердца, ещё жил. Стрекозиная голова поворачивалась из стороны в сторону, хоть мутнеющий взгляд вряд ли что уже видел. И умирая, он не почувствовал, как к нему подскочила Элион и в исступлении начала рубить огромную тушу. Прошла целая вечность, прежде чем её остановила Мальда.
– Успокойся! Ну, ты, чего?
– Он убил её, – всхлипнула девушка и кивком указала на останки хатцы.
– Ну и что… Они оба хищники! – Не поняла её ёвота, но Элион прервала её резким шиком. Подняв голову, она напряжённо во что-то вслушалась. А Мальда отошла к тому, что осталось от пурпурной кошки. Малоаппетиное зрелище. Но вид окровавленной спутницы смущал смуглянку значительно сильнее.
Найяр разорвал среднюю часть туловища кошки, но голова и задняя часть сохранились в целости. А остаток брюха кошки оттягивали сочащиеся молоком соски.
– Элион, у неё кот…
– Тята! – Услышала в ответ и, обернувшись, увидела землянку с детёнышем пурпурной хищницы на руках.
– Брось! Ты с ума сошла? Он же опасен!
Девушка лишь покачала головой, и, подняв зверька, показала его ещё слепые глаза.
– Ты посмотри, это же котёнок. Совсем крошка. Это она его защищала. – Полившиеся слёзы проделали в кровавой маске на лице Элион светлые дорожки. – Но пойдём к лошадям, кажется, он голодный.
– И что ты собираешься сделать? Скормить ему моих лошадей? – Мрачно пошутила Мальда, косясь на будущего хищника, уже сейчас размером значительно больше любой домашней кошки, который с увлечением сосал палец своей защитницы.
– Конечно, нет. У нас есть для этого молоко. Я напою её, а потом я посажу в сумку, и мы поедем.
– Ты собираешься взять Это с собой?! Рехнулась?!
– А ты предлагаешь оставить её здесь?
– Конечно! – Со всей горячностью кивнула ёвота, но Элион не собиралась ждать её одобрения, а пошла к месту, откуда они выбрались на эту площадку. Когда Мальда догнала их, то найдёныш уже обосновался в седельной сумке, а девушка с увлечением пристраивала туда бурдюк с молоком, что котёнок мог сосать как у матери. Стоило ли говорить, что не только Мальде не нравилось соседство с этим пусть ещё мелким хищником? Лошади мелко дрожали и фыркали. Хотя возможно больше от резкого запаха крови, которая с ног до головы покрывала Элион. Устроив найдёныша, она вспомнила о себе и попыталась оттереться.
В путь девушки отправились лишь спустя ещё час. Какое-то время ехали молча. Не вытерпела Элион.
– Мальда! – Снова позвала она и когда ёвота обернулась, спросила: – А как ты оказалась в этом Лесу? – Но то, что угрюмость спутницы сменилось выражением обиды, её напугало. – Прости, я спросила неприятное?
Равниница поджала губы и неопределённо качнула головой. Но прежде чем Элион решилась уточнить, вдруг заговорила:
– В моём племени в живых оставляют детей, родившихся летом или осенью, а остальных убивают. Мою мать изнасиловал чужак, и она не смогла избавиться от ребёнка. Я родилась… весной. Слова знахарки – что она видит во мне значимость для нашего мира, и даже для целого Владения – сохранили мне жизнь. Но меня не любили, никто, даже мать. Лишь терпели. В пятую весну мне начали вдруг сниться страшные битвы, грозящие уничтожением всем мирам. Я рассказывала о них, пытаясь предупредить, но мне никто не верил. А когда я проснулась с пророчеством в голове, все испугались. Меня заставили уйти из селения.
– А… А что за пророчество?
– Да, так… похожее на песню
«В едином мире весы не качнутся
Как истины символ Меч на чаше лежит,
От зла сохранит, и добра не прибавит,
Он стены воздвиг храня внутри жизнь.
