Mine üle audioraamatule
Говорят, что чудес не бывает.
Но тогда для чего мы живём?
Кто волшебную дверь открывает
В мир, где борется сказка со злом?
Там волна в океане смеётся,
Там деревья живые шумят,
Там по звёздному небу несётся
Всемогущий волшебник и маг.
С головой в чудеса окунуться
И увидеть другую страну!
Книги мага рукою коснуться,
Объявить чёрной силе войну!
Там любовь и добро побеждают.
Вера в дружбу, как огненный меч,
Колдовские заклятья срубает,
Словно голову чудища с плеч.
Кто в волшебную сказку поверит,
Тот найдёт золотые ключи
И откроет заветные двери…
Только книгу сначала прочти!
Сила чёрная вызов бросает,
Мы навстречу ей смело идём.
Говорят, что чудес не бывает…
Но тогда для чего мы живём?
1
Он появился в городе холодным осенним утром. Начиналась новая рабочая неделя, и все люди заторопились по своим привычным делам. Они перепрыгивали через блестящие асфальтные лужи, щедро усыпанные пёстрыми опавшими листьями, не замечая странного горбатого старика в длинном чёрном плаще с большим капюшоном. В костлявой руке незнакомца была зажата крепкая трость, верно служившая ему опорой.
Несколько раз Горбун останавливал прохожих и о чём-то тихо у них спрашивал. Но, то ли он не знал точного адреса, то ли люди слишком торопились, – ничего старик так и не добился. Озлобленный и продрогший от непривычной ему поры года Горбун упрямо брёл вперёд по чужой мокрой улице.
Неожиданно рядом с ним резко притормозило такси ярко оранжевого цвета, за рулём которого сидел весёлый водитель с торчащими во все стороны рыжими усами.
– Эй, папаша! – громко воскликнул таксист, обращаясь к удивлённому старику. – Садись в машину, довезу куда надо!
Горбун пугливо натянул свой капюшон до самого носа и ничего не ответил. На фоне всех жителей города этот рыжеусый водитель смотрелся весьма подозрительно…
– Рыжие усы… – пробормотал старик сам себе под нос, морщась от широкой улыбки человека, словно это было нечто омерзительное. – Как же я ненавижу рыжих…
Ему хотелось побыстрее завернуть в какой-нибудь тихий, безлюдный переулок и отдохнуть от непривычного городского шума. Суета чужого мира его изрядно утомила. Но весёлый таксист почему-то не отставал:
– Извини, папаша, если я тебя напугал! Радость у меня сегодня большая – сын родился! Садись, довезу бесплатно!
Горбун ускорил шаг.
– Папаша… – начал было опять рыжеусый водитель уговаривать странного старика, как тот неожиданно, с молниеносной быстротой, взмахнул своей кривой тростью над оранжевым автомобилем, злобно раздув большие некрасивые ноздри.
В эту же секунду в сыром воздухе вспыхнуло множество фиолетовых огней, всё вокруг засияло безумным ярким пламенем.
До смерти напуганный таксист истошно закричал, но тут же замолк, превратившись в холодную глыбу льда… У машины немедленно образовалась толпа, кто-то вызвал скорую, подъехала милиция. Никто даже и не вспомнил о маленьком горбатом старичке в потрёпанном плаще, медленно удаляющемся в сторону Зелёной улицы.
2
В просторную комнату Жени настойчиво пробивался аппетитный запах маминой пиццы с грибами. Как же ей хотелось забросить все эти скучные уроки и убежать к ней на кухню! Девочка очень любила наблюдать за тем, как мама готовит обед или ужин, помогать чистить картошку и резать овощи. Но сегодня всё не так. Она провинилась в школе, и теперь, кроме скучных уроков в своей комнате, ей ничего не видать. А ведь всё из-за Мити! Если бы не этот несносный мальчишка, она бы не разбила никакой вазы на учительском столе и все школьные тетради остались бы целы. Но этот ужаснейший случай произошёл именно сегодня, и строгая Софья Филипповна незамедлительно позвонила Жениной маме и всё ей рассказала. Запах становился всё сильнее и аппетитнее, а мама упорно молчала. Цифры непослушно прыгали перед глазами, не желая помогать в решении трудной задачки.
– Проклятая математика! – не выдержала Женя и захлопнула ненавистный учебник.
