Пыжов и Демидов вновь пришли домой к соседу убитого пенсионера. Пыжов вынул из папки фотографию подозреваемого и протянул её соседу. Но в комнату проходить не стали, так как не собирались задерживаться надолго.
– Николай Алексеевич, посмотрите внимательно. Знаете ли вы этого человека? – говорил Пыжов.
Демидов, как и раньше, стоял молча и следил за диалогом. Старик взял в руки фотографию и стал щурить глаза, чтобы разглядеть лицо на карточке.
– Ничего не вижу, – забормотал пенсионер. – Пойду, очки надену.
Николай Алексеевич прошёл в комнату, надел очки и вернулся в прихожую, где вновь стал вглядываться в изображение на фотографии. Пыжов и Демидов терпеливо ждали ответа.
– Нет, – твёрдо ответил свидетель. – Этого я не знаю.
– Точно не знаете? – переспросил Пыжов. – Посмотрите внимательнее.
– Да точно не знаю, – уверенно ответил пенсионер и отдал фотографию Пыжову.
– Но этого человека задержали в квартире возле убитого. Наверняка это он вас разбудил, когда вламывался в квартиру.
– Да нет же. Тот был светловолосый, а это на фотографии – брюнет. Точно не он.
– Тогда вспомните и опишите на того, кого вы видели в ту ночь.
Старик приподнял голову, прищурил глаза и стал описывать молодого человека, которого увидел в ночь убийства на лестничной клетке. Пыжов записывал в блокнот каждое слово свидетеля, словно писал школьный диктант.
Кирилл вновь стоял у закрытой двери в подъезд и нажимал на домофоне те же цифры, что и в прошлый раз. Как и в прошлый раз, никакого ответа не было. Кирилл продолжал раз за разом нажимать заветные цифры, но всё было бесполезно. Устав от безответных действий, он вернулся в жилище Фёдора. Хотя у него вновь не вышло, то, что он задумал, Кирилл всё же не терял надежды. «Не сегодня, значит завтра, – думал Кирилл. – Когда-то же он должен прийти домой».
Когда Кирилл стоял у дверей подъезда, на нём была надета куртка с капюшоном на голове. Вернувшись в жилище Фёдора, он снял куртку и быстро надел на голову шапку.
Фёдор находился в своём жилище, когда вернулся Кирилл. Парень прошёл по комнате и расположился на диване.
– Ну, что, Кирюша, справился со своими делами? – спросил Фёдор.
– Пока нет.
– Ещё раз тебе говорю, – настаивал Фёдор, – подумай над тем, что я тебе сказал.
Но Кирилл не реагировал на слова Фёдора. Его голова была полна мыслей о том, как не быть пойманным своими врагами, не прибегая к прежним способам укрытия от них.
По выражению лица Кирилла, по его походке и тяжёлым вздохам Фёдор понимал, что дела у Кирилла в плачевном состоянии. Но с чего-то нужно было начинать разговор. Фёдор решил вспомнить и применить навыки общения с молодёжью со времён своей работы школьным учителем.
– Может, всё-таки подумаешь над моим предложением? – снова начал уговаривать Фёдор и, не дожидаясь ответа, приступил к конкретному предложению. – Сегодня я никуда не ходил. А вот завтра пойду. Сначала на рынок, потом по городу с эмалированной кружкой в руках. Иной раз неплохо подают. Иногда один день целых три дня кормит. Так вот, завтра пойдём со мной, там возле рынка продуктовый склад. Постоянно грузовики разгружаются и загружаются. Рынок – то оптовый. У меня там есть хорошие знакомые. Они помогут подработать.
Кирилл слушал Фёдора, но по-прежнему ничего не отвечал.
– Ну, не собираешься же ты всю жизнь в этом подвале просидеть? – возбуждённо проговорил Фёдор. – Если ты от кого-то прячешься, то тебя рано или поздно здесь найдут. А от самого себя всё равно не спрячешься.
«А ведь он прав, – мелькнула мысль в голове Кирилла. – Сколько лет я не выходил из квартиры, а только вышел и тут же нашли. Только сегодня пока не заметил никто. Видимо, одежда меня скрывает».
– Так, что ты решил, сынок? – спросил Фёдор. – Пойдёшь завтра со мной?
– Пойду, дядя Федя, – сухо ответил Кирилл и перевернулся на бок.
