Поцелованная Афродитой

Tekst
Loe katkendit
Märgi loetuks
Kuidas lugeda raamatut pärast ostmist
Šrift:Väiksem АаSuurem Aa

– Я не в счет. У меня вынужденная необходимость, – Юля, отмахнувшись от нее и скорчив недовольную рожу, задумчиво подперла рукой щеку. – Мне срочно надо доказать родственникам мужа, что я вышла замуж по любви, а не чтобы прибрать к рукам их задрипаный бизнес.

– Аптеку, что ли? Да уж, скукотища, а не бизнес! Неужели они не видят, что это не для тебя? – фыркнул Алекс, отставив в сторону пустой бокал. – Микелочка, принеси-ка нам еще по пивку, – обратился он к официантке, на что та нехотя поднялась и удалилась в сторону барной стойки, приветствуя по дороге новых посетителей и указывая на освободившиеся места, где они могли бы расположиться и сделать заказ.

– Ладно, обещаю подумать, – устало выдохнула Елена, – можно конечно и побегать. С понедельника видно будет.

– О! Все как всегда! В понедельник ты успокоишься, и начнутся обычные серые будни с «кровопивцами», – недовольно протянула подруга.

– Тогда уж с «энергопивцами», – пробубнила в ответ Елена.

– О да! Это куда упрощает ситуацию, – съязвил Алекс. – А выходила бы ты за меня? – выдавая желаемое за незатейливую шутку, он подмигнул девушке.

– Ха-ха! И стоять у барной стойки все 24 часа в сутки? Или вступить в ряды итальянских домохозяек и безвылазно сидеть дома? Нет уж, увольте! Мне самой себе доказать надо, что я чего-то стою в этом мире.

– Ну почему обязательно за стойкой? – почесав в затылке, Алекс пожал плечами. – Будешь со мной песни петь. А я тебе аккомпанировать. Неплохой дуэт может получиться, как ты думаешь? – весело подмигнул он ей.

– Да уж! Слышала я уже эту сказку об одной из моих прародительниц, – покачав головой, улыбнулась Елена.

– А про что сказка-то? – спросил Алекс, ища взглядом в толпе официантку с очередным бокалом пива.

– Что сбежала одна из моих «пра-пра-пра» с молодым красавцем музыкантом из гнезда фамильного счастья в любви искать. Да вот только нашла ли?

– Ну, значит, нашла, раз ты тут напротив нас сидишь, – взяв только что принесенный Микелой бокал, Алекс задумался и снова взял в руки гитару.

– Ладно. Будь что будет! – прервав создавшееся между ними молчание, Юля, кивнув в благодарность Микеле, уверенным движением поставила перед собой свежее пиво. – Ты, главное, вот что запомни: таких контор, как твоя, как собак нерезаных, а ты одна! Понимаешь?! Я что звонила-то тебе! У меня тут заказик один подвернулся, – она встрепенулась, будто стараясь сбросить с себя все проблемы, что роем назойливых мух зудели у нее над головой. Выйдя замуж по любви за итальянского гражданина и переехав к нему в Милан, Юля с трудом находила понимание со стороны его родителей, считавших, что в иностранных браках, кроме, как скупого расчета, нет, и не может быть ничего хорошего. Спокойно владевшая тремя языками: русским, итальянским и английским, она без труда нашла работу в одном из туристических агентств города. Пытаясь доказать своим новым родственникам, что она не одна из тех корыстных хищниц, о которых кричали газеты и журналы, что якобы приезжают в Италию в поисках богатых мужей, она охотно бралась за любую подработку переводчиком и гидом туристических групп. Со временем подобрав себе более-менее устоявшуюся клиентуру, Юля уже имела постоянный заработок и подумывала об открытии своего собственного туристического агентства.

– А что за заказик? – отозвалась Елена. Пиво сыграло свою роль, ее нервная система начала понемногу расслабляться. Девушка могла уже без всяких эмоций говорить о посторонних делах, не перескакивая то и дело в мыслях на воспоминания о событиях прошедшего вечера.

