Mine üle audioraamatule
– Джейсон сегодня сделал мне предложение выйти за него замуж!
Мисс Купер замерла с ложкой в руке, не успев донести ее до рта, а граф только хмыкнул. «Вот балбес, – подумал Джон, – неужели не мог подождать?»
– Он женится на мне через десять лет, когда я закончу школу и стану настоящей леди, не буду подслушивать, подглядывать, совать нос в чужие дела и не буду употреблять незнакомые слова, – как ни в чем не бывало продолжила Изабель. – Но с сегодняшнего дня мы считаемся помолвленными. – Сказав это, она с аппетитом продолжила есть суп.
Мисс Купер вопросительно посмотрела на графа.
– Да, мисс Купер, это действительно так. Джейсон известил меня о своем намерении сегодня утром, и я, как опекун леди Изабель, дал свое согласие.
– Дядя Джон, я так рада, что вы не против! Ведь мы с Джейсоном так любим друг друга, – воскликнула Изабель. – Я безумно счастлива, потому-то я так и расстроилась из-за того, что Джейсон не пришел на ужин. Но я уверена, что он обязательно утром придет со мной попрощаться.
«Не сомневайся, дорогая – подумал граф, – уж я прослежу за этим».
Он задумался: сегодня утром в разговоре с Джейсоном они не рассматривали сторону чувств, поскольку их интересовала исключительно деловая сторона дела.
– Я поздравляю тебя, Изабель – с серьезным видом сказала мисс Купер. – Я уверена, вы будете очень счастливы.
– Спасибо, мисс Купер, я обещаю, что буду очень хорошо учиться и стану настоящей леди, как вы и говорили. – Девочка улыбнулась. – Вот увидите. Вы и дядя Джон будете мной гордиться.
– Конечно, дорогая, я уверена, что так и будет, – мисс Купер смахнула непрошеную слезу, – я уже горжусь тобой.
Остаток ужина прошел весело. Граф вовсю старался развлечь дам забавными историями, а те от души смеялись. Чудесный вечер завершился вкуснейшим вишневым пудингом.
Через пару часов счастливая Изабель уснула спокойным безмятежным сном.
В отличие от Изабель, граф Харткейвуд не был спокоен. Он не ожидал, что Джейсон так скоро приведет их план в действие. Сделал девочке предложение – и уехал, забавляется. Сегодня за ужином Изабель сказала, что они любят друг друга, что несколько насторожило графа. «Нужно будет обсудить это с Джейсоном», – ему стало немного стыдно, что они не подумали о чувствах Изабель.
На самом деле, Джон был уверен, что время все расставит по своим местам – впереди их ждало еще долгих десять лет. «Но нужно посоветовать Джейсону уделять побольше внимания своей невесте», – решил граф. В ожидании возвращения племянника Джон поудобнее устроился в кресле и углубился в чтение книги.
Джейсон просунул руку в расщелину между ступеньками старенького крыльца и достал большой ржавый ключ. Дверью, которую открывал этот ключ, пользовались очень редко, и только свои знали, где его достать. С внутренней стороны одной из ступенек была небольшая ниша, которая и служила тайником, и если не знаешь о нем, то никогда и не догадаешься.
Дверь вела в хозяйственную часть дома, где размещались прачечная, кладовые, вход в подвал и подсобные помещения. Здесь был комната экономки и дворецкого, и еще столовая для прислуги. Когда он был маленьким, эта дверь днем всегда была открыта, и слуги бесконечно сновали по коридорам из одного помещения в другое. Сюда деревенские привозили припасы и приходили бригады рабочих и крестьян.
Он любил наблюдать за всей этой суетой, это была своеобразная игра: маленький Джейсон пытался угадать, в какую из многочисленных дверей спешит лакей или служанка, что они вынесут и куда понесут. Экономкой тогда была миссис Сандерс; заметив мальчика, она всегда угощала его чем-нибудь вкусным. Обычно это были свежеиспеченные булочки или пирожки и обязательно – стакан холодного молока из погреба. Тогда ему казалось, что нет ничего более вкусного, чем это нехитрое угощение. Когда миссис Сандерс оставила свою должность, Джейсона стала подкармливать миссис Вест.
