Душный нагретый воздух закрытого помещения и общий вид того, что должно было стать жилищем раненому, отрезвили меня. Разве можно ему в таком состоянии оставаться здесь в антисанитарных условиях?! Лучше сдам я его в больницу!
Решительно повернулась я к своему спутнику, чтобы сообщить ему, что, фигурально выражаясь, балаган окончен, и мы едем в больницу. Но наткнулась на его плечо ― он не менее решительно продвинулся вслед за мной внутрь балагана и заявил:
– Я останусь здесь! Меня это устраивает.
– Тогда я принесу хотя бы немного сена ― постелить, ― (где только я его возьму, это сено?!) ― Или ещё что-нибудь…
– Мне достаточно и этого, ― он тяжело опустился на прикрытый какими-то старыми тряпками деревянный помост.
– Я все равно чего-нибудь поищу…, ― я собралась уходить.
– Спасибо, Марьяна. Все будет хорошо., ― он посмотрел мне в глаза. ― Я ― Хелегфинд, ― повторил он зачем-то.
Проделав обратный путь по проторенной тропе, я завернула на выгон, где в конце огородов была сложена небольшая скирда сена для соседской коровы. Успокаивая себя тем, что беру чужое не для себя, а для благого дела, я оторвала приличный клок сена и, спрессовав, завернула его в пакет, и отправилась опять к балагану. Платой за воровство стала коровья лепёшка, в которую я нечаянно наступила по дороге в тёткин сад.
Когда я заглянула в балаган, Хелегфинд лежал на своем неудобном дощатом ложе, глаза его были закрыты, непонятно было, спит он или лежит без сознания. Не рискнув проверять, я вывалила сено на пол перед помостом, еще раз глянула на спящего и поспешила уйти.
Пробираясь по зарослям обратно к дому, я подумала, что этак скоро протопчу здесь дорогу. За этой беготнёй незаметно настал глубокий вечер. Когда вернулась домой, уже почти стемнело, и я порядочно подустала от сегодняшних событий. Готовить ужин не было сил, поэтому я просто села выпить чаю на веранде, и в этот момент что-то загрохотало по крыше, от чего я невольно содрогнулась.
Я вышла на улицу, хотя знала, что это по крыше разгуливала соседская кошка. Над воротами разгоралась красная звезда. Над верандой расположилась кошка, её силуэт чернел на фоне звездного неба. Рядом со мной чуть слышно всколыхнулся вечерний воздух. Я вздохнула.
– Добрый вечер, Марианн, ― Григориус мягко коснулся моей руки. ― С тобой всё в порядке?
– Добрый вечер, ― если он «добрый». ― А разве ты знаешь, что сегодня случилось?
– Да, кое-кто пошалил на прудах. Но с тобой ничего не могло случиться!
– Я очень этому рада! Еще лучше, если бы я заранее знала, что для меня это всё абсолютно безопасно! ― воскликнула я в досаде. ― Зачем же ты явился сейчас?
Сегодняшнее напряжение давало о себе знать.
– Чтобы убедиться в твоем благополучии! ― настроение Григориуса нельзя было испортить. Я повнимательнее взглянула на него ― так и есть ― красный отблеск в его глазах выдавал удачную охоту.
– Послушай, Григориус, я перетряслась там, на прудах из-за вашей компании, поэтому я пойду уже спать, извини, ― мне хотелось побыстрее от него отделаться. По-моему, общения на сегодняшний день было с избытком. От одиночества ничего не осталось. Я решительно повернулась к двери, чтобы уйти.
– Пожалуйста! Я забочусь о тебе, а тебе всё не нравится! ― резюмировал Григориус.
Но я даже не стала дальше слушать, а направилась в дом. К сожалению, Григориус направился следом, а остановить его средств у меня не было.
– Провожу тебя, ― пояснил он свою навязчивость.
Он зашел вслед за мной на веранду и стал усиленно втягивать носом воздух. Я с опаской уставилась на его трепещущие ноздри.
– Ого! Чем это так странно здесь пахнет?!
Я сразу заподозрила, что его провожание было вызвано какой-то задней мыслью.
– Понятия не имею. Наверное, человеческим жилищем!
