Loe raamatut: «Сокровища Буссенара», lehekülg 3
8
Неизвестный писатель
12 часов 47 минут 6 секунд
– Вы уверены, что речь именно о писателе? – Лелуш умоляюще посмотрел на Робера, будто от молодого каскадера зависела судьба всей его дальнейшей карьеры. Уж больно полицейскому хотелось верить, что таким необычным способом покойный зашифровал фамилию своего убийцы. Какая никакая, но всё-таки зацепка. А вот некого забытого Богом и людьми писателя позапрошлого века пришить к делу будет крайне затруднительно.
Боб пожал плечами.
– Трудно сказать. Но никаких других Буссенаров, особенно как-то связанных с Дедом, я и вправду не знаю. Для моего Деда, Буссенар – любимый автор из детства. Дед ставил его даже выше Жюля Верна (а уж Верна Дед обожал). – Молчаливый напарник Лелуша скривил губы в усмешке. Боб сказал: – Вы зря смеетесь. Любовь к творчеству Буссенара Дед пронёс через всю жизнь. Собрал целый шкаф его книг. Кстати, – Робер стукнул себя кулаком по лбу, – это был единственный тематический шкаф во всей дедовой библиотеке. Книг других авторов в этом шкафу не было. Только Буссенар.
Полицейские переглянулись, задумчиво прищурились. Лелуш достал из кармана сотовый, зашёл в «галерею», заскользил пальцем по экрану. Наконец нашел нужную фотографию, показал Бобу.
– Да, – кивнул каскадёр, – это тот самый шкаф. С Буссенаром. Только теперь он почему-то пуст. Когда я был у Деда в последний раз, все книги были на месте. Я точно помню, пустых шкафов не было.
– А что же вы сразу нам ничего о нём не сказали? – проворчал полицейский.
– Так вы и не спрашивали. Да, признаться честно, я и сам только что вспомнил об этом шкафе. Я ж в детстве больше времени на улице проводил, да в спортзале, а не в библиотеке. И в отличие от Деда я не испытываю благоговейного трепета, когда слышу фамилию «Буссенар». Ни одного его романа не прочитал. И особо, знаете ли, не тянет. А вот Дед – тот обожал. Сдаётся мне, он собрал все издания любимого сочинителя, когда-либо вышедшие из-под печатного станка. А если учесть, что Буссенара перестали издавать у нас ещё в дедовом детстве, то книги все были старые, раритетные… Хотя нет, вру. Было там несколько свежих изданий. Но не французских, иностранных. Кажется, на русском языке. Помню довольно-таки многотомное собрание сочинений: томов двадцать, а то и тридцать. Запомнил из-за обложек. Там такие яркие разноцветные суперы, с несколько аляповатыми рисунками. Деду какой-то его давний друг прислал, кажется, из Петербурга. В шкафу это собрание целую полку занимало. – Боб подумал, усмехнулся: – Странно, да? У нас во Франции Буссенара благополучно забыли, несколько десятков лет не издают. А вот в какой-то России многотомное собрание сочинений выходит. Может, Дед и прав: и Буссенар – весьма любопытный автор. Ну, стали бы без причины переводить автора вековой давности? Да вот и теперь: кому-то ведь понадобились его книги?
– Как вы думаете, книги из этого шкафа представляют какую-либо ценность? – полюбопытствовал Лелуш. – Сколько, по-вашему, они могут стоить на рынке антикварных книг?
Боб пожал плечами.
– Не берусь судить, я в этом не специалист… Впрочем, сейчас мы узнаем, сколько могла стоить Дедова коллекция. Весьма примерно, конечно, но всё же.
Робер включил ноутбук, вошёл в сеть, забарабанил по клавишам.
– Вот, – сказал он через пару минут. – На Амазоне книги Буссенара идут… по весьма, надо сказать, умеренной цене. Даже самые роскошные издания стоят немногим больше четырёхсот евро. Для чистоты эксперимента округляем в большую сторону. Допустим, каждая книга из того шкафа стоила ровно пятьсот евро… А вы не помните, сколько в том шкафу было полок?
