– Сделал бы при любом раскладе. Твое любопытство тебя побеждает. Не ври мне.
– Так что тебе нужно? Не сдаться ведь ты предлагаешь?..
– Ну что ты. Нет. Зачем мне с такой армией сдавшийся враг? У вас и шанса малейшего нет против нас. Мне просто стало интересно, откуда ты взял корни? Было Второе Древо, верно?
Брам некоторое время ничего не отвечал. Его лицо побагровело, вены на лице и руках вздулись, а костяшки пальцев побелели от сильного сжатия посоха.
– Ты все такой же глупый ребенок, каким я тебя помню с первого дня нашего путешествия.
– Так ты не ответишь? – продолжал напирать Арион.
– Ты умрешь, не узнав этой тайны. Это будет справедливо перед человеком, который действительно умер, рассказав эту тайну мне.
Арион дернул бровью, затем повернул свою лошадь и напоследок сказал:
– Прощай.
Он поскакал к своей армии. Брам вернулся к своим людям с чувством того, что он оказался настоящим щитом для гвермонда.
«Интерес и недоверие победили. Развел меня…»
Яростный крик разлетелся по всему полю. Враг пошел в наступление.
– Ждем! – кричал Брам. – Ждем, пока подойдут!
Грохот несколько тысячной армии отдавался во всем, что было в природе. Брам, Минох и короли ретировались в сторону, освобождая место для контратаки копейщиков. Враг подбирался все ближе. Уже отчетливо виднелись лица воинов Ариона.
В небе появились первые сгустки магии. Некроманты начали свой залп.
– Огонь! – орал Брам изо всех сил. – Огонь!
В небе образовалась туча из стрел, а также магических зарядов волшебников и волшебниц. Многие некромантские заряды были сбиты или перенаправлены за пределы поля боя. Стрелы наконец долетели до земли, поражая первый ряд вражеского войска. Орки падали замертво. Те, кто был позади них, бежали мимо павших сородичей. А некоторые спотыкались об трупы, но быстро вставали и вновь направлялись вперед.
Минох бегал около лучников и магов, продолжая командовать:
– Заряжай! Огонь! Заряжай! Огонь!
Орки продолжали падать. Под обстрел наконец попали и глуры, чему был рад Брам. Копейщики приготовились принять удар врага. Их пики грозно выпирали, словно зазывали на смерть.
Произошло первое столкновение. Кровавое, страшное столкновение. Орки пачками насаживались на копья. Армия Брама приступила к атаке. Воины бросились вперед с яростным воплем. Смрад смерти стоял в воздухе. Все живые существа дышали им, чувствуя тяжелый осадок в своих легких.
Брам спрыгнул с лошади. Пришло время действовать и ему. Маг увидел, как Амфитер и Мезира обходили войска сбоку. Брам сразу же ринулся к ним наперерез. С чудовищами он встретился нос к носу, не дав им пройти дальше.
Посох начал отдавать свою силу чародею. Ничего подобного Брам еще никогда в жизни не ощущал. Странное, но довольно приятное чувство. Амфитер подлетел в воздух, но маг сразу же вернул летающую тварь на землю, не дав ей взлететь потоком воздуха.
– Нет уж, будешь биться на моей территории!
Мезира сделала рывок в сторону мага. Такой быстрый и незаметный, что Брам даже не успел на это среагировать. Многоножка словно прыгала, а не ползла как обычно. Но она врезалась во что-то невидимое и отскочила в сторону, недовольно клацая своей челюстью.
Брам понял, что его защитил магический щит. Только чей он был? Маг обернулся и увидел Аэфелию. Девушка подбежала к нему.
– Спасибо, – слабо выговорил Брам.
– Не время для благодарения, – ответила магичка, следя за зверями отшельника. – Я неплохо использую огненное дыхание. Поможешь?
– Давай.
Аэфелия применила заклинание, а Брам усилил его эффект. Пламя дракона изверглось из рук волшебницы. Они считали, что Мезире конец, однако вмешался Амфитер, который одним своим взмахом крыльев смог прекратить действие огненной магии.
– Черт! – взревел Брам.
– Посох! Используй его на полную мощь!
Брам этого и сам желал, но одновременно боялся, страшился неизведанной мощи. Посох загорелся ярким свечением. Маг нанес свой удар.