– Нет-нет, это необычный запах! ― Григориус был заинтригован. Взгляд с прищуром не сулил мне ничего хорошего.
– Я сейчас приглашение отзову!
– Ладно, ладно, ухожу! До встречи!
Заинтригованный Григориус удалился, а мне оставалось только надеяться, что его сверхнюхательные способности не приведут в тёткин сад. Как удачно я наступила в коровий навоз! Это могло приглушить запах от моих следов. Как непросто обвести их вокруг пальца, проклятых сверхов!
Глава 6. Земляничная поляна
Ранним утром следующего дня в смешанных чувствах спешила я в заброшенный сад, прихватив с собой термос с кофе, молоко, хлеб и масло. Мне хотелось увидеть своего «постояльца» здоровым и отдохнувшим, и я боялась найти там нечто совсем обратное: что если Григориус и компания обнаружили наше укрытие!
Мой ранний приход не разбудил Хелегфинда. Он уже сидел на помосте и чистил какой-то ветошью свой клинок. Не самое подходящее занятие! Но, по крайней мере, ему было очевидно лучше. Движения его были свободны - видно, боль уже не сковывала его. В балагане, мне показалось, стало гораздо уютнее - пыльный и затхлый воздух сменился утренней прохладой с примесью какого-то тонкого и чрезвычайно приятного запаха.
Мой подопечный увидел меня, отложил в сторону беспокоящий меня предмет и сдержанно поприветствовал.
- Я рада, что тебе лучше, - я поставила перед ним завтрак.
- Спасибо, Марьяна! Я причиняю тебе беспокойство. Мне жаль..
- Что с твоей раной? - с опаской поинтересовалась я: повязки на голове не было, только нога была по-прежнему перебинтована.
- Уже лучше. Скоро пройдёт.
- Давай посмотрю, - не успокоилась я, и он нехотя повернулся ко мне затылком. Я не поверила своим глазам - вчерашнее кровавое месиво из разорванной кожи и спутанных волос неумело замытое водой и обработанное одной перекисью, сегодня затянулось и подсохло. Такой быстрой регенерации я не ожидала.
- Надо же! - с чувством сказала я. - Это невероятно! Ты… - и тут слова замерли у меня на языке. Потрясенная ещё больше я уставилась на череп Хелегфинда: когда он слегка повернул голову в ответ на мой восторженный возглас, прядь волос соскользнула с левого уха, и оно открылось мне в своей невероятной форме! Оно было заостренным!… Даже я, второй год тесно общающаяся с вампирами, потеряла дар речи.
Хелегфинд обернулся ко мне: я попыталась сделать вид, что ничего не произошло, потихоньку продвигаясь к выходу. Возможно, это моё сумасшествие, в любом случае, лучше будет пока удалиться.
Он поймал меня за руку:
- Подожди! Ты опять чего-то боишься!
- Тебе показалось! - я села рядом, стараясь рационализировать свое поведение: - Ты очень необычно выглядишь!
Я посмотрела на него. Его спокойное лицо не выдавало никаких переживаний, только глаза были задумчивы.
- Понимаю, что тебя настораживает. Я не человек. Я эльф.
- Ну, да?! - наверное, я выглядела не очень умно, глядя на него во все глаза и пытаясь проконтролировать, не отвисла ли у меня челюсть. Только этого мне не хватало!
- Не может быть! - наконец выдавила из себя я. Имя, конечно, у него замысловатое, меч имеется, внешность и всё такое, но есть же какие-то границы разумного!
- Тебе приходится иметь дело с вампирами, но ты не веришь, что я могу быть эльфом? Странная непоследовательность! - усмехнулся Хелегфинд.
- В вампиров поверить легче. Особенно, когда они тебя кусают.
(Странный взгляд в мою сторону).
- Тогда поверь только в то, что мне не стоит встречаться ни с людьми, ни с живыми мертвецами.
- Зачем ты вообще здесь появился?!
- Из-за них! Не так давно они проникли на наши земли. Они несут только смерть. Ты же знаешь это, - в его голосе зазвучало сомнение, вызванное, вероятно, моим признанием о близости с вампирами.
