Mine üle audioraamatule
В таверне мы посидели недолго. На удивление, сейчас народу было немного, и из-за какого-то марша рабочих большинство блюд готовилось слишком долго. Мы выпили пару пинт, взяли с собой ребрышки, утиные крылья и отправились дальше. Сев на коней, мы покинули столицу.
Через пару часов после выхода из столицы нас по плану начало клонить в сон. Отдохнуть и с новыми силами отправиться дальше, мы решили в Бергене. Это небольшая деревушка на реке с одной таверной и пятью домами. Немного перекусив фирменного триванского гуляша, мы расползлись по своим комнатам.
В комнатке было уютно. На тумбочке около одноместной кровати стояла одинокая свечка. На единственном окне приятно ползала изморозь и все еще говорила о том, что сезон луны в Тривании не кончился. Я быстро укутался под пуховое одеяло и через мгновение отправился в царство снов, а на утро продолжил путь по контракту вместе с напарником.
У входа в Ратон нас встретили три стражника триванца11. Это были невысокие ребята, примерно мне по живот. Когда нам в школе преподавали про народы мира, я отлично запомнил именно триванцев – потомков горных дварфов, ушедших в торговлю и медоварство. Помимо умения продать любой товар, они любили носить густые бороды, и словно чем больше было волос, тем мужчина казался солиднее. Некоторые добавляли себе шарма выпуклым животом. Триванские девицы же имели слегка иной подход к красоте. Я часто видел их с длинными косами, в огромных рубахах и широких штанах.
"Приветствую, добрые фальконеры!" – стражник вынул короткий меч и поднял его вверх. Это их необычное приветствие не всегда воспринималось радушно, но лишь для тех, кто не был знаком с местной культурой. "Вы по контракту или за отдыхом?"
"Слава фальконерам!" – громко и торжественно произнес второй стражник с огромным ирокезом на голове. "Рады будем вам помочь!"
Я поздоровался в ответ, вынул клевец и сделал все как по бумажке. По большей части все это не больше, чем формальность, но как фальконер я обязан был соблюдать и чтить культуру всех народов, встречающихся на моем пути.
– Славного боя вам и вашим орудиям! – двое стражников подошли к деревянным воротам и потянули их на себя. Наверное, сила все же у них еще была от горных предков. – Добро пожаловать в Ратон!
За воротами нас ждал истинно-северный город. Это был самый, что ни на есть, ближайший населенный пункт к горам во всем Соммрикете. Холода особого я не чувствовал, меня спасал мех. Напарник же, наоборот, трясся так, будто перед ним стоял сам Янузай.
В город мы зашли на конях и направились к стойлам. Под копытами я слышал приятный хруст снега. Здесь недавно прошел снегопад, и сейчас наступило время для детских шалостей. Правда на улице вокруг и мертвый дух не гулял. Родители точно сообщили своим отпрыскам, что где-то рядом разгуливала ведьма, а триванцы как никто другой боялись их. Потомки дварфов считали их слугами дьявола. И не согласиться с ними было сложно. Магия темных искусительниц отличалась от всех возможных. Она была искаженной, чужеродной, дикой.
Мы оставили лошадей в стойле. За содержание пришлось заплатить старому триванцу. Как фальконеру, нам не обязательно было это делать. Но этикет говорил иначе.
– Ну как тебе город, Лаццо? – Тимо посмотрел на меня с задорной улыбкой. – Нравятся виды? Снег, камин в домах и запах хвои.
– Может тебе стоило не на фальконера идти, а в торговлю, – я легонько толкнул друга в плечо. – Сидел бы здесь или в Биле. Я бы тебя навещал, наверное.
Согласиться с напарником было не трудно. Город и впрямь выглядел чудесным. Каменные дома приятно выдыхали теплый дым и навевали чувство уюта, умиротворения. Подобное я редко встречал в наши дни. Если исключить из списка Норр, то сейчас я бы назвал Ратон одним из самых тихих городов Соммрикета. Здесь не царила кронская преступность, не было того эльфийско-богатого и шумного мира, а про орков и вовсе не стоило говорить.
