Mine üle audioraamatule
Арьен же благополучно добрался до укрытия и спрятался за спины девушек, что прижались друг к другу недалеко от машины.
Кевин смотрел на свою кровь. Его мысли стали покрываться пеленой. Писк в ушах наступил немедленно, и он пробормотал что-то невнятное себе под нос. Голова стала ходить кругами, а сознание начало благополучно покидать его. Кевин, проскулив о помощи, упал в обморок.
Томас боковым зрением увидел скатившегося по машине Кевина. Его мозг моментально нарисовал ужасную картину, как шальная пуля пролетела через его тело. Но это осталось лишь в пределах его головы. Пульс Кевина показался офицеру стабильным. Он, отбросив его руку, облокотил уроженца из Буффало вновь на машину.
Эдвин перевел дыхание и попросил новую обойму у еще не отошедшего от Кевина офицера полиции. Томас вынул из пояса магазин и протянул брюнету. Писатель дрожащей рукой ухватил железную обойму и вставил в пистолет. Его мысли сбились в кашу. Мужчина трясся и вспоминал мгновения до того, как он заехал в неизвестный город. От мысленного потока писателя отвлек шатен. Митчелл лежал на снегу, как раненый зверь, и смотрел на Эда.
– Джамал! – Эдвин рукой похлопал святого отца. – Держи пистолет. Я за Митчем.
– Давай, – преподобный принял у писателя оружие. – Побежишь, когда начну стрелять. Хорошо?
– Хорошо!
Эд застыл в ожидании. Он смотрел на Митчелла и ждал, когда его друзья откроют огонь. Секунды тянулись подобно резине. А как только наступил момент, все заиграло иначе. Мужчина дернулся с места и уже на половине пути жалел о том, что стал добровольцем. Ноги хотели унести за девять земель отсюда, а мозг будто бы отключался от реальности.
– Вставай! – Эдвин подхватил шатена и быстро начал увеличивать расстояние от возможного прострела. Кровь кипела бурным темпом. Мужчина держал под руку Митчелла и бежал за машину.
– Блядь! – снова и снова повторял Митч. Звуки выстрела и ранение не давали и на минуту прийти в себя. Шатен находился словно в прострации. Он покорно перебирал ногами туда, куда вел его писатель.
– Давай, ты же можешь идти! – Эдвин посадил на снег раненого шатена и сел рядом с ним. Оглядываясь вокруг, писателю пришла в голову идея. – Там вход в дом, беги туда. Мы за тобой!
Эд заметил взгляды Майи и Кейт, притормозил Митчелла рукой, а затем подозвал девушек к себе. Следом за сестрами побежал и Арьен.
Каждый шаг Майи и Кейт сопровождался тревогой. Сердце словно желало покинуть пределы их грудной клетки. Писатель смотрел на них и молился. Отправлял мольбы всем богам и дьяволам. И просил он только одного. Чтобы сестры добрались в целости и без единой царапины.
Томас и Джамал понимали, что их товарищи отступают. Они грамотно распределили огонь на подавление. Пока стреляет один, другой перезаряжает. Мужчины не давали и высунуться неизвестным, хоть и пускали пули будто бы в молоко.
Глаза Эдвина закрылись с облегчением, как только сестры успешно добрались до него. Растерянное лицо Майи и заплаканное у Кейт наполнили писателя злобой и агрессией. Эд гневался на город, он ненавидел каждый его дюйм, каждое здание. Писатель на миг отправил проклятья к самим вратам рая.
– Вон вход! Идите туда! Сейчас! – приказным тоном сказал Эдвин и гуськом направился к Томасу и Джамалу.
Растерянный Арьен немедля побежал первым. Он не удосужился чести повернуться назад. Ему словно было наплевать на души иных людей. Инстинкт в его голове переживал лишь за хозяина.
Митчелл и девушки немного промешкались и побежали следом за Французом. Скрытые во мраке города, они подобрались к входу в жилой пятиэтажный дом. Майя завела Кейт внутрь и высунулась обратно. На пороге в многоквартирный комплекс стоял Митчелл. Он глазами поедал друзей и ждал, когда они подойдут.
