Mine üle audioraamatule
– Как же я по тебе соскучилась, – первое, что я услышала, когда подошла к Тане, встречающей меня в аэропорту.
Вокруг русская речь к которой я пока не привыкла. Мозг не перестроился и пытается сработать, как переводчик, но вокруг нас такая какафония звуков, что он не справляется. Голова начинает болеть от этого. Только теплые объятия не дают мне дать деру в более тихий уголок, чтобы перевести дух.
– Я тоже по тебе ужасно соскучилась. Два года не виделись, – ответно обнимаю ее, понимая – в безопасности.
После смерти родителей впервые почувствовать себя дома смогла рядом с ней. И совершенно не важно, вдвоем дома или на людном проспекте, если она рядом – в душе затишье. Не штиль, конечно, но и тревоги нет. Мне порой кажется, что, если вспомнить все моменты, когда у меня было чувство полной, абсолютной такой, защищенности, вряд ли наберется и один день после смерти родителей. С чем это связано – не знаю. Видимо слишком сильно одомашнена и родные люди самое главное. Воспитание внесло свои коррективы в нынешнюю жизнь.
– Так, чемодан с тобой, все остальное мелочи. Поехали домой. Я там ужин приготовила. С дороги устала, наверное. Сейчас освежишься, и мы с тобой поболтаем. Или нет, сначала спать, потом все остальное, – начала заботливо щебетать девушка, чем вызвала мой смех.
– Тань, ты, когда успела стать такой молнией? Успокойся. Полет всего три часа был. Я в норме. Максимум ополоснусь, – смеюсь, за что получаю осуждающий взгляд.
Ох, какая из нее мама будет. Бедные дети в хорошем смысле слова. У нее же режим гиперопеки не засыпает. И самое смешное – все всегда успевает. Уверена на все сто процентов, и муж будет обласкан, и дети окутаны теплом, и в доме уют. Она настоящая хранительница домашнего очага. Для этого был хороший пример. Ее мама владелица салона красоты. И ничего, все успевала. Дома чисто, кушать приготовлено, ребенок без внимания не оставлен, мужу время уделено, и делом занималась. Многое зависит от нас самих и поддержки семьи. Когда люди любят и уважают друг друга, их на все хватает, потому что никто не тянет одеяло на себя. Они не только слушают, но и слышат друг друга. Не стоят на своем, а уступают в нужный момент. Таня заслуживает себе такую семью. Ведь в ней все это есть. Она умеет управлять, но в семье она готова отдать эту роль партнеру. Получится ли у меня так – не знаю. Иногда во мне просыпается упрямая ослица.
– Это в самолете ты три часа пробыла, а до того, как села? А тут, пока багаж получила? Все, не спорь со мной, – и отмахнулась, как от назойливой мухи.
Ее монолог был явно длиннее, но я так ушла в свои мысли, что начала слушать лишь тогда, когда меня дернув за руку, потянули к выходу.
– Ахаха… Ты такая смешная. Прямо мамочка, – и крепко обняла ее за плечи, старясь скрыть свой провал из реальности.
На это действо лишь устало вздохнули, и мы продолжили путь. На парковке стоял миленький автомобильчик серого цвета. Чудно. Она и спокойный цвет? Да эта девушка всегда мечтала о красном авто с зеленой крышей и дисками на колесах. И плюсом хотела тюнинг на дверях в виде тропических лиан. До сих пор помню тот день, когда мы ходили на уличные гонки. Она видела подобные тюнинги и загорелась идеей, которая не отпускала. А что в итоге? Вот это?
– Татьяна, это вы? – иронично спрашиваю у нее. – Я ожидала увидеть здесь машину цвета вырви глаз, а в итоге серый? – нет, смех все же вырвался, когда на меня посмотрел нахохлившийся воробушек.
– Ой, отстань, – скуксилась она еще больше.