Перед тем, как отправиться искать ведьму, нам нужно было встретиться с комиссаром и обсудить детали контракта. Сама профессия комиссара необычна. Никто не знал, как он или она выглядит. Что-то вроде шпиона за чудищами. Он должен был сливаться с теми, с кем жил рядом, слушать каждый шорох, проверять любой слух о той или иной необычной смерти. И в один момент комиссару удавалось найти чудище. Дальше оставалось дело за малым. Он либо посылал телеграф, либо отправлял письмо первым гонцом в одно из трех бюро ордена Иаффина. В бюро уже контракту присваивали степень сложности и выдавали свободному фальконеру. И обычно сам охотящийся, по этикету, не должен был встречаться с комиссаром, во избежание обнаружения его лица. Но Скрасс подери лазутчика, что составлял контракт на ведьму. Он явно работал лениво: поставил несколько галочек в графах, да написал, кого искать, но ни направления, ни последней встречи с ведьмой не указал.
Рыскать ленивого шпиона пришлось по учебникам. Мы включили тусклый фонарь и начали ждать, когда же комиссар соизволит к нам подойти. Но он, будто бы, нас игнорировал. За половину часа нам дважды удалось обойти город, но мы так и не встретили разведчика. Проверили все таверны, площадь, даже наведались в медоварню, но и там попали впросак.
– Здесь статуй больше, чем живых, – я осмотрел последний монумент на аллее предков и повернулся к другу. – Тут их около сотни на одной аллее, а вот местных штук двадцать.
– Ты не понимаешь прелестей Тривании, – Тимо набрал полную грудь елового воздуха. – А давай с местными девицами сходим в таверну, уйдем в пляс. А потом уйдем в купальни. Как тебе Лаццо?
– Ты из вывесок все это прочитал? – усмехнулся я. – Конечно, идея забавная. Особенно я и триванские девицы, что мне по пояс.
– Бес, – Тимо приложил ко лбу руку. – Слушай, мне на секунду стало интересно. А как ты будешь выбирать себе женщину? Триванцы для тебя маленькие. Орки большие. Крончанки боевые.
– Методом тыка.
– Я серьезно, – Тимо потер ладони друг об друга в попытке согреться. – Как?
– Давай лучше найдем уже ведьму, а затем узнаем в таверне, как и кого искать. Я устал ждать комиссара.
– Думаю, ты прав. Как-нибудь сами справимся. Мы же элита Соммрикета.
Оба солнца стояли в зените. Они отражались от снега и слепили мне глаза. Это немного раздражало, но поделать с этим я ничего не мог. Приходилось щуриться и брести через город, покрытый сверкающей пеленой.
Мы вышли из западных ворот. Они вывели нас прямо к подножью соснового леса. Деревья стояли огромной чередой близко друг к другу. Их белые шапки закрывали лес от лишних лучей космических фонарей. А туман, который тек как молоко по всем тропинкам, довершал дело своего звездного друга. Ночь или день на дворе для леса это мало имело значения. В сказках, которые я читал в детстве, как раз говорилось, будто ведьмы жили в подобных местах. Но как оказалось, все это не больше, чем предрассудки. В Тривании туман лежал над всеми лесами, особенно по утрам, а местная колдунья скорее большое совпадение.
Мы включили фонари на полную катушку. Из кобуры вынули Эмеральд и лишь тогда переступили порог леса.
Лес оказался куда темнее, чем я мог себе ожидать. Я ощущал, как сердце выбивало грудь, а глаз иногда дергался. Напарник всегда полагался на мои органы чувств. И я старался справляться со своей задачей. Я усами следил за любым дуновением ветра, что мог принести запах, либо некий звук, но ничего этого здесь не было. Лес окутывала абсолютная тишина. Ни птиц, ни зверей. Все живое вокруг исчезло или куда-то спряталось. Тогда, через несколько ярдов12 я перехватил Эмеральд другой рукой, а из кобуры на ноге вынул Констанс.
