Mine üle audioraamatule
В этот раз я предусмотрительно не надевала перчатки для верховой езды, ведь хотела, чтобы Эрбос видел доказательства моих слов. Кольцо было хорошо видно на моем безымянном пальце, оно сверкало и переливалось на солнце десятками граней. Вместе с тем, я все больше волновалась и потому, даже выехала раньше положенного к месту встречи. В этот раз на мне было светло-бежевое строгое платье с рукавами из плотной однотонной ткани и неглубоким вырезом, а на голове, поверх идеально уложенных в высокую прическу волос, такого же бежевого цвета красовалась шляпка с белой вуалью, которая огибала шею и красиво развевалась на ветру. Я не спешила и потому пустила лошадь рысью, чтобы насладиться видами поля, объятого красками и запахами цветов, от этого даже немного успокоилась, укрощая мелкую дрожь во всем теле. Но вскоре мои глаза наткнулись на всадника, который явно спешил ко мне навстречу. Эрбос тоже явился раньше. Пришпорив лошадь, я ускорила ее и уже вскоре встретилась с Эрбосом на пятачке из цветущего ароматного вереска.
Сегодня на нем была белая рубашка, черные брюки, как всегда высокие сапоги для верховой езды и длинный кожаный плащ. Погода была не столь жаркой, как несколько дней назад заставив фэйца одеться теплее в этот раз. Волосы его свободно опускались до плеч, сливаясь с чернотой плаща. А на руках были черные кожаные перчатки, которые скрипнули от сильного сжатия на вожжах, когда Эрбос остановил свой взгляд на мне. Лицо его было серьезным, а глаза светились яркой зеленью освещаемые лучами весеннего солнца, оставляя лишь маленькие черные точки зрачков в середине.
– Смотрю, мисс Аддерли, вам, также как и мне, не терпелось увидеться поскорее, – начал с усмешкой феец.
– Да, Эрбос, вы правы. Мне не терпелось поскорее огласить свой ответ вам. – Ответила официально и без малейшей насмешки, от чего улыбка мужчины мгновенно сползла с лица, он уже понял, что я слишком официально держусь для той, кто мог бы согласиться на его предложение, – На днях я получила предложение выйти замуж от очень хорошего человека и согласилась в скором времени стать его женой. А потому вынуждена отказаться стать вашей содержанкой и любовницей.
Последние мои слова всё-таки были окрашены презрением, как бы я не старалась произносить их беспристрастно. Лицо же Эрбоса стало мрачнеть на глазах, он резко опустил взгляд к моим рукам, удерживающим вожжи, и сразу наткнулся на кольцо, что украшало только один значимый палец. Когда он снова поднял на меня глаза, казалось феец готов задушить меня голыми руками. От этого я решительно заставила лошадь отступить на несколько шагов назад.
– Уверена, вам не составит труда отыскать для себя более прекрасную и покладистую даму, Эрбос, мне же необходимо устроить свою жизнь так, чтобы избежать больших проблем. Надеюсь на ваше понимание, – продолжила я тактично, остерегаясь вызвать ещё больший гнев у аномально молчаливого мужчины. Феец вздернул подбородок выше и стал медленно надвигаться на меня, приближаясь.
– Хорошо, Миллиора, будь, по-твоему, если сумеешь доскакать до ворот своего поместья прежде, чем я тебя поймаю, то не стану делать тебя своей любовницей, – расплылся в хищной улыбке Эрбос, – если же я настигну тебя, то ты не сможешь отвертеться от этой участи ни за что на свете.
– Что? – в изумлении произнесла я, – мы так не договаривались…
– Что? – в изумлении произнесла я, – Мы так не договаривались…
– Пора бы тебе запомнить, маленькая бабочка, тут правила устанавливаю только я. – Эрбос злобно усмехнулся, в его взгляде смешались гнев, азарт и некий звериный голод. – Беги, Милли… – изначально спокойно и вкрадчиво проговорил он, а затем громко выкрикнул: – Беги!