– Надо уходить! Джамал, сможешь взять Кевина? Мы прикроем, – сказал Эдвин.
– Держи оружие! Стреляй сразу после Томаса! Не дай им высунуться! – Джамал вручил писателю пистолет. Святой отец закинул на плечо Кевина и затаился. Как только Эдвин сменил Томаса в огне, Джамал побежал.
Эд опустошил очередной магазин пистолета и залез обратно в укрытие. На земле он увидел две полные обоймы. Офицер полиции положил их туда для удобства перезарядки. Дрожащей рукой писатель перекинул магазины и приготовился.
– Брось пистолет на землю, – голос Томаса звучал настолько тихо среди шума выстрелов, что расслышать его оказалось сложно.
– Я с дробовиком не справлюсь! – Эдвин смотрел на то, с какой силой приклад отбивает плечо офицера. – Мне и с пистолетом нормально.
– Ты не будешь стрелять, – Томас укладывал дроби в укрытие, где затаились мужчины. Он огнем не давал местным и шанса вылезти. – Мы будем бежать. Я устрою прикрытие.
– Хорошо, – Эдвин положил пистолет на землю, а сам собрал обоймы и засунул себе в карман. – Я забрал магазины, если что.
Томас ответил кивком головы.
Офицер отсчитывал каждый выстрел из дробовика. Как только последний патрон встал в дуло, Томас снял фуражку. Он положил ее на капот автомобиля лицевой стороной к неприятелям. Прозвенел последний выстрел, и офицер отдал ружье писателю. Блондин не успел схватить пистолет с земли, как его фуражка моментально слетела.
– Бежим! – сказал Томас.
Двое мужчин сорвались с места. Они, пригнувшись, рвали когти прочь зигзагом. Пуля одна за другой разрывали ночной мрак и свистели рядом с ушами. План Томаса слегка нарушился. Он не имел возможности хотя бы на секунду задержаться. Про ориентировочные выстрелы на подавление огня и вовсе не стоит говорить.
На входе их встречал Джамал. Он сидел на одном колене и через прицел ружья контролировал отступление своих друзей. Океан эмоций и бури гнева он успокаивал молитвами. Святой отец взывал к богу. Падре просил его прекратить кошмар либо дать ему силы преодолеть его собственноручно.
– Все живы? – спросил Томас на подходе к священнику.
Джамал проигнорировал вопрос молодого офицера из Детйрота и рукой изображал жест “быстрее”. Звуки выстрелов прекратилась, как только мужчины переступили порог дома. Для священника это показалось подобием дурного знака. Его мышцы напряглись, а руки крепче сжали оружие. Падре внимательным взором прошелся по округе. На земле святой отец заметил след крови, что вел к ним в дом. Тонкую, но яркую и красную линию из капель сложно было не заметить в светлом дворе.
– Живо все наверх! – громко сказал Джамал, а после захлопнул за собой дверь.
На лестничной площадке глазам Томаса и Эдвина предстала картина подобия побоища. Следы растаявшего снега вперемежку с кровью окрасили лестницу в красно-белые цвета. Кевин уже пришел в себя и с трудом находился в сознании. Мужчина запрокинул голову вверх и что-то бубнил себе под нос. Он даже не пытался прижать себе раны. Кровь хлестала пестрыми красками из руки и его ноги, продолжая окрашивать все вокруг.
Кейт с дрожью в теле стояла за спиной Майи. Девушка будто бы находилась в шоке от зрелища подобного римскому коллизию. Она двумя руками вцепилась в куртку сестры. В закрытых глазах бежали мольбы. Желания проснуться в кровати и навсегда забыть про кошмар всплывали одно за другим.
На фоне сестры Майя смотрелась не лучше. В теле не ощущалась дрожи. Лишь подавленность и небольшой выпад из реальности. Глаза Майи прекрасно показывали окружающим состояние. Эдвину хватило нескольких секунд переглядов, дабы понять, что девушке нехорошо. Мужчина выдавил легкую улыбку и попытался хоть как-то ее приободрить. Однако взгляд Майи был направлен куда-то сквозь. Она не видела либо не хотела сейчас видеть окружение.
