Mine üle audioraamatule
Маг подскочил к коню, взял лукошко с Киартаной в руку, другой ухватился за поводья и бесшумно вспрыгнул в седло. Голова чуть не доставала до перекладин крыши, так что пришлось пригнуться.
– Вези меня, словно в последний раз, – шепнул он Крикуну прежде чем ударил в бока.
Макстор отворил воротину, и конь выскочил прямо на него, едва не сбив с ног. Все Бассы отскочили в стороны, и маг галопом погнал Крикуна вниз, к реке, прочь от отряда Бассов. Конь скакал неистово, хоть и прихрамывал на раненую ногу. Краем глаза Мерион уловил, что все четверо Бассов запрыгнули на коней и припустили следом.
Несколько минут длилась погоня на равных, после чего Крикун начал сдавать, всё сильнее хромая. Совсем некстати малышка проснулась и закричала. По раненой ноге коня струилась кровь, которую он разбрызгивал во все стороны. А позади Макстор приближался. Он уже обнажил меч. Слава мудрейшим, у него не оказалось никакого копья или лука.
Ещё спустя минуту они поравнялись.
Мерион вовремя вынул клинок. Враг подскочил на полном ходу и нанёс первый удар. Маг его ловко отразил, но покачнулся. Они разъехались и спустя пару секунд сошлись вновь. Меч Макстора скользнул по эфесу рукояти и по локтю, а порез сразу начал кровоточить, Мерион выронил клинок из стрельнувшей болью руки. Всадники разъехались вновь, объезжая кусты.
Река близилась, но позади неслись и остальные трое Бассов, а Макстор вновь готовился нанести удар. Мерион понял, что у него только один шанс спастись – убить или ранить преследователя и скрыться в реке. Главное – не промахнуться. Враг приближался, отводя меч в сторону в замахе к решающему удару. Мерион ждал.
Макстор подошёл очень близко, и прямо перед его ударом, Мерион метнул воздушный клинок в грудь врагу. Тот лишь пошатнулся в седле, словно от лёгкого толчка, рука остановилась в замахе, рефлекторно дёрнулась, и рукоять меча выскользнула из ослабевших пальцев.
Враг отстал. Поначалу Макстор держался в седле, но не мог править, а лишь клонился к шее лошади, держась за окровавленное пятно на груди. Маг больше не оглядывался. Только услышал позади глухой удар свалившегося на землю тела.
Он завёл коня прямо в воду.
– Потерпи, осталось совсем немного, – напутствовал он, хоть и знал, что вместе их всё равно нагонят.
Следовало искать укрытие, а не спасаться бегством, в округе росли лишь кусты, да редкие сосны. За рекой снова началась гористая местность, там, среди скал, маг мог скрыться, но без коня.
Он давно знал Крикуна, они многое пережили. Маг спешился, посмотрел в понимающие глаза, погладил по морде.
– Пора нам расставаться, надеюсь не навсегда.
Собираться пришлось быстро. Позади уже кричали Бассы, маг взял только самое необходимое и скрылся в расселине между скал.
Малышка по-прежнему кричала, от потери крови перед глазами всё плыло, а тело постепенно становилось ватным, но маг упорно шёл.
Несколько часов он слышал отдалённый топот лошадей и крики, но чем глубже забирался, тем спокойнее ему становилось. Он хотел идти всю ночь, и к утру выйти на южную сторону хребта, но усталость не позволила. Малышка не унималась, и магу пришлось остановиться, успокоить её, а после он уже не смог подняться. Мерион укрылся в тёплой пещере и перед сном помолился за всех, ушедших за Пелену.
Наутро пещера оказалась больше, чем просто углубление – необозримая система переходов, очевидно сделанная людьми. Неказистые проходы в камне то расширялись до огромных залов, а то в них едва можно было протиснуться. Маг слышал, о горных тропах, где во времена вторжений северян скрывались жители окрестных деревень, но не надеялся найти вход без проводника. Туннели ветвились и вели вдоль нагорья, на юго-восток. Большая часть проходов была открытой или со световыми врубками, тропы выводили на вершины с оборудованными смотровыми и сигнальными вышками.
