Эйлина обогнула ближайший угол мастерской, вдоль стены было метров пятнадцать до другого, а там за ним дверь и ворота. Звук снова повторился – это был шорох поднимающейся ставни ворот. Надо прибавить ходу! Она буквально видела сквозь стену, как многоножка с закреплённым на верхней части сменным стеклянным блоком заторможенно движется через проём. Каждая сота – это хрупкая линза, фокусирующая солнечные лучи на небольшой мощной солнечной батарее в основании. Поэтому движения в сторону монтажа замедлены. И словно в замедленной съёмке Эйлина ощущала каждый свой шаг, каждый бросок вперёд. Чтобы меньше хромать, правой рукой она мельком опиралась на стену. Вот угол всё ближе, снова шорох движущейся ставни, – вырываясь из-за угла и едва не поскользнувшись, она увидела, что многоножка уже уходит, а значит ворота закрываются. Рванулась, не обращая внимания на пульсирующую боль в ноге, впереди сужающаяся щель проёма ворот, до него ещё несколько метров, ещё пара. И зазор сомкнулся, когда она уже была почти там. Тяжело дыша, она опустилась на землю.
М9 ещё не вышел из-за последнего угла, но она понимала, что он уже знает о её провале. По звукам он уже всё проанализировал и ищет новое решение. Её задача тоже активно думать. Но информации катастрофически не хватало. Вариант проникновения в ангар с многоножкой – супер, что теперь: ждать следующего раза? Поднялась, опираясь на ворота, чтобы не нагружать разболевшуюся ушибленную ногу, и вдоль стены добралась до угла. М9 миновал меньше половины пути от предыдущего угла. Крикнула, чтобы не ждать:
– Сколько сот в очереди на замену сейчас?
М9 на ходу распечатал руки и, подняв правую, вытянул кверху указательный палец.
– Только эта, ох… А вероятное время до… – роботизированная рука уже сложила три пальца.
– Часа?
Он приложил руки локтевыми шарнирами друг к другу и запустил вращение, имитирующее часовую и минутную стрелки. Когда пошёл четвёртый часовой круг, она выдохнула:
– Дня?
Он поднял вверх большой палец. Три дня. Протянет она столько снаружи без воды и еды? Наверное, и ведь это вероятное время исходя из статистики. Может меньше. Но может и больше…
Стоп! Мысль появилась внезапно – Эйлина выхватила из рюкзака ракетницу.
– Я могу разбить ею одну из линз… – М9 уже усердно махал руками поперёк – Тьфу, тогда Система меня понизит, и введёт протокол наблюдения, тогда при мне ангар не откроется. Все штатные работы будут меньше по приоритету. Зараза!
Эйлина оглянулась на ковыляющую от неё к воротам упущенную надежду. Может быть, надо признать, что все удачные шансы вышли, и просто ждать?
– Состояние Ваисия… оно позволяет ждать?
Роботизированные руки только раскачивались вместе с корпусом в такт с шагами тяжёлых лап. Через пару секунд он развёл их в стороны.
– Неужели есть то, что ты не знаешь? – Эйлина горько усмехнулась. Он подошёл к ней вплотную и замер. Левую руку он поднял, на секунду она зависла в воздухе в неопределённом жесте. А потом он аккуратно опустил кисть на её плечо.
Невольно рассмеялась, долбанные эксперименты – протоколы эмоциональной поддержки. Это одна из спорных тем, которую им удалось пробить у начальства. Очень трудно избежать эффекта «зловещей долины», но при тонкой наладке эти моменты позволяют сделать коммуникацию робот-человек более продуктивной. Человеческий фактор. Иногда нуждается в поддержке. Сама писала докладные, потом коды по аналогам, которые, как сообщалось, были приняты для внедрения. Предстояло наблюдать. Вот стою – наблюдаю. Наклонив голову, почувствовала холод металлических пальцев. И знаю, что всё это только программа… А всё равно – работает…
– Сейчас что-нибудь придумаем.
Она знала, что он ни на секунду не переставал думать над этим. Идея с дверью на верху Башни была хороша, что ещё?
– А может?..
Эйлина стремительно развернулась и говорила, сбиваясь, уже на бегу, зная, что от его отличного слуха ничего не ускользнёт, тогда как секунды ускользают одна за другой…
– На стену может подняться только многоножка, но у неё есть резерв подъёмной силы, и если я её догоню, то… – тут она наскоро позволила себе оглянуться и увидела сжатый кулак с поднятым кверху большим пальцем. Отлично, он всё понял!
