Кэм
Пати притащила в зубах крошечного приемыша и уложила в свитое Нивией из очищенных бекимусовых прутьев гнездо. Возвращение дапатитии несколько разрядило напряженную обстановку, царившую в штабе войска Сопротивления. Пушистая питомица отвлекла внимание хозяев от Воклита, который пугливо скорчился над сенсорной панелью, вжав кудрявую голову в плечи.
– Еще один едок появился, – недовольно хмыкнул Обилер, склонившись над гнездом. – Самим скоро будет нечего есть. Где ты его откопала, Пати? Тебе мало своих детей? Хилый какой, заморенный. Взгляните на это несчастное создание. В нем едва теплится жизнь, – голос его смягчился. – Пусть остается, раз принесла… Как ты сумела пробраться на волю? Где лазейку нашла?
Обилер глубоко вздохнул и выпрямился.
– Все теперь гуляют, где хотят! – продолжил он, печально усмехнувшись. – Никакой дисциплины, как будто мы не находимся на военном положении. Все творят, что им вздумается. Никто не беспокоится о сохранении жизни – как своей, так и соратников. Стоило мне отвлечься, ослабить контроль, и вот результат – всеобщее своеволие. Будто мы не для того здесь собрались, чтобы совместными усилиями противостоять врагу. Будто мы действительно сидим здесь, чтобы позднее послужить ему кормом.
– Я задремал. Случайно. Я не заметил злодея, – скованно промямлил Воклит, искоса поглядывая на Обилера.
Эти слова паренек повторял, наверное, десятый раз. Так запомнилось Кэму, стоящему к нему ближе остальных. Встретившись взглядом с отцом, Кэм рискнул защитить Воклита, несмотря на то, что сам в глазах родных и друзей был виноват дальше некуда.
– Все. Мы решили. Ви, Тотил и Фоли будут по очереди дежурить на станции управления, – несмело выступил он.
– Напрасно мы не пригласили сюда Шадпи, – посетовала Ралина. – Лучшая воительница быстро могла бы тебя вразумить, Кэм.
– Мне еще предстоит выслушать ее, Ювека и Тотила, – заверил неунывающий Кэм. – Все впереди.
Он бегло взглянул на Латлина, ожидая упрека наставника. Бывалый воин хранил сосредоточенное безмолвие, любуясь переливами граней сомбуна, лежащего на его ладонях. Полководец не выпускал камень из рук с того момента, как вернувшийся в штаб Кэм передал ему драгоценность. Неустанно всматривался в темно-синюю с золотистыми крапинками и молниями бездну, поворачивая сомбун то острым краем вверх, то острым краем вниз, то набок.
Тонкие лучики-морщинки невидимой улыбки растекались от его темных глаз. Нивия тоже смотрела на камень с явной заинтересованностью. Родители и сестра Кэма старались выглядеть равнодушными, но и они время от времени бросали на сомбун косые взгляды.
– Мы попытаемся уничтожить инкубатор? – словно проснувшись, подал голос Полководец, не отводя глаз от драгоценного самоцвета. – Завтра?
Он повернулся к Обилеру, испрашивая подтверждения.
– Да, – ответил немного растерянный Обилер. – Заодно у нас появится возможность испытать шеллгек. Надеюсь, ваши с Нивией теории подтвердятся, новое устройство защитит нас от энергетического поиска и воздействия Эйнара.
– Мы не можем быть полностью в этом уверены. Вероятнее всего, оно сработает именно так, как нужно – нарушит целостность поля восприятия энергии.
– Получается, защитные свойства сомбуна вас ничуть не заинтересовали? Верно, Полководец? – тихо возмутилась Виала.
– Мы попробуем использовать и этот возможный способ защиты, – исключительно из вежливости отозвался Латлин. – Не скрою, что я больше уверен в действии излучения шеллгека.
– Нужно определиться с точным планом ведения боя, – напомнила Ралина, приглашая всех удалиться на тайный совет. – Кэм, ты с нами?
– Я останусь здесь. Нужно уточнить некоторые данные, – отказал сомневающийся Кэм. – Ночью я подежурю на станции управления тлинами.