– «Это реальность? Все выглядит как какое-то кино! Это не может происходить со мной, это все нереально», – где-то внутри себя Майя хотела видеть свои мысли правдой.
– Нам надо двигаться дальше! Они идут по нашему следу, – громко сказал Джамал, помогая подняться абстрагирующемуся французу.
Без особых сопротивлений и дискуссий святой отец первым пошел на второй этаж и повел за собой остальных. Разделенные тревогой, они осознавали, что вооружение люди идут по их следу. Словно бегущие от смерти, гости быстро взобрались по лестнице на этаж выше. Ведущий указал на дверь, а затем посмотрел на офицера.
– Томас, Эдвин, встаньте к перилам, дождитесь, когда они появятся! – произнес шепотом святой отец. Высокий католик подошел к двери и с нескольких ударов выбил ее с замка. – Остальные за мной!
Святой отец завел всех, кроме сторожевых мужчин, в квартиру. Следом он решил помочь своим друзьям и встал на подстраховке в проеме. Теперь Томас и Эдвин чувствовали рядом с собой опору в виде бывалого католика. Расположение засады казалось колоссальным. Они находились на площадке и целились строго между перил. Увидеть засевших в укрытии мужчин можно только, если подниматься наверх спиной.
Через несколько секунд снизу донеслись громкие и ощутимые шаги. Трое неизвестных мужчин не прошли мимо кровавой полосы. Они переглянулись друг с другом и направились по ней. И как только затылки местных показались в прицеле, Эд и Том спустили курки. Смерть в секунды забрала на свой пир три души и исчезла без следа. А вот мертвецы решили на прощание устроить красочную вечеринку. Их мозги разлетелись по всей площадке и отпечатали стены и ступеньки красным цветом.
Эдвин моментально отвернул взгляд от кровавого месива. Писатель прикрыл глаза и рот рукавом. Рвотные позывы с трудом удалось преодолеть. Томас, напротив, уверенно держал под контролем лестничное пространство. Кровь и остатки головы вовсе не смущали молодого парня из Детройта.
– Вроде чисто. Томас, прикрой, я осмотрю их, – Джамал держал на мушке трех мертвецов. – Эдвин, можешь идти в дом.
Преподобный медленно спустился к трупам. Его окутывали тонны эмоций. Краски, что вновь играли в его глазах, будто бы вышли из его мрака. Словно где-то там он прятал их вместе со своими демонами. Мужчина аккуратно приподнял голову одного из нападавших и осмотрел его. Пистолетная пуля не сильно подпортила физиономию таинственного жителя. Его лицо будто бы сгнило еще до смерти. Полное отсутствие одной щеки и двух глаз было признаком того, что сейчас он умер фактически во второй раз. Немного подумав, святой отец перевернул его лицом вверх, а затем прошелся по карманам. Обыск дал свои плоды. Джамал нащупал портмоне. Мужчина аккуратно вынул его из потертой куртки мертвеца. Внимательным взглядом мужчина изучил содержимое кожаного кошелька. В нем были несколько сотен долларов, фотография женщины и права. Водительское удостоверение крайне удивило священника. Оно было выдано аж в 1930 году на имя Макси Раудера.
– Это люди, ну, были людьми, по крайней мере, – святой отец выкинул кошелек в сторону.
Следом Джамал решил обыскать каждого тщательнее. Но делал он это нехотя, будто бы чувствовал вину перед кем-то выше за столь неприятный поступок. Взамен святой отец отмывал свою душу прощением и молитвами, адресованными семьям погибших.
В процессе поиска Джамал обнаружил несколько магазинов на кольт 1911 года и пару обойм на карабин. Каждый из них был вооружен оружием под калибр пуль.
– Думаю, стволы им больше не понадобятся, – священник оставил разряженное двуствольное ружье рядом с трупами.
В руки он взял карабин времен Второй мировой войны и творение Самюэля Кольта. Мужчины закончили с лестницей и зашли в квартиру. На пороге их встретила Майя. Она держала за собой дрожащую Кейт. Старшая сестра пыталась сохранить некое хладнокровие в этой ситуации, видя, как младшая дрожит в ожидании чего-то ужасного. Русая девушка словно готова быть примером для своей сестры в любую секунду. Майя осознавала, что с каждой минутой блондинка удалялась все дальше от своей орбиты.
