Mine üle audioraamatule
– Хватит, – сдержанно произнёс воин.
Его карие глаза налились кровью. Голос был негромким, но жёстким и неприятным. Руки непроизвольно сжались в кулаки. На мертвенно-бледном лице дьявола была всё та же жуткая ухмылка. Казалось, у него свело мышцы, и он теперь навсегда обречён так улыбаться.
– И в один прекрасный день ты лишился всего и стал никем. А теперь вопрос на миллион долларов, мой милый друг. Как это произошло? Слухов и рассказов об этом уйма. Тут, как говорится, сколько людей, столько и мнений. Но мне очень важно услышать это лично от тебя.
Он молчал, долго молчал. Нарастающий гнев, который мечник подавлял в себе, никуда не делся. Ронин зловеще смотрел на трикстера. Костер, отделяющий их друг от друга, медленно, но верно становился слабей и начинал тлеть.
– Если я тебе скажу, ты уйдёшь?
– By all means, my friend! Прошу прощения, я хотел сказать: разумеется, приятель.
Ронин тяжело вздохнул и устало поднял взгляд в небо. Казалось, что время давно остановилось и эта ночь должна была смениться днём ещё много часов назад. Луны, как и звезд, было не видно. Темнота ночи с каждой секундой сгущалась вокруг воина. Ощущения были не самые приятные. Ему чудилось, словно он оказался в одной клетке с бесом. Мысль об этом вгоняла его в дрожь сильней, чем холодный знойный ветер.
– Это случилось больше десяти лет назад. Как ты и сказал, я тогда был самураем и служил господину Ханзо Гайдо. В те времена всё было по-другому. Это сейчас в стране мир и порядок, а тогда Япония была разрознена и поделена на тысячи территорий. За каждый клочок земли ожесточённо воевали жадные феодалы.
Трикстер усмехнулся и саркастично сказал:
– Можно подумать, твой господин Ханзо не участвовал в той кровавой бане.
– Да, он тоже не был святым, но в его мотивах не было присвоения денег, территорий и власти. Он был дальновидней многих и понимал, что страна, в которой нет единства, суждена пасть в небытие, утонув в хаосе и безумии. Больше всего в этих войнах страдали те, кто не был в них виноват – простой народ. Множество семей мирных фермеров, выращивающих рис на полях, гибло из-за прихоти военачальников тех или иных сюзеренов. Они сжигали целые деревни, чтобы запугать и показать свой авторитет всем остальным, убивали и грабили простых ремесленников, дабы было на что кормить солдат. Ханзо не мог спокойно на это смотреть. Он желал единства своей стране, чтобы прекратить этот ужас, но понимал, что путь к этому будет вымощен кровью и людскими смертями. Я возглавлял его войско и был его правой рукой, тогда-то я заработал свою доблестную репутацию. Наш малочисленный легион почти наполовину состоял из добровольцев, жаждущих справедливости. Наши ряды были сплочены и храбро сражались верой и правдой. Одну за другой мы отвоёвывали деревни, беря каждую под свою защиту. Бывало, мы могли посягнуть и на целые города, но даже тогда мы одерживали победу. Шло время и наши силы росли. Тогда-то Ханзо и решил объединиться с другими кланами, чтобы вместе навести порядок в стране и положить конец всем войнам, но…
Трикстер нахмурил брови и недовольно посмотрел на мрачного воина.
– Договаривай, мне плевать на то, как тебе тяжело об этом говорить, я хочу услышать, что произошло дальше! – его звонкий голос прозвучал эхом в кромешной темноте ночи.
– Это случилось накануне решающей битвы, – тяжёлым голосом продолжал ронин. – Битва, которая должна была положить всему конец. Тогда мы решили назначить встречу своим союзникам на перевале Секиро, но это оказалась ловушка… Тысячное войско настигло нас врасплох и атаковало со всех сторон. У них была конница, копья, луки и стрелы. Нас было лишь несколько сотен, а из оружия только мечи… Когда почти всех перебили, мы всё же увидели союзников. Они спрятались за утёсом горы, дожидаясь решающего момента. Спустя несколько роковых секунд все наше войско накрыла волна огненных стрел… Мой господин и те остатки войска, что я возглавлял, погибли почти сразу. А выжил только я.