Спустя несколько минут беспрерывной ходьбы до моих ушей дошел некий звук, словно это был стук или нечто подобное. Шум исходил по ту сторону небольшого холма. Я поднял руку, и напарник замер в ожидании. Сейчас мне не мешало шарканье друга, и я остался наедине с тем, кто нас ждал.
Сначала я решил, что это дятел, но звук не был монотонным. Наоборот, каждая его нота больше походила на симфонию шагов. Кто-то ходил по дереву. Мне показалось, что ведьма в доме, и я решил немедленно застать ее врасплох. Я качнул головой вперед, и мы с Тимо продвинулись дальше.
Мы медленно подошли к холму. Я трясся в предвкушении. Это был наш первый желтый контракт. Меня одолевала дикая тревога, и одновременно я горел желанием разделаться с ведьмой, что навредила населению моих соседей и собратьев по земле.
Я первым залез на холм и чуть высунул глаза с ушами. Домом там и не пахло. На дереве сидела темноволосая женщина в коротком лазурном наряде и темной накидке. Ее лица не было видно, его закрывал капюшон. Это точно ведьма, но ее поведение отличалось от того, о котором писали в книгах. Дьявольская колдунья не бежала, не нападала, лишь томно смотрела вдаль.
Из подсумка я вынул шприц с катализатором и, отбросив сомнения, вогнал его себе в запястье. По телу прошла дрожь. Снадобье сработало, и эффект я почувствовал мгновенно. Сначала сердце не понимало, что произошло и начало колотить, что есть силы. Но это лишь на мгновение.
В первые разы это было страшно, но сейчас проще простого. Я с легкостью взял под контроль каждый капилляр своего тела. На учениях нам говорили порядок управления над кровью: сбавить приток крови, остановить поток мыслей, убрать эмоции и чувства.
После полной очистки мне не нужен был ни слух, ни обоняние, ни усы. Всякий, кто прятался, я видел его. Я чувствовал, как бьется его сердце. Теперь я маг крови, жаль лишь на время.
Сначала я почувствовал зверей. Они были повсюду. Кто-то прятался в гнездах, некоторые в норах, а что самое интересное, вокруг не было ни единого хищника. В лесу остались жертвы, боявшиеся вылезти. Я ощущал, как их сердца стучали, как в их крови летал страх.
Я посмотрел на ведьму. Имитация жизни и больше ничего. Никакими ушами и никаким острым глазом распознать иллюзию было невозможно. На учениях нам демонстрировали ее и делали так, чтобы в таких случаях мы полагались на наш дар крови. И во взрослой жизни все сложилось именно так, как говорили профессора. Ведьма хотела перехитрить нас. Истинный кукловод прятался за деревом, где-то в сторонке от своей иллюзии. Я не видел ее, но чувствовал каждое дыхание. Она не волновалась. Она была уверенна в своей победе. Возможно, она решила, что мы лишь путники и ничего больше. Но самонадеянность и чрезмерная уверенность в победе затмила ее разум.
– Давай обойдем ее, – прошептал я. – Застанем врасплох.
– У меня идея куда лучше, – ухмыльнулся Тимо.
Напарник выхватил эсток и рванул в сторону иллюзии.
Сработало! Мираж исчез, и Тимо опустил клинок. Он завертелся как эльфийский волчок и ждал, когда ведьма дернется. Я и глазами не успел хлопнуть, как колдунья стояла уже перед Тимо. У напарника хватило реакции выставить руку и поймать ловкую девицу кровавой хваткой. Каждый капилляр ведьмы теперь повиновался Тимо. О шансе на спасение не могло быть и речи.
Я перемахнул через холм и поднял руку на ведьму. В секунду я ощутил все ее эмоции: весь спектр чувств и переживаний. Я не знал мыслей, не знал ни образов, лишь сердце, что стучало от страха. В моей руке находилась вся ее кровь и плоть.