Кириллу казалось, что иное решение будет неправильным. Особенно по отношению к Фёдору. Человеку, давшему ему пищу и крышу над головой. Доброта и заботливость Фёдора не позволяли Кириллу поступить так же, как и с тем, кто опекал его последние три года. С тем, кто скрывал его от врагов и умер за него. Лёжа на диване, Кирилл вспоминал об этом человеке. Он вспомнил, как впервые стал зрим для него.
Обессиливающий от непродолжительной ходьбы, старик поднимался по парадной лестнице к себе в квартиру. Его ноги медленно и тяжело опускались на ступеньки, руки крепко сжимали перила, дыхание его участилось, голова кружилась всё сильнее и сильнее. Всё вокруг в его глазах меняло цвет и форму. Вторая его рука с трудом удерживала авоську с продуктами.
Старик поднялся на этаж и подошёл к своей квартире. Восстанавливая дыхание, он, усталой рукой, вынул из кармана брюк ключ, отпер дверь и вошёл в квартиру. Затем не спеша закрыл дверь на замок и присел на стульчик в прихожей. Отдышавшись и немного отдохнув, он снял обувь и понёс авоську с содержимым на кухню. Разложив продукты в холодильнике, он прошёл в комнату, где, к своему великому удивлению, увидел молодого человека. Это был Кирилл.
Старик не испугался Кирилла. Он, как и многие в его возрасте, считал, что жизнь уже прожита и бояться смерти не стоит, в каком бы обличии она не пожаловала.
– У меня и украсть – то нечего, – устало пробормотал старик.
– Я не вор, – убеждал его Кирилл. – Просто из-за меня вы сильно устаёте и мучаетесь. Я хотел дать Вам отдохнуть. А спрятаться мне здесь негде.
Старик оглянулся на плотно запертое окно.
Мгновенно всплывшее воспоминание также мгновенно растворилось в его голове из-за бормотания Фёдора.
– Ну, вот и хорошо, – говорил Фёдор, – вот и молодец. Правильно, что пойдёшь.
– Вот теперь мы хотя бы примерно знаем, кого искать, – заявил Пыжов своему младшему товарищу, перечитывая в своём блокноте описание человека, о котором говорил Николай Алексеевич.
Пыжов и Демидов выходили из подъезда дома. Пыжов положил блокнот в карман брюк.
– Теперь едем на рынок, – добавил Пыжов.
– Зачем?
– А затем, что именно там кишит всякими незаконными торговцами, в том числе и краденного, скупщики того же краденного, наркоманами и аферистами.
– Но мы же занимаемся убийством. Причём здесь торговцы и аферисты?
– А при том, что все они очень хорошо знают друг друга. И любой новичок в их среде становится объектом всеобщего наблюдения. И, если знать, у кого и как правильно спросить, то уже сегодня мы сможем кое-что узнать о Филине.
Центральный рынок в городе был огромным. Здесь можно приобрести практически всё, что может пожелать человек, располагающий средствами. Здесь можно найти бельё, одежду и обувь, всевозможные продукты питания, радиотехники, автомобильные запчасти, домашних животных и птиц, и многое другое.
На этом рынке нередко съезжались покупатели из близлежащих городов и других населённых пунктов. Среди тех, кто толкался между торговых лотков, было немало преступного элемента. Но кроме жаждущих быстрой и незаконной наживы, на рынке было огромное количество людей, просящих подаяния. Один из них промышлял на своём обычном месте, возле одного из входов в рынок. Одетый в лохмотья, бородатый мужчина. Возле его ног стояла большая эмалированная кружка, на дне которой лежало немного монет.
Медленно проходя мимо этого мужчины, Пыжов, как бы случайно, бросил в его кружку денежную купюру. Идущий за своим наставником Алексей, хотел исправить эту оплошность. Но Пыжов вовремя его остановил, и они вместе также медленно побрели к другому входу в рынок.
Мужчина, в чью кружку уже давно не падало ничего кроме медяков мелкого достоинства, увидев столь щедрое пожертвование, вдруг засобирался, встал, поднял кружку и последовал за щедрым господином на расстоянии пяти-шести шагов. Пыжов не спешил, давая пожилому человеку держаться на определённом расстоянии, но не переутомляться в дороге.
Пыжов и Демидов, наконец, вышли за пределы рынка и остановились, давая возможность попрошайке догнать их.
