Mine üle audioraamatule
– Простите за опоздание! – выкрикнула Лиза прямо у порога, из-за чего посетители кафе на неё косо посмотрели. Чуть смутившись, девушка зашагала вперёд к столику, за которым сидела женщина, лет сорока-пятидесяти и парень, лет тридцати. Эти люди лишь улыбнулись, заметив друга их родственника.
– Лиза, ты могла так не спешить. Мы знаем, у тебя очень много дел, и тебе не нужно так напрягаться. – Женщина улыбнулась, отпив из чашки глоток чая. – Мы всё понимаем, и очень рады, что ты очень оперативно помогаешь полиции, но ты не должна себя мучить. Тебе лучше сходить домой и выспаться, а то вон какие круги под глазами, ты же не спишь совсем!
– Спасибо вам, Варвара Семёновна. – Лизка грустно улыбнулась, сжав под столом кулаки. – Но мне некогда сидеть. Я должна найти Машу, ведь она моя самая дорогая подруга, пусть мы с ней и познакомились относительно недавно. У меня свои причины так себя мучить… Простите, что доставляю вам беспокойство.
– Что ты, что ты, какие беспокойства! – Женщина махнула рукой, взглянув внутрь чашки. – Но тебе все равно лучше не перенапрягаться. Ты так много делаешь для моей дочери, а мы тебе даже ничего взамен дать не можем… Прости.
– Да мне не нужно ничего взамен, правда! – Лизка невинно улыбнулась, навязчиво махая руками. – Я должна вернуть её, и мне не нужна никакая награда, ведь это моя…
Тут Лиза осеклась. Варвара Семёновна в недопонимании посмотрела на девушку. Видимо, не расслышала последние слова. А вот мужчина, что сидел рядом, чуть нахмурил брови. Он понял что та сказала, но, почему же она так считает?
Неужели она как-то виновата в этом и скрывается, «помогая» найти Машу?
– Мы настаиваем. – Мужчина мягко улыбнулся, подавшись чуть вперёд. – Моя сестра всегда была очень импульсивной и ты первая, кто подружился с ней всерьёз. Так что – не перенапрягайся. Мы рады, что у неё есть такая подруга как ты.
– Спасибо, Андрей. – Девушка улыбнулась, стараясь сдержать зародившуюся слезу. – Я правда очень это ценю.
Пошла минута молчания.
– Ну, что же вы все замолчали! – Варвара Семёновна, скрепя сердце, чуть хлопнула в ладоши, разбавляя напряжённую атмосферу. – Мы же сегодня собрались по очень важной причине! Сегодня двадцать девятое октября!
«День рождения моей единственной, любимой дочери!»
– Давайте же отметим его, пусть… – Женщина сделала небольшую паузу, а её рука задрожала. – Пусть… её с нами нет…
Лизка сделала обеспокоенное выражение лица и уже хотела что-то сказать, как вдруг книга, что находилась в сумке, засветилась ярким светом. В голове начали появляться какие-то странные, непонятные фразы, и девушка с обеспокоенным лицом резко подскочила.
– Простите, я отойду, ненадолго…
Лиза рванула в туалет, взяв с собой сумку. Когда она добежала до туалетной комнаты, то тут же достала демоническое изобретение и начала его листать до той страницы, на которой рисовалось новое изображение.
Когда тот дорисовался, девушка расширила глаза, а из них предательски полились слезы. Она просто не смогла сдержать их, так как увиденное, просто обескуражило её, повергло в шок.
– Нет… Нет! Как такое могло произойти?! Нет! Нет! – девушка громко зарыдала, осев на колени, а голос был громким и истерическим. – Маша, ради Бога, прости меня! Я не хотела этого, правда не хотела! О, господи, что же я наделала…
Лизка совершенно не видела, как за ней, выглядывая из входной двери, наблюдал Андрей. Он знал что тут что-то не так, а теперь и вовсе был уверен в этом.
Лиза что-то знала об исчезновении Маши. А эта книга была ключом.
Но девушку это сейчас не волновало. Она больше всего боялась сейчас того, что увидела на картинке.
«Лиза, помнишь, ты говорила, что я умру девственницей?
