Mine üle audioraamatule
Девушка до конца не понимала, что хочет от нее эта женщина. О какой услуге просит. Анна решила согласиться. Другого выхода она в этот момент просто не видела.
– Хорошо, что от меня требуется?
– О! – как ошпаренная подскочила грымза. – Ничего! Совсем ничего! Все сделать я! Но, сперва, вернуть свое тело.
– Опять? – не поняла Анна.
– Нет, нет. Я, вернуть свое тело. Это, – она провела руками по тощим ребрам, – для работа на Терра. Маскировка. Мой истинный облик увидеть позже. Восхититься! – грымза повеселела. – Тебя подготовить к полету, – сообщила она напоследок. – Будешь спать, пока. Разбудить перед посадкой.
Сколько продолжался полет, Анна не знала. Ее поместили в ящик, который она окрестила саркофагом. Всей процедурой занимался здоровяк. Он не задавал никаких вопросов. Просто, молча, делал дело. Незаметно для себя, Анна уснула.
Отходить от криосна оказалось довольно неприятно. Ее мутило, и казалось, выкручивало наизнанку. Перед сном, здоровяк заставил выпить какую-то вязкую, пахучую жидкость. С трудом проглотив эту массу, она почувствовала, что внутри все словно задеревенело.
Как позже узнала Анна, это была необходимая процедура для криосна. Вязкая жидкость, выпитая ей, внутри еще более сгущалась, заполняя желудок. После пробуждения, вся эта масса должна была выйти естественным способом, причиняя довольно болезненные ощущения.
Вэлта (так звали грымзу), здоровяк и карлик Эдик, были, в отличие от нее, бодры и полны сил. В тот день она еще подумала, что видимо подобная процедура просто для них не впервой. Она ошиблась.
Знакомство с новым телом началось сразу после пробуждения. Анна сделала вывод, что теперь она инопланетный урод, мужского пола. Все уверения грымзы Вэлты в том, что это и есть ее истинное тело, пропадали даром. Смириться с этим фактом не хватало сил. Но, глядя на себя в зеркало, она видела все того же монстра. Он никуда не исчезал, раз, за разом появляясь в отражении.
Выяснились и некоторые способности этого тела, которых у человека быть не может. Во-первых, по желанию, она могла приближать и удалять зрение. Это свойство Анна назвала «эффект бинокля». Слух и обоняние стали более чуткими. Чешуйчатая броня, защищающая от внешних воздействий, оказалась довольно пластичной и не причиняла никаких дополнительных неудобств. Проверить ее свойства было пока проблематично. Единственное, что поняла Анна, ее человеческие тактильные ощущения практически сошли на нет. Толстая, как у слона, и в дополнение ко всему еще и бронированная кожа была груба, и мало чувствительна.
Очень удивило, а на чистоту так просто повергло в изумление, мужское достоинство этого тела. А иначе, как достоинством, назвать «это» не поворачивался язык. Сама, далеко не ханжа, Анна, каждый раз с интересом и любопытством изучала этот орган, поражаясь, насколько тот огромен. Удивительным феноменом было еще и то, что «он» всегда был «готов к бою». Видимо, это являлось какой-то особенностью организма, так как никаких неудобств от постоянной эрекции Анна не ощущала.
Через сутки после пробуждения они приземлились на Крин. Здоровяк и карлик сразу куда-то умчались. Вернулись они достаточно скоро, притащив с собой на корабль три герметичных контейнера.
Принимая с погрузчика ящики, Вэлта проявляла нервное нетерпение и интерес, чем заинтриговала Анну. Кроме того, загрузка контейнеров происходила в грузовой ангар корабля и в открытые настежь створы она рассмотрела часть окружающего пространства. Глаза сразу уперлись в огромный экран, видимый вдалеке. Похожий на лежащее колесо, он опоясывал несколько высоких небоскребов, визуально соединяя их в одну конструкцию.