Пульс мой резко взорвался от страха. Ни минуты не мешкая, быстро развернула лошадь и пришпорив коня, со всей возможной скоростью поскакала в сторону поместья. За спиной послышался довольный смех Эрбоса, я приняла условия его игры. Быстрый стук копыт о землю его коня, который и на метр не отставал от нас с Аполлоном, обозначил себя позади, разгоняя кровь по венам. Паника одолела всё тело и я вцепилась в гриву своей лошади, глаза защипало от ветра, что стал хлестать лицо резкими потоками воздуха. Скорость с которой нёс Аполлон, вызывала опасения, но самый большой ужас оставался за моей спиной.
До ворот поместья было слишком далеко, казалось, это расстояние, стало бесконечным. Внезапно шляпка на моей голове, сорвалась и полетела назад. Инстинктивно я обернулась, чтобы проводить ее взглядом, но сразу увидела настигающего меня Эрбоса, который, оказывается, и сорвал с меня тот самый головной убор и сейчас держал его за вуаль в одной руке, на лице его прямо сияла довольная улыбка. Быстро отвернувшись, я решилась применить кощунственный, но единственно верный, в данный момент, способ ускорить до невозможного своего коня.
– Прости, Аполлон. Прости, мой хороший, но ты должен вытащить меня отсюда…
Расправив длинный черный хлыст, я замахнулась со всей силы и, рассекая воздух с характерным свистом, ударила животное по крупу. Конь громко заржал и с новой силой бросился в сторону ворот, которые, к счастью были уже близко. За спиной послышался гневный рык мужчины вперемешку с ругательствами. Мы с Аполлоном влетели во двор поместья, минуя открытые широкие ворота. Я сразу осадила коня, сильно потянув на себя вожжи, и тот, из-за столь грубого обращения резко встал на дыбы, едва не опрокидывая меня на землю. Благо я вцепилась в довольно длинную гриву лошади руками и этого не произошло. Когда же Аполлон все же соизволил встать на четыре конечности и развернулся к воротам, меня одолел такой ужас, какого я не испытывала никогда. Из одной из рук Эрбоса сочилась сияющая ярким белым светом магия фэйри, и она явно была предназначена для меня, только скорость моей лошади спасла меня в последнее мгновение от его способностей.
Я не знала, как собирался использовать на мне свои силы феец, но даже осознание того, что Эрбос готов был пойти на такие крайние меры для того, чтобы остановить меня, приводила в шок. Однако сейчас он быстро втянул остатки магического света обратно в свое тело и, потоптавшись немного у самых ворот, сидя на вороном коне, одарил меня злым взглядом и молча, развернув лошадь, быстро поскакал прочь. Только сейчас я осознала насколько часто и тяжело дышу. Сердце же просто выскакивало из груди. Я слезла с лошади и принялась осматривать место от удара на ней и сильно отругала себя, когда обнаружила вздувшуюся полосу на крупе коня.
Благо слуг рядом не было, и наверняка никто не видел ту сцену, что недавно развернулась на переднем дворе поместья. Я отвела Аполлона к конюшне и передала конюху приказав дать коню угощение в виде яблок и позаботиться о его травме. Конюх хоть и был удивлен, но не задал, ни единого вопроса, когда понял в каком я состоянии. На не гнущихся ногах, я вернулась в дом и только там, в своей комнате, позволила себе присесть и отдышаться, дав волю чувствам.
Ночь моя прошла беспокойно, как и часть дня в новом ожидании. Я даже была полностью готова, нарядившись больше обычного: фиолетовое платье из атласа выигрышно оттеняло необычный, но довольно красивый цвет глаз, как и тени на веках в тон к ним. Дорн всегда восхищался моими глазами и не понимал, как его можно опасаться, а потому я постаралась специально для него, подчёркивая свою особенность, не страшась того, что от меня будут шарахаться. В ушах у меня были массивные красивые серьги с сапфирами, как и кулон на шее в тон к кольцу на безымянном пальце. Волосы спускались по практически голым плечам мягкими волнами и были подхвачены лишь заколкой с одной стороны, добавляя элегантности. Сегодня снова погода радовала своей теплотой, а потому немного оголить плечи и руки, было даже необходимостью.