- Нам хватает своих порождений Тьмы. Нам приходится защищать себя, искать способы закрыть им дорогу к нам. Мне кажется, я рискую, открываясь перед тобой: ты по каким-то причинам общаешься с вампирами.
Я всё ещё была в плену сомнений. Неужели Кадугаун с компанией всё-таки смогли выведать тайну Бориса? Что-то он тогда говорил про портал в другой мир, что я сочла очередной фантастической версией для меня. Дело было ещё и в том, что само существование Бориса и других вампиров в Бон Темпс было такой невероятной фантастикой, за которой меркло всё остальное. А теперь мне предлагают ещё более невероятный вариант реальности! Я уже была склонна отнестись к происходящему как к должному. Если эльф просит у меня помощи, почему об этом должны узнать мои друзья-вампиры?
- Хорошо, - закончила я внутреннюю борьбу и посмотрела на Хелега. - Я верю тебе! Я тебе помогу. Но тогда ты должен тоже доверять мне. А там посмотрим.
- Давай уже, поешь, - вспомнила я про принесенный завтрак, к которому эльф пока не притронулся. Он ещё раз поблагодарил меня за заботу и принялся за еду. Кофе, впрочем, ему не понравился. Он налил его из термоса в кружку и принюхался, а потом отставил в сторону.
- Попробуй! - мне стало обидно за кофе, без которого я и прожить не могла.
Он последовал моей просьбе и сделал пару глотков, но дальше дело не пошло.
- Спасибо! Я предпочёл бы воду! Хотя это необычный напиток… - вежливо отказался он.
- Пойдем, тебе надо будет умыться. Там и вода.
Я, впрочем, не была уверена, что это столь уж ему необходимо, настолько свежим и опрятным он выглядел. Мы со всеми предосторожностями проделали путь до моего сада. Пока мы пересекали его, эльф внимательно осматривался.
- Это ты выращиваешь? - он показал на грядки с салатом и овощами.
- Да, - не знаю, гордиться мне или стесняться.
- Кто тебе помогает?
- Да никто! Я одна живу. У вас так не принято?
- Нет.
Ладно, не буду вдаваться в подробности их социальной иерархии. Пусть считает меня крестьянкой!
Привела его во двор к благам цивилизации в виде водоповода и бойлера, а сама опять погрузилась в раздумья. То, что сейчас светлый день, ничуть не помешает моим приятелям-вампирам явиться меня проведать. Они окончательно потеряли осторожность. Если Савва появлялся только в полных сумерках, то от Григориуса можно было ждать совершенно неожиданных неурочных визитов. Соседей мало, в огородах они появляются нечасто, тех минут, когда солнце прячется за редкие тонкие облачка, вполне ему хватало, чтобы добраться до моего дома. Вероятность визита Кадугауна я не рассматривала.
- Что ты будешь есть? Что мне для тебя приготовить, - спросила я Хелега, как примерная хозяйка.
- Ничего не надо для меня делать! В твоём саду для меня найдётся достаточно еды, если ты позволишь мне…
- Ну, конечно, - пробормотала я. - Вы ведь не едите мяса…
- Почти никогда, - согласился он. - Растения дают больше сил.
- У нас все уверены в обратном.
- Для людей это действительно справедливо. Вам часто надо пополнять силы, и они быстрей расходуются.
Мне ужасно хотелось спросить о его планах, как он собирается сообщать о себе своим соплеменникам, и как будет выбираться отсюда. Но он не изъявлял особого желания обсуждать со мной свои действия. Вполне вероятно, что он попросту не доверял мне, и у него были на то основания!
Вместо этого я решила узнать другое:
- Скажи, ты или кто-нибудь из ваших появлялся раньше здесь, в Бон Темпс? И здесь - в моём саду?
Он удивлённо посмотрел на меня:
- Нет. Не думаю. Нам незачем появляться там, где живут люди.
- Откуда же такое знание нашего языка?
- Чтобы понимать, что происходит, наши передовые дозорные учат местное наречие.
- Если ты здесь пробудешь несколько дней, тебе нужно будет показаться на людях, если ты, конечно, не предпочитаешь просидеть всё это время в балагане. Я дам тебе одежду и скажу, что ты, к примеру, мой дальний родственник или давний друг, который заехал меня навестить. Так ты сможешь чувствовать себя более свободно. Получше узнаешь нас.