Вообще-то она была одной из лучших учениц в классе и всегда с лёгкостью справлялась с любой задачей. Но, то ли учительница задала слишком трудное задание, то ли Женя была сильно обижена, – сегодня математика ей не давалась.
Девочка с досадой отодвинула школьные книги и тетради в сторону и устремила свой печальный взгляд в окно. На улице вовсю царствовала золотая осень – прекрасная пора года.
Вдруг раздался пронзительный звонок в дверь. Вздрогнув от неожиданности, Женя вскочила со стула, но, вспомнив, что мама запретила выходить из комнаты, понуро опустила голову и снова уткнулась в математику. Через минуту раздался голос мамы:
– Женя, к тебе пришёл Митя за уроками. Он забыл записать домашнее задание по математике. Митя?! Возмущению девочки не было предела. Да как он осмелился прийти к ней домой после того, что натворил?
Глаза у Мити сияли, давно не стриженные волосы были растрёпаны, а лицо просто горело алым пламенем. Но вовсе не от стыда.
– Привет, – загадочным шёпотом произнёс одноклассник, заговорщицки подмигнув Жене правым глазом, и плотно закрыл за собой дверь.
В руках Митя держал какую-то газету.
– Слушай, Женька, что я тебе сейчас расскажу!
– Ничего мне не надо рассказывать, – обиженно заявила девочка, тряхнув рыжими косичками, – и вообще… я уроки делаю.
– Математику?
– Математику!
– Ну не обижайся, я же не нарочно тебя толкнул в школе. Так получилось, извини.
Митя замолчал, а Женя продолжала делать вид, что решает задачу.
– Софья Филипповна пожаловалась моей маме, и теперь у меня самый настоящий домашний арест, – наконец сказала девочка, отбросив в сторону математику. – Даже погулять пойти не могу. А виноват во всём ты!
Встав с кресла, мальчик подошёл к полке с книгами.
– Она ведьма, – вдруг заявил он.
– Кто? Моя мама?
– Нет, Софья Филипповна.
– Что за ерунду ты говоришь?
– Я давно замечаю за ней много странного… Ладно, не бери в голову!
Но Женя была уже заинтригована. Что знает этот мальчишка, чего не знает она? Забыв о недавней обиде, девочка принялась расспрашивать Митю:
– Что странного в Софье Филипповне? Митя, ну скажи! Не скрывай от меня!
Но Митя и не собирался ничего скрывать, его так и распирало от разных подозрений.
– Я видел, как она разговаривала в нашем живом уголке со своей жабой!
– Многие люди разговаривают с животными…
– Софья Филипповна разговаривала с ней как-то по-особенному, словно с человеком. А та ей в ответ кивала головой.
– Не может быть! – ахнула девочка, не поверив.
– Может, – Митя был серьёзен как никогда.
– А что она говорила?
– Этого я не расслышал, но обязательно всё узнаю. Обещаю всё тебе рассказать!
Однако Митя пришёл сюда вовсе не за тем, чтобы обсуждать странности строгой учительницы математики. У него была новость поважнее. Он сел за письменный стол и демонстративно разложил свою газету прямо на учебники Жени.
– Вот, смотри сюда, – важно произнёс мальчик и ткнул указательным пальцем в какую-то статью. – Читай!
В газете под страшной и в то же время смешной фотографией красовался заголовок, напечатанный жирными буквами: «Замороженный таксист». У Мити был очень странный вид, что-то сильно его взволновало. Захлёбываясь и заикаясь, он рассказал Жене, что во всех газетах города пишут об одном необычном случае – средь бела дня таксист превратился в кусок льда! При этом многочисленные свидетели происшествия видели ослепительную вспышку света, а один нищий бродяга уверял, что это дело рук одного чужеземца – странного горбатого старика в чёрном плаще. «Он взмахнул своей длинной кривой палкой над оранжевым автомобилем, и всё вокруг засияло, – восторженно и важно утверждал беззубый бомж, отвечая на вопросы журналистов, – а таксист превратился в лёд!»
– Не вижу в этом ничего особенного, – разочарованно хмыкнула девочка и закрыла неинтересную газету. – Эти газеты могут написать всё, что угодно, лишь бы не потерять читателей. Жёлтая пресса! Ерунда какая-то. Не стоит верить сказкам.