– Потрясающе! – выкрикнул трикстер.
Он начал хлопать в ладоши и восхищаться рассказом ронина. Тем временем от костра остались одни угли.
– Вне всякого сомнения, тот день был венцом твоего падения, ронин! Ты был на вершине, оседлал саму удачу и был на расстоянии вытянутой руки от величайшей победы в своей жизни, но одно маленькое «но» испортило всё твоё существование. Ты был низвергнут из рая и отправлен в тартарары!
– Закрой свою пасть!
Он наконец-то довёл его до белого каления. Мечник больше не хотел себя контролировать. Те старые душевные раны, что потревожил бес, воспалились. С нескрываемой яростью он схватил рыжеволосого демона за ворот странноватой одежды и прижал к стволу дерева. Но в его дьявольских глазах не было и тени страха, будто он только этого и добивался.
– Я рассказал тебе то, что ты хотел услышать. Теперь возвращайся обратно в ту преисподнюю, из которой ты выполз, демон. Иначе, клянусь, я срежу эту грёбанную улыбку с твоего лица!
– Нет, сначала я должен донести до тебя одну важную мысль, мой милый друг.
Ронин сжал правый кулак и нанёс сокрушительный удар в ствол дерева. В одну секунду трикстер исчез, оставив после себя лишь лёгкий зелёный дымок.
– Прекращай, тебе всё равно меня не заткнуть! За тысячу лет ещё никому не удалось!
Развернувшись, воин увидел трикстера, внезапно возникшего в нескольких метрах от него. Рядом с ним витал точно такой же смог. Пьянящая ярость была сильней трезвого рассудка. Ронин схватил свой меч и быстрым шагом пошёл на таран. Не успел он к нему приблизиться, как костёр резко запылал ядовито-зелёным огнём. Демоническое пламя превосходило человеческий рост, оно было ослепительно ярким и смертельно обжигающим. Боясь лишится зрения, ронин закрыл глаза и попятился назад, упав на землю. И тогда снова раздался этот звонкий голос:
– Человек, который предал и убил твоего господина, всё ещё жив. Человек, который повинен в том, что ты на самом дне жизни, сейчас живёт припеваючи и беззаботно в своём прекрасном дворце. Человек, из-за которого ты обречён всегда носить эту повязку, сейчас улыбается. Он красив и всеми любим.
Перестав жмуриться, ронин убрал руку с лица и вновь увидел нависающего над ним трикстера. На сей раз он не спешил на него нападать. Это послужило ему уроком в наказание за неосторожность.
– Все мои слова вызывают в твоей душе бурю эмоций. Гнев, ярость и жажда крови сейчас клокочут в твоих жилах, но разве я твоя цель? Давай-ка ещё раз повторю: если у тебя появился бы шанс исполнить любое своё желание, что бы ты загадал?
Трикстер нагнулся и по-дружески протянул ему руку, чтобы помочь подняться. Чёрный ронин принял помощь и зловеще произнёс:
– Я бы хотел… я хочу убить того человека, за то, что он убил моего господина и за то, что он сделал со мной, – ронин в упор посмотрел в его странные разноцветные глаза и добавил: – Я хочу отомстить.
– Да, это то, что я и хотел услышать! Ты всегда хотел только мести, но до неё невозможно добраться, ещё бы! Сейчас он самый защищенный человек в стране, к нему нельзя вот так просто подобраться. Однако я способен дать тебе такую возможность. Только я один на всём белом свете могу подарить тебе шанс свершить свою месть. Но для этого мне нужно, чтобы ты исполнил три моих поручения, скажем так – три желания.
Мечник окатил трикстера презрительным взглядом:
– Стоило догадаться. Знаешь, ты уже третий, кто сегодня пытается меня подкупить.
– Ты согласишься на эту сделку. Как говорил ранее, я единственный, кто может исполнить твоё заветное желание, но сначала придётся немного попотеть.
– А где гарантии?
– Их нет, но даже так ты сделаешь все, что я скажу.
