© Ольга Ожгибесова, 2020
ISBN 978-5-0051-3909-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Далеко-далеко, за высокими горами, за синими морями, за быстрыми реками, в большом лесу жил да был маленький лесной человечек – лесовичок. И звали его очень просто – Ванюша. На краю Ягодной поляны под огромной раскидистой елью стоял его маленький домик. По утрам в окна заглядывало солнышко, распевали на все голоса птицы, журчал в овраге ручей – в общем, красота да и только. Ванюша жил – не тужил, со всеми вокруг дружил, с лесными соседями – зайцами да медведями никогда не ссорился. А то, что в разные истории попадал, – так с кем не случается?
Однажды утром Ванюша проснулся от птичьего гвалта. Пернатые жители кричали на все голоса так, как будто в лесу произошло землетрясение! Ну, или случился пожар, и сгорели и деревья, и гнезда на них! Ванюше очень не хотелось вставать, но просто так лежать и слушать птичью какофонию было невозможно
Кстати, знаете ли вы, что такое какофония? Это когда все кричат на разные лады, и никто друг друга не слушает. Вот примерно то же самое происходило сейчас за окном у Ванюши.
Лесовичок вскочил с постели, быстро натянул на себя штаны и рубашку и, даже не умывшись, выбежал из дома.
Птицы были повсюду – и на деревьях, и на кустах, и даже на крыше.
– Эй, вы, чего расшумелись?! – накинулся на них Ванюша. – Птичьего старосту выбираете? А ну, разлетайся!
Но птицы не слушали его и продолжали кричать. Прислушавшись, Ванюша понял, что их так взволновало. Птенец синички, еще не оперившийся, а потому совершенно беспомощный, выпал из гнезда и сидел сейчас на крыше Ваниного дома, где-то у самой трубы. Бедная мама с плачем летала вокруг него, но ничем не могла помочь своему непутевому ребенку, которому так хотелось скорее увидеть большой мир, что он слишком далеко высунулся из гнезда, потерял равновесие и свалился вниз. Хорошо еще, что крыша была покрыта сухой травой, и птенчик приземлился на нее, как на мягкий матрас.
Как бы то ни было, теперь птенца поджидали большие неприятности: сам он не летал и не мог вернуться в родное гнездо, а мама у него, к сожалению, родилась не кошкой, а тоже синичкой. Это кошка может взять котенка – путешественника за шкирку и вернуть его к более послушным братьям и сестрам. А у синички клюв не предусмотрен для того, чтобы хватать птенцов за шкирки. Да и шкирок никаких у птиц нет. Так что птенцу грозила голодная и холодная смерть. К тому же неподалеку, это Ванюша понял из птичьего гомона, охотился ястреб. В любой момент он мог прилететь, схватить бедную маленькую синичку и унести ее на завтрак своим детям.
Птенца надо было спасать. Но как? Залезть на крышу – это еще половина дела, а вот как потом добраться до гнезда?
– А ну, помолчите! – скомандовал Ванюша птицам. – Думать не даете…
Птичий хор мгновенно умолк. Ванюша приставил указательный палец ко лбу, сделал глубокомысленный вид и стал ходить взад-вперед, раздумывая над тем, как помочь синице и ее ребенку. Три шага туда, три шага обратно, три шага туда и снова столько же обратно.
За этим занятием его и застал гномик Митя, который, как это обычно бывало по утрам, пришел навестить своего друга. Увиденная картина Митю удивила. Ванюша с такой силой прижимал палец ко лбу, что на коже у него появилась вмятина красного цвета. Лицо сосредоточенное, глаза устремлены в землю, а губы шевелятся, словно лесовичок разговаривает сам с собой. В первый момент Митя решил, что тот заболел. А вы бы что подумали, если бы застали своего друга разговаривающим с самим собой?
– Что это ты делаешь? – осторожно, даже с опаской поинтересовался гном у Ванюши. А сам на всякий случай держался в сторонке, не подходил близко. Вдруг болезнь у Вани заразная и передается по воздуху, как грипп или ветрянка.