– Не дуйся. Я не со зла. Просто это удивило. Ты же привыкла к яркому.
Отсмеявшись, решила замять мини ссору. Прекрасно понимаю, что моя красотка не обиделась, но не хочу и тени на нашей дружбе.
– Да, но с машинами так не проходит.
Оно и понятно. У нее совершенно другой статус. Она руководитель отдела модернизации производства. Какие ей лианы на капоте и цвет «вырви глаз»? Правильно. Никакие. А вот классический серый характеризует, как серьезную и ответственную, а не вульгарную и шальную. Вот вам и выросли называется.
– Зато я на ее фоне выгляжу очень даже, – продолжила через минуту и обвела себя руками.
О да. Ярко рыжие волосы, стрижка карэ подчеркивает ее миловидное личико. Правда цвет не ее родной. И три дня назад у нее еще были свои шоколадные, но о таком она грезила давно. Держу пари – краска временная. Кардинальные перемены не ее. Так что эту тему отложим до прибытия домой. Кремовое пальто с меховым воротником. Вокруг шеи красивый темно-зеленый шарф, в тон ему брюки и почти черные сапожки.
Да, я в своей легкой курточке чувствую себя не уютно. А ведь она самая теплая, какая есть. Придется потратиться на соответствующий гардероб. Машинок у нее нет, чтобы я могла обшить себя сама. Бр-ррр… Да, это не привычный для меня теплый климат. Не представляю, как они тут живут. Хотя придется мне осваиваться. В Стамбуле мне житья не будет, как и в любом другом Турецком городе.
Были такие планы, которые сейчас накрываются медным тазом. Выкрутимся. Нет другого выбора.
За пару часов мы добрались до квартиры, и я ахнула. Большое помещение, как две моих квартиры там. Просторная кухня привлекла больше всего. Пока во всем доме не было мебели, уюта, так по мелочи. Диван, телевизор. Матрас на полу и еще один надувной – для меня. В первую очередь завалилась на него и поняла – я в раю. Очень мягкий и удобный. Я готова на нем поселиться навеки.
О чем и заявила сразу подруге, а она и не против. Только за. Обе понимаем, что это шутка и дурачество, но молчим. Смысл портить момент?
Стило немного осмотреться, как меня отправили в ванну. Вот тут все уже отремонтировано. Причем на высшем уровне. Вот почему она говорит, что ремонт – дело долгое для нее. Все выполнено в голубых и синих тонах. На полу большая плитка в темном стиле, швы между ними выполнены в тон. По стенам средняя и уже с рисунком накатывающих прибрежных волн. А по стене, что у самой ванны – мило плескается пара дельфинов, выполненных мелкой мозаикой.
Да, потрясающе. Мне определенно нравится эта задумка. Правда себе бы я оформила в тропическом стиле. И душевая кабинка. Определенно. И чтобы у той стены был водопад. Но вряд ли такое можно найти в магазинах. А на заказ? Нет, слишком дорого. Я столько не готова потратить даже, если бы и была возможность.
Скинув все с себя, перелезла через высокий борт, и включила тропический душ. Приятно. После тех условий в которых я жила – это мой персональный рай. Нет, у меня был необходимый минимум. Простой душ был, а в последние полгода я им не пользовалась, так как он сломался.
Пока кайфовала от струй воды, стекающих по телу, прислушалась к себе. В груди резко стало тоскливо и тот факт, что за стенкой находится самый близкий из живых людей, не смягчал это состояние. Меня ничего не держало в теплой стране, только стоило покинуть ее, как ощущение пустоты заполнило все внутри. Словно я оставила там что-то жизненно важное, родное.
Наверное, сказывается то, что я там родилась и выросла. Вот и все. Общая привычка. Так же было и тогда, когда уезжала на учебу. Просто не так сильно. Да и ритм жизни тогда наложил свой отпечаток. Поступление, новые люди, пары. Столько эмоций и впечатлений.