– Там Митчеллу и Кевину требуются помощь, – Майя указала пальцем в сторону дальней комнаты. Девушка, глядя на лица зашедших, не решилась спросить о том, что произошло в подъезде. Ее мозг и сам справился с ответом на этот вопрос. – Они в той комнатенке.
– Я их подлатаю. Ты сможешь постоять на стороже? – святой отец посмотрел на Томаса. Джамал увидел от него кивок и перевел взгляд на Эдвина. – А ты как?
– Справлюсь, – Эдвин рукой прошелся по воздуху. В его груди по-прежнему осталось ощущение жжения. Картина с лестницы стала загружать разум писателя и у него вновь возникли рвотные позывы. Вопреки своему самочувствию, Эд все же хотел быть полезным для дела. – Главное – не смотреть на лестницу.
– Ты справишься! – Джамал положил руку на плечо Эдвина. – Кроме вас, сейчас некому больше. Возможно, тех было больше, чем трое. Будьте бдительны.
Офицер полиции вместе с писателем под музыку тишины отправились на лестничную площадку. Сестры же повели святого отца за собой к остальным.
– Я проверю комнаты, вы идите, – Джамал открыл ближайшую дверь, что находилась с левой стороны коридора.
– Хорошо, – еле слышно произнесла русая девушка и с сестрой неспешным шагом направилась дальше.
Джамал переступил через порог комнаты и увидел за ним небольшую кухню. Стол, стоящий в центре, был утыкан четырьмя стульями по кругу. На серой скатерти находился комплект белой посуды практически готовый к подаче еды. Напрягшись от увиденного, Джамал посмотрел направо. Угловая кухонная столешница с различными приборами и высокий холодильник с заметками на финском языке создавали ощущение, что в квартире явно кто-то живет. Джамал решил не зацикливаться на пустой кухне и направился в другие комнаты. Священник прошел наискось в сторону следующей двери. Аккуратно он толкнул ее от себя и перед ним открылась ванная комната. Слуга господа быстро сообразил, что в шкафчике могут лежат нужные для раненых вещи. Его чутье не подвело. За одной из дверец туалетных тумб падре нашел бинты и обезболивающие.
Следующая комната по виду напоминала детскую. Розовые обои и одноместная маленькая кроватка пропитались девчачьим духом. Кого-либо в ней не было. Квартира, наполненная живой атмосферой, стояла мертвой. Словно все люди в одночасье решили в спешке покинуть дома. Они оставили вещи, еду и медикаменты. Джамал захлопнул дверь детской комнаты и направился туда, где его ждут раненые товарищи. Он, пройдя в комнату, ненароком сначала осмотрелся.
На кровати, что стояла у стены напротив, сидели сильно ослабевшие сестры. Арьен, сжавшийся в комок, находился на другой стороне кровати. Мужчина оперся на спинку и дрожал. Его лицо было закрыто поджавшимися коленями, что охватывали его руки. Около распростертого настежь окна стоял Митчелл, а рядом с ним на кресле расположился Кевин. Мужчина завел руку за спину подальше от себя. Его бросало в пот и обморок от взгляда на собственную кровь.
– Вы перед вратами рая тоже покурите напоследок? – Йософ постарался разрядить обстановку.
Басовый голос священника быстро вырвал Митчелла из прострации. От неожиданности шатен дернулся и чуть не выронил сигарету из трясущихся рук.
– Я дважды за десять минут прощался с жизнью! – шатен повернулся в сторону Джамала и нервно выдохнул дым. Жгущая дыра в руке не давала ему спокойно произнести и слова. Каждый звук давался Митчеллу словно через силу. – Дай нормально покурить!
– Да кури, сколько захочешь, я латать вас пришел, – католик продемонстрировал бинты в доказательство своих слов.
Лицо испуганных и раненых мужчин заиграло новыми красками. Серый и мрачный тон сменился более светлым и приятным. Митчелл моментально закончил с курением и подошел к Джамалу. Он будто бы игнорировал истекающего кровью жителя Буффало.