Но нигде магу не встретилось ни души, лишь редко вороны пролетали над горами. Пустынные пейзажи не цепляли взгляд, не будоражили чувств. На западе полыхали пожары: дым струился в небо толстыми скошенными ветром столбами.
До полудня Мерион шёл вглубь нагорья, его задерживали извилистые туннели, которые никак не хотели вести ровно на юг, а постоянно забирали на восток. С утра маг поднимался на три смотровые вышки, а к обеду поднялся на четвёртую. Солнце припекло, порыв ветра принёс едкий запах гари.
На юге Мерион разглядел деревни и фермы на склоне, а дальше, почти на горизонте, два крупных города – Нуреон и Андаль. Повсюду рыскала конница Бассов. Издали они выглядели, чёрными живыми пятнами, что покрывают гнилью всё большую территорию.
На востоке вереницами до самого горизонта по тракту на юг тянулись отряды Бассов. Непрерывным потоком они везли осадные сооружения, оружие и провиант. Пешие армии заняли всю долину. Рога, пробирающие до костей, трубили отовсюду, а над знаменосцами реяли алые полотнища с отрубленной головой волка.
Мерион наблюдал за приближением врага и впервые не знал, как поступить. Его сил оказалось не достаточно, чтобы спасти даже жителей одной деревни, а теперь гибель грозила всему северу, до самого перешейка. Он явственно представил армии Бассов, что окружают Алькадию, рубят и оскверняют Вечные деревья на гробницах мастеров, и ему вдруг стало холодно. Оставалось только спасти Киартану, а затем вступить в смертный бой.
Малышка кричала всё сильнее, да и сам Мерион уже был на пределе. К вечеру он отчаялся и шёл вовсе без энтузиазма.
Поначалу он даже никого не заметил. Люди сидели у стен широкой сводчатой пещеры. Многие плакали, самые стойкие, утешали остальных. На камнях, деревянных настилах вместо лавок, на своих пожитках. Никто не говорил. Маг не заметил ни солдат, ни крепких мужчин, ни взрослых юношей, только женщины, дети и старики. Все выглядели уставшими, измученными и среди плачущей, скорбящей людской массы Мериону стало спокойнее. За пеленой собственного горя люди его не замечали, и он прошёл вглубь пещер с кричащей малышкой в лукошке.
В огромном зале, толпа собралась вокруг массивного чана на костре – там хромой мужчина с женой раздавали еду бесплатно.
Очередь быстро двигалась, и вскоре маг оказался перед чаном.
– Чашки нет? – по-доброму спросил мужчина. В окружившем всех горе он источал свет и тепло.
– Мне бы малышку покормить, – маг опустил лукошко ниже.
Киартана плакала.
– Бог ты мой, Аня! Подойди сюда!
Его жена отвлеклась от готовки и поспешила к ним. Низенькая женщина лет сорока с красивыми чертами лица и веснушками по всему носу улыбнулась Мериону и позвала его в сторону, чтобы не мешать раздаче еды.
– Сколько лун?
– Не больше пяти.
– Давненько она не ела, и боюсь сейчас кроме материнского молока ничего не примет.
– Я поил её козьим…
Аня медленно подняла на мага взгляд и пристально посмотрела. Вокруг люди по-прежнему не замечали его, но она узнала в раскромсанной одежде мантию мага, а в лице мудрость.
– Вы ведь маг Ордена? – шёпотом спросила Анна. – Только, судя по всему, сами нуждаетесь в помощи…
– Да, – согласился Мерион. – Со мной случилась беда. Я должен встретиться с братьями, но… – Мерион кивнул на малышку, – не могу оставить её в беде.
Женщина отвела мага к заплаканнй молодой девушке со светлыми волосами и испуганным, отрешённым взглядом.
– Мариса, девочка моя, это…
– Гильдарион Мерион, – представился маг, – и… Киартана.
Девушка посмотрела на младенца глазами, полными слёз, а затем крепко обняла Анну.
– Нет… Она так похожа на Лизу, – сквозь плачь, проговорила Мариса.
– Ты должна помочь этой девочке выжить, – Анна взяла её руки и серьёзно посмотрела в глаза. – Теперь ты ответственна за неё!
– Нет…
– Мариса. Никто другой не справится.