– Ладно, девчонки, – видя, что разговор переходит в неинтересное для него русло, протянул Алекс, лениво вставая с бочонка, – вы тут болтайте. Я пойду, посмотрю, что у меня там творится, – он кивнул в сторону барной стойки и толпившихся вокруг нее посетителей.

– Ок! Увидимся! Слушай, Лен, – весело махнув бармену, заговорщически начала подруга, – ты на ближайшие выходные уже на что-то подписывалась? Ну, типа, какая-либо подработка есть у тебя?

– Нет, – ожидая продолжения, Елена уставилась на нее. На дополнительную работу по графике она соглашалась охотно. Денег катастрофически не хватало. Оплата квартиры, налоги за кондоминиум съедали ползарплаты. Оставшихся средств с натяжкой хватало на проживание. Вечерами она часами сидела за компьютером, штудируя все известные ей сайты, где мелкие фирмы, что не могли позволить себе иметь в штате собственного графика, размешали свои объявления о поисках фрилансера для верстки журналов, обработки фотографий или какой другой работы с графическими программами. Для некоторых из них Елена уже выполняла кое-какие проекты. Так, те присылали ей заказы напрямую по электронной почте. Какие-то из фирм предпочитали общаться через интернет-сайты, считая это менее уязвимым для бизнеса и более надежным способом ведения переговоров. – Мне тут брошюрку одну закончить надо, но думаю, я с ней завтра разделаюсь, – задумчиво произнесла она. – А что? Есть что-то важное?

– Да есть тут у меня клиент один. Вернее даже не клиент, скорей знакомый из России, так у него соседка замуж выходит за американца. Решили они свадьбу в Венеции сыграть, типа модно сейчас это. Хотела я, было, это дело под свою опеку взять. Да поговорив с невестой, решила агентству ее спихнуть. Уж очень невеста эта привередливая. И то не так по ней, и это. Короче, проблем мне одной с ней будет невпроворот.

– И что? – Елена, удивленно взглянув, пожала плечами. – А я тут причем? Ты же знаешь, я переводами не занимаюсь. С меня и графики хватает.

– Подожди, не суетись. Я к этому и клоню. Они твои фотки видели, что на сайте агентства весят. Помнишь, ты, как-то для их рекламы, отели с новобрачными фотографировала?

– Ну, помню.

– Так вот! Невеста от них в восторге. Они тебя хотят в фотографы. Плюс ко всему ты русская, а эта невеста ни кому из заграничных фотографов не доверяет. Говорит, что они все шиворот-навыворот понимают и ее красавицу на снимках искажают не в лучшую сторону. Агентству твоя кандидатура тоже на руку. Проблемы с недопониманием ему совершенно не нужны.

– Я, конечно, «за»! Но, елки, почему, обязательно, все «пальцегнутые» мне достаются? Ну, не умею я с ними общаться! – недовольно выдохнула Елена, – Я что им, Мать Тереза, наставлять их на путь истинный?!

– Ха! Если не ты, то кто умеет? – хмыкнула Юля. – Вспомни, как одна из богатых американок с гондолы в канал плюхнулась. Видите ли, великосветскую даму из себя покорчить захотелось.

Елена звонко рассмеялась, вспомнив неуклюжую особу в три обхвата в ширину в белоснежных атласных брюках, гипюровой блузочке и с соломенной шляпкой на голове. Эта дама, будучи Юлиной клиенткой, решила заказать себе фотосессию по каналам Венеции. И Юля, не зная, как выйти из положения, была на седьмом небе от счастья, узнав, что Елена, с которой она только познакомилась, была не только приятным собеседником, но и к тому же прекрасным фотографом. Увидев фотки подруги, она тут же, не раздумывая, пригласила ее на эту работу. Та фотосъемка была одним из первых заказов Елены. Девушка ужасно нервничала. Ей постоянно казалось, что все, что она делала и говорила, было не лад и невпопад. Руки предательски дрожали, сжимая тяжеленный фотоаппарат с огромным объективом. Солнце, словно чувствуя ее неуверенность, при каждом кадре светило не там и не туда, как назло посылая свои лучи не под нужным ей углом. Ветер дул не в ту сторону. Пролетавшие мимо голуби не вовремя врывались в кадр. Казалось, все в тот день шло наперекосяк. В довершение всех бед перед последней поездкой на гондоле, ее упитанная клиентка вдруг решила состроить из себя хрупкую лебедушку и, жеманничая перед объективом, начала спускаться с причала в гондолу. Томно протянув свою пухлую ладошку хрупкому пареньку-гондольеру, она всей своей массой навалилась на поданную им руку. Не рассчитав соотношение между длиной шага, весом своего тела и выносливостью паренька, упитанная дама со всего маху плюхнулась в канал.