– Привет, Кульбаба, – поприветствовал попрошайку Пыжов, когда тот подошёл к ним.
– Здравствуй, Генаша, – ответил старик. – И вы, молодой человек.
– Здрасте, – робко проговорил Алексей.
– Давно ты, Генаша ко мне не обращался. А теперь, наверное, целую банду решил поймать, а?
– Да какую там банду, Кульбаба. Так один человек потерялся. Найти надо по-быстрому.
– А что этот человек натворил, перед тем, как потерялся?
– Пенсионера убил. А за что не понятно.
– Так вы же кого-то прихватили на этом убийстве.
От такого заявления у Алексея округлились глаза. Он бросил растерянный взгляд на Пыжова. Но Пыжов, к ещё большему удивлению Алексея, совершенно не изменился ни в лице, ни в голосе, ни в поведении.
– Прихватить-то прихватили, – ответил Пыжов, – да, кажется не того.
Пыжов вынул из кармана брюк блокнот, а вместе с ним и фотографию Ермолаева из папки.
– Взяли мы вот этого, – Пыжов протянул осведомителю фотографию. – Знаешь его?
Кульбаба внимательно посмотрел на фото.
– Или я старею, или его в городе раньше не было.
– Понятно.
Пыжов вложил фотографию обратно в карман, затем раскрыл блокнот на той странице, где было написано описание второго подозреваемого, и также протянул его Кульбабе.
– На почитай. Может, видел где похожего, или, может, сразу скажешь кто это.
Кульбаба взял в руки блокнот, прищурил глаза и стал читать. Прочитав, вернул блокнот Пыжову.
– Генаша, ты же понимаешь, что словестный портрет это не фотография и даже не фоторобот.
– Ну, а всё-таки.
– Говорю же, этого мало.
– Его кличка Филин. Говорит о чём-нибудь?
– С этого и надо было начинать. А то морочишь старику голову.
– Ладно тебе ветеран криминального движения не ной. Говори, знаешь такого?
– Есть один на рынке с погонялой Филин. Чем-то он похож на то, что ты своими каракулями накарябал.
– И чем он похож?
– Цвет волос очень подходит, да и рост сходится.
– И что он на рынке делает?
– Проще сказать, чего он не делает. Ему интересно всё, что приносит доход, и не только на рынке.
– А чем ему пенсионер мог помешать?
– Вот сам у него и спросишь.
– Ладно. Где именно на рынке его искать?
– Сегодня уже нигде. Завтра на вещевом отделе поищи. Он в последнее время там вертится.
– Спасибо, Кульбаба. Место работы поменяешь – дай знать.
– Сам найдешь, если нужен буду.
После этого специфического прощания, Пыжов и Демидов стали всё дальше удалятся от рынка. Кульбаба же вернулся на своё место.
– А кто он такой? – поинтересовался Алексей.
– Это старый бандит. Много лет воровал, грабил, в тюрьме соответственно сидел неоднократно. И, что самое интересное, никогда никого не убивал. А теперь простой БОМЖ и попрошайка.
– Необычный финал для преступника.
– Так уже несколько лет, как он от всех дел отошёл. Живёт тихо, мирно. Даже помощь милиции оказывает, хоть и не совсем охотно.
– А почему он – Кульбаба?
– Это его фамилия.
– Хм, – усмехнулся Алексей, – а я думал, что за кличка такая странная.
– Кличек у него было столько, что все и не вспомнит даже он сам. А вообще очень полезный персонаж. До сих пор не могу понять как, но он умудряется знать 90% всего, что происходит в городе.
Алексей внимательно слушал Пыжова пока они вместе шли по улице к месту, где стояла их служебная машина. У Пыжова зазвонил телефон. Ему звонил Липин.
– Алло, – ответил Пыжов.
– Ты где?
– На рынке.
– Тебя шеф спрашивает. С утра мне весь мозг просверлил. Как у тебя дела вообще?
– Есть чем порадовать дедушку, – бодро с улыбкой ответил Пыжов.
– Ты сильно не радуйся. Давай на базу. Будешь докладывать у него в кабинете.
– Понял, – ответил Пыжов и отключил телефон. – Ну, что, Лёха. Берём лопату побольше и к начальству за звездюлями, – глубоко вздохнув, проговорил он.
Не понимая, но догадываясь о том, что происходит, Алексей лишь усмехнулся.