Потом к кухне сделали большой пристрой, и маленькой дверью перестали пользоваться.
Пару лет назад дядя показал ему, как достать ключ и попасть в дом, никого не побеспокоив. Джейсон отпер дверь и вошел в дом. Время было позднее, около трех ночи. Он старался не шуметь, проходя по коридору, но все равно звук его шагов гулко отражался от стен. Выйдя в холл, молодой человек уже повернул в сторону большой лестницы, когда заметил свет, исходивший от приоткрытой двери в библиотеку. «Странно, что дядя Джон еще не спит», – подумал Джейсон и решил зайти, узнать, не случилось ли чего. Граф сидел в своем любимом кресле, с открытой книгой.
– Дядя, тебе не спиться? – спросил Джейсон.
– О, Джейсон, хорошо, что ты зашел, я чуть не уснул прямо здесь, поджидая тебя, – встрепенувшись, ответил граф.
– Все в порядке? Зачем ты меня ждал?
– Я хотел поговорить с тобой об Изабель. Сегодня за ужином она объявила, что ты сделал ей предложение. Это так? – граф вопросительно посмотрел на племянника.
– Да, – просто ответил Джейсон, – я встретил ее в саду и посчитал, что это самый подходящий момент, тем более что завтра она уезжает, и неизвестно, когда мы увидимся в следующий раз. – Он плюхнулся в кресло, закинув одну ногу на подлокотник, а руки завел за голову. Вся его поза говорила о расслабленности и полном удовлетворении. – А что? Мы вроде с тобой обо всем договорились.
– Да, договорились, – спокойно ответил граф, хотя легкомыслие Джейсона начало его раздражать. – Но я думал, что ты сделаешь ей предложение более официально, в торжественной обстановке. И немного позже, не так скоро. Кстати, Изабель была очень расстроена твоим отсутствием на ужине. Я думаю, раз уж ты сделал ее своей невестой, то мог бы уделять ей побольше внимания. Мне кажется, что она влюблена в тебя.
– Не смеши меня, – отмахнулся Джейсон. – Она всего лишь маленькая девочка, что она может знать о любви? Я считаю, что это лишь детская забава, Изабель еще совсем глупенькая!
– Она еще маленькая, тут я с тобой соглашусь. Но неважно, что она знает о любви, главное, она в нее верит. – Джон слегка подался вперед. – И твоя обязанность не убить в ней эту веру. Она ведь считает, что ты тоже любишь ее.
– Это глупо. Нет, конечно, я люблю ее, как… – Джейсон попытался подобрать правильное слово: – Ребенка. Но ты ведь понимаешь, что она не может вызывать у меня чувство влюбленности? – Джейсон хмыкнул. – Ты говорил, что ее мать была очень красивой. К сожалению, дочери красота не передалась. Хотя я считаю, что родословная для жены куда полезнее, чем красота.
– Ты говоришь о ней как о племенном жеребце, а это неприемлемо. Как-никак я ее опекун, и обязан сделать так, чтобы моя подопечная была счастлива и ни в чем не нуждалась. – Джейсон почувствовал сталь в голосе дяди и, решив, что сейчас не время для спора, миролюбиво добавил:
– Извини, дядя, просто я не могу пока относиться к ней как влюбленный мальчишка. Она подрастет, и тогда, возможно, все изменится. Но в любом случае я обещаю тебе, что приложу все усилия, чтобы Изабель была довольна и счастлива со мной, – затем подумал и добавил: – Потом, когда станет моей женой.
– И тем не менее, я настаиваю, чтобы ты завтра потрудился встать утром и попрощаться с Изабель, как полагается жениху. Ты обещаешь мне? – тон графа не терпел возражений, поэтому Джейсону ничего не оставалось, как пообещать исполнить просьбу.
– Конечно, я так и поступлю.
– Я рад, что ты понял меня, Джейсон, а сейчас я, пожалуй, пойду спать, поскольку завтра нам рано вставать, – с этими словами граф поднялся и вышел из комнаты.
«Ну что ж, не первый раз мне нужно будет притвориться влюбленным», – подумал Джейсон и со спокойной душой пошел спать.