Митя немного обиделся. Он снова развернул газету и, слегка прищурив глаза, сказал:
– Это вовсе не сказки, Женя! Сегодня я лично разговаривал с этим бродягой с того самого переулка.
– И что? – недоверчиво пожала плечами Женя.
– Он всё видел, это было на самом деле!
– Видел, как таксист превратился в лёд, а потом растаял?
– Он не растаял… вернее, я не знаю, что произошло с ним дальше – замороженного таксиста забрала милиция. А Василий всё видел!
– Василий? Какой ещё Василий?
– Так зовут бродягу.
Митя замолчал, ему очень хотелось, чтобы Женя поверила ему, но та вдруг снова занялась своими уроками. И мальчику ничего не оставалось делать, как забрать газету и попрощаться.
3
В Чёрном замке Зверозуба пахло сыростью, плесенью и ещё чем-то до тошноты омерзительным и гадким. В последнее время здесь было довольно шумно, многочисленные обитатели замка с нетерпением ждали хороших вестей, но дела продвигались слишком медленно. В этот вечер в Чёрном замке тёмных сил было особенно шумно. Серая толпа галдящих ушастых гоблинов, воющих оборотней с горящими от возбуждения глазами, лохматых ведьм и прочих злых тварей плотным живым кольцом обвила того, кто говорил им срывающимся от волнения голосом:
– Час назад я вернулся из мира людей!
В ответ толпа глухо взвыла, зашевелилась, подобно грязному вязкому болоту, и заколыхалась в нетерпении.
– Не тяни, Горбун, говори! – донёсся из толпы пронзительный визг волосатого получеловека-полупаука.
Горбун растянулся в довольной ухмылке, наслаждаясь минутой славы. Ещё вчера он был никем для всей этой толпы, ничтожеством, убогим калекой и просто бесполезным стариком. А сегодня он стал богом. Собравшиеся здесь были готовы упасть к его ногам и называть Господином. Омрачало лишь одно – вся эта слава досталась старику благодаря Зверозубу.
– Я был на Зелёной улице! – наконец произнёс Горбун, крепче сжав свою кривую трость. Перед глазами невольно возник образ рыжеусого таксиста с горящими от недоумения глазами. Мужчина выглядывал из окна своего автомобиля и во весь голос кричал: «У меня сын родился, Горбун! Будь человеком, не превращай меня в лёд!» Отмахнув от себя наваждение, Горбун повторил:
– Я был на Зелёной улице!
Толпа завыла пуще прежнего. К табуретке, на которой стоял старик, неожиданно подкатилась большая лохматая голова с огромными выпученными глазищами. Её рот широко открылся, обнажив целый ряд чёрной гнили, которые, возможно, когда-то были зубами. Издав долгий нечленораздельный звук, существо обратилось к старику:
– Мы несколько лет ждали этого дня. Изголодавшиеся по свободе, мы верили вам, нашим повелителям! И вот, наконец, запахло победой. Расскажи, Горбун, порадуй нас, своих братьев…
– Господин Горбун, – мягко поправил чудовищную голову старик, фальшиво улыбаясь. И легонько пнул страшную тварь своим посохом. Голова послушно откатилась назад.
– Расскажите, господин Горбун, – продолжило существо, от волнения вращая горящими глазами во все стороны, – как вам это удалось?
Все молчали в ожидании ответа. Почесав длинный бугристый нос, Горбун заговорил:
– Я не могу ничего вам рассказать. Пока не могу. На сегодняшний день это великая тайна, тайна самого Зверозуба. Но когда-нибудь, в ближайшем будущем, этот неведомый мир людей будет полностью принадлежать вам. И этот час уже близок. Не будь я Горбуном!
Не успела ликующая толпа разразиться бурными аплодисментами, как в помещение, словно ураган, залетел Храпун. Большие уши гоблина мелко дрожали от страха, а вытянутое сморщенное личико напоминало кусок измятой бумаги.
– Господин Горбун! Господин Горбун! – закричал Храпун диким голосом, протискиваясь сквозь плотную толпу нечисти. – О, ужас! Ужас! Ужас!