В тот момент Елена в ужасе подумала, что этот радостно принятый ею заказ и будет закатом ее короткой и столь неудачно закончившийся карьеры фотографа.

– Ой, не вспоминай! – воскликнула девушка и звонко рассмеялась, – Я думала тогда, что умру от страха.

– А вспомни, что ты ей сказала? Причем на полном серьезе! – подмигнула ей Юля. – «Синьора, вы знаете, это великая удача свалиться в канал. По местной примете вы непременно выиграете миллион!», – наигранно произнесла она, разведя в стороны ладошки, словно та незадачливая американка.

– Надо же было такое придумать?! – хохотала Елена, – Если честно, я со страху вообще не соображала что говорю и что делаю. Как я ей только не ляпнула, что-то вроде: «какая радость, синьора, что вас пиявки не покусали».

– Но ведь это на нее подействовало! Спорим, никто другой бы до такого не додумался. Уж и не знаю, как это тебе удалось! Зато она была так рада узнать, что она одна из немногих, кто осчастливил Венецию своим падением, и непременно в скором времени получит награду, – заливалась хохотом Юля.

– Ты только своим клиентам этого не сболтни. А то жителям Венеции от них проходу не будет, как пойдут всей толпой за «миллионами» в каналы кидаться.

– Так что, как ни крути, а на эту фотосъемку я тебя подпишу. Причем платят они хорошо, грех упускать такую возможность.

Венеция

Поезд прибыл без опоздания. Недовольно скрипнув тормозами, словно толстый, утомленный долгой дорогой удав, он медленно вполз под полукруглый купол центрального вокзала и, тяжело проурчав от усталости нечто несуразно, остановился и затих. Елена спустилась на перрон. Осторожно стащив вниз громоздкий чемодан с лампами и остальным снаряжением для фотосъемки, девушка накинула на плечо сумку с фотоаппаратом и оглянулась вокруг.

Она снова в Венеции! Елена любила этот город за его загадочность и непринужденность. За гулкий отголосок тротуаров, что сопровождал ее всякий раз, когда ее каблучки касались их поверхностей. За полумрак и таинственность узких улочек-лабиринтов, скрытых от глаз туристов. За шелест воды, пение гондольеров и нерасторопную беззаботность местных жителей, что с улыбкой встречали приезжих туристов. Бродя по безлюдным уголкам Венеции, каждый раз Елене казалось, что она давно уже знает их, знает их тайны, о чем они говорят, шепчутся тайком от пробегавших мимо прохожих. Что-то необычно знакомое было в атмосфере этого города, такое, что девушка никак не могла объяснить себе. Вот и сейчас, быстро шагая от вокзала к небольшому причалу, ее туфельки, весело чеканя по мостовой, отстукивали приветливую дробь. Маленькие колеса чемодана оживленно шуршали вдогонку, пытаясь попасть в такт всеобщему привокзальному гулу. Легкий ветерок, дувший с причала, словно старый знакомый, радостно встречал Елену.

 

Подойдя к каналу, она остановилась.

– Это вы фотограф на свадьбу? – услышала она слева от себя звонкий женский голос. – Здравствуйте! – весело прокричала ей высокая брюнетка, стоявшая у кассы. По фотосумке, что висела на плече у Елены, она тут же признала в ней ожидаемого фотографа. Брюнетка широко улыбнулась и протянула Елене руку. – А я уж боялась, что вы не приедете.

– Здравствуйте! – пожав протянутую девушкой руку, улыбнулась Елена. Приятно было видеть во взгляде незнакомого человека слегка уловимые нотки тревоги и заботы. – Да не волнуйтесь вы так. Юля говорила, что у вас какие-то сложности с новобрачными.