Снежный вихрь поднялся на поле боя. Снежный и смертельный. В вихре оказалось также и все оружие, которое лежало на поле: мечи, копья, топоры, стрелы, секиры. Амфитер сразу же попал в самый эпицентр действия заклинания. Конечно же, любое попавшее внутрь живое существо умирало от многочисленных ран. Мезира попыталась убежать, но Аэфелия вовремя схватила зверюгу заклинанием притягивания, не дав ей уползти. В итоге и Мезира оказалась внутри вихря.
Только вот ослабить или остановить это заклинание у Брама не получалось. Мощь вырывалась неимоверная. Брам воспользовался этим и направил заклинание на армию орков и глуров. Сотни воинов попали внутрь вихря, который начинал менять цвет с белого на алый.
Наконец Брам смог прекратить вихрь. Снежная мясорубка исчезла, а все, что находилось внутри, обрушилось на землю. Тела орков, глуров и Амфитер с Мезирой. Все они были мертвы.
– Превосходно! – закричала Аэфелия.
– Да, одной проблемой меньше.
– Пойду помогу своим. Надо еще избавиться от некромантов.
– Будь аккуратнее, – сказал Брам, когда магичка уже убежала в другую часть поля.
Битва длилась очень долгое время. Колоссальные потери несли обе стороны. Перевеса в численности ни у кого не было. Все сражались наравне. И это учитывая то, как Брам помогал своей армии своим новым оружием. В то время как Хоган и Арион воздерживались от битвы. Они лишь наблюдали со стороны, убедив себя, что их войско сможет победить и без них. По крайней мере, в это верил Арион. И Брам это знал.
Опираясь на свой посох, маг добрел до безопасного места, где он смог бы немного отдышаться. Его силы покидали его, и здесь ему не помогал даже сильнейший магический артефакт. Слишком много сил было потрачено, чтобы помогать в сражении с орками и глурами. Если бы бой проходил без магического вмешательства, люди бы проиграли.
Со временем Брам стал понимать, что даже с его помощью люди уступали в битве. Войско всегда терпит поражение в тот момент, когда их король или предводитель умирает в битве. Но до Ариона было не добраться. А если бы и была возможность оказаться перед ним, то победить его, гвермонда, совсем не истратившего внутреннюю силу…
Браму вспомнился старый обычай, который описывался еще в учебниках истории. Вероятность того, что Арион согласится принять вызов, была крайне мала. Да и никто не делал вызовов уже многие столетия. Однако Брам был уверен, что Арион знает про этот древний обычай. Гвермонду всегда была интересна история мира.
Брам нашел на земле горн, испачканный в крови. И прозвучал характерный вызов. Два коротких завывания и один протяжный. И так три раза подряд.
Кажется, никто в армии не понимал, что это означало. Маг ждал. Он верил до последнего, что Арион ответит.
И он ответил.
Точно такие же звуки горна раздались с вражеской стороны. Арион принял вызов. Где-то вдали что-то кричали. Горн зазвучал совсем иначе. Орки и глуры стали отступать, останавливаясь недалеко от их предводителей.
Брам тоже дал сигнал своим войскам отступить. Воины в непонимании переглядывались. Они были уставшие, грязные, потные, вымазанные в крови и совсем не понимали того, что происходит.
Центр поля освободили. Брам вышел вперед, медленно идя на середину. Арион шел навстречу.
Смысл всего обычая заключался в том, что предводители обеих сторон делали друг другу вызов, что означало дуэль. Обычно это делалось между королями. Очень часто смерть в такой дуэли значила поражение одной из сторон.
Двое магов подошли друг к другу. Войска внимательно наблюдали за ними.
– Интересное решение, не ожидал от тебя, – сказал Арион, взявшись за посох двумя руками. – И ты считаешь, что сможешь меня победить? Даже если я погибну, то войска продолжат нападение.
– У вас крупные потери, Арион, не обманывайся. Орки следуют за своим главарем. Большинство глуров мы уже перебили. Твои наемники убегут сразу же, так как они сражаются до тех пор, пока тот, кто платит, жив.
– И все же у тебя нет шансов.
– Это мы еще посмотрим, – совершенно спокойно ответил Брам.
– Расходимся. Двадцать метров устроит?
– Да. Этого достаточно.