На экране что-то мельтешило, картинки и надписи сменяли друг друга. Пользуясь своим уникальным зрением, Анна смогла приблизить изображение. Похоже, это была пресловутая и вездесущая реклама. Рассмотреть все более подробно ей не дали, разгрузка закончилась. Лишь краем глаза она сумела увидеть идущий на посадку космолет.
Содержимое ящиков Анну ошарашило. По какой-то причине ей позволили присутствовать при их вскрытии. Все три контейнера содержали тела, причем, совершенно разных рас.
В первом находился черный карлик. Темная кожа, черные, курчавые волосы, широкий нос. Ростом около ста двадцати сантиметров, более всего он напоминал африканского пигмея из племени бака, что до сих пор населяют леса Конго.
Второй ящик содержал тело гуманоидного существа и был, по оценке Анны, еще уродливее, чем ее теперешнее тело. Он имел землистого, нездорового цвета складчатую кожу, сплошь покрытую пигментными пятнами и бородавками. Безволосый, с ярко выраженными надбровными дугами на лице, огромной щелью рта и крохотным носом, инопланетянин являл собой идеал уродства и безобразия, какие только может представить человеческое воображение.
Третье существо поразило своим внешним видом не меньше, чем предыдущее. Белоснежная, идеальна кожа и фигура по женскому типу, делали это тело, в целом, очень похожим на человеческое. Все, кроме лица, на которое хозяйка, будто собираясь на бал – маскарад надела необычную маску. «Маска», морской звездой покрывала лоб, глаза и часть щек. Четыре дополнительных века дугой расположились на лбу, меж лучей – щупалец. Похожие на дреды черные волосы начинались почти на самой макушке. Лишь тонкий, правильный нос и пухлые губы придавали лицу инопланетянки сходство с земной женщиной.
Пока Анна с удивлением и любопытством таращила глаза на содержимое ящиков, остальные развили бурную деятельность. Первым вынули пигмея и водрузили на тот самый томограф, который она увидела в первое свое пробуждение на корабле. Рядом, голова к голове, на лежак аппарата улегся карлик Эдик.
Руководила всем процессом, как и всегда, Вэлта. Она же, единственная говорящая на ломаном русском, комментировала происходящее:
– Это келинган – транспОрт, – с нажимом на букву «о», сообщила Вэлта. Эд возвращаться в свой истинный тело. Это, – показывая на карлика, добавила она, – искусственный организм. Взят на время, для работа на Тэрра. Вид – местный абориген. Не пугать других и не привлекать внимание.
– А почему он в теле пигмея? – недоумевала Анна.
– Эд, так удобно. Привыкать свой рост, – информировала ее грымза-Вэлта. В этот момент аппарат тихо зашумел, отвлекая их от беседы.
Процедура заняла немного времени. Тело карлика положили в тот же ящик, в котором доставили тело пигмея. Новенький довольно быстро оклемался. Совершенно не стесняясь наготы, не торопясь, он надел на себя форменный комбинезон, точно такой же, как на Анне, с яркой эмблемой на груди в виде жука взятого в круг и перечеркнутого черной жирной линией, и активно включился в работу.
– Вернуть в целости и сохранности, – плотно закрывая крышку контейнера, неожиданно произнес пигмей.
– Он что же, умеет говорить? – Анна вопросительно переводила взгляд с Вэлты на коротышку.
– Уметь, конечно.
– А, почему раньше молчал?
– Молчать. Это тело не уметь говорить. Дешевый!
– А, он? – Анна кивнула на здоровяка.
– Он тоже. Речевая функция нет, – ответила Вэлта и пошлепала губами.
Тем временем на лежаке аппарата оказались здоровяк и уродливый инопланетянин. Но в этот раз, что-то пошло не так.
– Каррабата! – рычала Вэлта, глядя на дергавшееся в конвульсиях тело здоровяка. – Томэ ми! Сорэтэ пако!
Пигмей подбежал к аппарату. В его руках, каким-то неожиданным образом возник шприц пистолет, который тут же был вонзен в шею здоровяка. После этого, дернувшись еще пару раз, тело затихло.
– Что с ним? – полюбопытствовала Анна.