Лелуш сверился с фотографией на своём телефоне, ответил:
– Шесть.
– Спасибо… Итак. В каждой полке примерно по тридцать – сорок книг. Опять-таки округляем в большую сторону… Итого… – Боб прикрыл глаза, производя в уме арифметические расчёты. Спустя несколько мгновений, выдал: – Примерно, сто двадцать тысяч евро. И это – сильно завышенная цена. Я думаю, раза в два, если не в три. Ведь в основном у Деда в том шкафу стояли дешевые томики Талландье в бумажных переплетах. Им грош цена в базарный день.
– Да-с, – протянул Лелуш. – Действительно, не миллионы. Странно всё это. Действовал, по всей видимости, преступник-профессионал, – даже следов никаких не оставил, – а похитил лишь коллекцию книг малоизвестного, давно забытого писателя. А ведь насколько я понимаю, в библиотеке вашего деда имелись и более ценные книги?
– Точно, – кивнул Робер. – У Деда были и весьма раритетные издания. Даже парочка ксилографических инкунабул XV века. Уж, право, не ведаю, где он их раздобыл, но точно знаю: стоят эти фолианты – ого-го! Так что с выбором книг преступник явно лопухнулся.
– Да не похож он на лопуха, – покачал головой полицейский.
– А вдруг, – воскликнул Боб, – вся эта история с книгами Буссенара – всего лишь отвлекающий манёвр? Вот с чего вы взяли, что слово «Буссенар» зашифровал именно мой Дед? Только не говорите, что на переплётах книг не нашлось других отпечатков пальцев кроме Дедовых. Это же естественно. Сколько себя помню, к этим книгам никто никогда кроме Деда не притрагивался. А преступник, раз уж он такой, как вы говорите, профи, скорее всего, действовал в перчатках. Что мешало убийце специально, для отвода глаз, опустошить шкаф с книгами Буссенара, – он ведь там один такой, отличающийся от других, – и оставить зашифрованное послание с фамилией автора украденных книг? Для чего? Да чтобы полиция, то есть вы, господа хорошие, поломали голову над этой головоломкой. Ведь у любого нормального человека мозги закипят при решении заведомо нерешаемой задачки.
Полицейские вновь обменялись умными взглядами, опять загадочно прищурились. Лелуш сказал:
– Больно сложно для заметания следов. Вытащить из дома несколько стопок книг – дело весьма трудоёмкое. Впрочем, время у преступника было. Лишь для того чтобы избавиться от тела, – (Боб стиснул зубы, сжал до побелевших костяшек кулаки), – ему потребовалось примерно трое суток. Но вот мотив… Ладно. В любом случае мы обязаны проверить все имеющиеся версии и зацепки. Даже самые, казалось бы, фантастические. И я думаю, вы можете нам в этом помочь.
– Чем смогу – помогу, – не раздумывая, согласился Робер. – Я не меньше вашего желаю отыскать убийц Деда.
Лелуш продолжил:
– Хорошо. Скажите, а что собою представляет этот ваш Буссенар?
– Ну, во-первых, не мой, а Дедов, – поправил инспектора Робер. – А, во-вторых, я и сам о нём практически ничего не знаю. Знаю лишь, что он писатель жюльверновского толка, автор многочисленных приключенческих романов. Писал о путешествиях по разным экзотическим странам и, кажется, ещё фантастику… – Задумался, почесал затылок. – Да, пожалуй, и всё… Я особо не в курсе. Я ж вам уже говорил: лично я у Буссенара ничего не читал… Хотя, постойте. – Боб аж вскочил. – Дед же совсем недавно сайт запустил! Как раз посвященный этому самому Буссенару. Я же сам Деда с веб-дизайнером сводил. Вот голова дырявая!.. Минуточку… – Боб снова застучал по клавишам ноута. Через несколько секунд развернул экран к полицейским. – Вот. Авторский сайт Франсуа Робера – «Луи Буссенар: Орфей, Одиссей, Орион».