Всё время прятать его в своем доме или тёткином саду было нереально. А так я могла бы его передать кому-нибудь на время, рассуждала про себя я.
- Хорошо, - подумав, согласился эльф.
Мне оставалось подобрать ему одежду из тряпок, оставшихся от Бориса. Некоторые из них я не постирала, и теперь поняла свою ошибку, когда увидела, с каким отвращением эльф рассматривает джинсы и рубашку.
- Извини, я не могу, - он брезгливо откинул штаны .
- Но так не пойдёт! Твоя одежда слишком необычна. Надо её как-то разбавить..
- «Разбавить»? - он покорно поднял ранее отброшенную рубашку. Скептически поджав губы поизучал её и, с обречённым видом стянув с себя своё одеяние, надел. Со стороны можно было подумать, что он примеряет вещь, взятую с помойки.
- Твои штаны мне придётся зашить…
Порванные в месте укуса, они открывали вид на перевязку.
Не протестуя больше, Хелег изящно небрежным движением спустил штаны и вышагнул из них. Похоже, он был раздражён. Стараясь не смотреть на его стройные ноги, я подхватила штаны и отправилась их зашивать, гадая о природе их материала - плотный и прочный, но при этом мягкий на ощупь. В конце концов, штаны из другого мира! Пришлось подавить желание отрезать кусочек в качестве трофея. Процесс латания не занял больше десяти минут, но когда я вернулась к полуобнажённому эльфу, он, казалось, был смущен ещё больше.
- Мне жаль, что тебе приходится это делать для меня! - с чувством сказал он.
- Не стоит благодарности! Я рада помочь.
Процесс переодевания завершился вовремя: должен был заехать Фёдор, чтобы самолично увидеть меня живой и невредимой. Он позвонил, сказать, что будет с минуты на минуту, и мне пришлось поспешно дать инструкции эльфу, как себя вести. Особенно непросто оказалось лишить его на время меча. Его нельзя было просто положить в укромном месте у меня в доме - для вампиров не существовало укромных мест. Хелег никак не мог понять, что вампирам делать у меня дома. Я же просто хотела застраховаться от последствий неожиданного визита кого-нибудь из них. Самым разумным, на мой взгляд, было спрятать оружие под половицей в амбаре. И эльф потрясённо смотрел, как его меч запихивают куда-то в пыль под доски пола, а потом ещё и наваливают сверху какую-то рухлядь.
- Теперь ты видишь, где он лежит. Если что - сам возьмёшь.
Эльф смотрел на меня во все глаза:
- Похоже, твоя жизнь и без моего присутствия полна опасностей. Я же их умножаю стократно!
-Да ладно, это уже не важно! - (“Точка невозврата давно пройдена”, - подумала я).
И тут приехал Фёдор. Вдвоём с Хелегом мы встретили его на веранде. Фёдор по-родственному приобнял меня:
- Ну, слава богу! - и подозрительно покосился на Хелега. - Так это тебя вчера потрепали в посадках?
В глазах Фёдора немым текстом стояло: «Ты всех нездешних мужиков к себе домой тянешь?!»
Я заторопилась:
- Знакомься, это - Хелег, он из Прибалтики. Он заехал ко мне сегодня с друзьями, потому что вчера во время этого кошмара потерял телефон и ключи от машины!
Хелег уже наверное забыл нашу договорённость о конспирации, и обалдело уставился на меня. А может его поразило то, как я исковеркала его имя. Но не могла же я представить его Фёдору Хелегфиндом!
Фёдор перевёл взгляд на эльфа. Тот без энтузиазма кивнул, ложь была ему не по вкусу.
- А, ну, понятно! Нашли?
-Пока нет. Он недавно заехал. Вполне возможно, что это всё потерялось ещё в посадках..
- Да, тогда, попробуй ,найди!
- Ну да, и ещё его друзья сегодня возвращаются в Москву, и ему, возможно из-за этого придётся задержаться в наших краях, - продолжала я фантазировать.
- А где вы останавливались? - спросил Фёдор у Хелега.
- На хуторе за Чёртовым, - внезапно удачно ответил тот. Я слегка удивилась, может, он со временем войдёт в роль?