– Есть немного. Уж очень придирчивый клиент пошел, – взяв у кассира два билета на речной трамвай, она протянула один из них Елене. – Нам туда, – махнула брюнетка рукой в сторону замершего в ожидании пассажиров транспорта. – Хотят непременно в замках венчаться. Фотограф чтоб из Милана, а свадебный стол с канделябрами. А где я им в наше время канделябры найду?! – она возмущенно пожала плечами. – Они по выставкам, да по музеям разобраны. Хорошо, хоть остальные два требования удалось выполнить.

Получив билет, Елена протянула его кондуктору и с помощью своей новой знакомой, затащила чемодан в просторный салон речного трамвая.

– Ой, совсем забыла представиться, Моника, – воскликнула девушка. – Дело в том, что в этот раз у нас невеста русская, а жених из Америки. Они практически не говорят по-итальянски. Могут, конечно, выдавить из себя «ciao» или «buongiorno», например. А между собой все на английском, вроде даже как понимают друг друга. А нам что прикажете делать? – округлив глаза, развела она в недоумении руками, – Где мы на всех клиентов полиглотов в сфере услуг найдем?! Экскурсоводов – это конечно. А парикмахеров, официантов, священника, наконец?! Как он их венчать будет? – подчеркивая каждое слово жестикуляцией, Моника напоминала встревожено щебетавшего на ветке воробья. Ее острый, вздернутый вверх нос и по-детски круглые глазенки никак не сочетались с тем выражением озабоченности, что было написано на ее лице. – Хорошо хоть вас нашли. После просмотра ваших работ невеста ни о ком другом и слышать не хочет. И я ее прекрасно понимаю. Кто знает, что было бы, окажись я в чужой стране перед алтарем с иностранным мужем! – выдохнула Моника. Кончик ее носа взлетел вверх и, вырисовав в воздухе петлю, снова вернулся на прежнее положение.

Речной трамвай весело бежал по Большому каналу, ловко огибая крошечные, по сравнению с ним, толстобокие лодочки и украшенные под старину элегантные гондолы. Радуясь утренней пробежке по водной глади, он весело урчал мотором, будто напевая что-то себе под нос. Плеск волны и переплетавшиеся с ним порывы налетавшего ветра, придавали еще большее оживление его ворчливо-урчащей песне. Сидя рядом с Еленой, Моника без устали щебетала, описывая создавшуюся в их турагентстве необычную ситуацию с новобрачными. Оставив позади многолюдный мост Риальто, они уже подплывали к Площади Сан Марко, когда Моника, вдруг, встрепенулась и, крикнув Елене «Смотри! Смотри!», вскочила и подбежала к левому борту речного трамвая. Рядом с причалом, недалеко от площади красовался элегантный белоснежный катер.

– Новая игрушка одного герцога, – не отрывая взгляда от катера, тяжело вздохнула Моника. – Ты только посмотри, какой красавец! Представь себе – «Подарок на День рождение»! – пафосно произнесла она, – Кому-то парусники с яхтами, а ты тут работаешь, работаешь. Батрачишь изо дня в день как лошадь,… – она состроила кислую физиономию и устало плюхнулась обратно на место.

– Да, покататься бы на таком, – проводя взглядом удаляющийся катер, согласилась Елена.

* * *

Офис турагентства, в который прибыла Елена, располагался недалеко от набережной в небольшой каменной пристройке к старинному зданию. Разительно отличаясь от окружавших его старинных кирпичных строений, дремавших под так называемым «грузом вековой истории», он словно новорожденный птенец, любознательно взирал огромными глазищами-окнами на окружающий его мир. Внутри здания творилась неимоверная суматоха. Широкие входные двери не закрывались ни на минуту, впуская и выпуская, вновь прибывших или отправлявшихся на проведение очередной экскурсии, гидов. В довольно широком помещении, искусственно разделенном высокими шкафами на три небольших отдела, стояли столы вперемежку со стульями и разбросанными там же огромными коробками с почтой. Сидевшие за столами сотрудники, перекидываясь друг с другом редкими фразами, что-то быстро набивали на клавиатурах, светившихся перед ними компьютеров. Громким урчанием вторгаясь в рабочую суматоху, то и дело, стрекотал стоявший в углу принтер, недовольно выбрасывая наружу один отпечатанный листок за другим.