С экрана на законоохранителей смотрел солидный господин с элегантными разлётистыми усами и расклиненной седеющей бородкой («Так вот у кого Дед позаимствовал фасончик», – подумал Боб). Фотография старинная: уж коль не ровесница башни, с коей совсем недавно спрыгнул Робер, то явно помнящая Президента Лубе. Бородач сидел за рабочим столом с кручеными ножками. За спиной – коллекция ружей (ого, целый арсенал!), в ногах – охотничий пёс на ворохе соломы.
– Странное название для сайта, – пробормотал Лелуш. – При чём здесь какие-то Орфеи, Орионы, Одиссеи? Насколько я помню, это всё персонажи древнегреческой мифологии.
– Здесь же написано. – Боб ткнул пальцем в экран: – Вот. «Луи Буссенар – мастер авантюрной интриги, замечательный писатель, отважный путешественник, страстный охотник».
– И? – физиономия Лелуша выразила крайнюю степень изумления.
– Всё очень просто. Орфей, в древнегреческой мифологии – легендарный певец, своего рода предтеча всех сочинителей и писателей. Одиссей – ну, этого персонажа даже дети знают. А Орион – мифический великан-охотник. Вот и выходит, что Буссенар – этакий трицефал, человек – «три в одном»: писатель, путешественник, охотник.
– Я смотрю, вы весьма эрудированны для трюкача, – усмехнулся полицейский.
– А вы думали, каскадёрам голова нужна лишь для того, чтобы биться ею об стену?
– Извините, не хотел вас задеть. Но я и впрямь поражён вашей начитанностью.
– Пожили бы с моё с Дедом, – усмехнулся Боб, – не только бы мифы Древней Греции знали, но и ещё массу всего интересного. Эрудированнейший человек… был. – Робер понурился. Никак не мог смириться с мыслью, что Деда больше нет.
– Понятно. – Лелуш склонился над ноутбуком, пробежал главную страницу сайта по диагонали. Прокомментировал: – Да я смотрю, этот Буссенар не только Орфей-Одиссей-Орион, но ещё и Ахиллес в придачу – в смысле, воин. Участвовал добровольцем во франко-прусской войне. Побывал в переделках при Висамбурге и Рейшофене. Оборонял Париж, был ранен при Шампиньи. Да и вообще жизнь этого «мастера авантюрной интриги» похожа на приключенческий роман. Учился на медика, воевал, практиковал, работал криминальным хроникёром, журналистом. Странствовал по разным экзотическим странам: бывал в Гвиане, Сьерра-Леоне, Марокко, возможно в Австралии (интересно, почему возможно?). Охотился на львов, слонов. Был дважды женат. Сотрудничал с «Журналом путешествий и приключений на суше и на море». Более тридцати лет был главной «звездой» этого популярного издания. В общей сложности написал – ого! – около сорока приключенческих романов. И названия всё какие занимательные: «Похитители бриллиантов», «Бенгальские душители», «Адское ущелье», «Ледяной ад», «Архипелаг чудовищ». Прям аж мурашки по коже!.. И надо же – при всём этом напрочь забыт. Да, судьба порою бывает несправедлива к отчаянным парням.
– Везде и рядом, – согласился Боб. Пробежался по меню сайта: – Биография. Библиография. Иллюстрации. Новости… Ну-ка, ну-ка. Последняя новость датирована семнадцатым мая. Интересно.
Клик. Открылась новая страничка… И рты у всех присутствующих…
9
Утраченное сокровище
13 часов 02 минут 4 секунды
«Утраченное сокровище Луи Буссенара».
Именно так называлась последняя статья, размещённая на авторском сайте Франсуа Робера «Луи Буссенар: Орфей, Одиссей, Орион».
Опубликована 17 мая, в 23 часа 14 минут.
Всего пара строк. Но каких!
«Сенсация! Сенсация!! Сенсация!!!
