Mine üle audioraamatule
–Это что ты тут разбросал свои бумаги? Разлегся тут!
Спросонья Саид не сразу понял, на кого она шумела и, оглянувшись вокруг, понял, что тут кроме него нет никого, но всё ровно уставился на неё.
– Ну что ты смотришь? Бумаги свои собирай на полу!
Он посмотрел на пол и только теперь увидел лежавшие на бетонном полу паспорт, командировочное удостоверение, кошелек и… Еще не проснувшемуся Саиду не сразу дошло, что все это его бумаги. Он проверил, – вроде всё на месте. А деньги? Он ещё раз проверил кошелёк, порылся в карманах, но – нет! Денег нет. Постепенно до него дошло, что его обокрали и его охватила паника, опустошение. Голову окутал туман. Как так? Почему? И что теперь? К начальнику вокзала? И что? В милицию? И что? Обратно на завод? К девчатам? За что?..
– Бабушка, Вы тут никого не видели?
– А кого я могла видеть? Только пришла. А что случилось-то?
– Обокрали меня. Деньги украли.
– Вот, бандюги!.. Что же ты сидишь? Звони в милицию!
– И что? Они мне денег принесут? Если даже найдут?
– Ну, как знаешь. Я никого не видела. И сама не украла…
Саид пошарил по карманам ещё раз, нашел медяки. Даже на билет на автобус до города не наскребет. На чай с кусочком хлеба хватит. А что дальше? Решения нет. В бесплодных поисках выхода из глубокой задницы прошел ещё час. Начало светать. Саид, тяжело вздохнув, вышел на крыльцо покурить последнюю сигарету. Мартовская метель не утихает. Большие мокрые хлопья снега кружатся в воздухе, изображая замысловатый танец. Отвернувшись от ветра, он с трудом, но всё же прикурил сигарету и глубоко втянул дым в легкие. Ему показалось, что стало легче.
Автобусы стали подвозить первых пассажиров. Напротив Саида остановилась "Волга" с шахматными квадратами на борту. Таксист, резво разгрузив багаж и получив расчет исчез за поворотом. Пассажирка задумчиво посмотрела на кучу чемоданов, ящиков с приделанными ручками, и беспомощно попыталась поднять тяжелый чемодан. Саид, бросив недокуренную сигарету, поспешил на помощь. Нет, в эту минуту он не думал о себе, о своей западне, он просто по привычке пошел помочь нуждающейся в помощи девушке.
– Давайте помогу. А Вы бегом в зал, не то промёрзнете! – скомандовал Саид и схватил самый большой чемодан правой рукой и чуть поменьше, – левой.
– Ой, спасибо Вам большое! – проронила девушка и пошла зал ожидания, прихватив с собой небольшой узелок.
Саид в несколько ходок, будто опытный грузчик, перенес всю поклажу девушки в зал ожидания и почувствовал некоторое облегчение от тяжких дум.
– Спасибо Вам огромное! Думала, таксист поможет, а он даже не спросил, нужна ли мне помощь, – она сказала это так, будто её спасли от смерти. Искренне, чарующей улыбкой, с преданными как у собаки глазами.
–Да не за что. Какая тут помощь! – сказал Саид, а сам еле отдышался от беготни и тяжёлых чемоданов и ящиков.
Тем временем народ уже стал толпиться у касс. Девушка тоже встала в уже образовавшуюся очередь в билетную кассу. Саида потянуло к ней. А ещё подумалось ему уже теперь, когда уже удалось её расположить у себе: «Вдруг это выход, – попросить денег в долг? Вдруг она поймет? Вдруг поверит? Не откажет?» Он встал в очередь вместе с ней.
– У вас столько вещей. Не похоже на отпуск. Переезжаете?
– Да. Десять лет прожила здесь с мужем. Не сложилось. Развелась. Уезжаю к родителям в Белоруссию.
Саид чуть не упал. Но сдержал эмоции, улыбнулся широко и поддержал начавшийся разговор, не скрывая свою радость.
– В Белоруссию? Вы летите в Минск? – спросил он, не веря ещё своим ушам.
– Да. А что такое?
– Ну, надо же! Надо же! Я не верю своим ушам! Я тоже лечу в Минск. Я в Жодино живу.
– Да? Ой, как здорово! Земляк! – девушка тоже обрадовалась так, как будто ей уже вручили бесплатный билет вне очереди.
– А в Тюмени что Вы делали?
– В командировке был тут. На завод аккумуляторов приезжал.