Тогда мое мировоззрение поменялось. В Стамбуле женщины другие, нежели здесь или в Лондоне. Они эмоциональны, не сдержанны порой, не боятся вступать в конфликт с мужчинами и защищать себя. Пусть мама с папой и были равноправными партнерами, вполне такими, каких я вижу вот прямо сейчас, но остальное окружение сложило другую картину мира.
Поэтому по возвращении в Турцию я иначе смотрела на тот уклад жизни. Я бы не хотела всегда подчиняться мужу, быть тенью. Это не мое. Для меня важна свобода, открытость, взаимоуважение в паре. Даже не жалею, что после учебы стала показывать зубки. Мужчинам не нравилось, что я могу за себя постоять. Это и послужило потерей нескольких работ в самом начале. С последним вроде повезло, но не долго музыка играла. Интересно, он со всеми так же поступал, или только со мной у него дружок ниже пояса активизировался, на экзотику так скажем, потянуло?
Фу, противно, даже не хочу об этом думать.
Лучше душ. Теплый, тропический, словно в детстве. Сразу вспоминается водопад Деликли Кая. Мы много таких мест посетили с родителями, когда я была маленькая. Но этот самый потрясающий. Ощущение падающей воды ни с чем не сравнится, даже это не то. В те годы я была самой счастливой. Когда-нибудь я все равно объеду каждое место, где была счастлива. И если повезет, со своим ребенком.
С каждым годом я все острее реагирую на молодых мамочек и малышей. Не знаю, что со мной не так, но меня никто не любил, кроме семьи. Парни если и обращали на меня внимание, их интерес гас буквально за день. В последние годы я просто перестала обращать на это внимание. Только кому я вру? Я до сих пор периодически плачу по ночам и вою в подушку. Что со мной не так? Все при мне, но я не нравлюсь.
Танюшка успокаивает тем, что «Просто мужики чувствуют, что ты не для развлечения, вот и жим жимыч у них». В глаза я смеюсь все время от того, как смешно она это говорит и жестикулирует параллельно, но в душе острая боль. Мне уже двадцать восемь, когда воспитывать крошку? А я хотела троих, только в сложившейся ситуации успеть бы хоть одного.
– Русалочка моя, ты там не утонула? – раздается веселый голос подруги из-за двери. – Я уже приготовила кушать, только тебя жду.
– Все, я сейчас. Пять минут, – кричу ей в ответ и быстро начинаю намыливать тело.
– Не торопись, все кипяток.
Уже не отвечаю, только ускоряю движения рук. Легкое омовение приносит освежающий эффект, и уже более бодрая влетаю на кухню в веселой футболке и шортах, что не свойственно той стране, откуда я прибыла. Вот еще одна причина, почему мне здесь нравится больше.
Только что, что же мучает душу и заставляет сердце сжиматься от тоски по Стамбулу. Что я там такого оставила, что не отпускает?
Увидев меня Татя, я бывает так ее называю, расплылась в улыбке и начала накладывать ароматный плов, тут же материализовалась миска с салатом и теплый суп. Обо мне так давно никто не заботился, что я чуть не заплакала от этого. Слезы уже подступили к глазам, но удалось скрыться в ванне, сославшись, что с тюрбаном на макушке не удобно.
Пока расчесывалась смогла немного унять разбушевавшиеся чувства и не разрыдаться. Второй раз вышла уже быстрее, всего через пять минут, пока распутала свои волосы.
Вышла и начала уплетать вкусную еду.
И как так получилось, что мы сошлись с ней. Первый день в стенах Лондонского учебного заведения я была растеряна до предела. Аудитории находились с трудно, а вот столовая вполне легко. И именно там мы столкнулись. Пока я стояла в очереди, замыкая ее, за мной стала приветливая светло-русая девушка, как потом выяснилось, цвет был не родной, с небесными глазами. Я залюбовалась ее миловидной внешностью. С этими двумя французскими косами она смотрелась, как малышка. Увидев, что я на ней зависла, протянула руку и так началось общение. Сначала обед, потом пересекались все чаще в коридорах, и через месяц были не разлей вода.