Все смотрели на ошеломлённого гоблина с маленькой головой и широкими плечами и ничего не понимали. Что могло его так сильно напугать? Лишь Горбун сердцем почувствовал что-то неладное и в ожидании задержал дыхание – неужели он снова спугнул госпожу удачу?.. Верезжащий Храпун наконец-то добежал до старика и незамедлительно бухнулся на колени.
– Господин Горбун! Господин Горбун! – быстро заговорил он, не поднимая головы. – Великий и ужасный Зверозуб в бешенстве! Он за что-то очень сильно на Вас зол! Он велел приказать Вам быть у него сию же минуту! Господин Горбун, я ничего не знаю, я ничего не слышал, не карайте меня, умоляю… Пощадите!
После сказанного, сердце Горбуна дико забилось, словно пойманная в сети пташка. Так и есть – предчувствие его не обмануло: монстр чем-то недоволен. Но что могло его так вывести из себя? Что?..
Зал молчал в ожидании. Ни один мускул не дрогнул на лице старика.
– Все свободны, – ровным голосом произнёс он и направился к выходу, униженный и оскорблённый.
«Проклятье! Почему так не везёт?!» – досадовал он про себя…
4
Женя пришла со школы рано. Учительница математики Софья Филипповна неожиданно заболела и не явилась на занятия. Радости всего класса не было предела!
Мама в это время была на работе. Девочка села у окна и задумалась. Все деревья во дворе уже покрылись яркой желтизной, осенний ветерок легко срывал их с дрожащих веток и долго кружил в воздухе, словно забавлялся с ними, как ребёнок. Осень Женя очень любила. Каждый год она с большим удовольствием гуляла по безлюдному одинокому парку и с удовольствием собирала разноцветные опавшие листья. Букет получался завораживающе красивым – пёстрым, ярким, задорным. Маме тоже нравилась золотая осень, вот только у неё никогда не было времени гулять по парку и собирать опавшие листья. Поэтому Женя всегда приносила домой два букета – маме и себе. Но осень уже наступила, а в Жениной красной вазе всё ещё не было ни одного листочка.
– Нужно обязательно пойти в парк, – решила девочка, – и немедленно.
На улице было ещё тепло, но маленькое октябрьское солнышко уже не припекало, а лишь ласково забавлялось своим отражением в круглых лужицах. В парке было пусто и тихо.
Женя медленно брела по золотому ковру из опавших листьев. Внезапно её настиг знакомый голос:
– Женька, ты что тут делаешь?
Девочка вздрогнула и обернулась. За её спиной стоял Митя и широко улыбался во все тридцать три зуба.
– Листья собираю, – показала букет она. – Митя, ты меня напугал. Почему тебя не было в школе?
– У меня были неотложные дела, – важно ответил мальчик и протянул Жене огромный кленовый лист.
– Какие ещё дела? Ты что – заболел?
– Помнишь газету, которую я тебе показывал?
– О боже… Нет, не помню, – нарочно соврала одноклассница, вспоминать тот день ей было не очень приятно.
– Могу показать ещё раз, она у меня с собой…
Митя тут же полез в карман за газетой, но Женя его остановила:
– Не надо показывать, я вспомнила. Там было написано о каком-то… водителе…
– Замороженный таксист!
– Да-да, я всё помню. И что? При чём тут газета?
– Сейчас я всё расскажу, – загадочно проговорил Митя и предложил присесть на широкие качели.
Качели оказались мокрыми от утреннего дождя, и мальчик заботливо положил на деревянное сиденье полиэтиленовый пакет. Затем продолжил:
– Я сегодня направлялся в школу, но вдруг увидел на нашей Зелёной улице странного старика в длинном чёрном плаще…
– Почему странного?
– Да это же был тот самый старик, который заморозил таксиста! Соображаешь? Вася полностью мне его описал! Горбатый, с посохом в руке… Угадай, куда он шёл?
Митя захлёбывался от волнения, его глаза снова лихорадочно разгорелись. Девочка тоже заинтересовалась, но виду решила не подавать и в ответ пожала плечами:
– Да откуда мне знать?
– Он был в гостях у нашей Софьи Филипповны!
– Ну и что? Ведь Софья Филипповна заболела, её сегодня в школе не было. Наверное, это был какой-нибудь врач.
– Сомневаюсь. Врачи так не одеваются.
– И где сейчас этот старик?
– Исчез, – загадочно прошептал Митя.