Пыжов и Демидов вернулись в рабочий кабинет. В это время в кабинете находились двое оперативников. Пыжов не видел их уже два дня, так как их вызывали в прокуратуру.
– О! – воскликнул Пыжов, увидев своих товарищей. – А что, вас уже выпустили из сумасшедшего дома? – спросил у них Пыжов с интонацией Шурика из фильма «Иван Васильевич меняет профессию».
Ответом ему послужили раздражённые взгляды коллег. Подойдя к столу одного из них, Пыжов вновь задал вопрос, но уже с серьёзным выражением лица.
– Ну, а, что там… в дурдоме?
– Да всё, как обычно, – ответил первый оперативник.
– Ага, – подтвердил второй и тут же добавил, – только врачи интересуются, чего это ты к ним давненько на приём не заглядывал.
В это время Алексей занял свободное место за столом Пыжова и продолжил следить за диалогом.
– Так они же мне освобождение от работы по состоянию здоровья не дают, – парировал Пыжов. – А если серьёзно, как у вас дела?
– Да сами ещё не знаем, – ответил первый опер. – Вот следователь приехал. Сейчас у шефа вместе с Липиным решают наши судьбы.
– Если Липин там присутствует, то есть шанс на благополучный исход дела, – обнадёжил Пыжов.
В кабинет вошёл Липин.
– Приехал уже? Готовься, – сказал он Пыжову, – сейчас шеф прокурора проводит и будет тебя на запчасти разбирать.
Липин и Пыжов не ожидали от предстоящей беседы ничего, кроме скандала. Начальник отдела милиции, по их мнению, должен был в пух и прах разнести своих подчинённых. Ситуацию усугубляла прошедшая только что беседа со следователем прокуратуры о превышении служебных полномочий двоими оперативниками. Однако, выслушав доклад Пыжова, о результатах работы по делу о недавнем убийстве, подполковник сменил гнев на милость. Дальнейшее зависело от завтрашнего рейда на рынке.
Выйдя из кабинета начальника вместе с Липиным, Пыжов глубоко вздохнул.
– Ты раньше времени не расслабляйся, – предостерёг его Липин. – Ещё не известно, что за «гуся» подсунули тебе твои стукачи.
– Завтра и узнаем.
– Ладно. Забирай стажёра и по домам. Завтра с утра сразу на рынок. Принимаете клиента и сразу же его «отрабатываете».
– Понял.
Вечером того же дня Ермолаев всё ещё находился во внутренней тюрьме. Камера в изоляторе представляла собой малогабаритное помещение. Вдоль стен стояли металлические двухъярусные кровати, а посередине большой деревянный стол. В этой комнате преобладал едкий запах, представлявший собой смесь из мужского пота, нестираных вещей и табачного дыма. На данный период времени в ней насчитывалось всего четыре человека. Одним из них и был Ермолаев. Его место расположения в камере было в самом дальнем и холодном углу. Но сокамерникам и надзирателям казалось, что этот угол камеры стал таковым лишь с появлением в нём Ермолаева.
Перебои с освещением не прекращались в той части здания, в которой обитал Ермолаев. В камере, где он был расположен, в очередной раз сгорела лампочка, и помещение опять погрузилось в непроглядную, кромешную тьму. Надзирателям снова послышались выкрики сокамерников Ермолаева. Сам же Ермолаев злорадствовал и над теми, и над другими.
– А ведь это из-за тебя, – услышал Ермолаев рядом с собой тихий голос незнакомого человека. – Ты силён, но не можешь контролировать свою силу, – продолжал говорить голос.
Ермолаев стал испуганно вертеть головой по сторонам.
– Кто это сказал? – Ермолаев поднялся с кровати.
Его сокамерники не слышали ни таинственного голоса, ни самого Ермолаева. Они кричали, стучали в дверь, требуя заменить в камере сгоревшую лампочку.
– Я надеюсь, ты не спутал меня с этими ничтожествами.
На этот раз голос прозвучал из-за спины Ермолаева. Ермолаев повернулся к нему лицом.
– Кто ты? Я тебя не вижу, – нервничал Ермолаев.
– Достаточно того, что ты меня слышишь. А видеть меня тебе не обязательно. Видеть моё истинное лицо – это привилегия избранных. Присядь.
Послышался скрип металлических пружин. Несмело Ермолаев присел на угол кровати. Он явно чувствовал присутствие человека, рядом с собой, слышал его голос, но не мог его увидеть.