Нас не смущала разница в два года в мою пользу. Девчушка тянулась ко мне, как и я к ней. Только вот кто от кого больше получал, еще спорный вопрос. Она всегда считала меня ее маяком, а я ее своей путеводной звездой, ведь только после этого знакомства почувствовала себя впервые за долгое время живой. Первые полгода, примерно, боялась, что надоем ей своей зажатостью, что ей станет скучно, ведь никуда не ходила. Но ей было все равно. Эта болтушка компенсировала все сама и ей это определенно нравилось.
Первые четыре года учебы пролетели для нас быстро, и еще два в магистратуре вообще молниеносно. Мы учились жить вдали от дома, приспосабливались к новым реалиям вместе. Через год съехали из общежитий на квартирку. Маленькую и очень уютную. Мое умение кроить помогло мне зарабатывать на оплату съемного жилья, услуги и еду. Запросы были скромные у нас обоих, так что это было не трудно. А вот Татя зарабатывала на всякие развлечения и поддержку наших «точеных» фигур.
Свои велосипеды стоили не мало, да и специальные тренировочные костюмы. Плюс мы обе обожаем ходить в кино, музеи, театры. Все это не малые траты. Плюс все шесть лет учебы я обшивала нас сама. Ткани покупались тоже за ее счет. Управленец, что взять. Просчитала сколько я вкладываюсь, сколько она, и решила, что не порядок. Не стала с этим спорить.
А потом разъехались по странам, решив. Что наберемся сейчас опыта и откроем свое ателье. Она будет управлять всеми организационными моментами, я же творить в цеху. Совместное проживание и легкий тандем нас вдохновили. И даже сейчас мы грезим этим. Что поделать, если хочется?
Огорчает одно. Сбережения у нас есть. Мало, но они имеются. Пара лет и сможем открыться, а пока наработаем клиентскую базу. Вот только сам факт, через два года – тридцать. Потом года три надо работать долго и упорно, чтобы выбить свое место под солнцем. Уже тридцать три. Заниматься семьей и продолжением себя некогда. Не знаю почему, но больше жизни уверена, что не смогу спокойно выйти на работу через полтора – два года, после рождения крошки.
Даже если потом получится быстро выйти замуж и родить – минимум тридцать пять. Пока он или она вырастут, закончат школу и институт примерно пятьдесят семь. А если ребенок еще и как мама затянет, то я внуков могу и не потискать. Как же все сложно.
– Лина! – толкнув аккуратно ногой под столом, вскрикнула Татя.
– Прости, отвлеклась.
– Я заметила. Рассказываю тут ей рассказываю. А все мимо, – убирая посуду со стола, дует губки.
– Ну прости. Кстати, а это что за смена прически? Где мои шикарные шоколадные волосы по пояс? – попытка сменить тему удалась.
– Не идет? – нервно кусает губы.
– Своеобразно, но ты ведь у меня не стервочка, а сейчас именно на нее похожа. Цвет идет, прическа шик, но не твое. Характер подкачал. Но смысл говорить, дело сделано. Мне все равно, приму любую.
– Ой, нет, ты чего. Это парик. Я бы не рискнула так резко все изменить. Хочу сначала присмотреться.
– Тогда долой эту гадость. Предлагаю челку или максимум такую длину и без кудряшек.
Посплетничав пол часика, поняли, что валимся от желания спать. Перед тем как вырубиться, беру телефон и пишу короткое сообщение.
«Добралась. Добрых снов)»
Утро встретило меня приятным сюрпризом. Снег кружил большими хлопьями, и я как заворожённая прилипла к окну, и даже положила ладошку на холодное стекло. Мурашки прошлись по всему телу, рождая чувство озноба. Но сейчас это не имело значения.