Арион отвернулся и начал отсчитывать шагами расстояние. Брам остался на месте, наблюдая за своим оппонентом. Он стал продумывать план действий. Его излюбленный вихрь, который помогал ему в битвах не один раз, будет бесполезен против Ариона. В дуэли не получится контролировать поток. Нужно что-то быстрое, точное.
Арион остановился, отсчитав шаги, повернулся и громко сказал:
– Выбираю стихийную дуэль.
«Вот же…»
И Арион по правилам имел на это полное право.
– Раз уж ты выбрал вызов, то давай придерживаться всего, что к этому относится. Ты ведь помнишь, что я, как принимающая вызов сторона, могу выбрать стихийную дуэль, если оба соперника являются магами?
– Помню, – довольно тихо ответил Брам.
Стихийная дуэль. Никакой лишней магии, заклинаний. Лишь чистая энергия твоей стихии против стихии соперника.
Арион замахнулся рукой. Поток пламени рванулся в сторону Брама. Владыка же направил прямой поток ветра. Две стихии столкнулись, словно ударились о невидимый барьер. А здесь уже кто окажется сильнее. Либо Брама охватит пламя, либо поток ветра перекинет это же пламя на самого Ариона.
Маги стояли, чувствуя утрату сил. Они не уступали друг другу. Но Браму становилось тяжелее. Он потратил слишком много силы во время битвы до дуэли.
Огонь стал побеждать ветер. Пламя начало приближаться к Брамсвеллу. Как бы он ни старался, но выдать еще больше силы у него не получалось. Дело даже не в нехватке внутренней энергии. Арион был сильнее. Гораздо сильнее.
«Так все и закончится, – думалось Браму. – Так все и закончится».
Огонь подбирался к Браму все ближе. У Ариона на лице появилась улыбка. Он знал, что побеждает, и вид ослабшего врага приносил ему удовольствие.
«У меня… Не хватит…»
Браму пришла в голову мысль. Он мог попробовать выиграть дуэль, но для этого придется пожертвовать собой.
«Слишком многие погибли. Я не должен быть исключением».
Из-за пояса Брама выскочил Толкмар, подлетел в воздух. Он дал лишнюю подпитку магу. Это последнее, что он сможет сделать в своей жизни. Брам вобрал всю энергию посоха и Толкмара. Кинжал попал прямо в воздушный поток. Брам завопил, выпустив всю свою энергию. Толкмар полетел по потоку, рассекая воздух и огонь.
Сквозь пламя Арион не успел заметить летящее в него оружие. Толкмар поразил свою цель, пронзив сердце. Потоки огня и ветра прекратились. Арион сделал робкий шаг и упал на землю. Мертвое тело распласталось на снегу. Посох лежал рядом.
Брам так же безжизненно упал.
Дуэль закончилась.
Битва продолжилась и после дуэли. Глуров осталось довольно мало. Многие из наемников убежали с поле боя. Магички и волшебники дали достойный отпор и смогли победить некромантов. Большую роль в магическом столкновении сыграла командующая Аэфелия. Старик Р не был готов к сражениям, поэтому быстро пал в бою. Верховный Некромант Хоган глупо погиб от стрелы. Ему еще в далеком прошлом предрекали, что погибнет от орудия обычного. От глупости и жадности большой. Но он не придал этому большого значения.
Орки продолжали яростно сражаться, пытаясь доказать самим себе, что они чего-то стоят. И они могли победить, если бы не вовремя подоспевшее на помощь войско Гилн-Скиа, которое помогло окончательно сокрушить врага. Оставшиеся орки бежали обратно в пустыню, но короли правого материка еще не один месяц преследовали чудищ, истребляя их расу. На этот раз никто не собирался подписывать с ними пакт о ненападении.
После битвы прошел месяц. Именно через это время в одном больничном крыле Гур-Муна послышался истерично-ликующий крик:
– Очнулся! Сестра! Он очнулся!
***
– Не думали мы, что вы выживете, – сказал один из участников Тайного Совета, смотря на лежавшего на койке мага.
– И я вам рад, – пробубнил Брам, еле раскрывая рот.
– Простите, что так сразу к вам пристаем. Понимаем ваше состояние, но нам нужно вам сообщить, что мы вас избрали новым Владыкой. Отныне вы теперь не просто регент. Раз уж Лириан распорядился так, чтобы вы продолжили свою жизнь…
– Нет.
– Простите?
– Нет. Я не буду Владыкой.