Было еще раннее утро, а Изабель, уже полностью одетая, сидела на диване в гостиной в ожидании экипажа. Периодически она подходила к окну и всматривалась, не едет ли карета, но туман сегодня стоял такой густой, что не видно было даже начала подъездной дорожки. Ей не терпелось поскорее встретиться со своей подругой Сарой Чамптон. Они с Сарой отправлялись в одну школу, и маркиз Стамфорд, ее отец, любезно предложил свой экипаж и сопровождение до школы. Ей очень хотелось побыстрее поделиться своими новостями с подругой.
Наконец она услышала стук колес. Мгновенно вскочив с дивана, она побежала на улицу. Карета остановилась; едва лакей успел открыть дверь, как из кареты выпорхнула Сара и кинулась обнимать Изабель:
– Изи, как я по тебе соскучилась! – затараторила Сара. – Мы с тобой так давно не виделись, – Сара наконец разомкнула объятия и поправила капор, который сполз ей прямо на глаза. – Ну зато теперь мы наговоримся вдоволь. У меня целая куча новостей, да и у тебя наверняка тоже.
Изабель рассмеялась:
– Сара, ты меня чуть не задушила. Я тоже очень по тебе скучала, и я тоже рада, что мы теперь долго будем вместе. – Изабель сделала загадочное лицо и прошептала Саре на ухо: – У меня, конечно, не такая большая куча новостей, но есть одна просто сногсшибательная!
– Правда? Мне не терпится узнать, рассказывай быстрее.
Изабель только раскрыла рот, как из дома вышли граф Харткейвуд и мисс Купер.
– Леди Сара, рад приветствовать вас в Валлистоуне, – сказал граф, учтиво поклонившись гостье.
– Рада приветствовать вас, леди Сара, – промолвила мисс Купер и присела в реверансе.
– Я тоже очень рада видеть вас, лорд Харткейвуд, и вас, мисс Купер. Как вы поживаете, милорд? – спросила она, обращаясь к графу.
– Благодарю вас, леди Сара, у меня все хорошо. Надеюсь, вы не очень устали в дороге? Может, желаете отдохнуть пару часов?
– Нет, милорд, я совсем не устала. Если честно, мне не терпится поскорее отправиться дальше, тем более что Изабель будет рядом, и нам скучать не придется.
– Ну что ж, прошу вас, проходите в дом, пока загружают вещи. Мисс Купер, – обратился к гувернантке Джон, – попросите экономку подать лимонад в гостиную.
– Да, милорд, – ответила мисс Купер и скрылась в доме.
Граф проводил девочек в гостиную. Едва они устроились на диване, как в комнату вошел Джейсон. Изабель чуть не соскочила с дивана от радости и лишь усилием воли заставила себя мило улыбнуться и поздороваться:
– Доброе утро, Джейсон, – проговорила она.
– Доброе утро, дядя, – Джейсон поклонился графу, – доброе утро, Изабель, – он склонился и поцеловал ей руку. – Ты представишь меня своей подруге?
В поведении племянника граф почувствовал какую-то комическую наигранность. Он внимательно посмотрел на него, но не прочел по его глазам ничего, кроме интереса.
– Да, конечно, – с готовностью заговорила Изабель. – Сара, это Джейсон Мильберн виконт Дарби, племянник графа Харткейвуда. Джейсон, это леди Сара Чамптон, дочь маркиза Стамфорда, моя лучшая подруга.
– Знакомство с вами – это честь для меня, леди Сара, вы очаровательны, – он склонился и поцеловал руку Саре.
Сара достаточно церемонно опустила руку и с улыбкой произнесла:
– И я рада нашему знакомству. Изабель много рассказывала о вас.
– Надеюсь, ничего плохого? – с улыбкой произнес Джейсон.
– Ну что вы, Изабель вообще не способна говорить о ком-либо дурно.
В гостиную вошел дворецкий; принеся поднос с напитками, он поставил его на столик возле дивана и разлил лимонад по стаканам:
– Лорд Харткейвуд, все вещи погружены. – Джобс склонился в поклоне.
– Хорошо, – сказал граф, – соберите пока слуг.
Изабель взяла стакан и жадно отпила – с того момента, как Джейсон вошел в комнату, ее бросило в жар. Сара внимательно посмотрела на подругу. «Изи как-то странно себя ведет, – подумала она. – На редкость молчалива и аккуратна».