Фёдор закончил интересоваться моим новым знакомым и принялся рассказывать новости, которые были не так уж плохи: все пострадавшие остались живы, и их здоровью ничто не угрожало, кроме той молоденькой девчонки, которая меня раздражала на пруду. Она находилась в коме, и её хотели отправлять в областной медицинский центр.
Пока мы трепались, я усиленно подыскивала повод навязать Фёдору общество Хелегфинда, но так ничего и не придумала, понимая опасность такого поступка - эльф может быстро выказать свою неосведомленность о человеческих делах, и раскрыться перед ещё одним свидетелем. Это опасно и для него, и для Фёдора, которому придётся узнать больше, чем нужно. А дальше - может быть цепная реакция, за которой неизвестно что начнётся.
Когда я поняла, что не могу себе позволить даже на время снять ответственность за чужую судьбу, мне стало немного не по себе. Где бы эльф ни находился - он подвергается опасности: ко мне вампиры могут придти в любой момент, в тёткином саду его точно так же могут обнаружить: случайно - люди, с большей вероятностью - те же вампиры. Единственной удачей стало то, что Фёдор обещал отвезти Хелега в посадки на поиски потерянных ключа и телефона. Прощаясь на порожках веранды со мной, он подмигнул мне и вполголоса пояснил:
- Понимаю, он тебе нравится, ну что ж, хотя бы с виду приличный. Но ты о нём не знаешь ничего, а в дом пускаешь…
***
Я ожидала, что весь день проведу как на иголках, страшась непрошенных визитов, но всё вышло совсем не так. Проводив Фёдора, я вернулась в дом и не обнаружила там Хелега. Чувствуя себя немного надзирателем, я вышла во двор и нашла его там. Эльф от нечего делать внимательно изучал дворовые постройки, медленно обходя их и приглядываясь к мелочам. Он походил скорее на исследователя незнакомого быта, чем на оценщика. Я не стала ему мешать и удалилась в дом по своим делам. Когда я вышла из дома в следующий раз, он вовсе исчез. На этот раз я не пошла его искать, понимая бессмысленность такого занятия. Хотя, если бы я занудно преследовала его целый день, бубня про необходимость конспирации, возможно, он решил бы свалить отсюда как можно быстрей!
Спустя какое-то время я обнаружила, что уже не думаю ни о чём плохом или тревожном. Знойную пустоту июльского дня заполняло стрекотание кузнечиков, да кудахтанье кур в соседнем дворе. Солнце палило нещадно. В небе словно размешали гигантскую белую пенку, плавные разводы которой медленно таяли в июльской полуденной синеве.
Я вышла в сад, так как Хелег давно не появлялся, и мне стало любопытно, что он делает. Я не сразу разглядела его среди деревьев. Зелень сада играла под лучами солнца всеми возможными оттенками: от изумрудной и золотой до темной хромовой в тени зарослей. Фигура Хелега временами будто растворялась в этом заполненном зеленью и светом пространстве. Он изучал сад - подходил к деревьям, слегка касаясь их рукой и будто бы вслушиваясь. Мне стало не по себе: несмотря на мою любовь к саду и садовым темам, меня сложно было назвать внимательным и прилежным садовником. А клёнам и ясеням, что росли с чрезвычайной скоростью и так и норовили закрыть своими кронами всё свободное пространство в саду, я и вовсе периодически обрубала ветки. Я боялась услышать справедливую критику со стороны существа, для кого деревья столь же равны и важны, что и другие живые создания.
Чуткий слух Хелега уловил моё присутствие. Эльф направился ко мне, пока я стояла у грядки с шалфеем. Подойдя, он склонился к цветущим веткам, сорвав пару листочков, растер их пальцами и, понюхав, внимательно посмотрел на меня:
- Я уважаю твой труд и твои старания, Марьяна! Ты бережно относишься к саду, а ведь одной тебе это наверняка нелегко даётся!