Он сел рядом с Воклитом, не глядя на него, и прильнул к экрану, слегка касаясь пальцами сенсорной панели.
Когда они остались вдвоем, резко повеселевший Воклит заговорил с Кэмом, словно ни в чем не был виноват. Попытался развеять внимание друга, отвлечь от опасных подозрений.
– Ты не поверишь, Кэм, – затараторил Воклит, расплывшись восторженной улыбкой. – Днем я видел в Шектокмине красивую девушку видел! Длинные пышные волосы цвета спелых веллитемовых колосьев. Зеленоглазая. Пухленькая. У нас в Номинобине таких не осталось. Слетаем туда после очередного сражения? Ты согласен?
– Иди, отдохни, Воклит, – строго проговорил Кэм, взъерошив короткие волосы у лба.
Он так и не удостоил друга взглядом. Воклиту пришлось удалиться, чтобы лишний раз не вызывать на себя гнев. Трусливому предателю не нужны были дополнительные проблемы.
Кэм отправил задание тлину РВ найти Имнима Лосстина. Быстро полученный результат ударил по молодому воину залпом из тижекога. Кэму пришлось пройти очередное нелегкое испытание, пережить еще один кошмар. С побелевшим от ужаса и горя лицом он смотрел на опустившегося на колени учителя, навсегда потерявшего семью.
Имним прикрыл грязной рогожей мертвые тела жены, дочери и зятя, сложенные у крыльца, пнул ногой упавший в лужу мешок, доверху набитый корневищами фижнипов, и сердито глянул на сгрудившихся вокруг соседей, приносивших редкие слова утешения.
– Так… где вы… нашли Милиека? – стонущим голосом проговорил Имним, притягивая к себе за полу длинной рубахи высокого старика с курчавой бородой.
– На берегу озера. Мы с Фуфтином отправились ловить водоросли и нашли его. Он лежал на камнях лицом вниз. Мы подумали, нелианец его своей энергией… или лучом каким, не знаю, – сдавленно ответил старик. – Жаль, что погребальный ритуал перед Праздником исполнять не положено. Придется так зарыть, без пения. Где распорядишься закопать их, Имним? В саду или возле дома?
– В саду. Где растет старый бекимус. Под корнями, – смахивая обильные слезы, выговорил Имним.
Он весь согнулся, судорожно задрожал и умолк. В мрачной тишине раздавался стук слезных капель, падавших на лед.
Кэм уткнулся лицом в руки, сложенные на панели управления. Он больше не мог это терпеть. Не мог с этим смириться. У него просто не осталось сил. И он, как прежде, не знал, что делать.
Из его глаз не текли слезы, но душа рыдала вместе с душой бывшего учителя. Кэм понимал, он обязан совершить невозможное – все изменить. Не сдаваться, а бороться до конца, до победы, в которую нужно верить. Иначе, без веры и надежды, ее не достичь.
***
Нивия и Тотил
Ранним утром Нивия пришла к Поющим Источникам. Порой она размышляла здесь о жизни, и ценные идеи легко приходили на ум. Кристально чистые воды с мелодичным плеском струились из скал и обрушивались с высоты, взбивая пену. Их нежные напевы помогали оставить суету, освободиться от постоянной нервозности. Здесь девушка на время могла забыть о том, что топлива, как бы бдительно не следила она за экономным расходованием, скоро не останется, и что праздничное угощение ждет скудное, да и само торжество не удастся отметить весело.
Вряд ли у кого из воинов, считающих себя продовольственным запасом Эйнара, возникнет желание предаваться безудержному веселью. Однако нельзя отрицать и обратное, а вдруг бойцы решат всласть повеселиться в последние отпущенные им дни.
К хозяйственным тяготам прибавились личные проблемы. Нивия открыла в себе способность любить мужчину, и теперь сгорала от ревности, наблюдая за тем, как Латлин и Шадпи вместе руководят боевыми тренировками.
Шадпи планировала выйти замуж за Ювека после Праздника. Безупречную репутацию Латлина еще никто не смел поставить под сомнение. Однако Нивии тяжело было замечать, как легко они общаются, как с полуслова понимают друг друга, и с какой осторожностью демонстрируют новые силовые упражнения. Шадпи служила в войске Полководца, с ним она пришла, и оставалась скорее в его личной команде, чем в команде Обилера.