– Ты мне надоел, если ты сейчас же не исчезнешь, я отрублю твою рыжую голову и мне плевать на то, что ты владеешь колдовством.
– Слушай моё первое желание, чёрный ронин. Отправляйся на юг к городу Сан‑венганзе и убей чудовище, что мешает жить местным жителям.
– Я же сказал, что не стану выполнять твои желания!
Он вновь замахнулся клинком, но как бы не были быстры его движения, трикстеру удавалось опередить тёмного мечника и испариться до удара. Лезвие со свистом срезало лишь верхушку зелёного дыма. На этот раз он однозначно исчез, и ронин остался один посреди темного леса.
Воин тяжело рухнул на колени. Рука крепко сжимала длинную рукоятку изогнутой катаны. Это единственное, что сохранилось от его прошлой жизни. Быстрым движением он сорвал с лица чёрную повязку и посмотрел на свое отражение в мече… Из его груди вырвался оглушительный крик, схожий с ревом раненого зверя. Он с размаху отбросил оружие так, что оно наполовину воткнулось в ствол дерева.
– Хорошо, трикстер. Я исполню твою волю.
***
– А эта принцесса… Простите, забыл как её зовут. Ваша сестра, она красивая? – спросил лорд Анджей Асана.
– У вас есть в этом какие-то сомнения, мой друг? Будьте спокойны, она красавица, каких поискать.
Акира внимательно оглядел своего собеседника: высокий, статный, крепкого телосложения. Отличался красивым, слишком уж красивым, лицом. Ему ещё не было сорока, как подумал Акира.
– Из вас выйдет прекрасная пара. К тому же моя сестра понравится вам не только за хорошенькую внешность. Она образована, общительна и весела. А также любит книги и гимнастику.
Лорда Анджея это мало интересовало. Он пытливо смотрел на людей вокруг. Они находились в огромном зале полном знати, господ, купцов, феодов и слуг, которые раздавали всем остальным напитки и закуски.
– Должен признать, вы меня изрядно удивили своим предложением, господин Акира. Прежде всего, хотелось бы знать, почему вы решили выдать её замуж именно за меня? И что куда более интересней, как вам удалось на это уговорить императора?
В правой руке мужчина держал бокал с красным вином. Сделав пару глотков, он мрачно улыбнулся. В глазах промелькнула странная искра.
– Всё очень просто, приятель. Отец этим вечером передаст в мои руки власть над целым государством. А для надёжного управления народом нужны надёжные союзники. Не слишком слабые и не чересчур сильные. Потому я и выбрал вас. Вы словно масло, намазанное между тонким слоем чёрной икры и заплесневелым куском хлеба. Как только вы женитесь на моей сестре, мы станем не просто союзниками. Мы будем родственниками. Одной семьёй. Я привёл достаточно весомые аргументы своему отцу, чтобы он дал согласие такому потенциальному зятю, как вы, лорд Анджей.
Закончив разглагольствовать, он отвёл взгляд в сторону, осушил содержимое своего бокала и коротко произнёс:
– Это деловой подход.
Лорд Анджей снова хотел что-то спросить про принцессу, но в центр зала вышел сам император. Ещё секунду назад все люди оживлённо о чём-то общались между собой. Теперь же беспорядочный хор голосов смолк. В воздухе повисла гробовая тишина. Если бы мимо пролетала муха, то каждый из присутствующих услышал бы жужжание её крыльев.
– Уважаемые гости, дамы и господа, – обратился император Нахурито Тагави. – Я устроил этот торжественный приём и собрал всех вас здесь, чтобы вы стали свидетелями того, как отец передаст власть над народом своему сыну. Этим вечером Акира станет полноправным императором. Хорошим или же плохим, покажет лишь время. Но это ещё не всё, – он оглядел публику из сотен людей разных сословий и классов, его взгляд пытался найти кого-то конкретного. – Лорд Анджей Асана, выйдите ко мне!
Зрелый и красивый мужчина без тени сомнения и страха предстал перед императором.
– Хочу, чтобы все знали об этом. Этот гордый лорд станет моим зятем! Чему я чрезмерно рад, мой милый друг. Но куда больше этому рада моя дочь. Она была безумно счастлива, впервые узнав об этом. Настолько, что она сама написала и выучила для вас песню, лорд Анджей.