Но змеи порока от спячки проснутся,
Деленья часов заколеблются вдруг
И Меч унесённый чужими руками
Оставит владенье в руинах разрух!
Годы пройдут и весы покачнутся
Подвигнуться вдруг и укажут всем путь,
Крылатая дева из мёртвых воскресши…»
Мальда остановилась и расширившимися глазами уставилась на землянку. Слушая, та снова сюсюкалась с котёнком хатцы, и оглянулась, лишь поняв, что рассказ стих.
– Похоже на детский стишок… – хихикнула она, но перестала: – Что не так?
– Крылатая дева…
Элион нахмурилась, и лишь минуту спустя сообразила:
– Считаешь, это обо мне? – Ёвота задумалась, а потом уверенно кивнула. – Кошмар! Но что значит «из мёртвых воскресши»?
– Что значит? – переспросила Мальда, и с видимым усилием собравшись, ответила: – Думаю это твой переход из одного Владения в другое, которое для нас словно страна мертвых, а ты смогла вернуться оттуда…
– Кошмар, – снова пробормотала Элион и осторожно натянула поводья. Она смогла отъехать больше, чем на полтора крупа, прежде чем Мальда очнулась и догнала её. А у землянки возник новый вопрос.
– А у пророчества есть продолжение?
Мальда выдохнула и нахмурилась, вспоминая.
«Крылатая дева из мёртвых воскресши.
Вернёт в этот мир огонь смелых душ!
Вернёт Стража миров и факелом мести
Пройдёт по Владенью пороки разя,
И снова воздвигнутся новые стены,
Свершаться камней молчаливых слова!»
– С ума сойти! – опять вздохнула Элион. – Интересно, а что я могла не сделать, чтобы не ввязываться в эти МежВладеньевые бредни?
– Может ты подождёшь с расстройствами? – отозвалась Мальда. – Хотя бы до Чарсары. Вот когда мы там что-нибудь разузнаем, тогда и начнёшь себя жалеть, а пока…
– Но ведь что-нибудь нам уже известно. Известно, что я из Вашего Владения, об этом не помню, я из Вашего пророчества и у меня Хранитель Вашего владения – Ваш Алмазный Страж. По-моему это уже больше, чем что-нибудь…
– Да, но ведь мы не знаем, как Алмазный Страж попал к тебе. Не знаем, как и почему ты попала в другое Владение. Мы не знаем, кто преследовал тебя, а главное, что произошло с обоими Владениями вследствие твоих хождений туда-сюда.
Эту насквозь пропахшую делами будущего беседу прервало требовательное мяуканье, напугавшее лошадей. А зря. Ведь настоящей опасности для них источник голоса совершенно не представлял. То найденыш Элион проснулся и заявил, что опять голоден. Девушка рассмеялась и молча, с видимым усилием выкидывая из головы тему разговора, достала флягу с молоком и хлеб. Наломав кусочков хлебного мякиша, смочила их и на ладони протянула котенку. Глядя, как малыш есть, она краем глаза взглянула на Мальду, и снова заметила на лице той недовольную мину. Новый вопрос возник неожиданно.
– Послушай, а тебе не кажется странным, – проговорила она, продолжая кормить довольно урчащего котенка. – Дома мне не давали покоя, а здесь я уже больше суток нахожусь почти на одном месте, и на нас ещё ни разу не напали.
– Ну, в каком-то смысле это элементарно, – немедленно ответила ёвота, словно бы и ждала такого вопроса. – У себя ты постоянно была в одном мире, а значит, найти тебя там было проще простого. А вот у нас, где есть некоторые трудности с Вратами…
– Вратами? – удивилась землянка, вспомнив, что ёвота упоминала это слово уже не раз, но, только сейчас поняв, что не знает, о чём идёт речь.
– Да, это проходы меж мирами. Все о них знают и активно пользуются. – Заранее предугадывая вопрос спутницы, Мальда поторопилась добавить. – Но нужно помнить, проходя Врата, ты переходишь из мира в мир, но не сразу в тот, который нужен. В каждом следующем мире приходится выбирать заново. Правда, есть такие Врата, которые перемещают тебя в соответствии с твоим желанием, но их крайне мало и не все знают, как их найти.
