– Не все, не все, – с горечью говорил он, облетая души. – Не все осознали свое бессмертие.
Координатор в жизни был ученый-химик. Прекрасно знал музыку, интересовался историей. Обожал путешествия.
«Как давно это было», – подумала Ия, вспоминая и одновременно слушая Дрэна.
– Так случилось, что первая остановка наших душ при полете в Космос была на планете Апорве. Она не похожа на Землю, но почему-то всем понравилась. Она вся состоит изо льда. Внутри планеты – водяной океан, в котором мы обнаружили микроскопическую жизнь. Это значит, при определенных условиях можно будет перенести сюда и людей.
Впрочем, мы спокойно могли быть остановиться на любой другой планете – нам нипочем ни огромная температура Венеры, ни разреженность атмосферы Марса, ни холод и большая сила тяготения на Юпитере…
Ведь мы бестелесны. Какие возможности открылись перед нами! Нам доступна мудрость всех книг, при желании мы сможем увидеть любой процесс – хоть земной, хоть космический. Для этого нужно лишь время, а у нас – вечность!
Дрэн, в отличие от Координатора и мамы Ии, не был счастлив в земной жизни.
Он родился в семье, где был последним ребенком. Двое старших братьев рано попали в тюрьму. Видимо, это отрезвило на какое-то время престарелых родителей, и они перестали пить. Покупали много книг своему третьему сыну, ухаживали за ним. Но потом «зеленый змий» родителей победил, и мальчик в одиннадцать лет оказался почти за порогом. Родители напивалась до такой степени, что иной раз забывали открыть своему младшенькому двери на ночь. И он вынужден был спать в подъезде дома, там же учил уроки. Соседи иногда выносили ему поесть и разрешали сходить в туалет. Но как только родительский запой заканчивался, предки заваливали сына новыми книгами. У мальчика была невероятная страсть к чтению.
Для своих лет он знал очень много. Поэтому без труда поступил в университет. На физическом факультете его уважали и предлагали поступать в аспирантуру. Но тут случилось непоправимое.
После окончания университета полагалось пройти военные сборы. Однажды ночью на палатку Дрэна (тогда его звали Дмитрий) наехал пьяный прапорщик на грузовике. Погибли все, кто там был. Дима умирал тяжело и медленно.
Несмотря на свою невероятную образованность и великодушие, Дрэн не мог до конца простить людям их жестокость.
На планете Апорве было построено огромное жилище для душ со стеклянными стенами. На них, как на огромных экранах, сменялись пейзажи необычайной красоты – земные и космические. Звучит музыка – самая чудесная во Вселенной. Постоянное ощущение радости, доброта и жажда знаний, казалось, пропитали все вокруг.
Есть тут своя космическая школа. Дети собираются по желанию для споров, просмотра фильмов о мироздании, подурачиться: устроить соревнования по смеху – кто кого перехохочет.
Кто они – души, живущие здесь? Люди, погибшие во время ядерных взрывов в Хиросиме и Нагасаки, при аварии в Чернобыле, при других страшных земных катаклизмах. Ия с родителями утонула во время путешествия на теплоходе.
Тут все, кто смог подготовить свою душу и сознание для перехода в другое измерение еще при жизни. В общем, интернациональная команда планеты Земля.
Бывшие люди обустроили свою жизнь как люди. Только нет ссор, хотя и не все и не всегда согласны во мнениях.
– Мы решили создать условия, похожие на прежнюю жизнь. Мы ведь другой-то не знали, – продолжал Дрэн. – Но у нас есть новшество: те, кто были родителями, по желанию могут становиться детьми, и наоборот. Мы очертили круг вопросов, которыми будем заниматься первое время. Это судьба Земли, изучение других галактик, самосовершенствование.
– Зачем людям совершенствование, если они все равно умрут? Многие так и считают: старайся урвать от жизни все, что хочется. Какая разница – порядочную жизнь ты проживешь или подлую – ведь все равно умрешь? – Ия спросила это очень серьезно.
Дрэн улыбнулся:
– Ия уже вошла в образ человека. И от его имени старается разгадать смысл жизни, над которым бьются лучшие умы человечества на протяжении тысячелетий.
– Мне кажется, добрым жить легче и интереснее, – сказал Ун.
***
Анна сидела на опрокинутом ведре у костра в огороде тети Евгении. Она медленно переворачивала прутиком в золе пекущуюся картошку. О чем-то думала. Изредка поглядывала на тропинку между смородиновыми кустами: не появились ли тетя с подругой. Они собирались отметить сбор урожая.
Ночь была звездной и теплой. Анна понимала, что в эту ночь должно что-то произойти. Почему-то стало страшно, как будто кто-то наблюдает за ней…
Анна тревожно огляделась. Посторонние вряд ли перелезут такой высокий железный забор, да еще с заостренными наконечниками. Да и влезать воришкам нет резона – урожай-то собран.