И припустила, хромая, насколько могла к внутреннему шлюзу, сквозь который уже проходил робот, плавно переступая длинными тонкими лапами с множеством сочленений. Последняя пятая пара лап скрылась в проёме, и дверь скользнула вниз. Надо прибавить ходу!
В стене были вмонтированы стальные крепления, и они были изначально рассчитаны под специального робота. В шахматном порядке с расстояниями в пару метров. В трёх местах снаружи и внутри – эти своеобразные лестницы, наверху по окружности армопояс, по которому можно выйти в нужный сектор. Только бы успеть догнать, запрыгнуть на спину, вцепиться покрепче во что-нибудь. Во что там можно вцепиться, блин? Шагая неровно, слегка приступая на правую и почти подпрыгивая на левой ноге, добралась до шлюза. Быстро отсканилась, пока секунду запускался механизм подъёма, вместо облегчения от паузы почувствовала, как тяжесть сковывает перетруженную левую ногу и начинает перебивать боль в правой. Мельком оглянулась на М9. Он стоял там же. И лишь только проём открылся наполовину, скользнула внутрь.
Многоножки там уже не было. Внешняя дверь была закрыта. Закрывая глаза, чтобы было не так тяжело преодолевать сковывающие ощущения, попыталась ускориться. Хорошо хоть здесь можно опираться на стену. По левому краю чуть не вписалась с размаху в выступ терминала. Было ли в том сообщении, которое она не дослушала, что-то важное? Не узнать. Нет, тогда бы М9 ей указал сюда вернуться. Ну и ладно, скорей к сканеру внешней двери. Та послушно отъехала вверх. Высунувшись наружу, Эйлина сразу заметила слева робота с линзой на спине. Она заковыляла к нему вдоль стены, и теперь ей показалось, что скорость её уже не больше его тихого шага. Но больше выжать уже не могла. Неужели опять облом? Песок закружился под ногами лёгким вихрем, и она вспомнила, как несколько часов она шагала через непроницаемую мглу пустынной бури. А потом были несколько часов верхом на неудобном корпусе М9. Если не успею за многоножкой, то до ворот недалеко…
Мысль о бесконечном урагане снаружи мобилизовала какой-то остаток сил. Не ускориться, нет. Хотя бы не остановиться. Многоножка, опередив её на несколько метров, схватилась передними лапами за первые крепления и начала осторожными рывками продвигаться вверх. Вторая пара. Третья – корпус из трёх частей аккуратно изломился, и линза на передней части запрокинулась назад. На последнем элементе корпуса было крепление ещё под одну, за него было бы лучше всего ухватиться. Но было уже поздно. Четвёртая пара лап схватилась поочерёдно за крепления. Ближайшая из пятой пары взметнулась прямо перед лицом, руки бестолково схватили пустоту. Рванувшись вперёд, вцепилась в выступ для крепления грузовой тележки в самом хвосте корпуса. И повисла в воздухе.
Робот замедлился, выровняв движения, но у него не было датчиков, которые бы позволили идентифицировать помеху. И Система, дистанционно контролировавшая его работу, тоже этого не могла распознать. Каждая линза весила под 60 кг, а Эйлина, к счастью, меньше. Робот может вытащить и больше, но был бы риск объявления нештатной ситуации. Остановка, диагностика – фиаско – нет это всё не угрожает. Угрожает только высота, сорвавшись с которой можно разбиться. Если выживу – лазарет. Странно, мысль об этом ассоциировалась только с возможностью отдохнуть и забыться. Вцепилась покрепче. Не было никаких шансов подтянуться и ухватиться выше. Зато ноги испытывали просто нереальное облегчение.
С каждым шагом робота её мотало из стороны в сторону, и уже руки начали быстро уставать. Ободранные ладони саднило. Боялась даже перехватиться и только считала мысленно шаги-крепления. Мысль о том, что продержусь, высвободила какой-то промежуток в нервном напряжении, и в мозг ворвалась догадка: фермы, по которым можно перебраться на центральную опору, они же снизу – под куполом. А робот поднимается снаружи. Ситуация снова вывернулась наизнанку. Но, когда многоножка достигла стальной окружности рамного пояса, Эйлина уже знала, что от неё требуется. Лишь только появилась возможность, она спрыгнула на раму. По верху шла полоса шириной сантиметров тридцать, по которой, цепляясь за специальные пазы, двинулся робот. В то время как девушка метнулась по ней в обратную сторону к радиусу ближайшей фермы, стараясь не запнуться о те же пазы. Она пыталась не замечать боковым зрением песчаное основание в десяти метрах внизу. Но это было невозможно.
Ветер наверху был ещё сильней, чем снаружи среди барханов. И после нескольких шагов, она, едва не слетев вниз, упала на четвереньки. Голова кружилась, хо