В зал вошла принцесса. Лорд Анджей ожидал встретить уродливую женщину с жёлтыми зубами и глупым высокомерным лицом. Но все эти опасения рассыпались в прах, когда он увидел её. Юная и невероятно красивая девушка шла уверенной походкой к своему отцу. Его взгляд медленно скользил от подола фиолетового платья до русых волнистых локонов, блестевших в свете свечей, и остановился на идеальной белоснежной коже. Пронзительные голубые глаза источали ауру величия, и, как ей было велено сделать, она не сводила их с лорда Анджея. Где-то в дальнем углу заиграла арфа и послышалась тихая мелодия флейты. Принцесса собралась с духом и начала петь. Её сладкий голосок зазвучал на весь необъятный зал. Каждый с замиранием сердца слушал её приятную песню, будто находясь под гипнозом. Она пела о том, как сильно любила своего суженного, молила небо, ветер и дождь защитить её от ненастий и благословить два связанных судьбой сердца. «С неба упадёт звезда, и я стану твоей навсегда…» – закончила госпожа на минорной ноте, и все в едином порыве восторга аплодировали певице. Она, в свою очередь, застенчиво улыбнулась. Исполнив свой долг, принцесса хотела удалиться, но потрясённая толпа стала фанатично окружать со всех сторон. Каждый желал пожать руку её величеству и лично пообщаться с юным дарованием. Все улыбались и без особого повода смеялись, то и дело представляясь и называя места, из которых прибыли. От такого обильного внимания принцессе стало дурно. Личное пространство исчезало на глазах, от чего сердце колотилось, как отбойный молоток. Всё вокруг начало плыть. Казалось, ещё чуть-чуть и она упадёт в обморок. Но кто-то взял её за руку и начал уводить прочь от толпы. В полубессознательном состоянии она шла следом за высоким и крепким мужчиной. Принцесса не заметила, как покинула дворец и оказалась в саду. Здесь, на свежем воздухе, в окружении спящих цветов и дремучих деревьев она понемногу пришла в себя.
– Держи, выпей это.
Лорд Анджей оказался тем самым человеком, который спас её от внезапного столпотворения. Он протянул ей бокал с неизвестным напитком, от чего госпожа недоверчиво смотрела на него, а затем на содержимое хрустального фужера.
– Не бойся, это просто белое вино. Поможет прийти в чувство.
Она взяла его и выпила досуха. Действительно, ей стало немного легче.
– Спасибо, что вывел меня оттуда, – кротко поблагодарила принцесса.
– Ну да, знаменитостью быть нелегко, но вы обращайтесь. Да и потом, я должен был как-то поблагодарить вас за столь чудесную песню.
– Да, знаешь, на счёт этой песни, – девушка замялась, ей не хотелось расстраивать лорда.
– Нет, честное слово, за всю свою жизнь я ещё ничего более милого не получал в свой адрес. Обычно на подобных мероприятиях мне прилетают колкости и грязные шуточки, а тут целое выступление…
– Это не моя песня! – выпалила принцесса. – Это мой учитель написал её, заставил выучить и отрепетировать. Такая вот была идея у моего отца. Он думал, что в глазах остальных людей это покажется искренне и поможет нам сблизиться, ясно? Я вообще ненавижу петь! Уж извини за резкость, но лицемерие – это не моё.
– Ого! – усмехнулся лорд. – Что тут сказать, не плохое начало семейной жизни.
От этих слов девушка нервно усмехнулась и как-то стыдливо отвела взгляд в сторону.
– С вами всё в порядке? А-а, кажется, я понял, в чём дело. Знаете, если вас это как-то утешит, то я также не был в восторге, когда узнал, что должен жениться. Вас это удивляет? Да, представьте себе, у меня были другие планы на счёт супружества, но эта чёртова политика диктует свои условия. Так что, как говориться, ничего личного.
Они улыбнулись друг другу. Именно сейчас он показался ей привлекательным и интересным мужчиной. А тот факт, что он такой же заложник обстоятельств, каким-то странным образом сблизил их.
