Не люблю эту станцию. Плохого в ней ничего нет, но здесь постоянная суета с беготнёй, а народу невообразимые толпы! Слава Богу, мне здесь не надо выходить. Какая теснота, какая давка! Кого и чего тут только нет?! Клоуны, гоблины, гномы, зелёные человечки какие-то, гуманоиды, монахини, пионеры с барабанами, иностранцы, разбойники, активисты самого разного толка, сумасшедшие и просто придурки. Людей только не видно. Говорят всё же, что они здесь встречаются, но очень уж редко.
Возможно, если бы я взял фонарь и прошёл через эту толпу, то может быть среди вышеперечисленного сброда, мне удалось бы найти человека, но может и нет. В любом случае у меня нет фонаря.
Вообще, я давно обратил внимание на то, что люди в толпе теряются, исчезают. Кто знает, может быть там, в толпе то-есть, обитает некое чудовище, невидимое простым глазом, которое глотает людей случайно сюда попавших? А может толпа и есть то самое чудовище, и тот, кто в неё попал, считается проглоченным?
Как бы то ни было, я рад, что, по крайней мере, сегодня мне не придётся лезть в пасть этому чудовищу, поскольку выхожу я ещё через одну остановку.
Следующая станция одна из моих самых любимых! Она примечательна тем, что всех обитателей на ней по четыре: четыре пограничника, четыре собаки, четыре революционных матроса с наганами, четверо рабочих с винтовками, тоже революционных. И крестьян четверо и инженеров, а у четырёх колхозниц, четыре петуха, по одному на каждую, а вот, сколько кур, не помню.
Никого не забыл? Ах, да! Четыре босоногих пионера и четыре обутых собирают четыре игрушечных модели самолётов. Четыре мамы держат четырёх детей, а у четверых пап тоже есть четыре пупса. Вроде всё? Да нет же! Четыре девушки со спортивными винтовками, четыре агронома с колосьями… Теперь кажется всё. А если кого и забыл, то пусть не обижаются – поди их всех запомни!
Замечательная компания. Они совершенно не злые, даже революционные матросы. Я кое-кого из них хотел позвать помочь с обороной на той станции, где приходится отстреливаться, но потом понял, что если эту команду загрузить в вагон, то мы чего доброго ещё застрянем из-за поломки рессор.
Больше всего мне тут нравятся собаки. Впрочем, не мне одному. Многие стараются погладить их по носу и в результате носы собакам натёрли до блеска, аж в темноте светятся! Они мне жаловались, что опасаются, как бы им носы вообще до дыр не протёрли. Что тут скажешь? Мне это тоже было бы неприятно.
Но вот, наконец, станция, которая мне нужна. Самый центр города. Сверху, чуть в стороне – Кремль, а непосредственно над станцией Библиотека имени Ленина. (Ах да, она же теперь называется – РГБ. Я не сторонник учения Ленина, но нынешнее название библиотеки совершенно безликое.)
Немудрено, что эта станция похожа на дворец. Точнее, как это ни странно звучит, на вход во дворец, на этакую гигантскую дворцовую прихожую. Подобное впечатление производят многие станции московского метро.
Кажется, что ты уже во дворце, в самом начале дворца, и стоит подняться по лестнице, как попадёшь в лабиринт помпезных залов и изысканных галерей, увешенных произведениями живописи. Но лестницы здесь ведут либо к переходу на другие станции, либо к выходу в город. Нет дворца. Есть лишь белые толстые колонны, сужающиеся книзу, расширяющиеся к потолку и плавно в него перетекающие. Есть мраморные скамьи у основания этих колонн, лепнина, изящные светильники…
Красиво, но чувствуется какая-то незавершённость. Чего-то не хватает. Может произведений искусства? Или чего-то особенного, что имеется на других станциях, вроде тех о которых я рассказал?
Эта станция на удивление пуста. Нет, народу здесь бывает много. Вот и сейчас разношёрстая толпа, состоящая из людей, гоблинов, чёрных гномов, клоунов, приезжих и ещё кого-то, вывалилась с двух сторон на платформу и стала растекаться во все стороны. Мне не очень-то хотелось плыть в этой компании, хотя бы потому, что болотные воды, в которых эти господа обитают, не самое чистое место. Странно, что они сами не понимают этого. Впрочем, они, скорее всего даже не видят того, что вижу я.
То-есть, не, скорее всего, а точно – не видят. Мало кто знает, что станции метро не просто полости, вырытые под землёй и соединённые туннелями. Не просто разукрашенные места посадки – высадки пассажиров, а живущие своей жизнью измерения.
А вы знаете, что существуют станции-призраки? Одну такую я видел несколько раз. Вообще-то поезд на ней не останавливается. Её и увидеть-то невозможно, если только не случится задержка.
Всякий кто часто ездит в метро, знает, как противно сидеть в поезде, остановившемся посреди туннеля. Я этого тоже не люблю, но с некоторых пор мечтаю, чтобы такая остановка случилась на призрачной станции расположенной между…
Нет, не стану говорить, где она находится. Повезёт – сами увидите. Я говорю – «повезёт», потому что вероятность такой остановки ничтожно мала. На самом деле там весьма жутковато. На самой станции нет ничего особенного, она вообще будто не из этого мира. Не из мира московского метро, я имею в виду.