За Вэлту ответил коротышка:
– Такое часто бывает. Синтетика. Что с нее взять. Скорее всего, придется списывать.
– Какой списать! – гаркнула на него Вэлта. – Деньги стоить. Большой! Перепрошить. Сдать хрюкам.
– Хрюки будут проверять. Они не дураки, – спорил пигмей.
– Перепрошить лучше. Зачем я тебя держать! Платить тебе? А? Каррабата! Делать дело!
Со стороны инопланетянина раздался стон.
– А-а-а! Томэ ту, – отдала приказ Вэлта. – Чуфача – чифуча, – плюнула она на пол, в сердцах.
Уроду, явно, было плохо. Он весь покрылся испариной, его трясло. Наконец, выполняющий в этой компании роль доктора, коротышка – пигмей сделал несколько инъекций, и тело инопланетянина утихло. Маленькие, глубоко посаженные глазки открылись. Инопланетянин приподнял голову и оглядел присутствующих. Пасть открылась и прохрипела:
– Последний раз я поддался на твои уговоры Вэлта.
Она фыркнула.
– Томэ ми, – обратился он к коротышке. Тот резво подскочил, достал из контейнера серебристую ткань и, накинув ее на плечи уроду помог тому встать, а затем, подставив свое худосочное плечо, вывел того из помещения. Проходя мимо Анны, здоровяк вдруг притормозил и сказал:
– Меня зовут Ллэх. Я кордиканец.
И уже было отвернувшись, словно читая мысли Анны, добавил:
– Ты, кстати, не прекрасней меня, грут.
На ее немой, недоуменный вопрос ответила Вэлта:
– Каррабата! Менталист, хрен ползучий!
Из-за плохого самочувствия кордиканца, обмен тела Вэлты пришлось отложить. Но она не давала команде сидеть сложа руки, и отправила коротышку – пигмея к хрюкам. Себе в помощники он выклянчил Анну.
Загрузив контейнер с телом в летающий драндулет, они отправились в город, самый крупный мегаполис планеты Крин – Хомат-Дэр. Как позже узнала Анна, местное население называло его просто Свалка. И это название, пожалуй, очень характерно описывало город, представлявший собой хаотическое нагромождение металла, стекла и пластика, сверкавшее разноцветными рекламными вывесками, плакатами и баннерами в ночное время и утопающее в смоге, в дневное. Несколько небоскребов цепляющих небеса этой планеты, образовали нечто вроде бизнес – центра. Именно их, окруженных кольцом с постоянно мельтешащей рекламой, призывающей отдохнуть, развлечься, купить, продать, отдать, раздать и многое другое, увидела Анна в свой первый день на Крине.
Ближе к земле обитало местное отребье: бандиты, мелкие наркодиллеры, незаконные фирмы, дешевые кабаки, дома терпимости, контрабандисты, частные лавочки и прочие, не совсем дружные с законом личности.
Была в этом городе и еще одна прослойка населения. Так называемые отбросы общества, живущие в самом низу. Эти были, вообще, вне закона.
Зона влияния местной бандитской группировки – хрюков, занимавшейся мелкой наркоторговлей, содержанием публичных домов, и прикрывавшей свои делишки продажей автохлама, и сетью продовольственных магазинов, охватывала тринадцатый ярус мегаполиса. Им не хватало лишь пары ярусов, чтобы стать средним классом, имевшем большие привилегии в этом мире. Но их репутацию портил слушок, что клан не гнушается работорговлей, с приходом нового императорского указа запрещенной и осуждаемой во всем галактическом альянсе. Именно к ним и отправила Вэлла сбыть тело здоровяка.
Прием для гостей устроила сама мамаша Мез Хи, которую Анна сразу же окрестила свиноматкой. Весь клан хрюков был практически одной семьей, так как женщины этой расы рожали сразу по пять-шесть, а то и восемь детей одновременно. Мез Хи была старшей в этой семье и пока еще репродуктивной самкой. Лицо ее, более похожее на рыло, с носом – пятачком, было мимически подвижным, поэтому казалось, что при разговоре, она корчит рожи.