Подержав руки под холодной струей, Нивия смочила непослушные волосы, приглаживая их. Затем присела на камень у воды, вытянула вперед руки и закрыла глаза, мысленно погрузилась в гремучую пенную купель. Почувствовала, как бодрое жгучее течение окутывает ее, невидимыми иглами пронизывает кожу.
Нивия открыла глаза и вздрогнула, увидев наяву протянутые к ней руки, сотканные из прозрачной воды с белой пеной на кончиках пальцев, в точности повторяющие контуры ее собственных рук из плоти, крови и костей.
Пребывающая в странном заторможенном состоянии, отдаленно напоминающем поиск присутствия, Нивия чуть подняла свои вытянутые руки, пошевелила пальцами. Водяные “руки” синхронно приподнялись и повторили ее жест. Удивленная девушка заметила, что на линии локтя их очертания смазывались, расплывались, перерастали вопреки закону гравитации в водяной столб, проистекающий из Алевемы.
Страх понемногу начал проходить, когда она отыскала научное объяснение свершившемуся чуду. Нивия поняла, что находится в состоянии энергетического воздействия на объект неживой природы, что невозможно для нелианцев. Не обладали ясноглазые хищники способностью управлять стихиями. Но по древним манускриптам эти способности изредка даровались мудрецам. Все те мудрецы или отшельницы были чистокровными велянами. Тогда почему уже второе чудо, связанное с необъяснимым поведением стихий, происходит именно с ней? Что предвидел старец Илмион, отметивший ее как уникальное создание знаком Союза Огня и Воды? Для чего ей ниспослан удивительный дар? Для военных подвигов? Для избавления от Эйнара? Для спасения планеты? Ее время пришло?
Нивия крепко зажмурилась и встряхнулась, сокращая поток энергии, прерывая воздействие на объект. Утратившие форму потоки воды рассыпались и обрушились в Алевему, окатив девушку брызгами. Нивия протерла залитые водой глаза и открыла их, заглядывая в реку. Струи Источников, как обычно, с шипящим журчанием вливались в ее поток, белая пена пузырилась на разбегающихся от них мелких волнах.
– Нив, ты не занята? Нужна твоя помощь. Сможешь разобрать мижсиг? Он часто ломается в самый неподходящий момент. А мне никак не удается найти в нем точку замыкания.
Подбежавший взволнованный Тотил присел рядом, показал на ладони крошечный прибор для считывания сигналов электронных плат лангебютенов.
Он принялся настойчиво уговаривать ее помочь, не позволяя вставить ни слова.
– Мижсиг скоро нам понадобится. А это – последний исправный образец. Надо срочно починить его. Мы после обеда вылетаем в Афпотед.
– Я починю. Вероятно, делпевная уллива сгорела, – предположила Нивия.
Она вложила свои пальцы в ладонь Тотила, чтобы взять прибор.
В ее мыслях вспыхнула перегорающая соединительная пластинка мижсига под звуки доброго сипловатого голоса старца Илмиона: “Да будешь отмечена ты особым знаком Союза Огня и Воды, как посвященная в тайны Премудрости, как верная служительница Добра”.
Нивия сильно разволновалась, беря кончиками пальцев мижсиг. Она почти подняла его с ладони Тотила, как вдруг крошечный прибор вспыхнул длинными оранжевыми языками пламени.
Тотил вскрикнул от боли и отдернул обожженную руку. Объятая ужасом Нивия выронила сгоревший дотла прибор. Ее пальцы остались невредимыми, будто огонь не касался их, а кожа на ладони Тотила вздулась темными волдырями.
– Прости меня! Это случайно! Я не хотела! – закричала перепуганная девушка, взяв его руку.
– Ничего страшного. К боли я привык. Ты не виновата. Это все неисправный мижсиг. Из каких отходов Латлин его слепил?! Надеюсь, он успеет сделать новый. А ты сама сильно обожглась? Дай посмотреть, – Тотил заботливо повернул ее руку и удивленно вскинул брови, увидев неповрежденную кожу. – Как тебе удалось? Я видел большое пламя. Ты не горишь в огне? Все нелианцы так могут, да?