…
Так вот, теперь можешь не волноваться.»
5
Девушка продолжала громко реветь, прижимая книгу к себе, будто боясь, что сейчас кто-нибудь придёт и начнёт её отбирать. Руки дрожали, а сердце бешено колотилось, будто собираясь вот-вот выпрыгнуть из груди. В голове все перемешалось, и Лизка уже совершенно не могла нормально думать и собрать в кучу все свои мысли.
– Тупая книга! Тупой ритуал! – Девушка встала, и со злостью посмотрела на книгу. Она замахнулась, чтобы кинуть её в чёртову стену, но рука остановилась в самом конце. Губы задрожали. – Такого не должно было произойти… Почему ей никто не помог?! Она же ничего плохого не сделала, так за что… за что вы так с ней…
Лизка продолжала шмыгать носом. Руки опустились вместе с книгой, которая до сих пор продолжала светиться. Такие светящиеся моменты уже единожды были. Когда книга светится, это значит, что с Машей происходит что-то серьёзное, да такое, что навсегда изменит её характер и отношение к людям. Первый раз такое произошло, когда она только попала туда. Маша была на грани отчаяния и хотела забить на все, в том числе – на собственную жизнь. Но ей приснился какой-то сон и она поменяла своё решение – так и засветилась в первый раз книга.
И знаете, что самое странное? Сон, который ей снился, не показывался в книге. Была просто чёрная картинка, на которой белым шрифтом было написано слово «Сон». Как после оказалось, ей снилась какая-то девушка, которая как-то заставила пересмотреть Машу взгляды на жизнь. Она что-то ей сказала, да такое, от чего к девушке вернулась Вера в себя. Что это за незнакомка, зачем она пришла – ни Лиза, ни Маша так и не поняли.
Хотя, какая разница? Главное, что альбиноска смогла поверить в себя и попытаться справиться со свалившимися на её голову проблемами. Она смогла заставить себя выжить, и это – хорошо. Ведь если бы она этого не сделала – было бы намного хуже. А в качестве самой плохой концовки – и вовсе смерть от голода.
И вот, это уже повторялось во второй раз, соответственно, с Машей сейчас происходят кардинальные изменения, на которые, к сожалению, никто повлиять не может. Если, конечно, она сама этого не захочет. Хотя, если изменения уже произошли…
Девушка осела на колени, вытирая слезу со щеки. Весь макияж – коту под хвост. Тушь размазалась, перемешиваясь с пудрой, а её лицо было похоже на уголёк.
– Прости меня, Маша… это я, и только я виновата в случившемся…
– Что ты имеешь в виду? – раздался тихий мужской голос позади девушки, от чего та резко подскочила и развернулась, спрятав книгу за спиной. Перед ней стоял не кто иной, как Андрей, который немного шокировано смотрел в сторону плачущей Лизы, не понимая, как реагировать на то, что та только что сказала. – Какой ещё ритуал? И что за книгу ты прячешь за спиной?
Эти вопросы застали Лизу врасплох. Как он услышал? Неужели, она была так неосторожна?
А, ну конечно. Девушка ведь орала на весь туалет – думаю, даже сидящие в зале услышали бы такой крик.
– Эм… тебе, наверное, показалось! – Девушка невинно улыбнулась, быстренько вытерев слезы свободной рукой, и продолжая прятать книгу за своей спиной. Казалось, будто Лиза ревела всю ночь, да и никто ведь не плачет так сильно из-за какого-то удара. Но он не должен узнать о произошедшем. – Я тут просто упала и больно стукнулась головой о раковину, поэтому, можешь идти…
– Ты что, думаешь что я идиот?! – Вспыхнул тот, зайдя полностью в женский туалет.
– Вообще-то, это женский туалет… – громко, но спокойно произнесла Лиза, сжав книгу ещё сильнее. Но парень не послушал. Он начал быстрым шагом приближаться к Лизе, а она, конечно же, почуяв опасность, – отходить назад. Логично, но как нельзя некстати, за спиной появилась преграда в виде стены, и парень прижал девушку к холодной плитке, смотря на её лицо сверху вниз. – Я сразу заподозрил что-то неладное. Ты ведь знаешь где сейчас Маша, верно? Тебе нужно рассказать мне, а не то я расскажу полиции о твоём участии в похищении.