– Здорово! А в Москве поможете мне с вещами справиться?
– Да хоть до самого дома Вас довезу!
– Спасибо. Повезло – то, как мне. А Вы чего приезжали?
– Я работаю в газете, приехал на аккумуляторный завод, чтобы материал в газету подготовить. Меня Саидом зовут. Живу в Жодино, работаю в Минске.
– Дагестанец? – опять удивила девушка Саида.
– Да. А как Вы узнали?
– По акценту. У нас соседи были дагестанцы, когда мы жили в бараке.
– Да, разбросало нас по всему миру. Я часто езжу в командировки. В Якутии, в Апатитах, в Кустанае… Везде нас хватает.
– Я Раиса. Я из Лиды. Родители там. И дочка. Оставил прошлым летом. В этом году пойдет в школу.
– А с мужем что не ладилось?
– Мы приехали на нефтепромысел. Денег хотели заработать на квартиру. Да и романтики хотелось. Молодые были. Сначала было хорошо. Квартиру быстро получили, зарабатывали неплохо. Потом пить стал муж. Друзья, гулянки… Я боролась. Не помогло. А вы не пьете?
– Бог уберег. Не приучен. Да и некогда мне. Я вообще-то работаю на заводе, а вечерами и в выходные пишу. Внештатный корреспондент я.
– Да? Как интересно! Дадите что-нибудь Ваше почитать?
– Конечно! Обязательно!
Тем временем касса открылась, очередь начала двигаться. Саид боялся сказать о своей проблеме. Но сказать было надо. Он достал паспорт, командировочное удостоверение, немного помялся, посомневался, не зная, как начать, т всё же начал осторожно.
– Раиса, тут такое дело… Бела случилось со мной…Боюсь Вам сказать, чтобы не дай бог не подумали, что я вру. Посмотрите, вот мой паспорт. Вот командировочное удостоверение. Я не обманываю Вас.
– Да я верю. Видно же по Вам. Говорите. Что случилось?
– В беду я попал. Вчера опоздал на рейс, решил тут переночевать. Заснул на скамье. Обокрали меня, когда спал. Ума не приложу, что делать. Денег нет даже на сигареты. Не могли бы Вы мне одолжить? Купить билет? По приезду я Вам обязательно…
– И всё? Боже мой, конечно, куплю! Вы же мне помогли. И дальше поможете, надеюсь. Я даже рада, что могу Вам помочь!
От радости Саид выдохнул застоявшийся в легких воздух, невольно припал головой на плечи Раисы крепко обнял её и даже поцеловал её в щёчку.
– Спасибо большое, Раисочка! Вы моё спасение. Я уже впал в отчаяние. Есть, оказывается, бог на свете. Есть.
Раиса неожиданно для него обняла его свободной рукой и шепнула в ухо:
– Я Вам по секрету скажу: развелась я прошлом году, а сейчас мы с мужем бывшим продали квартиру, поделили деньги. Так что не волнуйтесь.
– Ах, бог мой! Спасибо Вам, Раисочка! Спасибо, большое! Вы мой ангел – спаситель! Я верну. Обязательно верну!
– Да успокойтесь Вы. Я верю.
В эту минуту Саида схватил кто-то за руку и повернул к себе. Это была бабушка, уборщица, которая утром криком своим разбудила его.
– Вот ты где, оказывается, а я бегаю ищу тебя, – сказала она с укором.
– А что случилось, бабушка? Зачем я Вам? – удивился Саид.
– Как, зачем? Тебя же обокрали, вот я и принёс. Немного, правда, но на пару раз покушать хватит. На, держи! И бабушка протянула зелёную пятирублёвую купюру. Саид посмотрел на Ирину, затем на бабушку, обнял её за плечи и проговорил:
– Ах, вы моя хорошая! Ах, Вы моя добрая! Спасибо Вам огромное, но денег я у Вас не возьму. Они уже не нужны. Тут я встретил землячку из Белоруссии, и она помогла мне. А Вам дай бог здоровья, бабушка, и долгих лет жизни за Вашу доброту.
– Землячку? Ну, слава богу! А то я переживала, – сказала она, потом внимательно посмотрела на Раису и продолжила, – красивая… и глаза умные. Не выпускай её. Ну ладно, я пойду тогда. Счастливо вам добраться.
Раиса взглядом провела бабушку до тех пор, пока она не скрылась, и тихо произнесла:
– Милосердная бабушка, дай бог ей здоровья, – и добавила, минуту подумав, – давайте паспорт свой, очередь уже подходит.
