2015 год. Лето.
Джеймс ехал по пятой авеню в неприлично дорогом «БМВ» с откидным верхом. По обеим сторонам дороги расположись магазины и кафе в зданиях, уходящих высоко в ясное небо.
Оглядывая проходящих мимо девушек, он присвистывал, привлекая к себе внимание.
– Как дела крошка?– обратился он к одной из них и сразу же уехал дальше, не давая девушке даже ответить.
Он ощущал себя уверенно, зная, что машина выдает его статус и вызывает интерес к его персоне. Но, несмотря на всю эту показушность, за этой широченной ширмой скрывается не особо счастливый человек.
Доехав до очередной высотки и припарковав автомобиль, Джеймс вошел в здание, застегивая единственную пуговицу пиджака.
«Ты же все-таки солидный парень», – обратился он к себе мысленно.
Девушка, сидящая за стойкой регистрации сразу же встала, выказывая уважение и одарила вошедшего наигранной улыбкой.
– Джеймс!Наконец-то!Мы уже заждались!– в фойе с улыбкой вышел мужчина , который был явно недоволен постоянным отсутствием парня. Он был невысоким, худым и до того противным, что Джеймсу не хотелось особо любезничать с ним.
– Да, Ник. Я тут. Надеялся, что не приду?
– Нет, конечно.
Джеймс не поверил в это и, одарив собеседника взглядом , полным сомнений, отправился в кабинет, где проводилось собрание. Всем в коридоре был слышен его вальяжный шаг, как только он ступил на кафель своими дорогими ботинками. Но никто не смотрел в его сторону, чтобы не напороться на недовольный или пренебрежительный взгляд.
Войдя в двери, Джеймс увидел толпу, которая, заметив вошедшего, резко прекратила общаться. Будто после звонка в класс вошел учитель, и все балующиеся дети приняли прилежный вид. Но большинство сидящих тут людей были вдвое его старше и, пожалуй, шире.
Джеймс встал во главе стола, оттянув низ пиджака, словно поправляя его, и обратился к присутствующим со сдержанным тоном:
– Здравствуйте. Хоть все вы и знаете меня, я все же представлюсь. Я Джеймс Форест. С этого дня я возглавляю этот холдинг. Прошу со всеми вопросами обращаться ко мне.
Он старался держаться уверенно.
– Вы не слишком молоды для руководства?– спросил один из присутствующих.
– Да!Может, вам просто стоит продать часть своих акций ?Вы едва закончили школу!– поддержал другой мужчина первого.
– Не думаю, что мой покойный отец хотел бы этого. И я только что закончил университет экстерном.
– Вы всерьез думаете, что ваш отец хотел чтобы компания пошла на дно?– спросил язвительным тоном, худощавый как стебель, мужчина лет сорока.
Джеймсу не была интересна его личность, поэтому он, проигнорировав это заявление, продолжил:
– Так или иначе, контрольным пакетом владею я. Поэтому, без моего ведома не пройдет ни одна сделка.
– Знаете…– хотел было вступить тот же мужчина. Но Джеймс уже развернулся с намерением покинуть короткое собрание.
Он вышел из кабинета и направился в свой, ощущая спиной недовольные взгляды.
– Сборище стариков, – выругнулся он так громко, чтобы это было услышано.
Он зашел в лифт и нажал кнопку последнего этажа. Оперевшись о поручень, Джеймс расстегнул пиджак и пару верхних пуговиц рубашки, словно ему стало трудно дышать. И это было отнюдь не от клаустрофобии, а оттого, что он слишком переживал о предстоящей ответственности.
Как только двери лифта открылись, он сразу же оказался в своем кабинете. Это был своего рода пентхаус[1]. Джеймс сел в кожаное кресло и легким касанием дотронулся часов на своем запястье.
– Отец, что прикажешь делать ?Ты явно не готовил меня к такой работенке…– тяжело выдохнув, произнес он в пустоту.
2016 год. Лето
Джеймс шел по Амстердам авеню, как только вернулся с очередного путешествия. Молодая красивая девушка затаскивала тяжелые коробки из фургона в пустое помещение, которое было оборудовано под магазин. Взяв слишком много, она, надрываясь, потащила их ко входу.
Джеймс подбежал и обратился к ней, когда ее лицо уже было полностью упрятано за коробками.
– Вам помочь?– он пытался взять одну из коробок.
– Нет, спасибо, – поблагодарила девушка, даже не видя лица любезного парня.
– Кейт!Я иду…– крикнул из помещения мужчина и Джеймс удалился.