– Андрей… – Лизка стыдливо опустила взгляд. Андрей смотрел на неё с укором, прямо в глаза, а из-за этого ненормального взгляда, та не могла в нужной степени сосредоточиться на ответе. Она ведь чувствовала себя виноватой перед всеми, и, соответственно, не могла смотреть им прямо в глаза. Но, раз уж он узнал обо всем, нужно было рассказать правду. Только вот… в такую правду будет нелегко поверить. Лиза бы не смогла в неё поверить с первого раза. – Даже, если я тебе расскажу, ты мне все равно не поверишь. В такое очень сложно поверить.
Девушка оттолкнула от себя парня, вытянув вперёд руку с книгой. Та уже перестала светиться, показываясь перед парнем во всей свой чёрной красе. Тот нахмурил брови, посмотрев на Лизу.
– Что это за книга? При чем здесь она?
– Думаю, нам лучше не говорить об этом здесь. – Лиза выглянула из-за плеча парня и, убедившись что поблизости никого, вновь посмотрела ему в глаза. – Встретимся сегодня в девять вечера, в парке, недалёко отсюда, на скамейке у статуи Пушкина. Там я тебе все и расскажу. – Лиза аккуратно прошмыгнула мимо парня, быстро засунув книгу обратно в сумку. Андрей послушно отошёл, и, прикрыв глаза, кивнул. Ему ничего не оставалось кроме как довериться подруге Маши, по крайней мере, пока та ему все не объяснит.
– Буду ждать тебя там.
На том они и закончили бессмысленный разговор. Парень пошёл к своей матери, а девушка начала приводить своё лицо в порядок. Она быстро смыла всю размазанную косметику. Лизка решила, что пока не будет краситься – вдруг снова что-то произойдёт и она не сдержит слез. Закончив, она направилась к Варваре Семёновне. Женщина уже заказала всем по коктейлю и пирожному, начиная говорить небольшой тост. Слыша все это, Лизе действительно хотелось плакать. Мама Маши с таким воодушевлением отзывалась о своей дочери и блондинке, что ту просто мучила совесть от того, что именно она виновата в случившемся. Именно она виновата в том, что Маша не празднует с ними собственный день рождения. Губы дрожали, но она продолжала улыбаться.
Андрей молча наблюдал за всем этим. Он не знал как реагировать на разговор с Лизой и не мог смотреть на то, как она еле сдерживается чтобы не заплакать. Он строил совершенно различные теории о том, что на самом деле случилось с Машей, но истина была другой.
Tакой, которую он даже представить себе не мог.
*^*
Ночь была тихой. Казалось, что никто не мог нарушить эту идиллию: ни люди, ни звери. Звезды сверкали так сильно, что многие выходили на свои балконы, дабы посмотреть на эти замечательные небесные светила. Лишь одна девушка, которая претерпела сильный шок, не могла нормально мыслить и наслаждаться прекрасными звёздами.
Характер этой девушки поменялся навсегда.
Она лежала на земле, рядом с помойкой, бездушно смотря на небосвод. Было ощущение, что из розоватых глаз исчезла вся искорка. Жизнь, которая придавала глазам яркость и искренность. Казалось, будто все цвета померкли, просто исчезли из её жизни. Ноги и душа болели. Такого наказания она не пожелала бы даже самому злейшему врагу в своей жизни. За что он так с ней поступил? Все из-за какого-то торта? И в день рождения…
На щеке появилась одна крохотная слезинка. Она упала на грудь, у которой виднелись куча мелких, но сильных засосов. Конечно, они были не только на груди. Также засосы присутствовали на плечах, руках и бёдрах, вперемешку с ссадинами и отпечатками зубов. Ею просто поиграли, изнасиловали и выбросили.
– С днём рождения, Маша… – тихо произнесла та сама себе, глупо улыбнувшись, – с днём рождения…
«А ты хотела, чтобы этот день стал самым лучшим? Обломись».
«Но это же мой день рождения… А дни рождения обязаны быть весёлыми и счастливыми…»
«Теперь у тебя никогда не будет счастливого денька. Пора бы уже привыкнуть и просто смириться с этим».