Саид испытывал неловкость. Его смущали её красивые глаза, её искренняя и радостная улыбка, исходящая от неё теплота. Невольно вспомнились школьные годы, первая любовь… Пришёл в себя он уже в салоне самолёта.
– Раиса, я до сих пор не верю…Это просто фантастика! Мне Вас сам бог послал!
–Значит бог любит Вас.
– Мы с ним в любви, правда, друг к другу не объяснялись, но я чист перед ним. Мелкие грешки, надеюсь он и не заметил.
– Мелкие все-таки есть?
– А у кого их нет! На Земле не ангелы живут, а человек грешен, потому он и выдумал себе бога, чтобы было перед кем каяться и тем облегчить себе душу. И святых я до не встречал. Вы первая. Раиса… Райская женщина! Вы ко мне из рая пришли?
– Из рая, из рая!
– Значит, святая женщина.
– Да ладно уже Вам! Святую нашли!.. Ой! Вы же не завтракали. Давайте, я Вам бутерброды приготовлю. Я кое-что взяла с собой. А Вы расскажите о своих грехах, – ладно?
– В обмен на бутерброды?
– Да! Иначе на покормлю!
– Ладно. Я согласен. Спасибо, Вам, Раиса. Точно, не завтракал. И даже не ужинал вчера.
– Что же Вы не бережете себя?
– Надеялся улететь вчера, торопился, а тут такая оказия вышла.
– И хорошо, что не улетели. А то, кто бы мне помог?
– Ну да, видимо, судьба… Бывает же такое! Кому расскажешь, – не поверит.
– Держите бутерброд. Перекусите и рассказывайте потом…
– Спасибо.
Саид перекусил двумя, на голодный желудок показавшимися очень вкусными, бутербродами, поблагодарил Раису и ушёл в себя. Раиса посмотрела на него несколько раз, думая, что он, может, хочет спать, потом всё же спросила:
– О чём задумались?
– Вы мне напомнили один случай, – сказал, улыбаясь Саид и рассказал ей историю о том, как в студенчески годы была познакомился с девушкой, вернее, его познакомил друг. – У меня девушка была на Вас похожая. Познакомились мы на вокзале, когда друга провожал поздно вечером в Гродно. Он закончил институт и ехал уже по направлению. Ловелас был большой. А я стеснялся девушек. Так он насилу меня и познакомил. Завязалась дружба. Она закончила биофак и работала в ботаническом саду. Чуть ли не каждый день после работы приходила к нам в общежитие с цветами. Красивая, легкая в общении, начитанная, готовит вкусно…
– Она вам и готовила?
– Нет. Нет, конечно. Это когда я ездил к ней в гости. Она жила недалеко от Минска, в Заславле. И я иногда ездил к ней. А весной, помогал с посадками в огороде, забор чинил.
– Она что, одна жила?
– С родителями. Отец инвалид войны. На протезах ходил. Работать-то особо не мог, вот я и помогал чисто по-человечески. Я же деревенский и работы никакой не боюсь. Родители ко мне очень хорошо относились. Мать всегда: "Зятек приехал! Зятек приехал!" Наготовят с дочкой всего вкусного, усыпят меня комплиментами, с собой ещё целую сумку напихают… Но, увы, история не получила развития. Расстались.
– Расстались-то чего, если всё так было хорошо?
– До сих пор не могу понять, что на меня нашло! Обидел я её. Как-то сидели за столом. Немного выпили. Я о чем-то рассказывал, она перебила меня раз, потом другой, третий. На завтра, уезжая, я сказал ей, что больше не встречаемся.
– Ох, какой Вы!
– Молодой был, глупый. Жалел потом не раз.
– Вы и теперь не старый.
– И такой же глупый… Зачем вчера нужно было спать на вокзале!
– Что было дальше? Не встречались?
– Нет. И она не пришла. И я не смог преодолеть.
– Гордость?
– Наверное. Там, где я воспитывался, мужчин не перебивает женщина. Это и повлияло на меня, тем более, – на хмельную голову.
– Вы женаты?
– Да. Конечно женат.
– Жена не перебивает?
– Не только перебивает, увы!
– И терпите?
–Терплю. Двое детишек. Пацаны.
– Грустная история. Больше не дам бутерброда. Расскажите, что-нибудь веселое.
– Веселое? Есть веселая история.
– Давайте, рассказывайте.