Я подошел поближе и усилил хватку. Она сопротивлялась, старалась выбраться, но это лишь отчаянные попытки перед неизбежным концом. Я смотрел на ведьму и не чувствовал скорби. Мне было все равно, кто она, как выглядела и что было написано сейчас на ее лице. Скорпион не выбирал свой путь, а колдунья стала убийцей. Она желала слиться с тьмой и вредить простому народу. Настала пора платить за это.
– Держишь? – пульс напарника подскочил, и он допустил мелкую ошибку. Хватка ослабла, и ведьма решила ей воспользоваться. Но слишком поздно.
– Держу, – я оглушил лес выстрелом из револьвера.
Пуля прошла точно через шею и свалила ведьму. Она застонала, а через мгновение и вовсе стала дрыгаться. Душа направлялась к дьяволу в Лос-Гардин, гореть и страдать.
Тимо, что-то сказал. Я понял это по его трепету в крови, но уши ничего не уловили. Словно в них кто-то поставил барьер – некую пелену, полностью поглотившую все звуки вокруг. Я постарался понять, что это, но уже через мгновение это прошло, и я услышал, как снегирь взмахнул крыльями. Он освободился от духа и присутствия зла, а значит, и остальные животные скоро должны были вернуться к своим жизням.
– Руби голову давай, – громко сказал напарник.
Я убрал взгляд с земли и посмотрел на Тимо. Он вытаскивал из ведьмы эсток и уже готовился протереть об карманный платок. Мне показалось, что прошла секунда, но на самом деле я пробыл в некой отрешенности куда больше.
– Лаццо! – голос Тимо стал громче.
– Слышу! – я сложил Эмеральд в кобуру под мундиром и вынул короткую алебарду из-за поясницы. – Мне кажется, нужно меньше использовать катализатор.
Ведьма лежала в удобном положении, нужно было только убрать лишнее. Я откинул капюшон с девушки и увидел короткие до плеч темные волосы. Они выглядели очаровательно. На секунду мою голову посетила мысль посмотреть на лицо ведьмы и узнать, как она выглядела до того, как пасть жертвой клинка правосудия.
– Руби, давай, – спокойно сказал напарник. – Я не хочу здесь стоять до ночи.
Молча поднявшись, я приготовился. Глубокий вдох и удар.
По лезвию алебарды стекала густая кровь ведьмы.
Все кончено. Я считал, что дело официально исполнено: мы убили ведьму, освободили жителей Ратона от тревог и страха. Теперь же на очереди нас ждал не путь домой, а пир в честь первого желтого контракта.
– Вроде легко, – усмехнулся Тимо.
– Да, – я огляделся вокруг. Животные затрепетали, и я невольно улыбнулся.
– Ну, что, – напарник потер руками. – Пир в триванской таверне?
– А как иначе! – воскликнул я.
Радость от первого серьезного дела не была такой, какой я ее представлял. Внутри где-то осело чувство незаконченности. Словно мы что-то не так сделали. Возможно, меня смущал путь, который занял больше, чем сам бой с ведьмой, но как итог он закончен. Мы шли из леса с головой темной искусительницы.
Около ворот Ратона нас ждала стража. Их собралось здесь не меньше десятка. Они с удивленными лицами смотрели то на нас, то на мешок.
– Все кончено?! – удивленно воскликнул один из стражников. – Сука мертва?
– Да, – гордо заявил Тимо. – Отнесем это в бюро под Стаагером.
– Слава фальконерам! – хором прокричали триванцы
Отношение триванцев к нам не могло не радовать. Я был горд за свою работу. Мы с Тимо сделали важное дело и освободили Ратон от гнета ведьмы.
– Вы сразу направитесь в Стаагер? – спросил один из стражников в фирменных, облепленных мехом латах.
– Сначала заглянем в таверну, – Тимо игриво улыбнулся.
– Будем рады вас видеть в нашем городе, столько, сколько вам захочется! – ответил стражник.