«Смириться…»
Девушка прикрыла глаза. Ей хотелось просто улететь отсюда, провалиться под землю, исчезнуть… остаться совершенно одной. Ведь когда ты одна, тобой никто не помыкает, тебя никто не обижает, не использует и ты делаешь только то, что хочешь. Ты сам по себе. Тебе никто не нужен.
Но она не может так жить.
Раньше Маша боялась одиночества больше всего. Остаться одной очень тяжело, ведь тогда тебя никто не поддержит, не пожалеет и не даст совета. А теперь она не уверена, хочет ли вообще показываться на людях.
«Почему бы просто не исчезнуть? Ведь, когда меня не будет…»
– Тебе помочь? – послышался тихий голос посреди ночи, прервав диалог девушки с самой собой. Маша открыла глаза. Перед ней стоял маленький мальчик невысокого роста, лет пяти-шести. Из-под шапки в стиле ретро неопрятно торчали темно-рыжие волосы. Худощавое телосложение, бледные руки. Одет он был как обычный бедный ребёнок: рубашка чуть больше, чем он сам, штаны с подтяжками и маленькие ботинки. Лица альбиноска не видела, так как на улице было слишком темно.
– Боюсь, ты не в силах… – произнесла девушка на английском, прикрыв глаза. Очень сильно хотелось «спать». Уснуть и не проснуться.
«Откуда у тебя такие пессимистичные мысли?»
– Если ты сейчас тут уснёшь, то умрешь, – невозмутимо произнес парнишка, засунув руки в карманы. Такое ощущение, что эта фраза далась ему очень легко, и он совершенно не переживал из-за того, что говорит. Будто для него это привычное дело. – Шинигами придут и заберут тебя. Конечно, если ты не пойдёшь со мной.
– Прости, я нехорошо разговариваю по-английски. Я не поняла тебя, – произнесла девушка с кучей ошибок в предложении, но парень понял, что именно она имеет в виду.
Хотя, на самом деле, Маша поняла половину слов, но, так как её сознание было не в рабочем состоянии, она не смогла составить предложение в единое целое.
– Тогда поспи. Поговорим как ты проснёшься. – Странный пацан. Почему он говорит такие вещи? Маше совершенно не хотелось спать…
Но тут её разум резко обмяк, а сама она провалилась в мир Морфея. Её как будто туда специально запихнули, напоив снотворным или использовав какое-то мощное заклинание. Малыш улыбнулся, и, сверкнув алыми глазами, взял девушку на руки, отправившись в неизвестном направлении.
Такое ощущение, что тело девушки ничего не весило. Он с лёгкостью нёс её на спине, не прилагая никаких усилий.
***
Вечер. Солнце только начинало садиться, а в Москве уже стоял дикий холод. У Лизки появилось ощущение, что сейчас не конец октября, а середина зимы, пусть и снега ещё нет.
Статуя Пушкина как стояла у небольшой скамейки, так и продолжала стоять там по сей день. Лизка потёрла свои руки друг о друга, пытаясь хоть как-то заставить работать кровь и согреться. Нос полностью покраснел, а кончики пальцев онемели. Нужно было брать с собой перчатки, и почему она об этом не подумала раньше? В принципе, поздно уже об этом переживать.
На горизонте показался Андрей. Судя по его шагу, он совершенно не торопился и шёл очень медленно. Увидев это, Лизка нахмурилась, начиная стучать ногой по асфальту. Ей это явно не нравилось. Он опаздывал на целых двадцать минут! Неужели ему не интересно что произошло с его младшей сестрой?
– Прости за опоздание! – извинился парень, неловко почесав затылок. – Я был немного занят и еле к тебе успел, – пытался он отмазаться, хотя, на самом деле, делал кое-что совершенно другое.
– Господи, твоя сестра такая пунктуальная, не думала что ты другой! – Девушка ещё раз дунула на свои окоченевшие руки, с укором посмотрев на парня. – Я тут тебя уже двадцать минут жду и я ужасно замёрзла. Пошли в то кафе, что ли, там я тебе все и объясню. – с этими словами Лиза развернулась, идя в сторону кафе. – Только никому об этом не рассказывай, все равно не поверят. А если сам не поверишь – не мои проблемы.