По сравнению с тем, что я видела в Лондоне – это не идет ни в какое сравнение. Несколько снежинок прилипали одна ко одной, образуя одну огромную. Со стороны, наверное, я смотрелась очень глупо с широкой улыбкой.
Так как разницы во времени у нас нет, я встала по привычке. В пять утра город еще пустует, поэтому красота снегопада не затменена ничем посторонним. Уличное освящение еще мирно спит, и лишь пара машин снегоочищающей техники выбивается из красоты. Хотя из-за стены, что сыплется с неба их почти не видно.
Не решившись будить подругу, аккуратно проскользнула в ванну и привела себя в порядок. Тропические струи снова принесли мне блаженство. Стояла, прикрыв глаза и тут же в голове всплывает образ мужчины. Широкоплечего, мускулистого и очень злого. Но я не чувствую страха, скорее стыд. Быстро стряхиваю головой виденье и в следующее мгновение любуюсь дельфинами. Чертовщина какая-то. И лица не было. Сознание обволакивал запах хвои с нотками апельсина.
В мысли напросились воспоминания, когда однажды мы уезжали в Россию в маленький городок, название которого уже и не помню. Там жили папины родители. Четко помню, как приехали туда на кануне праздников и снег кружил примерно так же. Маленький дворик с деревянным забором, уютный камин в гостиной и большая пушистая елка или сосна. Не разбираюсь в хвойных породах. Для меня в те времена все было большим, поэтому не ручаюсь за размеры дерева. И мандарины, апельсины… Пузатые рыжие фрукты в сочетании с ароматом вечно зеленой красавицы вскружили голову и до сих пор в ней живут. И признаться честно, это самый лучший аромат в мире. Жаль только, что это силуэт мужчины пугает, а ведь пахнет так, что у меня коленки подкашиваются. Интересно, кто он? Почему я вижу его, пусть и размыто?
Стук в дверь дал понять, что хозяйка апартаментов встала и тоже желает понежиться в душе. Быстро привела себя в порядок и вышла из ванны. Виновато улыбнулась, на что получила лишь взмах рукой, мол, не бери в голову. Пользуясь ее отсутствием решила приготовить быстрый завтрак. Инспекция холодильника показала, что там мышка скоро в нем повесится. Поэтому выудила колбасу, ветчину и зелень, нашла еще тостовый хлеб и начала собирать все для горячих бутербродов. Потерла сыр на крупной терке, мелко рубленая зелень пошла в ту же емкость, перемешала. Нарезала ветчину тонкими ломтиками и уложила на хлеб. Сверху добрая порция сыра, и уложив все на тарелку, поставила в микроволновку.
Пока готовилась первая партия, порыскала на полках еще и все же взяла перчинку и помидорки. Сделала аккуратные тонкие кругляшки и положила сверху новую нарезку и три помидорки черри были разрезаны пополам и разложила на шесть кусочков, обсыпая вокруг сыром с зеленью. И снова в микроволновку.
Пока второй заход готовится – кладу на еще разгоряченный сыр веточки петрушки, наводя красоту и немного утопила веточки в горячей массе. Тоже самое проделала со второй тарелкой, только тут вокруг немного сморщенного сочного помидора.
Красота.
Услышав, как вода перестала шуметь, нажала на кнопку чайника, параллельно раскладывая заварку по чашкам. Все, теперь маленькое «спасибо» успокоит мою совесть, которая гложет.
– М-мммм, как вкусно пахнет и аппетитно выглядит, – блаженно протянула Таня, усаживаясь за стул напротив меня.
– Приятного, – и заварила ароматные напитки и поставила сахарницу.