– А, фотограф из Милана! – войдя в офис, услышала Елена бодрый голос высокой блондинки, сидевшей в стороне от остальных. – Ждем-ждем! Клиент уже дважды звонил и спрашивал о вас. Франчи, распечатай-ка мне договор на фотосессию, – легким разворотом головы обратилась она к сидящей у окна худощавой брюнетке, – сейчас сразу его и подпишем.

Как и догадалась Елена, эта светловолосая женщина, что так резво отреагировала на ее появление, оказалась начальником агентства. Франческа встрепенулась, кинула робкий взгляд сначала на начальницу, затем на гостью и начала что-то быстро отстукивать по клавиатуре. Через минуту, чуть дернувшись от непривычной передышки, принтер ворчливо выплюнул наружу пару листов бумаги. Да вижу, ты тут с аппаратурой прибыла, – несколько озадаченно протянула начальница. Ее острый взгляд быстро пробежался от объемного чемодана Елены до висевшей на плече сумки с фотоаппаратом.

– Взяла пару ламп, – в подтверждение, Елена кивнула на стоявший с ней рядом чемодан. – Обычно в церквях света маловато для нормальной съемки. Так что, придется с лампами повозиться, – неловко пожав плечами, улыбнулась девушка. Не ожидая понимания и всплеска интереса со стороны начальницы турагентства к тонкостям фотографического процесса, она решила не вдаваться в подробности и не описывать детали ее предстоящей работы.

– Да-да, видела я эту церковь, где они венчаться хотят, – взяв листы с принтера, начальница быстрым росчерком расписалась в нижнем правом углу каждого их них, – маленькая и темная. Она недалеко от площади Сан Марко, за парой каналов к востоку, – подняв взгляд на Елену, она протянула гостье подписанный договор. – Мне еще тебе все адреса выдать надо, где они фотографироваться собираются. И, однако, дам я тебе помощника, на всякий случай. А то ты одна со своей аппаратурой, думаю, долго не протянешь. Эй, Фабио! – на весь офис прогремел ее звонкий высокий голос.

Тут же, откуда-то из подсобного помещения, находившегося за узкой дверью в дальнем углу комнаты, послышался гулкий грохот падающих коробок. Вслед за ним в проеме приоткрывшейся двери показалась обрамленная черными кудрями круглая мордашка паренька лет пятнадцати-шестнадцати.

– Фабио, что там у тебя? Никак опять землетрясение? – услышав звук падающих предметов, начальница уставилась на юношу.

– Ну как же, синьора Орнелла! – парень, округлив глаза, ошарашено взглянул на нее. – Вы же сами сказали разобраться с ненужной почтой и старыми контрактами. А пойми-разбери их там, какие из них старые, а какие нет! Вот я и разбираюсь, – озадаченно почесав затылок, пробубнил Фабио. – Ну и пылищи там! Мамма Мия! – высунувшись весь из-за двери, он стал демонстративно отряхивать от пыли свои потертые джинсы.

– Ты случайно там потайной вход в один из Дожевых погребов не обнаружил? А то поделился бы находкой-то. Ну, шевелись! – прикрикнула Орнелла на парня. – А то своим грохотом вон на Сан Марко всех голубей перепугал!

– Что вы синьора, им же веселей, туристам то есть. Будет о чем дома рассказать, – отряхивая штаны от налипшей пыли, пыхтел Фабио.

– Ага, о том, как они под голубиный обстрел попали?!

– Ну, это как сказать, думаю, экскурсоводы найдут способ, как выкрутиться. Типа это счастливый сюрприз от местного пернатого населения, – важно приподняв руку над головой, продекламировал он. – Типа «знак судьбы голубиным пометом помеченным быть», или «год вам беспроигрышной лотереи». Кто от такого счастья откажется? – состроив невинную физиономию, закончил он.