К моему удивлению Эрбос выполнил свою часть уговора и больше не появлялся, ни в поместье, ни рядом с лесом – это я знала, поскольку в последнее время только и делала, что вглядывалась в окна. Ждать долго не пришлось, вскоре посыльный моего опекуна, вместе с экипажем прибыл для того, чтобы забрать меня. Это значило, что Дорн уже поговорил с ним, теперь оставалось заключить помолвку в моем присутствии окончательно. Всегда удивлялась этим правилам в нашем Королевстве, ведь зачем присутствовать тому, кого судьбу обычно решали без его согласия?
Все происходило ровно так, как и ожидалось: в дверь постучали, и я ее открыла, не доверив это дело никому из слуг. Затем человек Эндрюса попросил явиться меня в Хэмптон, место, где я родилась, выросла и теперь второй раз буду помолвлена. Я села в открытый экипаж, который опекун вдруг великодушно предоставил для меня, что стало неожиданностью и отправились в поместье моего отца. Большого волнения не было, ведь я знала заранее, кто меня там ждёт. Я выйду за Дорна Хоггарта и буду с ним счастлива, настолько, насколько счастье вообще представлялось в моей голове. Выйти замуж без любви к потенциальному мужу не виделось для меня сейчас большой бедой, ведь в моей жизни были несчастья и гораздо больше. К тому же я избавлялась от множества проблем, связанных с моим чересчур привлекающим внимание одиночеством, не говоря уже о том, что Дорн обладал всеми теми качествами, какие не сыскать среди других мужчин.
Мы пересекли лес примерно за час неспешной аккуратной езды кучера и вскоре, на самом холме, показалось до боли знакомое сооружение. Я поглощала глазами каждую деталь моего старого доброго дома: старинные каменные стены, оплетенные кустарником вьющейся алой розы, которая только готовила свои бутоны для обильного цветения, высокие большие окна, бордовая крыша, маленький передний дворик и кованые металлические ворота, завершающие каменное ограждение. Цветы, что я когда-то высаживала под окнами дома, и сейчас удивляли своим обилием красок, напоминая мне об отце. Ведь именно он мне разрешал заниматься таким совсем не дамским делом. Ностальгия вызывала во мне странную смесь грусти и радости одновременно. На широком крыльце, под навесом крыши, меня уже ожидала «матушка», на ее лице в этот раз замерло каменное выражение, «страх» – поняла я быстро. Когда же она перевела взгляд на меня, то злоба от нее казалось, исходит ядовитыми потоками. Неужели Дорн произвел такое впечатление на моих близких? Похоже, так оно и есть. Я открыла маленькую дверцу экипажа, не дожидаясь чужой помощи, и спустилась на землю, подхватывая пышные юбки платья. Мачеха и сводный брат, который до этого был, кажется в доме, мгновенно оказались возле меня. Первое, что бросилось мне в глаза, так это то, что Эндрюс был слишком уж бледен и необычайно обходителен, для того, кто недавно имел наглость для грязного шантажа.
– Миллиора, сестра, здравствуй, – начал он свою речь слащаво, от чего захотелось поморщиться и пройти мимо него, – Сегодня очень знаменательный день для тебя и нас с матерью тоже. Мы не ожидали, что так скоро тебе поступит новое предложение о браке, да ещё от столь высокопоставленного мужчины, – далее опекун заговорил совсем тихо, чтобы лишь я разобрала его слова, – Я не стану забирать твое наследство и рассказывать твоих тайн кому бы то ни было. Не ожидал от тебя такого, но ты меня переиграла. Взамен ожидаю, что ты сможешь простить нас с матерью и не станешь жаловаться своему жениху.
– О! Вот как мы заговорили, – с улыбкой произнесла я, – Твое счастье, что для меня нет никакого смысла вам мстить, Эндрюс. Веди, я готова дать свое согласие на этот брак.
Вскоре мы вошли в дом и только тогда, чересчур задумчивый сводный братец соизволил ответить на мою реплику.