– Обожаю самостоятельных девушек, – ухмыльнулся он.
Завернув за угол, Джеймс взялся за часы и через минуту оказался в более людном месте. Обстановка тоже изменилась. Джеймс улыбнулся и направился по улице вниз , разглядывая магазины и людей.
Как и Кейт , парень обладал возможностью управлять временем. Только вот владел этим умением намного лучше , нежели она.
Этот дар передался ему по наследству. Его отец не знал об этой возможности, так как не общался с дедом Джеймса. Они были в натянутых отношениях. А вот молодой парень любил его и проводил с ним много времени. Оттого, получив часы и способности, он выслушивал длинные инструкции и лекции о том, как стоит ими распоряжаться.
2019 год. Осень
Переместившись в очередной раз в 1923 год, Джеймс направился на Тайм Сквер, чтобы обокрасть парочку магазинов и срубить неприличную сумму за антиквариат.
Но в очередной попытке сделать это он обратил внимание, что молодая девушка не только не замерла вместе с остальными, но и не удивилась подобному явлению. А когда он признал в ней девушку Кейт из будущего , она заинтересовала Джеймса еще больше. Увидев ее уходящей вместе с его соседом Уолтером, он понимал, где стоит выискивать эту таинственную незнакомку.
Джеймс жил на несколько времен, как мужчина , живущий на несколько семей. Он заимел друзей в 1920-ых в эпоху начала бутлегертсва и мафии. В 60-ых годах просто наслаждался жизнью и обществом дам. А также наблюдал за лихими 90-ми.
Он ощущал себя чуть ли не богом, который может ворваться в жизни людей и изменить их историю. Но делать этого он не торопился.
Не смотря на довольство своим времяпровождением, ему было одиноко. У него не было семьи – ни матери, ни отца. Так что он был обделен родительской любовью. Женщины на одну ночь не приносили ему того счастья , что он желал, а те, кто хотел большего, были скучны.
Джеймсу нужен был такой же игрок. Поэтому, увидев Кейт, красивую и обладающую теми же способностями, он захотел ее себе. Не просто в свою коллекцию, а чтобы она заменила в ней всех обычных девушек
[1] Пентха́ус (англ. penthouse) – технический чердак, позже помещение для жилья (квартира, особняк) на крыше небоскрёба или отделённая площадь на верхнем этаже здания. Структура пентхауса создаёт эффект изолированного от окружающей среды собственного жилья.
2019 год. 20 декабря.Спустя полтора месяца после возвращения Кейт из прошлого.
После переезда, Кейт и Джон проводили каждую минуту свободного времени вместе. Естественно, как и любые молодые люди в начале отношений, большую его часть в постели.
Тандем в быту сформировался тоже неплохо. Кейт не особо любила готовить, а Джон, путешествуя и прожив в разных эпохах, научился кулинарным изыскам.
Уборка была скорее прерогативой Кейт, ведь это было ее пространство, в котором все должно быть на своих местах. Особенно в ванной комнате.
Оба наконец-то занялись своей работой. После погрома Фрэнка, Кейт предстояло восстановление магазина. К счастью, он был застрахован, так что она не потерпела больших убытков. А Джон вернулся в свое издательство, где гонял, прохлаждающихся в его отсутствие, редакторов. Жизнь наладилась.
Единственное, что вносило в жизнь молодой пары разлад-это их страхи и ожидания подвохов судьбы. Кейт боялась непроизвольно переместиться куда либо. Попросту исчезнуть.
А Джон в свою очередь начал гаснуть. С возвращением возможности стареть, парню казалось, что он потерял частичку себя. И что больше всего его терзало, так это то, что теперь он не был для Кейт особенным. Теперь он был обычным парнем, который встречается с необычной девушкой. Поэтому он частенько себя накручивал.
В очередной раз, Джон упрекнул ее:
– Ты останавливала время?
– Что?!Джон, ты же знаешь, что я не прибегаю к этому уже давно, – возмутилась Кейт.
– Этих вещей тут не было, – ткнул он пальцем в груду пакетов.
– У тебя уже просто паранойя, ты в курсе?
Джон снова взглянул на место, куда был направлен его указательный палец и тяжело вздохнул:
– Да, возможно, ты права…
Он подошел к Кейт и обнял ее, пытаясь усмирить свой гнев. Этот гнев и навязчивые мысли исходили из-за неуверенности в себе. И Джон это прекрасно понимал.