– Вот предъявят тебе счет по очистке одежды от глубинных сюрпризов, будешь знать! А ну шевелись, говорю! – недовольно выпалила Орнелла.

Елена улыбнулась, смотря на перепалку подчиненного с начальником. Площадь Сан Марко и кружившие над ней голубиные стаи входили в план ее фотосессии. Она живо представила будущих молодоженов стоящими под «голубиным обстрелом», и светившимися от радости быть отмеченными знаком судьбы. Не удержавшись от такого видения, Елена невольно хихикнула.

– Вон, даже представителю из Милана не по себе от твоей выходки, – увидев улыбающееся лицо гостьи, начальница тут же смягчилась, заулыбалась и более снисходительно продолжила. – Короче, заканчивай разгребать свои бумаги и пойдешь с фотографом, – она кивнула в сторону Елены, – будешь помогать ей с оборудованием. Да не филонь там! – для порядка прикрикнула она на юного помощника.

– Есть, шеф! – недовольно проворчал Фабио. Отряхивая остатки пыли со своей одежды.

– Ты построже там с ним, а то он известный любитель на шеи садиться, – обращаясь к Елене, Орнелла взяла со стола еще один отпечатанный листок бумаги и протянула ей. – Здесь, список всех адресов, которые тебе понадобятся, – пояснила она, медленно водя указательным пальцем по строчкам. – Вот этот, – она остановилась на первом по списку, – твой отель, забронированный на два дня. Там тебя уже ждут. Езжай сейчас туда, а потом часика этак в два, – Орнелла, на мгновенье, задумавшись, бросила быстрый взгляд на висевшие на стене круглые часы, – Да, в два! – уверенно подтвердила она, – Встречаемся со всеми вот здесь! – она торжественно ткнула пальцем в следующую за первой строчку. – Есть карта?

– Да, конечно, – спокойно ответила девушка, словно наличие такого предмета как карта города, было безоговорочным пунктом в ее поездках. Еще ребенком, она часто путешествовала с родителями. И каждый раз перед поездкой, они вместе сидели, склонившись над разложенной на столе картой того или иного региона Италии, и внимательно изучали маршрут предстоявшего путешествия, делая пометки фломастером на местах, где они хотели бы остановиться и осмотреть достопримечательности. Елена тут же достала из бокового кармана сумки карту Венеции и протянула ее Орнелле.

– Так, посмотрим, – задумчиво пробормотала та, аккуратно разворачивая сложенный листок бумаги. – Значит, это будет здесь, – она указала на небольшой зелено-коричневый участок, расположенный как раз напротив пристани у центральной площади. – Остров Джудекка! – с выражением произнесла она название острова и продолжала. – Туда морской трамвай ходит. В два часа там будет ждать Моника, что встречала тебя сегодня у вокзала. Она поведет тебя знакомиться с молодоженами, там все и обсудите. В отеле, где они остановились, есть прекрасный сад. Как раз сегодня в нем у тебя первая фотосъемка запланирована. – Орнелла внимательно посмотрела на девушку. – Ну как, ты готова?

– Без проблем, – пожала плечами Елена. Она, конечно, не подозревала, что в день приезда ей сразу предстоит включиться в работу. Но что поделать, работа есть работа, и желания клиентов порой мало когда зависели от ее собственных желаний.

– Вот и хорошо, – кивнула Орнелла и, покрутив в руках карту, стараясь найти на ней нужные объекты, продолжила, – А завтра венчание вот в этой церкви. – Орнелла указала на маленький крестик, едва видневшийся на пересечении двух голубых линий-каналов вычерченных в паутине венецианских улиц.

– А эта церковь сегодня открыта? – Внимательно рассматривая карту, Елена как можно точнее пыталась запомнить напечатанные на ней мелким шрифтом названия улиц. – Не плохо бы заглянуть туда, прикинуть положение ламп и направление света, чтоб завтра с утра с этим не возиться.

Ее не радовала мысль терять драгоценное время на постановку света прямо перед церемонией, лихорадочно распутывая шнуры и в спешке прикидывая, а не попадутся ли они под ноги молодоженам. Так же ее не радовала идея наугад ставить свет, чтобы потом, в процессе фотосессии поправлять его каждый раз. Она подумала, что будет лучше это сделать заранее, без лишней спешки и недовольных взглядов со стороны приглашенных.