– Давай лучше с Кевина начнем, – священник остановил напор целеустремленного Митчелла. Джамал, увидев на лице Митчелла недовольную гримасу, улыбнулся.
– Ладно, – Митч согласился со святым отцом словно из-под палки. Он удалялся из комнаты и бурчал что-то себе под нос.
Побледневший Кевин докурил сигарету и начал снимать верхнюю одежду. По телосложению стало ясно, что мужчина далеко не атлет, но при возможности сможет и убежать. Кардиган и рубашка упали на кровать, а сам Кевин решил поудобнее расположиться в кресле. Мужчина отвернул голову к открытому окну и старался дышать как можно глубже.
– Ты крови боишься, как я понял, тогда не смотри сюда вообще, – Джамал воротил рукой Кевина. Он осматривал рану вдоль и поперек.
Пуля прошла навылет, в основном задев жировую прослойку и немного мышечной ткани. Кость была целой, что знатно облегчило задачу священнику.
Джамал аккуратно положил руку Кевина на подлокотник. В голове он прокручивал последовательность нужных действий. Первым же стал поход к шкафу. Гардероб, что стоял напротив, содержал в себе необходимые для священника ткани. Джамал, раскрыв двери, принялся тщательно шерстить шкаф. Из него мужчина достал пару мужских классических рубашек и порвал их на тряпки. Затем преподобный взглянул на практически вдавившегося в спинку кровати Арьена. Преподобному пришла в голову необычная идея. Он вынул еще несколько вещей на глаз и кинул их на кровать рядом с Арьеном. Вещи явно удивили француза. Голый провансалец недоумевал. Джамал, в свою очередь, указал ему, что нужно их надеть.
– «Je me demande, y a-t-il quelque chose de plus chaud?11 – с задумчивым лицом француз смотрел на лежащие рядом вещи, а уже через мгновение оказался у шкафа. Арьен внимательно осмотрел вещи, что там находились. Его глазу приглянулись плотные синтепоновые штаны серого цвета и теплый белый свитер в синюю полоску. Je pense qu’avec une chemise ce sera assez chaud, si encore on trouve des chaussettes et des chaussures.».12
Переодевшись в новенькое, француз оглядел себя. Одежда превышала его в полтора раза. Хмыкая, Арьен держал одной рукой штаны. Ему явно не хватало ремня. Найти его он решил в иных отсеках гардероба. Помимо черного пояса, мужчина нашел зимнюю куртку голубого цвета и носки. Мигом напялив все на себя, Арьен получил немыслимое удовольствие. Его лицо пропиталось улыбкой от согревания, что дарили ему теплые вещи. Экстаз продлился недолго. Он чувствовал, как по ногам бежит холод. Ему осталось закончить с последним вопросом для себя. С улыбкой на лице Арьен решил выбежать в коридор за обувью. Однако его остановил священник с очень серьезным лицом.
– Митч, не затруднит ли тебя поискать спирт и присмотреть за Арьеном? – произнес Джамал. Он глазами бегал между взглядом Арьена и шатена.
– Няня с оружием, – Митч помотал головой. – Хорошо. Почему бы и нет.
– Стой, – Джамал остановил проходившего рядом Митчелла. Мужчина прокрутил на пальце пистолет и протянул его шатену. – Возьми на всякий случай.
Митчелл аккуратно взял оружие левой рукой. С любознательным взглядом шатен внимательно стал изучать оружие. Серый пистолет, покрытый ржавчиной, заставил сердце Митчелла сжиматься быстрее.
– Он не на предохранителе, держи его вниз. Увидишь незваных гостей – стреляй! Замешкаешься – труп.
Митчелл через силу сглотнул слюну. Он махнул головой Арьену, и они вместе вышли из комнаты. В коридоре вооруженный мужчина внимательно осмотрелся.
– Я на кухню, а ты куда Наполеон? Покажи пальцем! – сказал Митчелл.
Арьен помахал головой верх и вниз. Он будто бы понял, что от него хочет шатен. Француз показал пальцем в сторону шкафчика, что стоял у входной двери. Митчелл заметил обувь и полностью перевел замысел иностранца.