– Кто ты? Что тебе от меня нужно? – продолжал допытываться Ермолаев.
Проигнорировав первый вопрос, незнакомец ответил на второй.
– Мне нужен Филин. Если он уходил от тебя дважды, значит, ты должен найти его в третий раз.
Ермолаев набрал воздуха в грудь, силясь задать очередной вопрос незнакомцу.
– Не спрашивай, откуда я это знаю, – опередил его голос. – Со временем ты всё узнаешь.
Сокамерники Ермолаева продолжали стучать в дверь и выкрикивать требования и недовольства.
– Лампочки закончились, – из-за двери послышался голос надзирателя. – Как только принесут, сразу заменим.
Но эти уверения не возымели никакого эффекта. Сокамерники продолжали издавать шум, а Ермолаев продолжал беседу с незнакомцем.
– Как же я его теперь найду? Этот «светлячок» поразил мою тень. Я не могу выйти даже из этой камеры, – нервно, стиснув зубы, говорил Ермолаев. – Я пытался, но ничего не получается.
– Тебя скоро выпустят. Ты должен научиться контролировать свою силу. Тогда ты снова станешь незаметен для других, сможешь восстановить способность входить в тень и даже больше.
– Как мне это сделать? – с нетерпением спросил Ермолаев.
– Для начала сделай так, чтобы из-за тебя не горели лампочки в зданиях. Ты должен уметь не только сгущать вокруг себя тьму, но и приближать к себе свет. Так ты сможешь быстрее найти Филина.
– Я чувствую его, когда он неподалёку.
– А сейчас ты его чувствуешь?
– Нет.
– Это потому, что он наверняка научился прятаться более искусно. Ты должен уметь не просто его чувствовать.
– А зачем он тебе нужен? Почему ты сам его не найдёшь? Ведь ты наверняка могущественнее меня.
Не успел Ермолаев произнести эти слова, как снова послышался голос надзирателя.
– Всем отойти от двери, – скомандовал он.
Со скрипом и грохотом открылась дверь в камеру. Внутрь неё влился слабый свет из коридора. Ермолаев успел увидеть лишь силуэт своего собеседника. В мгновение ока он, собеседник, испарился, так и не ответив на вопросы.
Несколько надзирателей остались стоять в коридоре. В камеру вошёл лишь один из них. В одной его руке был фонарик, которым он сразу же осветил всю камеру. В другой руке он держал лампочку в картонном чехле. Надзиратель протянул лампочку одному из сокамерников Ермолаева, который стоял ближе остальных.
– На, вкручивай, – приказал надзиратель. – Сгоревшую – мне!
Надзиратель осветил фонариком патрон. Сокамерник заменил сгоревшую лампочку на новую, а сгоревшую вручил надзирателю, как и было приказано. Возобновившийся в камере свет озарил камеру. Ермолаев сощурил глаза сильнее остальных. Надзиратель забрал сгоревшую лампочку, выключил фонарик, вышел из камеры и захлопнул дверь.
Ермолаев стал осматривать камеру, вглядываясь в глаза каждого сокамерника, в надежде угадать своего собеседника. Но эти старания были напрасными. Незнакомец исчез также таинственно, как и появился.
Пыжов в своей квартире сидел в кресле перед телевизором и переключал каналы при помощи пульта дистанционного управления. Один за другим на экране мелькали эпизоды новостей, рекламы, мультфильмов, сериалов и кинофильмов. Но ни к чему Пыжов не проявил интереса. Все эти многочисленные телеканалы для него были одинаковыми и отличались друг от друга, разве что, эмблемой.
«Снова везде одно и то же. Ничего интересного», – думал Пыжов.
Нажатием кнопки на пульте, он выключил телевизор, затем швырнул пульт в другое кресло и стал готовиться отойти ко сну.
Приняв душ, побрившись и почистив зубы, Пыжов вернулся в комнату. Расстелив кровать, снял с себя одежду, погасил свет и лёг в постель.
– И вот так же заканчивается каждый твой свободный вечер, – услышал Пыжов голос, едва успев сомкнуть глаза.
Почему-то этот голос показался ему знакомым, но размышлять над этим было некогда. Пыжова больше тревожило то, как этот человек попал к нему в квартиру, и как долго он в ней находиться.
– Кто ты? Я тебя знаю? Как ты сюда попал? – растерянно от неожиданности, спрашивал Пыжов.