 

– Церковь открыта сегодня до семи, – среагировала на вопрос, сидевшая у окна напротив, одна из работниц. Я утром с ними созванивалась, вопросы по оформлению решала. Им тоже кое-что там доделать надо.

– Если успеешь, пожалуйста, – пожала плечами Орнелла, делая вид, что из всех проблем на сегодня, сам процесс фотосъемки – это последнее что ее должно волновать.

– Тогда я сейчас прямо туда, – втайне радуясь, что ей дали самой что-то решать, выпалила Елена. – Прикину, как там с освещением, лампы оставлю, а к двум часам буду на острове Джудекка. Как вам?

– По мне так замечательно! – откликнулась начальница, приподняв обе руки вверх, тем самым показывая, что она только рада сбросить с себя решение столь далекого от нее вопроса, как вопрос с освещением церкви. – Думаю, с тем, чтобы оставить там оборудование, проблем не будет, – добавила она и снова обратилась к списку адресов. – А вот здесь, – Орнелла указала плотно застроенную территорию справа от Большого канала, в самом его конце, – у них торжественный ужин.

– А что там? Ресторан? – вглядываясь в пересечение серой паутины улиц, спросила Елена.

– Нет, там один герцог живет. Он согласился сдать на вечер свою гостиную. Отец новобрачной какая-то важная персона в России. И жених тоже не из бедных. Так родственники настояли, чтоб ужин непременно в каком-нибудь замке был. Говорят, раз в жизни, так чтоб с шиком. Ох уж эти богатеи! А герцогу позарез деньги нужны, – она вздохнула и продолжала. – Но у невесты с женихом есть одно условие, чтоб все было на уровне, будто по-настоящему. Джинсы не допускаются!

– Думаю, меня это не касается, – равнодушно отмахнулась Елена. – Меня все равно на фотках не будет видно.

– Нет, голубушка, это касается абсолютно всех присутствующих! – язвительным тоном, исключающим пререкания, отпарировала Орнелла. По ее возгласу было заметно, что эта часть сделки ей самой не слишком-то по душе. Ведь для нее вся мишура с переодеванием не что иное, как лишние расходы и хлопоты по подбору костюмов и украшений. – Так что придется и тебе в какую-нибудь нимфу нарядиться.

Елена в ужасе представила, как она с огромным увесистым фотоаппаратом в руках, одновременно придерживая разлетающиеся во все стороны полы бального платья, будет скакать вокруг молодоженов, выискивая нужный ракурс. Очевидно, все ее эмоции по вопросу карнавальных костюмов в один миг отразились на ее лице, так как Орнелла, тут же сменив гнев на милость, уже более спокойно продолжала:

– Ничего не поделаешь. Все мы в этой жизни лишь актеры, – покачала она головой. – Они клиенты, они платят. Здесь недалеко есть небольшой магазинчик: «Все для карнавала». Постараемся подобрать там тебе что-нибудь подходящее. Ну а сейчас, можешь быть свободна. – Орнелла вручила Елене список адресов предстоящего торжества, выдала последние указания новому ассистенту фотографа, Фабио, чтобы тот был более расторопным, и проводила их до двери.

Попрощавшись с работницами агентства, Елена, в сопровождении ее нового помощника вышла из офиса. Все еще сжимая в одной руке карту города, в другой ручку катившегося следом чемодана с оборудованием, она подошла к причалу, гадая в каком направлении ей нужно ехать.

– Вон тот трамвай, синьора, – заметив ее растерянность, среагировал паренек.

– Какая я тебе синьора?! – тут же весело передразнила его девушка. Детское смущение и подростковая неуклюжесть парня смешили ее и в то же время, выстраивали какой-то незримый барьер в общении с ее новым помощником. – Зови меня просто Лена. Так тебе, вроде, проще будет.

– А-льена, – смущенно протянул он и добавил, – это что, по-русски что-то вроде инопланетного пришельца, что ли? – Фабио в недоумении пожал плечами и состроил смешную гримасу.