Девушка плакала, Киартана тоже, но когда Анна поднесла малышку ближе, обе успокоились. Мариса аккуратно взяла девочку на руки и убаюкала, та улыбнулась и ручками попыталась поймать светлые локоны.
–Киартана… – произнесла девушка. – Сильное имя.
Когда она отправилась покормить Киартану, она уже выглядела более счастливой.
– Она потеряла дочку, – ответила на немой вопрос Анна. – Лизу забрали Бассы, вырвали из её рук…
Маг припомнил подобную сцену, которой стал свидетелем в деревне. Солдат выхватил младенца из рук матери и унёс прочь.
– Вы, наверное, тоже хотите есть? – прервала его размышления Анна.
Мерион хотел, и теперь мог себе позволить беспокоиться о малышке немного меньше. К их разговору присоединился и муж Анны с чашкой супа для Мериона.
– Я Антон Горов, – представился хромой мужчина с добрым взглядом, – моя жена Аня, а то была наша дочь Мариса. Вы верно решите, мы бесчувственные, раз не плачем о нашей внучке вместе с ней.
Но маг и не думал их упрекать.
– Не всегда же горевать? – заявила Анна. – Мы с Антоном вдоволь наревелись, за трёх погибших сыновей. Пришёл наш черёд утешать других. Жизнь закалила.
– Да, – муж обнял жену. – Мы многое пережили в этих пещерах, и теперь наслаждаемся каждым моментом и помогаем другим.
– Отрадно, что вы не унываете, – согласился Мерион. – Славно тут всё устроено. В нынешние времена люди нуждаются в доброте, но, боюсь, война зайдёт слишком далеко. Огромные армии идут на юг, я видел их со смотровых башен по пути сюда. Пещеры останутся глубоко в тылу. Нужно уходить сейчас, пока ещё не поздно.
– Многие собираются идти на юг, но мы не уйдём, – заявила Анна.
– Мы не оставим родные земли, – пояснил Антон. – Пусть даже в тылу врага, в постоянном страхе, нам не привыкать. В Гротах есть всё для жизни общины. Среди гор горячий источник наполняет всегда тёплое озеро, даже в самые лютые морозы. Там мы устроили грядки. Есть место и для скота, а в горах мы собираем питательные и целебные травы. Нам всего хватает. Мы жили тут много лет – выживем и теперь.
Мериону не стал отговаривать, он ещё в юности уяснил – каждый сам хозяин своей жизни и своей смерти.
Мага пригласили к их небольшому костерку, где Мариса укладывала спать малышку Киартану. Мерион попросился устроиться на ночлег поблизости и сбросил сумку на камень неподалёку. Они все вчетвером сели у костра и затеяли долгий разговор.
– Моё полное имя Гильдарион Миртувор Мерион, – представился маг за чашкой терпкого корня. – Я прибыл на север по заданию Ордена, в помощь людям, но… – маг опечаленно опустил глаза, – всё пошло не так, как я ожидал. У них в командирах оказался бродячий маг, и я потерпел поражение.
Мерион не стал вдаваться в подробности, а достал то, что осталось от посоха.
– Я, как и мой посох, оказался сломлен, но когда нашёл малышку, обрёл новые силы и добрался сюда. Мудрейшие наказали назвать её Киартаной – в честь великой воительницы древности.
– Дай-ка взгляну на посох, – попросил Антон. – Я работал в молодости по дереву, да и в последнее время немного этим балуюсь.
Мерион передал свёрток. Антон развернул ткань и осмотрел лохматые осколки белого дерева. Вертел по всякому, прикладывал друг к другу.
– Там нет одного… – предупредил маг.
– Да, не слабо его разнесло, – заключил Антон. – Но восстановить можно. И осколок не нужен. Я сооружу замену. Только придётся использовать штифты и стяжки. Работа займёт зиму.
– Боюсь, его сила будет уже не та.
– Может статься, что мощь даже возрастёт, – с хитрым прищуром ответил Антон. – Если использовать правильные материалы.
Маг не стал спорить. И весь вечер думал. Он сам не знал, как восстановить посох, не встречал никого, кто мог бы это сделать. Его беспокоило, что придётся остаться – Бассы перекроют все пути на юг. Маг захотел обдумать всё в медитации, спросить совета у Мудрейших. Он извинился и прошёл переходами в тёмный зал, где разместился на гладком камне.