Мы поклонились добродушным стражникам и зашли в Ратон. Первым делом следовало погрузить мешок с добычей на коня и не пугать народ кровью. Пока мы шли к стойлам, я заметил, что город изменился. С окон вылезали с натянутой до ушей улыбкой триванцы. Они были явно рады, что родной дом больше не станет местом для ведовских пакостей.
– А теперь исполним нашу вторую часть! – Тимо улыбался. Мне казалось, он был рад выполнить свой первый желтый контракт. Первая ведьма, да еще и кровью. – Как думаешь, Лаццо? Северная таверна или вот эта?
Я осмотрел вывеску, куда стремительно указывала рука моего друга – Таверна Фута. Я чувствовал, как в ее стенах меня ждал гуляш и медовуха, а напарника – девицы.
Помимо вежливости, снега и вкусной еды в Тривании меня привлекали их сооружения, точнее потолки. Когда я впервые увидел небольших ребят, то решил, что самое время скрести крышу. Но ошибся! Здания внутри больше походили на орочьи. В них царствовал простор и широта. Таверна Фута не оказалась исключением. Внутри было место на две орочьи конницы.
Сделав пару шагов от порога, в мой нос ударил запах карамельных яблок. Хоть фрукты здесь и не росли, но местные торговцы предоставляли поварам чуть ли не весь список товаров Соммрикета. На этом конечно дело не заканчивалось. Требовалось из продуктов сотворить произведение искусства. Местные кулинары с легкостью делали все на уровне небесной пищи. От каждого укуса, того же карамельного яблока, сок стекал по щекам, а шерсть превращалась в сладкие слипшиеся колтуны.
– Чуешь? – я специально подергал мордой перед лицом напарника. – Яблоки.
– Видишь? – Тимо мотнул головой в сторону девушек, что сидели в углу и ждали своего принца. – Триванки. Я буду их.
– Ты сначала выпей для приличия, – я толкнул местного ловеласа в сторону столиков. Выбрать среди кучи свободных казалось не сложно, но мой глаз упал именно на тот, откуда мой дружище мог “стрелять глазками”. – А потом уже продолжишь охоту.
– Говоришь, как эвинадон! – Тимо раскинул руки. Мне казалось, он сделал это дабы добавить каламбура. – Лаццо, ты что, эвинадон?
– Если я прокушу тебе черепушку, ты поймешь, кто я?
– Вампир. Однозначно!
Время текло, и я едва успевал смотреть на стрелки хронома. Мы ели, пили, а затем снова ели и пили. За столом успевали обсудить все. Да, что мы только не обсудили! Сначала целью наших разговоров стала девица, которая приглянулась Тимо. После чего, я даже не знаю, как, но мы перешли на внешнюю политику Соммрикета, а уже через час вернулись к болтовне о прекрасном поле.
– Слушай, – протяженно сказал Тимо. Он смотрел на хроном, и я уверен, что он ждал, когда стрелка перевалится за четыре, и начнутся традиционные триванские пляски. – Тут минимум час еще ждать. А я устал сидеть и жрать. Пить то пить надо, но дышать тоже надо.
– Чего ты сказал? – я сделал несколько глотков медовухи и, увидев пустое дно стакана, разочарованно выдохнул
– Ты понял меня, клыкастый. Пойдем, подышим воздухом.
– А как же девицы, облезлый?
– На плясках увидимся с ними. Чего ты переживаешь?
Я не ожидал, что контракт выпадет столь легким. Мы потратили больше времени на сам путь, чем на бой. Казалось бы, что можно обойтись без таверны и с головой жертвы немедленно направиться в бюро под Стаагером, сдать добычу, отпраздновать желтый контракт, а на утро взять новый и уйти в путь. Вот только в Ратон нас вряд ли что-то приведет еще, а значит, следовало насладиться каждой секундой северного поселения.