Я не просто удивилась услышанному. Каждому приятно, когда его хвалят, особенно по заслугам! Но дело-то в том, что никогда никто из всех, с кем довелось мне здесь общаться, не обращал никакого внимания на то, о чем сейчас сказал эльф. Кто-то считал мою работу по саду блажью, кто-то мог допускать подобную трату времени и сил, только если речь шла о возможных барышах, а кому-то это было попросту безразлично. Поэтому похвала в устах эльфа сразила меня наповал.
- Спасибо, - с чувством благодарности сказала я и продолжала стоять, глядя на Хелега, на шалфей, на синее с белыми разводами небо…
С удивлением поймала себя на мысли, что мы уже довольно долго стою так, словно впитывая в себя июльский зной, разбавленный сенью сада. Эльф напротив меня был потрясающим живым изваянием, легкая светящаяся аура вокруг него, то ли пригрезилась мне, то ли была продолжением солнечного света, пронизывающего сад. Время замерло.
(…)
Это выпадение из-под власти времени, как я потом для себя определила случившееся, продолжалось недолго. Вполне возможно, что это всего лишь игра моего воображения заставила время стать тягучим, а солнечный свет превратила в расплавленный янтарь, струившийся из глаз и волос Хелегфинда.
Когда я очнулась, мы продолжали стоять у грядки с шалфеем. Эльф все так же смотрел на меня, будто дожидаясь ответа. Я повернулась и пошла собирать землянику, срезала пару кочанов салата (зеленый и красный), цуккини, сорвала мяту, мелиссу и базилик. И со всем этим богатством отправилась на кухню, чтобы изобразить обед. Из всего собранного я смогла соорудить салат, масло и не очень свежий хлеб дополнили это не слишком большое разнообразие. Похоже, мне придётся посетить магазин! Из напитков - сырая вода. Эльф, казалось, был вполне удовлетворён обедом. Всегда ли он такой покладистый?
Вопреки своему решению пойти за покупками, я осталась дома. Меня мучил давний недуг - потребность держать всё под контролем. Умом я понимала, что эльф прекрасно справится с ситуацией и без меня, и я вовсе не обязана следить за ним неотступно. К тому же уж слишком мирно и привольно было в этот день дома, чтобы я покинула его хоть за какой срочной надобностью!
Вечером эльф и вовсе не стал ничего есть. С наступлением сумерек я выдала ему обратно его меч, решив, что неразумно обезоруживать его перед лицом потенциальной опасности. Мне ужас как хотелось побыть с ним под звездами, ведь считается, что эльфы поклоняются звездам и могут показать сокровенную красоту мира тому, кто этого захочет. Но что мои желания стоят рядом с грозной опасностью? Спровадив эльфа, я вернулась во двор и уставилась на вечерние звёзды почти что с вызовом: какая-то подспудная мысль отравляла мне сейчас восхитительную неспешность сегодняшнего дня. Как будто я и сама понимала, что я совершаю недопустимое: балансирую на грани мира Тьмы и мира Света, оказываюсь на стороне и тех и других, не выбирая ни одну окончательно, стараюсь усидеть на двух стульях… Кто я и почему я так делаю?
Глава 7. Игра в поддавки
Провидение, или Судьба, или то и другое подарили мне ещё несколько дней общения с Хелегфиндом. Всё это время мы не покидали пределы моего дома и сада, лишь однажды отважившись прогуляться под луной. На заре Хелег появлялся в саду, дожидаясь моего пробуждения, и сдавал на дневное хранение свой меч. В первой половине дня вампиры не имели обычая появляться, за исключением ненастных дней. Но июльское солнце щедро светило, рассеивая мои опасения. В эти благословенные и спокойные дни мы с эльфом занимались садом. И он сильно мне помог − без мужских рук мне было бы не избавиться от сухостоя и откровенно неприступных зарослей.
Вечер возвращал мне беспокойство, но здесь я была бессильна предугадать что-либо нежелательное. Полагалась на чутьё эльфа, который теоретически мог бы успеть скрыться в зарослях, если бы явился кто-то из вампиров. Подспудно меня терзала моя двуличность в отношении Григориуса и Саввы. Я оправдывалась сама перед собой тем, что я прячу Хелега прежде всего от Кадугауна и его компании.
Продукты мне привёз Фёдор, вызванный моим звонком. Он покладисто доставил мне требуемое, а потом, сгрузив всё на веранде, посмотрел в дворовое окно на бродящего по саду Хелега и с укоризной воззрился на меня.