– Нет, они так не могут. Да, нелианцы устойчивее велян к высоким температурам, но… Попробую объяснить. Это я сама сделала. Нечаянно. Мижсиг ни при чем. Я просто подумала об огне, и он вспыхнул. Сегодня со мной творится странное. Ты лучше отойди. И не трогай мои руки. Я хотела бы помочь тебе, ускорить твою регенерацию воздействием. Но боюсь, пока любая моя энергетическая активность опасна. Уходи, Тотил.
– Тебе надо успокоиться. Я не уйду. Надо сообщить Латлину. Я пока посижу здесь немного, чтобы с тобой больше ничего не случилось. Что, ты сказала, произошло?
– Вода поднималась из реки вверх, как будто ее притягивало магнитом. Водяные руки тянулись к моим рукам.
– Какие руки? – на лице Тотила выразилось недоверие.
– Потоки воды приняли форму моих рук.... Правда. Тебе трудно поверить, но все было именно так, как я говорю, – Нивия постаралась убедить его. – Таково проявление силы моей энергии. Оно другое, не как у нелианцев. Но я еще не умею управлять этой силой. Мне нужно научиться контролировать ее. А пока я не научилась, рядом со мной находиться опасно. Ты лучше иди.
– Нет, подожду немного. У меня есть время. И если Полководец перестал тебя опасаться, то и мне бояться и вовсе смысла нет.
Тотил добродушно улыбнулся.
Нивия почувствовала сильный негативный сигнал. Она обернулась и успела заметить проскочившую в тоннеле женскую фигурку. По исходящим от беглянки импульсам она определила, что это была Виала, раздосадованная и обозленная. Известно, что она могла подумать, увидев их с Тотилом сидящими рядом на берегу Алевемы, держащимися за руки и смотрящими друг другу в глаза. Всем жителям бункера и Латлину в первую очередь станет известно об их тайной любовной связи.
Как жаль, что в бункере нет установки для считывания воспоминаний. Ей не доказать невиновность. И Тотилу – тоже. Ужасное утро! Она почти возомнила себя избранной спасительницей велян, несущей всеобщее благо. Пока от новых способностей один вред!
– Ви обиделась и убежала. Она увидела нас и решила, что мы с тобой любовники, – Нивия предупредила Тотила. – Болтушка всем расскажет. Можешь не сомневаться.
– Меня это не волнует, – рассерженно отозвался Тотил. – Ви замучила меня слежками и допросами. Считаю, нам пора расстаться.
“А мне что делать? Я не хочу ссориться с Полководцем”, – растерянно подумала Нивия.
– Если ты не хочешь уходить отсюда, то я уйду, – встав, заявила она.
– Ты придаешь излишнее значение пустым сплетням. Глупо их бояться.
– Я очень долго страдала от сплетен, какими бы пустыми они ни были, и продолжаю страдать. А ты укоряешь меня в глупости только потому, что силу этого оружия пока на себе не испытал, – Нивия вышла из пещеры и остановилась на миг, чтобы добавить. – Намажь ладонь целебной мазью. Ее почти не осталось, но я разрешаю взять немного. Тебе нужно исцелиться перед сражением. И поговори с Ви. Понимаю, ты не хочешь, но прошу. Исполни мою просьбу, Тотил.
– Исполню.
Тотил промыл место ожога холодной водой и, подождав пока Нивия удалится, покинул пещеру.
***
Кэм, Виала и Латлин
Кэм направлялся к своему цыжсекру, чтобы проверить готовность встроенного нового оружия, когда в узком тоннеле на него налетела запыхавшаяся Виала.
– Предатели! Кругом предатели! – по-русски завопила она, намертво вцепившись в рукав его защитного термокостюма. – Эта дрянь! Это мерзкое существо! Да так она посмела так поступить! Какая же она гадина! Не зря ее никто не любил! А я считала ее подругой! От комплексов избавила! И вот на тебе – расплата! Ну надо же было ей именно моего парня украсть! Как будто мало других воинов. Нет! Она мне так назло сделала! Потому что она злая как нелианцы! Она ненавидит нас всех. Она ничуть не лучше Эйнара. Только у нее меньше возможностей.