Он думал о многом, но мысли путались, не давали сосредоточиться. И Мудрейшие молчали. Размышления привели его к Игонору. «Он сам виноват!» – решил Мерион, и сразу отбросил дурные мысли.
Сквозь Пелену маг ощутил лёгкие шаги неподалёку.
– Извините, что отвлекаю, – испугано заговорила Мариса. Она подошла ближе, когда маг открыл глаза. – Я… я хотела попросить вас… Вы отправите Киартану на юг? Могу я её опекать по пути? Я буду о ней хорошо заботиться, как о собственной дочери…
Нависла неловкая пауза. Мерион ждал, что Мариса расскажет больше, но она молчала.
– Да, конечно, – ответил Мерион, не спуская с неё проницательного взгляда. – Знаешь, я сам хотел просить тебя об этом, только не знал, как.
Оба снова помолчали. Её испуганный взгляд блуждал по сводам пещеры.
– Я хотела остаться, – решилась Мариса. – Кроме них у меня никого нет. Но теперь… Киартане нужна защита, здесь ей не место. Утром беженцы отправятся караваном на юг, и я с ними, но куда мне идти? Кому её отдать?
– Ты можешь опекать её не только в пути. Мариса, девочке нужна забота и любовь. Ты должна её взять себе.
Она расплакалась от счастья и кинулась в объятия Мериону.
– Спасибо вам, дедушка. Я обещаю хорошо о ней заботиться, – она немного успокоилась. – Знаете, я очень давно мечтала о дочке, лет, наверное с шестнадцати, встретила Максима… Бассы его убили, а мою малышку Лизу забрали…
Мерион подумал было, что её придётся утешать, но Мариса неожиданно заговорила о том, что он хотел услышать.
– Может это и не важно, но они увозили всех младенцев. Её ведь не убьют? – слёзы собрались в уголках её глаз. – Я ещё увижу дочь, или она потеряна навсегда?
– Очень жаль, что ты пережила такое горе. Киартана – твоё начертанное дитя, пусть и не родная по крови, – маг положил ей ладони на виски и поцеловал в лоб. – Отправляйся в Керник, восточнее него есть деревня Онтари, спросишь, и каждый тебе на неё укажет. В той деревне мой дом на самом верху холма. Тётя Оля, тебе понравится. Скажешь ей, что ты от меня. Гильдарион Миртувор Мерион. Запомнила?
Мариса медленно кивнула, но он повторил ещё раз, а потом оторвал от мантии небольшой кусок чистой ткани.
– Вот, это для моего пса, чтобы он тебя принял, его зовут Кочевник.
Она взяла лоскут и положила в кармашек на поясе.
– Я всё сделаю, – её взгляд сиял от счастья, и маг с чистым сердцем отпустил её, зная, что поручает Киартану достойной девушке.
Мерион вновь остался один и, наконец, позволил себе отдохнуть. Его решения приобретали последствия, и пока они ему нравились.
За последние дни накопилась усталость, и очень быстро Мерион уснул тяжёлым, мутным сном. Его опутывали нити, он не мог выбраться, не видел ни лиц людей, ни место, в котором оказался – яркие огни били в глаза. Лишь под утро странные видения сменились на спокойные сны, и в одном из них девочка радостно бегала по залитому солнечным светом золотому лугу. Он слышал звонкий смех. Она обратила на него внимание: «Дедушка!»
Девчушка с рыжими волнистыми волосами и со счастливым лицом посмотрела ему в глаза, и в этот момент маг понял, что сон вещий.
Анна и Андрей плакали, отпуская свою единственную дочь в долгий и опасный путь. Мариса тоже, от того, что не смогла уговорить их поехать с ней.
– Это наш дом, – отвечали они. – Тебя же ждёт светлый новый мир без ужасов, что обитают в этих краях.
Их расставание навеяло на Мериона грустные воспоминания своей юности, но он откинул их прочь, чтобы не жить печальным прошлым. Он много лет прятал эти их очень глубоко и не понимал, почему теперь они всё чаще вырывались на свободу.