– Ну что ж, давайте прощаться, – сказал граф, вставая. Он подошел к Изабель и подал ей руку. Она протянула свою в ответ и встала. Джон обнял ее, поцеловал в макушку и прошептал: – Я буду скучать по тебе, малышка, надеюсь получать от тебя письма почаще.
Сара тоже встала и пошла к двери.
– Дядя Джон, разреши мне поговорить с Изабель наедине пять минут, – Джейсон просительно уставился на графа.
И снова Джон почувствовал фальшь в поведении племянника, посмотрел ему прямо в глаза и снова не заметил даже искорки смеха:
– Конечно, я пока провожу леди Сару. – Граф и Сара вышли из комнаты.
Изабель стояла, опустив голову. Джейсон подошел к ней, взял ее под локоть и потянул к дивану:
– Давай присядем. – Изабель послушно села. – Посмотри на меня, – попросил Джейсон девочку. Она подняла глаза, глядя на Джейсона и пытаясь запомнить каждую черточку его лица. Ведь они теперь не увидятся до самого Рождества, а это целых четыре месяца – можно сказать, целая жизнь. Джейсон улыбнулся.
– Изабель, я хочу попросить у тебя прощения за то, что не явился вчера на ужин. Мне правда очень жаль, – он сделал виноватое лицо. – Один мой друг очень нуждался в помощи, я надеялся, что успею вернуться, но обстоятельства так сложились, что мне пришлось задержаться, – его разобрал смех, когда он вспомнил вчерашнюю ночь. Он почти не солгал: эта деревенская деваха оказалась на редкость страстной, и он, как истинный джентльмен, полночи помогал ей гасить эту страсть. А сегодняшняя ночь обещала быть еще более увлекательной. Усилием воли он сдержал смех, и продолжил:
– Ты простишь меня, дорогая? – в его глазах она прочла столько сожаления и искренности, что чуть не расплакалась:
– Ох, Джейсон, конечно, я тебя прощаю. Просто я хотела провести с тобой побольше времени, поговорить. – Непрошеная слеза все-таки навернулась на ее глаза. – Я буду очень по тебе скучать. Можно, я буду писать тебе письма? – она смотрела на Джейсона и не могла оторвать от него взгляд.
– Конечно, можно, дорогая. Только сразу тебя предупреждаю, не жди от меня частых ответов! – он улыбнулся ей, и сердце Изабель забилось с удвоенной силой. – А сейчас давай я тебя провожу. – Они встали и направились к двери.
Она шла полностью очарованная, в голове стоял какой-то туман. Почти все слуги вышли с ней попрощаться, они что-то говорили ей, но она ничего не слышала. Она улыбалась, кивала и даже что-то отвечала, Джейсон помог ей сесть в карету и закрыл дверь; карета тронулась. Как издалека до нее доносился голос Сары:
– Изи, что с тобой такое, ты сама не своя, – Сара потрясла подругу за плечо. – Изи, почему ты молчишь, он что, тебя обидел?
Изабель, абсолютно счастливая, повернулась к подруге и прошептала:
– Сара, мы с Джейсоном помолвлены, я так люблю его! – она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.
Джейсон вовсю развлекался на балу у леди Флорсби. Настроение его было лучше некуда. Этот бал был одним из последних в этом сезоне, впереди лето, и скоро вся знать разъедется по своим поместьям. Летом в Лондоне почти никого не оставалось. Он тоже не был исключением, только вот поедет он не в скучную деревню, а отправится в настоящее путешествие. Он и его друг Дэниэл Хеммидж, граф Кармильнстон собирались отправиться на яхте Дэниэла в настоящее плаванье! Они стартуют из графства Корнуолл и отправятся в Ирландию, пробудут там несколько недель, а потом пустятся в обратный путь. Настроение в предвкушении путешествия было приподнятым.
– Виконт Дарби, – услышал он женский голос, – как мило, что вы решили почтить нас своим присутствием! Говорят, вы в этом сезоне не очень-то баловали нас своим вниманием.
– Леди Флорсби, – Джейсон поклонился и поцеловал ей руку. – Я никак не мог пропустить столь значимое событие. Ваши балы всегда выгодно отличаются от прочих.