– Объясни, о ком ты говоришь, – по-велянски попросил Кэм, усилием воли принуждая себя не волноваться. – Если Тотил нашел другую девушку, это не только ее, но и его вина. Я так считаю.
– Кончай косить под дурачка, Кэм. Ты понял, что я говорю о Крошке Нив. Другой такой сволочи среди нас нет. Убить ее надо было в детстве, а не премудростям учить! Лоханулся старец Илмион. Ох, как лоханулся!
– Заткнись! Мне надоело выслушивать чужеродную брань, – попытавшийся охладить ее пыл Кэм тоже закричал по-русски. – Нивия не стала бы разлучать тебя с Тотилом. Он ей не нужен. Это наглая ложь! И ты сама не лучше Эйнара, если так говоришь и желаешь смерти невиновному существу.
– Защитник предателей! Вот кто ты есть! Всегда заступаешься за врагов и никогда не поможешь другу. Ты семью дорогого учителя спасти не мог. Зря пришла к тебе за поддержкой и утешением. Ты умеешь только красиво говорить. У папочки научился. Нив тоже умеет красиво говорить. Как ее красно-рыжий зубастый папаша. У нее славненько получается манипулировать другими. Пока все, включая меня, ушами хлопали, она успела охмурить наших лучших мужиков. Чудный талант. Воздействие по максимуму. Эйнар отдыхает.
– Ви, мне, правда, некогда слушать твой бред.
– Я тебе ни слова больше не скажу, предатель. Сама разберусь с личными проблемами!
– Не смей приближаться к Нив, а тем более нападать на нее.
– Да плевать я на нее хотела. И на тебя и на всех вам подобных. Пошли вы нафиг все!
Виала со всей силы оттолкнула брата от себя и умчалась прочь, гремя жесткими подошвами защитных сапог по металлическим пластинам пола.
Кэм сильно расстроился, но ему действительно было некогда переубеждать ревнивую вспыльчивую сестру. Он спешил проверить исправность оружия перед полетом. Кэм решил предоставить сестре время на успокоение. Отложил продолжение разговора на вечер, когда Виала станет более восприимчивой к его словам.
Вооруженный Полководец Латлин спешил на стоянку цыжсекров. Проходя мимо комнаты Виалы, он услышал доносящееся из-за приоткрытой двери всхлипывание.
– Как ты можешь мне не верить! Я сама видела, что Нивия встречается с Тотилом у Поющих Источников. Он изменяет мне с тех пор, как здесь появился. А я не обращала внимания на его подозрительное равнодушие. Какая я глупая! – жалобно причитала Виала.
Совесть напомнила воину, что нельзя подслушивать чужие тайные разговоры, и все же ему не удалось преодолеть соблазн. Латлин затаился у двери. Конденсат с потолка капал ему на лоб, но воин терпел и не двигался.
– Не обижайся, Ви, – послышался звонкий голос Шадпи. – Поверить в то, что ты рассказываешь, мне трудно. Я хорошо знаю ее характер. Думаю, Нив на такое не способна.
– Все уверены, что знают ее. В реальности никто ничего о ней не знает. – возразила Виала. – Нивия ловко маскируется. Никому не под силу распознать ее истинную суть. Неважно, веришь ты мне или нет, Шадпи. Но я знаю точно, что представляет из себя это существо. Своими глазами видела, как она с Тотилом… вот так… и так. Все видела сама. Я знаю, где правда, а где ложь.
У Латлина вскружилась голова от полученных невероятных известий. На миг он потерял ориентацию в пространстве. Придерживаясь за стену, Латлин отошел от двери. Немного собравшись с духом, он зашагал прочь, выдергивая темные волоски из недавно подстриженной бороды.