Невольная слеза скользнула и по его щеке, когда он в последний раз перед отправлением взял на руки малышку Киартану. Она не спала и не плакала, а смотрела светлым взглядом, будто знала все тайны мироздания, но не могла рассказать.
Ночь длилась бесконечно. Полная луна мчалась вместе со всадником по полесьям. Воздух набрасывался порывами свежести ранней весны. В низинах клубился туман. Маг нёсся галопом уже много часов. Лошадь, вся в пене, отдавала последние силы, но и этого было недостаточно – Бассы настигали. Позади больше сотни всадников напутственно погоняли коней.
Война, что длилась уже шесть лет, истощила эти земли. Армии Владык терпели поражение за поражением и отступали. Мерион надеялся, что осталось совсем немного – его лошадь была на последнем издыхании, а впереди алым полыхало зарево войны.
Ему чудом удалось добраться до Белополья незамеченным, но в последний день пути удача отвернулась от него – один из конных отрядов вьехал на поляну, где он ночевал. Маг даже не успел удивиться. Он вскочил в седло и рванул прочь, оставив все пожитки, и с того времени больше суток шла погоня. Поначалу он отрывался, но теперь Бассы наоборот настигали. Он пытался сбросить их, но всё оказалось тщетно, а последние часы он был уже в прямой видимости, оставалось только гнать лошадь к фронту.
Впереди замаячили огни костров, Мерион выскочил на широкое поле с буераками и узкими, ветвящимися тропами между выкорчёванных деревьев. В отдалённом гуле войны смешались крики людей, треск огня в ночи, топот лошадей, их безумное ржание, скрипы осей повозок, стоны раненых, раскатистые громы рогов. В лагере Бассов творилась полная неразбериха, и потому магу удалось пересечь его, не обратив на себя внимания. Основные силы врага наступали – стройные ряды пехоты прорвать было невозможно. Маг повернул на восток, но и там строи тянулись до горизонта. Лошадь захлебнулась и сбилась с темпа, заерепенилась, не желая больше бежать. Он оказался в самом центре вражеских армий, гарнизоны строились. Солдаты в массивных латах, покрытых шкурами зверей, едва могли видеть. Командиры грозно кричали на северном наречии. Меж рядов носились гонцы с донесениями, а южнее, метрах в пятистах били барабаны авангарда армии Владык.
Бассы шли слаженными отрядами с копьями наперевес. Вторыми в бой вступили лучники, они по команде горна останавливались и пускали каждый по стреле в ночное небо. За ними – отряды поддержки – повозки снаряжённые припасами.
Маг спешился и прогнал лошадь. Телеги, покрытые плотной тканью, тащили Могучие северные жеребцы. Извозчики без устали погоняли их, и никто не заметил, как Мерион забраться в одну из повозок и накрыться плащом.
Ряды телег медленно двигались вперёд. Мерион видел сквозь щель в досках лишь небольшой участок цветочного поля, истоптанного солдатскими сапогами. Бассы сновали повсюду, каждый был занят делом и знал своё место. Некоторые подходили к повозке, и тогда маг крепче сжимал посох в руке, но войны лишь хватали нужный провиант и бросались снова в бой.
Вскоре появились первые жертвы. Тела лежали на земле, окровавленные, изрубленные. Солдаты не обращали внимания на убитых, а бесстрашно шли вперёд, прямо по трупам. Повозка тоже проезжала по телам, она почти останавливалась, вздымалась одним боком вверх и с трудом переваливалась. Колесо, которое мог видеть Мерион, быстро пропиталось кровью.
В воздухе стоял непередаваемый запах свежей крови, который можно почувствовать только в центре битвы, терпкий, солёный; и ещё нестерпимая вонь плоти. Он сразу вспомнил о незавидной участи жителей деревни Гучка.
Повозка ползла вперёд. Начали появляться тела в форме альянса, изуродованные, с отрубленными конечностями, вывернутыми наружу кишками, масками ужаса на лицах. Мёртвые глаза юных ребят смотрели на него с мольбой, но Мерион уже был не в силах помочь – они остались навсегда призраками за Пеленой.