– Боюсь, у тебя в любом случае нет никакого шанса отказаться. Где ты только могла его встретить? Хотя не важно, скоро разберемся. Заодно обсудим дату и место предстоящей свадьбы, – сказал тот, приближаясь к закрытой двери, которая вела в гостиную комнату дома.
– Эндрюс, ты чего? Мы же с Дорном знакомы с детства, – рассмеялась я в лицо Эндрюсу, поражаясь при этом, как мог сводный брат забыть такие очевидные факты.
Я уже готовилась, что опекун откроет нам дверь, но это сделала служанка, которая выходила с подносом в руках, она заметно дрожала от волнения, из-за чего кофэйник на серебряной поверхности металла немного дребезжал. Далее она практически опрометью понеслась по узкому коридору на кухню. Это стало последней каплей, в груди появилось чувство сомнения переходящее в страх. Только сейчас я поняла, что у дома не заметила экипаж Дорна, а ведь он предпочитал путешествовать именно так. Эндрюс аккуратно подтолкнул меня внутрь комнаты, на лице его уже проступило удивление и некое понимание всей ситуации, я же шагнула вперед, чтобы, наконец, увидеть друга и развеять свои надуманные страхи.
Первое на что я обратила внимание, глядя на давно знакомую обстановку – это низкий кофэйный столик, который стоял левее от центра комнаты и был окружён парой диванов и двумя креслами. На нем стояла полупустая чашка с кофе, и лежал черный хлыст с парой таких же черных кожаных перчаток. Сердце пропустило удар, казалось, окружающие звуки и вовсе исчезли. Я подняла глаза на мужчину, сидевшего по-хозяйски в мягком кресле на деревянных изогнутых ножках. Мир мой покачнулся, захотелось повернуться и сбежать, но опекун перекрывал путь к отступлению, надежно загородив его собой. Передо мной, вальяжно устроившись в кресле, сидел Эрбос и с нескрываемым удовольствием наблюдал за моей реакцией.
– Чего же вы застыли, мисс Аддерли. Пожалуйста, присаживайтесь, – предложил он, указав рукой на соседнее кресло, так, словно являлся хозяином этого дома и даже целого мира.
Я же поняла, что зря попросила сегодня служанку, в виде исключения, надеть на меня корсет и потуже его затянуть. В груди запекло от недостатка воздуха, а в сочетании с диким стрессом появилось даже лёгкое головокружение. Эндрюс быстро уловил мое настроение, и, обхватив за плечи, провел к креслу, на которое ранее указал феец. Таким образом, я оказалась наиболее близко к Эрбосу, и при этом он мог легко наблюдать за мной. С довольной лёгкой ухмылкой, мужчина задумчиво осмотрел меня с ног до головы. Сейчас лесной незнакомец выглядел совсем иначе, чем когда я его видела ранее. На нем был дорогой костюм, состоящий из черных брюк облегающих ноги, идеально белой рубашки, которая была застегнута на все пуговицы, как и черная жилетка поверх нее, темно-бордовый шелковый шейный платок завершал образ, обвивая шею. Только чёрные как вороново крыло волосы мужчины, придавали ему некоторую уже привычную для моего глаза небрежность, спускаясь своей длиной до плеч. Я сразу сообразила, что Эрбос прибыл верхом, высокие сапоги на нем и хлыст с перчатками на столе явно указывали на это.
– Это какая-то ошибка…– только и смогла выговорить я.
– Что ты, дорогая сестра, ошибок быть не может, именно ты удостоилась чести получить предложение выйти замуж от самого герцога, доверенного лица короля и главы Инквизиции…
В момент, когда я услышала эти слова, перед глазами совсем поплыло, если бы в этот момент я стояла, то непременно бы упала в обморок от нехватки кислорода в лёгких. Или от настолько сокрушительной новости? Фэйри просит моей руки. Кошмар наяву. Не говоря о том, что он основатель Инквизиции и поэтому король ему даровал такой высокий титул. Народ поговаривал, что до того как взлететь настолько высоко, этот фэйри был инквизитором и погубил столько народу, сколько не сосчитать. Только было одно но…
– Всем известно, что имя герцога отличается от имени нашего гостя, – расплылась я, в улыбке предвкушая разоблачение самозванца, – Более того, что делать в наших краях настолько высокопоставленному члену общества?