– Ладно, рассказываю веселую. Было это на пятом курсе. Два моих друга сговорились, объявили всем, что я женюсь, собрали денег и купили там выпивку, закуску. А в субботу, как и сказано было, вся группа собралась в актовом зале общежития на втором этаже. Ждут, ждут и тут входят оба эти мои друга нарядившись в жениха и невесту. Да так серьёзно подготовились: фата, свадебное платье… И только теперь смекнули, что сегодня первое апреля. Смеху было!
– А Вы сами-то что? Не выдали друзей?
– Да потому и удалась хохма, что меня не было в общежитии в тот момент. Уезжал в гости уже к будущей жене. Все знали, что мы с ней встречаемся, готовимся к свадьбе потому и поверили.
– Держите ещё бутерброд. Заслужили.
" Наш самолет производит посадку в аэропорту Домодедово. Просьба застегнуть ремни. Командир корабля и экипаж желает вам…" Удивительно, но Домодедово встретил нас не тёплым и солнечным днём, как бы хотелось нашим героям. Зима ещё активно сопротивлялась, снег шел неугомонно и активно ложился под ноги толстым ковром. Густой туман наводил дикую тоску по солнцу. Люди молча суетились, таксисты и леваки ловили пассажиров прямо у выхода. Сиду пришлось ещё раз попотеть, перенося весь багаж Раисы в зал ожидания, что сделал он с большим удовольствием и сел на только что освободившуюся деревянную скамью, напротив Рисы и опрокинулся на спинку, чтобы отдышаться. Раиса посмотрела на него нежным взглядом и, улыбаясь и как бы оправдываясь, проговорила:
– Столько вещей. Я уже пожалела, что взяла столько. Лучше бы раздала соседям. И бросить же жалко. Спасибо Вам большое пребольшое, Саид. Что бы я сделала без Вас!
– А что бы я сделал без Вас, Раиса! В чужом краю! Ни знакомых, ни денег!
– В общем так. Я пойду за билетами, а Вы сидите. Не вздумайте убежать!
– Я молю бога, чтобы Вы не убежали.
– Очередь большая. Не скучайте. Читайте что-нибудь.
– У меня есть что читать. Не волнуйтесь.
– Да я так… Совсем не волнуюсь…
Раиса ушла хлопотать по билетам. Саид осмотрел вокруг и понял, что вылетом будет туго: зал ожидания забит битком, люди сидят на чемоданах, кто-то лежит прямо на полу, застелив на картон верхнюю одежду, крупных габаритов бородатый мужчина в тулупе, скорее всего сибиряк, вовсе разлёгся на всю скамью разлёгся, – видать, давно ждёт посадки. Объявление, прозвучавшее по громкой связи, подтвердило догадку Саида: «В связи с погодными условиями задерживаются рейсы…» Раисы не было долго. Но пришла она ничуть не расстроенная, а даже в приподнятом настроении и на мой вопрос, купила ли она билеты, безразлично ответила:
– Билетов нет и не известно, когда будут. Подозреваю, мы не скоро улетим. Все рейсы закрыты.
– И что будем делать?
Она села на большой чемодан, стоящий возле ног Саида, положила в сумочку паспорта и, приняв весьма серьёзное выражение лица, сказала, довольно убедительно, смотря в глаза Саиду:
– Значит, так, Саид. Во-первых, мы переходим на "ты", а то как-то даже неудобно, – ведё1м себя как старые англичане. Во-вторых, багаж сдаем в камеру хранения и идем обедать в ресторан. Потом снимаем номер в гостинице и отсыпаемся. Ты ночью на вокзале, я тоже собиралась всю ночь и не спала.
– Может, не пойдём в ресторан? Дорого. Можно перекусить и в кафе?
– Ну что ты, Саид! Должна же я накормить своего мужчину!
– Своего мужчину?
– А кто тут знает, что ты не мой? Так что, пошли. Бери чемодан, пошли в камеру хранения, – посмотрев вокруг, она обратилась к даме, сидящей недалеко от них, – Женщина, присмотрите, пожалуйста, за нашими вещами. Мы эти сдадим и обратно…
– Хорошо, хорошо, – ответила дама, отрываясь от просмотра какого-то глянцевого журнала.
– Спасибо большое… Пошли.