Медленное движение продолжалось, но вокруг становилось всё больше хаотичного в действиях Бассов. Войска уже не шли ровными строями, а разбрелись повсюду, многие группами ходили по окружным полям и добивали раненых. Жар сражения спал, и Мерион вновь обеспокоился своим положением.
Вокруг было слишком много врагов. Маг приподнялся и огляделся. До остатков армий Владык было не более километра – один рывок для коня, но бесконечно долгий путь для старика с посохом.
Извозчик упорно вёл вперёд, не замечая его в телеге. Ровный строй тянулся в обе стороны до горизонта. Сражение завершилось, разрозненные отряды армии Владык отступали, а конница Бассов преследовала их, солдаты собирали тела в кучи. Вокруг полыхали костры, а в воздухе стоял смрад крови и жжёных шкур. Земля стала вязкой до того, что повозка иной раз застревала. Маг снова накрылся плащом. Он медлил, ожидая подходящего момента. Мудрейшие прошептали: «Сейчас».
Сквозь щель Мерион заметил толпу Бассов. Двое вели под руки Генерала Армии Владык, а остальные кричали и насмехались. Этот человек среднего роста и плотного телосложения еле шёл, то и дело, клонясь головой к земле. Левой руки не было, локоть перетягивала пропитанная кровью тугая тряпка. Ноги он едва волочил, постоянно спотыкаясь. Двое солдат грубо подталкивали, когда он шёл слишком медленно, он падал от ударов, а потом тяжело поднимался. Его снова подгоняли, и он снова падал. Всё больше Бассов отрывались от дел, следовали за процессией, смеялись и глумились над пленным.
Они поравнялись с телегой, и Мерион узнал генерала Сакуроски – старого друга. Ещё юнцом, в Алькадии, Ральф отличался смекалкой и отвагой. В нём не было ни капли силы, но мастерство в военном ремесле привело его в чин Генерала. В последние годы они встречались лишь однажды – в самом начале вторжения шесть лет назад – под его командованием собирались армии Владык на войну.
Мерион крепче сжал посох, в ожидании подходящего момента. Один из конвоиров пнул Ральфа в сторону телеги, где прятался Мерион, тот ударился плечом о борт и упал под колёса.
Маг сбросил плащ. Молния хлестнула по воздуху, сражая Бассов одного за другим. Запахло озоном. Десять Бассов, поражённые разрядом, упали замертво. Мерион спихнул извозчика с козел и стегнул лошадей.
– В повозку! – крикнул он Ральфу.
Генерал быстро сообразил, и даже без руки, бодро запрыгнул в телегу, упав в то самое место, где прежде скрывался маг. Лошади рванули. Первое время им удавалось не обращать на себя внимания, но им вслед уже кричали Бассы на своём грубом северном языке.
Мир вокруг них сужался, в спину полетели стрелы, сначала одиночные, но с каждым залпом их становилось всё больше. Маг поднял посох и защитил повозку куполом, но одной рукой править стало невозможно, лошади рванули в сторону, едва не перевернув телегу.
С дикими криками их окружили всадники. Двоим удалось запрыгнуть на повозку, но маг скинул их волной силы. Бассов подняло в воздух, неестественно сдавило, переломав кости, а затем отбросило прочь. Другие всадники мигом отстали, но продолжали следовать за повозкой на большом расстоянии.
Основные силы Бассов остались позади. Ральф подполз к магу.
– Вы маг? – не узнал он Мериона.
– Я Гильдарион, – с безграничной улыбкой представился он, протягивая руку. – Судьба привела меня в самую гущу сражения.
– Мерион? Тебя считали погибшим! – Ральф обнял его единственной рукой и крепко прижал к плечу. – Мне так повезло, но где же ты пропадал все эти годы?
– Оказалось, не просто вернуться на юг.
– Пошли в небо сноп красных искр, – спохватился Ральф. – Надеюсь, Игонор поймёт твой сигнал.
Мерион давно не слышал ничего об Ордене – хоть с юга и приходили скудные вести, но только не о магах. И уж никак он не ожидал первым из братьев встретить Игонора Фрагила, с которым у него с самой юности обоюдная хроническая неприязнь. Они вместе учились в Академии Ордена, а затем попали в Совет, но раздор так и тлел меж ними десятилетиями, подпитываясь их постоянным вынужденным общением.