Шатен, вооруженный пистолетом, первым прошел вперед. Мужчина подошел к кухонному проему и боковым зрением в щели выбитой двери заметил два силуэта. Сердце словно остановилось. Митч резко перевел взгляд и прицел в сторону очертаний. За дверью стояли друзья. Томас и Эдвин следили за проходами. От их вида шатен выдохнул с облегчением. Его сердце вернулось из пяток, а пульс стал нормальным.
Митч вернулся к делу. Он переступил порог кухни и прямо там же и застыл. Мужчина для начала решил осмотреть комнату. Холодильник долго искать не пришлось. Обнаружив его глазами, Митчелл уверенно пошагал к нему. Он оставил позади себя француза наедине с обувью.
На желтом как спред холодильнике Митч увидел заметку. Кусок бумаги был прикреплен магнитом из города Хельсинки. Митчелл скорчил непонимающее лицо и попытался прочитать надпись. “Osta Ranille Uusi paita! Suutelen Sinua, Anna”13 несколько раз сломала язык Митчеллу. Из всего он понял лишь имя и решил плюнуть на это дело. Из холодильника он вынул остатки водки марки “Концеронова” и бутылку пива “Карл”. Холодную банку шатен засунул себе во внутренний карман пиджака. А водку ухватил рукой, в которой держал пистолет. Вооруженный спиртом мужчина, покидая комнату, увидел взгляд ожидающего его Арьена. Француз стоял на пороге явно готовый встретить зимнюю пору. Ему хватило времени, чтобы найти подходящую зимнюю обувь. Черные замшевые ботинки на шнуровке сильно выделялись на фоне остальной одежды Арьена.
– Пиво или водка? – спросил Митчелл, как только порог комнаты для гостей остался за спиной.
– Пиво можешь оставить себе в качестве оплаты, – Джамал взял бутылку водки у Митчелла из рук.
Митчелл ухмыльнулся от шутки святого отца. Шатен положил пистолет на кровать рядом, а из кармана вынул бутылку пива. Легким нажатием он вскрыл крышку с обжигающим сознание пшиком. Холодная жидкость словно наполнила его свежестью. Мужчина сделал пару глотков, а затем решил предложить остальным.
– Нет, спасибо. Я уже была сегодня на вечеринке, – улыбнулась Майя и принялась что-то искать в тумбе, что стояла рядом с кроватью.
Она обыскивала каждый уголок ящиков тумбочки. Но каждый раз Майю ждал провал. Целью ее поисков были зарядка или телефон, но ничего, кроме фотоальбомов и иных личных вещей, она не находила.
– Что на тебя нашло? – спросил недоумевающий Митчелл, разглядывая действия девушки.
– Здесь же должен быть долбанный телефон, хоть кто-то пользуется в этом городе чертовым мобильником! – потерла лоб Майя и нервно сделала пару кругов вокруг себя.
Святой отец, слушая диалог девушки и шатена, подавался удивлению. Ведь и правда за время пребывания в таинственном городе они не встретили ни одного мобильного телефона. Словно весь мегаполис застыл во времени еще до появления смартфонов. Техника в этом городе выглядела сильно устаревшей для прибывших в него гостей. Интерьеры домов, бытовая утварь и многое другое указывало на то, что здесь все будто бы вышло из их детства. С подобными мыслями наперевес Джамал продолжал латать Кевина.
– Я думаю, телефон нам вряд ли поможет, – пессимистично произнес Митч и стал глушить горящую боль от дырки в бутылке пива.
Мрачная атмосфера, повисшая в комнате, пропитала каждую щель помещения и отправилась дальше. Она выедала коридор быстрее, чем термиты пожирают деревья. Следующей жертвой мрака стала площадка. На ней молча стояли мужчины и потерянным взглядом осматривались вокруг себя.
Писатель за это время все никак не осмелился посмотреть на лестницу, где лежали убитые. Он будто бы не обращал внимания на них. Брюнет нервно ходил из стороны в сторону. Бесцельно слоняясь как зомби, обеспокоенный писатель услышал шум, что донесся с третьего этажа.
– Ты слышал это? – писатель бросил свои занятия по ходьбе и уставился на Томаса.
Офицер полиции кивнул и тихо подошел к Эду поближе.