– Как это исчез? – удивилась Женя и пристально посмотрела на мальчика: уж не заболел ли он? – Что ты болтаешь?
Но вид у Мити был абсолютно здоровый (конечно, не считая его горящего взгляда). Он ловко спрыгнул с качелей и сказал:
– Горбатый старик просидел у учительницы ровно два часа, а потом они вышли и исчезли! Вдвоём! Тебе не кажется это странным?
– Ну, не знаю… – снова пожала плечами девочка, слезая с качелей. – Возможно, тебе показалось…
На этот раз Митя решил обидеться.
– Не веришь мне? Ну и ладно, – махнул он рукой и направился в сторону своего дома.
А Женя осталась стоять у качелей. На самом деле она всем сердцем верила этому мальчишке, но горькая обида всё ещё стояла поперёк горла. Если Митя сейчас уйдёт, то она больше ничего не узнает об этой загадочной истории. Никогда.
– Да погоди ты! – закричала вдруг она во весь голос и, отбросив в сторону букетик из кленовых листьев, со всех ног бросилась за мальчиком.
5
В огромной сырой комнате Зверозуба стояла кромешная тьма. Лишь небольшой огненный факел слабо освещал тихое помещение, так похожее на логово хищника. Мрачная атмосфера здесь царила уже много лет. Хозяин замка, великий и ужасный Зверозуб, был настоящим воплощением зла. Всю свою долгую жизнь это бессердечное чудовище мечтало завоевать мир, его чёрная и сухая душа была до самых краёв наполнена лютой ненавистью ко всему доброму и светлому. В замке монстра обитало множество покорных ему тварей, которые боялись, ненавидели, боготворили и верили ему одновременно. Был среди них и Горбун. Тёмными, беспросветными ночами ужасный Зверозуб шумно бродил по лесу, ломал деревья и топтал цветы. И не дай бог попасться ночью в его беспощадные лапы! Тех, кто заблудился в лесных дебрях и не нашёл ночлега, ждала неминуемая страшная гибель.
Сегодня владыка ночей был зол как никогда. Его страшный, оглушающий рёв раздавался за многие километры. Но что могло так разъярить Зверозуба?.. Горбун дрожал от страха, ему очень и очень не хотелось упустить из своих рук доверие грозного хозяина, а ещё хуже – умереть от его ядовитых клыков.
Бесшумно переступив каменный порог логова монстра, старик приготовился к самому худшему. Раздалось шумное прерывистое дыхание, затем последовал оглушающий, полный злобы и презрения рёв:
– Почему тебя так долго не было, жалкий калека?
Горбун облегчённо вздохнул – если сразу не убил, значит теперь он вне опасности.
– Я выполнял Ваше секретное поручение, мой господин, – покорным голосом произнёс старик, не поднимая глаз. Но голос предательски дрожал.
– Зачем ты, безмозглый старикашка, использовал колдовство в человеческом мире? Ах не дурак, и если бы он узнал об этом…
Так вот в чём дело! Вот что так разъярило Зверозуба!
– Прошу прощения, мой всемогущий господин, – еле слышно пролепетал Горбун и бухнулся на свои скрипучие колени, – но я так сильно ненавижу этих людишек, что не сумел себя проконтролировать. А тот назойливый таксист был так похож на наших местных ахантчан… Такой же рыжий, глупый и болтливый! Пощадите меня, господин…
– Молчи, гадкий слизняк! Пока я не перегрыз тебе горло! – раздалось в ответ из тёмного угла. Старик замер в ожидании. Как же ему вновь завоевать доверие этого чудовища?
Зверозуб шумно вдыхал прокисший воздух – наверное, не знал, что ему делать с провинившимся стариком. А тот, заметив минутное колебание монстра, пошёл в наступление хитростью:
– Мой всесильный господин, я больше никогда не совершу такой глупой ошибки, даю честное слово! Клянусь! Поверьте же мне! И осмелюсь напомнить Вам, что пришла пора побеседовать с нашей старой знакомой. Она уже, наверное, заждалась…
Зверозуб подозрительно молчал, его маленькие красные глаза зловеще сверкали в жгучей темноте. Неужели он успокоился?
– Зови сюда предательницу! – наконец прогремело из угла.