Хоть меня и не одолела полная радость от того, что я вывела Эрбоса на чистую воду, ведь он все равно был фэйри, который мог получить все что угодно, включая меня, но явно грела мысль, что я смогла вновь его осадить.
– Мне при рождении дали двойное имя, как и всем полукровным фэйри, мисс Аддерли. Одно имя от отца, другое от матери. Вам я назвал то, что далеко не всем известно. Меня зовут Самюэль Эрбос Алахосский, – уверенно произнес мужчина слова, которые прозвучали для меня приговором, – Что до места… Мне давно хотелось прикупить некое поместье, где я бы мог иногда отдыхать от городской суеты и рабочих моментов.
После сказанного, он вытащил из кармана блестящий золотой знак королевской благосклонности в виде головы льва с разинутой пастью и изумрудами вместо глаз с одной стороны и надписью с другой. Эрбос подался вперёд ко мне, и бесцеремонно схватив за руку, вложил предмет в нее. Надпись на тыльной стороне гласила: « Я, правитель Королевства Нортс, Градос Сактин, дарую сей знак, означающий величайшее доверие и почтение, своему доверенному лицу, Самюэлю Эрбосу Алахосскому. Отныне всякий кто его увидит, обязан почитать этого фэйри, как представителя власти и не меньше чем самого короля».
После надписи, в самом низу, на золотой плоской поверхности был также выгравирован и образ в профиль уже знакомого для меня мужчины. Знаки королевской благосклонности получали даже не все фэйцы, лишь инквизиторы. Но у тех они были из серебра и без драгоценных камней вместо львиных глаз. Золотой принадлежал лишь одному в нашем Королевстве – герцогу, а именно Самюэлю Алахосскому. О тирании этого человека ходили страшные слухи, как и о его феноменальной способности, выслеживать магов и ведьм. Даже знакомство с ним означало для меня скорую смерть, не говоря о большем.
– Что-то вы бледны, Миллиора, – обратился ко мне Эрбос, забирая из моих дрожащих рук увесистый значок из золота обратно. – А ведь мы даже не перешли к самому интересному.
Эндрюс, который сидел на диване и наблюдал за всем со стороны, только и делал, что молча, слушал Эрбоса страшась навлечь на себя его гнев. Я же набралась сил и встретилась с зелёными глазами фэйца.
– Зачем я вам? Зачем понадобилась обычная человеческая девушка мужчине, что имеет в себе благородную кровь фэйри, да ещё и герцогу?
– Ты задела меня за живое. А это крайне сложно сделать, Миллиора.
От слов Эрбоса по коже побежали мурашки, сам же он склонил голову немного на бок и наблюдал за каждой мельчайшей моей реакцией, иногда прокручивая на пальцах фэйские серебряные кольца.
– Теперь ты обязаны за это поплатиться. Станешь моей женой, – твёрдо сказал он. – Твой опекун уже дал свое согласие, хотя иного и не предвиделось, честно говоря… – скучающе добавил.
– Нет, я не согласна – это большая ошибка, я уже помолвлена с другим мужчиной.
– Ты, кажется, не понимаешь, Миллиора… Это уже вопрос решённый, твоего согласия не требуется. Мы лишь ставим тебя в известность.
Я вздрогнула, когда Эрбос лениво поднялся со своего места и, подойдя ближе, взял мою руку, рассматривая на ней кольцо подаренное Дорном. В его глазах сверкнула какая-то неприятная эмоция, которую я не успела разобрать, а затем феец обратился к моему опекуну.
– Оставь нас.
Эндрюс хоть и оторопел на секунду от такой просьбы, но перечить не стал, даже не смотря на мой умоляющий взгляд, адресованный ему, братец встал и направился к выходу. Больше всего на свете мне не хотелось оставаться наедине с Эрбосом. С Самюэлем… Напомнила я себе, от чего дышать стало ещё тяжелее.