Мы находились в нескольких ярдах от двери, как она с грохотом распахнулась. Я ухватил рукоятку револьвера, но оказалось напрасно. В таверну вошла девица. На вид она казалась не здешней. Желтые большие глаза, рыжие волосы, заплетенные в пучок на затылке. Крупный нос и пухлые губы. Сскрас, да она точно прибыла в Соммрикет из-за морей. В ушах висели серьги в виде перьев. Такие обычно носили свободные охотники, либо странники. Одежда тоже указывала на принадлежность к тем, кто следовал за жертвой подобно волкам. У девушки были высокие кожаные сапоги, толстые коричневые штаны из шкуры животного – возможно, коровы или дикого яра. Поверх белой блузы у девушки была меховая накидка. На ее шее висела бархатный синий шарф. За ее плечом, на спине виднелся лук, а на поясе два мушкета. Девушка едва успела сделать шаг, как ее голос прозвучал подобно грому:
– Это вы были в лесу?! – в словах девушки мерцала тревога. – Мне сказали, что вы убили ведьму! Да кто же еще ее убьет? Фальконеры же! Бес вас подери.
– Леди, – я старался узнать мотив ее агрессии до того, как она скажет причину. – У вас какие-то проблемы?
– Теперь у нас у всех проблемы! – девушка дернула рукой, развернулась и вышла из таверны.
Мою душу и разум заразила интрига. Да и напарник пал от ее же руки. Мы переглянулись с Тимо и резко выскочили вслед за незнакомкой. Такой подход мне не нравился. Что это было? Мне нужно это узнать.
Мы нагнали таинственную девицу и встали перед ней.
– А теперь объяснитесь, прошу, – Тимо нахмурил брови, а руки скрестил на груди. – Что это за трагедия, леди?
– А ты пройди со мной в лес и узнаешь! – девушка нервничала. – Вы не убили ведьму! Она ушла, все!
– Что за глупости? – я помотал головой. Мне показалось, что девушка несла бред и лишь хотела внимания. – Я голову ей отсек. Она что, червь?
– Да… – девица выдохнула и уже не казалась столь напряженной. Она сделала шаг ближе ко мне и посмотрела в глаза. – Скажу по-другому. Да, ты отрубил голову. Но ты, когда ее отрубал, не чувствовал чего-то странного?
– Что? – на меня накатили ветра волнений. Я вспомнил несколько деталей, что так отчаянно пытался пропустить мимо себя. – Что именно я должен был чувствовать?
– Да что ты несешь! – протараторил Тимо. Эмоции взяли над ним вверх. Он перешел грань этикета фальконера. – Какие странности. Ты что, маком…
– О Хёнес, – девушка вновь махнула рукой и решила уйти. – Мне пора искать ее снова, а я тут с вами нянчусь.
– Тимо! – я рявкнул, но вниманием напарника мне однозначно удалось завладеть. – Давай выслушаем.
– Хорошо, – еле выдавил из себя Тимо. Я сейчас смотрел на девушку, но мог точно сказать, что напарник явно приправил все жестами.
– Что вы имеете в виду, леди? – сердце ускорялось. Я чувствовал, как оно вот-вот решит отделиться от меня. – Какие странности?
Я нервничал и перебирал пальцами воздух, будто что-то держал в руках. Я ждал, бес ее возьми, ответов на вопросы, что посеяла девушка в моем разуме. Когда таинственная охотница остановилась, мои глаза загорелись в предвкушении. Я желал всем сердцем и душой, чтобы незнакомка сказала нечто другое, отличное от того, что крутилось в моем разуме.
– Головная боль или потеря времени? – она повернулась и взглянула в мои глаза, наполненные горем ошибки. – Что-то было, да?
– Тимо, нам надо в лес! – я выхватил револьвер из кобуры и, что есть мочи, рванул к восточным воротам.
Мой напарник и незнакомая мне охотница остались далеко позади. Я бежал без оглядки. Хотел быстрее увидеть труп. Он должен был лежать там, в лесу. Ни одна магия не способна вернуть голову апулитанину. Возможно, незнакомка спутала что-то и попросту не нашла тела? А может, ей взбрело в голову поиграть с нашим вниманием? Ответ на эти вопросы я сейчас и должен был получить в лесу, когда на мои глаза попалась бы мертвая ведьма.