Услышав новый звук, девушки одновременно придержали лошадей. Первым движением Элион сунула котёнка глубже в седельную сумку и ощутила нервную дрожь, прошедшую по позвоночнику и плечам.
– Пригнись! – Крикнула она спутнице. Они едва успели разъехаться, когда меж ними пролетел первый огненный шар. И Элион даже не оборачиваясь, поняла, что происходит. Пришпорив лошадь, она бросила через плечо:
– А я-то вас потеряла ребятки!
Но, всё же оглянувшись, она увидела «кровавых мертвецов» – монстров преследовавших её ещё дома, а ещё и то, что ёвота гнала лошадь совсем в другую сторону, удаляясь от землянки всё дальше.
– Мальда! – Закричала Элион, и попыталась, развернув лошадь, чтобы последовать за своей спасительницей, но попала на траекторию снарядов монстров. Пришлось отступить. И продираясь сквозь спутанные ветви, девушка почувствовала полившиеся по щекам слёзы. Не решившись догонять Мальду под шквальным огнём она, вероятно, обрекла себя на смерть гораздо более жуткую. Смерть в глуши неизвестного леса. Ведь у неё не оставалось ни единого шанса выбраться отсюда, не говоря уж про Чарсару. Хотя бы потому что она совершенно не представляет, где это и как туда добраться.
Чёрные мысли потеряли продолжение, когда лошадь неожиданно осталась без головы. Кровь горячим потоком ударила Элион в лицо, и она закричала. Лишь когда животное медленно начало опадать, она опомнилась. Поддела на руку седельную сумку и выдернула ногу из стремени, а в следующее мгновение кубарем полетела на древесный наст, телом проламывая горящие ветки и сбивая тлеющую листву.
«Мертвецы» ринулись за ней, прожигая себе путь огненными шарами. Один из них задел Элион. Дёрнувшись от боли, она полетела куда-то вниз. В темноте, наполненной влажными испарениями, она ещё в полёте ударилась обо что-то головой, и потеряла сознание раньше, чем достигла дна.
Очнулась от прикосновений к лицу чего-то влажного и шершавого. Открыла глаза, но ничего не увидела. Истеричная мысль «я ослепла!» тут же затопила мозг. Но, ясно разглядев перед собой два желто – зелёных огонька с чёрными вертикальными рисками, она поняла, в чём дело. А заодно сообразила, что её привело в чувство. Взяв за шкирку зверя, чьи светящиеся глаза приняла за огоньки, она столкнула с себя розового найдёныша, и поднялась.
Лишь через пару минут, когда глаза окончательно привыкли к темноте, девушка рассмотрела круглый, с неровными стенками колодец, на дне, которого оказалась. По неясному свету, падавшему из небольшого отверстия где-то высоко над головой, сложно было понять, сколько времени она провела без сознания. Судя по тишине наверху, преследователи её потеряли. Но чтобы выяснить это наверняка стоило выбраться на поверхность.
Элион подошла к ближайшей стене и осторожно потрогала. Не металл. Пористая, похожая на кору дерева, разбухшую от воды. И после осмотра остальных стен стало ясно, что девушка провалилась внутрь ствола гигантского дерева. Это впечатление усиливало наличие горизонтального туннеля, похожего на боковую ветку.
Требовательно мяукнул котёнок, а за ним – заурчал и желудок. В слепой надежде, девушка хлопнула по бедру. Но для того чтобы убедиться, что все съестное, осталось во второй седельной сумке на трупе погибшей лошади. А сама эта сумка сейчас находилась так далеко, что её содержимое представлялось в виде изысканных деликатесов.