Кейт же мучала совесть за то, что она скрывала от своего возлюбленного правду о Джеймсе. Она боялась, что он посеет раздор в их еще не окрепшие отношения.
Но ежедневно, Кейт думала о словах этого самодовольного парня. После встречи с мамой она отчаянно хотела увидеть ее вновь, но боялась даже смотреть на старые фотографии или какие-либо вывески. Тоска по ней с каждым днем усиливалась, а отец, который часто спрашивал о Лили , только умножал эту грусть.
А также сны. Эти кошмары, которые снились Кейт через день, словно вынуждали ее к каким-то решающим действиям. Они оставляли горький осадок и были слишком реальны.
И в очередной раз, уснув, она попала в столь знакомый фильм.
Она идет по широкой пустой дороге. Вокруг никого, лишь ветер поднимает ворох сухих листьев в воздух.
– Я снова застряла?– ее голос отзывается эхом.
Кейт бежит в неизвестном направлении, не останавливаясь, но дорога приводит ее к старту.
– Выхода нет!– говорит с нею небо.
– Я найду!– принимает вызов Кейт.
Преодолев множество разных расстояний и дорог, она наконец-то видит дверь. Потянув за ручку, Кейт ступает в будущее.
– Я дома !Джон!
И вот, вернувшись из своего долгого и мрачного путешествия , она является к любимому, чтобы, наконец, обнять его, но тот, в
свою очередь, брезгует этим жестом. Его глаза пусты, в них лишь равнодушие.
– Дж…. – Кейт хочет произнести его имя, но голос исчез.
Сзади к Джону подходит девушка, лицо которой Кейт не удается разобрать. Он улыбается мягкой улыбкой другой, новой возлюбленной, и произносит с холодным взглядом:
– Тебя не было слишком долго. Ты думаешь я буду ждать тебя вечно?
Кейт вновь проснулась в холодном поту. Джон даже не шевельнулся.Она настолько привыкла к этой картине,что перестала кричать выходя из сна.
«Может, все-таки стоит сходить к этому Джеймсу. Что я теряю?»– первое, что подумала она.
«Разве что полное доверие Джона…»– ответил голос разума.
Кейт не знала, как поступить. Она боялась, что если расскажет своему возлюбленному о парне, что владеет теми же способностями, Джон станет терзать себя еще больше. Это была очень тонкая грань.
На следующее утро Кейт встала разбитой. Словно ее измельчили, а после снова собирали по частям. Умывшись, она медленно побрела на кухню и засыпала молотые зерна в кофеварку.
Пока готовился кофе, Кейт время от времени прикрывала глаза, от сильного недосыпа и мечтала рухнуть обратно в кровать.
Машина издала звук готовности, и Джон медленным шагом, шаркая по полу, вышел из спальни. Как в лучших рекламах кофе, когда на аромат приходят гости.
– Доброе утро, – улыбнулся он Кейт.
– Не сказала бы… Голова раскалывается.
Взяв кофейник , она пошла с ним к столу, чтобы разлить кофе по чашкам. Но, еще не до конца проснувшись и пребывая в рассеянности , она оступилась и горячий напиток полетел прям на Джона.
Все случилось без ведома Кейт-ее способность снова сработала, остановив этот процесс.
«Черт!»-выругнулась она и, поставив пустой кофейник, стала оглядываться, в попытке что-то придумать.
Кейт подготовила большое ведро, и встав прямо перед носом Джона, повернула емкость к зависшему в невесомости пролитому кофе. Так как просто подвинуть парня было бы проблематично. После она аккуратно коснулась часов и вся жидкость сразу же оказалась в ведре. Стоявший позади нее Джон удивился , увидев затылок Кейт, и сразу же разозлился , осознавая произошедшее:
– Ты все-таки сделала это!
– Предлагаешь смотреть, как ты приобретаешь ожоги от моей же неуклюжести ?– поставила она ведро с громким стуком, так что кофе в нем расплескался.
– Да, Кейт, я мог бы увернуться. Так и живут обычные люди. Они получают ожоги, набивают шишки и справляются со всем вместе. Может…получи я ожог, ты бы заботилась обо мне, обрабатывая мне рану, – кажется, Джон выливал на нее все накопившиеся мысли на этот счет.
А Кейт не хотелось говорить ему, что она сделала это не специально. Ведь тогда он беспокоился бы еще больше.
– Ну прости, что я такая!– защищалась она от его обвинений возмущением.
– И ты прости…что я больше не такой…– это звучало не как извинения, а как обида. Только скорее обида на самого себя.