Парень молча кивнул, тихонько направившись за Лизой.
***
Девушка очнулась уже тогда, когда наступило утро. Тело так же продолжало ныть, особенно там, где располагался живот и ноги. И это не удивительно. Все же, недавно её изнасиловали и выкинули. Интересно, частенько ли у них такое? Они всех насилуют, кто пытается украсть у них торт? А ведь раньше у неё не было проблем с воровством… Надо же было так облажаться. Голова прошла, а руки до сих пор дрожали. Маше хотелось просто-напросто про всё забыть и успокоиться, но… Не думаю, что ей так легко удастся это сделать.
На самом деле, ей было всё равно на всякую девственность, честь и подобную фигню. Но ей было не по себе от того, что это сделали такие люди, в таком месте. Они были словно звери, которые не думали что делали. Они как будто отбросили свою человечность, поддавшись инстинктам. Они с легкостью издевались над её телом, не обращали внимание на её слезы и просьбы… Неужели такие люди и вправду существуют?
Девушка присела, оперевшись на руки. Оглядевшись, та совершенно не поняла, где находится. Это было какое-то старое дряхлое помещение, и казалось, что только от одного дуновения ветра оно разлетится на маленькие щепки.
Маша лежала на спальном мешке, которому, наверняка, уже где-то за пятьдесят. На голове у неё была тряпочка, которая недавно, из-за того что девушка приподнялась, упала ей на ноги.
– Г… где я? – тихо спросила альбиноска саму себя, чуть нахмурившись. Её напрягало незнание, а ещё то, что на голове чего-то не хватало… Аккуратно коснувшись рукой волос, Маша поняла, что практически все они исчезли, а её причёска напоминала мальчишескую! Они были аккуратно сострижены и теперь совершенно не мешались! Ну, правда, если только чёлка немного. – Кто это сделал?
Нет, она сама собиралась их подстричь, но не так коротко. Да и потом, надо же было решиться, подготовиться, и сделать это не так… резко. Все-таки, было немного жалко вот так сразу.
– Доброе утро! – послышался голос позади, и девушка резко развернулась. Перед ней стоял пацан лет пятнадцати. Короткие коричневые волосы растрепаны, а на руках много ссадин и синяков. Видимо, мальчик много дрался. Одет в рубашку и штаны с заплатками. – Ты уже проснулся? Я думал, ты проспишь ещё несколько часов.
– Ммм… Простите? – Девушка невинно улыбнулась, совершенно не понимая, что произнес парень. Ну, конечно, кроме «Доброго утра».
– Эй, я же тебе сказал, что он не понимает по английски! – сказал рыжеволосый мальчик, которого Маша не заметила сразу. Это был тот пацан, которого Маша видела раньше. Именно он, видимо, притащил её в это место. Но как? На вид он очень слаб. Кстати, теперь можно было разглядеть его лицо. Оно было просто усыпано веснушками, а из зубов не хватало одного. Видимо, когда-то ему его выбили, либо выпал сам. А глаза какие-то коричнево-красноватые. Странные. Девушка непонимающе наклонила голову набок.
– Ладно, тогда по-другому, – глубоко вздохнул взрослый пацан, присев на корточки перед альбиноской. – Привет! Меня зовут Джон, а это Оливер. – Парень показал на маленького рыжеволосого парнишку, который весело помахал рукой. – Как тебя зовут, парень?
Девушка чуть нахмурилась. Почему её называют парнем? Она косо глянула на рыжеволосого мальчика, который делал какие-то непонятные знаки лицом и смешно махал руками, давая понять, что нужно подыграть и назвать мужское имя. Но… Зачем? Зачем ей нужно притворяться парнем? Было не понятно, но сейчас, раз говорят, – лучше подчиниться.
– Меня зовут… – Девушка сделала небольшую паузу, немного подумав. Понимая, что лучше не медлить с ответом, она назвала первое имя, что пришло в голову. – Конан. – После чего призадумалась и добавила: – Эдогава Конан.
«Да простит меня Кудо Шиничи».