Ещё раз ощупав стены и убедившись, что наверх пути нет, Элион двинулась в боковой туннель. Котёнок, которого она взяла на руки, вскоре перебрался ей на плечи, устроившись наподобие мехового манто. И девушка с благодарностью погладила его. Там наверху наверно наступила ночь, из-за чего внутри дерева стало жутко холодно. А от сильной влажности крылья отсырели и больше не грели. Вытащив цветные полотна вперёд, постаралась их выжать. И ей это почти удалось. Почти. Крылья – нежные полотна, похожие на плотный шёлк – в самом деле, можно было отжать как влажную ткань. Если бы не густая пыльца на их поверхности, которая намокнув, липкой пахучей кашицей приставала к ладоням, склеивая пальцы. Пришлось бросить бесполезное занятие, а ускорить шаг в надежде согреться.
За то время пока она шла, туннель несколько раз менял направление, и лишь когда он неожиданно начал вести вниз, Элион напряглась. Но это не спасло её от падения. Грохнувшись в воду, до щиколотки заполнявшую древесный коридор, девушка вскрикнула. Эхо крика торопливо понеслось прочь, отражаясь от пробковых стен, чтобы спрятаться, затихнув в дальних закоулках. Но тишина продлилась недолго.
Вместо улетевшего эха к девушке вернулся низкий похожий на стон булькающий звук.
– Ну, блин, что ещё, – напряжённо пробормотала Элион, снова прямо таки позвоночником чувствуя неприятности. И предчувствия оправдались. Едва она встала, в проход непонятно откуда хлынул поток чего-то жутко вонючего. В одно мгновение девушку снова сбило с ног и понесло по туннелю, не давая возможности хоть как-нибудь задержать стремительное движение. А она даже не кричала из-за боязни нахлебаться этой мерцающей в полумраке дряни. Прижав к себе котёнка, она завернулась в крылья, как в кокон, и закрыла глаза. Шёлковые полотна поначалу смягчали удары о стены, но потом, вдруг начав сжиматься самостоятельно, перестали пропускать внутрь импровизированной спасательной капсулы воду. Затем и воздух. Хватило всего пары минут, чтобы девушка потеряла сознание от нехватки последнего.
Очередное возвращение к жизни оказалось много приятнее всех предыдущих. Главное, что холод подземелья и бушующего потока сменился блаженным теплом. Открыв глаза, девушка со спокойной душой и временно чистой памятью залюбовалась белыми ватными облаками на васильковом небе. Спокойное размеренное вращение планеты немного сбивало с ритма шуршание океана. Подняв голову, Элион с удивлением уставилась на то, как небо голубыми щупальцами с белыми барашками крошечных облаков лижет мелкогравийный берег прямо у её ног.
Бескрайный океан, на горизонте сливавшийся своим цветом с небесной гладью.
Какое-то время Элион устало смотрела вдаль, не о чём не думая. До сих пор ей как раз этого страшно не хватало. Тишины и спокойствия. Но, ничто хорошее не продолжается вечно. И неожиданная искра паники пригвоздила девушку к месту. Найдёныш! Оглядевшись, она быстро обнаружила его ещё не совсем высохшего, но вроде как изрядно подросшего, мирно спящим на правом крыле.
Кстати, о крыльях. Вода смыла с них всю пыльцу, превратив в невзрачные тусклые тени, безжизненно раскинувшиеся на светлых камнях. Да и сама Элион выглядела не лучше. Одежда, позаимствованная у Мальды, в нескольких местах порвалась и сильно выпачкалась. В прорехах рубахи и штанов виднелись ссадины и успевшие потемнеть синяки. Волосы на ощупь казались недоделанным войлоком, щедро замешанным из грязной шерсти со всякого рода мусором. От пыли до кусочков дерева и камней.
Осторожно переложив котёнка с крыла на песок, Элион медленно подошла к полосе прибоя. Босой ногой (мягкие полусапожки пропали в бушующем потоке) легонько коснулась воды. На миг, не дольше взмаха ресниц, она замерла, предвкушая предстоящее блаженство и расхохотавшись, бросилась в тёплые воды океана. Немного побулькавшись на мелководье, больше для того чтобы отстирать свою единственную одежду, она предприняла дальний заплыв. Поначалу беспокоилась, что крылья будут мешать плыть. Но, истончившись до состояния нежной бязи, шёлковые полотна почти не ощущались, и лишь спокойно вились шлейфами вслед хозяйке, позволив наслаждаться купанием.
