Maht 60 lehekülge
1889 aasta
12+
Raamatust
«Евгения Иртенева ожидала блестящая карьера. Все у него было для этого. Прекрасное домашнее воспитание, блестящее окончание курса на юридическом факультете Петербургского университета, связи по недавно умершему отцу с самым высшим обществом и даже начало службы в министерстве под покровительством министра. Было и состояние, даже большое состояние, но сомнительное. Отец жил за границей и в Петербурге, давая по шести тысяч сыновьям – Евгению и старшему, Андрею, служившему в кавалергардах, и сам проживал с матерью очень много. Только летом он приезжал на два месяца в именье, но не занимался хозяйством, предоставляя все заевшемуся управляющему, тоже не занимавшемуся именьем, но к которому он имел полное доверие…»
Teised versioonid
Žanrid ja sildid
Ülevaated, 26 ülevaadet26
Читается на одном дыхании.
Повесть Дьявол Толстой написал в ноябре 1889 года, залпом, за десять дней. Однако не только не пытался ее напечатать, но прятал в обшивке
кресла от жены. Это самое интимное
произведение Л.Н. о самом себе. Даже более интимное, чем «Детство». Этот «скелет в шкафу» (вернее, в кресле) находился в неподвижности в течение 20 лет, пока не был обнаружен женой.
Повесть о любви, жизненном выборе, страсти, ошибке молодости. В духе позднего XIX века, устои начинают рушиться, случайная связь не кажется грехом, оправдывается главным героем, никем не осуждается.
"Дьявол" имеет 2 альтернативные концовки, одна – логична, правильна в данной ситуации, но не могла быть, не слишком благороден герой Толстого; вторая – очень жизненная, временное помутнение, глупость неотвратимая, очень по-русски, даже то, чем закончил герой в итоге свою жизнь.
Оставляет странное ощущение, мужененавистницам однозначно не читать.
Очаровательно, слов нет, на одном дыхании читал, всем советую. Я уже не мало книг прочитал у Толстого, но такого я не ожидал. И эта возможность предположить разные окончания, меня так же впечатлила. хотя мне милее именно первый.
Очень понравился интересный рассказ. Не ожидала что конец будет именно таким. Что угодно, но только ни это. Порой, совладать с собой очень тяжело.
И он почувствовал, что он ходит в саду и говорит себе, что обдумывает что-то, а он ничего не обдумывает, а безумно, безосновательно ждет ее, ждет того, что она каким-то чудом поймет, как он желает ее, и возьмет и придет сюда или куда-нибудь туда, где никто не увидит, или ночью, когда не будет луны, и никто, даже она сама, не увидит, в такую ночь она придет, и он коснется ее тела…
Обыкновенно думают, что самые обычные консерваторы – это старики, а новаторы – это молодые люди. Это не совсем справедливо. Самые обычные консерваторы – это молодые люди. Молодые люди, которым хочется жить, но которые не думают и не имеют времени подумать о том, как надо жить, и которые поэтому избирают себе за образец ту жизнь, которая была.
К обеду приехал доктор и, разумеется, сказал, что, хотя повторные явления и могут вызывать опасения, но, собственно говоря, положительного указания нет, но так как нет и противупоказания, то можно, с одной стороны, полагать, с другой же стороны, тоже можно полагать.
- Покой и довольство человека не вне его, а в нем самом.
- То есть как?
- Обыкновенный человек ждет хорошего или дурного извне, то есть от коляски и кабинета, а мыслящий от самого себя.
Только летом он приезжал на два месяца в именье, но не занимался хозяйством, предоставляя все заевшемуся управляющему, тоже не занимавшемуся именьем, но к которому он имел полное доверие.
И действительно, если Евгений Иртенев был душевнобольной, то все люди такие же душевнобольные, самые же душевнобольные – это несомненно те, которые в других людях видят признаки сумасшествия, которых в себе не видят.