6
– Конан? Странное имя. – Джон немного нахмурился, поднявшись с колен и скрестив руки на груди. Ему показалось необычным имя этого беловолосого парнишки. Честно говоря, он вообще впервые видел людей с такими странными глазами и волосами, но Оливер сказал не волноваться, так как это якобы просто наследственное заболевание. Так что Джон отреагировал на это вполне естественно.
– Странное? Почему? – спросила Маша тихим голосом, начиная мять в руках кусочек тряпочки, что лежал у неё на коленях. Это та мокрая тряпочка, которая раньше лежала у Маши на лбу. Девушка врала, поэтому её ладони немного вспотели, а сердце бешено билось. Она боялась что её ложь быстро раскроют, поэтому старалась смотреть Джону прямо в глаза.
– Впервые такое встречаю. – Впервые? Наверное, он не знаком с творчеством Артура Конана Дойла, раз не знает. Если, конечно, тут вообще существует данный писатель.
– Ммм… Хорошо, – кивнула та, вновь посмотрев в сторону маленького мальчика, который, в свою очередь, облегченно вздохнул. Интересно, зачем он сказал ей притворяться парнем? Как будто это что-то изменит. Эм, а волосы тоже этот паренёк состриг? Как? Они сострижены очень ровно, прямо как профессиональным парикмахером… Это странно.
– Так как ты тут оказался? – спросил Джон, а Маша непонимающе нахмурила брови. Она не поняла, что тот имеет в виду. Хотя может он слишком быстро это сказал, так, что та не смогла собрать предложение вместе. Джон вздохнул. – М… Что. Ты. – Он пальцем показал на девушку. – Делал. На. Улице. Тогда?
Маша смогла разобрать все слова, кроме последнего.
– Я… – Тут Маша начала вспоминать те ужасные моменты, что с ней происходили. Ухмыляющиеся лица мужиков, собственный жалобный голос, море крови и слез… Все тело задрожало. Девушка обняла себя за плечи, пытаясь унять эту проклятую дрожь, чуть сгорбившись, а на лице появился страх. Она явно не могла ответить на данный вопрос. Язык просто не мог связать несколько слов вместе.
Джон увидел реакцию девушки и, чуть нахмурив брови, произнес:
– Ладно, неважно. Можешь не отвечать. – Брюнет махнул рукой, отвернулся, и зашагал в угол комнаты, в котором стоял маленький деревянный стол. Парень взял небольшой кусочек хлеба, после чего подошёл обратно к девушке, протянув ей еду. – Прости, что так мало, просто нас довольно много тут. Мы экономим еду.
Девушка, чуть замешкавшись, аккуратно протянулась к кусочку хлеба. Она коснулась своей холодной рукой руки парня, от чего тот заметно вздрогнул, но виду не подал.
Маша слабо улыбнулась и посмотрела на мальчика, прикрыв глаза.
– Большое спасибо. – Девушка принялась с большим аппетитом есть хлеб, а парень, когда увидел красивую улыбку, отвернулся, чуть смутившись.
– На здоровье, – тихо произнёс тот, запустив руки в карманы. Оливер, увидев эту картину, улыбнулся, хихикнув, после чего получил укоризненный взгляд от старшего. И почему он повернулся именно в тот момент на рыженького? Наверное, чувствовал, что тот смеётся.
Маша же не обращала на это внимания. Она просто с удовольствием жевала хлебушек, так, будто чувствует его вкус.
А ведь она совершенно его не чувствует.
Недавно девушка начала замечать в себе некие изменения. Они появлялись поочередно, не все сразу. Во-первых, она начала намного быстрее привыкать к темноте. Видела она всё также плохо, как и любой другой человек, но привыкать к отсутствию освещения стало гораздо легче. А вот совсем недавно у неё начали болеть зубы. Очень сильно хотелось погрызть что-нибудь или укусить. Как у ребёнка, когда у того только-только молочные зубики режутся.
И конечно же, самое кардинальное что с ней произошло, – она перестала чувствовать вкус еды. Вообще любой. Запах оставался тем же, а вот вкуса не было. Тот хлебушек, что с большим аппетитом поедала Маша, был совершенно безвкусным. Голод утолял, да, а вкуса – никакого.