– Тут я с вами соглашусь, льстец вы этакий! – она игриво ударила его веером по плечу. Вдове Флорсби было лет пятьдесят, но выглядела она прекрасно, намного моложе своих лет. Ее супруг отошел в мир иной пару лет назад, оставив своей жене немалое состояние. Охотников на ее руку было предостаточно, но вдова и не помышляла о повторном замужестве. Она решила жить в свое удовольствие, мало в чем себе отказывая.
Друг Джейсона Дэниэл приходился ей то ли племянником, то ли еще кем-то, Джейсон так до конца этого и не понял, но эта женщина ему по-настоящему нравилась. Справедливости ради стоило отметить, что приемы, которые устраивала она, всегда отличались превосходной едой, прекрасными музыкантами и множеством развлечений на любой вкус.
– Это чистая правда, – с обворожительной улыбкой ответил Джейсон.
– Дэниэл сказал мне, что вы с ним отправляетесь в плавание, это так?
– Да, думаю, мы прекрасно проведем время.
– И вечно вы, мужчины, выбираете себе развлечения, связанные с риском и опасностью для жизни, – со вздохом произнесла леди.
– А вы бы предпочли, чтобы мы сидели подле вас в гостиных и обсуждали новые фасоны шляпок? – со смехом произнес Джейсон.
– О, только не это. Если бы вы сидели с нами, то нам бы действительно пришлось обсуждать эти несносные шляпки. – Она раскрыла веер и начала медленно обмахиваться, напустив на себя при этом очень загадочный вид, и наш молодой человек тут же попался в расставленную ловушку.
– И что же, если не секрет, вы обсуждаете? – с любопытством спросил Джейсон.
– Вас, конечно! – ответила она с таким видом, как будто он спросил уж очень очевидную вещь. – Не вас конкретно, но мужчин в целом, – она повела плечом и с заговорщическим видом добавила: – Хотя, стоит отметить, в последнее время именно вы занимаете внимание некоторых дам.
– И чем же я заслужил такое внимание? – наигранно пугливо и почти шепотом спросил виконт.
– Так и быть, одну сплетню я вам расскажу, как-никак вы один из моих любимчиков, – она снова раскрыла веер. – Говорят, что ваша помолвка не настоящая, – вдова многозначительно посмотрела прямо в глаза виконту и с шумом захлопнула веер.
– Вы хотите сказать, что я лжец? – шутливым тоном уточнил Джейсон.
– Я хочу сказать, что вы большой хитрец! – уже более серьезным тоном ответила леди Флорсби. – Вот уже несколько лет вы, прикрываясь своей помолвкой, избегаете преследования матримониально настроенных девиц и их мамаш. И если вы не представите нам в следующем сезоне свою невесту, предупреждаю: на вас начнется настоящая охота. – Сказав это, она легонько стукнула его веером по плечу, показав тем самым, что разговор закончен.
Джейсон смотрел ей вслед, и его настроение портилось столь же быстро, с какой скоростью леди Флорсби удалялась от него. Он знал, что этот день рано или поздно наступит, и, как бы он ни старался оттянуть момент, ему придется вернуться в Валлистоун и исполнить свое обещание: жениться на Изабель. Он попытался вспомнить, как выглядит его будущая жена, но у него ничего не получилось – он видел ее последний раз, наверное, лет пять назад. Да, вроде это было на Рождество. Тогда дядя настоял на его присутствии.
Сколько тогда ей было лет? Четырнадцать или, может быть, пятнадцать? Он провел в поместье почти неделю, но образ Изабель начисто стерся из его памяти. Насколько виконт помнил, в ней не было ничего привлекательного. Угловатая, нескладная девчонка, волосы какого-то мышиного цвета, в лице тоже вроде ничего привлекательного. Он тогда в очередной раз удивился, что она настолько несимпатичная, ведь дядя утверждал, что ее мать была невероятно красивой женщиной.
Джейсон вздохнул и осмотрелся. Бал был в разгаре. Сотни свечей освещали зал, красиво украшенный цветами. Цветы были повсюду. Большие и развесистые в тяжелых кадках, свежесрезанные садовые в многочисленных вазах, и даже стены украшали гирлянды из цветов. Двери, ведущие в сад, были распахнуты, позволяя ночной прохладе проникать в зал. Музыканты играли почти без передышки. Пары кружились в быстром вальсе. Мужчины флиртовали, женщины кокетничали, кругом слышался смех: веселый и переливающийся, как перезвон маленьких колокольчиков – девичий, и скупые басистые смешки мужчин.