После этих слов он ушел с кухни. А через некоторое время и вовсе из дома, не говоря ни слова. Это было впервые.
Кейт была слегка обескуражена и даже возмущена его поведением, которое Джону совсем не свойственно. Но так как предстоял рабочий день, она не стала устраивать каких либо скандалов и тратить свои же нервы.
Она просто выпила кофе в тишине, наблюдая за суетливыми соседями в окно, и стала собираться на работу, стараясь отгонять плохие мысли.
В стенах психиатрической больницы никогда не бывает тихо. Алекс знала это не понаслышке, учитывая, что порой сама создавала переполох.
Она так и не пришла в себя после смерти брата и всей этой истории.
Особенно часто ей снилась картина, как она держит Лиама за руку над оврагом полном сухих листьев и грязи. Брат просит помощи, но каждый раз рука соскальзывает и он летит в бездну, смотря прямо в глаза Алекс со страхом и ненавистью.
Препараты, которыми ее лечили , лишь усмиряли ее гнев. Но рассудок к ней не вернулся. А вот таинственные образы, наоборот, не пропадали из ее поля зрения. Лишь пару дней за этот месяц Алекс была в своем уме. Почти.
И ее посетителю повезло прийти в один из них. А так же, имея полный кошелек денег, он добился встречи с девушкой без посторонних глаз и ушей.
– Алекс, к тебе пришли, – в палату вошла медсестра, указывая на высокого парня в выглаженном костюме.
Он прошел ближе к койке, засунув руки в карманы, и оглядывал белые стены.
– Не очень то уютно, да?
– Вы…кто?– спросила Алекс.
Ее рыжие волосы запутались в колтуны, а лицо было исхудавшим и безжизненным. Огромные синяки под глазами дополняли ее истощенный вид.
– Я друг. Зови меня…Джеймс.
– Что тебе нужно, Джеймс?– спросила Алекс, смотря в маленькое окно, на котором были решетки. Сквозь них в палату пробивался солнечный свет.
– Как твои дела?
– А тебе то что до моих дел?
Медсестра удивилась такому ответу в странной для Алекс спокойной манере. А после вышла, оставляя Джеймса с ней наедине.
– Я хотел узнать, что случилось между тобой, твоим братом и… Кейт.
Услышав имя, девушка бросила гневный взгляд в сторону своего посетителя.
– Она не причем…Была.
– А кто причем?Джон?
За этим то Джеймс и пришел сюда. Он хотел узнать информацию, которую сможет использовать, чтобы избавиться от конкурента. И пусть он понимал, что девушка не в себе, но все же ему хотелось услышать что-то о Джоне. Хотя бы даже для того, чтобы потешить свое эго.
– Да. Он убил мою сестру!– Алекс перешла на крик.
– Тише, тише!– улыбался Джеймс, держа поднятые руки на уровне груди. – Вспомни все с самого начала.
Девушка обхватила свои колени, прижав их к груди, и шепотом начала:
– Она следила за ним. А потом ее убили…
Алекс говорила завуалировано, загадками и личными странными словами. Но основную мысль, кажется, Джеймс уловил.
– Хм…Так он в итоге не убивал никого?
– Я же сказала, что убил!
Ее крик превратился в истерику. Она вновь начала смотреть в углы палаты поочередно, словно тени в них сгущались.
На звуки слетелись санитары и принудительно попросили Джеймса уйти.
– Давай!И ты тоже исчезни!Испарись в воздухе!– смеялась Алекс ему вслед, пока парни пытались усмирить ее. Но она не сильно сопротивлялась. Лишь смотрела на своего посетителя безумными глазами.
Джеймс осознал, что девушка сошла с ума вовсе не из-за мести, а так как стала свидетелем такой же способности, как у него.
«Разрушительная сила», – задумался он, но уже без привычной ухмылки, и вышел из клиники.
Что толкает человека на отчаянные шаги?Злость, обида или страх? Кейт испытывала все из перечисленного.
На следующий день она проснулась одна впервые за эти полтора месяца. Казалось, масштаб их ссоры невелик, но Джону все равно понадобилось запить ее в компании Дэна. Об этом он все же предупредил Кейт, не желая доводить ситуацию до края.
Она потянулась под лучами зимнего солнца и откинула одеяло, чтобы встать.
– Брр!Почему так холодно?
Кейт на цыпочках подбежала к шкафу и достала хлопковый халат. Просунув ноги в пушистые тапочки, она подошла к панорамному окну. Выпавший ночью снег превратил асфальт в белый пушистый ковер и заботливо укрыл покрывалом ветви и стволы деревьев. Она вспомнила, как просыпалась в доме мамы после Рождества, лицезрев такую же картину.