– И тебе. Не бережешь ты мою фигуру, но я рада. Давно так хорошо не завтракала. Все на бегу. Я сейчас на работу. Вечером мы идем в кино и по магазинам. Тебе надо купить одежду и обувь на первое время. Твоя совсем тонкая. Мороз у нас веселая вещь. Если учесть, что сейчас только серединка ноября близится, то минус и сугробы будут не долго. Но! Пережить это надо.
– Так может я просто пересижу эти дни дома? – воодушевилась отложенными покупками.
– Ну, сидеть дома я тебе не дам, потому что у меня внутри чувство, что ты вот-вот должна исчезнуть, – только хотела возразить, но меня осадили, – и не пререкайся. Не хочешь покупать, тогда так. Размер у нас один, у меня несколько вариантов. Можешь выбрать что приглянется.
– Ну… Ладно. Давай так. Лучше ближе к сезону. Я хочу сама подзаработать.
На меня недовольно сощурили глазки, но от комментария воздержались. И славно. Через пол часа на пороге квартиры стояла деловая колбаса. Темно зеленый брючный костюм, черная блузка в горошек без всяких рюшей. Мило, романтично, но очень по-деловому. На голове аккуратный тугой хвост и минимум макияжа. Моя же она красота.
Как вспомню ее в первый год нашей дружбы, на смех пробивает и убить охота. Этот нелепый внешний вид всегда доводил меня до культурного шока. То милая ангельская блузка и жутко драные джинсы с клепками и цепочками, то заявится в красивом приталенном жакете и перекошенной футболкой, и юбке карандаш. «Это же стильно!» слышала в ответ. В общем, надеюсь, вы меня понимаете. Пока она не стала сочетать вещи правильно мы много ссорились.
По итогу я просто сформировала ей комплекты, а на втором курсе обшивала. А совместное жительство решило ряд проколов в образах. И вот сейчас я вижу, что все труды не насмарку. Этот котеночек два года живет сама и я не вмешиваюсь в гардероб. Гордость берет, что хоть маленькую помощь в то время смогла оказать. Как же мне повезло с ней. Стою рядом с завернутыми бутербродами на перекус. Я думала с ее должностью не положено брать с собой, но ее это видимо не заботит, как и лишние сантиметры в стратегических местах.
– Все, не скучай. Буду в районе половины восьмого, собирайся к тому моменту. На всякий случай постараюсь не забыть и позвонить как тронусь к дому.
– Удачного дня, – ответила, закрывая за ней дверь.
Без дела я сидеть не люблю, так что решила отыскать в этом убежище, ведра тряпки, моющие. К счастью долго мыкаться не пришлось, все было свалено общей грудой в кладовке. Оно и понятно, тут еще никто не обжился, сделка ко продаже еще горит в руках. Так что маленький бонус в карму обеспечен. Шутка. Мне тоже тут жить, и почему-то я уверена, примерно на тех же условиях, как и в студенчестве.
Квартирка хоть и опрятная, пусть с дешевым ремонтом, но от переездов по углам полно грязи. Вооружившись сначала пылесосом, собрала общий мусор. А дальше по накатанной. Вытрусить коробки, растащить по комнатам, дальше на полки. Вуаля – пол чист. Смахнула со всех полок пыль и мусор. Снова пылесос, и влажная уборка. К трем дня я нуждалась в допинге. Легкий перекус из утренней трапезы поднял настроение и снова в бой.
К семи часам я была не в состоянии шевелиться. Все сияло и блестело, а моя спина была готова ругаться на меня всеми некультурными словами, какие знает этот свет. Быстрый душ ободрил, а яблоко немного успокоило желудок.
На телефон упало сообщение, что карета будет у подъезда через двадцать минут. Не стала сильно заморачиваться и выбрала черные брюки и теплую тунику, а сверху дутую куртку с короткими сапожками. Образ девочки-девочки вышел. Ну и пусть. В душе я все еще ребенок.