Она выбралась на берег только, когда снова замёрзла, и там с наслаждением растянулась на меленькой гальке, подставляя лучам солнца своё старо – новое тело. А потом, глядя на мирно спящего котёнка, задумалась.
«Если мне удалось выбраться живой из леса, то может, я сумею сама добраться и до Чарсары? А там у нас появиться шанс встретиться?» Такая мысль дарила определённое успокоение и надежду. Хотелось верить, что всё получится.
Отдохнув, девушка осмотрелась.
Справа возвышался скалистый обрыв с множеством отверстий похожих на норки стрижей, но разных по размеру. В самое маленькое едва ли бы пролезла рука девушки, зато в самое большое она спокойно могла влезть сама, пусть и на четвереньках. Ближе к Элион скалистый обрыв становился более пологим, и, в конце концов, заканчивался цепью песчаных дюн охватывающих миниатюрную бухточку.
Слева, словно туши китов выброшенные на берег штормом, валялись перевёрнутые лодки. Чуть поодаль примостились сушилки с сетями. И даже не требовалась без таблички «Здесь есть люди». Но чтобы узнать наверняка – стоило перебраться на ту сторону дюн.
Почти взбежав на горку, Элион остановилась, чтобы рассмотреть то, что открылось глазам. У подножия песочной гряды стояли два невысоких столба. И даже если б их не соединяла меж собой верхняя перекладина, девушка без колебания признала Врата. Прямо за последними начиналась деревенька: горстка ветхих деревянных хижинок, ко всему прочему выглядевших брошенными.
Сердце оборвалось.
Резко выдохнув, Элион сбежала вниз, затормозив, лишь чтобы аккуратно обогнуть Врата. Её не прельщала возможность скакать из мира в мир без передышки. Вблизи деревенька выглядела так же, как и с верхушки песчаной дюны, брошенной. По-прежнему отказываясь верить глазам, девушка медленно шла по улице, поочерёдно заглядывая во все хижинки. И везде её встречала одинаковые безлюдность и пустота.
Скоро надежда найти хоть кого-нибудь в этом безлюдном месте испарилась, и девушка пошла просто так, ища пристанище для ночёвки. Решив после отдыха сделать то единственное, что у неё осталось. Пройдёт Врата. И уже в новом мире поищет возможность добраться до Чарсары.
Ей повезло найти хижинку, выглядевшую много опрятнее, чем другие. Крохотную, словно комната в общежитии. У единственного окошка деревянный топчан, а на нём пара покрывал изъеденных молью (или какой-либо другой похожей на неё). И ничего кроме этого. Никакой больше мало-мальски приличной тряпки, не говоря уже об одежде. Вытряхнув покрывала девушка с наслаждением и чуточкой горечи, что не нашла людей, растянулась на топчане. Тот обиженно скрипнул под её весом. Ведь за деревом последнее время никто не ухаживал, и оно быстро рассохлось. Почти как топчан в лагере возле пирамиды, на Земле.
«Интересно, а как далеко сейчас Земля?» – подумалось Элион. Заболело сердце и стало неимоверно тоскливо. Ну, не заказывала она себе таких приключений! Расстроенная девушка посмотрела на потолок, и не найдя там ничего интересного, перевела взгляд на стену, а оттуда, на окно. И, подскочила на месте. Топчан горько вскрикнул старыми креплениями. Но девушка не обратила на его обиду внимания, как зачарованная уставившись на дым, поднимавшийся из трубы стоящего напротив домика. Успела пролететь одна минивечность, пока Элион опомнилась.