Анна совершенно не понимала о чем говорят коротышка и мамаша Мез. И пока эти двое занимались дипломатией, просто рассматривала интерьер.
Кабинет главы клана представлял собой обитую панелями из натурального дерева, вместительную, прямоугольной формы комнату с высоким потолком и большим объемным псевдо окном, показывающим в этот момент морские просторы. Мамаша сидела за огромным бюро в широком кожаном кресле. Гостям были предоставлены мягкие, располагающие к беседе диваны. Пол кабинета был застелен толстым, ворсистым ковром цвета весенней листвы с орнаментальным рисунком, стены украшены панно и картинами. Шик и блеск! Видимо незаконный доход приносил неплохие барыши.
– Она интересуется тобой, – голос коротышки, обращенный к Анне, вывел ее из созерцательного состояния.
– В смысле? – не поняла она.
– В смысле тебя, как мужика.
– Какой же я мужик? – удивилась Анна.
– А, кто же ты?
Анна растерянно замолчала, понимая, что оказалась в странной ситуации.
– Она мне не нравится.
– Не советую так отвечать.
– Почему?
– Нам надо сбыть тело.
– А я причем?
– Не причем, просто подыграй.
– Как? Я вашей тарабарщины не понимаю.
– Просто, улыбнись ей.
Анна напрягла лицевые мышцы. В зеркале, висевшем за спиной свиноматки, она увидела страшный оскал на своей, еще не совсем привычной харе. Однако Мез, по-видимому, восприняла эту «улыбку» на свой счет. Глазки ее захлопали, рыльце налилось румянцем. – Да она же кокетничает со мной, – поразилась Анна.
– Ты что ей сказал, – спросила она у коротышки.
– Сказал, что ты считаешь ее прекрасной, – осклабился тот.
– Она уродка.
– Ты не лучше, – парировал пигмей. – И молчи, пока. Мне нужно договориться о цене.
Сделка прошла успешно. Коротышка и Анна вернулись на корабль. Вэлта осталась довольна.
Кордиканец выглядел много лучше. Землистость цвета тела исчезла, а в одежде бородавок и пятен было не видно. Он нахлобучил на голову черную шапку – колпак, отчего вид его стал более приятным. По крайней мере, Анну больше не воротило от одного взгляда на него.
Переход в свое тело Вэлта совершила в присутствии лишь коротышки. Ллэх и Анна развлекались в это время просмотром местного кулинарного телешоу – «Приготовь соседа». Анна постоянно отвлекала кордиканца, требуя перевод и не понимая, почему на экране шипастый громила в синем фартуке обижает маленького пушистика. Лэхх пояснил, что пушистики являются излюбленным лакомством шипастых громил и сейчас будет готовиться экзотическое блюдо, рецепт которого не найдешь ни в одной информационной сети и что ему, груту, сейчас лучше заткнуться и помолчать. На что Анна ответила, что молчать не будет и, несмотря на то, что она слабая женщина, обзывать себя не позволит. Поняв, что столкнулся с упрямством, кордиканец выудил откуда-то два маленьких, розовых шарика и протянул Анне.
– Вставь в уши.
– Что это? – рассматривая необычный предмет спросила она.
– Наушники с функцией перевода на галактический, всеобщий. Пока носишь, выучишь, – пояснил Ллэх.
Анна поднесла шарики к ушам. К ее удивлению, они тут же размякли и сами втянулись в ушные отверстия, не причинив никаких неудобств. Теперь она понимала, о чем говорят на экране.
Часа через два по местному времени, в кают-компании, во всей своей инопланетной красе, появилась Вэлта. – Ну, чисто медуза – горгона, – пришло в голову Анне. Кордиканец хмыкнул, ментально уловив ее мысли. Но тут же поднялся и, сделав театральный жест, в поклоне, произнес:
– Приветствую высокородную, пятую наследную принцессу в седьмой царственной ветви Араха, несравненную и прекрасную Вэлту, в истинном ее теле.