Пока убирала, все сравнивала моду Турции и России. Это небо и земля. Там одеться так, как Татя не получится. Дома традиционно женщины носит простое платье – джалабию. Они разнообразные, на любой вкус и цвет. Пошила я их знатно. Даже смогла выбить покупку вышивальной машины, потому что далеко не всегда могла найти нужную ткань. Пока дома нет посторонних можно радовать супруга своей красотой. Уж поверьте, у богатых дам такие вещи стоят как моя месячная зарплата – и это самый дешевый вариант без машинной расшивки.
А на выход. Нет, тут уже абайя – специальное платье, и в большинстве своем черного цвета. По легенде этот цвет был выбран, чтобы женщину не заметили, когда сбежит из дома. А мужчины в основном в белом – яркие, выделяющиеся. Так что преимущественно мир мод разделен по этому принципу. Нет, вы не подумайте, что там ущемления по палитре. Много и ярких образов, но их стараются примерять на праздничные мероприятия.
Так что дама в брюках, деловой юбке – это заграничные штучки. Ну и в более продвинутых фирмах, которые имеют высокий уровень, есть сотрудницы женского пола, и они выглядят по-европейски.
И иногда меня клинит.
Хочется создать такой образ, чтобы элементы национального костюма были изюминкой делового стиля тамошних дам. Но теперь это надо отложить в сторону. Впереди новый год и надо попробовать набрать заказов к празднику. Но чтобы не ударить в грязь лицом, завтра посмотрю все нынешние тенденции мира мод. К моему сожалению, в последние полтора года я так была загружена, что не следила.
А то, чего жаждет сердце, ну, подождет. В России это точно будет не к месту. Только вот что меня так тянет к той моде? Не пойму. Это пройдённый этап и не вернусь уже. Ладно, спишем на долгие годы проживания. За всеми хлопотами даже чувство в груди немного притупилось. Надо не давать себе расслабляться.
К назначенному времени садилась в маленькую машинку подруги и отправились отдыхать. Ради интереса все же прошлись по модным бутикам и магазинчикам среднестатистического человека. В принципе общую концепцию я уловила. Купить мы ничего не купили. А вот когда попали в швейную мастерскую у меня глаза забегали. А когда увидела цены, то и челюсть валялась где-то на полу. Да мне проще из Стамбула все сюда привезти, чем закупаться по этим грабежным расценкам. Нет. Если мы откроем свое дело тут, то надо налаживать поставку всего оттуда. Ничего, вспомню, что нужно. Нет, наведаюсь обратно и заберу свои вещи. Их явно не выкинут. У нас в подсобке всегда остается хлам от прошлых швей.
И все же отсюда мы уже не вышли с пустыми руками. Зеленый бархат привлек мое внимание. Приложила ткань к Тиньшиной и поняла – надо брать. Цвет темного изумруда ей подошел идеально. В голове сразу всплыл образ: юбка в складку по середину или чуть ниже колена, открытые плечи полностью, рукава по кисть, и атласная лента на талии темного цвета с бантом за спиной. По низу, вдоль выреза и на краю рукавов можно или ленту, или гипюр подобрать. На ручную расшивку нет времени. Аккуратные черные замшевые туфли, видела у нее такие. Можно нить черного жемчуга, чтобы поддержать образ, серьги. Да, примерно так.
Продавец удивилась, когда я лихо откидывала ее варианты, и в тоже время кривилась. Я что на дурочку похожа, чтобы забирать у нее залежавшийся товар? Нет уж. Я еще и шикарное черное кружево взяла, и темны атлас для внутреннего футляра. Корпоратив, наш праздник… Плюс можно будет кому-то на свидание образы надевать.
В кино мы так и не попали. Не расстроились ни на грамм. Закупились в холодильник и отправились домой.
Пока она готовила легкий ужин, я сделала зарисовку ее образа, потому что она меня так и не поняла, хотя я стараюсь говорить по-простому. Вы ведь меня поняли?