- Похоже, мать, ты совсем голову потеряла! Так и сидите тут? - в его голосе слышалось неодобрение.
- Ты всё неправильно понял!
Похоже, он думает, что у меня скоропалительный роман с моим постояльцем.
- Я понял так, как это выглядит. Опомнись, ты не девочка уже неразумная!
Догадки Фёдора были абсолютно беспочвенны. Я не набивалась Хелегу даже в друзья. Мне хотелось сделать его вынужденное пребывание здесь относительно комфортным и безопасным. Своё любопытство я засунула очень глубоко, чтобы не докучать неуместными вопросами. Скорее это он спрашивал меня, и так незаметно для себя я посвятила его в свою историю. Конечно, в самых общих чертах, не вдаваясь в ненужные ему подробности. Мне, конечно, хотелось, чтобы он понял, почему я так расположена к вампирам. Хотя тут, я ,видимо, желала невозможного.
Эльф пообвыкся в новых условиях, его нога, так долго не заживавшая после укуса волка, стала выглядеть намного лучше. Он сам приходил по утрам в мой сад, дожидаясь моего пробуждения. И даже кофе ему в итоге понравился: во всяком случае, как утренний напиток он его теперь воспринимал.
Никто не являлся ко мне эти дни, так что мы даже потеряли осторожность, позволяя себе задерживаться до поздних часов ради того только, чтобы побродить под звёздами.
Эта идиллия закончилась внезапно.
Утром мне пришлось отправиться в Ла Перлу, чтобы решить дела со счетами. Проведя все платежи, я убедилась, что мои финансы пришли в плачевное состояние. От тех средств, которые мне оставил Борис, практически ничего не осталось. Мне пора подыскивать работу, если я не хочу пополнить число неимущих. С тяжелым сердцем я купила местную газетёнку с объявлениями о вакансиях, решив почитать её в автобусе по пути домой. Но мне повезло - рядом с автостанцией я встретила Асю - она ездила с сестрой в больницу снять швы с ноги, а сюда заехала, чтобы купить журналы.
Они взяли меня с собой - мы все были рады пообщаться. Так что про вакансии в этот раз я ничего не прочла. Я рада была услышать, что нога Лиды практически зажила. Сидя за рулём, Ася не преминула поинтересоваться:
- Как там тот красавчик, которому мы помогли? Федька говорит, что ты с ним встречаешься, это так?
- Нет, - решительно опровергла я эту версию. - Я вижу его… иногда. Но и только…
Не могла же я сказать, что встречаюсь с ним днём, потому что он сидит у меня дома, а по ночам прячу его в чужом саду. Спасибо Фёдору, он хотя бы не раскрыл сёстрам всего. Но, может, он и сам не имел полного представления.
- Жаль! - прямо заметила Ася. - Я бы постаралась с ним наладить более близкий контакт! Он такой хорошенький!
Тактично промолчав в ответ, я мысленно не могла не согласиться с Асей: Хелегфинд был видный эльф, наверное, молодой по эльфийским меркам, а по человеческим - тянул лет на двадцать пять. Ася не подозревала, что тот, кем она восхищалась, находился сейчас у меня в саду, иначе, высадив меня возле моего дома, она ни за что бы просто так не уехала.
Я поспешила к дому, торопливо отомкнув дверь, вошла на веранду. Следом за мной кто-то вошел. Я почти знала, кто это. Обернувшись, поняла, что не ошиблась.
- Привет, Марианн! - мне холодно улыбался Григориус. Он привалился к дверному косяку и как бы изучал меня из-под прищуренных глаз.
- Привет! Давно тебя не видела!
Вампир никак не ответил на моё замечание. Он как будто ждал от меня какой-то реакции и внимательно наблюдал за мной. Я постаралась выглядеть как можно спокойнее, ставя сумку на стул и вынимая продукты. Беспокойство за Хелега заставило сердце учащённо забиться.
- Мне всё известно, Марианн!
Мне показалось, или моя рука дрогнула, когда я ставила на стол бутылку с квасом? На секунду я застыла. Григориус приблизился ко мне вплотную и коснулся своими ледяными пальцами моей руки. На его лице читалось холодное любопытство. Невероятно трудно было выдержать его взгляд!