Друзья! Я, Божиею милостью беспечный авантюрист и увлечённый книгочей, Франсуа Робер, спешу с радостью возвестить всему миру: утраченные сокровища Луи Буссенара найдены и в скором времени будут возвращены Франции!
Это не только миллионы евро, но и национальная честь, национальное достоинство, национальная гордость!
Следите за новостями!»
Лелуш трижды перечитал объявление: два раза про себя, один раз – вслух. Затем почесал верхней губой кончик носа, пробормотал:
– Ну и дела. Утраченное сокровище! На миллионы евро! Вот это уже тянет на какой-никакой, но мотивчик. За этакую кругленькую сумму отдельно взятые типусы могут человека не то что в кислоте растворить, но и муравьям скормить по кусочкам. – Заметив, как натянулась кожа на скулах Робера-младшего, полицейский виновато пробурчал: – Извиняюсь, как-то само собою вырвалось… Кстати, о каких таких утраченных сокровищах идет речь?
Боб пожал плечами:
– Я, право, даже не знаю, что и думать. Дед никогда не рассказывал мне ни о каких сокровищах. Тем более о сокровищах Буссенара… Да, по молодости Дед мыл золото где-то в Колумбии. Но Крезом он не стал. Всё промотал, прогулял, потратил на путешествия и книги… А Буссенар, насколько мне известно, и вовсе жил очень скромно. В основном на гонорары от книг. Откуда у него, спрашивается, миллионы? Он же не Дюма. Да и Дюма, по большому счету, умер практически нищим… Нет. Даже если у Буссенара и были большие деньги, почему о них ничего не было известно до сегодняшнего дня? Чепуха какая-то.
– Чепуха, не чепуха, – серьезно заметил Лелуш, – но на следующий день после обнародования этой вот, – узловатый палец полицейского упёрся в экран ноутбука, – прелюбопытнейшей новости ваш дед пропал без вести. И есть все основания полагать, что он был убит. Так же не стоит забывать о загадочно исчезнувшей книжной коллекции и странном зашифрованном имени. Хотим мы этого или нет, но, так или иначе, всё сводится к, казалось бы, безвестному писателю позапрошлого столетия – некому Луи Буссенару. К его сокровищам. К сокровищам, которые ваш дед, между прочим, оценил в несколько миллионов евро. Я бы, конечно, отнёс всё это к разряду курьёзных недоразумений, но, увы, многолетний опыт работы в криминальной полиции не позволяет мне этого сделать. Не каждый день, знаете ли, из-за стопки пожелтевших книг забытого всеми романиста убивают человека и растворяют его тело в ванной с кислотой. – При этих словах Боб болезненно поморщился, побледнел, стиснул зубы. Заметив это, инспектор сказал: – Прошу прощения, что вновь наступил на больную мозоль… Итак. – Лелуш пристально, словно магнетизёр на подопытного, взглянул на молодого каскадёра. – Вы утверждаете, что никогда прежде не слышали о сокровищах Буссенара, и даже не знаете, о чём собственно может идти речь?
– Так и есть, – подтвердил Боб.
– Хорошо. Вернее, ничего хорошего. – Инспектор вновь забавно почесал губою нос. – Мы не продвинулись ни на йоту… Скажите, а у вашего деда были враги? Может быть кто-то угрожал ему?
– Ну что вы. Дед был… – Боб осёкся. – …Извините, никак не могу смириться…
– Понимаю, – по-отечески похлопал по плечу юношу полицейский.
– Дед был, конечно, с чудинкой, – продолжил Робер, – (впрочем, у нас вся семья, как вы, наверное, уже успели заметить, не без странностей), но врагов у него никогда не было – только друзья. Во всех частях света. Даже в Антарктиде, – как любил шутить Дед, – среди пингвинов. Так что, я честно признаюсь, просто понятия не имею, кто мог с ним такое сотворить… И о сокровищах Буссенара, клянусь, я тоже слышу впервые.
– Допустим, – не вполне доброжелательно произнес Лелуш. – А вот вы сами, где вы были в среду 18 мая?