– Я думаю нам не стоит проверять, что там. Идем к нашим. Будь, если что, наготове, – прошептал офицер полиции.
Писатель понял замысел офицера и последовал за ним в квартиру. Сейчас разделяться надвое было бы глупейшей затеей. Эд проверил количество пуль в обойме и это придало ему легкий заряд бодрости. Тринадцать железных красавиц, отлитых из свинца, были готовы разорвать тела тех, кто покусился бы на его жизнь.
– У меня полный, а у тебя? – нацелился на дверь Эдвин.
– Четыре патрона, – с недовольным лицом офицер Томас удерживал дробовик на ту же цель, что и писатель. – У тебя еще запаска есть. Ты, надеюсь, не ставил сейчас на предохранитель. Нет же?
– Нет, – сухо ответил Эдвин.
Шум, что шел с этажа выше, заставил Майю выйти из комнаты. Нечто похожее на удар баскетбольного мяча выбивало далеко за края осязаемого ее и так пострадавшую душу. В коридоре она увидела двух напряженных мужчин. Они стояли подобно церберу у выхода из царства Аида. Русая девушка не стала их тревожить лишними вопросами и вернулась.
– Это не наши, святой отец. Вы можете поторопиться? – с еле живым голосом произнесла Майя. Ее охватила некая паника от непрекращающегося шума из квартиры, которая находилась над ними.
– Минутку! – бинтовал простреленную руку Митчелла.
С каждой секундой удары усиливались, что сказывалось и на присутствующих в комнате. Кейт очень быстро встала с кровати и, как озябший котенок, прижалась к сестре. Закрыв глаза, она стала молить о том, чтобы все прекратилось. Шум становился все отчетливее, один мяч уже превратился в целую команду набивающих баскетболистов.
Удар, за ним еще. Офицер смотрел через прицел на дверь. В горло закрадывался ком. А через мгновение примкнули и друзья. Тошнота и легкое головокружение настигли Томаса врасплох. Молодой офицер не выдержал и решил поторопить и так уже задержавшихся людей. Не успел он пройти в проем, как столкнулся с Майей чуть ли не лбом.
– Идем! – взволнованно произнесла русая журналистка. На ней не было лица. Лишь его пародия с маской тревоги.
Томас развернулся и показал на выход, обратившему внимание на голос Майи, писателю. Нечто издающее шум, будто бы знало, что гости покидают убежище и параллельно начало движение. Эпицентр ударов смещался пропорционально шагу людей. Теперь он приходился где-то около выхода.
Эдвин сжал рукоятку пистолета крепче и вылетел из двери. Сначала он проверил нижний этаж, а затем резко перевел прицел наверх. Напряженный брюнет встал напротив прохода и начал ждать, когда оно спустится. Все для него застыло. Появилось лишь желание поскорее закончить кошмар. В голове Эдвин отсчитывал секунды для собственного успокоения. Через мгновение в периферии он заметил, как Томас и Джамал выводят всех из квартиры. Волосы на руках решили встать колом, а кожа превратиться в гусиную. Как только последний человек скрылся за лестницей, Эдвин немедленно ринулся за ними. Его сердце стучало, а кровь словно жарилась под несколькими солнцами.
Первыми спускались Томас и Митчелл. На пути к выходу из дома они услышали, как в дверь подъезда кто-то стучит. Они немедленно остановились в паре метров от выхода. Нечто забарабанило в железные врата комплекса сильнее. Ощутимые удары в железную конструкцию обязали их поднять оружие перед собой. Но одной стороны, казалось, мало. Нечто, что стучало наверху стало спускаться.
– Вперед! Что встали? – писатель не слышал ударов в дверь. Его донимало лишь то, что шло по его следу.
Ответ на вопрос достиг ушей Эдвина практически в этот же момент. Писатель моментально обвел пистолетом дверь, а затем вновь взглянул на лестницу. Словно некто играл с ними. Окруженные с двух сторон очутились в ловушке.
– Нам конец! – Кевин закрыл глаза. Запах крови и вовсе добивал мужчину. – Дерьмище то какое! Нам конец.