– Если захотите побеседовать и обсудить детали предстоящей свадьбы, я буду ждать в своем кабинете, наверху, – сказал он быстро и так же незамедлительно удалился.
Эрбос все ещё держал моё запястье, крепко обхватив его своей большой мужской рукой и проводив взглядом нерадивого братца, снова вернул свое внимание ко мне. Как только дверь закрылась, я сразу дернулась в попытке забрать руку из его хватки. Но не тут-то было, феец лишь ухмыльнулся на мою реакцию, а затем, обхватив кольцо пальцами, снял его и бросил в пустую декоративную вазу, что стояла на соседнем столике между креслами. Оно со звоном, ударяясь о стенки хрустальной поверхности, упало на дно сосуда, в принципе, как и моя жизнь. Потом он, все ещё молча, достал из кармана брюк другое кольцо и надел его на мой, все тот же значимый палец.
– Дорн вскоре должен явиться. Будет скандал, – предупредила, опустив глаза, не в силах даже поднять их на стоящего передо мной мужчину.
– Не волнуйся, мотылёк, не явится, – проговорил он, наконец, выпуская мою руку, от чего я сразу спрятала ее, прижав к себе, даже не рассмотрев кольца.
С удивлением и страхом я резко посмотрела на Эрбоса. Не мог же он ему навредить? Откуда он вообще мог узнать, кто тот самый мужчина, который уже сделал мне предложение?
– Я встретил твоего бывшего жениха по пути сюда и сразу догадался, для чего этот молодой человек направляется к твоему опекуну. Приказал ему больше не приближаться ни к тебе, ни к поместью твоего брата. Ты должна знать, что ослушаться меня он не имеет никакого права, – ответил Эрбос на мой мысленный вопрос, будто знал, о чем я думаю в этот момент.
Я не стала спрашивать, какова была реакция друга, ее я практически увидела в мыслях словно наяву. От этого в сердце больно кольнуло. Наверняка Дорн в полном недоумении и очень расстроился. Феец, тем временем, сел обратно в кресло и стал рассматривать меня без тени смущения. В пространстве повисла тишина, разбавляемая лишь тихим тиканьем больших напольных часов.
– Зачем вам это, Эрбос? – уже более дружелюбно, даже с надеждой, спросила, в попытке понять мотивы мужчины. Возможно, есть ещё шанс с ним договориться.
– Если это задетая гордость, то уверяю, я усвоила урок сполна, не стоит ради этого наказывать и себя. Ведь судя по вашему первому предложению, женитьба – это не то, чего вы желаете от меня получить. Более того, уверена в том, что даже избегаете ее в целом.
Инквизитор сидел расслаблено и с игривым интересом наблюдал за моими очевидными попытками отговорить его от намерения жениться на мне.
– Какая же вы интересная девушка, мисс Аддерли. Другая девушка на вашем месте прыгала бы от счастья, получив такое выгодное предложение. Но не вы. Склоняюсь к тому, что поэтому я и захотел получить именно вас в жёны. Ведь вы и сами говорили «запретный плод сладок».
Я осуждающе покачала головой. Меня не желали слышать.
– Я не люблю властных мужчин, не люблю, когда на меня давят и указывают. Вы же олицетворение власти и управления. Уверяю, наш брак не подарит нам ни капли счастья. Я та, кто всегда выскажет мнение дерзко, неподобающе, да ещё и всегда поступаю прямо противоположно тому, чего от меня требуют. Вы совершаете большую ошибку и обязательно о ней пожалеете, – продолжила я убеждать упрямого фэйца, ведь это был единственный вариант избежать брака с ним.
Эрбос даже тихо засмеялся от моего потока слов, которым я пыталась очернить саму себя. Затем он поднялся и прошел к моему креслу, становясь ровно позади меня. Казалось, за спиной был не мужчина, а хищник, который только и ждёт удачного момента, чтобы наброситься. Спина распрямилась ещё сильнее, будто незримые струны в ней натянулись до предела. Внезапно, на своих плечах, я ощутила руки моего лесного незнакомца. Ныне – будущего мужа. Прикосновение было аккуратным и нежным, совсем непохожим на характер Эрбоса. Он склонился и прошептал мне на самое ухо.