С трудом поднявшись с колен, Горбун бросился исполнять приказ. Его жизнь спасена! Через две минуты он вернулся, а вместе с ним – строгая учительница математики Софья Филипповна. Ах, если бы в этот момент её видели ученики из двадцатой школы! Они бы не поверили своим глазам! Волосы цвета меди всегда аккуратной и ухоженной женщины сейчас торчали в разные стороны, сузившиеся глаза лихорадочно горели жёлтым огнём, а изо рта выглядывал тонкий раздвоенный язык гадюки.
Женщина недовольно щурила глаза в сторону хихикающего Горбуна.
– Зачем Вы меня позвали? – недовольно спросила она, обращаясь к Зверозубу. – Мне пришлось бросить всё – дом, работу…
– Дом? – переспросил монстр из своего угла. – Гадина, а разве твой дом не здесь?
– Меня зовут Софья Филипповна, – обидчиво задрожал голос учительницы.
– Нет, твоё имя – Гадина, – настойчиво прорычал в ответ Зверозуб, извергая красные языки пламени из своей страшной пасти. – Вот твоё истинное обличье! И не смей больше в моём присутствии изображать из себя учителишку! Или ты забыла, что имеешь на своём счету с десяток «добрых» поступков? Так я тебе сейчас напомню!
Гадина опустила голову вниз, не смея спорить с разгневанным чудовищем.
– Я всё помню, – тихо прошипела она.
Зверозуб довольно рассмеялся. Теперь можно было продолжать разговор в нужном ему русле.
– Нам нужна твоя помощь, Гадина, – прохрипел он, обжигая кислый воздух.
Женщина удивлённо захлопала глазами. Помощь? Этого она никак не ожидала.
– Из-звините, – неуверенно замотала она головой и сделала шаг назад, – но сейчас у меня совершенно иной образ жизни. Я давно забыла почти все заклинания… Я – не злодейка, я – учительница…
– Какие мы интеллигентные, – тихо хихикнул на такие слова Горбун и с презрением сплюнул в сторону, язвительно скорчив лицо.
Он стоял рядом и старался не пропустить мимо ушей ни единого слова из текущего разговора. Старику было весело наблюдать за напуганной и растерянной Гадиной. Когда-то она была совершенно другой – смелой, наглой, хитрой и бесконечно гадкой. Та, другая Гадина, всем сердцем ненавидела детский смех, а сейчас она – учительница. Горбун вновь тихо захихикал. Однако Зверозубу было не до смеха.
– Вижу, что ты не поняла! Я не прошу – я приказываю! – во весь голос прорычал он.
Но женщина даже не вздрогнула: чем больше монстр на неё рычал, тем меньше она боялась его. Хитрый Горбун почувствовал это и решил вмешаться.
– Не торопись с ответом, милочка, – обратился он к женщине мягким и вкрадчивым голосом. – План у нас прост. Наш великий и могучий господин хочет стать повелителем страны Аханты. Но для этого нужно уничтожить тот мир, в котором сейчас живёшь ты. Мы, конечно, прекрасно можем обойтись и без твоей помощи, но тогда это займёт немного больше времени. А как любят говорить твои любимые людишки: время – деньги…
Софья Филипповна пришла в ужас от такого плана.
– Но зачем вам трогать людей? Они ведь совершенно безвредны! Я за ними наблюдаю много лет, поверьте, они не представляют для нас никакой опасности.
– Согласен, – кивнул накрытой капюшоном головой старик, – они нам не соперники. Но хитрец Ах может там укрыться от нас, а потом нанести неожиданный удар. Мы знаем, что этот старикашка бывал там, и не раз. Непонятно за что он так полюбил эту планетку… Теперь ты соображаешь, дорогуша, что у тебя нет иного выбора?
Женщина задумалась. Когда-то она была сущей злодейкой, одной из них, яро боролась за чёрную магию, всем сердцем ненавидела доброго Аха. Но потом, в один день, ей всё это надоело. Сейчас она не Гадина, а Софья Филипповна, обыкновенная учительница математики. Иногда на неё набрасывалась дикая тоска по прошлой жизни, по родному миру, и тогда она шла в маленький школьный живой уголок, чтобы немного успокоиться. Среди множества мелких зверушек там жила большая добродушная жаба Нюра, которую женщина успела забрать с собой, покидая Аханты. Нюра всегда находила для своей хозяйки нужное мудрое слово, всячески утешала её и подбадривала. А теперь вот нужно снова стать злой, бессердечной Гадиной, чтобы не погибнуть от рук её бывших сообщников.