Не зря он всегда чувствовал опасность, исходящую от Нивии. Не подвела интуиция мудреца. Но как жестоко он ошибся! Как низко опустился ради рыжей полунелианки! Чуть не растерял все накопленные за малое время служения в пещерном храме духовные сокровища! До чего жаль, что он оказался у нее в плену. Всерьез подумывал, будто старец Мелкенсип был прав, что он нашел ту самую мудрейшую из женщин, которую полагалось ему как Великому Мудрецу взять в жены.
Латлин считал Нивию особенной, избранной. Он безрассудно влюбился. Он допустил мысль, что полунелианка ничуть не хуже горячо любимой жены, которую убил робот Ю Сто. Другая по внешности и темпераменту, но не худшая…
Ошибся! Рыжая полукровка оказалась ничуть не лучше всех тех мнимых друзей, которые довели его до стремления обрести покой в отшельнической жизни, залечить нанесенные его душе глубокие раны. Не вышло. Война вернула его в суетной мир. И он поддался пагубному влиянию житейской суеты. Больше не повторит ошибки.
Латлин подтянул сползающий с плеча ремень чехла тижекога, нервно потеребил нос и ускорил шаг. Он свернул в коридор, ведущий к стоянке цыжсекров, откуда слышался оживленный мужской спор по поводу предстоящего сражения.
Лариса и Эйнар
Лариса удивилась, когда поутру Эйнар предложил ей слетать вместе с ним на “Марии Громовой” в Афпотед и воочию увидеть построенный инкубатор, а заодно убедиться в том, что ситуация на планете не настолько плоха, как рисовало ее воображение.
Известие Лариса восприняла с радостью, омраченной легкой тревогой. С одной стороны, у нее появился шанс вырваться из замкнутого пространства, увидеть тот далекий мир, мысли о котором так часто мучили. С другой стороны, для нее приближался час икс, когда Эйнар потребует выполнения третьего пункта их неписаного договора.
Лариса не стала медлить с ответом. Она приняла предложение, но ее растерянный вид в сочетании со сбивчивыми импульсами выдали беспокойство.
Внимательный Эйнар поспешил убедить ее в том, что не собирается использовать инкубатор как средство давления на нее.
– Ты сама должна принять решение, Лара, – нелианец продолжил тему, когда они подошли к марсианскому кораблю. – Время неподходящее для возрождения цивилизации. Нужно выждать, пока в галактике станет спокойнее.
– А разве в галактике неспокойно? – Лариса спросила с подчеркнутым изумлением. – Я думала, военные действия велись на одной планете.
– Проблема не только в военных действиях. Их в галактике нет. В целом атмосфера тревожная. Еще я вынужден ждать, пока ты не поймешь нечто важное. Думаю, ты сама вскоре сделаешь правильный вывод, – Эйнар загадочно прищурил левый глаз.
– К какому выводу я должна прийти, по твоему мнению?
– Ты должна понять, Лара, что несовместимы возрождение нашей цивилизации и сохранение популяции велян. Народ этой планеты нужно полностью уничтожить во избежание новых войн.
Лариса остолбенела.
– Истребление целого народа невозможно считать вынужденной мерой, – попыталась объяснить она. – Подобное решение ничем не оправдывается… Оно обязательно приводит к негативным последствиям для всей вселенной.
– Ты это извлекла из книг мудрецов? – Эйнар недовольно скосился на нее.
– Не только. Вспомни про историю с риасами. Возможно, тебе нравится, что наш народ считается последними выжившими хищниками риасового типа. Но я не возражала бы против знакомства с похожими на нас разумными существами. Я уверена, что такары совершили недопустимую ошибку. Нельзя было истреблять риасов… Веляне сильнее отличаются от нас, но и они разумны.
– Это я знаю. Но что конкретно их интеллект значит для тебя? Какая тебе польза от их разумности?
– Напомню тебе, что написано в галактической энциклопедии. Любая развитая цивилизация живых существ является носительницей уникальной информации. Ее культуру составляют постоянно совершенствующиеся знания. Потеря таких знаний или приостановление их развития становится невосполнимой утратой для вселенной в целом. Послушай, Эйнар. Мы никогда не узнаем, что потерял мир в результате исчезновения расы риасов, но это не значит, что мир ничего не потерял.