Джейсон тряхнул головой, как бы избавляясь от неприятных мыслей. Ну что ж, чему быть того не миновать. Пусть Изабель не красавица, но у нее масса других достоинств, например, прекрасное поместье в Шотландии и внушительное состояние, а это вполне может компенсировать внешние недостатки. Красивые платья и драгоценности украсят любую женщину, и он уж постарается, чтобы его жена ни в чем не нуждалась. Ну а он будет наслаждаться сегодняшним вечером в обществе прекрасных дев.
В этом был весь Джейсон. Он никогда не зацикливался на проблеме, считая, что переживать о том, что только может случиться в будущем, глупо и непродуктивно. Он вел безбедную и вольготную жизнь. Любил балы, развлечения. Он всегда становился душой любой компании, будь то скачки на лошадях с друзьями, многочисленные розыгрыши, которые он и его друзья обожали устраивать друг другу, или даже скучный музыкальный вечер. Всегда весел и доброжелателен, вежлив и с чувством собственного достоинства, к тому же Джейсон обладал весьма привлекательной внешностью. Высокий, стройный, с копной непослушных темных волос и красивыми зелеными глазами, чувственными губами. Он всегда был желанным гостем на любом светском мероприятии. Конечно же, женщины не обделяли его своим вниманием, а он с большой охотой флиртовал с ними, однако при этом всегда был очень осторожен и никогда не переходил допустимых границ.
Другое дело – молодые вдовушки. Здесь можно было не осторожничать, и Джейсон с огромным энтузиазмом заводил короткие романы. Однако образ молодого беззаботного повесы был лишь одной стороной характера виконта. Как и в душе любого человека, внутри Джейсона бушевали свои демоны. Например, он терпеть не мог, когда кто-либо пытался манипулировать им. Поэтому все его многочисленные романы заканчивались, как только он чувствовал, что его любовницы пытаются подчинить его себе. На любое давление со стороны или попытку заставить его делать то, что ему не хочется, он реагировал очень жестко.
Когда Дэниэл нашел друга, тот перетанцевал уже, наверное, с дюжиной девиц.
– С тобой все в порядке? – спросил с ухмылкой Кармильнстон. – Решил напоследок свести с ума всех девиц? Я уже попрощался с тетей, так что мы можем уходить.
Друзья направились к выходу, не замечая восхищенных глаз, провожающих их.
Было около трех часов ночи, когда Джейсон подъехал к дому. Слугам было велено не дожидаться его возвращения, поэтому он открыл дверь своим ключом и удивился, увидев свет в золотой гостиной. Войдя в комнату, он увидел дядю Джона, который дремал в кресле у почти погасшего камина с книгой на коленях.
– Дядя Джон? – удивленно произнес Джейсон.
Лорд Харткейвуд, слегка вздрогнув, открыл глаза.
– Джейсон, я слегка задремал, пока ждал тебя. Все развлекаешься?
– Да, леди Флорсби давала последний бал в этом сезоне, и я задержался дольше, чем предполагал. – Виконт уселся в кресло напротив графа. – Не знал, что ты появишься, но очень рад видеть.
– У меня есть кое-какие дела в Лондоне, но я не задержусь надолго, всего на пару дней, не хочу оставлять Изабель одну.
– Как она? – без особого интереса полюбопытствовал Джейсон.
– Хорошо… насколько это возможно. – Граф был серьезен как никогда. – Понимаешь, в последнее время меня не покидает мысль, что я подвел ее.
– Подвел? Никогда в это не поверю. Ты всегда очень ответственно относишься к своим обязанностям опекуна, – виконт нутром почувствовал, что вечер предстоит непростой. Ну что сегодня за день? Сначала леди Флорсби буквально пристыдила его загадочной помолвкой, он бы даже сказал, намекнула, о своих сомнениях насчет того, что она вообще существует. И именно сегодня дядя Джон, похоже, решил затеять серьезный разговор.
– Да, именно подвел. Ты знаешь, сколько лет Изабель?