Я постаралась выглядеть как можно естественнее: - Что же тебе известно?
- В своем ли ты уме, Марианн? Ты забыла, что мы рискуем, выгораживая тебя, пока ты за нашей спиной занимаешься своими тайными делами?!
- Прости, не понимаю, какие мои дела вдруг стали тайными?
Григориус выдержал паузу.
- Раз ты ничего не скрываешь, ни мне, и тебе не о чём волноваться. Надеюсь, ты не пожалеешь ни о чём после, - равнодушно добавил он, будто вбил кол в моё сердце.
Я не нашла в себе сил, что-нибудь сказать в ответ, узнать его планы, боясь сказать лишнее, и, наконец, выдать своё волнение. Мне нужно было сначала убедиться, что с эльфом всё в порядке. Узнать это я могла только после того, как вампир уйдет. Поэтому я молча следила за тем, как Григориус выходит с веранды, бросив на меня ещё один тяжелый взгляд .
Понимая, что хотя вампир и ушёл, он может продолжать следить за мной, и мне этого невозможно будет обнаружить, я как ни в чём не бывало, прошла в дом, переоделась и не торопясь вышла во двор. Тишина и покой. И буря эмоций в моей груди! В саду, как и во дворе не было видно ни одной живой души. Прихватив мотыжку, я отправилась в огород, избрав этот отвлекающий манёвр, к тому же весьма полезный. Часа два кряду я боролась с сорняками и окучивала морковь, надеясь, что у вампиров не хватит терпения следить за моей монотонной работой. После обошла сад, пытаясь уловить следы присутствия Хелега. Тщетно.
Набравшись терпения, я дождалась вечера. Перед самыми сумерками я буквально бросилась в заброшенный сад к тайному убежищу эльфа. Конечно, Григориус мог сыграть со мной подлую шутку, если потратил весь день на слежку за мной. Но я уже не могла думать о плохих вариантах. Когда передо мной возник заветный балаган, сердце выпрыгивало из груди. Я стукнула пару раз в дощатую дверь и тихо предупредила:
- Это я - Марьяна!.
Ответом мне была тишина. Я приоткрыла дверь − сердце камнем упало вниз: в балагане никого не было. Хелегфинд исчез.
***
Я осталась наедине со своим жгучим беспокойством. Еще раз обследовав свою территорию, я убедилась, что нет никаких следов, которые бы пролили свет на то, что случилось в моё отсутствие. Вернувшись из заброшенного сада, я решилась проверить тайник с мечом. К моему ужасу меч был на месте. Если напали на него безоружного, шансы уцелеть были невелики! Но можно было хоть об стену лбом биться - узнать ничего было нельзя. В этом неведении оставаться было очень тяжело.
Следующий день не принёс новостей, хотя я попробовала выведать хотя бы даже слухи, для чего позвонила Дэну. Его контакты с Кадугаунской шайкой могли пролить свет на это тёмное дело.
Дэн обрадовался возможности поболтать, и в течение часа я выслушала отчёт о повседневной жизни Дэна, которая была бы, по его словам, абсолютно беспросветна, если бы не Дария. Кадугауна он не видел последние недели две, но знает, что тот, так сказать, в «добром здравии». Он слышал о нападении каких-то хищников на компанию у пруда, но только от меня узнал, что это было дело рук вампиров. Информация о том, что я там тоже присутствовала, произвела на него впечатление. Но это было, в общем-то, и всё. Никаких намеков на то, что вампиры кого-то ловили или поймали, я не услышала. Пожелав друг другу удачи, мы распрощались. Дэн мне не помог.
Ещё через день пришли дожди. Сначала тёплые и душные, они постепенно охладили воздух. И от недавней жары остались только воспоминания. Надев непромокаемую куртку, я бродила среди деревьев, почти ожидая встретить кого-нибудь из бессмертных любителей ненастной погоды. Ещё утром, ведомая каким-то особенно нехорошим предчувствием, я наведалась в амбар, и сняла известную половицу. Тайник был пуст. Меч исчез, кто и когда его забрал − сказать было невозможно.