– Когда приходится делать выбор, то разумные существа отдают предпочтение себе подобным. Я выбираю нелианскую цивилизацию. Уничтожение враждебного народа не стану считать личной потерей, даже если на некий малый процент это и будет так.
– Ты меня не понимаешь. Выбирать не нужно. Возможно мирное сосуществование народов.
– Сосуществование? – Эйнар оскалился и фыркнул ей в лицо. – Оно никогда не было возможным. Думаю, ты верно пожаловалась Бим Бому, что не видишь реального мира. Ты его поистине не замечаешь, хоть он открыт для тебя. Ты живешь в виртуальной реальности, утешаешься иллюзиями. Знай, что я не перейду в твой мир, не стану жить по его мифическим законам. Если ты не захочешь принять будущую действительность, это останется твоей личной проблемой. Я не собираюсь делить с тобой вымышленное жизненное пространство. И так я долго ждал твоего возвращения в реальный мир. Времени у меня больше нет. Независимо от твоего мнения, я буду поступать так, как сочту нужным.
– Ты говорил, я могу доверять тебе, – Лариса возмущенно прошипела, отпрянув. – Обещал закончить войну, не уничтожать природу.
– Природа сохранится. Веляне постепенно вымрут. Тебе нужны чистые облака и свежая вкусная пища. Для получения всего названного на планете не нужна велянская раса. Пока что я вынужден мириться с их присутствием. Но если возникнет необходимость, то смогу обойтись и без них…. Лара, похоже, ты забыла, что я повелитель Велы, почувствовала себя владычицей моих охотничьих угодий.
– Я могу покинуть твои владения. Или нет? Не верю, что выпустишь. Не понимаю, зачем ты лгал, что я не твоя рабыня, не твоя пленница.
– Лара, если бы ты хоть немного понимала, что значит быть рабыней, то не говорила бы так. Не хочешь лететь со мной – оставайся во дворце. Забейся в узкий иллюзорный мирок. Я могу вытащить тебя из виртуального мирка в любое время против твоей воли. Но предпочту немного подождать свободного решения. Дам время проанализировать развитие ситуации, и ты поймешь, что у нас нет выбора. Либо наша цивилизация заселит планету, либо веляне останутся господствующей расой. Нелианцы всегда действуют по обстоятельствам. Ты их пока не видишь. Время все изменит.
Эйнар преградил ей путь к трапу и заглянул в глаза, ожидая ответа.
– Я полечу, – сердито произнесла Лариса. – Мне интересно узнать, что происходит на планете. Тебе, как я убедилась, доверять нельзя.
Эйнар промолчал, опустил голову. Испорченное настроение прогнало его желание продолжить разговор. Взойдя первым на борт космического корабля, он обернулся и ждал, пока избранница поднимется, не подав ей руки.
Лариса вошла в кабину. Осмотревшись, она увидела похожую на призрак виртуальную проекцию “Марии”. К непростой встрече девушка постаралась морально подготовиться заранее, чтобы ни единым подозрительным импульсом не выдать своей человеческой природы.
Страх пронзил ее с головы до ног при виде будто воскресшей матери, неподвижно стоящей напротив иллюминатора, одетой в любимую серую блузку и темно-синюю длинную юбку.
– Не бойся. Программа управления кораблем полностью исправна, – неожиданно проявил заботу Эйнар, прикоснувшись к ее спине. – Ты можешь подойти ближе, – затем он по-русски обратился к виртуальному призраку. – Мария, познакомься с Ларой. Включи ее в состав экипажа, но без права управления тобой. Отвези нас в Афпотед, к инкубатору.
“Без права управления… Не доверяет, чего и следовало ожидать”, – мысленно вознегодовала Лариса и приняла растерянный вид, как будто не поняла ни слова из русской речи.
– Мне трудно снова находиться на корабле и вспоминать, – частично приоткрыла она душу, – думать о крушении “Илиды”.
– Не вспоминай. Отвлекись, – посоветовал Эйнар.
Приказав проекции “Марии” скрыться, он подошел сзади к остановившейся перед иллюминатором Ларисе и положил руки ей на плечи.
– Мне не нужны новые ссоры. Я просто хочу, чтобы ты меня поняла.