Удары, что шли с двух сторон в хаотичном порядке, заставляли людей оцепенеть. Они были непохожи на людские. Это отнюдь не те безумцы с оружием играли. Каждый чувствовал это. Они будто в глубине души знали, что там стоит зло во всем своем проявлении. Девушки метали глазами то на двери, то на лестницу. Они ждали, что с минуты на минуту к ним ворвется некто и заберет жизни.
– «Давай высунься, ублюдок», – произнес про себя Эдвин и перебрал пальцы на рукоятке. Дрожи в руках не было, писатель был полностью сосредоточен и готов к бою.
Джамал решил действовать. Он вскинул предохранитель и несколько раз спустил курок. Одна за другой пули пробивали дверь и превращали ее в решето. Кейт оглушило, и девушка приготовилась к худшему. Она закрыла глаза и вновь про себя стала твердить о снах и кошмарах. Звон в ушах не позволял ей услышать, что происходит вокруг нее. Гильзы вылетали из карабина и врезались в людей, что стояли рядом. Горячие как уголь остатки пуль попали в голову Кейт, отчего у девушки по телу прошли мурашки. Резко младшая вскрикнула. На секунду ей показалось, что пришел ее час. Но как только она открыла глаза, убедилась, что жива и сильнее прижалась к сестре.
Митчелл и Томас и вовсе припали к стенкам, как только святой отец спустил курок. Но в отличие от офицера из Детройта Эдвин потерял бдительность. В его ушах звенело. И мужчина пропустил, как идущий к ним шум с лестницы не нагрянул. Он исчез так же внезапно, как и появился.
– Хватит палить! – выкрикнул Томас громче, чем ревущий от выстрелов карабин.
Святой отец незамедлительно послушал офицера полиции и опустил оружие вниз, предварительно поставив на предохранитель.
Томас недоумевал от этой ситуации и первым решил пойти на разведку. Он через цепи и лед, что сковывали его ноги и душу, подошел к двери. Аккуратно дробовиком мужчина толкнул дверь от себя. За порогом никаких признаков жизни не оказалось, по следам было также невозможно определить стоял ли кто-то здесь, или же это всего лишь игры разума. Страж порядка языком прошелся по губам и окрикнул своих друзей.
Компания моментально выбежала из дома. Посреди холода они чуть ли не хором попросили Эдвина свериться с картой. Писатель вынул из кармана брюк аккуратно сложенный лист и развернул его. Он смотрел на карту, но не видел ее. Его взгляд был направлен сквозь. Мужчина все еще находился в подъезде и вспоминал мертвецов, шум и выстрелы, что звучали в ушах до сих пор. С трудом Эдвин закрыл мрак в голове пеленой света и рассудительности. А уже через мгновения глазами пробежался по карте и сказал, что ближайший путь лежит через переход, где недавно по ним стреляли незнакомцы.
Гостям пришлось собраться с духом и проверить оружие. Слова писателя радовали далеко не всех. Лишь Джамал видел в этом утешение. Мужчина понимал, что у них можно будет позаимствовать оружие и патроны.
Путь через двор гости освещали фонариком. Единственный прибор освещения был только у Томаса. Эдвин свой потерял в ходе путешествия по ночному городу и лишь больше поставил себя и других в удручающее положение.
Компания приближалась к концу дома. В луче осветительного прибора стали видны очертания лежавших людей. Четыре бездыханных тела утопали в собственной крови. Томас и Джамал мигом взяли на прицел мертвецов. Двое мужчин обошли каждого и откатили от трупов оружие. Следом они проверили пульс, и лишь тогда в их душе наступил покой. Неизвестные были мертвы, а точнее, убиты.
– Надо обыскать их на наличие патронов, – священник положил карабин рядом с мертвецом и стал ощупывать карманы убитого. – У трупа около стены кольт, а значит патроны подойдут Митчеллу.
– А это разве не мародерство? – Кевин отвернулся от кровавой бани в сторону двора.
– В войне за жизнь нет понятий о морали и нравственности, – грубым голосом ответил святой отец. Он окинул взглядом остолбеневших от его действий людей. – Не стойте, ну! Сами они нам патроны не отдадут. Томас, Митчелл, обыщите их и возьмите оружие.