Она резко открыла глаза, словно почувствовав опасность. Тишина. Такая пустая, звенящая тишина, что пугает порой больше любого шума. Даже деревья не шелестели листвой, словно затаившись в ожидании чего-то.
По руке пробежал муравей, щекоча кожу. Лера дёрнула рукой, стараясь не завизжать от ужаса. Он густой плотной пеленой наползал, окутывал с ног до головы, пробирался в горло, мешая дышать. Девушка судорожно вдохнула, закашлявшись от неожиданности, когда поток воздуха хлынул в лёгкие…
– Чёрт! – тихо чертыхнулась она, испуганно озираясь по сторонам. Где-то совсем близко раздался волчий вой. И снова давящая тишина.
«Может, показалось?»
Лера, стараясь не шуметь, поднялась с земли, стряхивая листву и комочки влажной земли с голых ног. Желудок снова заурчал, напоминая о том, как давно во рту не было ни крошки. На самом деле Лерка уже даже не представляла, сколько времени прошло. Кто знает, как долго она провалялась на холодном полу этого гребанного подвала, прежде чем очнуться? Кто знает, как долго она проспала около этого дерева? Кто знает… Вой раздался совсем рядом.
Лера, зажмурившись, бросилась вперёд, пробивая лбом заслон из спутанных низких ветвей, которые почти стелились по земле. Страх, завладевший телом, не позволял ни одной адекватной мысли пробиться сквозь его толстые стены. «Бежать, бежать, только не останавливаться», – крутилось в голове, пока ноги машинально совершали движение за движением. Ветви хлестали по лицу, оставляя тонкие царапины и глубокие порезы на щеках и руках. Ступни то и дело наступали на острые сучки и шишки, устилающие землю. Горло пересохло. Кровь прилила к вискам и пульсировала в такт шагам.
Вой раздавался всё ближе. Как ни пыталась Лера сбежать – она чувствовала, как круг вокруг неё замыкается. Это был не один волк. Это была стая.
«Бежать всё равно некуда. Так зачем тратить силы?» – безразлично прозвучало у неё в голове. Бояться сил тоже не было.
***
– Кого рисуешь?
Лера в ответ только промолчала. Прозвенел противный дребезжащий звонок, объявляющий о начале пары. Девушка закрыла блокнот и спрятала его под обложку тетради – если захочет дорисовать, можно будет сделать это без особых усилий. Раз – и в руке карандаш, а препод продолжает думать, что ты, как прилежная ученица, старательно пишешь конспект.
– Ну ты болтушка, конечно, – он ухмыльнулся и сел сзади, не переставая буравить взглядом её спину. Лера чувствовала это. Будто датчик между её лопаток нагревался от пристального взора. Она неловко повела плечами, стараясь не ёжиться. Зуд не исчез.
– Хватит смотреть на меня! – вырвалось из горла, когда она обернулась к одногруппнику. Тот с невинным видом поднял руки ладонями вверх и развёл их в стороны.
– А ты смелая. Как Красная Шапочка. Волков не боишься?
***
– Не боюсь… Я не боюсь волков. – обессиленно выдохнула Лера. Ноги подкосились, отказываясь и дальше держать её. Девушка упала на колени в мягкую и холодную землю. «Ой не зря бабушка говорила, чтобы одевалась в деревню теплее, ой не зря…»
Он показался внезапно. Вдруг в темноте сверкнули глаза. Те глаза, что она не раз рисовала собственной рукой, будто ведомая какой-то сверхъестественной силой. Волк подходил медленно, настороженно подняв вверх уши.
– Я не боюсь тебя, – беззвучно зашевелила губами Лера, не отрывая взгляда от двух светящихся зрачков.
Он остановился в нескольких метров и вопросительно склонил голову. Светлая жёсткая шерсть еле заметно поблёскивала под тусклым светом луны. Ноздри расширились, вбирая в себя человеческий запах. Он зарычал…
– Я не боюсь тебя, не боюсь, – продолжала шептать онемевшими губами Лерка, так и не поднимаясь с коленей. Она чувствовала, как за кустами в нетерпении ожидает стая. Достаточно всего лишь одного зова…
– Я не боюсь тебя. Иди ко мне.
Не осознавая, что делает, она протянула вперёд руку. Пальцы нервно подрагивали, а она продолжала смотреть волку прямо в глаза. Время застыло. Миг превратился в вечность.