Такой спектакль польстил араханке. С царственным видом она прошествовала через комнату. Ее прозрачный наряд совершенно не скрывал прелестей тела.
Можно было вообще тогда прийти голой, – подумала Анна, опустив глаза. Вэлта же, наоборот, ничуть не стесняясь, уселась напротив и приняла самую соблазняющую, и откровенную позу.
Тем временем, в кают-компании, вкатив тележку с какими-то коробками, образовался незаменимый подручный – пигмей. Выгрузив коробки на стол, он стал доставать их содержимое, оказавшееся пакетами с едой и спиртным. За все время общения с этой компашкой, Анна ни разу не видела, чтобы они что-то ели. Теперь было понятно. Синтетическим телам не требовалась обычная пища. Их поддерживали специальным питательным раствором, вводимым через катетер, замаскированный родинкой или бородавкой.
– Дорогие друзья! Позвольте мне, как единственной в этой маленькой компании женщине, предложить выпить за наше удачное предприятие, – высоко подняв бокал с янтарной жидкостью, Вэлта продолжила:
– Деньги за работу получены, и мы, все, можем наслаждаться плодами своих трудов. Что касается грута, – она стрельнула всеми шестью глазами в сторону Анны, – ему тоже повезло.
– И в чем же? – задал за Анну вопрос кордиканец.
– Жалко было бы такой экземпляр на рудники отправлять.
Араханка протянула ступню с изящными пальчиками, унизанными золотыми колечками и положила ее прямо между ног грута. Анна почувствовала давление в паху. Вэлта, не стесняясь подельников, воткрытую занималась соблазнением. Розовый язычок выскользнул изо рта, облизнув пухлые губки. Рука, свободная от бокала, ласкала затвердевший сосок.
– Прекрати Вэлта, – прогудел кордиканец. – Имей совесть.
– А ты что – ревнуешь! – откинув голову, та громко расхохоталась.
– Я не хочу принимать участие в этом спектакле!
Захватив со стола бутылку, Ллэх вышел. Следом, незаметно испарился и пигмей, оставив Анну наедине с араханкой.
– Послушай, – глаза Вэлты сверкали. Сейчас она еще больше напоминала мифическую медузу, способную превращать все живое в камень. – Мы с тобой договорились. За маленькую услугу я заплачу хорошие деньги. Тебе на первое время хватит. Это чужой мир для тебя. Нужно найти работу, снять жилье. Я помогу тебе.
Анна была в отчаянии. Конечно, она уже поняла, что хочет от нее Вэлта и вся ее человеческая суть противилась этому. Но остаться одной, здесь, в незнакомом мире, куда силою каких-то чудовищных обстоятельств она попала, без средств существования, без документов, в чужом теле, было еще страшнее.
Посчитав молчание за согласие, Вэлта, распаленная желанием, совсем слетела с катушек и не успела Анна моргнуть, как та стащила с нее комбинезон. Вслед за ним на пол полетел откровенный наряд араханки. Спинка дивана опустилась и образовала широкое ложе. Анна упала навзничь. Вэлта запрыгнула на нее.
Открыв широко глаза, всеми четырьмя зрачками, Анна смотрела как араханка, извиваясь в экстазе, скачет на ней. Маленькие груди подпрыгивали в такт движениям. Голова откинута. Из горла вырываются сладострастные стоны. Казалось, что эта бесконечная пляска не закончится никогда.
В какой-то момент араханка подняла руки. От ее ладоней потянулись длинные, белесые нити и Анна со страхом обнаружила, что сама вся в этой странной липкой паутине, которая очень крепко держит, не давая практически двигаться. Вэлта зарычала. Из-под ее губ показались два длинных и острых клыка. На кончиках заблестели прозрачные капли. Во всех глазах смотрящих сейчас на Анну, плескалось черное море жажды убийства.