– Настоящий сыщик. Столько вопросов за столь короткое время, – насмешливо проговорил голос.
Придя в себя, Пыжов резко встал с кровати и ринулся в сторону, откуда доносился голос.
– Остановись. Уверяю тебя, это ни к чему не приведёт. Просто зря потратишь силы и время. А завтра у тебя намечается нелёгкий день.
Пыжов замер на месте.
– Лучше присядь и спокойно меня выслушай.
Сам не понимая почему, Пыжов повиновался и медленно опустился на край кровати.
– Теперь я отвечу на твои вопросы. Ты действительно немного меня знаешь. Но кто я на самом деле, тебе лучше не знать. Во всяком случае, на данном этапе нашего с тобой знакомства. И то, как я сюда попал, пусть останется для тебя загадкой. Я пришёл просить тебя об одолжении.
– Взятку, что ли принёс? – дерзновенно спросил Пыжов.
– Я не так примитивен, как те, с кем ты привык общаться.
– И что тебе нужно?
– Свобода для Ермолаева.
– Кого?! – ехидничал Пыжов. – Этого сумасброда, который ни за что убил старика?!
– Разве есть прямые доказательства того, что убийца именно он? Тем более, что у тебя есть другой подозреваемый, которого уже завтра ты задержишь.
– Но это всё равно не снимает с Ермолаева подозрений.
– Не сняты подозрения сегодня, но это может произойти завтра.
– Я вот всё никак не дождусь, когда ты меня покупать начнёшь. Или хотя бы угрожать.
– Угрожать человеку, у которого нет ничего и никого глупо. И, как я уже говорил, я не так примитивен, чтобы предлагать тебе деньги, или другие материальные ценности и блага. Я могу тебе предложить намного больше, чем вся эта мишура.
– Заинтриговал. Продолжай.
– Я могу предложить тебе стать более значимым и успешным человеком на работе и в жизни. Всё, что бы ты ни задумал, будет удаваться тебе с лёгкостью. А деньги тебе вовсе не понадобятся.
– Значит, денег не дашь. Жаль, – съязвил Пыжов. – Так чем конкретно ты собираешься прельстить меня?
– Я могу наградить тебя уникальной для человека способностью. Ты сможешь знать мысли других людей или внушать им свои. При твоей-то работе. Не уже ли ты ни разу не хотел бы знать, о чём думает тот или иной человек? Начальник, который тебя распекает. Подозреваемый, который не хочет сознаваться в совершении преступления. Женщина, которая тебе нравиться и так далее.
– Я стану экстрасенсом? Или ты выдашь мне шапку-невидимку? – продолжал издеваться Пыжов.
– Да услышь меня, наконец! – занервничал незнакомец. – Я предлагаю тебе стать выше остальных людей.
– И даже выше тебя?
Этим вопросом Пыжов загнал незнакомца в угол.
– Слушай, – продолжил Пыжов, – я не знаю, кто ты там такой есть, но я тебя прошу, завязывай с этим вечерним бредом. Мне завтра на работу рано вставать. А тебя завтра, наверняка, в больнице ждут, на приём к психиатру. Весь этот твой полёт фантазии не тянет на серьёзный разговор, – продолжал Пыжов, чувствуя нервозность незнакомца, и пытаясь окончательно вывести его из себя. – Ты даже не предложил мне выбрать синюю или красную таблетку, а туда же.
С поддельным видом полного равнодушия к собеседнику и его словам, Пыжов стал снова укладываться в постель.
– Так что, – говорил он при этом, – я сейчас закрою глаза, а когда открою, тебя здесь быть не должно, а то…
Закрыв глаза, но, не успев закончить фразу, Пыжов услышал, как незнакомец резко встал из кресла и стремительно направился к нему. Пыжов раскрыл глаза и повернул голову в его сторону, но даже вблизи не смог разглядеть незваного гостя. В комнате становилось всё темнее. Даже свет уличных фонарей не смог пробиться сквозь сгущающуюся тьму. В это время, стоя над лежащим в постели, Пыжовым, который оцепенел от происходящего, незнакомец проделывал некие действия. Он приподнял руки вверх над собой, делая лёгкие пассы кистями рук, будто собирал тьму в клубок. Затем стал медленно опускать руки к голове Пыжова, обволакивая её тьмой. Потом провёл руками над всем его телом…
Tasuta katkend on lõppenud.