– Думаю! – коротко ответил ему Ванюша.
– А-а-а-а, – уважительно протянул Митя. Он никогда еще не заставал друга за таким странным делом. – И о чем?
Ванюша отвлекся от раздумий, посмотрел на Митю и… И вдруг его осенило!
Если бы вы придумали что-нибудь интересное, вы бы, наверное, закричали «Эврика!», что значит «Нашел!». Но Ванюша был обыкновенным маленьким лесовичком и не знал таких слов. Поэтому он просто подбежал к Мите, схватил его за руку и потащил за собой к тому самому дереву, с которого упал птенец.
Птицы, не разобравшись, вновь подняли гвалт.
– Да замолчите вы! – рассердившись, закричал на них Ванюша. – Ястреб услышит!
Упоминание о хищнике подействовало. На поляне стало тихо.
– Ястреб? – дрожащим голосом переспросил Митя.
Ястреба боялись все – и зайцы, и мыши-полевки, и даже лисы, а что уж говорить о птицах! Но боялись его и гномы: ему вполне было под силу схватить и унести маленького гномика. Правда, никто никогда не видел, чтобы такое случилось, но непослушных малышей, которые то и дело норовили убежать подальше от дома, ястребом пугали. Вот поэтому Митя и задрожал, стоило Ванюше упомянуть об этой страшной птице.
– Не бойся! – храбро сказал лесовичок. – Я не дам тебя в обиду.
Роста он при этом был такого же, как Митя, а весил раза в два меньше, потому что Митя был кругленьким и толстеньким, словно грибок – боровичок, а Ванюша – стройным, как молодое деревце. Так что ястреб, скорее, справился бы с ним, чем с его другом.
Ваня подвел гномика к дереву.
– Я заберусь тебе на плечи, – начал объяснять он, – дотянусь во-о-он до той ветки, залезу на нее, а потом спрыгну на крышу. Возьму птенца, посажу его за пазуху и постараюсь обратно на дерево забраться. А там уже до гнезда рукой подать. Здорово я придумал?
– Здорово! – на всякий случай признал Митя, хотя мало что понял. Какой-то птенец, какое-то гнездо… Но спорить не стал. И, наклонившись, послушно обхватил руками дерево.
Ванюша, держась за его плечи, стал забираться ему на спину. Он бил его босыми пятками по ногам и бокам, хватал за волосы и уши, соскальзывал с Митиной круглой спины, как с горки, пыхтел и царапался, пытаясь удержаться. Бедный Митя кряхтел, скрипел зубами, тихонько ойкал, а один раз, когда Ванюша уж слишком рьяно лягнул его ногой, даже взвыл. Другой на его месте уже давно бы отказался изображать из себя лестницу, но Митя терпел.
Наконец, у Ванюши получилось! Он забрался гномику на спину, встал босыми ногами ему на плечи и потянулся к толстой ветке, которая свисала над крышей его дома. Чтобы достать до ветки, ему пришлось несколько раз подпрыгнуть, каждый раз приземляясь на плечи бедного Мити.
– Ой! – говорил тот. – О-е-ей!
И, когда Ванюша уцепился за ветку и повис, Митя скорее отбежал в сторону и, охая и морщась, начал растирать руками плечи.
Ванюша был гибким и ловким. Раскачавшись на ветке, он забросил на нее ноги и вниз головой, как летучая мышь, пополз по ней в сторону дома. Ветка росла над самой крышей, поэтому Ванюше не составило никакого труда спрыгнуть с нее.
Птенец сидел, прижавшись маленьким пушистым тельцем к трубе, и испуганно смотрел на лесовичка круглым, словно бусинка, черным глазом. Рядом порхала бедная мать.
– Все в порядке, – сказал им обоим Ванюша и взял птенца в руки.