– Не для разговоров я решил жениться на тебе, Миллиора, хоть в них ты тоже призабавнейшее и милое создание. Но что поделать, нужно держать свое слово. Не вышло догнать и сделать тебя своей любовницей, так тому и быть, будешь моей женой. Это даже лучше, не нужно будет скрываться.
Руки Эрбоса стали спускаться ниже, медленно поглаживая плечи, затем ключицы. Среагировав мгновенно, пока длинные пальцы ещё не коснулись оголенной части моей груди, я резко дернулась, чтобы встать. Но этому не суждено было случиться, мужчина резко усадил меня на прежнее место, обхватывая снова за плечи. Страх мгновенно разлился по моему телу, порождая мелкую дрожь.
– А по поводу непокорного характера…– вкрадчиво проговорил инквизитор, – Поверь, лучше тебе не переходить границ. Если сейчас меня забавляет твоя некоторая строптивость, то позже, если ты решишь сделать нечто, что меня сильно разозлит, я могу прибегнуть к мерам воспитания.
Волна возмущения, даже, несмотря на страх, заставила задать интересующий вопрос.
– Любишь бить маленьких хрупких девушек, Эрбос?
Кажется, голос мой дрогнул, страх перед полукровным фэйри усилился вдвое, хоть я и старалась этого не показывать. Вдруг Эрбос являлся одним из тех жестоких фэйских мужчин, которые ради забавы избивают своих жён? Об этом я сразу не подумала, но теперь стало совсем нерадостно. Среди фэйцев действительно было частым случаем даже до смерти забить человеческую жену. Такие эксцессы всегда тщательно заминались законниками, но все знали, что они есть и их много. Где нет наказания, там всегда процветает вседозволенность, а фэйри редко подвергались справедливому суду. Их выгораживали, покрывали и даже при доказательстве полной виновности быстро отпускали. Мужские руки сжались на моих плечах и замерли, словно окаменев.
– Есть и другие способы наказаний, гораздо более болезненные, чем физическое истязание. Но ни того ни другого я не планирую в отношении тебя, – серьезно сказал Эрбос, настроение его резко изменилось при этом. – Пойдем, прогуляемся, моя милая невеста, похоже, тебе станет лучше на свежем воздухе. Даже не видя твоего лица, могу сказать, что этот наряд медленно лишает тебя жизни.
Я слышала о том, что фэйри способны распознавать изменения в состоянии всех живых существ, даже забирать жизнь, чтобы продлить ее себе или кому-то другому, но всегда сомневалась в этом. Теперь же понимала, слухи возможно не так и лживы. Эрбос обошёл кресло и подал мне руку, приняв его помощь, я встала и пошла за ним, выйти на свежий воздух и правда представлялось спасением. Тем более что в отцовском поместье был шикарный сад, в нем мне непременно станет лучше, как физически, так и морально.
– Почему ты так противишься мне, Миллиора? – вдруг спросил мой спутник, в голосе его звучал искренний интерес.
Я вдохнула приятный свежий воздух, наполненный ароматом цветущего сада. Корсет всё ещё слишком сковывал мою грудную клетку и талию, но на улице мне стало действительно лучше.
– Боюсь, если я отвечу правдиво, то уже к вечеру меня могут повесить, особенно если учесть, кому я это скажу.
Эрбос улыбнулся и, перехватив мою руку, уложил ее на сгиб своего локтя. Мы медленно двинулись по каменной дорожке в недры большого сада моего покойного отца.
– Я никому не скажу о том, что услышал, обещаю.
Теперь пришла пора улыбаться мне, но я даже тихо засмеялась. Было смешно слышать такие слова от самого представителя закона. Да и в целом меня, кажется, накрывала истерика от нервного перенапряжения пережитого недавно, внутри по-прежнему жил страх и печаль. Ведь если бы не этот упертый феец, то все для меня сложилось бы в этот день максимально благоприятно. С Дорном меня не ожидало полного раскрытия, подозреваю, что даже если бы он стал свидетелем моих способностей, то принял бы и это.