– Ой, и правда! – звонко засмеялась девушка. Ведь то, что он произнес, было так похоже на слово «альена», что по-итальянски означало «инопланетянин». – Да никакой я не инопланетный пришелец! Короче зови меня, как хочешь, как тебе удобней всего, – улыбнулась она.

Плеск воды и несмолкаемый крик чаек сразу выдернули Елену из вихря витавших в голове мыслей о предстоящей работе. После душной офисной обстановки свежий воздух был как нельзя кстати. Обволакивая все тело приятной прохладой, и игриво путаясь в волосах, легкие порывы ветра тут же вызвали улыбку на лице девушки, поднимая планку ее настроения на порядок выше.

Невдалеке виднелся огромный причал. Пришвартованный там туристический лайнер, словно огромная, усыпанная алмазами-окнами белая птица, дремал в ожидании своих пассажиров. Оживленно стрекоча моторами, неторопливо показался из-за него речной трамвай. Будто маленькое хлипкое суденышко на фоне белоснежной громадины, он, осторожно огибая ее, шустро бежал к причалу, где стояла Елена. Издав два больших гудка, трамвай резво пришвартовался. Расторопный матрос тут же опустил трап на бетонный выступ причала. Разношерстная толпа горланивших пассажиров мигом вывалила на берег.

– Вы куда? В сторону Сан Марко? – аккуратно обходя толпу, обратилась Елена к матросу, пропускавшему пассажиров.

– Точно! Туда! – бойко выпалил молодой парень. – Бери билет и давай на борт.

Спустя некоторое время, удобно устроившись на деревянной скамейке открытой части судна, Елена со своим помощником Фабио внимательно разглядывали карту города, стараясь отыскать на ней кратчайший маршрут от главной площади до церкви, где должна проходить церемония.

Церковь, куда прибыли Елена и Фабио, оказалась маленькой, но очень просторной. Небольшая резная дверь, выходившая на канал и являвшаяся неотъемлемой частью слитых воедино фасадов других домов, своими размерами давала прохожему ложное впечатление о размерах самой церкви. Казавшийся маленьким и неуютным снаружи, внутри храм был довольно просторным и вместительным. Посреди широкой залы располагался алтарь, со вкусом украшенный белыми лилиями и хризантемами, ажурно соединенными тонкими атласными ленточками. Напротив алтаря стояла, приготовленная для молодоженов обшитая бархатом скамейка. В конце залы стройными рядами стояли деревянные лавочки, и монашки, одетые во все серое, шустро суетились вокруг них, аккуратно прикрепляя по букетику с каждой стороны ряда.

Елену там уже ждали. Служитель церкви, увидев вошедших, тут же поспешил им навстречу. Представившись, он охотно рассказал Елене, о том, как будет проходить церемония и где у них находятся электрические розетки, куда можно будет беспрепятственно подсоединить оборудование. Так как у девушки за плечами уже было несколько фотосъемок в церкви, то по расположению зала она живо представила, как подойдут к алтарю жених и невеста, и где будет располагаться остальная свадебная процессия. При помощи Фабио она попыталась подключить шнуры. Но всякий раз, проходя мимо проводов, словно по волшебству ноги парнишки начинали выплясывать какой-то неимоверно неуклюжий танец, спотыкаясь на ровном месте, подпрыгивая и запинаясь при каждом шаге. Вспоминая недовольство Орнеллы его поведением, Елена теперь поняла, чем оно было вызвано. Немного подумав, она отправила напарника сидеть на лавочке неподалеку, так сказать озирать окрестности, присматриваться, приглядываться, чтобы после, поделиться с ней Еленой якобы, наблюдениями и догадками о предстоящем празднестве. Только лишь бы он не путался под ногами.

Был уже полдень, когда девушка закончила с установкой света в церкви. Получив разрешение от священника оставить фотооборудование после церемонии до вечера, так как с предстоявшей прогулкой по каналам после венчания, она вряд ли сможет сразу забрать его, Елена, позвав томно возлежавшего в раздумьях на лавке Фабио, поспешила на встречу со своими новыми клиентами.