– Я постараюсь понять, – бесчувственно пообещала Лариса.
Корабль медленно поднялся в воздух по ровной вертикали, а затем резко рванул вверх. Перед взором Ларисы блеклой серой волной промчалось хмурое туманное небо с ватными хлопьями туч и отворились другие небеса. Бесконечная космическая громада, кажущаяся вязким черным желе, из которого всплывали белые крошки дальних миров и кругами нарезанные фруктовые дольки ближайших планет: апельсинового Мокрокуса, яблочной Деллеиды, персиковой Фытеделы, сливового Тэситокла и лимонной Ралфикмы.
Эйнар попросил “Марию” лететь на минимальной скорости, чтобы его подруга могла полюбоваться космическим пейзажем. Он еще ближе придвинулся к Ларисе и опустил подбородок ей на затылок.
– Успокоилась? – спросил он, переместив руки с ее плеч на живот.
– Да. Немного, – с улыбкой ответила Лариса, прижав сильные жесткие пальцы его рук своими тонкими пальцами.
Лариса приподняла голову, и их лица соприкоснулись кожей. Странно, но вместо негативных чувств погружение в космическую пучину вызвало в ней трепетное приятное волнение, а скольжение шелковой кожи нелианца по ее лбу потянуло в еще большую глубину, и спуск этот был длиннее вселенской бескрайности. Она тонула в нем, чувствуя губительную силу погружения в бездну, и не могла устремиться наверх, вернуться к привычному отторжению, к худшему мраку отчаяния и обиды, с которым ей следовало быть неразлучной по логике и совести. В космическом лабиринте потерялась логическая нить, исчезли границы горизонта. Привычный мир вывернулся наизнанку, и все, прежде надежно сокрытые, самые тайные и темные мысли и желания, поползли наружу. Им еще можно было оказать сопротивление. Только нужно ли?
– Покажи мне города. Жизнь, текущую в них, – попросила Лариса, нежно пожимая пальцы Эйнара.
Нелианец передал “Марии” новые координаты. Корабль, слегка наклонившись вперед, стремительно снизился на высоту птичьего полета и на умеренной скорости поплыл под навесом темно-синих туч. Внизу на зеленом полотне цвета морской капусты россыпью раскинулись серо-коричневые города.
“Мария” спустилась еще ниже, и Лариса смогла различить на улицах живые точки прохожих, насекомыми они сновали между спичечных коробков маленьких домиков и пеналов небоскребов. Несмотря на покрывающую города странную грязь, казалось, что жизнь спокойно протекает в них: не полыхали огни пожаров, не вздымались клубы взрывов, не бродили по улицам тяжелые боевые роботы, не разрезали прозрачный утренний туман юркие лангебютены, да и существенных разрушений построек не было заметно, разве что изредка на пустырях виднелись обугленные остовы заводов или складов.
Лариса подумала, что Эйнар сказал ей правду. Веляне заняты восстановлением городской инфраструктуры. А если так, у нее осталась только одна цель для достижения всеобщей гармонии – убедить захватчика сохранить их процветающую цивилизацию. Лариса надеялась, что у нее все получится.
– Мы прибываем на место, – торжественно сообщил Эйнар. Раскрыв жесткие объятия, он шагнул назад от избранницы. – “Мария”, спускайся к кургану.
Полет показался Ларисе коротким. Да уж, “летающая тарелка”, пусть и малость чокнутая – роскошное транспортное средство. О таком земным обывателям остается мечтать. Прокатиться на ней намного комфортнее, чем париться в забитой пассажирами маршрутке или дышать выхлопами в личном авто. Круто иметь такого бойфренда, как Эйнар. Будь у него помягче характер и не настолько дикие повадки, то и вовсе не было бы ему цены.
***
Кэм и Латлин
После внезапного появления марсианского боевого корабля над курганом повстанцам пришлось отменить запланированное наступление. Бойцы оставались внутри переведенных в режим невидимости цыжсекров, расположенных полукругом на вершине покрытого густым лесом холма, и ждали команды Кэма. Лидеру отряда предстояло принять решение: отступать и возвращаться в бункер или переждать, пока “Мария” улетит.