Проскочив улицу, она, не стучась, влетела в хижинку, чтобы нос к носу столкнуться со старушкой. Не проронив ни слова, они уставились друг на друга, как на посланников небес или выходцев из ада.
– Бабушка!
Воскликнул детский голосок, и что-то без предупреждения врезалось в спину Элион. Выхватив меч, она мгновенно обернулась. И наверно убила б девочку лет восьми, от столкновения севшую на пол, если бы её саму не задержала за руку старушка. Миг помутнения прошёл, и девушка осторожно расслабила пальцы, судорожно сжавшиеся на рукоятке. Тем временем испуг на лице ребёнка сменился интересом, и она спросила:
– А ты кто?
Элион остановилась. Нечего сказать, вопрос не в бровь, а в глаз. Скорчив мину, она попросила:
– Ты разрешишь мне этого не говорить? – И немного подумав, добавила – Мне нужно на Чарсару!
В ответ старушка беспомощно развела руками.
– Я даже не знаю, где это…
– А Врата? Те Врата в начале деревни, куда они ведут?
– Раньше, вроде, вели в Ледяную Пустыню, а теперь никуда… – вмешалась в разговор девочка.
– То есть как? Почему? – удивилась и испугалась Элион.
– Что-то случилось, и они перестали работать… – объяснила малышка.
– А другие Врага?! В вашем мире есть же ещё Врата?
– Врата есть, – огонёк надежды вспыхнул и тут же погас от грубой правды.– Но они далеко, за океаном. Когда наши Врата перестали действовать, жители деревни снялись с родных мест и на нескольких больших лодках переправились поближе к тем. Только я и моя внучка остались здесь.
От слов старухи у Элион опустились руки. И без дальнейших пояснений ясно, что ни на одной из лодок, брошенных на берегу ей не добраться до тех других Врат, и единственный по-настоящему оставшийся выход – это вернуться на берег океана. Надеясь, что какой-нибудь корабль подберёт её. Чувствовалось, что вероятность такого шанса один к сотне, а то и к тысяче. Небезнадёжно, но слабо осуществимо.
Старая женщина ничего не спросила, но, тем не менее, всё поняла. Но утешить пришелицу не могла, и лишь в сожалеющем жесте сжала её плечо. Чуть позже девушка позволила усадить себя за стол, и совсем не ощущая вкуса, съела всё, что ей предложили. Потом её уложили спать. Но мрачные мысли не дали спать долго. Меньше чем через пару часов, Элион проснулась. И ей в голову пришла странная мысль.
Во время разговора с Мальдой, узнав о пророческой миссии, она ужаснулась и всем сердцем пожелала избавиться от этого. И что же? Теперь, когда судьба ей предоставляет шанс, она опять недовольна. Может принять предоставленную возможность, будет самым правильным решением?
Эта мысль успокоила и она, облегчённо вздохнув, закрыла глаза снова. Попутно уже по привычке пошарила рядом с собой в поисках котёнка, но не нашла.
«Вот бродяжка», – пожурила она найдёныша.– «Надо бы пойти поискать его». И не ощущая желания спать дальше, девушка встала. Без покрывала, под которым она спала, в хижинке оказалось много прохладнее. А толстый меховой плащ и тёплые сапожки из мягкой шкуры, обнаруженные у изголовья кровати, пришлись весьма кстати. Одевшись, она почувствовала себя значительно лучше.
К ночи сильно похолодало. Если днём она осмелилась искупаться, то вряд ли решилась бы на это сейчас. Выйдя, прошлась немного по пустой улице, прислушиваясь к тихому ночному шёпоту спрятанного за песчаными холмиками океана. Небо с чужими звёздами нависло куполом над маленькой пустой деревенькой среди песка и солёной воды.
Безмятежный взгляд девушки споткнулся о существо тёмной тенью преодолевавшее преграду из песка со стороны океана, и она в сердцах выругалась, проклиная своего ангела—хранителя за то, что он допускает враждебные нападения. Закончив своеобразный ритуал подготовки к битве, она осторожно извлекла меч из ножен и приготовилась.