– До чего же тут красиво! Ты только оглянись. Этот сад и его цветы, это небо и его звёзды! Мы словно оказались в сумеречном раю. Не хотела бы ты прогуляться со мной? Мне кажется, это прекрасная возможность узнать друг друга чуточку лучше, – он протянул ей руку.
– Почему бы и нет, – она взяла его за руку.
В ночном небе сияла неестественно большая и полная луна. Миллионы звёзд сверкали, словно алмазы из глубин тёмной пещеры. Под призрачным лунным светом рука об руку шли будущие муж и жена. Они прогуливались мимо тысяч красивых, хоть уже и спящих цветов. Он пытался ей понравиться и пускал вход самые смешные шутки, что были в его арсенале. Она смеялась и рассказывала ему о своих увлечениях и стремлениях. Так они шли на протяжении часа, совершенно не заметив того, как сильно отдалились от дворца.
Внезапно лорд остановился под сандаловым деревом. Держа её нежные ладони в своих грубых пальцах, он с неким огнём в глазах смотрел на прекрасную леди. Милое личико и шёлковое платье, плотно облегающее изящный стан, разжигало в лорде Анджее желание, похожее на дикий голод. Он мог бы сдержать свой пыл, по крайней мере, подождать до свадьбы, но не стал. Он хотел и жаждал.
Лорд поцеловал её в губы. Она удивилась такому и попыталась отпрянуть. Но он крепко обхватил её талию и, прижимая к себе, продолжал дальше жадно поглощать её губы. Принцесса сопротивлялась. Отводя свою голову в сторону, она молила:
– Нет, лорд Анджей! Прошу, не надо… умоляю вас, остановитесь!
Он её не слышал. Страсть и вожделение вскружили ему голову. И вот его левая рука забралась в декольте и сжала её грудь, правой он начал расстёгивать платье на спине. Принцесса кричала и изо всех сил, пытаясь вырываться из его хватки. Бессмысленно. Лорд был сильнее. В отчаянии она нанесла ему мощный удар коленом прямо в пах. Анджей Асана отпустил её и со стоном упал на землю. Шипя от злобы, он смотрел на неё полным гнева и ненавистью взором. Принцесса больше не собиралась оставаться наедине с этим человеком. В страхе она побежала обратно к дворцу, но, к её горю, лорд слишком быстро пришёл в себя. Резко подорвавшись с места, он практически моментально настиг её и словно хищник вцепился и повалил свою жертву на землю.
– Нет! Как ты смеешь!? Отпусти меня немедленно, не то я всё расскажу отцу и брату!
– Закрой рот! – крик лорда звучал куда громче принцессы. – А теперь слушай меня внимательно, сука! Я не для того пол вечера строил из себя пай-мальчика, чтобы под конец ты заистерила и испортила мне всё наслаждение. Ты серьёзно считала меня таким убогим романтиком? Да мне плевать на этот сад, луну и звёзды. Здесь бы нам никто не помешал. И к слову, даже если ты расскажешь об этом своему брату или императору, они ничего не сделают. Знаешь почему? Потому что им плевать на тебя! Думаешь, они видели во мне хорошую партию для тебя? Как смешно, они видели во мне лишь полезного союзника, а хорошо ли тебе будет со мной или нет, их, мягко говоря, не беспокоило.
– Ты лжёшь! – как ни странно, но эти слова разозлили и оскорбили её куда сильнее, чем попытка изнасилования.
Лорд Анджей засмеялся, глядя на её выражение лица, исказившееся в ненависти и недоверии.
– Боже, какая же ты наивная! Мне жалко тебя. Ты благодарить меня должна, я тебе глаза открыл на истину. Но если до тебя до сих пор не дошло, то я повторю. Тебя продали, тупая ты сука, как раба! Уж извини за резкость, но лицемерие – это тоже не для меня.
После этих слов он начал рвать на ней платье. Мягкий шёлк легко разошёлся по швам, оголив её грудь. Принцесса в ужасе пыталась прикрыться руками, но лорд этого не позволял. Схватив её, словно в стальные тиски, он не оставил ей ни малейшего шанса на освобождение. Мужчина неумолимо продолжал дальше стягивать с неё одежду, пока принцесса не предстала перед ним совершенно голая.