– Хорошо, я согласна, – мёртвым голосом произнесла Софья Филипповна, не поднимая глаз, а потом, уже погромче, добавила: – Но с одним условием.
Злодеи замерли в ожидании, – какое ещё условие придумала эта женщина?
– Нюру я заберу с собой.
6
Стараясь оставаться незамеченными, Митя и Женя вошли в школьный живой уголок. Дежурных, на их счастье, не было. Здесь стояла необыкновенная тишина, и лишь маленькие ушастые серые кролики нарушали этот покой, звонко похрустывая листочками белокочанной капусты. Друзья направились в конец помещения, к огромному окну.
– Мне кажется, что наша затея немного глупая, – неуверенно прошептала Женя, пугливо оглядываясь по сторонам.
Митя ничего не ответил, но зато посмотрел на одноклассницу так, что ей вдруг стало стыдно за свои слова.
– Прости, Митя, я просто боюсь её…
– Не бойся, она же не кусается! И сидит она за прочным стеклом.
– Всё равно страшно. После того, как ты мне рассказал обо всём, я уже не знаю, чему верить, а чему нет. Сегодня мне приснился странный сон… Ладно, потом расскажу. Лучше скажи мне, Митя, ты правда видел это?
– Что? – Митя остановился и прислушался. По-прежнему стояла тишина.
– Ну, то, как Софья Филипповна разговаривала со своей жабой…
– Конечно! Я же тебе уже рассказывал сто раз об этом.
Девочка не хотела обидеть Митю, но поверить в такое было нелегко. Справа от неё стояла клетка с белыми крысами. Любопытные грызуны высовывали свои острые усатые мордочки из домика и, не мигая, наблюдали за происходящим. Женя невольно поёжилась. А вдруг крысы всё понимают и тоже умеют разговаривать? И что они сейчас думают?..
Наконец друзья добрались до Нюры, минуя по дороге клетки с колючими ёжиками и большой аквариум с золотыми рыбками и усатыми сомиками. Жаба, похоже, их не заметила, она задумчиво смотрела куда-то вдаль.
– Здравствуй, Нюра, – поздоровался Митя, хитро сощурив глаза.
Но жаба никак не среагировала на своих гостей. Её большие тёмно-фиолетовые глаза оставались неподвижными. Митя пошёл в наступление:
– А мы пришли передать тебе большой привет от Софьи Филипповны.
Никакой реакции.
– Она серьёзно больна, – осторожно добавила Женя.
Нюра казалась глухой. А может, она действительно обыкновенная жаба и ничего не понимает? Таких жаб Женя видела сто раз, когда бывала у бабушки в деревне, они жили под стареньким деревянным крыльцом и вылезали только по вечерам.
– Нашей учительнице очень плохо! – не сдавался Митя.
Но Нюра даже не пошевелилась, а потом и вовсе закрыла глаза. Неужели уснула? Ребята отошли в сторонку.
– Вот видишь, – разочарованно вздохнула Женя. Она ведь в глубине души ждала чего-то особенного, волшебного! – Ничего не получилось, жаба выглядит совершенно обыкновенной, она ничего не понимает. А мы с тобой тут, как дураки.
Но упрямый Митя нисколько не упал духом, а даже наоборот – безразличное молчание серой жабы только раззадорило его. Он уткнулся широким лбом в аквариум со скаляриями.
– А она так просто не сдаётся! – присвистнул мальчик. – Но я, кажется, знаю, как заставить упрямую жабу открыть рот.
Он крепко схватил удивлённую Женю за руку и потащил её обратно, к террариумам. Жаба по-прежнему делала вид, что её ничто не интересует на этом свете, кроме собственных размышлений.
– Нюра, послушай меня, – обратился Митя, – Софья Филипповна действительно в опасности. Вчера к ней приходил какой-то горбатый старик в чёрном плаще. Он забрал её с собой…
Внезапно после этих слов с Нюрой что-то произошло, она испуганно распахнула свои тёмные глаза-бусинки и внимательно посмотрела на Митю. Затем осторожно подползла к стеклу и хриплым голосом спросила:
– Горбун здесь?