– То есть? – не понял каскадёр.
Полицейский одарил Робера улыбкой людоеда-филантропа:
– Я спросил: где вы находились в день предполагаемого убийства вашего деда?
– Но с чего вы взяли, что мой дед был убит именно восемнадцатого?
– Видите ли, для того чтобы кислота без остатка растворила тело взрослого мужчины, – уж простите меня за столь тошнотворные подробности, – требуется примерно трое суток. А если исходить из того, что эту новость, – полицейский в очередной раз ткнул пальцем в экран ноутбука, – опубликовал не кто иной как ваш дед, то получается, что вечером семнадцатого он был ещё жив. Простой арифметический подсчет как раз и даёт нам восемнадцатое число… Так где же вы были в среду?
– Вы меня подозреваете?! – удивленно вскинул брови Робер.
– Ну что вы, – примирительно замахал руками Лелуш. – Это простая формальность. По долгу службы я вынужден задавать этот неприятный вопрос всем, кто знал покой… кхе-кхе, Франсуа Робера. Увы, такая работа. – Молчаливый напарник Лелуша поддакивающе кивнул.
– Я всю неделю пропадал на съёмках, – сказал Боб. – У нас очень напряжённый график. Снимаем с утра и до позднего вечера – вам здесь каждый подтвердит. Домой приезжал лишь помыться да поспать. Даже есть приходилось на съёмочной площадке. Совсем закрутился. За всю неделю не нашел и минутки, чтобы позвонить Деду. – Трюкач обхватил голову, взъерошил светлые вьющиеся волосы. – Да и вообще…
Дзинь. Звуковой сигнал оповещения о получении нового электронного письма отвлёк Робера от неприятного разговора. Чисто автоматически, а не из насущной необходимости молодой человек взглянул на экран ноута. В нижнем правом углу высветилось окошко с сообщением: «Получено новое письмо от адресата «Франсуа Робер»».
Боб застыл скульптурным изваянием «древнегреческий обыватель перед ликом Медузы Горгоны». Затем перевёл исполненный непонимания взор на полицейских, кивнул на экран, еле слышно выдавил:
– Письмо… От Деда…
10
Голос с того света
13 часов 13 минут 13 секунд
– Ну, что вы сидите, как гаргулья на Соборе, – бранчливо проворчал Лелуш. – Открывайте письмо.
Боб и открыл.
Письмо оказалось пустышкой. Но с одним прикрепленным аудиофайлом.
– Запускайте, – продолжал командовать полицейский.
Робер и запустил.
Из динамиков раздался голос Деда. Глубокий, бархатный, с неповторимой фирменной роберовской хрипотцой. У Боба аж сердце защемило.
– Дорогой Робер, здравствуй! Если ты сейчас меня слышишь, значит, со мною что-то случилось. Не спрашивай что. Я сам еще толком не во всём разобрался и, увы, не способен заглядывать в будущее.
Знаешь, с той поры как я разгадал секрет Буссенара со мною стали происходить какие-то странные вещи. Мне стало казаться, будто за мною кто-то следит. Наверное, это старость…
О каком секрете идет речь? Ты не поверишь. После нашего с тобою последнего разговора я загорелся идеей во что бы то ни стало доказать тебе, Франции, всему миру, что Буссенар забыт незаслуженно. Я обложился книгами и… Вот уж действительно прав был доктор Генри Уолтон Джонс-младший: семьдесят процентов археологической работы проводится в библиотеке – за исследованием источников, чтением книг, сопоставлением фактов. Вот и я – не выходя из кабинета, взломал код Буссенара! Я отыскал его сокровища! Писатель завещал своей горячо любимой Родине миллионы! Ты слышишь – миллионы! И наш долг, долг семьи Робер – вернуть Франции сокровища Буссенара!