Лорд был прав. Им здесь действительно никто не мог помешать. Как бы сильно она не кричала, это было бесполезно. И даже когда казалось, что её вопль и стоны содрогали небосвод, никто не пришёл на помощь.
Лорд Анджей Асана овладел юной принцессой под сандаловым деревом.
***
С первыми лучами рассвета в город заехал чёрный ронин. Верхом на старой гнедой лошади он одиноко передвигался по безлюдным улицам. Утро выдалось прохладным. Дул порывистый ветер и капал мелкий дождь. Несмотря на неприятную сырость, в кузнечной мастерской, той, что на окраине города, всё также кипела жизнь. В такую рань только здесь для ронина была открыта дверь. Его старая кляча остановилась напротив этой мастерской. Когда ронин спрыгнул с седла, бедная лошадь затряслась всем своим худым телом. Воин поспешно погладил её бок и выпирающие рёбра.
Подойдя к входной двери, он в нерешительности замер перед ней. Ему хотелось повернуть ручку и открыть её, но бесконечные сомнения не давали ему это сделать. Он недовольно проворчал:
– Вот же холера! Что я делаю? Зачем всё это? Ах-х, уже поздно сомневаться – пути назад нет.
В это же время внутри мастерской не стихал звон ударов по наковальне. Здесь плавился металл и постоянно пахло серой. Кузнец работал днём и ночью, порой не бывая дома неделями. Делая для самураев и их сюзеренов мечи и кольчуги, этот искусный ремесленник придавал железу любую форму и структуру. Он, словно скульптор, создавал в своей кузнице шедевры войны.
Невысокая и стройная девушка надела толстые рукавицы и достала из печи раскалённый продолговатый кусок стали. Положив его на наковальню, мастер взял в руки молот и принялся придавать будущему мечу плоскую форму.
Далеко не каждый день увидишь девушку кузнеца, однако она была талантливее многих мужчин в этом нелёгком деле. Несмотря на свою худобу, она могла поднять огромные куски стали и таскать с реки галлоны воды. Её руки всегда были грубы и лишены той нежности, что свойственна дамам её юного возраста. Но даже такая тяжёлая и трудная работа не лишила её природной красоты. Вечно чумазое личико врезалось в память каждому всаднику, что заезжал сюда подковать лошадь. Её однозначно можно было назвать милой и привлекательной с этими веснушками на румяных щёчках, слегка-пухлыми алого цвета губами и тонкими изящными чертами лица. Часто усталые, но не лишённые блеска изумрудные глаза отражали её добрую и наивную сущность. Её огненно-рыжие ниспадающие до плеч волосы из-за пара и сажи почти всегда были сальными и жёсткими, но при этом пахли соломой и свежескошенной травой.
Девушка перестала колотить раскалённую сталь на наковальне. Огромными щипцами она взяла красный и плоский кусок. Опустив его в холодную воду, из бочонка повалил привычный пар, заполонивший всю кузницу. В этот момент усердной работы дверь мастерской открылась и на пороге появился человек в чёрных одеяниях. На его лице всё также была повязка, но, несмотря на это, сквозь марево густого, почти как туман, пара, девушка сразу узнала ронина. Щипцы вместе с огромным куском стали выпали из её рук, послышался звонкий удар об пол. На её чумазом и раскрасневшемся лице появилась та самая улыбка с ямочками, которая когда-то согревала сердце воина. Глядя на нежданного гостя, её глаза стали мокрыми. Чистые и прозрачные, словно горный хрусталь, слёзы стекали по её щекам, но доходя до подбородка, они становились сплошь чёрными от осевшей сажи на лице.
– Привет, Мира, – его голос обрёл несвойственную ему мягкость.
Она отрицательно помотал головой и еле слышно промолвила:
– Где же ты пропадал все эти годы?
– Там же, где и всегда. Сражался с чудовищами.
– Ну и как, всех убил?
– Всех.