В аэропорту Домодедово ресторан находился на втором этаже. Саид много раз летал через этот аэропорт, много раз приходилось ему и ночевать в зале ожидания, особенно зимой в не лётную погоду, спать прямо на бетонном полу, подстелив под себя или тулуп овечий, или картонную упаковку от коробки, но никогда он не был в этом ресторане. Он всегда экономил командировочные, чтобы купить сыновьям какие-то конструктора в магазине «Юный техник» на улице Горького, недалеко от Белорусского вокзала, откуда он обычно отправлялся в Минск на поезде, опять же, чтобы сэкономить денег.
– Что будем заказывать? – голос Раисы вернул его к реальной жизни.
– Мне все ровно. Я все ем. Без разбору.
– Ладно. Тебе мясное. Вы же, дагестанцы, любите мясо.
– Не отказываемся. Особенно, если баранина.
– Ну, тут баранину не вижу. Но говядина есть. Будешь?
– Буду. Я даже змей ел. Было дело в командировке.
– Ничего себе! Есть нечего было, что ли?
– Да нет, было что есть. Просто попробовать хотелось. В Туркменистане возле Красного моста в палатках жили. Через мост машины отправляли в Афган. А тут рядом корейцы. Наши, местный корейцы… Познакомились, ну и жарили змей… Довольно ловко они умеют.
– И как? Вкусно было?
– Нормально. Мне понравилось.
– Змей в меню тоже нет. Берем говядину. А себе я заказываю овощи.
– Я пару раз был здесь. Вкусно кормят, но очень дорого, – соврал Саид неожиданно даже для себя. Его тут не было никогда, ел он всегда свои ссобойки на дорогу из дорожной сумки или армейского вещмешка, которого Саид всегда брал с собой в командировку.
– Ты и тут побыл? Когда же ты успел? С твоей зарплатой инженера? – удивилась Раиса.
– Я часто езжу в командировки. Я не просто инженер, а инженер – испытатель. В хозяйствах, в карьерах испытываю БелАЗы, потом только сдаю по акту приемки.
– Это наверно интересно. Я как-то видела… Такая громадная машина. И ты её испытываешь?
– Испытываем. Я с бригадой езжу. Слесаря, водитель испытатель. А ещё умудряемся подзаработать. Что-то ремонтируем и нам платят не плохо. Особенно в Якутии. Где алмазы добывают. Ну и ресторан можем тогда позволить себе.
– Тут действительно вкусно готовят. Может, выпить хочешь?
– Ну что ты, Раиса!
– Ладно. В гостиницу возьмем.
– В гостиницу?
– А ты что, тут собираешься ночевать? На полу спать? Неизвестно сколько ночей? Чтобы и остальное украли? В Тюмени хоть паспорт оставили, а тут и штаны снимут вместе с паспортом.
– Паспорт-то чужой зачем?
– Ага! Переклеят фото и черт знает что! Мошенники все умеют…
– Ну да, не подумал. Буду осторожен впредь.
– Саид, расскажи мне о своей жене.
– О жене? Я не думаю, что это прилично.
– Ну, ты в общих чертах. Как живете? Где живете? Где она работает? Кем?
– Ладно. Живем не очень. Ругаемся. Не понимаем.
– Не понимаете, а уже двое детей…
– Начиналось-то нормально. Устроились оба хорошо, я очень скоро получил квартиру от завода, дети появились… Жизнь налаживается, надо бы радоваться, но откуда-то агрессия появилась… Конфликт по любому поводу. Крики, истерика… Не знаю, что и как дальше.
Тем временем официант принес пахучий вкусным ароматом большущий кусок мяса с рисовым гарниром, от которого у Саида потекли слюны полный рот. Ещё бы: сколько дней уже не ел даже горячей пищи! Раиса увидела, как он глотает слюны и перевела тему на еду:
– Ладно, не буду тебя терзать. Давай кушать будем…
Саид набросился на еду, как молодой солдат на обед после тяжелого марш-броска. Раиса всё улыбалась, наблюдая за тем, с каким аппетитом он уплетает пищу, и сама же оставаясь в довольном настроении от того, что накормила мужчину, спросила:
– Ну что, нормально? Или ещё что-нибудь?
– Нет-нет, ничего не надо больше. Поел очень хорошо. Спасибо большое. Накормила сироту. Давно так вкусно не ел.
– Тогда пошли устраиваться в гостиницу, сирота.
Не знаю, как теперь, но в то время гостиница находилась через дорогу от аэропорта, и наши герои быстро дошли до него и удачно сняли номер на втором этаже с видом прямо на фасад аэропорта. Приличный двухкомнатный номер, телевизор, холодильник, телефон, двухспальная кровать и просторный санузел.