– Наверное, восемнадцать?
– Ей двадцать, – тон графа ни о чем не говорил, он просто констатировал факт. Джон смотрел на племянника и удивлялся, почему он раньше не замечал, что Джейсон уже давно не юноша. Перед ним сидел взрослый, уверенный в себе мужчина. Как летит время!
Память почему-то вернула его на двадцать с лишним лет назад. Он вспомнил, каким увидел Джейсона, когда тот только приехал в Валлистоун. Перед ним стоял худой нескладный мальчишка с взъерошенными волосами. Джейсон потерял родителей, а Джон потерял брата и невестку, и они вместе переживали это горе. Граф почувствовал тогда, что между ними образовалась особая связь, они нуждались друг в друге и помогли друг другу.
Еще будучи ребенком Джейсон выказывал невероятное упрямство. Невозможно было заставить его что-то сделать против его воли. Но граф нашел подход к своему племяннику, а также нужные слова, которые помогали убедить Джейсона, а если и это не срабатывало, всегда существовала возможность договориться. Сейчас, наблюдая за Джейсоном, он уловил в нем некую нервозность. Племянничек явно готовился к обороне, и уже готов был выпустить первые шипы.
Джейсон встал и подошел к столику, на котором стоял графин с бренди. Плеснул немного в стакан и вопросительно посмотрел на дядю, однако тот отрицательно покачал головой.
Пожав плечами, со стаканом в руке Джейсон снова уселся в кресло; устроившись поудобнее, он отхлебнул из стакана.
– Ей двадцать, Джейсон, уже двадцать, – нарушил тишину граф. – Все ее подруги выезжают в свет уже несколько лет, а знаешь, чем занимается Изабель? – граф сделал паузу, как будто ждал ответа, но Джейсон знал, что это риторический вопрос. – Она занимается делами поместья, и, надо отметить, у нее это неплохо получается. Она заботится об арендаторах, устраивает для них праздники несколько раз в год. Еще она организовала в деревне школу. Она очень добрая и умная, ее все любят и уважают. Она и мне помогает с бухгалтерскими книгами – я удивлен, что Изабель так быстро все схватывает! В доме все работает как отлаженный механизм. Слуги ее обожают, потому что она всегда мила и приветлива с ними; они готовы наперегонки бежать, чтобы исполнить любую ее просьбу, – граф усмехнулся, – а для меня они так никогда не бегают. У нее напрочь отсутствует снобизм, и она ни на что не жалуется, я от нее даже слова дурного не слышал ни о ком. – Джон вздохнул – А я ее подвел. Я повел себя как законченный эгоист и лишил ее возможности насладиться светской жизнью и развлечениями. Нужно было привезти ее в Лондон еще два, а то и три года назад. Она должна порхать по балам, заказывать себе красивые платья и всевозможные безделушки, общаться со сверстниками. Я лишил ее права выбора, – граф посмотрел Джейсону прямо в глаза. – Вернее, мы с тобой все решили за нее еще много лет назад. Сейчас пришло время исправлять ошибки. – Граф подобрался в кресле и наклонился вперед. – Ты дал слово и должен его сдержать.
– Я и не отказываюсь, – наконец отозвался Джейсон, и Джон с удовлетворением услышал нотки вины в голосе племянника. А значит, он вновь подобрал нужные слова. – Просто я не был готов, – он поерзал в кресле. – Ты же понимаешь, женитьба – это очень ответственный шаг. Не знаю, готов ли я и сейчас, но… – он запнулся, пытаясь подобрать нужные слова. – Возможно, прозвучит странно, но именно сегодня я думал об этом, и решил, что приеду в Валлистоун к концу лета.
– Рад слышать, что не отказываешься, но меня не устраивают сроки. Я слышал, что ты собираешься в морское путешествие с Кармильнстоном? – вдруг резко сменил тему граф.
– Да, – и откуда он всегда все знает про меня, подумал Джейсон, – именно поэтому я и сказал, что приеду в Валлистоун к концу лета. – Он пытался говорить спокойно, еле сдерживая свое раздражение. Его бесило, что он чувствовал себя нашкодившим мальчишкой. И так было всегда: каким-то непостижимым образом дядя всегда добивался от него всего, чего хотел.