– Это… – поразился один из советников. – Это еще почему?
– Я не хочу, – тяжело выговаривал Брам. – И заставить вы меня не вправе. Если вам больше нечего сказать, то уходите. Найдите себе другого правителя.
Советники переглянулись. Они понимали, что спорить с магом не стоит. Даже учитывая его состояние, говорил он разумно, не находясь в бреду.
– И все же советую вам подумать, – настаивал один из советников.
– Я дал свой ответ. Большего я вам не скажу.
– Что ж, тогда мы рады, что получили ответ так скоро, – сказал другой советник.
– А где… – Брам закашлялся. – Где…
– Ваш посох? Мы сохранили его, как и посох Ариона. Он принадлежит вам, так что мы его отдадим, как только…
– Не надо. Уничтожьте его.
– Уничтожить такой сильный артефакт? Великий Лириан, да что вы такое говорите?
– Он мой. Я могу распоряжаться… как мне этого захочется…
Советники вновь переглянулись. Ведь Брам был прав.
– Хорошо, – сказал один из них, – будет сделано.
– Нет, я сам, – прохрипел маг.
– Как вам угодно. А посох Ариона?
– Мой по праву. Я победил своего врага и могу забрать его оружие. Посох… – Брам тяжело вздохнул, – посох Ариона я тоже уничтожу.
– Да будет так, – ответил советник, смиренно согласившись на все условия.
Тайный Совет покинул лечебное крыло, а весь остаток времени до выздоровления Брам проводил на койке в состоянии вечного сна. Перед ним появлялись образы, мелькали люди, лекари. В сознании возникали довольно странные видения, локации, образы. Однажды ему причудилось, что в палату заползла Мезира, но образ быстро сменился обычным целителем. С Брамом даже пытались общаться, только вот что-либо отвечать у него не было сил.
Несколько раз ослабшего чародея навещала Аэфелия. Ее ласковый голос словно обнимал мага. Имел свою отдельную форму, способную на физический контакт. Иногда она просто приходила и сидела. Аэфелия думала, что Брам спит, но тот прекрасно все видел, хоть его глаза и были закрыты.
Приходили к нему многие, но только не тот, о ком он довольно часто думал.
Тот странный образ, что явился к нему перед боем.
Кто же это был?
***
Академия Гринштам готовилась к началу учебного года. Тайный Совет принял решение назначить новым лордом-деканом Брамсвелла. Маг охотно согласилась на данную должность. Такая роль в обществе его привлекала гораздо больше, нежели управление целым материком. Ему не хотелось занимать высокую должность, но судьба родной академии его волновала не меньше прочих проблем.
Брам стоял в своем новом кабинете, осматривая виды из окна. Его очень сильно беспокоило то, что он вернулся на родной материк, не попрощавшись с Аэфелией. Ему показалось, что так девушке будет легче пережить их отдаленность друг от друга. Но ему так казалось только при отъезде. Теперь же его съедало изнутри чувство предательства.
Мы очень часто хотим как лучше…
В дверь кабинета постучали. В комнату вошел один из новых помощников декана академии.
– Слушаю.
– Лорд-декан, у нас новый преподаватель. Его уже утвердили, нужно, чтобы вы познакомились с ним и поставили свою подпись.
– Когда преподаватель прибудет?
– Уже прибыл. Ждет внизу.
– Так зовите скорее, – скомандовал Брам. – У меня еще уйма работы с бумагами.
– Уже бегу. – Помощник исчез. Через минуту в кабинет снова постучали. На этот раз это был новый учитель академии.
Брам поздоровался, не поворачиваясь. Слишком сильно его увлекали виды из окна башни. Учитель молча вошел в кабинет.
В воздухе разлился сладкий аромат глицинии. Брам узнал запах, повернул свою голову и увидел ее.
– Учитель?.. – спросил он, не веря своим глазам.
– Кажется, на место, которое раньше в академии занимали вы, нужен был новый преподаватель. Мне с радостью отдали это место. Если вы, конечно, лорд-декан, подпишите бумагу о моем приеме.
Брам расплылся в улыбке. Аэфелия тоже. Они обнялись, ничего не говоря. Минута такой тишины была слаще многих слов. Они и не требовались.
Двое магов все продолжали улыбаться, крепко сжимая друг друга в объятиях.
Tasuta katkend on lõppenud.