– Ну что, нравиться тебе? – спросила Раиса, закончив осмотр временного жилья.
– Вроде ничего. Лучше, чем в Тюмени. Но можно было и поменьше.
– Взяла, что было. Других нет номеров. Спасибо, и на том.
– Ну, если так, тогда нам повезло.
– Саид, ты иди прими душ, а я пока разберусь тут и переоденусь.
– Да, в душ надо. Иду…
После двух бессонных ночей утопить свои уставшие от временной работы грузчиком мощи, Саид нашёл вполне уместный занятием и с удовольствием послушался Раису. Открыл краны, отрегулировал, лёг на дно и, пока текла вода, заснул. Разбудила его Раиса, постучав и затем сразу открыв в дверь.
– Ты живой?
Саид выпрямился, вытер воду с глаз и растерянно пробормотал, ещё не поняв, что он уже погрузился в крепкий сон:
– Живой. А что?
– Да ты уже полчаса, как моешься, думаю, может утонул.
– Заснул я, извини.
– Ах ты, бедняжка. Устал. Давай, вставай, я помогу мыться и сразу в пастель.
– Нет, нет, я сам.
Ещё через некоторое время Саид вышел из ванной и растерянно стал смотреть тона кровать, то на кресло в углу.
– Я это… В кресле…
– Саид, как ты себе представляешь, спать сидя в кресле. И потом… Я не хочу одна спать. У меня почти два года не было мужчины. Или я тебе не нравлюсь?
– Нравишься, Раиса. Очень нравишься. Ты красивая, теплая. Душевная. Только я это…
– Что, – это? Женат?
– Да.
– Ну и что? Вернешься ты к своей жене. Не съем же я тебя.
– Не удобно как-то. Неправильно это.
– А голодной женщине отказать удобно? Давай, выпьем для храбрости. Открывай бутылку.
Саид медленно поднялся, взял бутылку, уже маячившую на столе, отрыл её своим дорожным ножом, затем налил по полстакана на двоих и преподнёс стакан Раисе. Закусили шоколадкой. Посидели молча. Нарушил молчание Раиса:
– О чём опять задумался?
А думал Саид уже совсем не о том, будет ли он с ней спать или нет, а о том он думал, как и почему так получилось, что они с женой потеряли тепло семейное и дошли до лютого холода в отношениях. И чем дальше, тем становится холоднее. Об этом и рассказал Саид Раисе, и добавил:
– Что-то же, наверное, было, если уж мы поженились. Она в то время нравилась мне. А теперь что? Почему? Куда всё это ушло?.. Ты мне сейчас тоже нравишься, а что дальше?
– Ты мне тоже нравишься, Саид. Ты такой сильный! Добрый. Я хочу тебя, Саид. Давай, скидывай одежду и иди ко мне. О потом будем думать потом.
Саид ещё некоторое время продолжал думать: как говорится, и хочется, и колется, и мамка не велит; и всё же стал раздеваться.
– Ого, какие бицепсы у тебя!
– Спортом занимался долго. Чуть ли ни с детства.
– Каким?
– Спортивная гимнастика. Развивает мышцы.
– А наколка? Что это?
– Это в армии. Эмблема артиллерии.
– Иди ко мне. Горячий восточный мужчина. Иди…Я хочу тебя…
И Саид упал в горячие объятья любви. Сколько тепла, столько нежности и неподдельного восторга! Эти волшебные линии стана, эта бархатная белоснежная кожа, эти пышные, пахнущие весенним ароматом волосы, эти нежные стоны!..
– А-а-а!.. Ещё хочу!.. Ещё хочу!.. Боже мой, какой ты! Боже мой!..
Тут я вынужден прервать, дорогой мой читатель. Рекламная, как говорится, пауза и нам не ведомо, что они там друг другу говорили, а что дальше делали, об этом тоже молчит история.
Вернемся к нашим героям через много часов и подслушаем, о чём они говорят. Еле отдышавшись, Раиса стала как будто упрекать, в то же время довольно улыбаясь:
– А прикидывался уставшим! Сачкануть хотел? С такими способностями! С таким темпераментом!.. Да ты с такими данными просто обречён быть счастливым! Я бы тебя никогда не потеряла бы, если бы ты был мой. Но ты, увы, не мой. Спасибо, тебе, Саид. Спасибо…Это было просто волшебно!..
Саид молчал, глядя в потолок. Раиса повернулась к нему и, смотря в его серьёзные глаза, спросила:
– О чем задумался?