– Да неужели! – бросил Мерион. – Только вернулся и сразу встретил своего заклятого «друга».
Он нехотя пустил в небо сноп искр в виде ветвистого дуба – воспоминания, которое и ему много лет не давало покоя.
«Пусть увидит… – решил он, – и вспомнит».
Сразу после сигнала Мериона на юге началось движение войск. Армии поворачивались вспять, а из многочисленных укрытий на поле выскочили охотники с лассо. Вся равнина оказалась испещрена шахтами и туннелями. Солдаты прятались под землёй, а теперь по команде все разом накинулись на конницу врага, зашедшую слишком далеко. Сотни и тысячи лошадей попали в ловушки, натыкаясь на пики и заострённые деревянные колья. Бассов вместе с доспехами протыкало насквозь. Всадников арканили и стаскивали в ямы. Солдаты поднялись из катакомб, образовался новый авангард, и Армии Владык пошли в сокрушительную контратаку.
Повозка въехала в лагерь поле начала манёвров. Ральф спрыгнул и тотчас исчез вместе со свитой гонцов, советников и лекарем, желавшим осмотреть его руку.
Маг бросил повозку, его больше не волновала её судьба. Кони вились и ржали, но местный конюх быстро успокоил их.
Мериона встретили и сопроводили в шатёр капитана. Мага посадили на жёсткий стул перед пожилым мужчиной, то и дело потиравшим ногу. Солдаты остались, но капитан махнул, чтобы те удалились.
– Кто это тут у нас вернулся из-за Пелены! Никак старый лис Миртувор! – Мерион, приглядевшись, узнал сына оружейника Алькадии. Давным-давно, в юности, они были знакомы, почти друзьями, но не виделись уже много лет.
– Тесен мир, Алан, – вспомнил имя Мерион. – Как поживает твой отец?
– Умер…
– Хороший был человек… Жаль, мог бы ещё пожить…
– Пожил он славно, и хорошо, что не застал войну, – его скупая морщинистая улыбка заразила и Мериона. Они могли долго говорить, вспоминая молодость.– Как же ты здесь оказался? – спросил Алан по долгу службы.
Мерион рассказал ему всё, опустив лишние детали.
Битва продолжалась: сквозь занавес ткани маг слышал отдалённые звуки ударов, крики, треск огня и свист стрел. Запах тоже пробивался через ненадежную преграду. На поле горели повозки и тела убитых. Вокруг палатки носились солдаты.
– Что ж, – заключил капитан, после рассказа Мериона, – шесть лет вы скрывались в тылу врага, но теперь, по стечению обстоятельств, обнаружили себя в самом пекле?
С этим магу оставалось лишь согласиться. Капитан помолчал с минуту.
– Игонор вызвал на подмогу магов Ордена, – сообщил Алан, отрешённо глядя сквозь непрозрачную колышущуюся ткань шатра на тени пробегающих солдат, – они прибудут к утру и решат твою судьбу, я не смею вмешиваться в ваши дела. А пока, рекомендую отдохнуть, поверь, заметно, как долго ты не спал.
Мерион не хотел сражаться, и действительно валился с ног. Адреналин сошёл на нет, оставив в крови только бесконечную усталость. Капитан попросил солдат выделить Мериону шатёр с койкой. Маг еле поднялся со стула и, пошатываясь, побрел за ними. Снаружи гул боя усилился. На севере алело зарево, чуть ли не сильнее того, что бывает перед закатом. До утра оставалось не больше пары часов, Мерион и не мечтал выспаться до встречи с братьями.
Сон нахлынул внезапно. Череда знакомых образов из прошлого сменяла друг друга, не задерживаясь в памяти. Мерион погрузился в безмятежное состояние. Казалось, время остановилось, он лежал опутанный нитями, в глаза били сотни мерцающих огней, но уже спустя мгновение маг пожалел, что время прошло слишком быстро.
Незнакомый голос вырвал его из сна, обрушив в тяжелую реальность. Всё тело ломило, голова нестерпимо, до тошноты болела. Глаза первое время отказывались видеть.
– Сэр Маг! – повторил чётко поставленный солдатский голос. – Генерал вызывает, это срочно!
Мерион подскочил с койки. Он безошибочно схватил посох.