– Ну, если обещаешь, дорогой мой жених, – выделила я последнее слово особенно сильно, – тогда постараюсь ответить тактично. Я не могу принять твое происхождение, не говоря уже о том, что ты бывший инквизитор. Даже более того, королевский исполнитель множественных казней ни в чем не повинных людей… Я вообще должна тебя ненавидеть.
Слова слетели с языка, и я сама кое-что осознала. Ведь я и правда, странным образом не испытывала ненависти к Эрбосу. Страх – да, опасение, иногда раздражение, но никак не ненависть.
– Серьезная проблема, согласен. Но думаю, что я никак не хочу отступать от своего намерения жениться на тебе, – улыбнулся он, словно мои доводы не прозвучали для него новостью.
Мы прошли по каменной тропе до самого пруда, который окружали ивы, склонившиеся своими длинными гибкими ветвями над поверхностью воды и даже частично погружаясь в нее. Эрбос остановился и встал сразу напротив меня, похоже, по моему лицу ясно читалась та мука, что вызвали его слова, ведь я все ещё надеялась с ним договориться. Сейчас он был особенно мягок и обходителен, этим непременно нужно было воспользоваться. Я сделала шаг навстречу мужчине, сокращая нашу дистанцию.
– Эрбос, а что если возобновить условия нашего прежнего договора? Что если я согласилась бы? Ведь уверена, получив свое, скоро тебе наскучит со мной возиться. Во мне сошлись воедино все недостатки, какими только может обладать девушка…
– Достаточно, – строго сказал он, перебивая меня и вновь возвращая себе былую суровость, – Уверен, ты сможешь смириться. Сейчас мы с твоим опекуном обсудим, где и когда состоится свадьба, предпочту тихую церемонию, тем более что уверен, ты способна подкинуть мне ещё не один сюрприз.
На этих словах я замерла, наверняка Эрбос имел в виду, что ожидает от меня новых попыток избежать брака, но я знала о своих так называемых настоящих «сюрпризах» и поэтому насторожилась от страха.
– На время ты переедешь назад к своему сводному брату и мачехе, они присмотрят за тобой до свадьбы.
– Нет! Нет! Эрбос, только не это! – вцепилась в его руку с таким животным ужасом, какого не ожидала даже сама от себя, – Я буду очень ждать нашей свадьбы, ты можешь проведывать меня хоть каждый день. Только прошу, не проси жить с Эндрюсом. Я готова на любые твои условия и буду примером покладистости.
Мужчина сразу среагировал, обхватив мои руки своими, а затем взглянул с подозрением на окна дома.
– Мы с моими родственниками, мягко говоря, недолюбливаем друг друга, не обрекай меня на такие мучения, – проговорила быстро, пытаясь скрыть постыдное прошлое.
Вспоминать о поползновениях сводного брата, было невыносимо даже сейчас. А представить себя живущей с ним под одной крышей, так и подавно. Я до ужаса боялась, что однажды у Эндрюса окончательно развяжутся руки, ведь в случае чего, я даже не смогу ничего поделать, у него на меня был надёжный компромат. Да и обратиться к закону после изнасилования я бы не смогла, всплыл бы тот самый факт моего обмана, а за ним и моя же вина. Благо жестокий братец пока до этого не додумался.
– Хорошо, – задумчиво, словно перебирая истинные причины моего нежелания жить вместе с мачехой и братом, произнес Эрбос, – Но тогда я должен взять с тебя обещание. Слово, которое ты не посмеешь нарушить.
Я с облегчением выдохнула и наконец, сообразив, что стою к мужчине слишком близко, высвободила руки из его ладоней и сделала шаг назад.
– Что ещё за обещание? – насторожилась я.
– Ты не станешь предпринимать попыток сбежать, как и не станешь больше видеться с тем парнишкой.
Кажется, феец опережал мои мысли на два шага вперёд. Еще прежде, чем я смогла подумать о побеге, он уже старался его предотвратить.