Если бы я рассказывала вам сказку, то сейчас должна была бы написать, что все закончилось благополучно, потому что в сказках все всегда заканчивается хорошо. Но я рассказываю вам НАСТОЯЩУЮ историю про НАСТОЯЩЕГО лесовичка, а в настоящей жизни, увы, все бывает далеко не так замечательно, как хотелось бы.
Ванюша не успел добраться до гнезда. Птицы вдруг подняли страшный крик, разлетелись в разные стороны, боясь приблизиться к крыше, где стоял Ваня с птенцом в руке.
Лесовичок посмотрел вверх. Закрывая крыльями полнеба, к нему приближался ястреб. Он сделал круг над головой у Ванюши и вдруг камнем кинулся вниз, прямо на лесовичка. Точнее, на птенца, которого тот держал в руке. Еще секунда – и маленький пуховый комочек станет добычей коварного хищника. Еще секунда и… Ванюша одним движением руки сунул птенца под рубашку!
Ястреб уже не мог остановиться. Вместо птенца он ухватил когтями лесовичка и вместе с ним взмыл над крышей.
Это потом Ваня говорил, что ни капельки не испугался. На самом деле он очень даже испугался. От страха он крепко-накрепко закрыл глаза, и очень хорошо сделал, потому что иначе боялся бы не только
ястреба, но еще и высоты. Ему было бы страшно вдвойне! А так – Ванюша висел в когтях, крепко ухвативших его за рубашку, покачивался, словно на качелях, и совсем уже смирился со своей участью: вот сейчас ястреб принесет его в свое гнездо и отдаст на растерзание своим птенцам – таким же хищным, как он, и таким же прожорливым.
– Э-э-э-эй… – бежал по земле вслед за ястребом внезапно расхрабрившийся, наверное, от страха за друга, Митя и размахивал руками.
– Э-э-э-эй, отпусти его немедленно!
И вот тут произошло настоящее чудо, какое бывает только в сказках. Птицы, всегда такие пугливые, такие беспомощные, такие беззащитные, с криками бросились на ястреба, окружили его и стали клевать со всех сторон. Кто-то норовил клюнуть в крыло, кто-то – в хвост, кто-то – в голову, кто-то – в спину. Они не могли причинить ему большого вреда – так же, как укусы комаров не могут причинить большого вреда человеку. Но птиц было слишком много, чтобы справиться с ними. К тому же в когтях у ястреба была добыча, которая мешала ему лететь. Он лениво поворачивал голову то в одну, то в другую сторону, чтобы дать отпор, но маленькие, юркие птички тут же разлетались и становились недосягаемыми. Наконец, ястребу надоела эта странная битва, он разжал когти и выпустил Ванюшу.
Очень хорошо, что лесовичок летел с закрытыми глазами! Он не успел испугаться. Он
только почувствовал, как падает вниз, и тут же со всей силы шмякнулся прямо на какой-то куст.
Ветки под ним согнулись и выпрямились, и Ванюша, словно акробат на сетке, подлетел в воздух и снова упал, но теперь уже на землю, сильно обо что-то ударившись лбом. И только после этого открыл глаза.
К нему со всех ног бежал Митя, над головой кружились птицы, а ястреб, проигравший этот бой, уже скрылся за лесом. Ванюша сел и достал из-под рубашки живого и даже не очень-то помятого и совсем не испуганного птенца – тот просто не понял, что с ним произошло, и какой смертельной опасности он только что избежал.
Я не буду еще раз рассказывать о том, как в очередной раз Ванюша лез на плечи Мите, чтобы забраться на дерево и вернуть птенца в гнездо. Если интересно – загляните на предыдущую страницу. У Мити потом несколько дней болели и спина, и бока, и плечи. У Ванюши расплылся на лбу разноцветный синяк, зато теперь благодарные синички каждое утро будили его своими песнями, а о подвиге храброго лесовичка узнал весь лес: птицы так болтливы, не правда ли?
Tasuta katkend on lõppenud.