Дети изумлённо переглянулись. А Женя не смогла скрыть в своих глазах восхищения – Митя был прав!
– Да, горбатый старик был на нашей Зелёной улице! – сказала она в ответ испуганной Нюре.
– Всё-таки они её нашли… – отчаянно проговорила Нюра, её глаза наполнились слезами. – Что же теперь с нами будет? Где Софья Филипповна?
– Я же говорю: старик забрал её с собой, – ответил Митя, делая вид, будто нисколько не удивлён. – Они исчезли, растворились в воздухе. Больше я ничего не знаю.
Нюра подняла правую лапку вверх и смахнула с глаз набежавшие слёзы. Видимо, этот Горбун был не очень хорошим человеком и представлял серьёзную угрозу для Софьи Филипповны. Ребятам хотелось знать все подробности этой странной истории. Но захочет ли Нюра и дальше с ними разговаривать? Женя неуверенно переминалась с ноги на ногу, подбирая в уме нужные слова утешения для их новой знакомой. Как назло, ничего в голову не шло. Но горевала жаба недолго, уже через несколько минут она перестала плакать.
– Я вижу, что вы – неплохие ребята, – обратилась она к Жене и Мите, – у вас доброе сердце, вы должны помочь вашей несчастной учительнице.
– Но как?
Ребята радостно переглянулись. Этого-то они и ждали! Приключение, опасность и немного волшебства – вот о чём мечтали их отчаянные детские сердца! Присев рядом с террариумом на мягкие стулья, они приготовились выслушать длинную историю говорящей жабы. Историю о далёкой стране Аханты, добром правителе Ахе, легендарном Чёрном замке, бессердечном Горбуне и, конечно же, о злом монстре Зверозубе. Друзья слушали Нюру, затаив дыхание, и когда та закончила свой удивительный рассказ, долго не могли прийти в себя. Ведь такое можно услышать только в сказке! Но тут прозвенел звонок на урок, и Мите с Женей пришлось покинуть живой уголок и вернуться в свой класс.
– Нюра, можешь рассчитывать на нашу помощь! – сказал Митя перед тем, как уйти.
– Я вам верю, – благодарно улыбнулась в ответ жаба и помахала им вслед своей маленькой серой лапкой.
7
В небольшой стране Аханты всё на первый взгляд казалось таким же, как и месяц назад, год, столетие. Всё так же ярко и ласково светило большое золотое солнце на голубом небосклоне, по-прежнему жители Ахант служили верой и правдой своему мудрому и справедливому повелителю Аху. Никто даже и представить себе не мог, что скоро всему этому спокойствию и миру может настать конец…
Старый Ах знал, где затаилось зло. Предчувствия никогда не обманывали его раньше, доверился он им и сейчас.
С раннего утра и до самой полуночи повелитель зорко следил за порядком в стране, верные помощники и невидимые союзники с радостью ему в этом помогали. Только одно место не поддавалась чарам и контролю всемогущего волшебника Аха – старый, полуразрушенный Чёрный замок…
Но сегодня не хотелось думать о плохом. Стояла чудная погодка. В такой замечательный день повелителю Аху хотелось лишь покоя.
Он молча стоял у распахнутого настежь окна и задумчиво смотрел куда-то вдаль. Наконец-то он сделал свой народ свободным и счастливым! А ведь было время, когда мудрый Ах не знал покоя, не спал ночами напролёт, оберегая сон и мир своего народа от кровожадных чужаков.
Теперь страна его счастлива, но счастье это почему-то казалось старику Аху таким хрупким и призрачным. «Всё дело в моих странных снах, – утешал себя повелитель, – это они лишают меня покоя».
Сны ему и вправду снились странные: то у него вдруг пропадает волшебный посох, то ни с того, ни с сего рушится его Белый дворец. Сегодня вот дети приснились. Дети эти тоже были странные – от их рук и улыбок исходил необычный мягкий, успокаивающий свет. Всё это тревожило Аха. Он никак не мог разгадать смысл своих частых видений, но и обратиться за помощью к кому-либо тоже не мог. Неожиданно поток его нескончаемых мыслей прервал какой-то шум – это была небольшая стайка пёстрых птичек. Маленькие хохлатые пташки вихрем носились вокруг повелителя и что-то наперебой щебетали. Птичий язык был понятен Аху.