Он глубоко задышал и пошёл вперёд, мягко ступая по земле. Уши медленно опустились… Не дойдя до неё пары шагов, хищник припал к земле грудью и рыкнул.
– Я знаю, милый, знаю. Но я не боюсь тебя, – как в бреду продолжала повторять девушка.
Тогда он, недоверчиво оглянувшись, подполз на брюхе поближе… И ткнулся мокрым холодным носом в тонкую, дрожащую девичью ладонь. Словно собака.
– Хороший мой, умный мой, – всё ещё еле слышным голосом просипела Лера, не отрывая ладони от морды зверя. Внутри стало спокойно. Девушка уткнулась лбом в тёплый бок, пахнущий сырой шерстью, и отрубилась. Наконец-то ей не надо было никуда бежать.
Босые ступни. Она склонила голову набок, наблюдая за смешным шевелением маленьких пальчиков. Холодно не было. Трава, влажная от росы, поблёскивала на солнце. Она подняла голову вверх…
Среди кучевых облаков, больше похожих на синтепон, она явственно увидела глаза. Стоило только прикрыть веки, как на внутренней их стороне проявлялся отпечаток хищных серых глаз. Тех глаз, что с синей тверди неотступно следовали за ней шаг за шагом. Из сна в сон. Из сна – в явь.
Она нетерпеливо тряхнула копной пшеничных волос, что рассыпались по плечам. Страшно не было. Снова вскинула голову наверх. Взгляд встретился с взглядом. По коже побежали мурашки. Внутри разрастался ураган.
***
Влажный шершавый язык обжёг щёку. Лера сонно приоткрыла глаза и потянулась, ещё не осознавая, где она и с кем.
– Чёрт! – подскочила девушка, когда ладонь наткнулась на тёплый бок. Воспоминания нахлынули неожиданно, заставляя сжаться в тугой комочек и отползти подальше от хищника.
Волк оскалил зубы, но остался на месте, настороженно переводя взгляд с Лерки на дерево, у которого она свернулась в клубок, и обратно. Затем, лизнув лапу, заскулил и растянулся на земле. Один его глаз остался приоткрытым, а уши задёргались, будто приглашая Леру прилечь рядом.
– Вот тебе и Красная Шапочка, – вырвался нервный смешок, – не боюсь, значит, волков?
Она, медленно ступая, подошла к волку. Сердце грохотало прямо в горле, но девушка не остановилась. Волк закрыл второй глаз и шумно выдохнул. Лера, не понимая, почему до сих пор не убежала, опустилась рядом. «Правильно бабушка говорила…» – снова пронеслось у неё в голове. Она прислонилась спиной к дереву и аккуратно подоткнула замершие ступни под брюхо хищнику. Тот дёрнул ухом, но остался лежать. Девушка прикрыла глаза, чувствуя, как сердце успокаивается, проваливаясь назад в грудную клетку.
Память так и не вернулась, и Лера понятия не имела, как оказалась в том гребанном подвале. И как теперь выбираться из этого дремучего леса – тоже. Оставалось верить, что внезапно присмиревшему волку вдруг не придёт в голову вспомнить о том, что он хищник.
А волк широко зевнул, поднялся с земли и, оглянувшись на девушку, сделал несколько шагов с полянки. Лера осталась на месте. Тогда он тихонько рыкнул и сделал ещё шаг, словно приглашая её следовать за ним. «Черт-те что!» – мысленно чертыхнулась девушка и последовала приглашению. «Может, это чья-то собака?» – недоуменно подумала она, стараясь понять, почему хищное животное ведёт себя, словно домашний пёс. В голове не укладывалось, что она всё ещё жива. Да, ноги, руки и лицо исцарапаны. Топ, что Лерка купила за какие-то бешенные деньги – еле держится на одной бретельке. Сумка с телефоном где-то посеяна. Затылок раскалывается, а живот больше не урчит от голода – надоело, видимо. Но она живая. Чудо?
Волк вдруг остановился и ощерился. Лера оторвала взгляд от земли и посмотрела вперёд. Внизу, под холмом, раскинулась небольшая деревенька. Волк присел на задние лапы и выжидающе глянул на девушку. Она продолжала смотреть на домики, не веря своим глазам. Вот они, люди. Всего несколько сотен метров отделяют её от горячей вкусной пищи, тёплого одеяла и телефона. Она оглянулась на волка. Тот только рыкнул и ткнул её носом в спину, подталкивая к деревеньке.