Мира подбежала к чёрному ронину и крепко обняла его обеими руками. Прижимаясь лицом к его груди, она шёпотом произнесла:
– Я так рада тебя снова видеть. Я знаю, что это опять ненадолго, но лучше так, чем ничего.
Он промолчал, ласково погладив её рыжие волосы.
Они расположились на крыльце и очень долго общались. Больше всего болтала Мира, она глядела на него своими наивными глазами и задавала тысячи вопросов. Ронин неохотно на них отвечал, сдержанно и скромно рассказывая о тех приключениях и сражениях, что ему довелось испытать в многолетних странствиях. Он никогда не хвастался своими сражениями, считая, что убийствами и причинением насилиям нельзя гордиться. Он частенько произносил фразу своего покойного господина: «Хороший воин победит в битве, но великий воин не допустил бы её». Однако попробуй это объяснить молодой и импульсивной девчонке, охотной до рассказов про безумные приключения и кровавые сражения с бандитами.
– Я, в общем-то, заехал к тебе по делу, – резко вставил ронин.
– А то раньше было по-другому! – усмехнулась девушка.
– Да, верно, – иронично признал он.
Она встала напротив чёрного ронина и низко поклонилась до самой земли. Это было сделано вразвалочку, с откровенной издёвкой и детским озорством на веснушчатом лице.
– О благороднейший господин! Мира Миядзаки к вашим услугам, чем же могу быть полезной? – она произнесла это с наигранной покорностью и пыталась сдержаться, чтобы не засмеяться.
Последовал прямолинейный ответ:
– Я хочу забрать свои доспехи, Мира.
После этих слов она тут же стала серьёзной и с недоумением посмотрела на своего старого друга.
– Ты оставил у меня их на хранения десять лет назад, после того как… Столько времени прошло. Для чего они тебе сейчас?
– Если я тебе скажу, то ты мне их не отдашь, – сухо ответил ронин.
Мира улыбнулась безрадостной улыбкой и как-то печально на него посмотрела, будто только сейчас догадалась, что у того на уме.
– Да уж, загадочен, как всегда. Ладно, пошли, отдам твоё барахло. Ей богу, лучше бы ты себе девушку нашёл, приятель.
Следующие полчаса кузнец потратил на то, чтобы надеть на ронина все доспехи. Она кропотливо завязывала шнуровку и затянула заклёпки со стяжками. Покончив с этим, девушка отошла на пару метров, чтобы лицезреть своё творение во всей красе. Завороженная, с трепетом в глазах она смотрел на ронина в чёрных доспехах. В целях большей подвижности они покрывали не всё тело воина. Пластины из лёгкой и тонкой стали, обрамлённые кожей, защищали самые атакуемые места: плечи, руки, грудь, пах, бёдра и голени. Ронин подвигался и попрыгал. Он совсем отвык от них, ощущая незначительную тяжесть под их весом. Пару дней тренировок и он быстро привыкнет к ним… снова.
– Помню, как я ковала их здесь. Как же давно это было. Я тогда ещё решила сделать эту броню чёрной, и похоже, этот цвет определи твой путь по жизни. Верно?
Ронин не ответил.
– Доспехи сделаны из прочной стали и покрыты сверху толстым слоем кожи, – продолжал кузнец. – В отличие от самураев, чья броня весит гораздо больше, ты будешь легче, быстрее и проворнее. Но есть и минусы. Расстояние между пластинами слишком большое. Это делает тебя уязвимым для стрел и ножей.
– Я никогда не искал лёгких путей.
Он близко подошёл к ней и взяв за руку вложил в мозолистую ладонь девушки мешочек с деньгами.
– Здесь сто золотых, Мира. Я знаю, что ты всегда сама зарабатываешь на жизнь, честным и упорным трудом. Но также я знаю, как ты еле сводишь концы с концами… Не смотри на меня так. Думаешь если меня не было рядом, я не узнавал, как ты здесь? – Мало заказов. И кузню могут скоро отнять за неуплату налогов. Так что хоть раз отбрось свои чёртовы принципы и просто прими эти деньги. А я…. – её старый друг неловко отвёл взгляд в сторону, – Что ж, мне пора уходить.