Вот и сейчас Джейсон чувствовал, что уже готов сдаться. Это его не просто бесило – он начинал злиться, а это очень плохо. Джейсон не хотел ссориться с дядей, но именно это и произойдет, если он не сможет контролировать свои эмоции.
– Я не могу отказаться от этой поездки. Дэниэл рассчитывает на меня, мы готовились несколько недель, и бросить все сейчас просто невозможно. Ко всему прочему, я очень хочу поехать, можно сказать, что сбывается моя мечта! – Голос Джейсона слегка вибрировал от еле сдерживаемой ярости.
– А как насчет ожиданий Изабель? Вы помолвлены, но она не видела своего жениха вот уже пять лет. Ты считаешь, что это нормально? Я планировал, что мы сыграем свадьбу уже в конце лета, но до этого я хочу, чтобы вы провели несколько месяцев вместе, узнали друг друга поближе.
– И зачем это нужно? – Джейсон уже не мог скрывать своего раздражения. – Сколько пар женятся, увидев друг друга первый раз буквально у алтаря! А мы с Изабель знакомы всю жизнь.
– Ты хоть понимаешь, как ранит девушку твое невнимание? Изабель сейчас гостит в доме маркиза Стамфорда, она очень дружна с его дочерью леди Сарой, если ты помнишь ее, и наверняка сейчас выслушивает последние сплетни о твоих похождениях.
– Ну, если, как ты говоришь, леди Сара выезжает уже не первый год, то не думаю, что она сможет рассказать Изабель что-нибудь новенькое.
– Твое имя то и дело мелькает в желтой прессе, о тебе судачат во всех гостиных!
– Не больше, чем обычно.
– Да неужто, лорд Бессердечный? – Джейсон вздрогнул, услышав прозвище, которым его наградили в обществе.
Это все потому, что он предпочитал расставаться со своими пассиями на пике отношений. Он никогда им ничего не обещал, никогда не говорил о любви, поэтому, как только он чувствовал, что женщина начинает привязываться к нему и рассчитывать на что-то большее, чем мимолетная связь, он порывал с ней, ни о чем не сожалея и никогда не оглядываясь.
– Это лишь досужие сплетни, не более того, – огрызнулся виконт. – Ты тоже не святой, это у нас семейное.
– Но я никогда не был связан обязательствами. Сплетни о тебе долетели и до Валлистоуна. Как, по-твоему, должна чувствовать себя твоя невеста?
– Я взрослый мужчина, а она всего лишь женщина. Пусть принимает все как есть, ведь это брак по договоренности. Она получит от меня титул, положение в обществе и все связанные с этим привилегии, я получу ее приданое, чем приумножу состояние нашего рода, и, конечно, наследника для продолжения все того же нашего рода. Глупо с ее стороны рассчитывать на что-то большее.
– Боюсь, что Изабель рассчитывает как раз на большее. Она идеализирует тебя, как, впрочем, и всех. Она любит людей и верит, что в каждом есть и достоинства, и недостатки. По ее мнению, человек поступает плохо потому, что его просто мало любили.
– Очень жаль, что ее светлая и умненькая головка забита романтическими ожиданиями!
Граф поразился цинизму племянника.
– Ты не веришь в любовь, и это странно, потому что твои родители очень любили друг друга, любили тебя, разве ты этого не помнишь?
– И чем закончилась эта любовь? – сквозь зубы прошипел Джейсон, его глаза недобро сверкнули. – Наш брак будет основан на взаимовыгодных отношениях, и чем раньше Изабель это поймет, тем лучше будет для нее!
– Что ж, пусть будет так, – тяжело вздохнув, сказал граф. Посмотрим, как ты заговоришь, когда встретишься с Изабель, подумал он. Она из виконта веревки вить будет – и знал он это не понаслышке, поскольку сам не раз поддавался ее очарованию и умению убеждать. Местные джентльмены у нее с руки готовы есть, и Джейсон навряд ли станет исключением. – Поезжай в свое путешествие, мы будем ждать твоего возвращения в Валлистоун. К тому же нужно все подготовить к свадьбе, хлопот будет достаточно. Но хочу тебя предупредить: я оставляю право за Изабель отказаться от твоего предложения, если она того пожелает.