Клыки вонзились в броню, но не пробили, а лишь проскрежетали по ней. С громким клацаньем ужасные челюсти захлопнулись. Анна закричала. Разорвав паутину, она кулаками ударила в живот Вэлты и та, как тряпичная кукла, отлетела к потолку. В ужасе Анна смотрела, как араханка болтается на рогах какого-то диковинного животного, голова которого, прибитая кем-то для украшения кают-компании, так неудачно встретилась на пути полета Вэлты. Рога торчали прямо из двух главных глазниц. В остальных застыло недоуменное выражение.
На крик прибежали кордиканец и пигмей.
– Допрыгалась все же, – Ллэх, разглядывая висящее бездыханное тело, сплюнул на пол.
– Сними ее, – пигмей первым пришел в себя и начал наводить порядок:
– Грут заткнись, не ори, как баба! Ллэх, тащи Вэлту к келингану.
Рост позволял кордиканцу осторожно снять тело араханки с рогов. Взяв ее на руки, он в спешке ушел. Пигмей выскочил вслед за ним.
Коротышка вернулся минут через двадцать.
– Что с ней? – Анна немного успокоилась, но зубы все еще выбивали дробь от испытанного шока.
– Хреново с ней, грут.
– Она мертва?
– Да.
Эд выдержал паузу.
– Мы не имеем к тебе претензий, грут, – начал он осторожно. – По сути, Вэлта сама во всем виновата. Чертова паучиха! Решила развлечься, а тебя не предупредила об особенностях своего организма. Понимаешь, у них, араханок, все очень сложно в партнерских отношениях. По их природе самка убивает самца во время спаривания. Мужские особи у них редкость. Их берегут даже не для размножения, а как генетический резерв. Появляются на свет они уже давно в инкубаторах. Правят у них тоже, конечно, самки. Есть король, но чисто для представительских и церемониальных целей. При ритуальных спариваниях на самку надевают специальный намордник, чтобы она в порыве страсти не прикончила партнера. Вэлта давно мечтала перепехнуться с грутом. Во-первых, у вас всегда стояк. Это уже ваша физиология. А во-вторых, у тебя броня, которую не прокусишь. Вот только предупредить тебя, она видимо забыла. Или не захотела. За что и поплатилась. Так что мы – без претензий. Но, понимаешь в чем дело. Вэлта – наследная принцесса в одной из царственных ветвей Араха. Эти бабы все сумасшедшие. У них в таких случаях полагается вендетта. Мы, конечно, все объясним. Но семейные традиции не отменишь. Тебя будут искать. По закону – три года. Если найдут – убьют. Если в течение этого времени враг не найден, считается, что так решило провидение. Так что, если тебе дорога твоя жизнь, советую очень хорошо спрятаться.
– Господи, – в отчаянии заломила руки Анна. – Куда я пойду?
– Ты очень понравился Мез Хи, она может приютить тебя на время. Конечно, – коротышка многозначительно посмотрел на Анну, – за определенную услугу.
– Меня стошнит от нее.
– Это жестокий мир, грут. Не зря же ты стал преступником и сбежал в тихую резервацию. Видимо, у тебя были на то причины. Но сейчас ты влип по-полной. Решайся, другого выхода я не вижу, – получила она неутешительный ответ от пигмея.
Слезы отчаяния и обиды хлынули из глаз. Анна рыдала. Все накопившееся в ее душе за последние дни вырывалось сейчас громкими всхлипами и трубным ревом. Чувство надругательства, не над этим, чужим для нее телом, а над человеческой душой было невыносимым. Ее словно вымазали в грязи, оплевали, облили помоями. Коротышка Эд молча ждал.
– Тебе пора забыть, что ты был в женском теле, – наконец произнес он. – Теперь ты грут. Грубый, невежественный и воинственный, а не смазливая девица. Советую воспользоваться моим предложением.
Анна понимала, другого выхода просто нет.
– Хорошо. Налей мне покрепче, что-нибудь, – наревевшись, как следует, пробасила она.
– Ну, вот и ладненько, – похлопав ее по торчащему, словно стойкий оловянный солдатик, детородному органу, обрадовано сказал коротышка. – Все наладится. Вот увидишь. Ты мне еще спасибо скажешь, грут!