«Как ты там?»– мысленно обратилась Кейт к ней.
Еще раз взглянув на пустую половину кровати, она медленно подошла к своему комоду. Во втором ящике с дамскими принадлежностями она отыскала свернутую в комочек записку с адресом.
– Ладно, Джеймс. Ты победил…
Кейт умылась , привела в порядок непослушные волосы, надела вязаное платье до колен и пальто той же длины. Закончив образ высокими сапогами, она направилась к своему автомобилю.
Приятный хруст снега под ногами поднял ей настроение. А вышедшее солнце из-за туч словно поддерживало ее решение.
Сев в автомобиль и вставив ключ в зажигание, она вновь задумалась:
«Не сделаю ли я хуже?
И словно оправдываясь , произнесла:
– Но жить, как на пороховой бочке, тоже не вариант, – с этими словами Кейт отъехала от дома.
Она представляла себе довольную улыбку Джеймса или что тот будет долго раздумывать, чтобы Кейт приходилось его поупрашивать. Но к тому, что произошло на самом деле, она не была готова.
Она подъехала к высокому стеклянному офисному зданию. Настолько высокому, что ей пришлось задрать голову, чтобы увидеть его крышу.
– Он здесь работает?– задала она риторический вопрос и прошла внутрь.
В фойе была пара уютных белых диванчиков, а также несколько больших ваз с искусственными голубыми цветами.
Кейт скромно обратилась к девушке на рецепции :
– Простите. Я ищу Джеймса.
– Какого?
– Я…не знаю его фамилии.
– Тогда я ничем не могу вам помочь.
– Он сказал, что связаться с ним я могу по этому адресу, оставив записку. Дадите ручку и лист?
– Ох, простите, – привстала девушка. – Вы должно быть Кейт Доусон?
– Даа…– чуть протяжно ответила Кейт, удивленная реакцией сотрудницы.
Девушка набрала внутренний телефон и произнесла :
– Он на месте?
Вероятно, она говорила с секретарем Джеймса.
– Прошу, проходите. Вам нужен 27 ой этаж. Там вас встретит секретарь мистера Фореста.
«Форест?»– задумалась Кейт и прошла к лифту.
Когда его двери открылись, она сразу же ступила в офис. Судя по всему пустующее место, отделенное перегородкой, было секретарским. Но кроме Джеймса, на данный момент, в кабинете никого не было.
Кейт, гордо подняв голову, обратилась к нему:
– Да. Я здесь.
– Присаживайся, – заговорил он бархатистым голосом и галантно пригласил девушку к черному кожаному дивану.
Несмотря на его худобу, костюм сидел на нем идеально. А его волосы были аккуратно уложены, словно в офисе у него есть личный стилист.
– Ты же неимоверно горд собой?– спросила Кейт, присаживаясь вальяжно на указаное место.
– Немного, – в голосе парня не было и намека на издевку.
Кейт оглядела кабинет. Стены были светло серыми. Стеклянный стол возле дивана, пару стеллажей с документами и конечно же длинный черный стол руководителя, с кожаным креслом того же цвета.
– Что это за компания?
– Ну скажем так, это не одна компания, а холдинг. Мы занимаем в этом офисе с седьмого по этот этаж, – раскрыл он широко руки, демонстрируя масштаб.
– Крупная ты шишка, да?
– Что то вроде того. Так зачем ты здесь?
– А разве не ясно?Хочу знать, как контролировать свои способности.
Парень наконец то ухмыльнулся. Кейт все ждала когда же он выдаст свою удовлетворенность.
– А что я получу?
– Я не припоминаю таких условий.
Джеймс обошел свой стол и оперся на него вальяжно.
– Лааадно, – расстегнул он пуговицу на пиджаке. – Только мне нужно твое согласие на уроки…
– Какого это формата?– Кейт насторожилась .
– Самого эффективного. Так да или нет?
Кейт подумала, что словесное согласие всегда можно отменить и недовольным тоном произнесла:
– Ну допустим… Да.
Джеймс оглядел Кейт с ног до головы.
– Приемлемо .
Парень отвернулся. Что конкретно он делал, Кейт не видела, но тревога нарастала в ней, как закипающая вода в чайнике.
– Что ты делаешь?
Джеймс подошел к ней вплотную, произнося с загадочной ухмылкой:
– Урок первый.
Он взял ее за запястье и они оба исчезли из кабинета.