– Не знаю. Такое ощущения, что я попал…, нравишься ты мне, Раиса.
– Ты мне тоже нравишься, Саид.
– Ты такая естественная. Мне легко с тобой. Просто. Уютно.
– И мне с тобой хорошо. Ты такой крепкий. Добрый. И горячий! Мне понравилось. Ещё хочу! Иди ко мне!..
Когда Саид проснулся, Раиса уже одевалась…
– Доброе утро, Саид! Просыпайся. Мы завтрак проспали.
– Я две ночи почти не спал. Накопилась усталость.
– Да и поздно мы заснули. Слишком хороша была ночь…
– Ну да. Увлеклись…
– Вставай, пойдем обедать. И билеты спросим. Вдруг появились. Бывает, что сдают.
По армейской ещё привычке, Саид быстро оделся, и они с Раисой вышли ы мокрую весну. Старушка зима бушевала, не хотела уступить молодой красавице-весне. Зал ожидания всё ещё битком забит. Пассажиры спят на скамьях, на полу. У билетных касс никого. Нам отказали продавать билеты, объясняя это тем, что и в Минске не принимают самолёты. Мы не расстроились: знали, что мы были приговорены быть вместе ещё некоторое время.
– Ну вот, билеты опять не купили. Неизвестно, когда будут. – сказала Раиса совершенно спокойным голосом и добавила, – Пошли в ресторан, поедим.
– Раиса, может поездом поедем? Отсюда автобус едет до Белорусского вокзала. Я всегда так еду. Ночь поспал, утром уже в Минске.
– Саид, я не хочу тебя насиловать без конца. Тебе хватило и ночи. Таскаться с таким багажом с вокзала на вокзал, – это ужасно. Да и хлопотно. Подождем еще пару дней. И пару ночей. – сказала Раиса, сильно прижав к себе руку Саида. – А там посмотрим. Или я тебе уже надоела? – она остановилась и повернулась к Саиду, ожидая ответа.
– Бог с тобой, Раисочка! Как можно! Просто ты тратишься, а мне не ловко!
– Успокойся. Все нормально. Пошли покушаем и опять в пастель.
– Опять? – улыбнулся Саид.
– А что ещё можно делать в такую погоду? – бросила риторический вопрос в воздух Раиса. – Покушаем вкусно, купим ещё винца пару бутылок. Тебе же вчера понравилось вино?
– Да. Нормальное вино, хоть я и не разбираюсь в этих напитках.
Раиса ответила уже когда они сели за стол в ресторане.
– Берём, коль тебе понравилось…
– Только, давай, не в ресторане, как вчера, а в магазине. Чуть пройдёмся, там магазин продуктовый за углом, вот там и купим.
– Хорошо. Командуй. И прогуляемся заодно… Что тебе заказать? Как и вчера? Мясное.
– Да все ровно. И кофе, если можно.
– Хорошо…
Раиса заказала нам стол, а сама уставившись на Саида, попросила тихим, ласковым, но серьёзным тоном, таким, каким обычно просят провинившихся детей рассказать правду:
– Саид, расскажи мне о себе.
– Что тебе рассказать! Что ты хочешь знать обо мне?
– Мне бы хотелось знать всё о тебе.
– Не думаю, что есть во мне что-то интересное. Обычный деревенский парень. Но деревня у нас большая. Очень большая. Расположена она у подножия гор в довольно глухом месте в тупике. От нас уже начинаются горы. Ни дорог, ни троп.
– Чем там у вас люди занимаются?
– Работают в колхозе. Колхоз богатый. Миллионер. Председатель Герой Соцтруда.
– А как ты в Минске оказался?
– Всё просто и даже банально. Поступал в Москве, приехал к брату в гости, а он уговорил меня, вернее даже, – приказал поступить в политех в Минске, чтобы в колхозе после мог работать… Мол, ты младший, после института должен вернуться в деревню к родителям… Так принято. Таков обычай. Я не мог ослушаться.
– О как у вас строго! А не поехал почему?
– Пока я учился, матери не стало, появилась мачеха, ну я и не стал ехать. Направили на завод, женился, укоренился.
– Я часто вспоминаю соседей, дагестанцев. Хорошие ребята были. Веселые. Все время шутили, смеялись. Магомед такой энергичный, пробивной. Любой вопрос мог решить. А жена его, Хадижа, научила меня "хинкал" дагестанский готовить.