– Вкусно, – грустно соврав улыбнулась та, отчего оба парня улыбнулись.
– Это хорошо, – кивнул тот, после чего перевёл взгляд на Оливера. Маленький мальчик кивнул, и Джон повернулся к Маше. – А теперь, если ты хочешь тут остаться, тебе нужно усвоить несколько правил. Первое, – парень показал один палец, – никогда не предавать своих друзей и поддерживать друг друга. Второе, – парень вытянул второй палец, – не воровать запасы из хранилища, так как их доставали с большим трудом. И последнее, – Джон показал последний палец, – никаких женщин и девушек, так как у нас мужская банда!
Если честно, Маша и половины не поняла из вышесказанного, но вот из-за последнего она чуть не выронила несчастный кусочек хлеба. Почему девушкам нельзя? Он что, их ненавидит? Поэтому Оливер жестами показал, что лучше не называть своего настоящего имени? Но почему? Разве тогда рыженький не нарушил одно из правил? Эти вопросы не давали девушке покоя.
– Почему? – тихо спросила та, доев несчастную корочку.
– Что «почему»?
– Почему… Нельзя… Девочка? – еле как сформулировала в голове та, вновь принимаясь теребить пальцами влажный платочек.
– Потому что я ненавижу женщин… – Парень сжал кулаки, гневно посмотрев вперёд. Его маленькие бровки нахмурились, а в глазах было столько ненависти, что Маше захотелось отползти назад. – И я никогда их не приму в свою банду.
Маша обеспокоено посмотрела на парня. Интересно, что такого сделала женщина этому несчастному ребёнку?
– Х…хорошо. – Девушка сглотнула, понимая, что если проболтается, то её наверняка выгонят отсюда. Так что лучше держать всё в секрете, но…
Почему её так легко приняли в банду? Что тут вообще за люди, и за что Джон так не любит женщин? Маша решила, что если сможет тут продержаться, то обязательно выяснит ответы на эти вопросы.
Девушка посмотрела на маленького Оливера. Тот стоял позади и невинно улыбался, будто ничего не произошло. Почему он прикрыл её? Почему не рассказал своему другу, или старшему брату, что она – девушка? Ну… женщина. Да и вообще, он нарушил правило!
«Странный…»
– Но ты не волнуйся, Конан! – Парень улыбнулся, показывая все свои тридцать два зуба, и сильно хлопнул девушку по плечу, от чего та резко выпрямилась. – Ты же парень, так что все хорошо! Тебе не нужно волноваться!
Маша неуверенно кивнула, вновь сглотнув.
«Господи, что будет?»
«Ничего хорошего! Бежать тебе от сюда надо!»
«Но они такие хорошие… к парням. Может, прокатит?»
«Нутром чую, что доставишь ты им проблем…»
Но её диалог с самой собой вновь прервал мальчишеский голос. И любят же эти дети мешать разговорам!
– Теперь, раз ты в нашей банде, тебе нужно будет выполнять задания. Они могут быть разные. К примеру, убираться дома, доставать информацию или добывать продукты. К последнему делу нужно отнестись как нельзя серьёзней. Самое главное, чтобы Скотленд-Ярд до сюда не добрался…
И тут Маша посмотрела на парня, а-ля «Ты что, серьёзно? Забыл, что я английский совсем не понимаю?».
– М… Что? – почти сразу же невинно улыбнулась девушка, виновато почесав затылок. Оливер хихикнул, а Джон ударил себя по лицу.
– Похоже, тебя ещё нужно будет как-то обучить английскому, Конан.
Девушка кивнула. Пока Маша была одна, она никак не могла обучиться английскому, ведь никто не мог объяснить ей значение новых слов. А сейчас, пусть и маленькие, но хорошо говорящие по-английски юноши, с удовольствием, наверное, научат её некоторым словам. Если честно, девушка была этому несказанно рада.
Самое главное – не спалиться что она девушка.
«Не волнуйся, не спалишься. Груди-то нет!»
***
– Ну, и что ты молчишь? – нервно спросил Андрей, постукивая пальцем по столу. Они с Лизой уже минут двадцать так сидели, не произнося ни слова за весь промежуток времени. Парню это уже начало надоедать.
– Я думаю.