– Веди! – только и выпалил он, вырываясь в предрассветный туман.
Солдат повёл его по лагерю, заполненному тысячами раненых. Войны стонали и кричали. Лекари бегали от одного к другому, но многим помочь было уже нечем. Госпиталь простирался далеко на восток, остатки армии Владык укрепляли баррикады. На Белые поля маг взглянул только перед входом в генеральский шатер. В темноте блеснула алая вспышка. Почти на горизонте в небе над лесом вершилась судьба двух магов. Их бой походил на череду всполохов молний. Огни расходились и сталкивались вновь.
Генерал Ральф Сакуроски сидел в темноте шатра в великом смятении. Советники и лекари окружали его, но все молчали. Он поднял взгляд на мага и махнул, чтобы он сел. Но Мерион не стал садиться или задавать вопросы, он уже знал, что от него потребуют.
– Тот маг появился из ниоткуда, – заговорил Ральф. – Мне пришлось отвезти людей от леса, и там всё заняли Бассы. Боюсь, исход будет не в пользу Игонора. Ты должен помочь ему.
Мерион лишь коротко кивнул и направился к выходу.
– Я дам тебе отряд всадников, чтобы прорваться сквозь ряды Бассов… – добавил Ральф и, тяжко вздохнув, пожелал напоследок вернуться живыми.
Магу дали лошадь, а у выхода из лагеря к нему прибилась группа всадников. Они поскакали галопом по изуродованным полям, стараясь не осквернять тела убитых. Бассы отступили на север к лесам, а армии Владык обратно в лагерь на холме, оставив трупы в полях на корм воронью. Все ждали развязки битвы магов, чтобы продолжить бой или отступить окончательно.
Великое сражение с неистовой мощью заклинаний, как и любил Игонор. Это был его стиль – бой на пределе возможностей. Обычно всё решалось быстро – никто не выдерживал темпа, и лишь Мерион однажды справился. Маги бились в воздухе, над лесом, и длинные резкие тени сосен при каждой вспышке колыхались, словно травинки.
Поля, испещренные рвами и канавами, залитые кровью, застеленные изувеченными телами, они пересекли как можно скорее. На севере высились горы, а впереди их ждал сосновый лес. Из-за деревьев за ними наблюдали. Конные разведчики не приближались, но последовали за отрядом на безопасном расстоянии. Мерион заметил их обветренные морщинистые лица и чёрные властные глаза. Люди, закалённые холодом выглядели столь же испуганными, как и солдаты армии Владык.
Лес окружил их причудливыми, резкими тенями. Вспышки столкновений магов в небе теперь были особенно контрастными, но вскоре, когда отряд въехал в полесье, верхушки деревьев закрыли сражающихся магов. Гул заклинаний и запах озона нарастали. Удары и треск молний уже затмевали любые другие звуки. Прежде он наблюдал подобные дуэли, но все они, несли огромные разрушения и завершались неминуемой гибелью одного из врагов. Ему вспомнилась совершенно отчетливо его последняя битва с Волком. Неистовство, с которым они бились, боль и отчаяние, охватившие его после поражения.
Маг, окунувшись в воспоминания, сильнее сжал восстановленный из частей посох, обитый сталью и связанный нитями и путами, руны по всему древку разгорелись лунным светом.
Великая мощь вырывалась на свободу с каждым ударом. Вся округа содрогалась, сама земля гудела, а лес озарялся светом. Отряду оставалось совсем немного. Мерион меж деревьями уже видел силуэты сражающихся магов. Игонора он узнал сразу. Высокий, в светлом балахоне до пят и с посохом из красного дерева, горящий алыми рунами. Но другой маг был ему неизвестен – маска волка скрывала его лицо, а мантия из волчьей шкуры не давала оценить габариты. Но двигался Волк отточено и уверенно, а каждый удар наносил с яростным неистовством.
Мерион лишь краем глаза заметил на себе их взгляды. Всмотрелся во тьму, но долго не хотел верить. Волки тоже следили за битвой. И все, как один, они смотрели на Мериона, прямо ему в глаза. Он не видел их лиц, и заметил ловушку слишком поздно, когда она уже захлопнулась. Маг поравнялся с десятником.