– Да ладно! Ты умеешь хинкал готовить? – с восторгом и удивлением произнёс Саид.
– И "чуду" умею, и "хинкал". И часто готовлю. Мне нравится.
– Так ты уже почти дагестанка! Горянка! Угостишь, когда приеду?
– Легко! Ты только приезжай. На недельку!
– На недельку? Ну, не знаю, как с работой…На три дня смогу.
– Ладно, хоть на три приезжай… Про брата я поняла, а сестра есть у тебя?
– Три сестры. И все врачи. Я самый младший в семье.
– Ого, какая большая семья! Весело, наверно, вам. А я вот одна у родителей.
– Это неправильно. Кому должен радоваться человек? Братьям, сестрам, родителям. А играть с кем? Состязаться в учёбе? Ругаться, мириться с кем? Нет, это неправильно. Семья должна быть большой, дружной и веселой. Нас шестеро, а было вообще восемь. Двое умерли в малом возрасте.
– Содержать большую семью, прокормить ведь тяжело.
– Да, не легко. С детства приходилось много работать, особенно когда сестры учились. Надо было помогать. Зато как соберемся все, радости полный двор. Гуляем, веселимся, поем песни, – радуемся друг другу! Разве плохо это? У нас вся семья поёт.
– А на что жили–то? На зарплату родителей? Такую семью содержать доходы нужны хорошие.
– Нет, не на зарплату родителей. В деревне не так. Хозяйство было у нас большое. Коровы, овцы, лошади. Гусей одних было штук двести. Овец полсотни. Им всем сена на зиму готовить надо было, корма. Участок был в полтора гектара, там мы все и сажали: картошку, кукурузу, тыкву.
–Откуда такой большой участок?
– Отец лесником работал. Ему разрешали. В лесу поляну распахал отец, там всё и сажали. В сезон созревания урожая мы с отцом там ночевали по очереди. С ружьем в руках от кабанов охраняли.
– Ты тоже ночевал?
– Ну да! Конечно.
– И ты не боялся ночью один?
– Боялся сначала, потом привык.
– И сколько же тебе было лет тогда?
– Лет двенадцать.
– С ума сойти! В двенадцать лет в лесу ночевать!
– Да, в лесу, но там было нормально. Над шалашом мы с отцом террасу высокую соорудили, там и спали. Опасности не было. Ночью проснусь от хрюканья кабанов, выстрел дуплетом в ту сторону, и опять спать. Отец ночевал там, когда мне надо было пасти овец, а я почти все лето на поле с овцами и с книжками.
– А книжки зачем? Овцам читал?
– Овцы не любят жару. Они пасутся утром, пока ещё не греет солнце, и вечером, когда уже не греет, а всё остальное время, почти весь лень, прячутся от солнца в кустах, а я целый день книжки читал. Все уроки на полгода вперед знал. Хорошо учился. А Казбек, овчарка моя, сторожила их и меня от волков.
– И волки там были? И ты не боялся?
– Волков не боялся. Они же на людей не нападают. Зачем им? Овцы им надо. Однажды напали три волка. Прямо возле деревни, когда я уже возвращался с отарой. Так Казбек дрался с ними насмерть. Двух он загрыз, третий убежал, тоже раненный. И сам Казбек от ран скончался потом, дома. Отец обработал раны, перевязал, но… Крови много потерял.
– Ты с такой тоской рассказываешь. Не жалеешь, что уехал?
– А что жалеть? Смысл какой? Ничего уже не изменишь… Корни ушли слишком глубоко. Работа, семья, дети, друзья…
– Да, интересная у тебя жизнь.
– Была интересной.
– Тяжело, наверное, было? С детства в лесу ночевать. С ружьем.
– Да, было нелегко. Зато закалку получил хорошую. Ничего и никого потом не боялся. Работать научился. В армии сильно пригодилась закалка. И в стройотрядах. И учиться никогда не ленился. И дальше хочу учиться. Поступать собираюсь.
– Поступать ещё? Ничего себе! И куда, если не секрет?
– Есть такая Академия внешней торговли. Туда очень трудно поступать. Требования жесткие. Но я поступлю. Обязательно поступлю. Уже готовлюсь.
– Да-а-а, интересный ты человек, Саид…
Молодая симпатичная официант принесла заказ на подносе, аккуратно разложила тарелки и спросила: «Что-нибудь ещё?», на что Раиса ответила, что пока ничего не надо. Потом, обратилась к Саиду:
– Не буду тебя мучить, давай, поедим спокойно.