– Блин, это же шикарно! – воскликнула подруга. – На выходных поедем купим машинку тебе, и что там еще надо.
– Тань, я еще вот о чем поговорить хотела, – не стала откладывать разговор в долгий ящик. Да и кроме нее мне никто не сможет помочь.
– Давай, не жмись, – бодро поторапливает, а в глазах желание узнать, что же нужно.
– Я хочу попробовать найти заказы к празднику. Корпоративы, утренники, дискотеки. По любому есть те, кто шьют платья, а не покупают. Только как найти людей тут я не знаю. В Стамбуле меня люди знали, и я могла подработать, а здесь. Тем более большой город. Тут хватает таких умных, как я и без меня.
– Ну, с тем что тут хватает своих умелиц ты права. Но у тебя есть свой стиль. Многие компании устраивают тематические вечеринки. Слух я пущу, главное тогда надо сшить мне что-то на работу, чтобы дамочки удивились и пошли расспросы. К тому моменту мы тебе сделаем страничку в социальных сетях, ну и должно пойти быстро. Что бы кто не говорил, сарафанное радио самое лучшее средство рекламы. Согласна?
– Ты мое чудо! Чтобы без тебя делала? – почти заплакала, обвивая ее шею крепкими объятьями.
– А я без тебя? Ты себе даже не представляешь, как я рада тому, что мы снова вместе. Мои хотят видеть нас в воскресенье у них. Согласна? – жалобно канючит такую мелочь, и я конечно же соглашаюсь. Ее родители очень теплые люди, с ними приятно проводить время.
– Разумеется, – и на ее лице появилась самая искренняя улыбка, на которую она только способна.
Боже, как же я сейчас счастлива. Со смерти родителей никто кроме этой семьи не относился ко мне с такой теплотой и любовью. За что мне такое счастье?
Вот только утро внесло свои коррективы. Пока по вчерашней схеме готовила завтрак, зазвонил телефон. Странно, из ателье. И что же им нужно? Сняла трубку, и не успела сказать даже банального «Ало», как услышала целый шквар мусора. Но поняла из него лишь одно, мне нужно вернуться, иначе обратятся в суд. Я же видите ли не отработала набранные заказы. Ну-ну, прямо-таки я им поверила. Просто у меня была лучшая публика, которая не заказывала ни у кого другого. Если я болела, ждали возвращения. Вот и тут кипишь подняли. И как мне быть?
– Чего стоишь, как памятник? – Таня застала меня в раздумье с зависшей в воздухе рукой.
– Хозяин ателье звонил, – немного осипшим голосом отвечаю ей.
– И что этот донжуан на пенсии хотел? – начала злиться красотка с естественной прической.
– Ну как тебе сказать. Если опустить весь хлам, то мне надо вернуться и доделать все заказы. И звонила его жена. Они обещали обратиться в суд, если не приеду. Даже слова не смогла им сказать. Я вообще не знаю, что теперь делать? – такой растерянной себя еще никогда не ощущала. Решение то понятно, но хочется, чтобы поддержали.
– Так. С одной стороны, это же хорошо, – после недолгой паузы унывающее лицо снова озарила улыбка и хитрый огонек.
– А подробнее? – не поняла ее задумки.
В ее темной, лишь условно, головушке витали явно иные мысли, нежели у меня. А значит надо узнавать. Гадать бесполезно. Плавали. Знаем.
– Ну смотри, ты вернешься, заберёшь все контакты. Сможешь вывезти свои домашние машинки. И не придется ехать только ради этого. Плюс дамам там шепнешь, куда уезжаешь.
Эти слова не были лишены смысла и мне определенно пришлись по вкусу. Ведь это действительно решит много проблем, как моральных, так и материальных. Да моя же она хорошая. Столько проблем у нее, но находит местечко и для моих.
– Может ты и права. Ладно, надо билет заказать. Раньше уеду, раньше вернусь.