– О чем?
– Как бы выразиться так, чтобы ты мне поверил.
– Так говори правду, и я поверю, – спокойно пожал плечами парень, скрестив руки на груди.
– Я-то скажу правду, но поверить в это… Хм… Скажем так, будет непросто.
Глубоко вздохнув, Лиза прикрыла глаза. Ей нужно было собраться с мыслями и нормально рассказать все как есть. Главная преграда – вера. Сможет ли он поверить в такой бред? Честно, Лиза и сама бы не поверила, если бы не убедилась на личном опыте.
– Все началось чуть больше недели назад, – тихо начала она, посмотрев парню в глаза, – у Маши на носу было очень важное выступление, которое бы определило, поступит она в цирк или нет. Ну, мы решили провести ритуал для поднятия настроения, ну, и чтобы представление прошло хорошо…
Девушка затормозила, после чего взяла сумку и начала там рыться.
– В тот вечер, после тренировки, меня ждал Максим. Мы с ним поехали за Настей, которая что-то перебирала у себя на чердаке…
Flashback.
– Так, и что мы тут делаем? – уже в третий раз спросила Лиза, надеясь, что они скоро пойдут гулять, а не будут пылиться на этом чердаке. Прошло уже достаточное количество времени, и девушке порядком надоело тут сидеть. Ну, как сидеть – перебирать разные пыльные коробки.
– Мама попросила меня разобрать чердак, а вы согласились помочь, так как вместе мы справимся быстрее, – в третий раз ответила Настя, пожав плечами. – Да не волнуйся ты так. Тут осталось только книжные полки разобрать и можно будет идти на улицу.
– Ну слава богу! – восторженно воскликнула Лиза, кинувшись к книжным полкам. На них стояла куча всяких разных книг: некоторые были пыльными и старыми, другие же новыми и наверняка непрочитанными. Правда, все равно пыльными.
Из всех них выделялась одна, самая большая, толстая, чёрная книга. Она выглядела загадочнее остальных, а на её корочке красовалась белая надпись «Весёлый Демон». Интересно, почему такое странное название? Как демон может быть весёлым?
Да без разницы.
– Эй, Насть, а что это за книга со странным названием? – Девушка подбежала к подруге, держа в руках довольно-таки тяжёлую книгу. Настя обернулась, посмотрела, и снова вернулась к своим делам.
– Это книга моей бабушки. Она умерла несколько лет назад, и только она могла читать сей текст. Бабушка говорила, что немногие люди могут прочитать этот язык.
– Здравствуйте, дорогие читатели! Мы рады приветствовать вас на наших страницах. Прежде чем приступать к ритуалу, который приносит удачу, следует прочитать инструкцию… – спокойно прочитала Лиза, пожав плечами. – Так тут по-русски написано, что читать-то?
Настя повернулась к Лизе, а ля «ты что, серьёзно», и взяла из рук подруги книгу. Девушка начала быстро бегать глазами по странице, а после нахмуренно посмотрела на подругу.
– Я не понимаю что тут написано.
– Как не понимаешь? – Вслед за Настей нахмурилась Лизка, вернув книгу себе и вновь начиная читать. – Тут все понятно написано. Описывается ритуал, который приносит удачу. Инструкцию читать не будем, тут и так понятно, что к чему. Нужны свечи и книга, после – сесть в круг и проговаривать слова, которые тут написаны. Проще простого!
– Но… из всех нас читать эту книгу могла только бабушка! Как… такое возможно?! Ты…
– Да блин, какая разница? – Махнула рукой девушка, вновь уставившись в книгу. – Тут описывается ритуал, приносящий удачу! Может, это сможет придать Маше уверенности перед завтрашним выступлением?
– Лиз, ты уверенна? Ты же не прочитала инструкцию…
– Блин, да кому нужны эти инструкции? Тем более, если и без неё понятно, что и как делать. Все, решено! Мы сейчас доразбираем твой чердак, дальше пойдем в круглосуточный магазин за свечками, после чего к Маше! Устроим ей сюрприз! – Довольная Лиза засунула книгу в сумку, пройдя в сторону оставшихся не разобранными полок. – Надеюсь, ты не против, что книга пока побудет у меня?