Он направился к выходу, но девушка бросилась вслед:
– Подожди, не спеши, мы ведь с тобой так давно не виделись. Я хотела тебе столько всего рассказать, да и ты был со мной не до конца откровенен. Так и не сказал, куда снова собираешься держать путь, я же…
– Мира, – сказал черный ронин, остановившись у порога, и бросил через плечо, – я благодарен тебе за все те годы дружбы, что ты подарила мне, но теперь я больше не вернусь. Я отправляюсь в своё последнее странствие. Чувствую, оно будет самым тяжёлым и трудным в моей жизни, ибо на сей раз я делаю это ради чести… Уверен, прольётся немало крови, будет много смертей, и кто знает, быть может и меня настигнет злой рок. Но именно таков мой путь, и ничего большего я не жду.
Он отвернулся от неё. Закрыл глаза. Тяжело вздохнул. И напоследок произнёс:
– Мне было очень важно увидеть тебя в последний раз… Береги себя.
Чёрный ронин исчез.
***
Она была сломлена. Казалось, весь мир перестал для неё существовать. Принцесса закрылась в своей комнате. Свернувшись калачиком, она бессмысленно пялилась в голую стену. Юная госпожа перестала что-либо чувствовать, кроме боли. Ненависть, отвращение и стыд тоже были, но боль перекрывала их с лихвой. Ей не хотелось жить. Все её мысли вертелись вокруг самоубийства.
Финальным аккордом послужила погода. Темные тучи сгустились в небе, заслонив собой луну и звёзды. Засверкали молнии и послышался гром. Всего минуту назад ночь была тёплой и приятной, а сейчас яростный ливень обрушился на стены дворца и поднялся сильный ненастный ветер.
Удивительно, как мир способен измениться в мгновение ока. И, пожалуй, это относилось не только к погоде.
Щёки принцессы были мокрыми, а глаза жгуче краснели от слёз. Не в силах больше терпеть эту боль, она взяла веревку от своего халата. Встав на стул, она привязала один её конец к потолочной балке, а другой – вокруг шеи. Сквозь всхлипы из её горла вырывался жалобный стон. Принцесса решила в последний раз посмотреть в окно перед тем, как шагнуть вперёд.
На улице природа сходила с ума. Молнии без остановки били по линии горизонта. Вдалеке, почти за пределами сада, принцесса увидела то самое сандаловое дерево. Под сильным ветром оно прогибалось. Шквальный поток дождя ломал все его сучья и ветви.
Принцесса решилась прыгнуть со стула… Дерево очень сильно прогнулось от ненастной погоды, ещё чуть-чуть и ствол переломиться пополам… «Я это сделаю… Всего лишь один шаг,» – внушала себе несчастная девушка… Его ствол трещал. Кора лопалась и рассыпалась, как труха. Дерево должно было сломаться…
Она дышала тяжело и прерывисто. Кровь прильнула к её мокрым от слёз щекам. Чтобы не оставить себе пути назад, принцесса в упор смотрела на сандал и в деталях вспоминала, как лорд Анджей её насиловал…
Звучат раскаты грома, и молния бьёт совсем рядом с деревом. Внезапно ненастье прекратилось. Ветер и дождь стихли. Почти все деревья в долине были свалены, кроме того самого сандала. В отличие от своих соседей, оно было более тонким и не таким крепким. Все его сучья были оторваны и разбросаны во все стороны. Дерево стояло голым, но не сломленным…
Принцесса упала на колени посреди комнаты, бросив верёвку в сторону. В этот момент боль отступила, и на её место пришла злость. Злость на всех, на всё и на себя в том числе. «Если быть принцессой означает представлять собой слабую и беззащитную даму, то я не хочу быть принцессой. Я не собираюсь выходить замуж за этого поганого ублюдка Анджея! Я не намерена быть проданной ему своей семьёй в качестве политического подспорья, – думала она, выпалив вслух:
– Я… я отказываюсь быть принцессой. Я отрекаюсь от своей императорской крови и от всего, что меня с этим связывает!
Под покровом ночи, сразу после бури, она незаметно для всех покинула дворец и безвозвратно исчезла. Потом ходили слухи, что её видели на юге. Там, где сплошные пески и жгучее солнце.