Ты спрашиваешь, как мне удалось разгадать загадку Буссенара? Всё очень просто…
Громкая телефонная трель на полуслове оборвала Франсуа Робера. Дед осёкся, замолк на пару секунд (смолк и телефон), затем заговорил в два раза быстрее:
– Робер, мне тут срочно надо решить один вопрос. Надеюсь, я справлюсь без посторонней помощи. Но. Если со мною всё-таки что-то случится – отыщи карту. Она здесь, в моей библиотеке, между двух Вернов.
И последнее. Опасайся красной звезды…
На этом месте запись обрывалась.
– Ничего не понимаю, – прокомментировал запись Боб. – Зачем, спрашивается, Деду потребовалось посылать мне звуковое письмо с отсроченной доставкой? Да ещё такое сбивчивое и непонятное.
– Угу, – задумчиво промычал Лелуш. Задумываться и озадачиваться инспектору было явно противопоказано. По крайней мере, на людях. Ибо мыслительные процессы отображались на лице полицейского самым неожиданным образом. Со стороны могло показаться, что он соревнуется в гримасничанье с самим Луи де Фюнесом. На худой конец – с Джимом Керри. – Я практически ничего не понял из этой абракадабры. Кто такой этот доктор Джонс-младший? Знакомый вашего деда?
– Ну, что вы, – улыбнулся Боб. – Доктор Генри Джонс-младший более известен миру не по имени, а по прозвищу.
– И что это за прозвище такое?
– Индиана.
– Индиана? – опешил Лелуш. – Индиана Джонс, герой фильмов Спилберга?
– Да. Один из любимых киногероев Деда. Кстати, Дед – ровесник Харрисона Форда, исполнителя роли легендарного археолога. Они даже в один день родились – 13 июля. А ещё Дед писал самому Спилбергу, предлагал вариант сценария для пятой части саги о великом искателе приключений. Что-то там о посохе Сунь Укуна. Там по сюжету…
– Всё это, конечно, интересно, – перебил каскадера полицейский, – но какое отношение к делу имеет выдуманный киноперсонаж?
– Никакого. Просто Дед любит… любил порою цитировать профессора Джонса. А в третьем фильме Индиана как раз рассказывает студентам о тех самых семидесяти процентах и полученных в библиотеках знаниях. Но самое смешное – Дед по жизни больше руководствовался другим советом доктора Генри Джонса: прямо противоположным, из четвёртого фильма. Помните, когда Индиана вместе с сыном въезжает в читальный зал университетской библиотеки на мотоцикле, и на полном ходу бросает студентам через плечо: «Хотите стать археологами – вылезайте из библиотек»?
– Я не смотрел этот фильм, – отмахнулся инспектор. – Ладно, допустим, с доктором Джонсом мы разобрались. А вот о какой карте шла речь в конце сообщения? Уж не о карте ли, указывающей путь к сокровищам этого самого Буссенара? И ещё – между какими двумя Вернами эта карта может находится? Лично я, знаю лишь одного Верна – Жюля. Читал в детстве пару его книжек: что-то там про полёт на Луну в пушечном ядре.
– Возможно, речь идет об Анри Верне, – предположил Боб. – Правда, пишется его фамилия не Verne, а Vernes – с «s» на конце. Но в данном случае… Бог его знает, что имел в виду Дед. Он явно торопился, думал о чём-то своем.
– Анри Верн? – переспросил Лелуш. – Не слыхал о таком.
– Это псевдоним бельгийского писателя Шарля-Анри-Жана Девисма, известного своей бесконечной сагой о похождениях Боба Морана. По мотивам этих книг в конце девяностых ещё мультсериал сняли. Я, помнится, очень любил его в детстве.
– Не смотрю мультиков, – скривил губы полицейский. – Лучше скажите, в библиотеке вашего деда книги этого бельгийца стоят в одном шкафу с романами Жюля Верна?
– Этого я не знаю. У Деда такая чересполосица на книжных полках творится. У него Лео Таксиль может спокойно соседствовать с Блаженным Августином. Да вы знаете… Лично меня больше волнует таинственная «красная звезда», которой мне почему-то следует опасаться.
