– Здравствуйте, вы попали на линию «Харакири». Что бы вы хотели поесть? – говорил он в блестящий черный телефон с антенной.
– Кухня «Они-чан» на связи, – говорил он по зеленой трубке. – Слушаю вас.
Вся кухня города в одном кафе. Вся палитра в одном флаконе.
Доктор Чума. В Средневековье, во времена эпидемии чумы, доктора в масках в форме головы птицы пытались помочь больным. У них были сушеные травы. Горькие настойки. Чесночные амулеты. Они лечили своих больных лекарствами, кровопусканием. Прижигали и вырезали чумные бубоны. И у всех, всех этих способов была общая черта. Они все одинаково не работали.
Тот мой друг. Он был Доктором Чумой для клиентов своего кафе.
Он так много говорил по телефону, что у нас в компании даже была такая шутка. Мы звонили ему на личный, мобильный телефон, и ставили на то, куда мы попадем сегодня. Мы звонили ему на мобильный и слышали:
– «Окинава».
Наш смех было слышно даже в трубку в другой его руке. Мы узнали это, потому что на кафе подали в суд. Сначала этого моего друга уволили, с отвратительной записью в трудовой книжке, а потом кафе закрыли. С тех пор этот мой друг так и не может найти работу. Тот клиент, что звонил в элитный ресторан «Харакири», и услышал «Окинаву». Тот клиент, в трубке в правой руке моего друга. Он не перестал есть суши.
Этот парень явно не промах.
Другой мой друг, с моего колледжа, уехал работать в Китай. У него был выбор – поехать в Китай или Индию, и он выбрал Китай. Даже выучил китайский язык. Теперь, когда он вернулся в родной город, он любит сидеть на мокром скользком краю круглого фонтана у входа в тату-салон и смотреть на выходящих оттуда людей. Людей с новенькими татуировками на латыни, китайском или хинди. Людей, думающих, что на другом языке тату выглядит интереснее. Загадочнее. Умнее. Мой друг сидит и потом выкрикивает:
– Слоновье дерьмо!
Девушка в рваных джинсах нервно смотрит на него и быстро проходит мимо. У нее на раскрасневшейся руке – нет, у нее в руке – черная краска иероглифов. У нее в руке – слоновье дерьмо.
Мой друг сидит на фонтане и кричит мужику с бородой дровосека и голым воспаленным торосом:
– Моя сестра – грязная потаскуха!